Я никогда не была красавицей.

Это не кокетство, а неоспоримый факт. Уж слишком причудливо сочетались черные, как смоль, волосы и аквамариновые глаза. Бледная, тонкая, почти прозрачная кожа, под которой струилась колдовская кровь лазурного цвета.

Да, вы не ослышались, именно лазурная. По нелепой случайности я обладала голубой кровью и всеми причитающимися ей свойствами.

Возможно, кто-то был бы рад такой удаче. Еще бы, уродиться магичкой дано не каждому. Но лично мне это обстоятельство доставляло много хлопот.

— Подъем! — голос, многократно усиленный с помощью магии, прозвучал ровно в шесть ноль ноль.

— Опять? — сонно пробормотала я.

— Вставай! — веселый смех соседки по комнате прозвучал над самым ухом. — Вставай, я тебе говорю. Это твой последний день в школе!

И правда, сегодня наконец-то кончатся мои мучения.

Магическая школа не оставляла о себе хороших воспоминаний и, сказать честно, покинуть ее было большим удовольствием.

— Кстати, ты разговаривала ночью, — соседка нахмурила брови. — Тебе вновь снился тот сон?

— Да, — я потерла висок. — Последнее время все чаще его вижу.

— И снова эльфы?

— И снова эльфы…

Ну как можно объяснить чужому человеку то, что являлось сокровенной тайной, и началом самой нереальной историей из всех слышанных. Историей, что изменила всю мою судьбу.

Черный водоворот утягивал мужское тело вниз, к самому дну. В темноте ночи его не разглядел бы ни один человек. Двое рыбаков сидевших на берегу речки, даже и не подозревали, что слышавшийся плеск есть ни что иное, как последние попытки утопающего.

— Папа, а что там такое? — шепнула я, тыкая пальчиком в ночную воду.

— Тише, Эльдана, тише! Всю рыбу распугаешь, — шикнул он и повернулся к напарнику. — Зря я взял девчонку с собой. Но жена уж так упрашивала…

— Верно, тут не место маленьким девочкам, — покачал головой рыбак.

— Папа, там дядя тонет!

— Тише! Ух ты моровое племя, помолчи немного.

— Но папа!

— Нет там никого! — отец повысил голос. — Еще одно слово и отправишься домой, к матери.

— Есть! Там дядя есть! — я упрямо топнула ножкой, и в этот момент, словно в подтверждение сказанных слов, над черным мраком реки вспыхнуло слабое свечение.

— Глянь, а что там сверкается? — сделал пару шагов вперед рыбак. — Никак твоя девчонка права.

— И впрямь, будто кто есть, — отец нахмурился. — Аж синим блестит. Знать колдун не из последних. Оставь его, сам выберется.

— Коли мог, давно бы выбрался, — рыбак недоверчиво покачал головой. — Какой-никакой, а все — живое существо.

Он отложил удочку и направился в воду.

— Да чтоб тебя… Тьфу, напасть, — отец провел пятерней по волосам. — И не помочь нельзя… — сквозь зубы выдавил он, направляясь вслед за напарником.

Я стояла возле самых кустов и с трепетом взирала, как двое мужчин пробираются по илистому дну вперед, к самой глубине, где из последних сил, зацепившись за полусгнившую корягу, боролся с неизбежной смертью незнакомец.

— Эльдана, за матерью беги! — отец кивнул в сторону тропинки ведущей к дому. — Да не медли, чего стоишь?

Я бросилась за помощью.

— Матушка-а! — детский голосок пронесся над деревней.

— Ох ты, напугала-то! Чего так кричишь, Эльданушка? С отцом беда случилась? — мать торопливо распахнула дверь. — Говори толком, да не ори, соседей перебудишь.

— Там человек… в реке… — я никак не могла отдышаться, быстрый бег и пережитое волнение давали о себе знать. — Тонул человек… Никто не видел, а я углядела… Сказали за тобой бежать… Уф…

— Да, да, — мать накинула на плечи шаль. — Идем скорее. Видать, тяжек он. Кровь-то была?

— Нет, — закусив губу, я старалась вспомнить утопающего. — Крови точно не было. Свет был!

— Какой такой свет?

— Голубой, почти синий.

— Почти синий, говоришь? — ахнула мать. — Ох, Эльданушка, вот только колдуна нам тут и не хватало… Ну, пошли быстрее.

На берегу было по-прежнему тихо. Ни ночного крика филина, ни воя дикого волка, ни стонов умирающего.

— Как он? — шепнула мать, поднося факел поближе.

— Молчит, — отец сплюнул. — Поди, уж помер.

— Да дышит, дышит он, — прошипел рыбак, подвигаясь в сторону. — Только не знай надолго ли. Глянь, что там с ним?

Матушка пользовалась уважением в селе. Будучи дочерью лекарки, она переняла много полезных знаний. К магии была неспособна, да и не сильно нуждалась в ней. Колдовство у нас не любили.

Отец всегда гордился чистотой человеческой крови и жену подбирал себе по подобию. Лекарка — это не ведьма. Приворотов не творит, проклятий не наводит. Все травками да мазями лечит. После свадьбы первым делом проверил молодую жену на цвет крови. А не дай бог, голубая окажется. Но нет, красная кровь. Человеческая.

— И как девчонка его разглядела-то? Ни зги не видно же, — рыбак усмехнулся. — Будто нутром почуяла.

— Ты языком-то не мели понапрасну! — рявкнула мать. — Вы, поди, заснули тут, вон и не услыхали криков.

— Да не кричал он, говорю ж… — вмешался отец.

— А ты чего без дела стоишь? — мать грозно нахмурила брови. — Чего ерунду городишь? Посвяти-ка сюда, хоть польза будет.

Отец послушно подвинул факел, удивленный поведением жены. Редко когда от матушки услышишь подобные слова. Всегда ласковая и тихая, тут вдруг вскинулась от брошенных вскользь слов, и даже не слов, а так, от шальной мысли.

Я стояла чуть поодаль и с интересом разглядывала, как в тусклом свете вырисовываются острые черты незнакомца.

Молодой мужчина, лет двадцати — двадцати двух. Спутанные светлые пряди, разорванный ворот рубашки, темный медальон на широкой груди. Мой детский взгляд выискивал, казалось, незначительные детали, но именно по ним создавалось первое суждение о человеке.

— Откуда свет был? — спросила мать

— Да кто ж знает-то, вроде от амулета.

Я подошла ближе. Как-никак, а это был первый колдун, виденный мною за всю жизнь. Любопытство брало верх.

Матушка осторожно прикоснулась к медальону незнакомца. Голубое свечение тут же обожгло пальцы и окутало тело пострадавшего прозрачным коконом.

— Не вижу ничего. Знать не людская сила ему увечье нанесла, не простому человеку его и спасать, — пожала плечами мать. — Отнесите-ка его в дом. Коли ночь переживет, глядишь, и дальше выкарабкается.

— К нам в дом? Колдуна?! — встрял отец. — Не бывать такому!

— Он помрет же папа, — тут же заныла я. — Ну пожалуйста!

— Хоть в хлев-то пусти, — вздохнула мать, считавшая, что каждый имеет право на сострадание, даже колдун. — Перед Пресветлой Ведой чисты будем.

— Ладно уж… в хлев… так и быть.

На том и порешили.

Я всегда с осторожностью относилась к незнакомцам, но этот человек не казался мне чужим, словно что-то незримое делало нас одной крови, одной расы, одного происхождения.

— Ты уверена, что он не опасен?

— Уверена, — мать накрыла спасенного тонким покрывалом. — Конечно, уверена.

— Я запру хлев на всякий случай, — предупредил отец, потрясая тяжелым висячим замком.

— Запирай, коли хочешь, — рассмеялась мама. — Но от этого проку мало будет. Уж если он очнется, то ты ему не преграда.

— Зачем же пустили к нам?!

— Да потому, что даже у колдунов есть понятие о чести, — она положила руку на отцовское плечо. — Поверь, этот человек не сделает никому дурного.

— Мне бы твою уверенность, — пробубнил отец, подталкивая нас с матерью к двери. — Идите-ка отсюда. Скоро утро, а вы еще и не ложились.

Мы повиновались.

Но подойдя к дому, я все же обернулась. На хлеву висел тяжелый замок.

— Замешкалась, Эльданушка? — мама улыбнулась. — С чего бы это?

— Он его закрыл…

— Да. Но может оно и к лучшему? Вдруг колдун и правда, опасен? — ее глаза чуть сощурились. — Я бы не хотела, чтобы ты околачивалась подле хлева, слышишь?

— Но мама! Ты же сама сказала, что он не причинит нам вреда.

— Сказала… Но все же, не показывайся ему. Ни к чему.

— Я могла бы помочь, присмотреть.

— Нет, — твердый голос матери прозвучал неожиданно резко в предрассветной мгле. — Даже и не думай! Поняла?

Я молчала. Врать не хотелось, но и остаться в стороне от таинственного незнакомца не получалось.

— Ты поняла меня, Эльдана? — повторила мать.

— Да, мама, поняла.

Ложь иногда бывает во благо, по крайней мере, тогда, в силу своего детского идеализма, я очень верила в это.

Наступило утро, а следом пришел и новый день, который ничем не отличался от множества предыдущих дней, за исключением, быть может, того, что мама иногда пропадала в хлеву. В такие минуты отец напрягался и зорко следил за часами, не дай бог, матушка задержится хоть на мгновенье дольше положенного времени.

Я же держалась в стороне и ни чем не выказывала своего любопытства.

А вечером, едва дождавшись, когда родители уснут, выскользнула из дома и направилась к тому, кто полностью занял все мои мысли и чувства.

Хотя о каких чувствах тут толкую? Будучи ребенком, я не отдавала себе отчета, что же именно привлекало в незнакомце. Его загадочность? Его магическая сила? Ответа не было. Но факт остается фактом, тянуло к нему неимоверно. Словно что-то волшебное, неземное, упрямо подталкивало к таинственному мужчине.

Дверь заперта на замок, отец постарался. Но он не знал, что с другой стороны есть маленькая лазейка. Именно там, среди прогнивших досок, я давно сделала себе тайный ход, которым частенько пользовалась, играя в прятки с окрестными детьми.

Луна уже вступила в свои права, и темный мрак хлева сделал меня совершенно невидимой.

В углу, в ворохе свежего сена, одиноко лежал молодой мужчина. Что в нем было особенного? Что заставляло бежать к нему под покровом ночи?

Подойдя на цыпочках ближе, присела и с изумлением уставилась на резкие черты незнакомца. Даже в силу своей детской неопытности, я понимала, что передо мною не просто колдун. Уж слишком аристократичным оказалось его лицо. Прямой нос, прекрасно очерченные скулы, твердый подбородок.

«Кто же ты?» — так и хотелось задать этот вопрос вслух. Я дотронулась до светлой прядки упавшей на его лоб. Провела рукой по волосам. — «Что с тобой?» — мать говорила, что от этой болезни нет лечения, что только магия вернет его к жизни. Но так хотелось помочь… Не знаю почему, но каждая клеточка моего детского мозга вопила о спасении.

Я перебирала пальчиками светлые локоны мужчины, когда вдруг заметила огромный шип, очень похожий на колючку с дерева Рокх. Его все называли Моровым Древом за особую ядовитость.

— Коготь Мора… так вот, что с тобой…

Наверняка именно в тот момент стоило задуматься, почему мать, опытная лекарка, не заметила смертельного шипа. Но мысли были заняты лишь лежащим в беспамятстве мужчиной.

Протянув руку, я аккуратно ухватилась за колючку и легким движением вытащила ее. Чуть брызнула колдовская кровь, оставляя голубые отметины на рваной рубашке незнакомца. Одна капелька попала на незащищенную тканью шею и скатилась вниз, прямо к магическому амулету в виде ширококрылого грифона.

Зверь завораживал. Гордый профиль орлиной головы и устрашающая мощь львиного тела представляли великолепное сочетание. Я залюбовалась красотой мистического существа. От него веяло спокойствием и силой.

Немного подумав, расстегнула цепочку на шее мужчины и сняла медальон. Повертев его в руках, заметила тонкую вязь надписи идущей по краю. К сожалению, темнота не позволяла прочесть миниатюрные буквы. Горестно вздохнув, решила, что на это еще будет время.

Пробежав пальчиками по изящным перьям грифоновых крыл уже хотела положить его обратно, как вдруг амулет заискрился. Легкое, едва неуловимое поначалу, голубое сияние перерастало в яркий шквал синего пламени. Через мгновенье весь хлев погряз в ореоле колдовского блеска.

— Милостивая Веда, что это?! Эльдана! Эльдана! Где ты?! — раздался голос отца. — Неужели эта паршивка в сарай забралась? Да что ж там творится-то?

