Октябрь в этом году выдался промозглый, слякотный и совсем не солнечный. В первых числах уже было холодно, и постоянно, целыми днями лил дождь, прекращаясь лишь изредка и ненадолго – мелкий и надоедливый, какой может быть только осенью. Частые капли бились в стекло, барабанили по металлической крыше и наполняли уютную Ирину комнату умиротворяющим шумом. Ира вообще любила дождь. Под его шум хорошо, забравшись на диван, читать книжки, или перешучиваться с братом, или болтать о сокровенном девичьем с лучшей подругой Дашкой, или до хрипоты спорить с верным другом Рокки, но…

Ирка грустно усмехнулась, в очередной раз подивившись тому, как быстро и неумолимо все в ее жизни изменилось. Тот уютный мирок, который девушка забрала с собой из детства, растворился в почти взрослых проблемах, растаял, словно белое сладкое эскимо в летнюю жару.

Любимого братика Темку еще в мае забрали в армию, и его кровать опустела на целый год. Ира с тоской бросила взгляд на противоположную сторону комнаты – Темка будто никуда не уезжал: нестираные джинсы на спинке стула, плакаты на стене и бардак на компьютерном столе. Ира специально там не убиралась – так казалось, что брат всегда рядом.

Лучшая подружка Дашка – отличница и большая умница – уехала в столичный престижный лицей с языковым уклоном. Вместо дружеских посиделок остались лишь скупые эсэмэски, вместо задушевных бесед – разговоры по скайпу, которые случались все реже.

А друг детства Рокки, хоть вроде бы никуда и не делся, но неожиданно отдалился. Пару лет назад из нескладного долговязого подростка он за одно лето превратился в широкоплечего красавца, за внимание которого девчонки готовы были драться. Нет, сама Ира никогда не воспринимала Рокки как объект романтических грез, просто думала, что он, как и Темка, всегда будет рядом. Но дружить с парнем, у которого девчонки меняются чуть ли не каждую неделю, оказалось сложно. Рокки все чаще пропадал надолго, и Ира его видела лишь в гараже отца, где парень подрабатывал после учебы. Сама девушка там просто помогала на добровольных началах, потому что любила мотоциклы и машины, неплохо рисовала и училась делать аэрографию.

Ира вздохнула, с тоской покосилась на остывший чай в кружке, отставила его в сторону и собралась ложиться спать. Было еще рано, но делать все равно нечего.

Ира никогда не считала себя пессимисткой. Она легко сходилась с людьми, но в этом учебном году как-то очень резко ощутила свою собственную непохожесть на других. Из девчонок тесно она общалась только с Дашей, и когда подруга уехала, оказалось, что пойти некуда и поговорить не с кем. В тех компаниях, где раньше вместе с Дашей ее принимали за свою, сейчас Ира стала чужой. Нет, ей приветливо кивали, ее звали с собой на прогулки, но Ире было неинтересно. Она была далека от разговоров о платьях и косметике, видах депиляции и новых диетах. Говорить о мальчиках она тоже не могла – никаких романтических увлечений у нее не имелось. Да и откуда? Кто посмотрит на странное тощее существо с растрепанными разноцветными волосами, одетое в рваные джинсы, берцы и клетчатую рубашку?

Дашка всегда говорила, что Ира яркая и индивидуальная, а сама девушка считала себя просто странной и чаще всего не хотела ничего менять. Ей было комфортно до недавнего времени. Ровно до тех пор, пока один за другим не исчезли из ее жизни близкие люди, и Ира осталась совсем одна. Сначала она выходила гулять, пыталась общаться, шутила, а потом все чаще и чаще стала оставаться дома. И вот наступил тот момент, когда оказалось, что куда-то пойти ей просто не с кем.

Ветка стукнула в чердачное окно, раздался скрип, и балконная дверь тихонечко открылась. Ирка вздрогнула – так могли войти только два человека: брат, который сейчас в армии, и Рокки.

Друг детства Димка прозвище Рокки получил очень давно, наверное, целую вечность назад. Тогда Ира в первый раз увидела, с какой скоростью он поглощает сыр. Им было лет по семь, наверное, и они очень любили старый мультик «Чип и Дейл спешат на помощь». Димка, конечно, не очень походил на толстую усатую мышь Рокки, но сыр поглощал с таким же азартом.

– Ты чего? – не здороваясь, поинтересовалась девушка, недоуменно уставившись на позднего гостя.

Рокки со слегка виноватым выражением лица нерешительно замер у балконной двери. Парень был одет в домашние клетчатые шорты, сланцы на босу ногу и потертую кожаную куртку, накинутую прямо на голое тело. С растрепанной челки пыльно-русого цвета на нос стекала вода. Даже в таком виде Рокки был красив, грубой, неутонченной, мужской красотой. Он абсолютно не походил на худощавых тонкокостных мальчиков, которые сейчас в моде.

– Ты что, прямо так пришел? – возмутилась Ирка, намекая на совсем не прогулочную форму одежды. – С ума сошел!

– Да ну, – буркнул Рокки, аккуратно разулся у окна и с сомнением посмотрел на грязные ноги. – Достали!

В последнем слове чувствовались злость, боль и показное безразличие.

– Опять с отчимом поругался? – сочувственно заметила Ира.

Рокки сморщился и махнул рукой. Слов не требовалось. Семью Рокки даже с натяжкой нельзя было назвать благополучной. Парню жилось нелегко, поэтому большую часть времени он проводил вне дома – в гараже Иркиного отца или у своих подружек. Раньше часто бывал у Иры, но сейчас то время прошло. Визит Рокки оказался неожиданностью, и девушка даже не могла сказать, что приятной. Она отвыкла и чувствовала себя с давним другом немного скованно. За последний год Рокки, как это ни печально, стал чужим.

– Можно я у тебя переночую? – тоскливо спросил он и покосился на пустующую Темкину кровать.

– Ночуй. – Ира пожала плечами. Неважно, пусть они с Рокки теперь виделись редко, это ничего не меняло. У девушки даже мысли не возникло, что можно отказать. – Только тихо, – предупредила она. – Родители пока не спят, они, наверное, не будут против, но…

– Понял, я тише воды ниже травы, – кивнул Рокки, соглашаясь на любые условия. – В душ-то можно? – уточнил он.

– Конечно, – согласилась Ира. – А я пока постараюсь раздобыть тебе какую-нибудь еду. Ты, наверное, голодный.

– Есть немного, – не стал отрицать парень и брезгливо стащил с плеч кожаную куртку, с которой все еще капала вода.

– Сейчас чего-нибудь добуду. – Ирка отвернулась, стараясь не замечать какой рельефный у Рокки пресс. – А ты пока найди себе в Темкиных вещах майку и сходи в душ.

Кроме Рокки, у его мамы было еще четверо детей: двое старших – брат и сестра, которая жила в этом же городе, но с родителями почти не общалась. Она выпорхнула из неприветливого гнезда, едва ей исполнилось восемнадцать. Брат три года назад ушел в армию и остался служить по контракту где-то на границе. Также в семье имелось двое младших – близняшки. Их мать Рокки родила семь лет назад от другого отца. Денег и внимания на всех не хватало. Отношения с отчимом у Рокки не ладились, поэтому парень оказался изгоем в собственной семье. Ирка его очень жалела, но старалась не подавать виду – Рокки был горд и очень не любил жалость. Он всегда пытался стать или хотя бы казаться для окружающих лучше и успешнее. Ушел из школы после девятого класса и поступил в колледж на какую-то техническую специальность, с пятнадцати лет по несколько часов подрабатывал в гараже, а в семнадцать уже сам себя обеспечивал. И старался не оставлять деньги дома – они оттуда пропадали с завидной регулярностью, что служило поводом для постоянных ссор. Рокки был целеустремленным и упертым. Деньги он откладывал для того, чтобы, едва ему стукнет восемнадцать, сдать на права и купить машину – пусть старую, едва живую, но свою собственную. Так как дома хранить сбережения было небезопасно, то парень часто приносил их Ире. Вот и сегодня он вытащил из внутреннего кармана куртки пачку помятых купюр некрупного достоинства.

– Уберешь? – с надеждой поинтересовался он, протянув деньги Ире.

– Как всегда.

Она пожала плечами и сунула пачку в нижний ящик стола в специальную коробочку и поинтересовалась: – Опять?.. – Впрочем, и так было ясно – сбережения Рокки поредели.

– Сам дурак, – недовольно отозвался парень. – Знаю же, все равно заберут. Того, что я отдаю на еду и за квартиру, почему-то постоянно мало…

– Из-за этого поругались?

– В основном, – буркнул Рокки и отвернулся. Ирка видела – он недоговаривает.

– Так можно я в душ? – с надеждой спросил он. – День сегодня был отвратительный по всем параметрам. Настроение – ни к черту, и очень хочется спать.

Ирка задумчиво кивнула и уставилась на закрывшуюся дверь ванной комнаты. «Как хорошо, когда в твоем распоряжении целый второй этаж дома с личным санузлом – очень удобно», – подумала она.

Рокки сегодня был странным и подавленным. Не похоже на него, он привык к своим родителям, привык к вечным ссорам и скандалам и, как правило, не принимал их близко к сердцу. Похоже, сегодня произошло что-то еще, но девушка знала: давить на друга бесполезно, когда будет готов, все расскажет сам. Ну, или не расскажет. Тут уж не угадаешь. Рокки от природы замкнутый и не очень разговорчивый. Сколько ни пытайся залезть в душу – все равно ничего не добьешься, если сам не захочет поговорить.

Ирка сбежала по широкой деревянной лестнице с резными балясинами на первый этаж, постаралась не хлопнуть дверью, соединяющей коридор с лестничной клеткой и жилую часть дома, и прокралась к холодильнику, не привлекая к себе лишнего внимания. Двери между гостиной и кухней не было, поэтому остаться совсем незамеченной не получилось.

– Ириш, ты проголодалась? – взволнованно отозвалась мама из темной комнаты, где работал телевизор. Судя по мерзким хлюпающим звукам и отстраненному голосу доктора Бреннан, родители в сотый раз пересматривали сериал «Кости». Ира передернулась, она не любила смотреть про трупы разной степени свежести и не понимала, о чем можно снять девять сезонов.

– Ир? – подал голос папа, и девушка вспомнила, что так и не ответила.

– Да, чаю хочу себе налить и пару печенюшек захвачу!

Конечно, чаем и печеньем дело не ограничилось. Ирка сгребла на тарелку остатки плова, сделала пару бутербродов с маслом и колбасой. Толстыми ломтями порезала сыр, который так любил Рокки, и потащила все это наверх к себе в комнату, едва не навернувшись на крутых деревянных ступенях – единственный минус второго этажа.

Рокки в комнате не было, зато из душевой доносился мерный шум воды. Ирка сгрузила поднос с едой на подоконник и задумчиво уселась на кровать, когда вдруг услышала скрип ступеней. «Кого там нечистая несет!» – испуганно подумала девушка и рванула занавеску, прикрывая поднос с едой.

– Ир!

Голос мамы заставил запаниковать, и пока родительница не дернула за ручку двери, Ирка сделала первое, что пришло в голову. Ломанулась со всех ног в душевую, едва успев вовремя захлопнуть дверь у себя за спиной.

– Эй! – возмутился из-за шторки Рокки.

Ирка, плохо соображая, что делает, рванула вперед, чуть отдернула шторку и приложила к палец к губам высунувшегося Рокки. Глаза девушка предусмотрительно закрыла, хотя парень вцепился в шторку мертвой хваткой и разглядеть можно было только его намыленную голову. Вообще Ира не стеснялась. Но вся ситуация была такой нелепой, неловкой и глупой, что девушка решила не усугублять.

– Ира, ты где? – подала голос мама.

– В душе! – дрожащим голосом отозвалась девушка, с ужасом уставившись на незапертый шпингалет двери. У мамы не было привычки врываться в ванную комнату, но сейчас Ирка ожидала самого худшего.

– Так быстро убежала? – удивилась мама. – Только сейчас была на кухне. Я хотела тебя спросить, тебе завтра к какому уроку в школу?

– Ко второму, – крикнула Ира, надеясь, что это единственный вопрос, который в данный момент интересует маму.

Родительница несколько минут постояла под дверью, протянула: «Ну, и хорошо», – и ушла.

– Вот черт! – выругалась девушка, после того как хлопнула дверь в спальню. Ира осела по стеночке, медленно открыв глаза. – Чуть не спалились! – отозвалась она устало.

– Представляю, что бы подумала твоя мама, реши она сюда заглянуть! – со смешком отозвался Рокки из-за шторки и в следующую секунду сделал шаг из душевой кабины на темно-зеленый кафельный пол.

– Эй! Ты что творишь! – вскочила Ира и резко отвернулась, но все равно успела рассмотреть стекающие по широким плечам капельки воды. Участившиеся сердцебиение и вспыхнувшие щеки заставили девушку разозлиться, а Рокки, лишь искренне удивившись, заметил:

– Я ж в полотенце. Можно подумать, мы на речке вместе не купались.

– Купались, – отозвалась Ирка и ретировалась в комнату, решив не спорить. Находиться в одном помещении с практически обнаженным Рокки не хотелось, хоть он и был во всем прав.

Ира не раз видела его без рубашки, но сегодня было как-то иначе. Чересчур уж неловко и интимно, что ли. Она за краткий миг слишком хорошо разглядела сильную подтянутую фигуру, смуглые, загоревшие «под майку» руки и чуть более светлый торс, на котором рассыпанным жемчугом блестели капельки воды. Девушка почувствовала, как кровь снова хлынула к щекам, и, закрыв глаза, присела на кровать. Но образ только что вышедшего из душа друга оказал какое-то уж очень сильное и неправильное впечатление. Ира не хотела смотреть на него как на парня, считала, что такие взгляды убьют их дружбу, да и потом, вряд ли девушка могла составить конкуренцию красавицам, которые постоянно вились возле Рокки.

Вести задушевные разговоры резко расхотелось, и Ира, переодевшись в пижаму, отправилась спать. Рокки вышел минут через пять, побритый и переодетый в до боли знакомые Темкины трико и растянутую домашнюю майку.

Ира сделала вид, что почти уснула, и лишь махнула рукой в сторону подноса с едой, стоящего на подоконнике, а сама отвернулась к стене и закрыла глаза, стараясь, чтобы дыхание было ровным, как у спящей. Она надеялась, что Рокки не заметил ее неуместное смущение и неловкость, но смирное поведение и молчание друга навевали неприятные мысли. Обычно парень бесцеремонно ее будил, мог даже за ногу с кровати стащить, если она не обращала внимания на его шутки и разговоры. Сегодня же он просто поел, выключил свет и улегся.

Они знали друг друга целую вечность. Так давно, что иногда Ирке казалось, будто Рокки роднее, нежели брат Тема. С Рокки было больше общих интересов – они с Иркой оба любили технику, природу и могли болтать до рассвета. Раньше. До тех пор, пока дружбу не сменило непонятное отчуждение.

День их первой встречи Ирка помнила как сейчас. Сначала девочку напугал нелюдимый мальчишка, который даже не подходил к их детскому городку. Он только наблюдал за другими детьми со стороны. То ли не решаясь приблизиться, то ли считая глупые игры ниже своего достоинства.

Спустя время Ирке хотелось бы думать, что из всех детей на площадке Рокки выделил именно ее и поэтому подошел. Но стоило смотреть правде в глаза. Тогда нелюдимого мрачного мальчишку привлекла не русоволосая хрупкая девочка с машинкой, а яркое красное яблоко у нее в руках. Рокки не только сейчас, но и в детстве был падок на еду, словно голодный щенок.

Она просто угостила нового знакомого, даже не подозревая, что покорила его сердце самым обычным яблоком. С тех пор и зародилась их дружба. Рокки ревностно охранял свою маленькую и хрупкую знакомую, а она постоянно приносила ему в карманах то подтаявшие конфеты, то орехи, а однажды, после какого-то праздника, сырную нарезку, которую мальчишка уплетал с таким удовольствием, что получил прозвище – Рокки.

Вспоминая детские дни, Ирка улыбалась и не понимала, что на нее сегодня нашло. Да, они выросли, отдалились, но ведь ничего же не изменилось. Рокки так и остался немного диковатым мальчишкой, который никогда не отказывался от еды.

«Мне всего лишь нужен парень! – подумала Ира. – Не Рокки, который просто оказался рядом. Он красивый и мужественный, но для меня только друг. Вокруг все уже давно влюбились, гуляют под звездами, держатся за ручки и целуются при луне, а я одна. Вот уже и в сторону Рокки кошусь, видимо, от безысходности!»

Мысль показалась девушке здравой. Ира еще немного повертела ее в голове и довольно быстро уснула, успокоенная. «Рокки тут ни при чем, – заключила она. – Во всем виноваты проклятые гормоны, о которых пишут в умных книжках!»

