Яна
— Я хочу увидеть дочь. Выпустите меня.
Мужчина стоит передо мной стеной, даже не шелохнулся. Хмурится, буравит меня внимательным взглядом.
— Сначала тебя осмотрит доктор.
От досады хочется топнуть ногой. Да что он ко мне привязался? Ладно, помог, но это уже лишнее. Арина — моя дочь, имею право видеть её.
— Не стоит.
— Ты ударилась головой, доктор будет с минуты на минуты, — повторяет тоном не терпящим возражений.
— Что? Зачем? Со мной все в порядке. Я должна быть рядом с Ириской… — Морщусь, подношу пальцы к виску. Меня штормит, качает в сторону.
Если бы незнакомец не успел подхватить, я бы просто грохнулась к его ногам.
— В порядке, говоришь? — почему-то, злится, но при этом прижимает к себе.
Ладони у него очень горячие. Не знаю, зачем, но думаю об этом, когда он поднимает меня на руки и несет в сторону дивана.
Бережно опускает на кожаную поверхность, садится рядом. Пальцами делает «зайчика» и показывает мне:
— Сколько пальцев я показываю?
— Два.
— А теперь?
— Тоже два.
— Мимо, Яна.
Значит, это был не «зайчик»? И откуда он знает мое имя?
Все вопросы откладываю на потом, сейчас у меня лишь одно желание.
— Я хочу увидеть дочь, — протягиваю жалобно, услышав, как плачет Арина.
Я очень-очень устала, а моя крошка там совсем одна, вдруг с ней что-то случится. Я же ее мама, нельзя нас разлучать.
— С девочкой все хорошо, она сейчас с моей помощницей.
— Пожалуйста, я хочу ее видеть. Она же плачет.
Я и сама плачу. Слезы катятся по моим щекам, потому что мне больно. Меня терзает как физическая, так и душевная боль.
— Прошу вас.
Прикрываю глаза, чувствуя, что мне тяжело находиться под пристальным взглядом незнакомца.
Он не пускает к дочери, а мне очень нужно увидеть Ириску. Сейчас я готова умолять его, просить на коленях, если придется.
— Посиди здесь спокойно, сейчас попрошу Нину Сергеевну принести малышку.
Сердце подскакивает в груди, когда слышу эти слова. Он всерьез так говорит? Не обманет? Почему передумал?
— Хорошо.
Отвечаю тихо, едва слышно. Мой голос похож на шелест, не дышу, только смотрю вслед мощной спине незнакомца.
А что если уйдет и закроет меня здесь? А сам… Ириску заберет? Или продаст другим людям?
Я, правда, об этом думаю?
Успокаивает лишь то, что этот человек не очень похож на бандита. Слишком воспитанный и серьезный, одетый с иголочки. Захотел бы украсть ребенка, давно бы это сделал.
Меня точно часами крутило в бешеной центрифуге. И продолжает крутить, потому что в ушах шумит, и я плохо соображаю.
Незнакомец возвращается не один. Замираю от накатившей радости, увидев, что позади него семенит полненькая женщина в возрасте с малышкой на руках. С моей девочкой!
— Доченька! Родная! Солнышко…
Протягиваю руки к Арине, забыв обо всем на свете.