Послышался топот ног. Родители, привлеченные магическим светом, спешили мне на помощь.

Ох, и влетит же сейчас…

Я сунула медальон за пазуху, и крепко-крепко прижала к телу. В тот же миг сияние погасло, но грозный отец уже резко распахнул двери хлева.

— Эльдана! Что тут происходит?! — заорал он, тыча факелом во тьму помещения.

Я испуганно вскочила и второпях задела плечом деревянную балку. Рукав от платья зацепился за ржавый гвоздь и громко треснул.

— Эльдана, что случилось? — спросила мать, стараясь говорить спокойно, но глаза выдавали едва сдерживаемое волнение. — Что ты тут делаешь?

— Хотела помочь, — всхлипнула я.

— Да как ты могла! — вновь повысил голос отец.

— Тише, — мама тронула его за плечо. — Поговорим дома. Эльдана быстро иди в свою комнату.

Я покрепче сжала грифона и, опустив голову, направилась к выходу. Проходя мимо отца, заметила, как он стиснул зубы.

— Прости, папа.

— Иди к себе. Немедленно, — выдавил он, и, заметив порванный рукав, покривился: — Ты вся в крови этого… колдуна, — прошипел он, явно стараясь не произнести в присутствии ребенка более крепкого словечка. — Отмойся!

— Хорошо…

— Да, да, она сейчас же все сотрет, — засуетилась мать, едва заметила голубые капельки на платье. — Иди, Эльданушка, иди.

Я прошла мимо. Но сощуренный взгляд отца продолжал преследовать до самого дома.

— Стой! — рявкнул он, когда до жилища оставалось каких-то два шага. В долю секунды подбежал и схватил за ушибленное плечо. — Всесильная Веда… что это…

Подскочила взволнованная мать:

— Где? Это? Сам же сказал, кровь колдовская брызнула. Эка невидаль! Иди, Эльданушка иди скорее.

Но отец словно обезумел, он вцепился в мою руку, едва не выворачивая ее.

— Голубая… — шептал он беспрестанно. — Голубая…

Взглянув на порванный рукав, я с изумлением обнаружила небольшую ссадину на плече. Видимо это гвоздь оставил свой след, когда ударилась об балку. Но самое удивительное было то, что из крохотной ранки на моем теле сочилась кровь колдовского лазурного цвета.

— Голубая! — заорал отец, и с силой швырнул меня под ноги матери. — Что это? Откуда?! — его длинный палец тыкался в ссадину на плече, размазывая кровяные струйки. — У меня в роду не было магии!

Мать лепетала что-то про своих дальних родственников, помогая мне подняться.

— Иди, Эльданушка, иди быстрее, — едва слышно приказала она.

Но глаза отца уже налились кровью. Красной кровью, человеческой. Той самой, которой он так гордился.

— Говори!

И по лицу матери потекли непрошенные слезы.

— Перестань реветь! — глухие рыдания вызвали еще большую ярость. — Удавлю, зараза!

Отец зарычал и ударил ее по лицу, да так сильно, что та рухнула на землю будто подкошенная.

— Говори! — продолжал реветь он, смыкая широкие ладони на шее некогда любимой жены. — Откуда голубая?! Говори!

— Мне больно… — сипела она.

Руки ослабели, но ни в коем случае не отпустили горло жертвы.

— Или сейчас все расскажешь, или тебе не жить, — прошипел отец.

И мать, запинаясь и всхлипывая, с трудом поведала о своей самой страшной тайне.

— Ты же очень хотел ребенка… — шептала она. — Так хотел, что был готов на все, помнишь? А я не сделала ничего плохого. Ничего… Просто попросила младенца у эльфов. Там у реки… — ее губы затряслись. — Все, как положено. Выпила снадобье и оставила плату… А когда очнулась, в моем теле зародилась жизнь. Ребенок. Наш с тобой ребенок! Наш!

— Эльдана…Эльфом данная… — отец, не отдавал себе отчета в происходящем. — Дитя эльфа… Не моя… Не моя. Не моя!

И с новой силой принялся душить мать.

— Мамочка! — я заметалась в испуге.

Ворох мыслей кружился в детской головке, но времени для того, чтобы все упорядочить не было. Сейчас главное помочь матери и утихомирить разбушевавшегося отца.

Взгляд наткнулся на грабли, валявшиеся в паре шагов. Подхватив орудие, я с размаху опустила его на душителя. Удар пришелся по спине, между лопаток.

Отец со свистом ахнул, хватка ослабла и мать, улучив момент, смогла выбраться. Выхватив грабли у меня из рук, замахнулась на отца. На этот раз пострадала его голова. На виске и переносице тут же засочилась кровь.

— Шлюха! — зашипел он, прикрывая ладонями лицо.

Он явно ожидал еще одного удара, но матери было не до этого. Крепко держа меня за руку, она уже выбегала со двора.

В лес, в темноту, в неизвестность. Туда, где больше никто и никогда нас не найдет.

— Знаешь, не могу сказать, что все эти сны с эльфами приведут к чему-то хорошему, — пожала плечами соседка по комнате. — Но в любом случае, это должно когда-нибудь закончиться. Нужно только время.

— Ты права, — кивнула я, даже и, не собираясь спорить. Зачем? Все равно никто не сможет понять всех ужасов таких сновидений.

Мне не с кем было поговорить о случившемся. Но, наверное, это к лучшему. Среди колдунов не слишком ценились полукровки.

В школу я поступила, как сирота, когда, следуя предсмертным словам матери, постучала в тяжелые ворота Магического учреждения, никому и в голову не пришло расспрашивать маленького, запуганного ребенка о родителях. Ну а я сама, страшась любой привязанности, даже дружеских чувств, тем более не открыла тайны рождения.

К сожалению, нечистая магическая кровь дала о себе знать. Мои способности оказались почти нулевыми. И сегодня, в последний день, предстояло сделать важный выбор: кем быть? Вряд ли какой-либо из городских округов захочет нанять себе неумеху.

— Эльдана? — в комнату заглянула одна из наставниц. — Ты почему еще не одета?

— Через минуту буду готова, — я вскочила с кровати, едва не уронив при этом пуховую подушку на пол.

— После завтрака зайди в деканат, к дару Флою. И постарайся не опаздывать.

— Хорошо, — торопливо взялась за платье. — Я не заставлю себя ждать, дара Сан, даю слово!

И конечно опоздала.

Декан сидел за письменным столом, в кабинете, и нервно теребил тощую бородку.

— Дар Флой, вы звали меня? Прошу прощенья за опоздание, — скромно сцепив руки в замок, я застыла у двери.

— Как там погода сегодня? — неожиданно спросил он.

— Хорошая.

— Хорошая… Может кому-то и хорошая… А солнце или дождь?

— Солнце, — я озадаченно пожала плечами. — Такое же солнце, как было вчера и позавчера. Погода не менялась уже пару недель.

— Правда? — он с удивлением перевел взгляд на окно. — В последний раз, когда я выходил, шел сильный дождь.

Дар Флой потер рукой тощую шею.

Наш декан не отличался ни привлекательностью, ни особыми талантами. Место свое он получил благодаря связям, и поэтому, как я думала, не мог научить ничему полезному. Но как бы то ни было, он являлся главой Магической школы, имел большой опыт, и от его слова зависело многое. В том числе и мое долгожданное распределение.

— Дара Эльдана, напомните, пожалуйста, когда вы выпускаетесь?

— Сегодня, — выдохнула я, не скрывая радости.

— Угу, точно, сегодня. Все верно, — декан склонился над бумагами. — А как обстоят дела с вашими навыками?

— Сказать по правде, весьма разнообразно…

— А именно? — дар Флой вновь взглянул на меня, и на этот раз в его глазах проскользнуло любопытство. — Насколько мне известно, вы не являетесь гордостью школы. Какое у вас кольцо? С медью?

— Теорию я сдала на высший балл! — противоречиво воскликнула я и тут же замолкла. Декан прав. Мое кольцо — медная змейка на золотом ободке — красноречиво говорила о достижениях. Это своего рода диплом: Золото, серебро или медь. Практик из меня никудышный.

— Только теорию? — переспросил дар Флой, посмеиваясь в тощую бородку.

— Да… К сожалению. Но я стараюсь, правда, стараюсь.

— Верю, верю. Ну что же, дара Эльдана, вы определились, чем займетесь дальше?

— У меня нет особых предпочтений, — я пожала плечами.

— Возможно, вы хотели бы вернуться в родной дом? К семье?

— Нет, дар Флой. Я сирота. И была бы очень благодарна, если бы вы порекомендовали какое-нибудь место.

— Хм… Значит вы полностью доверяете моему распределению? — декан задумчиво углубился в бумаги. — Так даже лучше.

— Лучше для чего?

— Просто мысли вслух. Не обращайте внимания.

Он полностью углубился в чтение и, казалось, забыл обо всем.

За окном светило ласковое солнышко, беззаботно пели птицы. Легкий ветерок, вольготно гуляющий в школьном дворе, подхватил с земли небольшой листочек и, покружив его в воздухе, плавно опустил обратно.

Я с тоскливой улыбкой наблюдала за нежным танцем природы. Мне ни разу не удалось почувствовать очарования танцевальных па. Слишком высокомерно относились те представители мужского пола, кто имел в своих жилах насыщенную колдовскую кровь, чтобы пригласить маленькую сиротку на танец. Тем более, если сирота не способна правильно сотворить простейшего заклинания. Не то, что маги из благородных семейств. Эх, зависть, конечно плохое чувство, но не всем же быть олицетворением доброты.

— Дара Эльдана, — сквозь мысли я не сразу расслышала голос декана. — Дара Эльдана, присядьте.

Он указал на широкое кресло стоявшее в углу.

— Как вы понимаете, не в моих силах рекомендовать вас на должность окружного мага. Боюсь, что даже для сельской местности вы не подходите.

— Да, понимаю…

— Не перебивайте, дара, — мужчина вновь затеребил бородку. — Я не могу вас отослать на значимый пост, но и оставить без возможности заработать на жизнь, тоже не могу.

Было немного стыдно слушать его суждения о моей образованности, но в то ж время, не согласиться нельзя. Я категорически не годилась на ответственные должности.

— Дара Эльдана, вы любите детей? — неожиданно спросил он.

— Детей? — я опешила.

— Да, именно детей. Знаете, таких маленьких, вечно плачущих, не до конца сформировавшихся магов?

— Думаю, что да…

— Думаете или точно «да»? — декан вопросительно вскинул брови.

— Да, дар Флой, я люблю детей. Вы хотите предложить мне место в школе?

— В школе? О, нет, — засмеялся он. — Конечно, нет. У нас достаточно опытных преподавателей.

— Ну, тогда.… Зачем вопросы?

Дар Флой зашелестел бумагами и, выбрав из множества один листок, исписанный незнакомым размашистым почерком, помахал им:

— На прошлой неделе пришло письмо от моего старого друга. Он просит подыскать домашнего учителя.

— Для него? — я немного стушевалась.

— Для его племянников. Не помню точно, но, кажется их двое. Должен признать, что вы не первая выпускница, к которой я обращаюсь с этим предложением, — декан откинулся назад и, бросив письмо на стол, чуть нахмурился. — Не буду даже скрывать, что остальные предпочли отказаться от этой должности.

Чувствовалось, что дар Флой о чем-то умалчивает. Ведь отказываться от работы было не в правилах магического сообщества. Хотя наверняка многие выпускники избрали возвращение в родовые имения. Тем более место няньки не слишком почетное. Но мне выбирать не приходилось.

— Вы уверены, что мои способности подойдут? — уточнила я.

— Совершенно уверен, — декан не скрывал своего воодушевления. — Главное — знания!

— Ну, если вы так считаете.

— Дара Эльдана, значит, вы ничего не имеете против этого распределения?

— Не имею и с радостью обучу племянников вашего друга всему необходимому.

— Очень рад! Сейчас же сообщу, чтобы за вами высылали карету. Думаю, к обеду вы уже покинете нашу обитель.

— Спасибо.

Я искренне благодарила его. Теперь не нужно ломать голову над тем, как жить дальше.

У домашнего преподавателя, конечно, не так много свободы. Но зато есть крыша над головой, питание за счет нанимателя и честно заработанные деньги на личные нужды.

И уже выходя из кабинета декана, я вспомнила о самом главном:

— Вы не сказали, к кому именно мне предстоит отправиться.

— Ах, да… — декан улыбнулся. — Дар Рэд лорд Темногорья из долины Призрачных Туманов будет ждать вас не позднее завтрашнего вечера. Счастливого пути, дара Эльдана.

Соседка по комнате поджидала моего возвращения из деканата с жадным любопытством.