Когда Ира проснулась, Рокки уже не было. Он ушел так же через окно, вероятнее всего, очень рано и прихватил Темкину майку. Ира надеялась, что парень все же заскочит перед колледжем домой и переоденется в приличную одежду. Но, зная Рокки, сомневалась. Он мало обращал внимания на внешний вид, мог явиться на учебу и в шлепках.

С утра дождь прекратился, и впервые за последние десять дней выглянуло солнышко. От вчерашнего странного смущения не осталась и следа, и, окончательно списав его на гормоны, Ира начала собираться в школу. Учиться девушка любила, но не потому, что была заучкой, совсем наоборот, на уроки она тратила преступно мало времени, чем раздражала вечно корпящих над учебниками отличников. Просто ей многое давалось легче, чем другим, и из-за этого учеба не вызывала неприязни.

Ира не понимала, как можно прочитать текст и не запомнить? Зачем для того, чтобы пересказать материал, нужно прочитывать его три-четыре раза и потом еще конспектировать – так обычно делала Дашка. Сама Ира обычно ограничивалась написанными подругой конспектами, пролистывала их по диагонали и без проблем отвечала на уроках. Девушка не считала свою память феноменальной или фотографической, просто вникала в текст, понимала, о чем говорится, и пересказывала все на уроках. Это вызывало зависть и злость у тех, кто ради вожделенной пятерки не спал ночами. Чуть сложнее было с математикой и физикой – Ирка была ярко выраженным гуманитарием, поэтому по алгебре, геометрии и физике у нее были четверки.

Математичка Аделаида Львовна всегда говорила: «Ирочка, ты можешь учиться по моему предмету на «пять». Ира улыбалась, кивала и не понимала, зачем ей это нужно. К медали девушка не стремилась, училась хоть и хорошо, но вполсилы, поэтому учителя ее не очень любили. Однажды историк даже пытался завалить. Тогда единственный раз Ира действительно учила и серьезно готовила доклад. С этим докладом ее еще три месяца потом пытались уговорить выступить на городской, а после и областной олимпиаде, но она отказалась из вредности, причем даже не стала скрывать свой мотив. Так и заявила директору: «Мы с историком не нравимся друг другу взаимно, поэтому я не хочу, чтобы он демонстрировал меня как своего лучшего ученика!» С тех пор директриса Иру тоже не жаловала, но и не притесняла.

Девушка всегда была готова к урокам, не прогуливала, вела себя прилично. Нарекания вызывали только сережка в носу и синие пряди волос. За это в дневнике не раз появлялся выговор. Мама хотела однажды поругать дочь, но потом согласилась с ее аргументами – внешность в человеке не главное, главное – духовный мир. К духовному миру Ирки претензий ни у кого не было. На том и порешили, а Ира отпраздновала свою очередную победу над серым и обыденным миром.

Сегодня девушка, как обычно, слушала вполуха и разглядывала толстую, сонную муху, ползающую по пыльному оконному стеклу. Муха едва передвигала лапками и, видимо, пыталась не уснуть. Сон ее все же сморил, она отлепилась от окна и брякнулась на подоконник, немного подергалась и замерла, лишив Ирку последнего развлечения. Девушка тяжело вздохнула, постаралась сосредоточиться на усыпляющем голосе учителя, но спустя недолгое время снова отвлеклась, на сей раз на одноклассников.

Может быть, она до сих пор одна лишь потому, что не обращает ни на кого внимания? Разглядывать знакомых вот уже десять лет парней девушка начала с ряда, расположенного у двери. На задней парте сидели глупые, грубые и совершенно неинтересные Валерыч и Колян – их иначе не называли класса с шестого, даже учителя иногда, забывшись, обращались к ним именно так. По этим индивидам девушка лишь безразлично скользнула взглядом, как и по типичному ботанику Мишке – невзрачному, полноватому и тошнотворно умному.

Ей мог бы понравиться черноволосый смуглый Лешка Чернов – он был симпатичным, острым на язык, но подлым. Его в классе недолюбливали, хотя ничего плохого он по большей части никому не делал, просто чувствовалось в нем нечто отталкивающее. С ним дружил лишь рубаха-парень Сашка, он чем-то походил на Рокки, только, пожалуй, не такой дикий и резкий. Сашка напоминал домашнего сытого кота, а вот Рокки – помоечного, привыкшего драться за каждую рыбью кость. Сашке Ирка симпатизировала, но у него уже была девушка. Как и у Гошки, да и у всех более или менее приличных парней.

«Нет, – решила девушка. – Все же за десять с лишним лет я неплохо их всех изучила и рассмотрела. Ни один из одноклассников не рождает в душе ни намека на романтические чувства – здесь свою любовь найти невозможно. А кроме школы и гаража, я нигде не бываю, – с тоской заключила Ира. – Не в гараже же искать своего принца? Там по возрасту одни короли, которые давным-давно обзавелись семьями». Из молодежи – один Рокки. А его Ирка намеренно не рассматривала, парень был ей как брат.

После уроков Ира заскочила домой, бросила в угол сумку и, наскоро переодевшись, отправилась в гараж, который находился совсем недалеко – на пустыре за домом. На самом деле просторное кирпичное здание, способное вместить в себя до пяти машин и несколько мотоциклов, больше походило на хорошо оборудованный ангар, нежели на обычный гараж. Просто так именовать папино место работы было намного привычнее, ведь начиналось все на самом деле с небольшого металлического гаража, расположенного где-то на окраине города. Уже намного позже, когда Ире было около десяти лет, папа смог позволить себе купить землю и построить настоящую автомастерскую.

Ира всегда проводила много времени с папой, еще в том, старом металлическом гараже. Пока была совсем маленькая, разглядывала интересные блестящие гаечки и болтики, потом начала подавать ключи, наблюдать. А годам к десяти ей уже доверяли несложную работу. Например, сошкуривать старую краску с автомобилей. К шестнадцати Ира могла покрасить машину самостоятельно «от и до». И снять старую краску, и загрунтовать, и загнать автомобиль в покрасочную камеру, а сейчас активно осваивала аэрографию, пытаясь создавать картины на бортах и капотах авто. Пока шедевров не получалось, но изобразить нечто схематичное по трафарету девушка могла, и выходило неплохо.

В данный момент Ира занималась старой, доставшейся от деда «копейкой» одного Темкиного друга. Олег не мог себе позволить покрасить машину в солидном автосервисе, и Ира помогала ему почти бесплатно, точнее, в обмен на какую-нибудь услугу. Девушка знала, что, возможно, никогда и не воспользуется услугой друга брата, но, восстанавливая старую рухлядь, получала новый опыт и училась работать с аэрографом, используя новые техники без опаски что-либо испортить. Испортить вверенный ей тарантас было просто невозможно. К тому же машиной Ира занималась не постоянно, а лишь в свободное от работы время. Официально в гараже она подготавливала поставленные на ремонт авто к покраске и считала себя в этом деле мастером, уступая, пожалуй, только Рокки, у которого руки были золотыми. Парень мог делать абсолютно все, не уступая профессионалам с большим опытом работы. Даже механик от бога Николаич, который работал в гараже со дня его основания, проникся к парню уважением. Правда, далеко не сразу.

Гаражная среда была для Иры родной и знакомой, именно тут девушка чувствовала себя на своем месте. Если все девчонки в их классе мечтали получить дипломы экономистов, менеджеров и юристов и заиметь счастливый билет в непыльное будущее офисного планктона, то Ира точно знала, что будет совершенствоваться и дальше в любимом деле. Научится подбирать краску, освоит новые техники, а поступать будет туда, где есть интересные предметы. Может быть, на филфак или истфак. Девушка любила литературу и историю, поэтому в равной степени была готова учиться и там и там. Все равно. Лишь бы учеба приносила удовольствие и не мешала заниматься любимым делом.

Сначала у Иры возникла шальная мысль поступить на инженера-механика, но потом девушка отбросила эту затею – технические науки ей были не близки. И машины она предпочитала не ремонтировать, а красить.

Существовало множество курсов, на которых за три-четыре месяца можно было освоить азы, необходимые для того, чтобы подготавливать и красить авто. Ирка даже закончила парочку ради интереса, но здесь, в гараже, она получала значительно больше опыта и знаний, чем в вылизанных мастерских, специализирующихся на обучении новичков. После этого девушка и пришла к выводу, что вовсе не обязательно учиться той специальности, по которой собираешься потом работать. В любом случае самообразование значит намного больше, чем любые «корочки». Иногда Ире в голову приходила мысль – не поступать в институт вообще, но девушка ее тут же отметала. В их семье высшее образование было у всех, и Ира не собиралась становиться исключением.

Пока девушка шла до гаража узкой, похожей на деревенскую, улочкой, снова начал накрапывать дождь, и Ира порадовалась, что не изменила привычке и оделась, как обычно, – бандана, самые простые джинсы с вытертыми коленями, клетчатая рубашка и бесформенная мужская кожаная куртка с капюшоном. Курточка раньше принадлежала брату, но он из нее вырос, и Ира забрала ее себе.

В гараже сегодня царило заметное оживление. Во-первых, на месте был папа, который в последние годы почти не работал сам, лишь руководил процессом. Во-вторых, гордость гаража Николаич не торчал под машиной, а топтался у выхода, как и два его помощника – смуглый, загорелый до черноты обрусевший азербайджанец Тимур и веснушчатый добряк Игорь. Только Рокки, как обычно, ковырялся с мотоциклом.

– Что случилось-то? – поинтересовалась Ира, откинув влажный после дождя капюшон. – С чего такое оживление?

В гараже, несмотря на распахнутые двери, было тепло – работала тепловая завеса, пахло маслом и краской.

– Да тут один пижон должен привезти свой супердорогой байк на диагностику и подремонтировать по мелочам, – безразлично пожал плечами Рокки. – Вот все и ждут.

– А тебе, стало быть, неинтересно? – лукаво поинтересовалась Ирка, прислонившись к массивному металлическому верстаку, усыпанному болтами и инструментами.

– Да как тебе сказать, – недовольно буркнул Рокки, не отрываясь от работы. – Думаю, я насмотрюсь на него, пока он тут стоит. Не понимаю, зачем бежать встречать его к воротам? Клиент и клиент.

– А байк действительно крутой? – Ира с интересом покосилась в сторону распахнутых дверей.

– Кто ж его знает, но, по-видимому, да. Ремонтировать его будет Дашкин папа, и это говорит о многом. Вспомни, когда он в последний раз что-либо делал своими руками?

– Тогда же, когда и мой… – задумчиво отозвалась Ира.

– Вот именно… – заметил Рокки недовольно.

Николай Дмитриевич – папа ее лучшей подруги специализировался на мотоциклах. Этот гараж наполовину принадлежал ему. Ира с Дашей знали друг друга с детства именно потому, что их родители дружили с незапамятных времен. Девочки вместе выросли. Вспомнив про лучшую подругу, Ира снова загрустила. Вчера Даша даже не написала, наверное, ее затянула насыщенная столичная жизнь.

Клиент с дорогим мотоциклом опаздывал, и Ира занялась своими делами, решив, что Рокки прав. Мотоцикл они успеют изучить, пока он будет стоять в гараже, нечего бежать и выстраиваться в очередь для просмотра.

– А ты хоть знаешь хозяина? – все же не выдержала Ира и проявила любопытство.

Рокки оторвался от работы и ответил:

– Я знаю, кто это, но лично незнаком. Его сын учится со мной в одном потоке, только в параллельной группе.

– Общаетесь?

– Как сказать… – невесело хмыкнул парень. – Мы принадлежим к немного разным слоям. Он – мажор, а я… – Рокки пожал плечами. – Но и не враждуем, знаем друг друга, здороваемся. Иногда перекидываемся парой слов. Есть общие знакомые, но не больше. На той неделе он подошел, расспросил про мастерскую, сказал, что у отца барахлит мотоцикл, поинтересовался, давно ли я работаю… так, слово за слово.

– И он уговорил отца идти к нам?

– Не совсем. Он рассказал отцу, оказалось, что его отец немного знает твоего и, в общем… Моей заслуги в этом нет.

– Короче, мир тесен! – хмыкнула Ирка и развернулась, услышав шум мотора на улице. Девушка отложила тряпку и осторожно подошла ближе, стараясь не привлекать внимания. Мотоцикл был хорош, но не настолько, насколько парень, который с него слез. У Иры, наверное, впервые в жизни, перехватило дыхание.

Парень сидел не за рулем, но водителя Ира даже не разглядела. Ее взор приковал сокурсник Рокки – светловолосый – Ира и не предполагала, что когда-нибудь встретит вживую такого потрясающего блондина с платиновыми волосами, темными бровями вразлет и очаровательной ямочкой на подбородке. Парень был высоким и поджарым, в дорогой укороченной мотоциклетной куртке и черных кожаных штанах. Стильный, обтекаемой формы шлем он держал в руках.

– Хорош, – произнес на ухом Рокки.

– Ага, – завороженно отозвалась Ира. – Как ты говоришь, его зовут?

– Кого? – удивился друг. – Мотоцикл?

– Нет, парня! – Девушка пришла в себя и тут же смутилась из-за своей откровенной заинтересованности.

– Ты на него запала, что ли? – Рокки со смешком толкнул ее в бок.

– Ну тебя. – Ирка, пытаясь отдышаться из-за нахлынувших эмоций, нырнула в глубь гаража и надеялась, что незнакомец не успел ее заметить. В этой мужской куртке, старых джинсах и перепачканная в краске и смазке – она выглядела даже хуже, чем обычно. Впрочем, спрятаться не удалось. Пока взрослые с увлечением обсуждали мотоцикл, обступив его со всех сторон, глянцево-красивый парень прошел в гараж, прогулялся мимо полок с инструментом и замер возле стенда, на котором висели ключи и магнитиками крепились записки, типа: «Николаич, не забудь выключить свет!» или «Рокки, куда дел ключ на двенадцать, ты его хватал последним?»

Прочитав все записки, парень, которого Ирка пристально разглядывала из-под опущенных ресниц, подошел ближе, сдержанно и отстраненно поздоровался с Рокки и, безразлично скользнув взглядом по Ирке, сказал:

– Парни, вы уж тут сделайте все в лучшем виде!

– Не переживай! – отсалютовал ему отверткой Рокки, а Ирка обомлела.

«Парни? Парни?!» – пронеслось в голове девушки. Да, она не обладала выдающимися формами, да, всегда на работе носила мужскую одежду и прятала недлинные волосы под бандану, да, не красилась в гараж, но никогда бы не подумала, что ее можно с близкого расстояния принять за парня! Ладно бы на улице, издалека! Девушка даже не подозревала, как сильно ее это может разозлить!

Настроение испортилось бесповоротно, и Ире хотелось кричать, скандалить, а лучше всего ударить, возможно, по равнодушной смазливой физиономии незнакомца. Как он смел? Не всем же даны чуть вьющиеся платиновые волосы и пронзительные голубые глаза, такие выразительные и глубокие, что в них можно запросто утонуть, как в кристально чистом, но холодном и бездонном озере. Да, она не такая красавица, что дух захватывает, но и не мужеподобная! Просто хрупкая, и сегодня в мужской одежде.

– Ты чего? – поинтересовался Рокки. Ира поняла, что сопит злобно и громко. Скрывать причину своего недовольства не имело смысла, поэтому девушка, даже не поворачиваясь, буркнула:

– Он перепутал меня с парнем! Представляешь?!

– Ну и? – Рокки пожал плечами, не отрываясь от ремонта. – Тебе-то не все ли равно? Подумаешь!

– Нет! – возмутилась девушка. Сейчас она готова была побить и Рокки. – Я не хочу, чтобы меня путали с парнем! Разве это не очевидно? Ты бы вот хотел, чтобы тебя с девчонкой путали?

Предположение было абсурдным. Рокки излучал мужественность, но Ире нужно было пафосное сравнение.

– Я бы не хотел. Но ты одеваешься, как парень; ведешь себя, как парень, и занимаешь делом, которым занимаются парни. Ир, это нормально…

– Нет же! – Ира швырнула гаечный ключ, но тут же испуганно оглянулась и быстро подняла. Не хватало еще привлечь к себе ненужное внимание. – Это ненормально, я не хочу, чтобы меня путали с парнем. Неужели это так сложно понять?

На глазах появились слезы. Рокки удивленно посмотрел на подругу и не очень уверенно произнес:

– Ну, я не путаю тебя с парнем.

– Ты – это другое дело. – Ира смахнула непрошеные слезы тыльной стороной ладони, пытаясь не придавать значения тому, как потеплело на душе от слов Рокки. – В конце концов, ты прекрасно знаешь, что я девочка… а он…

– Игорь, – мрачно заметил Рокки. – Его зовут Игорь. Ты хочешь, чтобы тебя заметил он?

– Да, я хочу, чтобы меня заметил он. Неужели это плохо? Мне в кои-то веки захотелось, чтобы парень меня заметил! А он перепутал меня с мальчиком!

– Нет. Это не плохо. Просто… – Рокки задумался. Ему всегда с трудом удавалось подобрать слова. – Просто, я привык к тебе такой, но…

– Что «но»?