— Что тебе сказали? Куда отправляют? На юг? Или на запад? Ох, я слышала, что на западе сейчас бушует вспышка какой-то непонятной инфекции и многих наших посылают туда для помощи местным жителям.… Брр.… Не хватало только тратить свои силы на нищие провинции, — затараторила она, едва я переступила порог.

— Вообще-то, даже нищие провинции исправно платят налоги на обучения магов. Чего нельзя сказать о более зажиточных регионах.

— Уф, так и знала, что начнешь сейчас читать лекцию.

— Я просто напомнила тебе о правилах магического сообщества.

— Да, да, помогать всем нуждающимся. Помню, — скривила губы она. — Ну, тогда понятно, чего ты так светишься. Будешь помогать обездоленным и прокаженным.

— Не угадала, — улыбнулась я. — Моя дорога лежит вовсе не на запад.

Соседка нахмурила лобик:

— А куда?

— В долину Призрачных Туманов.

— Ого! — девушка подпрыгнула на кровати. — Неужели там освободилась колдовская должность? А я была уверена, что все маги, отвечающие за ту область, достаточно молодые… Может, чья-то внезапная смерть? И ты отправляешься на место одного из них? Говорят, что дар Гару там самый симпатичный. Надеюсь с ним все в порядке?

— Понятия не имею, — я пожала плечами. — Мое место в Темногорье.

Быстрая речь соседки внезапно затихла.

— У… лорда? — наконец спросила она.

— Да. Тебя что-то удивляет?

— Не то, чтобы очень…

— Но?

— Просто я не думала, что ты… — девушка замялась. — Ты новый учитель лорда?

— Его племянников, — поправила я, чувствуя сомнение. — А что? Что-то не так?

— Многие отказались. Ты могла бы тоже.

— Но я не вижу причин для отказа.

— Как? Значит, ты ничего не слышала об этом семействе? Совсем ничего? — она округлила глаза и подсела поближе, явно намереваясь просвятить меня по поводу очередной сплетни. — Там такое происходит! Глава поместья, дар Рэд, один из сильнейших магов долины. Говорят, он несколько диковат и замкнут. Хотя не могу с уверенностью сказать, правда ли это. Может, вновь кто-то преувеличил. Но знаю точно: все учителя не выдерживали там и полугода!

— Вот как?

— Именно! — девушка явно радовалась возможности поделиться информацией. — Говорят, что там происходят странные вещи.

— А точнее? — я подалась вперед.

Глаза соседки заискрились, наконец-то она нашла благодарного слушателя.

— Все преподаватели бежали оттуда сломя голову!

— Но почему?

— Потому, что… — девушка набрала побольше воздуха, но уже через мгновенье с шумом выдохнул его. — Сказать по правде, я и сама не знаю почему… — смущаясь, призналась она. — Но там определено что-то творится. Что-то темное и жуткое. Говорят, даже убили кого-то. Всех подробностей, конечно, не знаю. Но там явно проклятое место, можешь быть уверена.

— А ты можешь быть уверена, что все это сплошные слухи, — я рассмеялась. — Дар Флой сказал, что Темногорский лорд его друг, а значит будь там все так, как ты преподносишь, декан не стал бы посылать слабую ученицу.

— Может быть, — обиженно запыхтела соседка. — Решать тебе. Но на твоем месте, я бы все еще раз обдумала.

— Но ты не на моем, ведь так? — твердо ответила я, вытаскивая огромный чемодан. — Давай оставим разговоры. Все уже решено. Дар Рэд сегодня же пришлет карету за новым учителем. Пути назад нет.

К обеду наша комната походила на вещевой склад. Всюду была разбросана одежда и предметы первой необходимости. Я, в отличие от других учеников, не получала ежегодных подарков от семьи, и жила полностью на школьный бюджет, а стало быть и вещей много не имела. Но моя соседка — совсем другое дело.

— Эльдана, возьми еще и плащ, — настаивала она. — Через неделю мне новый пришлют, а старый… ну не выкидывать же его? А тебе он пригодится. Смотри, тут немного порвано, но ты же умеешь обращаться с иголкой, заштопаешь. И платье! Да, да, возьми платье. То, голубое. Оно мне туго в груди стало, — девушка горделиво провела рукой по пышному бюсту, — А тебе в самый раз будет.

— Спасибо, — я без излишней скромности принимала дары. Что ни говори, а ее вещи были куда лучше собственных.

«В этом платье не стыдно показаться лорду», — решила я, прикидывая, подходит ли данный оттенок к цвету глаз.

— А еще гребень! Эльдана, гребень! Который прислал отец на день рожденья, помнишь? Ой, у него один зубчик сломан… Но это ничего, правда?

— Ничего.

Внезапно прозвенел главный колокол, приглашая всех учеников на обед. Моя щедрая соседка тут же подскочила к двери:

— Ты идешь?

— Через пять минут подойду.

— Давай быстрее, а то вновь опоздаешь! — крикнула она, выбегая в коридор.

— Не опоздаю, — прошептала я, склоняясь над чемоданом.

Именно там, в бережно завернутой тряпице, хранилась одна из моих самых больших тайн — амулет в виде грифона. Тот самый амулет, который когда-то давно сняла с шеи молодого колдуна, тот самый амулет из-за которого, лишилась отца и крова, тот самый, что засветился лазурным светом, едва коснулась изящных граней.

Я не знала, чем закончилась история с пострадавшим магом. Выжил или нет? Может отец бросил его помирать? А что случилось с самим отцом? Знает ли он о смерти мамы?

Такие мысли часто терзали по ночам. Их приходилось гнать от себя, не позволяя занять место в разуме и сердце, иначе утром вновь будет мокрая от слез подушка и красные опухшие глаза.

— Эльдана! Идешь, что ли? — раздался девчачий крик.

— Иду! — отозвалась я, поспешно пряча амулет на самое дно и прикрывая его другими вещами. — Уже иду.

Обед прошел быстро. Так же быстро мы сложили и остальные вещи. Время постепенно близилось к полднику, а долгожданная карета все не появлялась. Казалось, что дар Флой просто забыл обо мне.

Пока, наконец, не прозвучало:

— Дара Эльдана, экипаж подан, — одна из наставниц чуть приоткрыла дверь в комнату. — Ну, уж на этот раз не опоздайте, дара.

— Я уже готова. Спасибо.

Я действительно была готова: в темном, с лазурным отливом, плаще, в маленькой шляпке и с большущим чемоданом. Надеюсь, для него хватит места.

Расставание с соседкой не вызывало слез. Все-таки мы не были лучшими подругами. Принадлежа к иному социальному кругу, она относилась ко мне так, как было принято в обществе. То есть, демонстрируя элементарное снисхождение к полукровкам, сиротам и тем, кто не имел древнего рода за плечами. Впрочем, в глубине души я ей платила тем же.

Ступени сбегали вниз, к самому выходу. Я торопилась и не чувствовала ни капли сожаления из-за прощания со школой. Конечно, многие годы учебы оставили след, но все же радость от перемены места была слаще.

— Счастливой дороги, дара Эльдана, — наставница распахнула дверь, открывая путь к свободе.

— Благодарю, — я вежливо склонила голову и, не мешкая ни секунды, сделала решительный шаг вперед.

Но к моему огромному изумлению каретой стоявшей у порога оказался школьный экипаж с вольготно расположившимся деканом внутри.

— Что же вы застыли? — нетерпеливо бросил он. — В коем-то веке я собрался составить компанию юной особе, как она вновь заставляет себя ждать.

— Прошу прощенья, дар Флой, — я нерешительно подошла ближе. — Я еду с вами?

— Это я еду с вами, дара. Садитесь же скорее! И скажите кучеру, чтобы он нашел место для багажа. Как погляжу, вы решили увезти с собой половину школы. Ну что, готовы? Тогда поехали.

Конечно, я была смущена присутствием в карете дара Флоя. Вот уж никогда не думала, что на первую в моей жизни работу отправлюсь под присмотром собственного декана.

— Вы решили навестить друга? — отважилась спросить я.

— Друга?

— Дара Рэда. Вы же не просто так едите со мной в Темногорье?

Дар Флой ухмыльнулся и подергал бородку.

— Нет, нет, к сожалению, к лорду вы поедите в одиночестве. Хотя, не буду скрывать, я с огромным удовольствием составил бы вам компанию и отдохнул от повседневных забот, — он зевнул.

— Но… — я растерялась. — А куда же мы едем сейчас?

— В город.

Ответ декана, сопровождавшийся уже надоевшим смешком, поставил в тупик.

— А как же долина Призрачных Туманов?

— Не волнуйтесь, милая дара, — он похлопал меня по руке. — Мы доедем вместе до города, а там вас должен ждать экипаж присланный Рэдом. Он всегда внимателен к обещаниям.

— А вы?

— А что я? Я решу свои дела и вернусь обратно в школу, — декан чуть прищурился. — Неужели вы боитесь нового места?

Я смутилась. Конечно, слухи о Темногорье создавали благодатную почву для волнений, но терзало меня сейчас совсем другое — любопытство.

— Расскажите о лорде, пожалуйста, — попросила я, приготовившись услышать всю правду о таинственном семействе.

— А что рассказать? — дар Флой пожал плечами и, вытянув ноги вперед, устроился поудобнее. — Лорд, как лорд. Не лучше всех, но и не хуже. Темногорье не бедствует под его руководством.

— Вы сказали, что он ваш друг.

— Именно так, дара, именно так, — он довольно улыбнулся. — А вы знаете, какие в Темногорье растут яблоки? По кулаку каждое! — декан потряс в воздухе тощим кулаком.

Это конечно замечательная информация, но вряд ли мне понадобится. Вежливо согласившись с тем, что фрукты — наиважнейшая часть рациона, я вновь подвела разговор к лорду.

— А он всегда жил там?

— Это родовое поместье, — кивнул дар Флой. — После смерти старшего брата и отца Рэд стал главой семьи.

— Ммм.… А семья большая?

— Большая. Там все большое. А какие там яблоки! Огромные!

— Вы сказали, учитель потребовался его племянникам, — торопливо напомнила я. — Вы их тоже знаете?

— Да, замечательные детишки, — декан широко зевнул, нелепо прикрываясь ладонью. — Мальчишка еще маленький, ему лет десять. А вот девочка уже взрослая… Большая… Как яблоки… Ах, какие там яблоки… — его голос стал тише, он промямлил еще что-то неразборчиво, а затем громко засопел.

Дар Флой уснул.

Прямо посреди монолога взял и уснул.

Я горестно вздохнула. Вот так надеешься узнать что-то ценное, а в итоге сплошные яблоки. И почему он к ним привязался? Витаминов не хватает, что ли?

Проспав добрую часть пути, и не обращая внимания на шум колес и окрики возницы, декан умудрился проснуться от маленькой кочки на дороге. Первым делом, пригладив взъерошенную бороденку, потер глаза и выглянул в окно.

— Подъезжаем, — деловито сообщил дор Флой, словно наша беседа не прерывалась ни на минуту. — Уже видны башни города.

— Давно заметила.

Декан потянулся, мотнул головой и, подавляя зевок, устремил взор в мою сторону.

— Поездка вышла не скучной, не правда ли? Все благодаря вам, дара, — довольно улыбнулся он. — Умеете развлечь беседой.

— Ну что вы, дар Флой, — я даже не старалась скрыть иронию. — Куда мне до вашего познавательного рассказа об агрономических достижениях Темногорья.

Декан внимательно оглядел мою невинную мордашку и расхохотался.

— Любите яблоки? — подмигнул он.

— Обожаю, — ухмыльнулась я.

Не стоило делать вид, что старательные увиливания от ответов на вопросы о лорде остались без внимания. Конечно, декан знал больше, чем хотел показать. Но по каким-то, неясным мне, причинам эта тема находилась под запретом. Будем надеяться, что дар Флой не станет отдавать подопечную в лапы дракону, а значит, все опасения преувеличены.

Конечно, меня беспокоила такая скрытность. Ничего не зная о семье, в чье распоряжение поступаю, я искренне верила, что всему есть логическое объяснение.

— Дара Эльдана, мы въезжаем в городские ворота, — заметил декан.

И правда, в этот момент, экипаж проехал под высокой аркой и, повернув направо, помчался в сторону главной площади. Стражники в блестящих доспехах взглядами проводили карету, но никому и в голову не пришло остановить нас. Эмблема Магической школы на дверцах умело отпугивала любопытных.

Проезжая мимо гостиницы, дар Флой вновь выглянул в окно.

— Что-то я не вижу никого от Рэда… — пробормотал он. — А уже вечереет… Дара Эльдана, к моему глубочайшему сожалению, неотложные дела не позволят дождаться лорда вместе с вами. Но можете быть уверены, он прибудет с минуты на минуту.

С этими словами декан подал знак вознице, приказывая остановить экипаж.

— Я должна дожидаться лорда тут? В одиночестве? — волнение постепенно возрастало.

— Не беспокойтесь, — дар Флой помог мне выбраться из кареты. — Для тревоги нет повода, поверьте. Держите-ка, — он протянул несколько золотых. — Этого хватит на приличный ужин.

— Ужин? — я совсем растерялась.

— Именно. В этой гостинице отличный повар. Перекусите, дара, и не позволяйте мрачным мыслям владеть вашей прелестной головкой, — декан торопливо взглянул на часы. — Мне пора. Дела, понимаете ли…

— Понимаю.

— Дара, дара, — покачал головой он. — Детство кончилось. Отныне ваша жизнь в ваших руках. И место учителя в Темногорье, поверьте, намного лучше, чем бродячий маг.

— Да, знаю. И очень благодарна вам за эту возможность.

Дар Флой вздохнул, по-отечески ласково потрепал меня по плечу и, чуть наклонившись вперед, тихо произнес:

— Главное, не гуляйте по ночам. Особенно там… в Темногорье… Это опасно.

И вскочив в карету, умчался прочь, оставив после себя лишь эхо последних слов.

Что ни говори, но оказаться совершенно одной, посреди незнакомого города, довольно-таки не уютно. Особенно, если учесть, что последние годы прошли в глухих стенах школы.

Образовательное учреждение не стремилось к плотному сотрудничеству с людским миром, вполне довольствуясь регулярно пополняемой казной за счет традиционных налогов с населения. На большее рассчитывать не приходилось. Отношение обывателей к магическому сословию было двояким. Благородные маги вызывали уважение и страх, но одно неверное движение тут же переводило их в разряд «обнаглевших колдунов». Вслух, конечно, вы этого не услышите, но за спиной… Ой, как много могут сделать слухи и человеческие суеверия!

Почему-то, я по наивности считала, что такие вещи лично меня не затронут. Но вот наступила долгожданная свобода. И это оказалось не так приятно, как ожидалось. Выпускница школы, едва сформировавшаяся магичка, не заслуживала даже уважения в глазах народа.

Я стояла на обочине и нервно теребила края плаща. Прохожие косились на одинокую путницу. Некоторые даже тыкали пальцем и шипели сквозь зубы:

— Смотри-ка, еще одна из этих… И развелось же…

— И не говори. На наших харчах живут там, в своей школе. Нет бы нормальных детишек учили, а то… — недовольный махнул рукой, высказывая явное пренебрежение.

— Эх, был бы толк. Вон, говорят, что в Больших Дубах колдун не способен даже саранчу с полей убрать.

— Вот и я о том же. Развелось…

Люди проходили мимо. Но лишь некоторые отказывали себе в удовольствии задеть грубым словом юную волшебницу.

А я слушала их издевки и… молчала. Конечно, вполне можно было бы щелкнуть пальцами и спокойно наблюдать, как уши «доброжелателей» превращаются в ослиные. Или, еще лучше, наслать на городских жителей небольшой ураганчик. Совсем маленький, безобидный. Только чтобы растрепать искусно уложенные прически местных модниц, да запачкать пылью блестящие туфли франтоватых кавалеров. На это моих сил хватит.

Но, увы, нельзя. По закону, маг не имеет права причинять вред людям. Ммм…. Скажем так, ЯВНЫЙ вред. Но вот из-под тишка… так, чтобы потом не доказать было… Я мысленно потерла ручки. Придет еще время и вон тот мальчишка, который так свободно показывает язык, обзаведется вполне приличным хоботом.

Неожиданно где-то пролаяли собаки.

— Ух, знать колдунья с собой притащила, — тут же прокомментировала старая женщина.

Будто в подтверждении этих слов несколько псин выскочили из-за угла и, огласив рычанием округу, двинулись в мою сторону.

— Фу, фу! — я торопливо направилась к дверям гостиницы. — Пошли вон!

Шавки не отставали. Одна из них вцепилась в край платья, другая закусила подол плаща.

Несколько любопытных прохожих внимательно наблюдали за происходящим, но ни один из них не сделал даже попытки помочь.

Одна из собак, черно-белая со съедаемым лишаем ухом, внезапно потянулась к моей лодыжке.

— Ах ты… — но озвучить все мысли по поводу четвероногой зверюги не успела. Острые зубы пса сомкнулись чуть выше края туфелек.

— Гляди, гляди! — захохотал народ, стоявший вокруг и с любопытством разглядывающий жестокую сценку.

Боль пронзила ногу, а на глазах тут же выступили слезы. Конечно, в этот момент нужно было бы применить все познания в магии, и пульнуть в шавку каким-нибудь подходящим заклинанием, но, увы, на ум ничего не приходило. Пришлось размахнуться и огреть приблудного пса тяжелым чемоданом.

— Эй, эй, магичка! — тут же раздался грозный голос из толпы. — Не тронь мою собаку! Ты чего это на животинку-то окрысилась? Чем она тебе жить-то помешала?

— Вашу собаку? — ошеломленно переспросила я. — Да она меня укусила! И эти пытаются…

Чемодан вновь пошел в дело и остальные псы, поскуливая, оставили жертву в покое.

— Вы видели?! — заорал все тот же голос. — Люди, видели? Она моих собачек избила!!! Магичка чертова! Нацепила плащ, так теперь все позволено?

Поискав глазами так яростно орущего хозяина шавок, я наткнулась лишь на полное безразличие толпы. Спектакль окончен, и зрители могут расходиться. Никто не станет открыто идти против выпускницы Магической школы, но так же никто не станет помогать ей.

Через минуту рядом уже никого не было, в том числе и владельца лишайного зверинца.

Город жил в своем ритме и наличие в нем очередной колдуньи не могло выбить из колеи.

Тяжело вздохнув, я сняла злополучный плащ. Такой материал подвластен лишь магу, ни один человек не сможет сшить себе подобную накидку самостоятельно, без помощи волшебных сил. Да и носить его тоже не сможет.

Потому и знают люди: коли стоит, кто в плаще с лазурным отливом, знать маг он, не иначе. Но стоит скинуть одеяние и… любая волшебница тут же превратится в обыкновенную дару.

Услужливо распахнулись двери гостиницы, пропуская посетителей вовнутрь, широко улыбнулась, сидевшая в углу, молодая женщина сомнительной профессии, заинтересованно окинул взглядом седовласый мужчина в дорогом костюме, но никто из них не заподозрил в одинокой путнице представительницу магического сословия. Я села за один из пустующих столиков и небрежно бросила на соседний стул сложенный и предварительно вывернутый наизнанку плащ и чемодан.

Тут же подбежала одна из дочерей хозяина гостиницы.

— Доброго вечера, дара. Желаете снять комнату или просто отужинать?

— Доброго вечера. Если можно только ужин.

Девушка хихикнула и подмигнула:

— Сейчас все будет.

Я расслабилась. Хорошее обращение всегда подкупает. Да, конечно, пройдет несколько лет, я подтвержу свое право на магию и получу некоторый вес в обществе. Тогда и отношение окружающих станет более уважительным. Что там говорить, некоторые люди готовы подошвы лизать сильным магам! Но пока мое место в самом конце длинной очереди за любезностью. И только выдав себя за простого человека, могу надеяться на учтивое обхождение.

— Ваш ужин, дара, — вернулась хозяйская дочка.

С ее подноса на стол перекочевали пару кусков хлеба, тарелка с тушеным мясом и небольшой кувшин с разбавленным вином.

— С вас четыре монеты.

— Сколько? — ужаснулась я. — Вы уверены?

Денег, данных деканом, конечно, хватало на оплату, но предоставленная еда однозначно не стоила запрашиваемой цены.

— Именно четыре, — деловито кивнула девушка. — Все верно.

Я закусила губу, но все же отсчитала золотые.

— Дара, ну что вы хмуритесь, — весело прощебетала она, зажимая монетки в кулаке и добавила: — Тут вы заработаете гораздо больше!

— Заработаю? — недоумевающе повторила я, глядя вслед спешащей по делам девицы.

Так и не поняла, что именно она имела в виду? Но думать уже ни о чем не хотелось, сейчас главное дождаться экипажа от лорда. Что же он так запаздывает? Ну, ничего, в самом крайнем случае, сниму комнату на ночь, денег должно хватить.

Я уже успела опустошить половину тарелки, как рядом раздалось вежливое:

— Могу к вам присоединиться, милая дара? — эти слова принадлежали седовласому мужчине, с кем столкнулась у входа в самом начале.

Несмело кивнув, я убрала со стула чемодан и скомкала плащ, чтобы не дай бог он не выдал моей истинной сущности.

Незнакомец вольготно уселся на освободившееся место и улыбнулся:

— А вы красивая.

Поперхнувшись, я округлила глаза в немом изумлении. Вот уж чего-чего, а этих слов не ожидала услышать.

— Спасибо, — пробубнил в ответ, краснея, как дурманный мак.

Не знаю, что отвечают в таких случаях. Никогда прежде не слышала подобного. В школе я не пользовалась популярностью у мальчишек. Что именно было тому виной: происхождение или внешность, точно не знаю, но подозреваю, что и то и другое.

— У вас тонкие пальцы, — заметил мужчина. — Мне это нравится.

Я смущенно спрятала руки под стол. Он тут же засмеялся.

— И ваш маленький спектакль тоже по душе.

— Спектакль? — переспросила я и облегченно выдохнула. — Наверняка вы меня с кем-то перепутали.

— Не думаю, — оскалился в широкой улыбке он, отметая все предположения.

— Что же вы хотите? — внезапно появилось чувство тревоги. — Не понимаю.

— Того же что и все, — безразлично бросил он. — Сколько?

— Что «сколько»?

— Сколько стоит? — пояснил мужчина. — И учтите, мне надоедает играть в эту игру.

— Все равно не понимаю… — нахмурилась я.

— Вам и не надо ничего понимать, дара, — начинал злиться незнакомец. — От вас требуется лишь умело раздвинуть ноги. Думаю, это не нужно объяснять?

— Да как вы смеете?!

Я едва не задохнулась от возмущения.

Мужчина окинул меня разъяренным взглядом и вдруг схватил за руку:

— Хватит ломать комедию.

— Отпустите немедленно!

Я попыталась вырваться, но он оказался сильнее.

— Отпустите или закричу!

— Блудливая кошка показывает коготки?

Незнакомец поднялся и, не отпуская моего запястья, направился к выходу:

— Идем, каждый получит свое. Я щедрый клиент.

На глаза навернулись слезы. В последней надежде я дернулась в его руках, но это было бесполезно.

— Зачем тебе тощая девица? — подала мурлыкающий голос женщина, одиноко сидевшая в самом углу. — Да еще и такая строптивая? Пойдем со мной, милый, останешься доволен.

Мужчина грозно рыкнул в сторону.

Поняв, что по своей воле он меня не отпустит, я набрала побольше воздуха и крикнула:

— Помогите!

Но в ответ получила лишь удивленные взгляды обитателей гостиницы.

Оставался единственный выход. Позабыть все правила для магов, наплевать на запреты и осчастливить всех вечной импотенцией и минимальными размерами.

Я закрыла глаза, концентрируя те крохотные силы, коими наделила меня матушка-природа и…

В этот момент раздался грохот и грубая рука, так уверенно тянущая к выходу, внезапно разомкнула цепкие объятия.

Перед нами возник молодой темноволосый мужчина, который несколькими отточенными движениями отправил обидчика в нокаут. После чего сделал шаг вперед и повернулся спиной ко мне, словно огораживая от неприятностей.

— Вы дара Эльдана, как понимаю? — спросил он.

— Д-да, — немого заикаясь от пережитого волнения, подтвердила я.

— А я управляющий из Темногорья. Думаю, нам не стоит тут больше оставаться. Как считаете?

С этим трудно было не согласиться. Мое самое огромное желание: оказаться подальше от негостеприимного города.

— Меня зовут Кенаи, — представился мужчина. — Простите за опоздание, дара. В пути отвалилось колесо, поэтому пришлось задержаться.

— Ничего, — миролюбиво ответила я, стараясь не вспоминать наглой ухмылки седовласого любителя женщин. — Главное, что вы успели вовремя.

Управляющий понимающе кивнул:

— Одинокой девушке тут не место. Дар Флой наверняка не предполагал, что мы так припозднимся, оставляя вас в гостинице.

— Да, он ожидал экипажа с минуты на минуту.

— Еще раз прошу простить, — мужчина склонил темноволосую голову. — Где ваши вещи?

— Там, подле стола…

Мы вернулись к столику. Кенаи окинул взглядом недоеденный ужин, нахмурился и, невзирая на мои слабые попытки протеста, опустился на стул, тем самым показывая, что время нашего отправления откладывается.

— Вы не доели, — пояснил он. — Путь долгий, проголодаетесь.