– Ты действительно хочешь это услышать? – Ира нерешительно кивнула, и Рокки со вздохом продолжил: – Только ключ гаечный положи, а то еще швырнешь в меня им. Знаю я тебя. Нервная и буйная временами.

– Давай уж говори! – Ира послушно отложила ключ, присела на пустую канистру, сложив руки на коленях. – Вряд ли ты испортишь мне настроение еще сильнее, – недовольно заметила она.

– Ир, ты действительно больше парень, нежели девчонка, но это не делает тебя хуже! Ты умная, интересная, веселая. Лучше многих девчонок. Лучше всех девчонок, я бы сказал. С тобой прикольно дружить, но если хочешь привлечь внимание кого-то вроде…

– Тебя? – Девушка зло прищурилась, чувствуя, как сильно хочет огреть друга чем-нибудь тяжелым. Все же Рокки знал ее очень хорошо и не зря попросил отложить тяжелый гаечный ключ.

– При чем тут я? – удивился парень. В его стальных глазах мелькнули смешинки. – Ты же не на меня смотрела влюбленным взглядом. Я имел в виду Игоря, да и вообще… Парням нравится ухаживать за девочками, а не за другими парнями, извини…

Ирка, надувшись, отвернулась, в душе понимая – она должна быть благодарна Рокки за откровенность. Кто, как не он, скажет правду, но правда была неприятной настолько, что в уголках глаз снова блеснули слезы, хотя плакать Ирка не любила.

– Эй! – Растерялся Рокки и притянул девушку к себе, обнимая. – Не смей расстраиваться. Ир, это вообще не повод.

– Ты сказал, что я похожа на парня! – возмутилась девушка. – Единственный, кто мне понравился, принял меня за парня, и ты говоришь, будто нет повода для расстройства? По мне, это очень даже весомый повод! Понимаешь, я жила себе спокойно, занималась любимым делом и вдруг выяснила, что для окружающих я больше парень, а не девчонка!

– Ты говоришь глупости, Ир! И прекрасно об этом знаешь. Он первый и не исключено, последний, кто в темноте не разглядел очевидного. Заметь, мама тебе давно говорила – выкинь эту куртку. Ее в негодность еще Темка привел.

– Но она удобная! – горячо возразила девушка.

– Ну а что ты тогда хочешь?

– Представления не имею. Но я очень не хочу выглядеть, как парень.

– Знаешь… – задумчиво отозвался Рокки. – Я всегда думал, что тебе так просто удобнее, если это не так, то немного измени поведение, прическу, стиль одежды, и тебя не будут путать с мальчишкой. Это же очень просто.

– Ты всерьез думаешь, что если я надену платье с рюшечками, то все парни упадут к моим ногам? – скептически заметила Ира и невесело хмыкнула.

– Конечно, не все. – Рокки пожал плечами, – но кто-то упадет. Но дело не только в платье с рюшечками…

– А в чем?

– Не знаю, мне сложно объяснить, но если хочешь, я попытаюсь тебе помочь.

– Чем? – Ира хлюпнула носом. – Видела я твоих девушек, ни на одну из них я походить не хочу.

Ирка передернула плечами, вспомнив обожающую двенадцатисантиметровые шпильки, короткие юбки и кричащий макияж крашеную блондинку Лиду – последнее увлечение Рокки.

– Нет, я не собираюсь становиться твоим стилистом, – усмехнулся Рокки, видимо, поняв, куда клонит Ирка. – Возможно, ты не помнишь, но у меня сестра – парикмахер. У нее совсем маленький кабинет – она стрижет, красит, делает укладки и макияж, а ее подруга детства там же занимается маникюром. Девчонки действительно талантливые, с хорошим вкусом, хочешь, пойдем к ним? Думаю, они смогут подобрать тебе стиль…

– Стиль? – Ира хмыкнула, посмотрев на свои драные джинсы. – А если я хочу нравиться парням, но не хочу менять стиль? Так точно нельзя?

– Ты мне нравишься такой, – серьезно отозвался Рокки, – и мне нравятся твои разноцветные волосы, кеды с яркими шнурками и драные джинсы, только вот я не Игорь. А ведь дело именно в этом.

– Ага, и я не стремлюсь стать твоей девушкой, – согласилась Ирка, решив не заострять внимания на том, что вчера вечером ее мысли были далеки от дружеских.

На душе стало намного легче, и обида ушла. У Рокки было одно отличное качество – он никогда не проявлял жалость просто так, всегда находил решение, от которого становилось лучше. Вот и сейчас Ира уже вовсю предвкушала поход к сестре Рокки. Девушка даже не думала о том, что мало стать красавицей, нужно еще привлечь внимание парня своей мечты. Сейчас это было менее важно. Она верила: если сможет стать красивой, Игорь непременно обратит на нее внимание. О том, что парень просто может больше не появиться, девушка старалась не думать.

Домой Ира вернулась позже, чем обычно, и не стала даже ужинать и общаться с мамой, только чмокнула ее в щеку, пробормотала про усталость и сбежала, чтобы дальше размышлять и исследовать новые непонятные чувства.

Едва только Ирка закрывала глаза, как перед ними появлялось улыбающееся лицо, принадлежавшее покорившему сердце платиновому блондину. В мечтах он был даже красивее, чем в реальности.

Девушка вздыхала и ощущала себя одновременно счастливой и несчастной. В голове теснилось много мыслей, зачастую противоречивых и не дающих уснуть. Парень виделся прекрасным принцем из сказки. Ира закрывала глаза и представляла, как он привезет ее к школе на невероятно крутом блестящем мотоцикле. В те секунды ей было наплевать на то, что в реальности мотоцикл принадлежит не самому Игорю, а его отцу, и сейчас вообще стоит в гараже и ждет ремонта. Также Иру не заботило то, что она с Игорем незнакома, и неизвестно, захочет ли он когда-нибудь куда-нибудь ее везти.

Как только Ира начинала думать об этом подробнее и прокручивать в голове варианты, сердце в груди сжималось, а к глазам подкатывали слезы, эйфорическое счастье сменялось глухой тоской.

«Я некрасивая, страшная и вообще, с точки зрения Рокки, пацанка, которая вряд ли может понравиться кому-нибудь из парней, – размышляла девушка, изучая светящиеся люминесцентные звезды, приклеенные к потолку. – И грудь у меня минус первого размера, а не то что у Леськи из 11-го «Б»… Но зато Рокки меня завтра поведет к своей сестре. Вдруг она сможет сделать из меня настоящую, достойную принца красавицу?»

Мысли девушки тут же изменили свой ход, и она снова представила прогулки с Игорем при луне и то, как парень берет ее за руку. Мечтать было мучительно приятно, но сон очень долго не шел, заставляя вертеться на кровати и постоянно поправлять то подушку, то одеяло.

С утра Ира не узнала себя в зеркале – худая заспанная физиономия, еще бледнее, чем обычно. Под прозрачными серо-синими глазами черные круги, волосы на голове стоят дыбом, до уроков осталось чуть больше часа, а значит, нет смысла пытаться что-либо исправить. Придется снова идти в первозданной, так сказать, красоте и пугать окружающих.

В таком виде не парней очаровывать надо, заключила девушка, а играть труп невесты. Волосы Ира кое-как причесала и сбрызнула лаком, попытавшись придать им хоть чуть более приличный вид, синяки под глазами замазала тональным кремом и даже накрасила ресницы, правда, макияж ее внешность ничуть не улучшил, как и расстегнутая верхняя пуговица блузки. Ирке можно было безо всяких опасений расстегнуть еще две и при этом выглядеть пристойно.

Выпирающие ключицы Иру не вдохновили. Девушка, сморщившись, застегнула пуговицу обратно и отправилась завтракать, размышляя о том, что принцессы из лягушек получаются только в сказках.

На уроках Ира была рассеяннее, чем обычно. Ее едва не подловил историк. Вопрос, который он задал, девушка даже не слышала. Хорошо хоть Танька – соседка по парте – успела подсказать, Ира кое-как ответила и снова погрузилась в тревожно-сладкое состояние первой влюбленности. Сегодня даже жухлые герани на окошке в кабинете истории казались сияющими и красивыми. И октябрьский мелкий дождик теперь не нагнетал тоску, тоску нагнетала лишь собственная неказистая внешность, от которой хотелось избавиться. Очень жаль, что феи-крестной в наличии не было.

Если вчера Ира разглядывала в классе парней, то сегодня тщательно изучала девчонок. Истинная королева, точнее, «самая красивая девочка в классе», была, как полагается, одна и в отличие от «королев красоты» из множества фильмов приятна в общении. Ира понимала парней, которые бегали за Оксаной толпами – их покоряла скандинавская холодная и уверенная красота. У Оксаны были длинные прямые волосы того неуловимого благородного оттенка – холодный беж, которого стремились достичь почти все крашеные блондинки; ровная бархатистая кожа и ярко-голубые лучистые глаза.

Оксана всегда была улыбчива, но словно немного отстранена от окружающей действительности. Она ровно держалась со всеми в классе, но никто не знал, что у нее на душе. Ира даже не могла понять, насколько она умна – Оксана всегда была готова по всем предметам, и никто не мог сказать, сколько усилий она к этому прикладывала.

Ира прекрасно понимала – такой ей никогда не стать, и дело не во внешности, а в характере и воспитании. Королевой нужно родиться и всю жизнь провести в соответствующей среде, и эта среда – не папин гараж.

Лена Колосова являлась яркой противоположностью Оксане – черноволосая, с вызывающим макияжем, нарощенными ресницами и ногтями, она нравилась парням из-за веселого нрава, безбашенности и отсутствия комплексов, но Ира не была уверена, что хочет подобной внешности, и гонится именно за такой популярностью.

Подружки Рита и Леська олицетворяли собой гламур и деньги. Острые шпилечки, искусный макияж, розовые айфоны и загар из солярия. Пожалуй, на них Ира хотела бы походить, но знала – никогда не сможет изобразить на лице полное отсутствие интеллекта, а это выражение играло немаловажную роль в их имидже.

Сколько Ира ни разглядывала одноклассниц, так и не смогла примерить на себя ни один образ. Даже вспомнила свою подругу Дашку с ее прямым черным каре и утонченной французской красотой, но поняла, что ей самой это совершенно не подходит.

К концу уроков Ира была вынуждена признаться: как бы ей ни была противна собственная внешность, менять ее на другую она не согласна. И не хочет переступать через себя даже ради красавца Игоря.

Это решение Ира и высказала Рокки, который поджидал ее у ворот. Парень стоял, прислонившись к металлическому забору. На глаза он надвинул капюшон и отсюда походил на таинственного незнакомца со страшной тайной. Когда Ира взяла его по привычке за руку, буквально спиной почувствовала несколько любопытных взглядов. Похоже, повзрослевшего Рокки в черной укороченной куртке с капюшоном не узнали и приняли за Иркиного парня. Завтра будет масса вопросов.

– Что значит, ты передумала?! – возмущался он, размахивая свободной рукой. – Я уже обо всем договорился! Ира, не смей меня так подставлять.

– Просто поняла, что не хочу быть куклой. Я привыкла к себе и не буду переступать через собственное понимание прекрасного!

Девушка попыталась отстоять свою позицию, но это было не такто просто.

– Все равно пошли, – Рокки не стал отступать. Когда надо, он мог быть очень упрямым. – Никто силком тебя менять не будет, поверь!

Пришлось все же согласиться. Во-первых, сказать Рокки «нет» оказалось очень сложно, а во-вторых, он действительно договорился, и просто не явиться было бы невежливо. Но Ира твердо решила, что ничего с собой делать не станет. Впрочем, сказать всегда проще.

Рокки слукавил или просто не знал, когда говорил о том, что никто против воли менять Иру не станет. Сегодня его сестра была дома. Она снимала небольшую квартиру вместе с подругой и там же иногда принимала клиенток. Одну комнату девушки переоборудовали под домашний салон. Ира нерешительно замерла на входе, но Алена – сестра Рокки – очень быстро за локоток утащила ее в комнату, а Рокки сразу же выгнала в гостиную к телевизору. Иру повертела из стороны в сторону и усадила в кресло.

Ира нерешительно замерла, понимая, что не в состоянии вымолвить ни слова. Ей оставалось только сидеть на краешке стула и испуганно озираться по сторонам. Столько баночек и бутылочек она до этого не видела. Предпочитала краситься дома сама.

Алена была совсем не похожа на Рокки. Голубоглазая, очень мягкая блондинка с хорошей, но слегка полноватой фигурой, идеальной укладкой и безукоризненной кожей. Ира даже бояться перестала. Если мастер может так следить за собой, вряд ли сотворит что-то ужасное на голове клиента.

Ира не любила неопрятных парикмахеров с непонятным цветом волос – это заставляло сомневаться в их профпригодности, но своего мастера девушка еще не нашла, так как часто экспериментировала дома.

– Так-так, – Алена медленно перебирала Ирины пряди. В зеркале было видно, как она кусает губу и морщится. –  Чем красилась? – сурово поинтересовалась она, пытаясь что-то найти в волосах.

– А чем только… – обреченно буркнула Ира, которой вдруг стало невероятно стыдно за свои серые отросшие корни и давно полинявший черный цвет, который превратился в пегий с редкими синими разводами.

– Это ужасно, – честно призналась Алена, заставив Иру покраснеть. – Никогда не красься непрофессиональными красками, если не хочешь потерять волосы. Они у тебя довольно слабые, их нужно беречь и обязательно увлажнять и защищать. Эксперименты привели к тому, что волосы у тебя сейчас забиты разными пигментами. Чем бы мы ни стали красить прямо сейчас, результат непредсказуем. Сначала нужно будет сделать смывку. Не переживай, ты будешь цыплячьего цвета, но зато это нам позволит покрасить тебя в нормальный оттенок. В такой, какой нам захочется, не опасаясь, что он будет смотреться на волосах совершенно иначе.

– А в какой цвет нам захочется? – испуганно пискнула Ира, представив себя сначала блондинкой, а потом и того хуже – рыжей.

– Сиди уж! – Алена беззлобно махнула рукой и улыбнулась. – Успокойся и отвлекись на какие-нибудь приятные мысли. Поверь: хуже, чем есть, точно не будет. Это я тебе гарантирую.

– А прядки синие? – все еще нервно уточнила Ира, в которой желание сбежать боролось с любопытством.

– Будут тебе прядки, может быть, даже и синие.

Пока Ира нервничала, а Алена колдовала над ее головой, несколько раз забегал Рокки. Он был нещадно изгнан в магазин за хлебом, йогуртами и еще целым списком необходимого. Ира прекрасно понимала, что сделано это было исключительно, чтобы он не мешался и не смог ничего сказать раньше времени. Алена даже от зеркала Иру отвернула, и девушка почувствовала себя совсем несчастной. Она пыталась представить, что получится в итоге. В голове одна картинка сменяла другую, но каждый образ был несовершенен. Ира просто не могла представить, что именно сделает с ней Алена.

Впрочем, переживала девушка зря. У Алены был действительно хороший вкус, и она сразу же поняла, что именно нужно. Это Ира осознала, когда спустя полтора часа посмотрела на себя в зеркало. Ничего не изменив во внешности, Алена сумела сделать ее более яркой и «дорогой».

Стильная стрижка цвета воронова крыла с тремя ярко-синими прядями на косой челке выгодно подчеркивала высокие скулы и придавала образу экзотичность и изысканность, а ежик на затылке смотрелся дерзко.

Ира недоверчиво покрутилась перед зеркалом, изучая новую себя. Стрижка открывала одно ухо, как раз то, в котором было сразу несколько сережек, другая сторона была значительно длиннее.

– Вау! – восхищенно выдохнула Ира, и Алена довольно заулыбалась.

– Это еще не все, – сказала она. – У тебя бледная кожа и светлые ресницы и брови, поэтому, хочешь или нет, но тебе придется краситься, если, конечно, стремишься вырваться из образа неопрятной серой мышки. Брови подкрашивать и корректировать достаточно два раза в месяц, а ресницы, если хочешь, можно нарастить, но я, увы, этим не занимаюсь.

– Я уж лучше по старинке, – скептически заметила Ира. – Тушью.

– Не скажи. – Ира убрала ножницы с расческами и достала огромную сумку косметики. –  Нарощенные ресницы – хороший вариант, как и шеллак для ногтей – удобно, практично, идеально подходит для лентяек или тебя. Ты же постоянно крутишься в гараже, готова поспорить, и ногти в порядке содержать не удается.

Ира смущенно кивнула и спрятала руки за спину, хотя сидя это сделать было неудобно.

– Про ногти мы с тобой поговорим чуть позже, когда придет моя соседка. Она у нас спец по маникюру. А пока определимся с косметикой. Наращивать ресницы или нет, решай сама, здесь есть и плюсы, и минусы. Минусы – это то, что нужно регулярно ходить на коррекцию и важно подобрать мастера, который делает хорошо, аккуратно и качественными препаратами. Плюсов, на мой взгляд, больше. Не нужно каждый день красить, без опасения можно плавать, макияж не течет.