— Я хотела бы уехать, как можно раньше, — шепнула я, с опаской поглядывая на все еще лежащего на полу нокаутированного мужчину.

— Не волнуйтесь, дара, — Кенаи окинул взглядом обеденный зал. — Тут вам больше никто не причинит зла. С этого момента вы под защитой Темногорья.

Решив, что спорить бесполезно, я последовала его примеру и опустилась на стул. Тут же подбежала хозяйская девчонка.

— Что изволите, дар?

— Ужин, — ответил он, одаривая девицу белозубой улыбкой. — И если можно поскорее.

— Конечно, конечно, — прохихикала она, торопясь на кухню.

Я вздохнула. Аппетита уже не было.

— Дара Эльдана, вижу, вы устали, — мягко проговорил Кенаи. — Подумайте еще раз, мы можем снять тут комнаты и не торопиться с отъездом. Выедем завтра днем, и не спеша прибудем в долину.

— О, нет, нет! Чем скорее, тем лучше!

— Если мы выедем сейчас, то придется ехать без остановок, чтобы быть на месте к завтрашней ночи.

— Согласна, — воскликнула я. — Только, пожалуйста, давайте поскорее уедем отсюда.

— Ну что ж, — Кенаи пожал плечами. — Значит, отправляемся сразу же, как закончим ужин.

Эти слова принесли успокоение. Гостиница, как и весь город, внушали неприязнь. А жители, словно мерзкие насекомые, так и норовили побольнее укусить.

— Ваша еда, — пропела хозяйская дочка, не скрываясь строя глазки симпатичному управляющему. — С вас две монеты.

— Две? — удивленно переспросила я. — Но вы ему принесли то же самое, что и мне. Но моя порция обошлась в четыре.

— Неужели?

— Дара, верните деньги.

Девица безразлично пожала плечами:

— Больно нужно, — она выложила на стол два лишних золотых и вновь, отчаянно кокетничая, обратилась к Кенаи: — Мы можем предоставить вам комнату на ночь.

Мужчина отрицательно покачал головой:

— Нет, спасибо, мы торопимся. Но я буду очень благодарен, если вы соберете нам еды в дорогу.

— Конечно, — обрадованно пискнула она и, нарочито сильно покачивая бедрами, убежала исполнять повеление.

Кенаи с интересом проследил взглядом за аппетитной фигуркой.

— Ужин стынет, — как ни в чем не бывало, напомнила ему я, отвлекая от хозяйской дочки.

Не знаю почему, но внимание моего спасителя к посторонней девице неприятно царапнуло по сердцу.

Мужчина улыбнулся и приступил к трапезе.

Через долгие двадцать минут мы наконец-то покинули злополучную гостиницу и сели в ожидающий экипаж. А рядом с нами на сиденье, примостилась небольшая корзинка с приготовленной в дорогу едой.

Ночь пролетела незаметно. В карете оказалось тепло и спокойно. И это спокойствие исходило от находившегося рядом мужчины.

Умелый кучер лихо правил лошадьми, а мы с Кенаи посвятили свободное время беседе. Расспросив меня о годах проведенных в школе, он перешел на истории из своей жизни. Надо признать, что рассказчик из управляющего вышел отменный. Несколько раз я заливалась хохотом, совершенно забывая про смущение.

— Через полчаса можно будет сделать привал и перекусить, — сообщил он, улыбаясь.

— Это было бы замечательно, — не задумываясь, ответила я и тут же покраснев, пояснила: — Хотелось бы размять ноги.

— Устали? Понимаю, — темные глаза Кенаи излучали заботу и участие. — Потерпите немного. Скоро будет чудесная поляна с прохладным ручейком. Там и остановимся.

И действительно, не прошло и двадцати минут, как в стороне от дороги показалось дивное местечко с очаровательным пейзажем.

— Какая красота, — восхищенно прошептала я, ступая на землю. После нескольких часов поездки ломило тело, и остановка была как нельзя кстати.

Кенаи оставил кучера отдыхать на козлах, а сам расстелил плед на траве, выложил припасы из корзинки и приглашающе махнул рукой:

— Дара Эльдана, это конечно не обеденная зала Темногорского замка, но тоже весьма неплохо.

— Даже очень неплохо, — я с удовольствием присоединилась к завтраку.

Светило яркое солнце, над головой простиралось лазурное небо, а жизнь становилась обнадеживающе прекрасной. Порхали бабочки. Пели соловьи. На тот момент казалось, что ничего лучше быть не может. Общество молодого и симпатичного мужчины служило предвестием к тому, что в жизни наконец-то наступает белая полоса.

Все чаще и чаще я ловила на себе его смеющийся взгляд, все чаще и чаще отвечала благодарной улыбкой.

— Эльдана… — он назвал меня без уважительного «дара», но это прозвучало так естественно, словно уже многие годы его губы повторяли мое имя.

— Да? — шепнула я, затаив дыхание от неожиданности.

Кенаи наклонился чуть ближе:

— Вы испачкались… вот тут…

Внезапно его теплая ладонь прикоснулась к щеке, обдав незнакомым жаром. Сильно-сильно забилось сердечко. Я замерла, позволяя мужчине ласково поглаживать кожу, спускаясь от скул к шее. Рука Кенаи блуждала вдоль ворота дорожного платья, оставляя после себя след из предательских мурашек.

— Дар… — шепнула я, на мгновенье, забывая обо всем на свете и полностью растворяясь в неведанных доселе ощущениях. — Дар Кенаи, пожалуйста…

— Что? — его голос обволакивал, погружая в пучину. — Вы так чудесно пахнете, Эльдана.

В ту же секунду он подался вперед и запечатлел порывистый поцелуй на моей щеке.

Вздрогнув и уже приготовившись высказать резкое негодование, я поняла, что делать этого совершенно не хочется. Нет, мне вовсе не были по душе такие откровенные действия мужчины, просто раньше никто из противоположного пола не высказывал симпатии, никто не глядел такими глазами, ничьи руки не вызывали столько трепета. В Магической школе я слыла недотепой, но тут, в компании обыкновенного человека, стала кем-то большим и значительным. Это оказалось весьма необычное ощущение. Сиротка-полукровка вдруг оказалась желанной. Где-то в глубине души пульсировала мысль, что его действия находятся на грани приличия, но так хотелось запрятать все опасения подальше.

— Дар Кенаи…

— Просто Кенаи, — шепнул он, уделяя повышенное внимание моей щеке.

— Хорошо… Кенаи, что вы делаете? Мне кажется это не совсем уместно. Мы едва знакомы. И вообще… вы понимаете?

Управляющий резко отшатнулся удивленный такими словами и, нахмурившись, обиженно пробубнил:

— Как скажете, дара.

Он демонстративно отодвинулся и, взяв последний кусок хлеба, продолжил завтрак.

Я чувствовала себя неловко, но в то же время была поражена теми эмоциями, что взыграли от легких поцелуев мужчины.

— Я всего лишь хотел вас развеселить, — старался оправдаться Кенаи, но видя мое недоверие, только пожал плечами. — Нам пора в путь. Следующая остановка будет в обед, а до этого времени вам волей неволей придется терпеть мое присутствие в тесном экипаже.

Это было сказано таким извиняющимся тоном, что я не удержалась от улыбки. Конечно, придется быть на стороже и не давать повода к навязчивой любезности, но и сразу портить отношения с обитателем Темногорского замка не хотелось.

Окружающая нас природа оказалась поистине великолепной. Наблюдая из окна кареты за изумрудными лесами и янтарными полями, я все больше изумлялась непринужденной красоте пейзажа. На горизонте, меж двух малахитовых холмов, разлилось большое озеро, играя в солнечных лучах аквамариновыми бликами. Бесцветные облака, словно легкая дымка парили над широкой дорогой, провожая экипаж загадочным молчанием.

— Мы уже в долине? — спросила я у спутника, любуясь ландшафтом.

— Да.

— Мне много рассказывали про Призрачные туманы и Темногорье.

Кенаи кивнул, предвосхищая мой следующий вопрос.

— Хотите узнать, откуда такие названия? — с полуулыбкой спросил он.

— Конечно!

Управляющий лениво потянулся и вдруг неожиданно подался вперед. Остановившись всего в нескольких сантиметром от моего лица, зловеще прошептал:

— Как только наступает ночь, и обитатели долины зажигают фонари, на землю опускается туман. Он тянется своими призрачными лапами, пытаясь забраться в самые отдаленные участки лощины. Но не нужно его бояться, конечно, если вы не одинокий путник, блуждающий во тьме. Ведь стоит туманной дымке настигнуть вас и заключить в крепкие объятия, то надежды на спасение нет… Белесая мгла поглотит свою жертву! Крики полные отчаяния огласят межгорье, вызывая страх у мужчин и слезы у женщин. Дети станут цепляться за юбки матерей в надежде, что неведомое чудовище пройдет мимо. Ночные птицы прекратят охоту, ибо не смогут состязаться с самой смертью… А когда поутру пелена рассеется, растерзанное тело сиротливого странника найдут лежащим посреди долины, и никто не будет знать, что за ужас принес с собой призрачный туман на этот раз.

— Ох… Неужели это правда? — я отпрянула.

— Конечно, нет, — рассмеялся Кенаи. — Это одна из легенд. На самом деле все намного проще. Туман — он и есть туман. Обыкновенный. Тут же холмы, вот с них и спускается. А в самой долине живет грифон. Днем спит, ночью охотится. Тут просто осторожнее надо быть, чтобы на глаза ему особо не попадаться. Сожрет же, зараза.

— Сожрет? — побледнев, произнесла я одними губами. Не знаю, что было лучше, неведомый страх из легенды, либо вполне взаправдашний грифон.

— Да, иногда бывает, — мужчина взял меня за руку. — Но не нужно понапрасну волноваться, дара Эльдана. Все жилые помещения в долине зачарованы. Дар Рэд внимательно следит за этим. Грифон и близко не подлетит к жилищу. А вот прогулки по ночному каньону отменяются… Но сдается мне, что в Темногорье вы и так не успеете заскучать.

— Расскажите о лорде, пожалуйста, — я настойчиво освободила руку из его ладоней. — Так странно ехать в место, где ровным счетом никого не знаешь.

— Ну, теперь вы знаете меня, не так ли? — залихватски улыбнулся Кенаи. — Темногорье — гостеприимный замок, не беспокойтесь. Дар Рэд справедливый хозяин и могущественный маг. А его племянники просто ангелы! Ну, почти… — он немного стушевался.

— Почти? Вы что-то не договариваете.

— У нас не принято обсуждать хозяев.

— Дар Рэд мне не хозяин, — вскинулась я. — Он мой работодатель. И я могу не подчиняться его приказам, если они не касаются напрямую магической деятельности в его доме и воспитании детей.

Почему-то меня сильно задели эти слова. Кенаи был стопроцентным человеком, верно служащим уважаемому магу. Он явно гордился своим господином. Это вызывало такой контраст с отношением ко мне городских жителей, что я невольно попалась в сети зависти. Наверняка дар Рэд обладал большим потенциалом.

— Я не прошу обсуждать ваших хозяев, — специально сделала ударение на слове «ваших», чем вновь вызвала недоумение управляющего. — Вы можете мне просто рассказать об обитателях замка.

— Хорошо, — мужчина безразлично пожал плечами. — Дара Фребок наша экономка. Весьма грозная дама. Такая и дракона на скаку остановит, и в пещеру к Горгоне войдет. Она и дара Елейка появились в Темногорье еще при родителях лорда.

— Дара Елейка?

— Кухарка, — Кенаи усмехнулся. — Когда стало известно, что прибывает новая учительница, она тут же принялась стряпать. Так что, сдается мне, к нашему приезду стол будет ломиться от яств.

Я улыбнулась. Эта женщина наверняка наидобрейший человек.

— Значит, она умелая повариха?

— Еще какая! А уж, какой обед она приготовила на свадьбу лорда! Его красавица-жена, упокой Всесильная Веда ее душу, была такой счастливой.

В мыслях тут же всколыхнулись все те слухи, что нашептала соседка по комнате. Она упоминала про смерть, поселившуюся в Темногорье.

— А что случилось с женой лорда? — я не знала, можно ли затрагивать эту тему, но неизвестность уже начинала пугать.

Кенаи на минуту замолчал и провел рукой по волосам, откидывая непослушную прядь назад.

— Это печальная история, дара Эльдана. Вы уверены, что хотите ее услышать?

— Вы запугиваете меня, Кенаи. Неужели всё так страшно? — сердце сжалось в комок, в ожидании рассказа.

Он взглянул на меня, затем повернулся к окошку кареты и, всматриваясь вдаль, словно стараясь прорваться через пелену воспоминаний, начал свое повествование:

— Дара Катрэн была самой очаровательной девушкой. Добродетельностью и милосердием она снискала уважение всех жителей долины. Дар Рэд души в ней ни чаял. Еще бы… Много лет назад погиб старший брат дара, мой хозяин впал в уныние, а молодая красавица смогла отвлечь его от грустных мыслей. Вам известно, что наш лорд был вторым в праве на наследование? Нет? Первый лорд — дар Грэй — пропал без вести. Поиски не принесли результатов, поэтому его объявили погибшим. А младший брат принял титул властителя Темногорья.

Так вот… Где-то через месяц после свадьбы дару Рэду нужно было ненадолго отлучиться из замка. И чтобы молодая жена не заскучала, он отвез ее погостить к сестре в Долину Розовых Камней. А потом… Как это случилось до сих пор не известно. Вдруг вспыхнул пожар такой силы, что в мгновенье ока охватил весь дом! Погибли все: и леди Катрэн, и ее сестра с мужем, и все обитатели замка. Только чудом уцелели малыши: юная Розалинда и маленький Дамис. Мальчишка-то с няней был далеко в саду, огонь не причинил им вреда, а девочку уж после нашли. Брела по пепелищу, когда огонь потух окончательно. Запуганная, но, слава пресветлой Веде, невредимая. Только толком ничего рассказать не могла. А слухи-то потом стали разные ходить, трепал народ языком.

Говорили, кровная месть всему виной, дескать видели перед пожаром незнакомца, что пробирался к замку. Хотя кто-то из крестьян утверждал, будто заметил кружащего над зданием дракона. А драконье пламя, вы же знаете, почти невозможно погасить. Иные винили в случившемся сильный разряд молнии, что попал в пороховой склад.

Но, как бы там ни было на самом деле, детки-то сиротами остались. Родственников у них не было. Вот дар Рэд и взял их под свою опеку. Тем более, если и впрямь кровная месть всему виной, то ребятам до сих пор грозит нешуточная опасность. А в Темногорье им безопасней, чем в любой Магической школе нашего государства. К тому же, Розалинда своей внешностью очень напоминает покойную леди Катрэн. Хозяин в ней души не чает…

Кенаи вдруг запнулся на полуслове, словно испугался, что сказал нечто лишнее и остаток дороги до ближайшей деревни, где планировал остановиться для отдыха, просто молчал.

В небольшом трактире было людно и шумно. Не успели мы, как следует разместиться у ближайшего свободного столика, к нам быстрым шагом, запыхавшись, прибежала хозяйка заведения, собственной персоной. Она широко улыбнулась:

— Добро пожаловать, дар Кенаи! Давненько вас не было. Очень рада, что заглянули. Все как обычно?

Он молча кивнул, все еще пребывая в задумчивости и не обращая внимания на игривое настроение женщины.

— А вы что желаете, дара? Отобедать? — обратилась она ко мне, резко переходя на суховато-деловой тон и стирая с лица улыбку.

— Даре Эльдане подайте тоже, что и мне. И, пожалуйста, мясо не пережарьте, как в прошлый раз, — встрял Кенаи, окидывая хозяйку уставшим взглядом.

Та лишь недоуменно пожала плечами и нервно дернула головой, но перечить не стала. А затем, обиженно поджав губы, скрылась в кухне.

Вскоре стол ломился от разнообразных блюд. Так, наверное, и самого лорда не встречали. По тому, какие взгляды бросала на Кенаи гостеприимная трактирщица, я сделала вывод, что он был здесь частым гостем и его пристрастия к еде ни для кого не были секретом.

Обед проходил в молчании. Нас никто не беспокоил. Несколько посетителей вежливо здоровались с управляющим и отходили в противоположный конец зала. Видимо обитатели Темногорского замка пользовались уважением среди населения. Не удивлюсь, если это была заслуга дара Рэда.

Трапеза почти подошла к концу, когда вновь подошла хозяйка и извиняющимся голосом обратилась к моему попутчику:

— Дар Кенаи, прошу прощения, что отвлекаю вас, но не могли бы вы помочь мне с одним делом.

— С каким? — на его лице появилась хитрая улыбка.

— Ну как же… — женщина покраснела и затеребила край фартука. — Лето нынче жарким выдалось… А мои поставщики… В общем… Ну вы же опытный управляющий…

Кенаи окинул заинтересованным взором смущенную даму и тяжело вздохнул:

— Дара, но не в зале же нам обговаривать такие вещи. Здесь шумно, а поставщики — тема, требующая тишины и сосредоточения. Пойдемте-ка в ваш кабинет. Там и решим все проблемы. Дара Эльдана, не возражаете?

Я кивнула, наблюдая, как он встал и степенным шагом отправился вслед за радостно спешащей трактирщицей.

Не знаю, что за дела связывали этих двоих, но взгляд женщины мне определенно не понравился. От нее несло похотью и вожделением. Бедный Кенаи, наверняка ему тоже не по душе развязность хозяйки.

С такими мыслями я заканчивала свой обед. С уходом управляющего обстановка в трактире немного изменилась. Крестьяне, которые раньше опасливо молчали, сейчас беседовали не стесняясь. И темой обсуждения, конечно, было Темногорье. Ну, кого еще обсуждать, как ни собственного лорда?

Поскучав немного и поняв, что разговоры в большинстве касаются налогов и мудрого руководства дара Рэда, я уже хотела вернуться в экипаж, но тут прозвучала фраза, что заставила насторожиться и прислушаться внимательнее:

— Говорят, лорд Темногорья снова женится. Его на прошлой неделе видели в обществе дары Ивонны. Да разве сравнится она с покойницей? Тем более, что…

Конец фразы утонул в громком смехе, прозвучавшем с соседнего столика. Несколько хорошо подвыпивших гуляк затянули веселую песню, и хотя вокруг продолжали сплетничать, их слова сливались в один сплошной гул.

Наконец появился Кенаи. Он шел, насвистывая какую-то мелодию, что явно указывало на хорошее расположение духа, а на губах блуждала озорная улыбка. Взглянув на меня, широко улыбнулся и подмигнул.

— Вы готовы продолжить путь, дара Эльдана?

— Конечно. Вы закончили все свои дела?

Словно в ответ на мой вопрос подошла трактирщица, с пылающими щеками, поправляя корсет, и протянула нам небольшую корзинку с продуктами:

— Это вам в дорогу. Презент за оказанные услуги. Я всегда рада видеть вас, дар Кенаи, заглядывайте почаще!

— Непременно, дара, — управляющий склонился в поцелуе над ручкой трактирщицы, а после, как ни в чем не бывало, обратился ко мне: — Дара Эльдана, давайте поторопимся. Солнце клонится к закату. Вы же не горите желанием встретиться с ужасом призрачных туманов?

Я недоуменно переводила взгляд с Кенаи на хозяйку трактира и обратно. Неприятные мысли тут же просочились в сознание, но, взяв себя в руки, предпочла делать вид, будто ничего не заметила.

— Конечно, поторопимся.

И направилась к выходу.

Кучер уже восседал на козлах, поджидая нас.

Забравшись в экипаж, я захлопнула дверь прямо перед носом Кенаи.

— Будьте добры, составьте компанию кучеру, — обескураживающе улыбаясь, прошептала я. — Что-то голова разболелась, пожалуй, вздремну немного.

Управляющий с шумом выдохнул, но, не смея возразить, оставил меня одну.

Карета мерно покачивалась на дороге, убаюкивая и внушая успокоение. После сытного обеда действительно хотелось спать, а тревоги, что не давали покоя, отошли на задний план. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь окошко, ласково касались лица, словно теплая материнская рука поглаживала любимого ребенка.

Мир вокруг казался чудесным. Я верила, что все сложится прекрасно и поэтому открыто улыбалась своим мечтам.

Внезапно карету резко подкинуло на кочке и повалило на бок. Дрема тут же улетучилась, словно ее и не бывало. По инерции я слетела с сидения и, упав, больно ударилась головой. На мгновение в глазах потемнело, а когда пелена развеялась, передо мной стоял не на шутку испуганный управляющий, протягивая руку помощи:

— Эльдана? Дара Эльдана, с вами все в порядке?

— Кажется, да. Что это было? — спросила я, поднимаясь на ноги и поглаживая огромную шишку на макушке. — Неужели грифон?!

Кенаи облегченно вздохнув, виновато улыбнулся:

— Ну что вы, дара. Днем грифон не летает. Да и если бы он напал, мы сейчас с вами не разговаривали бы. Это просто колесо вновь отвалилось. Видно плохо починили в прошлый раз, — и чтобы как-то успокоить, в шутку добавил: — Мы с вами уж очень сытно пообедали, вот и не выдержала карета-то.

Я улыбнулась в ответ.

Кенаи, нежно поддерживая за талию, провел меня к раскидистому дереву. Там постелив свой плащ, помог устроиться с наибольшим удобством. Голова так раскалывалась от боли, что пришлось прибегнуть к магии. Через мгновенье боль стала терпимее.

— Нам придется задержаться на некоторое время, — мужчина обеспокоенно взглянул на солнце. — В замок попадем позже намеченного времени.

Наверное, я слишком встревожилась от этих слов, и Кенаи погладив меня по волосам, словно утешая маленького ребенка, обнадежил:

— Не волнуйтесь, дара. Все будет хорошо, вот увидите. В замок, мы поспеем вовремя. Не стоит переживать. Закройте-ка лучше глаза и попробуйте подумать о чем-то хорошем, хотя бы о тех кексах в трактире, что вы уплетали за обе щеки.

Его дружеский тон и участие казались такими искренними, что и вправду помогли немного успокоиться.

Управляющий быстро разгрузил карету, скинув багаж на лужайку, и вместе с кучером, принялся за починку колеса. Так рядом со мной оказался чемодан с вещами. Кажется, я брала с собой зелье от ушибов, оно должно полностью избавить от болезненных ощущений. Ох, надеюсь, стеклянный флакончик не разбился.

Приоткрыв крышку саквояжа и сунув туда руку в поисках необходимого лекарства, я наткнулась на амулет, что так бережно хранился с самого детства.

Не знаю почему, но в нем ощущалась мощь, и излучалось такое неземное спокойствие, что тут же захотелось надеть.

— Надо же, — усмехнулась я, перекидывая цепочку через голову. — Кто бы мог подумать, какое совпадение.… И тут грифон.

— Дара Эльдана, готовы продолжить путь? — улыбаясь, крикнул Кенаи.

— Вы все починили? — я вскочила на ноги. Что ни говори, а грядущий закат навевал страх.

— Да, все готово, — кивнул мужчина, подходя ближе и подхватывая чемодан. — Поторопимся?

Не заставляя себя упрашивать, я вернулась в карету, а управляющий тут же присоединился к вознице. Через минуту мы тронулись в путь.

Пейзаж за окном продолжал радовать взгляд сочной изумрудной зеленью. Синее небо, мягким бархатом затянуло небосвод, а теплое солнышко по-прежнему играло яркими лучами. Экипаж ехал быстрее, чем обычно и я даже искренне поверила, что наступающая ночь всего лишь глупая сказка, поведанная неумелым сказителем.

Но через полтора часа начало смеркаться. Постепенно, тихими шагами, повелительница тьмы спускалась с небес на землю и окутывала долину мрачным покрывалом. Тише пели птицы, осторожнее ступали лесные звери, даже юркий ветерок сменил шаловливую дерзость на безмятежный покой. И вот, наконец, на небосвод всплыла безликая луна, опасливо поглядывая на вверенный мир, словно боялась нежданного гостя.

Зажглись первые звезды. Таинственно подмигивая друг другу, они ознаменовали собой наступление тревожных часов. Скоро… Совсем скоро проснется ужас лощины и поглотит заблудившихся путников. Вот уже серый туман стремится с холмов в низину. Облачными завитками тянутся призрачные щупальца, охватывая землю, не пропуская ни единой травинки, ни единого камешка. Все ближе и ближе туманная дымка… Еще немного и коснется дороги, еще чуть-чуть и нагонит экипаж.

— Заключит в крепкие объятия… Надежды на спасение нет… — шептала я слова легенды.

Торопил возница лошадей, не жалел хлыста, но все ж следовала по пятам белесая мгла, и не было спасения от ужасов грядущей ночи.

Подбадривали крики Кенаи, не давали умереть от страха. Да только дышать становилось сложнее, сдавливало грудь предчувствие беды.

Потянулась я к вороту, расстегнула пуговицы, ослабила застежку. Зашептала заклинание-оберег. Но тяжело даются слова, не хватает воздуха, словно пламенем объяты легкие. Пальцы ледяные, да толку от них никакого. Схватилась за шею и от боли вскрикнула. Обожгла цепочка руку, впилась в горло. Течет невидимый огонь по украшению вниз, к амулету стремится. Сжала в ладони миниатюрного грифона, и отпустило пламя, будто и не было его вовсе.