– Ага, и хлопать глазищами, как корова! – Ира презрительно поджала губы, вспомнив вульгарных девчонок из параллели.

– Ну, если сделаешь себе, как у коровы, придется хлопать! – Алена засмеялась. – Но неужели у меня все так ужасно смотрится? – делано обиделась сестра Рокки, и Ира обомлела. Ее ресницы были словно в рекламе – густые, длинные, черные и на вид совершенно натуральные. –  Понимаешь… – Алена явно наслаждалась эффектом. – Во всем нужно знать меру. Мастеру, как правило, все равно. Он посоветует лучший вариант, но сильно отговаривать не станет. Какие попросишь ресницы, такие и сделает. Попроси натуральный эффект, а в уголках добавь пару синих ресничек – смотреться будет очень эффектно.

– То есть ты советуешь нарастить? – все еще сомневаясь, уточнила Ира.

– Настаивать не буду, я знаю: определенное количество девушек помешано на натуральности. Но ты учти, у тебя очень выразительные глаза, всегда нужно делать акцент именно на них, не на губах. Для губ достаточно контура и блеска, а лучше матовой помады телесного цвета или на тон темнее, а вот глаза нужно подчеркивать. Чем ты это будешь делать – целиком и полностью твой выбор.

Следующие полчаса Алена рассказывала, как правильно нарисовать стрелки. Ира сначала очень боялась пробовать, но быстро поняла, что это не сложнее, чем работа аэрографом. Лишь бы не дрожала рука. Главное, чтобы линия получилась четкая и ровная, расширяющаяся к внешнему уголку глаза. Тенями Ира и до этого пользоваться умела и любила экспериментировать с переходами цвета.

К приходу Рокки, которого снова задержали в коридоре и выдворили в зал, Ира себя не узнала. Алена оказалась права на все сто: подведенные глаза казались в два раза больше и выделялись на узком бледном лице. Девушка и не думала, что они могут быть такого глубокого темно-синего цвета.

Пока девушка разглядывала себя в зеркале, пришла Надя. Всплеснула руками, рассмотрев Иркины ладони, и принялась за маникюр. Сделать длинные ногти девушке никто не предлагал, но Надя все же нанесла специальное покрытие – шеллак темного, насыщенного вишневого цвета.

– Он не сотрется, как обычный лак, через два дня. Проходишь пару недель как минимум, а потом забежишь ко мне – поправим. В школе ругаться не будут, а то можно сделать «фрэнч».

– Нет, наверное. – Ира покачала головой, вспомнив ногти одноклассниц.

– Ну и хорошо! А то я что-то забылась!

– И что? – восхищенно выдохнула Ира, разглядывая тонкие длинные пальцы с аккуратными темно-вишневыми ногтями квадратной формы. – Они так и будут смотреться, даже если я буду мыть посуду?

– Даже если будешь мыть автомобиль, – хмыкнула Алена. – А вот если примешься шкурить, лучше воспользуйся перчатками, содрать покрытие сложно, но можно.

– Через какое-то время лак может утратить блеск, тогда просто покрой его сверху любым бесцветным лаком, – наставительно заметила Надя.

– Я не думала, что из меня можно сделать принцессу, – потрясенно пробормотала Ира, снова разглядывая себя в зеркало. – Но у вас получилось! Принцесса из меня вышла странная…

– Ага. – Алена весело засмеялась. – Принцесса-гот, но ты не обольщайся, это еще не все. Нам нужно серьезно поговорить по поводу твоей одежды. Потому что вот это… – Алена указала на Иру. – Никуда не годится.

– Каблуки и платье, – печально вздохнула Ира, не желая расставаться с любимыми джинсами.

– Зачем же так радикально. Каблуки – да, у тебя невысокий рост. А каблуки еще никогда не портили женщину. У тебя агрессивный стиль, поэтому, конечно, иногда можешь позволить себе носить берцы, но привыкай к каблуку. Постарайся найти что-нибудь такое.

Надя нырнула в шкаф и вытащила оттуда полуботинки из кожи хорошего качества на шпильке и небольшой платформе:

– Избегай блеска и стразов. Чисто теоретически можешь попробовать «казаки» – их любят носить байкеры, тебе тоже пойдет. Там каблук ниже, на каждый день в самый раз. Свои любимые джинсы можешь оставить, но не забывай о существовании юбок, можно купить короткую джинсовую, а вот рубашки и куртку выкинь.

– Сейчас! – Надя подскочила с дивана. Она была чуть выше Алены и значительно худее, хотя до Иры ей все же было далеко.

Девушка выбежала из комнаты и через минуту вернулась с короткой черной курткой в руках.

– Вот! – Она со вздохом протянула Ире. – Примерь. – Заметив сомнение в глазах, молодая женщина добавила: – Она мне уже давно мала, но выкинуть рука не поднимается, а тебе будет в самый раз. Так что надевай, не стесняйся. Только рубашку свою страшную сними.

Ира послушно сняла серую кофточку на пуговках, которую носила в школу, оставшись в черной обтягивающей майке.

– Вот так и ходи, – одобрительно цокнула языком Алена, – а то прячешь себя за балахонами. Вот вырастешь, родишь и тогда будешь прятаться. И то недолго.

На Ириной памяти это была первая вещь, которая оказалась ей впритык, «молния» застегивалась туго.

– Стой! – Алена не дала застегнуть до конца. – Оставь так и посмотри на себя в зеркало.

В очередной раз за вечер Ира поразилась. Со стильной стрижкой, подведенными глазами и в узкой обтягивающей курточке девушка не узнавала себя. В ее внешности мало что изменилось. Она не стала кукольной блондинкой или развязной брюнеткой – это все еще была она сама, но какая-то совсем новая, более взрослая, смелая и стильная.

А курточка, подаренная Надей, подчеркивала фигуру. Ира впервые в жизни осознала, что, оказывается, у нее есть разница в объемах между талией и грудью.

– Нравится? – чуть ли не хором спросили Алена и Надя, а Ира только кивнула. Она думала, что просто не сможет не понравиться Игорю такой. Теперь он ее точно не спутает с парнем.

Потом они сидели на маленькой тесной кухне и пили чай с огромным тортом, который притащил Рокки. Ира немного робела, привыкая к новой внешности, и то и дело ловила на себе странные и непривычные взгляды Рокки.

Алена шутила. Смеялась и подкалывала. А Ира внезапно поняла: Алена не знает, что все это преображение не ради Рокки. Похоже, она считала их парой. От осознания этого стало неуютно, девушка хотела было сказать, прояснить ситуацию, но почему-то не смогла выдавить из себя ни слова, возможно, потому что поймала мрачный взгляд таких знакомых стальных глаз в обрамлении черных колючих ресниц. Интересно, когда это Рокки стал таким красивым и почему она сама заметила это позже других незнакомых, чужих девчонок?

Но возможно, это и к лучшему. Из хорошей дружбы, как правило, получается плохая любовь.

Распрощались уже ближе к вечеру. Ира уходила сытая и довольная. Рокки, как всегда в последнее время, был мрачен.

– Тебе не нравится? – поинтересовалась девушка, когда они вышли в подъезд. Она по-своему истолковала хмурый взгляд и насупленный вид друга.

– Да нет. Все замечательно. Я же сказал, девчонки не сделают ничего такого, что бы тебя расстроило. Я был прав.

Парень вымученно улыбнулся, а Ира задумалась сильнее, не понимая, с чего это вдруг у Рокки так сильно испортилось настроение.

На улице лил дождь. Крупные капли с плеском разбивались об асфальт и прямо на глазах собирались в ставшие уже привычными лужи. Ира и Рокки замерли под козырьком подъезда. Ира методично потрошила джинсовый рюкзачок, который теперь казался совершенно неуместным, как и кроссовки – дорогие, фирменные, но изрядно поношенные.

«Завтра пойду за обувью!» – решила девушка и наконец выудила из недр похожего на мешок рюкзака обычный синий зонт – один на двоих. Рокки накинул капюшон на голову и порывисто шагнул вперед.

– Куда? – воскликнула Ира, потрясая зонтом. – Я зря, что ли, его доставала! Иди сюда и не мокни!

– Так он один, – нерешительно обернулся Рокки, заставив Ирку замереть.

– Ну и? – удивилась она, все еще не понимая, куда клонит парень. – А когда у нас было больше? Два – это роскошь. Давай иди сюда!

Она открыла зонтик и шагнула под дождь, по-хозяйски схватив Рокки за руку.

Наверное, сейчас, под дождем, взявшись за руки, они действительно напоминали парочку влюбленных. Похоже, Рокки пришли в голову те же мысли, потому что держался он очень уж отстраненно и скованно.

– Да что с тобой?! – У самого дома Ирка не выдержала.

– Ничего, прости! – Рокки отступил и закусил губу. Между темных бровей пролегла складка. – Просто ты… – он запнулся. – Я не ожидал…

– Чего не ожидал?

– Ну, что ты такая красивая, – горько усмехнулся парень и сделал шаг назад, под дождь, а Ира замерла, не находя слов. Вроде бы Рокки сказал комплимент, но почему же тогда на сердце стало так тоскливо? Он словно ставил в укор ей ее новую внешность. Хотя приложил все усилия для того, чтобы Ира решилась измениться. И чем, спрашивается, теперь недоволен?

Поведение Рокки казалось странным, но Ира была так захвачена новыми впечатлениями, что очень быстро о нем забыла. Предстояло проверить реакцию мамы и папы.

Они на пару восхищенно цокали, правда, папа, скорее всего, просто притворялся. Потому что, когда Ира мимо него прошла в столовую, он просто буркнул привычное: «Привет! Как дела?» и тут же отвернулся, и только возмущенный вопль «Неужели ты ничего не заметил?» заставил его оторваться от телефона. Папины глаза были виноватыми и грустными. Было видно – он не понимает, что от него хотят, но старается вникнуть. В результате он с энтузиазмом похвалил изменения, но Ирка очень сомневалась, что понял, какие.

Насладившись реакцией родителей, Ира помчалась в свою комнату и включила скайп, но лучшая подруга Дашка так и не появилась в Сети, как, впрочем, и вчера. Это единственное, что омрачило Ирин вечер. Разговоры и виртуальные встречи происходили все реже. Страшнее всего было то, что Ира теперь реже нуждалась в советах подруги и иногда сама забывала позвонить. Постепенно все изменялось, и приходилось принимать эти изменения. Какие-то были к лучшему, а какие-то нет.

Весь вечер Ира провела, предаваясь мечтам и пытаясь представить свою дальнейшую жизнь в новом имидже.

Весь следующий день Ира была в приподнятом настроении. Ей нравилось отражение в зеркале. К тому же изменения во внешности заметили одноклассники. Ира с удовольствием принимала как похвалы по поводу стильной прически и аккуратного маникюра, так и ловила откровенно завистливые, злые взгляды. Сегодня они радовали не меньше.

Заслуженно искупавшись в лучах славы в первой половине дня, после обеда девушка отправилась на наращивание ресниц и за новой обувью. В результате освободилась только поздно вечером. Даже для того, чтобы сходить в гараж, не осталось ни времени, ни сил. Все же красота – удивительно выматывающее занятие.

Наращивание оказалось муторной и долгой процедурой. Лежать на протяжении трех часов неподвижно на спине с закрытыми глазами, пока тебе приклеивают ресничку за ресничкой, было очень уж утомительно, зато результат превзошел все ожидания, и теперь Ира точно знала, от чего такие шикарные ресницы у модели, рекламирующей тушь и обещающей ресницы, как крылья. Именно такие черные, густые, закручивающиеся в уголках глаз «крылья» теперь были и у самой Иры. И смотрелись они совершенно не пошло.

Для ухода за всей этой красотой прилагался один нехитрый инструмент – обычная черная щеточка, такая же, какая бывает у туши для ресниц. Все просто, как и любила Ира. Она и представить не могла, что красота бывает удобной.

Правда, на покупку обуви осталось не так много времени, но Ира все же успела подобрать две пары сапог, ежеминутно жалея о том, что Дашка сейчас далеко и не может помочь советом. Слоняться по магазинам одной было уныло и грустно – это единственное, что омрачило замечательный день.

Вернувшись домой, Ира долго крутилась перед зеркалом. Она перетряхнула весь свой гардероб и нашла узкие джинсы, которые ей отдала Дашка. Подруге они стали малы еще года два назад, но джинсы были хороши, она не смогла их выкинуть и притащила Ире, которая засунула их в дальний ящик, а зря.

Узкие, графитово-серые, они идеально сочетались как с казаками на невысоком каблуке и голенищем из резной кожи до середины икры, так и с сапогами-ботфортами на высокой шпильке. Ира раньше не думала, что каблук может быть удобным, но правильно подобранная колодка творила чудеса – девушка чувствовала себя уверенно, да и лишние двенадцать сантиметров роста оказались кстати.

Эти сапоги удивительно хорошо смотрелись со строгой серой юбкой – школьной формой. А если дополнить наряд курточкой, которую подарила Надя, так и вообще можно хоть на свидание, хоть в клуб. Ира жалела лишь, что не успела подобрать себе туфли на сменку, но, с другой стороны, тот, кого она хотела очаровать, вряд ли встретится в школьных коридорах.

Хуже, что и в гараже он не появлялся, а ремонт мотоцикла шел полным ходом. Обстоятельства складывались так, что той встречи, о которой Ирка самозабвенно мечтала, могло и не произойти. Это заставляло грустить.

Сначала девушка ждала, вздрагивая от каждого шороха, и чуть что кидалась к двери, потом восторженное ожидание сменили апатия и грусть. Настроение испортилось, и Ира вновь погрузилась в меланхолию. Иногда даже посещали мысли о том, что все было зря, но отражение в зеркале радовало больше, чем раньше, и это уже было достижением.

Следующие несколько дней прошли, как обычно. Ира совсем привыкла к новой внешности и комплиментам, получила два приглашения на свидание – одно от одноклассника, другое от парня из параллели, но на оба ответила отказом, так как мечтала лишь об одном удивительно красивом синеглазом незнакомце. Другие ее не интересовали. Игорь являлся к ней во снах, она запомнила каждую черточку его лица и еще больше влюбилась в нордическую красоту парня.

Вечерами Ира просиживала, листая фотки ВКонтакте, изучила сериалы и музыкальные группы, которые были указаны у парня как любимые, но так и не решилась написать сообщение. Просто не знала, что сказать. Даже в друзья не добавилась. «Привет, ты спутал меня с парнем при первой встрече, но я очень изменилась. Приходи посмотреть еще раз». Это глупо.

И даже поделиться своими бедами было не с кем. Рокки тоже исчез. Сделал из нее принцессу и пропал на несколько дней. На звонки отвечал сухо, наверное, у него возникли какие-то проблемы. Ира переживала. Но пытать друга было бесполезно. Он всегда предпочитал молчать.

На третий день девушка с неудовольствием поняла, что внешность не изменила ее саму. Она все так же одна, без парня, без лучшей подруги и без друга. Сидит дома, листает новостную ленту ВКонтакте и ничего не может сделать со своей унылой и неинтересной жизнью.

В гараж Ира собралась рано, с трудом заставив себя одеться прилично и уложить волосы. Было лень, но девушка посчитала, что усилия сестры Рокки не должны пропадать зря. Ремонтировать машины на каблуках глупо, поэтому Ира надела новые стильные казаки, узкие джинсы и неизменную клетчатую рубашку. Точнее, ее утепленный вариант, который девушка накануне немного видоизменила и подогнала по размеру. Теперь бесформенная клетчатая толстовка смотрелась стильно и походила на ковбойскую куртку. К такому наряду отлично подходила шляпа, правда, не ковбойская с широкими полями, а небольшая с узкими. Ее Ира купила летом на отдыхе. Девушка бросила на себя взгляд в зеркало и улыбнулась, решив, что жизнь все же не так уж и плоха, если не зацикливаться на неприятностях и радоваться мелочам.

Рокки позвонил, когда она уже выходила из дома, усталым голосом извинился за свое очередное исчезновение и сказал, что будет ее ждать в гараже. Велел поторапливаться, и Ирка неслась как угорелая, но Рокки в гараже не было. И зачем, спрашивается, он ее торопил?

Работники все ушли на перерыв, Ира открыла гаражную дверь и включила погромче музыку, наслаждаясь тем, что может выбрать любимую волну. Обычно приходилось подстраиваться под вкусы остальных и слушать шансон, Круга и в редкие праздничные дни что-нибудь типа ранней «Арии».

Ира бродила по гаражу, собирая раскиданные по полу инструменты, и напевала популярную в этом сезоне песенку.

– А Рокки еще не пришел? – Голос показался смутно знакомым. Ира подпрыгнула от неожиданности, уронила гаечный ключ. Повернулась и обомлела. У входа в гараж стоял Игорь собственной персоной. Девушка даже дар речи потеряла. Она столько времени ждала этой встречи, а сейчас растерялась и очень хотела сбежать куда подальше. Язык прилип к нёбу, дар речи пропал.