— Дара Эльдана! — громкий крик управляющего вывел меня из оцепенения. — Уже Темногорский замок виднеется! Не волнуйтесь! Слава пресветлой Веде, почти доехали!

Я выглянула в окно. Сквозь туманную завесу и впрямь проглядывали очертания высокого замка. Еще немного и уже можно будет различить высокие ворота…

Но тут раздался рев, от которого на миг остановилось сердце. Захлопали крылья. Огромная черная тень мелькнула на фоне луны.

— Грифон… Это грифон… — шептала я, трясущимися губами.

Защелкал кнутом возница, из последних сил подстегивая лошадь, что-то закричал Кенаи…

Но мне было все равно. Как завороженная глядела я на силуэт мистического существа медленно появляющегося из призрачной мглы. Птичьи глаза внимательно высматривали жертву, львиный хвост подергивался в нетерпении. Мощные ноги перебирали в воздухе, словно зверь бежал по ночному небу вслед за добычей.

Громко билось сердце. Но каждый удар приближал меня к спасительному укрытию. Ведь там, в паре минутах езды, замок. Только бы добраться, только бы успеть.

Грифон замер чуть в стороне от нашего экипажа, не подлетая слишком близко, но и не отставая ни на шаг. Точно играл в кошки-мышки. Широкие крылья, казалось, без усилия поддерживали огромное существо в воздухе.

Десять секунд, тридцать, сорок… Я уже стала надеяться, что зверь позволит нам ускользнуть. Минута…

В этот момент из клюва грифона вырвался громоподобный рык, он резко взмахнул крыльями и направился к карете. Прямо у меня над головой заскрежетали острые когти, проехавшиеся по крыше экипажа. Затрещали колеса, норовившие вновь слететь с оси под немалым весом хищника. Громко заорал Кенаи, взывая к светлой Веде и тут же прося помощи у темного Мора. В страхе заржали лошади…

Грифон сделал над нами круг и взмыл в небеса. А затем стремглав бросился вниз, раскрывая цепкие объятия над сотрясаемым дрожью возницей.

Я с ужасом наблюдала, как человеческое тело воспарило в вышину вместе с диким захватчиком.

— Нет! — не отдавая себе отчета, закричала я. — Не тронь его!

И вдруг замер зверь, словно испугался внезапного звука. Заметался, заревел и рванул в сторону замка. Покружив над ним, точно в безумстве, разомкнул когти и отпустил жертву. Тяжелым камнем свалился кучер прямо за замковые ворота.

Завыл грифон. Жалобной песней огласилась округа.

Тут же потемнело в глазах. Гулко запульсировала кровь в висках. И разум иссушенный страхом погрузился в спокойное беспамятство.

Сознание медленно возвращалось, а с ним жуткая головная боль и тошнота. Я с трудом разлепила веки, и тут же зажмурилась вновь. Несколько минут ушло на то, чтобы собраться, сосредоточиться и определиться, что же происходит и где нахожусь.

В конце концов, открыла глаза.

— Живая, что ли? — раздался чей-то неуверенный голос.

Не найдя в себе силы на ответ, лишь кивнула и поискала взглядом вопрошающего.

Вокруг кровати, на которой я сейчас лежала, стояли незнакомые люди. Они с любопытством рассматривали магический плащ и о чем-то тихо переговаривались. Вдруг у самой двери мелькнули темные кудри Кенаи. Слава Веде, жив.

Одна из женщин, выделявшаяся приятной полнотой и добрыми глазами, присела на кровать и поднесла стакан воды к моим губам.

— Глотни, милая. Авось легче станет.

Живительная влага смочила пересохшее горло.

— Я уже в замке?

— А где же еще! В Темногорье вы, милочка, — с явным раздражением произнесла тощая высокая дама стоявшая чуть поодаль. — Ох, и напугали вы нас, дара! Разве ж можно так появляться на пороге приличного дома?! Сразу видно, что не воспитанию вас учили, в школе-то.

— Ну, что ты на нее напала, Фребок, — вмешалась полная женщина, обтирая мне лоб прохладной водой. — Ты же видишь, девочка еще не совсем оправилась. Ты только посмотри, какая она юная, а худенькая какая. Видно не доедала в той своей школе, — она ласково улыбнулась. — Вам уже лучше? Не стоит больше волноваться, в стенах этого замка вы в полной безопасности.

В ее словах было столько нежности и заботы, что на мгновенье показалось, будто вновь попала в детство и услышала голос мамы. На глаза набежали предательские слезы.

— Кто вы, дара?

Женщина погладила меня по голове:

— Я кухарка тутошняя. Елейка.

— Дара Елейка, — повторила я.

— Да какая же «дара», — захохотала она. — Просто Елейка. Не благородная чай, и среди своих к тому ж.

Высокая дама фыркнула в ответ на эту реплику, но Елейка не обратила никакого внимания, лишь, повела глазами в ее сторону:

— Это наша дражайшая дара Фребок. Экономка и первое лицо после лорда. Весь замок на ней держится, — произнесла она с небольшой иронией, но экономка видимо не почувствовала в этом насмешки, а наоборот, горделиво вскинула подбородок.

— А кучер… Кучер, с которым мы ехали. Он жив? — внезапно ко мне вернулась тревога. Последнее, что я запомнила, это грифон, бросающий с высоты обмякшее тело. — Выжил?

— Не переживай, деточка, все с ним в порядке, — поспешила успокоить Елейка. — Ребро сломано, несколько ушибов, да пару царапин. Ничего плохого. Я всегда говорила, что он чурбан неотесанный, а что с деревяшкой может случиться? — засмеялась она. А затем добавила вполне серьезно: — Это чудо, что грифон не причинил ему вреда и оставил в живых. Обычно он со своими жертвами не церемонится.

Я тут же вспомнила весь ужас прошедшего вечера. Словно наяву услышала трепыханье огромных крыльев. Видимо страх явственно отразился на лице, так как даже надменная Фребок озабоченно сдвинула брови.

— Вы, может, что-то желаете, дара? Дорога ведь была нелегкой. Приказать принести вам в комнату поужинать? По правде сказать, у нас это не принято…В замке завтракают, обедают и ужинают в одно и тоже время. Никаких перекусов. Но так уж и быть ради вас мы можем сегодня сделать исключение. Вы ведь не виноваты в том, что задержались. Да еще это нападение…

— Спасибо, но ничего не нужно. Все хорошо. Я просто очень устала… — мне было неловко нарушать устои замка, к тому же действительно хотелось не есть, а только забыться крепким, успокоительным сном.

— Как будет угодно, — проскрипела экономка. — Марыся и Рона, наши служанки, помогут разобрать вещи и приготовиться ко сну. Но завтра постарайтесь с этим справиться сами. У нас нет лишних рук на обслуживание очередных учителей. И не забудьте, завтрак ровно в семь утра, в столовой. Откладывать его ради вас никто не намерен.

С этими словами она резко повернулась и, бросая раздраженный взгляд на кухарку, вышла из комнаты.

— Спите спокойно, дара, — добрая женщина успокаивающе похлопала меня по руке. — А на Фребок обращать внимания не стоит. Это только с виду она суровая. Но поверьте, человека честней и справедливей ее вряд ли найдете в Призрачной долине. А вот с Кенаи будьте поосторожней! Этот похотливый кот крутится возле каждой смазливой мордашки, — Елейка усмехнулась. — За внимание такого красавца передрались все девицы в нашем краю. Да что там говорить, даже я, в таком почтенном возрасте, иногда таю от его невинных шуток и комплиментов.

Кухарка поправила одеяло и, загасив свечи, ушла к себе.

Думать ни о чем не хотелось. Только спать, спать, спать.

Первые лучи солнца скользнули по подушке и теплым поцелуем прикоснулись к щеке. Я открыла глаза.

Долгая ночь кончилась, и вместе с ней ушел весь страх от пережитого накануне. Дышать стало легко, а отдохнувший разум с легкостью пускал светлые мысли в свободный полет.

Неожиданное чувство счастья наполнило все мое существо. Захотелось петь, смеяться, кружиться под музыку. Внезапно пришло осознание, что я дома. Да, именно так. Это мой новый дом.

Здесь нет занудных учителей, вечной зубрежки, насмешливых однокурсников. Теперь все зависит только от одной меня.

Нужно постараться произвести хорошее впечатление на лорда и подружиться с детьми. Найти к ним подход. Но думаю, это не составит труда. Бедные малютки такие же сиротки, как и я сама. А что может сблизить сильнее, чем ни одинаковая потеря?

Вчера так и не удалось толком осмотреться в комнате. Но сейчас достаточно времени, чтобы исследовать каждый уголок.

Посредине стояла огромная кровать. В школе наши койки были намного меньше. И перина никогда не радовала такой приятной мягкостью. А тут даже тонкая лазурная простыня свидетельствовала о богатстве. Светло-персиковое покрывало вышито золотыми и серебряными пионами, балдахин из нежнейшего прозрачного шифона, переливающегося в лучах восходящего солнца, огромными фалдами ниспадал до самого пола. А резные, деревянные опоры с причудливыми узорами уходили под самый потолок.

Я спустила ноги с кровати и тут же по щиколотку утопла в огромной лохматой шкуре неведомого зверя, что застилала весь пол.

У окна красовался небольшой секретер, рядом огромное зеркало, в золоченой раме. В шкафу расположились мои небольшие пожитки. Видимо служанки разобрали все, пока я спала.

Но что больше всего удивило, так это дверные ручки в виде головы грифона. Тот же изогнутый клюв, те же внимательные глаза… К счастью сейчас он не мог причинить вреда. К тому же, как я поняла Темногорский лорд вовсе не испытывал страха перед зверем. Изображения крылатого существа попадались всюду: на старинном тканом гобелене, на ярких картинах, на точеных кубках и подсвечниках.

Рассматривая очередную дорогую безделушку, я задумалась… Если так роскошно обставлена комната простой учительницы, что же тогда в остальных помещениях замка? Никогда не думала, что обыденные вещи могут быть такими дорогими и красивыми.

Я повертела на пальце свое единственное колечко. Тоненькое, золотое, с небольшой медной извивающейся змейкой. Это заслуженная гордость и нестерпимый стыд. Только у самых сильных магов на руке блестит золотой перстень с золотой же змеей. Мое же украшало даже не серебро… просто медь.

Я горестно вздохнула. Но ведь лорд предупрежден, что новая учительница не из лучших выпускниц школы, так что проблем возникнуть не должно.

В животе предательски заурчало, напоминая о завтраке. Ну что ж, пора искать столовую.

Добро пожаловать в новую жизнь.

Я выглянула из комнаты и замерла в изумлении, осматриваясь, по сторонам. И влево и вправо шел длинный коридор с многочисленными дверьми, похожими друг на друга, как две капли воды. Где же трапезная? Разум подсказывал, что она должна находиться на первом этаже. Думаю, не заблужусь. Но как найти дорогу обратно? Я новь покрутила головой. Возможно потом, когда освоюсь, смогу отличать дверь в свою комнату от других в мгновенье ока, но пока придется пойти на хитрость. Вынув из волос шпильку, вставила ее в замочную скважину. Так точно не пройду мимо.

Ну, а теперь дело за столовой… Выбор был небольшой либо вправо, либо влево по длиннющему коридору. Решив, что правая сторона всегда верней, повернула туда. Я шла, считая двери и рассматривая семейные портреты, висевшие на стенах. Люди, изображенные на них, отличались благородством и ярким блеском в глазах, свидетельствующим об особой силе духа, присущей данному семейству.

Вскоре показалась лестница вниз, хотя до конца коридора я еще не дошла. Откуда мне было знать, что замок построен в виде многоугольника, и почти круглый коридор замкнут в кольцо? Хорошо, что не блуждала по нему часами.

Мягкий ворсистый ковер скрадывал шум шагов. Спускаясь вниз по широкой витой лестнице, я продолжала удивляться величию Темногорья. Наша школа была немного скромнее, а дом, где прошло детство, тем более.

Ступив на первый этаж, вновь повернула направо. Как назло по дороге не встретилось ни единой живой души, чтобы подсказать верный путь.

Прошагав так немного, вдруг заметила чуть приоткрытую дверь. Слава Веде! Появилась надежда, что наконец-то нашла столовую или хотя бы кого-то с кем можно поговорить. Робко постучалась, но, так и не дождавшись приглашения войти, решительно открыла дверь.

К сожалению, это оказался рабочий кабинет.