Парень был высокий и красивый. Он Ире показался даже лучше, чем она его запомнила, и намного красивее, чем на фотках.

– Ооо, привет! – протянул он и бросил на девушку такой взгляд, от которого у нее подкосились коленки. – Ты, конечно, не Рокки, но, возможно, и к лучшему…

– Он еще не пришел. – Ира смущенно кашлянула, не в силах оторвать взгляд от парня. Хотелось ущипнуть себя за руку, чтобы проверить, сон происходящее или нет.

Светлые чуть вьющиеся волосы Игоря были в беспорядке, правда, девушка предполагала, что на этот беспорядок ушло много геля для укладки, да и времени тоже. В пронзительных голубых, словно сверкающие на солнце льдинки, глазах мелькнул интерес, а на губах расползлась хищная улыбка. Ире стало не по себе.

– Может, и хорошо, что Рокки не пришел… есть повод подождать, – низко протянул парень и сделал шаг вперед: – А ты кто?

– Я? – Девушка, растерявшись под пристальным взглядом, не сразу поняла, что от нее хотят. К щекам прилила кровь, и захотелось сбежать. – Я – Ира. Этот гараж принадлежит моему папе, а я ему здесь помогаю.

– Помогаешь? – Улыбка парня стала насмешливой, и Ира разозлилась. – Ключи гаечные собираешь?

– Ну почему же ключи? – Девушка пожала плечами. Не так она представляла первый разговор с принцем из сказки. – Чаще всего подготавливаю машины к покраске. Вот в данный период времени делаю конфетку из… – Ирка усмехнулась, пытаясь подобрать определение транспортному средству, которое сейчас приводила в порядок. – Из драндулета друга брата. Вон шайтан-машина стоит в том углу. Ты не представляешься, сколько она мне выпила крови! Еще иногда делаю аэрографию, но пока получается не очень. Ну и по мелочи отремонтировать что-то могу, если не хватает рук.

Попав на свою территорию, Ира стала увереннее и скоро болтала без умолку, даже не замечая, как насмешка в глазах Игоря сменяется неподдельным интересом и уважением.

Ира все еще испытывала неловкость, поэтому не могла остановиться и устроила целую экскурсию по гаражу, рассказала про то, чем они занимаются, показала новое оборудование, которое неделю назад привезли со склада, доложила, что мотоцикл отца Игоря ремонтирует самый лучший мастер в городе, и даже показала стенд с записочками. К нему Игорь подошел сам и изучал очень долго и внимательно.

– Никогда не думал, что красивая девчонка может разбираться в технике! – восхищенно отозвался Игорь. – Ты молодец! Мне впервые было интересно именно разговаривать с девчонкой, обычно я засыпаю после второй фразы про косметику и тряпки.

– Я сама не очень люблю разговоры о косметике, – усмехнулась Ира и опустила глаза. – А зачем тебе Рокки? – спохватилась она.

– Он попросил сюда прийти, что-то по поводу мотоцикла. – Игорь пожал плечами. – Представления не имею, что ему понадобилось. Но я и сам собирался зайти на днях, понаблюдать за процессом.

– А почему он попросил тебя? – удивилась девушка.

– Ну, не знаю, папа занят. Он спросил, не зайду ли я, а мне жалко, что ли? Только вот самого Рокки нет.

«И неудивительно», – подумала Ирка, разгадав замысел друга, а вслух произнесла:

– Ну, тогда, может быть, зайдешь завтра вечером? Вечерами Рокки, как правило, бывает всегда.

– Почему бы и нет, если только ты мне составишь потом компанию и согласишься прогуляться в парк или сходить в кино…

Ира хотела завопить «да-да», но вовремя спохватилась и взяла себя в руки, хитро заметив:

– Вот придешь завтра – и посмотрим.

– Часиков в шесть устроит?

– Если ты хочешь узнать про мотоцикл…

– Это Рокки хотел поговорить, я сам ничего особенно узнать не хочу. Лишь бы сделали хорошо и вовремя. Кстати, посмотри, может, он мне что-то оставил?

– Да вряд ли, его дня три не было… – заметила Ира хмуро, но все же послушно отступила на шаг, оглядываясь по сторонам.

– Да? А почему не было? – моментально заинтересовался Игорь.

– Не знаю. – Ира покачала головой. – Сама переживаю, ну да ладно… пойду, гляну.

Девушке вдруг стало неловко разговаривать с Игорем о Рокки и его проблемах, и она ушла в глубь гаража, прекрасно понимая, что ничего там не найдет. Рокки просто придумал предлог, чтобы выманить Игоря в гараж и дать ей второй шанс произвести первое впечатление.

– А ты хорошо знаешь Рокки? – Ира аж подпрыгнула, недоумевая, когда Игорь успел подойти.

– Достаточно, – уклончиво ответила девушка, начиная тяготиться этим разговором.

– Просто его не было три дня. Это нормально для работника? – не унимался Игорь

– Рокки, как и я, не в штате, но обычно пропускает редко и никогда по неуважительной причине.

– Ага… – Игорь помрачнел и кивнул. А Ира внимательно уставилась ему в лицо.

– Ты что-то знаешь? – обеспокоенно начала она.

– Да нет, так… забей! Все нормально! Рокки – привет, и до встречи завтра!

Игорь махнул рукой. А Ира осталась стоять посередине гаража. С одной стороны, она ликовала и готова была прыгать от счастья, с другой – последние слова Игоря насторожили, похоже, он знал о делах Рокки чуть больше, чем она сама.

Девушка дала себе слово попытаться разобраться и докопаться до сути проблем друга, чего бы ей это ни стоило.

Как и ожидала Ира, Рокки, когда появился ближе к вечеру, не сказал ничего внятного. Даже не попытался объяснить свое поведение. Как обычно, отделался туманными фразами, нахмуренными бровями и насупленным молчанием, заставив волноваться сильнее.

– Все будет путем, Гайка, – невесело улыбнулся он, и Ира закусила губу. Продолжать разговор стало бессмысленно. «Гайкой» Рокки не называл ее уже года три, говорил, что она переросла детское прозвище. Поведение молодого человека было странным. А Ира не любила странности.

– У тебя проблемы? С деньгами? – пришла в голову первая мысль, но Рокки дернулся, как от удара, а значит, Ира попала в цель, но вот добиться большего так и не смогла. Рокки только закрылся и перевел разговор на другую тему.

Позже она собралась домой. Ей стало не до странного поведения Рокки, а на следующее утро она и вовсе забыла про старого друга и его проблемы, потому что была суббота, и вечером ее ждало первое в жизни настоящее свидание, которое она предвкушала до дрожи в коленях. Было так волнительно, что даже кружилась голова.

Девушка планировала поспать подольше, лениво проснуться ближе к обеду и тем самым сократить время ожидания шести часов вечера до минимума, но, естественно, проснулась ни свет ни заря. Долго вертелась с боку на бок, пытаясь уснуть заново, но все же встала с чугунной головой и слипающимися глазами. Выпила кофе и села за компьютер. Ира чувствовала себя разбитой. Под глазами были синяки, и даже предстоящее свидание в данный момент не казалось прекрасным.

В столь ранний час вКонтакте Дашки не было. Опять. Похоже, подруга или ушла с головой в учебу, или просто у нее появились новые интересы и ей стало не до старых друзей. Очень жаль. Все же расстояние сыграло с ними злую шутку. Ира все еще по привычке заходила на страничку подруги, но сообщения писала все реже. Хотя сейчас очень хотелось пообщаться. Дашка умная, она успокоила бы и помогла. Ира посидела полчасика с открытым ноутом, просмотрела новости и решила выйти в реал.

Весь день все валилось из рук, прическа получалась какой-то кривой, стрелки пришлось перерисовывать три раза, а сапоги на шпильке почему-то именно сегодня жали. К шести часам вечера в гараж Ира пришла злая, уставшая и дерганая. Никуда идти не хотелось.

Но когда парень не просто пришел за ней, а заехал на такси и галантно помог сесть в салон машины под очень нехорошим, пристальным взглядом Рокки, пребывающего в дурном настроении, Ира выдохнула, закрыла на секунду глаза, собираясь с мыслями, и настроилась на веселый вечер. В конце концов, все мелкие неурядицы – это исключительно следствие волнения. А волноваться нечего. Игорь явился, как и обещал. Не опоздал и не забыл. Так есть ли повод для печали?

Парень был учтив и красив, он делал все, чтобы понравиться, и для начала повез в кино.

– У тебя есть предпочтения по кинотеатрам? – поинтересовался он. – Может быть, «Плаза» или «Люкс»?

– Мне все равно, – очень честно и счастливо призналась Ира, утопая в голубых глазах. Не верилось, что все происходящее правда.

Сначала катались по вечернему городу и выбирали кино. Потом ели мороженое, смеялись на последнем ряду, задорно хрустя попкорном, а дальше отправились гулять под дождем в опустевший старый парк аттракционов, расположенный почти в самом центре города, недалеко от реки.

Впервые в своей жизни Ирка делила зонт не с Рокки и даже не жалела об этом. Это было, с одной стороны, странно и волнующе, а с другой – здорово. То, о чем она так давно мечтала, случилось, и ее позвал на свидание парень, сбежавший со страниц глянцевого журнала.

На улице дул ветер, капли залетали за воротник куртки, Ирка смеялась и постоянно спотыкалась на своих непривычно высоких шпильках. Игорь ее ловил, приобнимая за талию, и девушка готова была падать бесконечно.

– Нужно где-то посидеть, – Ира вздохнула, сдаваясь. Больше она ходить не могла. – Только где? Везде сыро.

– Пойдем! – Игорь выскочил из-под зонта и потащил девушку за собой, ухватив за руку. – Тут есть колесо обозрения. Там кабинки с крышей.

– А нас не отругают? – Ира не могла решиться. – Страшно.

– Нет, сейчас парк не работает, – успокоил ее Игорь. – Тут даже если и есть сторож, то он сидит у себя в будке и в такую погоду даже нос на улицу не высунет. Мы не собираемся ничего громить? Правильно? Просто спрячемся от дождя и отдохнем.

Ира сначала сомневалась, а потом поняла, что ей наплевать. Пусть ругают, можно же убежать! Лишь бы Игорь был рядом. Они ничего плохого не делают! Так почему бы и нет.

Перелезать через невысокое ограждение на каблуках было неудобно, но Ира вспомнила лихое, проведенное на заборах детство и перемахнула на другую сторону прямо в объятия поджидающего ее Игоря. Челка парня намокла, и капельки воды застыли на носу, а глаза поблескивали из-под темных слипшихся от дождя ресниц.

Ира почувствовала, как к щекам прилила кровь, даже руки согрелись. Девушке на миг показалось, что Игорь ее сейчас поцелует, но он лишь улыбнулся одними губами и бережно поставил на землю.

– Пойдем внутрь!

Девушка осторожно забралась в качающуюся кабинку. Тут было ненамного теплее, чем на улице. Но, по крайней мере, имелась крыша, чуть живые сиденья, и было не так ветрено.

Ирка поежилась и попыталась спрятать озябшие руки в рукава.

– Замерзла? – Игорь подсел поближе и перехватил ладони девушки своими.

– Немного, – смущенно призналась Ира, не рискуя даже дернуться. Парень находился так близко, что девушка нервничала, испытывая совершенно новые чувства. Она не знала, что говорить и как себя вести.

– Давай погрею. – Игорь спрятал Иркины руки у себя в теплых рукавах, заставив девушку обхватить холодными дрожащими пальцами свои запястья. Молодые люди оказались словно скованы друг с другом и какое-то время сидели молча.

Ира разглядывала Игоря, стараясь запомнить каждую мелочь. Четкую линию скул, непослушную намокшую челку, чуть вздернутый нос и резкую, изломанную линию губ. Он разительно отличался от Рокки. Выглядел младше, был чуть уже в кости, дороже одет и вел себя непринужденно- уверенно, без ершистой насупленности, к которой Ира привыкла. Игорь явно чувствовал себя хозяином положения. Видимо, он привык идти с гордо поднятой головой. Его, наверное, уважали и с ним хотели дружить всю жизнь. И ему никогда не приходилось доказывать, что он не хуже.

При воспоминании о Рокки настроение испортилось. Внезапно Ира почувствовала, что сейчас, разглядывая Игоря, гуляя с ним ночью, предает друга. Не только самим фактом встречи и прогулки, но и тем, что выбрала кого-то, принадлежащего к иному миру. Рокки всего добивался сам и слегка презирал маменьких сынков, которые ему, как правило, платили тем же. А вот Игорь, сразу видно, рос в достатке. Ирка не была уверена, что он работал хоть один день за свою жизнь, но для семнадцати лет это в целом норма. Мысли о Рокки отравили вечер, и Ира даже себе не могла объяснить, почему ей стало так грустно. Из-за чего в душе поселилось странное ощущение неправильности происходящего?

– Ты что-то погрустнела. – Игорь заметил состояние Иры.

– Да нет. – Девушка через силу улыбнулась, пытаясь отогнать печальные мысли. – Просто замерзла, да и поздно уже, наверное. Пора домой.

– Если замерзла, может быть, сначала кофе? – участливо спросил парень и подвинулся ближе, внимательно заглядывая в глаза.

Ира не знала. В ее душе боролись два чувства. С одной стороны – желание сбежать и спрятаться в свою привычную нору, где царило одиночество, а с другой – уходить никуда не хотелось. «Ты так боялась остаться одна! – шепнул внутренний голос. – Так зачем же сама все рушишь? Сидишь букой, терзаешься угрызениями совести, хотя не виновата, и пытаешься снова спрятаться в раковину. А еще отговариваешься мыслями о старом друге, с которым и видишься-то не так уж и часто».

– Кофеее, – протянула Ира, хитро сощурившись. – На ночь?

– Ну, не знаю… – Казалось, Игорь слегка смутился.

– Наверное, не очень пойдет. А вот от горячего шоколада не откажусь!

– Хорошо! – Парень просиял. – Пойдем, я знаю недалеко симпатичную кофейню. А то ты действительно замерзла!

Игорь уже привычно поймал в объятия Иру, спрыгнувшую с висящей в полуметре над землей кабинки, и какое-то время удерживал на весу. Девушка обняла его за шею и поймала мимолетную улыбку. «Ну, поцелуй же!» – пронеслось в голове. Было одновременно страшно и сладко, когда теплые губы на миг коснулись ее замерзших и дрожащих, а потом Ира испугалась и отпрянула. Сердце стучало как бешеное, а щеки горели. Хорошо хоть в темноте этого не было видно.

Игорь не стал настаивать, послушно поставил девушку на землю и протянул руку.

– Пойдем? – Он улыбнулся как ни в чем не бывало, и Ира послушно коснулась холодными пальцами его теплой ладони.

Мимолетный поцелуй смутил, заставил нервничать сильнее, но, с другой стороны, разрушил какой-то невидимый барьер, и Ира внезапно почувствовала себя намного свободнее и раскованнее. Она поняла, что и Игорь немного смущался и робел. Он тоже боялся сделать что-то не так, и его рука слегка дрожала, хотя парень не подавал виду и выглядел совершенно спокойным. Это открытие обрадовало, и в тепле уютной, тихой кофейне Ира окончательно ожила.

Она сжимала озябшими руками чашку горячего шоколада и болтала без умолку, рассказывала смешные случаи из жизни, сетовала, что лучшая подруга уехала учиться в Москву и не пишет, расспрашивала о том, чем увлекается и занимается Игорь.

Теперь немного робел Игорь, особенно когда рассказывал о своих увлечениях, которых у него, по сути, не было. Это Иру удивило, и она решила, что обязательно поможет найти Игорю какое-то интересное занятие по душе.

А перед калиткой девушка поцеловала парня сама, на сей раз по-настоящему, медленно и очень нежно, а потом, смущаясь, шепнула в губы: «Пока», – и ловко ускользнула из объятий в темноту деревьев, окруживших тропинку, ведущую к дому. Родители уже спали, на столе лежала записка, в холодильнике стояла еда. Но Ира была не голодна. Ее сердце пело. Хотелось танцевать и ни капельки – спать. Но едва голова коснулась подушки, девушка отключилась, чтобы проснуться с утра от топота, ругани и криков в телефонную трубку. Дома творился форменный бедлам, и когда она узнала его причину, стало по-настоящему страшно, впервые в жизни. Привычный мир рухнул как карточный домик. Девушка просто не верила, что все это происходит на самом деле.

Ира никогда не видела папу настолько взвинченным и дерганым. Ему было даже на глаза страшно показываться. А все потому, что с самого утра работники позвонили из гаража и сообщили, что ночью кто-то угнал стоящий на ремонте мотоцикл. Самым гадким было то, что подозрение падало на Рокки, который вчера допоздна засиделся в гараже, а сегодня просто исчез. У него были запасные ключи и вечные проблемы с деньгами.

Никому, особенно Ирке, верить в его вину не хотелось, но он единственный из тех, кто имел ключ, хотя бы теоретически мог это сделать. Или все же не мог? Ира сама не знала. Слишком уж странно вел себя друг в последние дни, да и вообще детство закончилось. Вдруг Ирка просто не заметила, когда Рокки успел измениться?

Все это пришлось рассказать взволнованному папе.

– Но я все равно не хочу думать, что это он. – Девушка всхлипнула, чувствуя себя предательницей.

– Я тоже не хочу. – Папа устало улыбнулся и умчался, а Ирка потащилась грустить к себе в комнату и ждать новостей. Хотелось закрыться с головой пледом, уснуть, а проснувшись, понять, что все случившееся – всего лишь дурной сон.

Весь вечер Ирка грустила и ничего не могла с собой поделать. На душе было печально, и даже свидание не улучшило настроения. Девушка даже хотела отказаться, но не нашла слов и буквально заставила себя идти и делать вид, что жизнь прекрасна. Это было в любом случае лучше, чем оставлять сотни сообщений Рокки и рыдать на подоконнике.

Игорь повел Иру в «Шоколадницу». Девушка сидела, помешивала пенку на кофе маленькой ложечкой и молчала, не желая заводить опасную тему. Она вообще была не в курсе, сказал ли папа отцу Игоря о пропаже мотоцикла или пока пытается собственными силами найти выход из неприятной ситуации. Заявил ли родитель в полицию, Ира тоже не знала. И вникать не хотела, а сама рассказывать Игорю – тем более.

Вообще самым лучшим было бы не думать о неприятностях вообще, но не получалось. Ира раз за разом возвращалась к событиям, анализировала, строила догадки и не могла понять, что произошло. Если бы Рокки вышел на связь, возможно, он смог бы все прояснить. Но телефон молчал, и в Сети парня не было. Это вообще для него было характерно, но сегодня Ира дергалась и видела в этом дурной знак. Она переживала так сильно, что даже аромат кофе не радовал. В горле стоял комок, и девушка тратила все усилия на то, чтобы не разрыдаться при Игоре. Парень смотрел на нее внимательно, улыбался, но сегодня совершенно не волновал и не вызывал чувства эйфории. Скорее его сочувствующая улыбка даже слегка раздражала. Ира пыталась бороться со своим настроением, заставляла себя не думать о Рокки, но раз за разом возвращалась в сегодняшнее утро и вновь не могла поверить, что все происходящее – это реальность.

– Ты что сегодня грустная? – поинтересовался Игорь и положил голову Иры к себе на плечо.

Этот жест растрогал. Сразу же возникла потребность всплакнуть и поделиться всем-всем. Ира очень не хотела верить в вину Рокки, но друг сегодня не появился. Папа собирался его найти, но так как Ира даже дозвониться с утра до друга не смогла, то решил, что тут дело нечисто. Зачем Рокки пропал, если не был виноват? Куча вопросов и ни одного ответа.

– Эй, Ир? – одернул ее Игорь. – Ты не слышала мой вопрос?

– Ой, прости! – Девушка чутьчуть отстранилась и потерла виски. – Просто небольшие семейные проблемы. Ничего страшного, но выбило из колеи, и чувствую себя разбитой.

– Не хочешь рассказать? – участливо поинтересовался парень. И Ира была благодарна ему за заботу. Она задумалась, взвешивая все «за» и «против», но, в конце концов, помотала головой.

– Нет, пожалуй, – сказала девушка. – Не хочу ни говорить об этом, ни думать. Давай лучше пойдем домой? Ты не обидишься?

– Нет, конечно. – Игорь поднялся и протянул руку Ире. – Завтрато ты со мной встретишься?

– Вечером? – поинтересовалась девушка.

– Ну… – Игорь почему-то замялся. – Давай лучше после школы. Хорошо? До вечера долго. Я скучаю, – улыбнулся он. – А там решим. Может быть, еще и вечером куда-нибудь сходим.

– Как скажешь. – Сейчас Ире было все равно. Днем, вечером… какая разница? Лишь бы Рокки был не виноват. Этот вопрос сейчас волновал значительно сильнее, чем все остальное.

– Вызвать такси?

– Нет. – Ирка поморщилась. – Давай лучше прогуляемся.

Дождя не было. Свежий, промозглый осенний воздух пах опавшей листвой и приближающимися холодами. Ирка вдыхала его полной грудью, молчала и медленно брела, держа за руку Игоря.

Как хорошо, что он появился в ее жизни именно сейчас. Если бы в этой ситуации она оказалась одна, было бы совсем тяжело, а так хоть что-то отвлекало от мыслей о Рокки. Как лучший друг мог так поступить?

Из раздумий Иру вырвал телефонный звонок, девушка вздрогнула, предположив, что это мама начала волноваться. Но потом поняла, что мелодия незнакомая.

– Ириш, прости, – натянуто улыбнулся Игорь, несколько секунд смотрел на экран телефона и потом, словно нехотя, взял трубку, приглушенно буркнув: «Да, слушаю».

Парень, видимо, чтобы она не услышала, немного ускорил шаг, но Ира все равно невольно уловила обрывки разговора, хотя и не ставила перед собой цель подслушать.

– Да помню я! – раздраженно, но слегка испуганно отзывался Игорь. – Да, все без изменений. Слушай, давай не сейчас. Ладно? Хорошо, жду эсэмэс. –  Парни из колледжа звонили, – непонятно зачем пояснил он Ире.

Она кивнула и снова взяла его за руку, чувствуя, что после разговора молодой человек стал каким-то нервным и дерганым. Но задавать лишних вопросов не стала. В конце концов, она и сама сегодня не была настроена на откровенные разговоры. У всех есть свои проблемы, и не всегда стоит ими делиться с окружающими.

Игорь проводил Иру до калитки и наклонился, чтобы поцеловать. Девушка замерла, чувствуя, как стучит сердце, но в последний момент ускользнула. Теплые губы мазнули по щеке. Игорь отступил и понимающе усмехнулся, а Ира лишь шепнула:

– До завтра!

На самом деле она немного жалела о своей нерешительности. Просто сейчас не могла думать ни о чем, и уж тем более о поцелуях.

Пока бежала по тропинке к двери дома, сердце стучало, словно отбойный молоток. Что за день узнали родители? Разрешилась проблема или нет? Нашелся Рокки? Что сказал? Все это не давало покоя.

– Мам? – Ирка вбежала домой и кинулась сразу к маме: – Что нового?

– Да ничего хорошего, Ириш. – Мама покосилась в сторону комнаты, где папа смотрел телевизор, и увлекла Иру за собой на второй этаж, продолжив тихим голосом: – Папа нашел Диму, но он все отрицает. Разозлился. Говорит, что вообще не в курсе случившегося.

– Ну, так и я о чем?

– Ты знаешь его. У него проблемы с деньгами. Ты вчера сама об этом папе сказала. Просто… – мама замялась. – Ну, некому больше. Папа и так в голове случившееся крутил и этак. А Дима психанул, разговаривать не стал. Если не виноват, то объяснил бы все, а он даже на контакт не пошел.

– Думаешь, он стал бы решать свои проблемы таким образом? – горько усмехнулась Ирка, чувствуя, что душат слезы. – Он ведь с нами с детства! Он не мог так поступить.

– Может, кому-то задолжал крупно? Всякое бывает в жизни. Иногда люди идут на преступления от безвыходности.

– Не знаю. – Ира покачала головой, но невольно вспомнила странное поведение Рокки в последнее время. Слишком многое указывало на то, что мамины слова – правда. Даже Игорь при первой встрече намекал на то, что у Рокки проблемы.

– Понимаешь… – Мама замолчала, подбирая слова. – Никто бы на него не подумал. Но он единственный, кто в субботу вечером был в гараже. Папа ушел в девять, Дима еще оставался там. А мотоцикл вывели, не взломав замок, а открыв ключом. У Димы ключ был. Мне жаль, но пришлось написать заявление… если он бы сам признался, было бы лучше и проще. Мы бы смогли ему хоть чем-то помочь. Но каждый сам выбирает свою судьбу и жизненный путь.

– Не хочу верить! – Ирка всхлипнула и, вырвавшись из маминых объятий, убежала к себе в комнату на второй этаж. Все еще отказываясь признавать очевидное, она бросилась к коробке, в которой лежали сбережения Рокки. Она оказалась пуста.

Руки задрожали, и Ира медленно опустилась на кровать, чувствуя, что ее душат рыдания. Если Рокки забрал заначку, значит, все было действительно хуже некуда. Эти деньги он откладывал на машину и ни за что бы не потратил. В голове проносились сцены из прошлого. Как Рокки в одну из первых встреч застал Ирку рыдающей на детской площадке. Вообще она тогда была виновата сама. Ее разозлили хулиганы Вовка и Толик, потому что дразнили пацанкой. Ирка психанула и швырнула в них свой любимый металлический джип – совсем как настоящий, блестящий, черный и с открывающимися дверцами.

Хулиганы убежали, а машинка ударилась о ствол дерева и лишилась колеса. Так было обидно! А Рокки починил и еще добавил, что сделал это просто так, а не из-за яблока. Ирка даже не сразу вспомнила, из-за какого. Что яблоко? У нее их вон, целый сад растет! А машинка такая одна.

Таких мелких эпизодов в их жизни было много. Они вместе катались на велосипедах, вместе попались на высоком дереве на дальней улице, куда ходить было нельзя. Вместе варили зелья, подсовывая стеклянные банки в огромный костер, который жег по осени Ирин папа, а потом все закончилось. Рокки вырос и… предал?

Девушка никогда не думала, что предательство – это так больно.

Ира просидела молча довольно долго. Она не шевелилась, а по щекам текли слезы. Из этого состояния ее выдернул скрип окна.

На подоконнике появился промокший Рокки. Он был мрачнее, чем обычно, и в первую секунду сердце сжалось от жалости. Рокки, как всегда, не взял с собой зонт. Вода стекала с темно-пепельных волос, тонкая ветровка промокла насквозь. Но Ира была так на него зла, что даже и не подумала предложить переодеться.

– Как ты смел! – не выдержав, без приветствия всхлипнула она. – Я тебе верила, как брату, а ты?

– И ты туда же? – с горечью в голосе отозвался парень и отшатнулся, как от удара.

– А что мне думать?! – громким шепотом, чтобы, не дай бог, не услышали родители, уточнила Ира. – Ты вчера ушел из гаража последним! Ты ходишь дерганый который день, ты забрал все деньги и даже ничего не сказал!

– Ты могла бы подумать, что я никогда бы так не поступил. И ты это знаешь, – очень тихо сказал Рокки, и Ире на миг стало невыносимо стыдно, но потом парень добавил: – Лучше бы присмотрелась к своему Игорю.

– А он-то тут при чем? – Ира даже поперхнулась от возмущения.

Если бы Рокки признался, если бы объяснил, они бы придумали, что делать, и папа, девушка была уверена, помог бы решить любую проблему, обратись Рокки к нему. Только нужно вернуть мотоцикл.

– Ну потому, что если кто и взял мотоцикл – это он. А не я.

– Как и когда? Гараж был открыт ключом! – Ира с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться на крик. – Ключ был у тебя, а не у Игоря! Не заговаривай мне зубы! Зачем ты пытаешься очернить его и врешь мне в глаза?

– Ир, послушай хоть ты. Когда я пришел на работу, то заметил кое-что странное. На доске не было запасных ключей, они там висят постоянно. А в субботу не было.

– Я в пятницу показывала Игорю гараж, у доски мы останавливались специально и стояли достаточно долго – ключи были, – возразила девушка. – Не пытайся оправдаться.

– Мне и не нужно. Ключи в пятницу висели, а после появления твоего Игоря исчезли!

– Рокки, у тебя совсем крыша поехала! – разозлилась Ира. – Ты пытаешь свалить вину на кого-то еще! Зачем Игорю угонять мотоцикл своего отца? Не понимаю! Ему это не нужно.

– А мне, значит, нужно?

– У тебя проблемы!

– Ты знаешь меня с трех лет, – горько бросил Рокки. – Но веришь почему-то своему новому парню, с которым знакома без году неделя. Все вы девчонки одинаковые, вам деньги туманят разум! Раз парень обеспеченный, значит, он не способен на подлость! Ему незачем! Только ты не задумывалась, откуда у него деньги? Он не работает, как я, он только ими сорит. Ах да, у него же есть богатый папа, и это меняет все. Игорь сразу становится принцем на белом коне, рыцарем без страха и упрека, который катает свою девушку на такси, водит в кафе и кино. А злодей кто? Злодей – Рокки. У него же проблемы с деньгами. А ничего, что у меня всегда проблемы с деньгами? Каждый день я ищу, что пожрать, во что одеться, на что купить хотя бы минимум. Но я с этими проблемами благополучно справляюсь и справлялся всегда, не пытаясь залезть в чужой карман. Я привык жить с проблемами и находить выход. А твой Игорь? Думаешь, ему папа дает деньги на девчонок? Пускать пыль в глаза и строить из себя крутого?

Ира ничего не думала, но уже чувствовала себя гадко. Даже дар речи потеряла. А Рокки только громко хмыкнул, покачал головой и скрылся за окном, бросив на прощание:

– Поверь: у твоего Игоря проблем не меньше, чем у меня. Только он решить их не может, вот и вертится как уж на сковородке, подставляя других. Но ведь ты мне не поверишь, потому что твой принц не я.

Ирка хотела возразить, но Рокки уже скрылся в темноте. На душе стало настолько гадко, что хотелось завыть в голос. Девушка подумала, что уснуть сегодня не сможет. Так и получилось. Она вертелась всю ночь, рыдала в подушку и к утру пришла к одному неутешительному выводу – она дура. Наивная влюбленная дура.

Ей нравился Игорь, и она не хотела верить словам Рокки. Но с другой стороны, она слышала разговор, из которого ясно чувствовалось – у Игоря проблемы, а Рокки… Рокки действительно даже раньше, в совсем сложные времена, никогда не брал чужого. Слишком много тех, с кем он играл в одной песочнице, пошли по скользкому пути. Наглядных примеров перед глазами имелось достаточно. Гараж был местом, которое Рокки кормило, одевало, с которым он связывал планы на будущее. Он не стал бы так поступать. Это не похоже на него. И, стоит признать, Рокки банально не так глуп.

Девушка предполагала, что и ее папа считал так же, но других подозреваемых не было, поэтому он и попросил Рокки по-хорошему даже на пороге гаража не появляться, пока все не решится. Ире же предстояло определиться, как поступить правильно в этой непростой ситуации. Впервые ей было необходимо принять серьезное, самостоятельное и взвешенное решение, от которого столько всего зависит. Если она ошибется, пострадают многие, в том числе и Рокки. Да и она сама.

Родителям о ночном визите она ничего не стала говорить. В первую очередь потому, что сама еще ни в чем не была уверена. Если она просто скажет, что не верит в вину Рокки, – это не будет новостью. Нужно узнать больше.

С Игорем девушка должна была встретиться после школы, но сейчас идти не хотела. Впрочем… у нее возникла идея, как вывести парня на чистую воду, если он, конечно, в чем-то виноват. И если получится, репутация Рокки будет восстановлена и все проблемы разрешатся.

С утра Ирка лениво пролистывала ленту новостей ВКонтакте, когда раздался характерный звук. На связь в скайпе вышла Дашка. Только подруга могла появиться так вовремя и в то же время не вовремя. С одной стороны, Ирка очень сильно нуждалась в дружеской поддержке, с другой – была сонная, зареванная и чувствовала: не сможет держать в себе ничего из случившегося. А вот делиться бедами с подругой было неловко, да и немного стыдно. Странно. В воровстве подозревают Рокки, а вот ощущение липкого стыда почему-то преследовало Ирку.

А потом слишком много всего произошло со времени последнего разговора с подругой. Смена внешности, начало отношений с Игорем и проблемы с Рокки, которого все подозревают в том, что он угнал дорогущий мотоцикл. После ночного разговора с парнем Ира вообще находилась на распутье. Рокки был ей безумно дорог. Она знала его всю жизнь и поэтому даже в своих чувствах к нему не хотела разбираться. Он всегда находился с ней рядом, даже если они не виделись месяц, и возможное предательство очень сильно ранило. А с Игорем она познакомилась недавно, но парень был таким классным, просто мечтой! Ее рыцарем на хромированном монстре. И в его вину верилось с трудом. Ведь принцы не могут быть подлецами!

Ира так запуталась во всем происходящем, что даже не сразу приняла видеозвонок. Не знала, как не разрыдаться на простой вопрос: «Как дела?»

Дашка совсем не менялась. Подружка всегда выглядела так, словно сошла с обложки модного журнала. Она уже с утра уложила свое иссиня-черное каре и подвела выразительные глаза.

– Привет! – Подружка лучилась улыбкой, но очень быстро заметила, что Ира сильно расстроена. Даже быстрее, чем новую прическу, которая с утра торчала иголками дикобраза.

Врать Дашке Ира не могла, поэтому выложила все как на духу, даже всплакнула немного. Рассказала про Рокки, и про Игоря, и про сложную ситуацию, в которой неизвестно, кому верить.

Впервые за долгое время Ира не слушала, а преимущественно говорила. Надеялась, слова помогут разобраться, а в итоге путалась все сильнее. Ночью девушка почти поверила Рокки, а сейчас Дашка подлила масла в огонь. Она мрачнела от минуты к минуте, а потом задумчиво сказала:

– Ир, мы все вырастаем, и даже лучшие друзья отдаляются. – Даша погрустнела, а в горле у Ирки застыл комок. Слишком уж явным был намек. –  Появляется иное окружение, иные интересы, – неумолимо продолжила подруга, сглотнув. – Мы двигаемся дальше. Нам на пути встречаются люди, которые, возможно, подходят нам больше, чем те, кого мы знаем сто лет. Не потому, что новые друзья чем-то лучше, просто родство душ чувствуется острее в сознательном возрасте. Я понимаю, почему ты так цепляешься за Рокки и дружбу с ним, но что если он действительно вырос и отдалился? Ты сама говоришь, Игорь из благополучной, обеспеченной семьи. Он милый, веселый, и тебе с ним хорошо… полная противоположность Рокки. Может быть, эта ситуация совсем не запутанная, а самая что ни на есть простая. Есть плохой мальчик и хороший…

– Знать бы еще, какой из них какой… – пробормотала Ирка, прекрасно понимая, что именно Даша имела в виду.

Разговор отнял много времени, и Ира поняла, что если сейчас не попрощается, то просто опоздает в школу. Времени не осталось даже на нормальную укладку и кофе, а прогуливать совсем не хотелось. Поэтому девушка попрощалась с Дашкой, послала ей воздушный поцелуйчик и, выслушав напоследок восторги по поводу новой стрижки, захлопнула ноутбук. Этот разговор ничего не прояснил. Только заставил еще больше сомневаться.

Никогда еще Ира не чувствовала себя так неуютно. Она была измучена, несобранна и даже на уроках с трудом сдерживала слезы. Впервые в жизни она ушла из школы раньше, пропустив два последних урока физкультуры. Хотелось во всем разобраться как можно быстрее. Поставить точку и продолжить жить дальше, забыв случившееся, словно кошмарный сон. Она не была уверена, что сможет сделать все правильно. Ира не любила и не умела врать, поэтому боялась, что Игорь ее раскусит. Но хуже всего будет, если он поймет, что что-то не так, а подозрения не подтвердятся. Ира не знала почему, но, хорошенько подумав, поняла, что, если все же виноват Рокки, а не Игорь, она расстроится в разы сильнее.

Вообще она чувствовала себя неприятно, так как за последние два дня осознала несколько очень непростых вещей.

Игорь был ей симпатичен, но стоило признать: в минуту опасности девушка, почти не задумываясь, встала на сторону Рокки. Как только она нашла возможность доказать невиновность парня, так сразу все стало восприниматься проще. Что это значит, Ира пока не хотела понимать, но знала точно – многолетняя дружба с Рокки намного важнее, чем увлечение Игорем. А значит, нужно обязательно сделать все возможное, чтобы доказать невиновность Рокки.

Ира вышла в школьный двор и, миновав небольшой стадион, вылезла в дыру в заборе, чтобы оказаться на теплотрассе – тут было уютно и безлюдно. Девушка уселась на трубы и достала телефон.

– Привет, – проворковала девушка в трубку, едва справившись со слезами. – Ты где? Уже освободился?

Игорь был свободен. Ире вообще казалось, что он свободен всегда. На занятиях парень появлялся очень редко, домашними заданиями, похоже, не заморачивался. Зачем учился, непонятно, хотя, может быть, ему все давалось легко, как и самой Ире?

Договорившись о встрече, Ира думала о том, что теперь самое главное, чтобы все получилось и эсэмэс, которую собирались прислать Игорю вчера вечером, была еще не стерта. И вообще, кто сказал, что речь шла именно о мотоцикле? Может быть, это совсем другие дела, пусть и те, которые Игорь пытался от нее скрыть. Мысли не давали покоя, и Ира дергалась сильнее с каждой минутой.

Девушка не стала просить забрать ее от школы, предложила встретиться в расположенной недалеко кафешке. К тому моменту, когда пришел парень, она практически успокоилась и успела выпить почти целый чайник имбирного чая с медом и корицей. Причем ни вкуса, ни аромата даже не почувствовала. Зато хоть руки дрожать перестали.

– Привет! – вымученно улыбнулась она и позволила поцеловать себя в щеку. От Игоря пахло свежим, морским по запаху, недешевым парфюмом. И сам парень излучал уверенность и харизму. Он располагал к себе, и Ира снова начала сомневаться, не понимая, зачем ему забирать мотоцикл отца и подставлять Рокки. Ведь у Игоря и так все хорошо.

Может быть, не виноват ни тот, ни другой? Как бы Ире хотелось в это верить!

– Опять грустишь? – поинтересовался он и сел на соседний стул, тут же приобняв Иру за плечи.

– Есть немного. – Девушка не стала отрицать очевидное. – Будешь делать заказ?

– Наверное, попью кофе. Ты не знаешь, тут хороший варят?

– Не пробовала. – Ире очень трудно было сконцентрироваться и общаться как ни в чем не бывало, обсуждать вкус кофе и делать вид, будто жизнь прекрасна, но девушка старалась. На кон было поставлено слишком многое. – Я пила чай. Он хорош.

– Но я все же рискну. – Парень улыбнулся.

Игорь подозвал официанта и сделал заказ, а Ира сосредоточилась. Стоило понять, как действовать дальше и не пропустить нужный момент.

Самым сложным оказалось добраться до телефона Игоря. Парень никуда не уходил, но, к счастью, повесил курточку на спинку стула, а телефон оставил в кармане. Ирка косилась на него, словно коршун, и очень боялась себя выдать.

– Слушай, – спустя какое-то время спросила она. – А ты не сходишь за мороженым? Я, конечно, понимаю, что запрос не по погоде. Но очень хочется.

– Сейчас позову официанта, – моментально отреагировал Игорь.

– Нет. – Ира сочиняла на ходу. – Я слышала, что его вроде бы заказывают у стойки… узнай, пожалуйста.

– Правда? – удивился парень, но послушно поднялся. – Схожу, посмотрю.

Ирка, бросив взгляд на спину парня, дрожащими руками взяла его телефон и быстро полезла в пропущенные звонки и эсэмэс. Скоро она наткнулась на нужное: «Пригонишь в 21.00 на поворот у городской свалки». Девушка сунула телефон обратно в карман и схватилась за полупустую чашку ровно за секунду до появления Игоря. Руки снова дрожали. Девушка чувствовала себя то ли тайной агенткой, то ли просто преступницей. Если Игорь вдруг окажется невиновным, то ее поведение будет глупым и некрасивым. Но сейчас девушке было все равно.

– Нет… не нужно заказывать мороженое у стойки, – сказал Игорь, присаживаясь обратно на стул. – Можно было позвать официанта. С чего ты взяла?

– Да? Не знаю даже. – Девушка сделала удивленные глаза. – Ну и ладно, все равно мне пора.

– Так быстро? – Игорь опешил. И конечно, стоило бы посидеть подольше, чтобы не вызывать подозрений, но Ира не могла находиться в его обществе. – Я и заказ уже сделал. Ты же три минуты назад никуда не торопилась.

– Прости, конечно, но обещала папе помочь! Только сейчас вспомнила, – с сожалением протянула она. – После того как… ну ты в курсе, рук катастрофически не хватает. А у меня из головы вылетело.

– Да уж, неприятная история. – Игорь помрачнел. – Вот прав мой папа, нечего пригревать разных бродяжек. От них одни проблемы.

Ира сжала зубы и вцепилась в кружку, прилагая неимоверные усилия, чтобы не выплеснуть содержимое в слащавое лицо, которое совсем недавно казалось ей симпатичным. Но вместо этого задала последний, проверочный, вопрос:

– Может быть, вечером встретимся? А? Ну полдевятого, в девять. Я уже освобожусь к этому времени. Сходим куда-нибудь, ты вчера обещал показать мне ночной клуб и даже провести через фейсконтроль.

– Ты знаешь… – Игорь закусил губу. – Сегодня, наверное, не выйдет. Да и в клубе выходной. Давай завтра? К твоим услугам все развлечения этого города! Гульнем?

– О’кей! – Ира поднялась и через силу улыбнулась. – Завтра так завтра! – сказала она и ужом проскользнула мимо Игоря, увернувшись от его рук. Оставаться с ним в одном помещении было противно.

Девушка выскочила на улицу и очень долго не могла отдышаться, хватая ртом промозглый осенний воздух. Руки дрожали, и кружилась голова. А едва зарождающиеся чувства к Игорю вяли, словно дешевые розы, купленные на углу у недобросовестных цветочников. Все же не права Дашка, проверенные годами друзья ценнее и ближе, чем те, которые только появились. По крайней мере, для Иры все именно так.

Но времени приходить в себя и размышлять не было. Нужно было спешить. Пока Ира не знала, что делать с полученными сведениями. В первую очередь стоило найти Рокки и попросить у него прощения, а уже потом рассказать, что удалось выяснить.

Трубку парень ожидаемо не брал. Это было очень в его духе. В гараже ему появляться запретили, дома он предпочитал не бывать, и Ира ума не могла приложить, где его искать.

К счастью, девушка вспомнила о том, что сестра Рокки, когда колдовала над Ириной внешностью, дала свою визитку. Девушка подозревала, что о проблемах парень не доложил, но Алена вполне могла знать, где Рокки проводит свободное время. Это была последняя надежда быстро выяснить, где парень. И Ира поднесла телефон к уху дрожащей рукой.

– Так он ко мне сегодня примчался, часов в одиннадцать! – тараторила в трубку Алена. – Злой. Ничего не сказал, но когда я уходила, был еще там. Поругались, что ли?

– Типа того, – отозвалась Ира и отключилась. Нужно было спешить, пока Рокки никуда не сбежал.

Дорогу Ира помнила смутно, но все же, немного поблуждав в микрорайонах, похожих друг на друга, как братья близнецы, вышла к дому Алены.

Стучать в дверь пришлось долго. Ира уже собралась сдаться и уходить, когда Рокки все же открыл дверь. Парень выглядел невыспавшимся, был взъерошен. Растянутая майка едва доходила до ремня вытертых джинсов. Но даже в таком затрапезном виде Рокки невольно притягивал взгляд. Приковывал внимание пронзительными серыми глазами, пепельной челкой, падающей на лоб, высокой подтянутой фигурой.

– Что тебе нужно? – мрачно буркнул он, и Ира, очень хорошо изучившая друга за долгое время, нахально протиснулась в узкую прихожую. Знала, что Рокки, если не в настроении, и дверь перед носом может закрыть. Рисковать не хотелось. Потом точно не достучишься.

– Я пришла извиниться, – начала она без предисловий. Парень не стал бы долго слушать, поэтому приходилось излагать самую суть и делать это быстро.

– Ни к чему, – отозвался он и чуть отвернулся. – Ты не виновата. Просто такая же, как все. Я дурак, потому что думал иначе.

– Я была не права! Я признаю это, правда! – Сдержаться не получилось, и Ира перешла на крик.

– Да какая разница, Ир? Ты поверила, что я спер этот чертов мотоцикл, поняла, что не права? Молодец, чувствуй себя правильной или дурой в зависимости от ситуации! Потому как все остальные иного мнения, и ты… ты считала так же. Не знаю уж, что заставило тебя изменить свою позицию, но сначала ты обвинила меня вместе со всеми. И это самое неприятное. Извинения вряд ли изменят что-то.

– Ну что я могу сделать? – всхлипнула девушка, теряясь. Она давно не видела Рокки таким злым.

– А кто сказал, что нужно что-то делать? – Парень пожал плечами, и майка натянулась на широкой груди, заставив Иру смущенно отвести взгляд. – Иди домой или к своему Игорю и забудь. Почему ты вечно хочешь что-то сделать, а?

– Потому что мне не все равно! – горячо возразила девушка, пытаясь не показать, что практически сдалась. Сложно помогать тому, кто этого не хочет. – Ведь заявление в полицию…

– Да, оно есть. Но я не вру. Понимаешь? – невесело усмехнулся он. – Все надеялись, что меня сразу упрячут?

– Ты говоришь глупости.

– Нет. Зачем ты пришла? – Парень сделал шаг вперед, и Ира отступила. – Просто сказать, будто веришь? Но это совершенно неважно. Из полиции меня отпустили, у них нет доказательств моей вины, но… Ир, на меня и так в гараже косились. Мальчик из плохой семьи, думаешь, я не видел, как Петрович первое время пересчитывал ключи? Только все наладилось…. А теперь мне ходу туда нет. И поверь, им неважно, виноват я или нет.

– А если мы найдем мотоцикл и виновного?

– Все бессмысленно. Я не собираюсь играть с глупой девчонкой в сыщиков. На меня уже поставили клеймо, и от него не отмоешься. Не здесь. Не в нашем городе. Поэтому просто уйду! Мне не нужны твои извинения. Это всего лишь слова.

– Да что с тобой?! – Ира все же не сдержала слез. – Почему ты меня всегда отталкиваешь? Что я такого сделала? Один раз усомнилась?

Слезы душили. Говорить не получалось, и Ира со злости, как в детстве, кинулась на Рокки с кулаками, как в детстве, он отвел ее руки в сторону и прижал девушку спиной к стене.

– Почему ты не хочешь поверить, что мне не все равно? – всхлипнула она, даже не пытаясь вырваться. – Почему всегда прогоняешь?

Рокки стоял очень близко. Пронзительно-серые глаза, упрямый подбородок и тренированное тело.

– Потому что не хочу подпустить тебя слишком близко, – признался он и, наклонившись, неожиданно поцеловал в мокрые от слез губы.

Сильные руки больше не удерживали запястья, и Ира, не сомневаясь ни секунды, обняла парня за шею. Голова кружилась, а ноги подкашивались. Губы Рокки были теплыми и мягкими. Прижимаясь к сильному, похожему на скалу телу, Ира чувствовала, что все тревоги отступают.

– Думал, ты сразу сбежишь, – едва слышно отозвался парень, немного отстранившись.

– Ты хотел этого?

– Не знаю, – честно признался он и, отступив, взъерошил челку. – Зачем ты со мной возишься? Я, по мнению многих, конченый человек. Сейчас хороший повод порвать все отношения.

– Ты не конченый, и я не хочу рвать отношения, – упрямо заявила девушка. – Почему ты этого не понимаешь?

– У тебя есть Игорь.

– Правда? – Ира хмыкнула. Сейчас это действительно казалось забавным. – Я залезла в его телефон и сбежала со свидания, потому что пыталась найти подтверждение твоим словам. И мне было все равно, что он проехал для встречи полгорода и уже сделал заказ. Когда я поняла, что способна на это, тогда и осознала, что он ничего не значит.

– А я значу?

– Да, и очень много, – Ира подошла ближе, но Рокки, закусив губу, отстранился.

– Я для тебя не лучший вариант.

– Самый лучший. – Девушка умела быть упрямой. – Мы с тобой уже столько лет дружим. Ты всегда был для меня самым-самым. И сейчас ты не виноват, и мы это докажем, а папа поможет.

– Твой папа не будет меня слушать. – Рокки нахмурился и скрестил на груди руки, словно даже возможность такую рассматривать не хотел.

– А ты пытался ему объяснить или в своей обычной манере молчал и хмуро косился на обои?

Рокки потупился, из чего Ира сделала вывод, что права.

– А ты попробуй, объясни. Знаешь, иногда, если поговорить с людьми, тебя ждут удивительные и чудные открытия. Иначе собеседники не всегда способны понять, что у тебя на уме.

– Ир, я ничего не могу рассказать, кроме собственных, ничем не подтвержденных подозрений.

– Зато я могу. И обязательно расскажу.

– Ты все же нашла что-то у Игоря в телефоне? – В голосе парня прозвучала надежда.

– Да. Время и место, куда он предположительно должен пригнать мотоцикл. – Ира гордо улыбнулась. – Ну так ты пойдешь со мной или будешь и дальше сидеть тут и жалеть себя?

– И что бы я без тебя делал? – тихо спросил он и взял девушку за руку.

Ирка разулась, забралась с ногами на диван и следующие полчаса потратила на переговоры. Они дались нелегко. Папа согласился выслушать не сразу. Все же он был очень зол на Рокки и на саму ситуацию. Переживал и искал выход. Ему просто было не до непонятных теорий, выстроенных на домыслах. Ире повезло с тем, что родители уважали ее мнение. В конце концов, папа пошел навстречу, согласившись с тем, что дочь не стала бы его дергать по пустякам.

Но пока девушка разговаривала по телефону, несколько раз пытался идти на попятную Рокки. Он чувствовал себя неловко, стеснялся, не хотел никому ничего доказывать и просить о помощи. Ему было проще исчезнуть совсем, он даже подумывал переехать. Но Ира в ответ на эту идею только погрозила кулаком.

– Он все равно не поверит! – высказал последний аргумент парень, когда Ира надевала куртку в прихожей.

– Конечно, не поверит, – пробухтела девушка, пытаясь справиться с «молнией» на сапоге. – Если ты сбежишь, как последний трус.

Она злилась и была немного смущена, так как не знала, что для Рокки значил поцелуй и значил ли что-то вообще, а спрашивать и выяснять отношения здесь и сейчас стеснялась. Да и было совсем не до этого. Следовало сначала решить другие, более серьезные проблемы. Девушка очень боялась ошибиться в отношении Игоря. И хотя поверила Рокки безоговорочно, червячок сомнения все же грыз.

Парень насупился, что-то буркнул себе под нос, но больше спорить не стал. А послушно оделся и вышел следом за Ирой в подъезд.

На улице снова лил дождь. Только вот делить вместе зонт сегодня было неловко, и Ирка замешкалась. Рокки все понял без слов, невесело хмыкнул и устремился из-под козырька крыши под мелкую осеннюю морось.

«Вот что за человек?!» – возмутилась про себя Ирка и бросилась догонять. Ухватила за локоть и почти силком запихала под зонт. Смущение смущением, но не мокнуть же парню из-за того, что она в себе разобраться не может.

– А если ты ошибаешься? – задал Рокки вопрос, который волновал саму Иру.

Молодые люди замерли перед калиткой возле Ириного дома.

– Ну ведь мы никогда этого не узнаем, если не проверим. Правильно? – ответила Ира и, выдохнув, решительно направилась в сторону крыльца, стараясь не обращать внимания на волнение. Больше всего хотелось просто сбежать от ситуации. Но девушка понимала: если она сбежит, Рокки просто уедет. Он не будет бороться за свое доброе имя, если его не поддержать и не направить в нужном направлении.

Поэтому Ира взяла себя в руки и приготовилась бороться за друга сама. Собрались на кухне. Сама девушка сидела в уголке и молчала. Рокки тоже был немногословен, папа, который сначала был настроен скептически, постепенно стал проявлять интерес к тому, что медленно и, словно нехотя, рассказывал парень.

– Отец никогда не давал Игорю много денег. – Рокки усмехнулся и немного смущенно добавил. – Точнее, давал и, по моим меркам, много, но Игорю хотелось больше. Он любил подчеркнуть свой достаток. Иногда угостить друзей или сводить за свой счет в клуб. За это многие делали вид, что его уважают. Пользовались в большинстве своем, конечно. Естественно, Игорь не тратил деньги на всех. Только на тех, на кого хотел произвести впечатление. Раз за разом, от ситуации к ситуации требовалось больше, и он оказался должен. В колледже об этом все знают. Просто… ну у него же папа. Поэтому никто даже не сомневается, что Игорь отдаст.

– И ты предполагаешь, что для того, чтобы расплатится с долгами, он угнал мотоцикл отца, а вину пытался повесить на тебя? – несколько скептически поинтересовался отец Иры.

– Это я предполагаю, – произнесла Ирка. – Я сегодня встречалась с Игорем и, когда он уходил, подсмотрела эсэмэс у него в телефоне. Там был адрес, куда Игорь должен что-то пригнать. Думаю, мотоцикл.

– Это опасно! – подала голос от плиты Ирина мама, которая до этого вообще делала вид, что ее тут нет.

– Уже нет, – буркнула Ирка. – Я посмотрела и ушла.

– Мне кажется… – Рокки говорил медленно, стараясь подобрать нужные слова, – Игорь не стал бы докладывать отцу о своих проблемах и просить еще денег. Вся эта идея с тюнингом, разбором и перебором мотоцикла принадлежит Игорю. Отец давал ему кататься. Игорь расспрашивал, где я работаю, что да как. Думаю, он уже тогда искал, кого подставить, а тут узнал… – Рокки замолчал. – Короче понял, что я идеальный кандидат. Просто до этого он даже не здоровался, а тут общался, в клуб звал… А я, дурак, повелся.

– А что Игорь узнал? – Ирка прищурилась. Сомнения вспыхнули с новой силой.

– Давай расскажу и даже покажу тебе завтра. Ладно? Ну… если сегодня все хорошо закончится, – мрачно закончил Рокки.

– Так у тебя действительно проблемы с деньгами? – не унималась девушка.

– У меня всегда проблемы с деньгами! – огрызнулся парень и отвернулся.

– Эй, молодежь! – подал голос папа. – Я же вам о своих проблемах не рассказываю. А они будут грандиозные, если не подтвердится то, о чем вы говорите. Поэтому давайте разберемся с одним делом, а потом вы обсудите остальные. Уже без меня.

– Подтвердится, – упрямо заявила Ирка.

– А раз так, мы сделаем следующим образом.

Следующие полчаса папа рассказывал, какие действия собирается предпринять. Единственное, что не понравилось Ире, это то, что для нее и Рокки в плане места не нашлось. Пришлось настоять и вытребовать право увидеть финал всей истории. Все же к нему она имела непосредственное отношение.

Папа согласился не сразу, но все же Ира умела убеждать, и иногда проще было пойти на уступки, чем ее переупрямить.

Для начала папа обзвонил своих знакомых. Очень скоро приехал его компаньон и по совместительству отец Иркиной лучшей подруги Николай Дмитриевич, он тоже должен был присоединиться.

Выпускать Ирку и Рокки первыми никто не хотел, но девушка снова настояла на своем, и старенький мотоцикл остановился на окраине города почти в тот же момент, когда подъехал Игорь и затормозил на свежеокрашенном монстре возле незнакомого внедорожника устаревшей модели. Видимо, парня уже ждали.

– Вот ведь мерзавец, – прошипела Ира на ухо Рокки и попыталась слезть, чтобы тут же помчаться чинить разборки, но парень положил ей руку на колено и скомандовал: «Сиди!»

Игорь изменился в лице, когда увидел Иру, но не стал даже пытаться извиниться. Он не раскаивался.

– Зря приехал! – бросил он Рокки безразлично. – И ее еще зачем-то притащил. Это уж совсем глупо. Ни к чему девчонок в такие дела вмешивать. Они существа нежные.

Вставить свои пять копеек про нежность Ира не успела.

– Это еще кто? – Из машины вылезли трое и направились к мотоциклу Рокки. – Сказано же было, чтобы приезжал один. Нам не нужны лишние друзья и свидетели.

– Они уже уезжают. – Моментально отозвался Игорь. – Валите по-хорошему. Рокки, тебя же вроде из полиции отпустили? Видишь, отмазался, у таких, как ты, это в крови. Вот и езжай. Все равно ничего сделать не сможешь.

– Ты обнаглел! – не удержалась Ирка. – Думаешь, тебе это сойдет с рук?

– А ты… – Игорь усмехнулся. – Лучше бы сидела тихо, и у тебя было бы все, а так и будешь всю жизнь ездить на старом чермете. Просто понимаешь, есть те, кто всегда будет виноват, а есть те, кому всегда все сойдет с рук. Ты выбрала неправильную сторону.

– Ты слишком самоуверен, – прошипела девушка. – Это не всегда хорошее качество!

Внутри все клокотало от бешенства, и единственное, что не давало Ире сорваться, это понимание – скоро все закончится. И Рокки не виноват, она не ошиблась в лучшем друге, а это самое важное. На остальное плевать, тем более на самоуверенного негодяя Игоря. В данной ситуации справедливость восторжествовала!

– Выходит, ты все-таки Игорю подружка? – «обрадовались» парни из внедорожника. – Будешь нашей страховкой.

Один из дружков сделал шаг к мотоциклу Рокки, и парень заметно напрягся, приготовившись, если надо, защищать девушку кулаками. Сама Ира сзади испуганно вздохнула и сильнее вцепилась в куртку друга. Внезапно стало страшно, так как до девушки дошло, что все это происходит на самом деле и Игорь связался с «плохими парнями». С ней уж точно церемониться не будут.

Тут до них донесся рокот двигателей. Парни испуганно переглянулись. А когда из-за поворота выехала колонна байкеров и рычание мотоциклов растревожило окрестную тишину, то дружки по-настоящему испугались. С воплем: «Подстава!», позабыв и про ребят, и про сделку, парни запрыгнули в машину. Взревел двигатель.

Игорь тоже бросился наутек. Он испуганно вскочил на мотоцикл, рванул зажигание. Из-под заднего колеса полетела грязь, и сильная машина с рывком тронулась с места.

– Они сейчас сбегут! – разнервничавшись, проговорила Ирка.

– Не успеют, – уверил Рокки и оказался прав.

Едва внедорожник вывернул колеса, как с одной стороны дорогу заблокировала колонна байкеров во главе с Николаем Дмитриевичем, а с другой – проезжую часть перегородил белый внедорожник. Игорь затормозил прямо перед автомобилем, развернувшись боком. Он смотрел на водителя с расширенными от ужаса глазами.

Из пассажирской двери вышел Ирин отец, а с водительской стороны – папа Игоря. При виде укора в лице родителя парень словно съежился и стал меньше ростом. Без препирательств он заглушил мотор и отдал ключи от мотоцикла в протянутую руку Иркиного папы. Стараясь не встречаться ни с кем глазами, слез с байка.

– Пааап… – протянул Игорь, но слушать его не стали.

Его отец лишь коротко бросил:

– В машину.

И хотя Ира не считала себя злопамятной, все равно в душе почувствовала удовлетворение, догадываясь, что вору кража не сойдет с рук. По мнению девушки, его стоило сдать в полицию, как поступали со всеми преступниками, но, судя по тому, как был зол папа Игоря, проступок сына он спускать не собирался, а следовательно, того ждало хорошее наказание. Оставалось надеяться, что Игорь использует единственный шанс начать новую жизнь правильно и не заскользит по наклонной дорожке…

– Ну вот и все, – удовлетворенно произнес Рокки, развернулся на пятачке и выехал сквозь расступившуюся колонну байкеров на окружную дорогу. – Прокатить тебя с ветерком, а то день выдался тяжелый?! Надо бы проветриться, – поинтересовался он, стараясь перекричать ветер.

– Ага! В наше любимое место.

Ира тоже не горела желанием наблюдать за тем, что будет дальше. Ее не касалось происходящее. Мотоцикл найден, справедливость восстановлена, а все остальное – взрослые дела и проблемы Игоря. Ира была рада, что у нее вовремя открылись глаза. Ведь из-за влюбленности она видела парня точно сквозь розовые очки и вполне могла наделать каких-нибудь глупостей!

– Как скажешь! – Рокки прибавил газу и помчался вперед. Слова Иры не нуждалась в уточнении. Парень знал, куда ехать. И это было замечательно. Хорошо, когда есть тот, кто понимает тебя с полуслова.

Девушка обхватила руками Рокки за талию и прижалась щекой к кожаной куртке. Сейчас даже думать не хотелось о том, что будет. Главное – все закончилось, а там… даже если Рокки не захочет вспоминать поцелуй, ну и что! Ира тоже постарается сделать вид, будто его не было. Только вот больше никогда и ни за что не отдаст Рокки крашеным блондинкам. Потому что он ее. Жаль только, поняла она это не сразу.

Мотоцикл затормозил на высоком склоне над рекой. Темнело, небо на горизонте окрасилось в неестественно-розовый, фиолетовый и совершенно нереально-голубой цвета. Такие закаты бывали только здесь – на окраине города. Водная гладь была намного темнее неба, в ней отражались прибрежные кусты, а на горизонте от неба ее отделяли несколько намытых островов, на которых росли березы, в свете заходящего солнца казавшиеся черными.

– Красиво! – выдохнула Ирка, спрыгнула с мотоцикла и с наслаждением, раскинув руки, потянулась. – Как хорошо, что нет дождя!

– Да, – согласился Рокки и поставил мотоцикл на подножку. – Жаль, только красота эта недолговечна. Еще минут десять, и будет совсем темно.

– Ну и что! Появятся звезды, луна! – не согласилась Ира. – Тут всегда красиво. Только холодно.

Девушка поежилась, в короткой кожаной куртке действительно было неуютно.

– Погреть? – уточнил Рокки и подошел сзади. Ира очень медленно кивнула и тут же почувствовала, как теплые руки легли на плечи.

Рокки притянул девушку к себе, обхватив руками, и положил голову ей на макушку. Дыхание остановилось. Ира боялась даже моргнуть.

Они стояли так не раз, в этом не было ничего необычного, но сейчас кровь прилила к щекам. А сердце стучало, как у испуганной птички. Иррационально хотелось отстраниться, но Ира не могла пошевелиться от страха и смущения.

– Что случилось? – насторожился Рокки, который, видимо, заметил ее состояние.

– Ничего, – девушка мотнула головой и закусила губу, не решаясь озвучить свои сомнения и страхи.

– Нет. Что-то не так.

Парень отстранился и развернул ее к себе лицом, пытаясь найти ответ на лице.

– Это из-за того поцелуя. Да? – спросил он, и в его голосе прозвучал металл. Ира не могла ничего объяснить, почему-то к горлу подступил комок и навернулись слезы. Она только кивнула и опустила глаза, чувствуя, как по щекам бегут мокрые дорожки. Девушка лгала себе, когда думала, что сможет делать вид, будто ничего не случилось.

На самом деле случилось, и это было очень и очень важно.

– Так и знал… – он отступил на шаг. – Не стоило делать глупость. Пойдем, я отвезу тебя домой.

Ира хотела крикнуть: «За что?» – но не смогла и только молча последовала за Рокки к мотоциклу.

– Хотя знаешь что… – он резко развернулся и притянул Иру к себе. – Ты можешь меня послать, и я уйду. Можешь сказать, чтобы мы остались друзьями, и я тоже соглашусь. Знаешь… я вообще соглашусь на все. Только не молчи. Ну хочешь, мы сделаем вид, будто того поцелуя просто не было? А? Я дурак, не смог сдержаться… а должен был бы.

– В том-то и дело, что не хочу! – еще громче всхлипнула Ира, прижимаясь мокрой щекой к кожаной куртке.

– Тогда в чем дело? – Рокки выглядел обескураженным. – Я не понимаю.

– Я думала, это ты хочешь про него забыть. Быть друзьями намного проще.

– Ты не представляешь, как сложно мне последнее время быть с тобой просто другом, – сказал Рокки, обнял и поцеловал в макушку. А Ире вдруг стало очень хорошо и спокойно.

Уходить теперь никуда не хотелось. Даже холод отступил. Время текло незаметно, и берег накрыла темнота.

– И все-таки, на что тебе были нужны деньги? – спустя какое-то время тихо поинтересовалась Ира. – Просто сегодня тяжелый день, и я хочу, чтобы все недопонимания и тайны остались в нем. Если это серьезно, то предпочитаю расстроиться сегодня, а не переживать до завтра.

– Это очень серьезно, Гайка! – Ира буквально чувствовала, что Рокки улыбается, и от души отлегло. – Я нашел наконец-то машину своей мечты. И даже смог ее купить…

– Да ты что? – Ира вырвалась из объятий и с восторгом посмотрела на парня. – И ты смел молчать? Ты же планировал накопить не раньше, чем к лету!

– Да, а сейчас к лету и тому времени, когда получу права, я ее полностью восстановлю и смогу сразу же сесть за руль.

– Это же здорово! Но как?

– Просто повезло. Продавал старший брат одного однокурсника. Машина старая и ему не нужна. Восстанавливать ее у него нет ни желания, ни времени. А у меня есть. – Рокки был счастлив, и Ира чувствовала его счастье как свое. – Мне очень повезло, Гайка, но все равно было сложно, пришлось много пахать, и сама машина… а, ладно, увидишь завтра.

– Ну покажи! Покажи мне, пожалуйста! – Ира чувствовала себя восторженным щенком и едва не прыгала от восхищения. Очень хотелось посмотреть на приобретение Рокки. К тому же девушка прекрасно знала, о какой машине Рокки мечтал последние несколько лет. Парень никогда не ставил перед собой невыполнимых целей и хотел то, на что мог реально накопить.

– Завтра мне ее пригонят в гараж, и ты все увидишь.

– Сейчас! – настаивала Ира. – Покажи сейчас. Я не дотерплю до завтра!

– Завтра, Гайка, все будет завтра.

Он тихо засмеялся, крепче сжал девушку в объятиях и поцеловал.

Машина была старой, без переднего бампера и, на Иркин вкус, слишком маленькой, но Рокки смотрел на нее с обожанием. Еще бы! Легендарная купешка – «Опель Тигра», черная ровесница самого парня.

– Я сделаю из нее конфетку… – восхищенно прошептал Рокки и в очередной раз обошел со всех сторон свою красавицу.

– Мы сделаем из нее конфетку! – подмигнула Ирка, уже прикидывая, как на черных перламутровых бортах будут смотреться кометы и звезды. Рокки хотел морду тигра на капоте, но «Тигр на тигре – это пошло», – думала Ирка и уже нарисовала в голове картину для аэрографии.