С высокого сводчатого потолка свисали светильники в виде кованых крылатых грифонов — их свет слабо освещал комнату, создавая сонный полумрак. На широком письменном столе, расположенном у самого окна, чадили витые свечи, гроздьями облепившие подсвечники. Таинственно мерцали хрустальные шары на полках книжных стеллажей. Свитки и манускрипты, расставленные в идеальном порядке, источали запах древней мудрости. Тихо и спокойно было в этом месте, наполненном лишь шелестом зеленой листвы за открытым окном.

Я с удивлением рассматривала звездные карты на стене, бутылочки и колбочки с темными жидкостями. Подойдя ближе, прочла название некоторых из них и пораженно замерла. «Кровь единорога», «Слезы дракона» размашистым подчерком было выведено на этикетках. Такого богатства даже в Магической школе не было.

Чуть ниже, на полке, стояли чучела животных. Летучая мышь, ночной филин, чешуйчатая саламандра… Дойдя взглядом до последнего существа, изумленно остановилась. Такого зверя я не встречала и на картинках учебников. Величиной чуть больше куропатки, с мощными лапами и длинными когтями. Прищуренные глаза, казалось до сих пор, внимательно следят за окружающим миром. Острые зубы обнажились в хищном оскале. Шерсть на загривке встала дыбом. Вся поза животного выражала готовность к прыжку.

Завороженно я протянула руку и дотронулась до невиданного зверя. Пробежалась пальцами по изогнутому торсу, коснулась ладонью длинного хвоста, заглянула в вытянутые зрачки…

В этот момент чья-то рука по-хозяйски опустилась на мое плечо, и раздался грозный голос:

— Что вы здесь делаете, дара?

Вздрогнув от неожиданности, взмахнула рукой, зацепила пасть существа, острые зубы которого тут же вонзились в пальцы.

— А! — закричала я больше от страха, нежели от боли.

— Дара Эльдана, что случилось? — раздалось вновь, но теперь в вопросе сквозила неуверенность.

Обернувшись, увидела Фребок.

— Что вы так кричите? — продолжала она. — Едва не уронили тут все!

— Вы меня испугали, — я едва переводила дыхание, из уколотых ранок появились капельки лазурной крови. — Не слышала, что кто-то вошел.

— Я заметила свет, — спокойно ответила экономка и тут же вскинулась вновь. — Зачем вы зажгли свечи? Что вы вообще тут делаете? — она грозно подперла кулаками бока. — Это рабочий кабинет лорда. Сюда запрещено входить посторонним.

— Свечи? Но я не зажигала свечей. Они уже горели.

— Ну да, горели… — Фребок усмехнулась и покачала головой. — Не лгите, Эльдана. Это не пристало званию учительницы.

— Но я не лгу, — изумлению не было предела, вот уж в чем меня никогда не обвиняли, так это во лжи. — Я никогда не лгу, дара.

Это было почти правдой. Единственный раз я утаила действительность, назвавшись сиротой, но даже это не было полной ложью.

Внутри меня закипала волна протеста. Мало того, что обозвали лгуньей, так к тому же обвинили неизвестно в чем. Но оправдываться перед ней, словно провинившаяся школьница, совсем не хотелось. Наоборот, наверное, стоило задать аналогичный вопрос, а что сама экономка забыла в кабинете лорда? В отличие от меня, по незнанию заблудившейся в этой части замка, она точно знала куда шла.

Но начинать первый день ссорой нельзя. Поэтому, набравшись храбрости, и придав голосу как можно большей строгости, повторила:

— Комната была открыта, когда я в нее вошла, и свечи уже горели.

На лице Фребок отразилась целая гамма эмоций. Видно, что моя строптивость ей неприятна, молчаливое согласие пришлось бы по душе куда больше. Экономка уже набрала в легкие воздуха, готовясь отчитать новенькую учительницу, но тут же выдохнула обратно… Кажется до нее дошло, что устраивать допрос преподавателю магии, чревато волшебными последствиями. Пусть и не явными, но чувствительными.

— Вы хотели что-то сказать? — вежливо спросила я, поигрывая колечком на пальце.

Пусть оно всего лишь с медной змейкой, но у Фребок нет и такого.

Экономка скривилась, но все же ответила:

— Признаю, я несколько погорячилась, дара. Но имейте в виду, что за каждым вашим шагом в этом доме будут следить строжайшим образом!

— Кто? Неужто лично вы?

— Может быть и я… Подождем распоряжений от лорда. А пока давайте поторопимся в столовую! Из-за вас пришлось пойти на нарушения и задержать завтрак.

Она жестом указала на дверь, а затем, когда я вышла, демонстративно громко хлопнула ею.

Высокая, сухопарая экономка, горделиво задрав нос, шла вперед. Ее острые локти топорщились в стороны, а завязочки на блузе подпрыгивали при каждом новом шаге. Рассматривая ее сзади, мне стало смешно: дара Фребок напоминала тощего таракана, только последний был более миролюбивым.

Как оказалось, столовая находилась недалеко. И если бы я после лестницы свернула влево, то наверняка не заблудилась бы.

Сюрпризы начались еще при входе в обеденный зал. У стены, в расслабленной позе, стоял Кенаи и с любопытством рассматривал какой-то испещренный мелким подчерком листок.

Я думала, он ждет завтрак, но ошибалась. Слуги не удостаивались чести сидеть за одним столом с хозяевами и довольствовались кухней. Слава Веде, учителя-маги ценились выше обыкновенных гувернанток.

Одна из служанок обогнала нас и поспешила в столовую, неся огромное блюдо с фруктами.

Я заметила, как Кенаи перегородил ее дорогу, широко улыбнулся и что-то зашептал на ухо. Девушка смущенно захихикала, но стеснение оказалось наигранным, довольный взгляд выдавал это. Управляющий ловко ухватил огромное яблоко с подноса, затем отошел в сторону, пропуская служанку дальше и подмигнув, шлепнул ее ниже спины. Та подпрыгнула, оглянулась, но Кенаи послал воздушный поцелуй, и девушка расплылась в улыбке.

Фребок ускорила шаг и буквально подлетела к мужчине. Я едва поспевала следом.

— Дар Кенаи! Что вы себе позволяете?! — запыхтела от возмущения она, бегая взором от его лица к яблоку и обратно.

Интересно, экономку больше возмутил факт флирта со служакой или то, что он посмел взять фрукт предназначенный хозяевам?

Кенаи же, совершенно не испугавшийся грозных восклицаний, смачно хрустнул, откусив яблоко, и рассмеялся.

— Вы ревнуете, дара Фребок? — он приобнял экономку за талию. — Или быть может, соскучились?

— Я… Да я… — она завертела головой в поисках поддержки, но каждый раз натыкалась лишь на мою заинтересованную происходящим физиономию. — Да я пожалуюсь лорду на ваше поведение!

Экономка побледнела, но тут же стала пунцово-красной. Негодующе отбросила его руку и чуть ли не единым прыжком влетела в столовую.

Кенаи громко засмеялся, бросая ей в след:

— Ваше право, дорогая!

Затем обратил внимание на меня, заговорщицки подмигнул, и неожиданно протянул цветок, вытащив его из-за пазухи.

— Рад вновь видеть вас, Эльдана. Как вы себя чувствуете? Щечки-то уже порозовели. А вчера когда нес вас на руках, была такая бледная.

— Спасибо, что помогли, — я не нашлась, что ему ответить. — Понимаю, что доставила вам много неудобств своим обмороком.

— Ну что вы, — пожал плечами он. — Мне было даже приятно. Главное, все-таки доехали. Так что, добро пожаловать в розарий!

Он слегка поклонился, приоткрыл мне дверь в столовую, а после пошел вдоль коридора, насвистывая незатейливую песенку.

Я думала, что когда Кенаи упоминал розарий, он имел в виду прекрасных обитательниц Темногорья, но оказалось, это было сказано буквально. Обеденная зала словно утопала в ярких красочных цветах. По углам стояли огромные кадки с розовыми кустами. Стены увивали вьющиеся розы, создавая над каждым креслом разноцветные арки. На столе красовались вазы с шикарными букетами. Даже на потолке кое-где были пришпилены малюсенькие розочки.

У дальней стены бил небольшой фонтан. Кристальной чистоты вода образовывала миниатюрный бассейн, где плавали живые золотые рыбки, а на поверхности цвели голубые, белые и розовые лотосы.

Посреди столовой возвышался длинный стол, сервированный на троих. Два прибора по одну сторону и один по другую. Не трудно было догадаться, что это предназначалось для двух племянников лорда и новой учительницы.

Не зная можно ли уже садиться, я поискала взглядом своих сотрапезников.

Мальчик, лет десяти, с мелкими сивыми кудряшками, сидел у бассейна и пытался чашкой выловить рыбку. Увидев меня, он нахмурился, молча подошел к столу, и сел на одно из мест.

Тут же послышался цокот каблучков и в комнату, вбежала юная, очень красивая девушка. Светлые волосы, словно, крылья развевались за спиной. Воздушное розовое платье делали ее похожей на ангела. Надо признать, я даже залюбовалась молодой прелестницей.

— Простите за опоздание, такого больше не повторится, — опустив глазки, пролепетала она и села возле мальчика.

Фребок, всё еще пребывая в плохом настроении, представила нас:

— Дара Розалинда и лорд Синебора из долины Розовых Камней, дар Дамис!

Это звучало пафосно и смешно, особенно в отношении мальчика. Но я тут же напомнила себе, что после смерти родителей, на него переходило право собственности тех мест. Конечно, пока он слишком мал, чтобы править. Верней всего лорд Рэд, будучи опекуном, взял на себя обязательства по управлению долиной. Интересно, его отсутствие за завтраком объясняется именно этим или он просто не хочет встречаться с новой преподавательницей? Как бы там ни было, я намеривалась познакомиться с ним в самое ближайшее время.

— Это дара Эльдана. Учительница, — без особых церемоний представила меня экономка.

Ну что ж, можно было и не надеяться на особое отношение. Не грубит и то хорошо. А с остальным разберусь позже.

Я вежливо поздоровалась с будущими учениками, прошла за стол и села напротив ребят.

Фребок тут же заметила:

— Отныне это ваше место за столом. Запомните его хорошенько, дара. И дорогу к столовой тоже.

Я натянула вежливую улыбку и ответила:

— Само собой разумеется.

Не знаю, что именно произвело большее впечатление на экономку, то ли улыбка, то ли прошлое упоминание магического колечка, но она тут же превратилась в добрейшее создание.

— Дара Розалинда, — обратилась она к юной красавице. — Прошу вас, будьте любезны, после завтрака ознакомьте дару Эльдану с нашим замком и по возможности, правилами этого дома. Я бы хотела, чтобы к возвращению лорда Рэда она вполне освоилась.

— Конечно, конечно, сделаю, что смогу, — девушка одарила Фребок самой радушной улыбкой.

Я расслабилась. Жизнь постепенно начинала налаживаться.

Дара Фребок оставила нас одних. Может оно и к лучшему. В компании этой особы доверительных отношений не выстроить.

Несколько минут мы молча завтракали, только изредка бросая друг на друга изучающий взгляд.

Розалинда и Дамис. Сестра и брат. Я искала между ними сходство, но его не было.

Девушка словно лучилась счастьем. В голубых глазах было столько жизнелюбия и радости, столько восторженного очарования, что каждый, кто сталкивался с ней взором, тут же попадал под чары этой неземной красавицы. Изящный наклон головы, благородная осанка, утонченные черты лица…. Совершенная дара.

Мальчик же, наоборот, казался неповоротливым, резким, до смешного неуклюжим. Тяжелым синеоким взором он окидывал столовую, исподлобья поглядывая на журчащий фонтан. Я поймала себя на мысли, что не хочу встречаться взглядом с угрюмым мальчуганом. Не хочу слышать его голос, не желаю знать, как он звучит. Полная противоположность сестре.

Едва закончился завтрак, Дамис сорвался с места и ничего не объясняя выбежал из залы.

— Простите моего брата, дара Эльдана, — певуче прощебетала Розалинда и улыбнулась. — Со временем вы привыкните к его причудам.

— Надеюсь, — тихо прошептала я, вставая и чуть громче добавила: — Вы покажете мне комнату для занятий, Розалинда? Уверена, она полностью готова для уроков.

— О, вы останетесь довольны! Лорд, был настолько любезен, что закупил лучшие материалы для экспериментов! — она вскочила с места.

— Экспериментов?

Девушка уже спешила по коридору, и я старалась не отстать.

— Вы сказали «экспериментов»?

— Да, магические опыты. Вы же понимаете, что без практики не стать хорошим магом.

— Да, понимаю…

Практика — это именно то, что я умею хуже всего. И почему пресловутый лорд не озаботился теорией?

Мы прошли мимо винтовой лестницы, и завернули в один из коридорчиков. Потом карту надо попросить, что ли? Заблужусь ведь.

— Вам нравится замок? — Розалинда лучезарно улыбнулась. — Правда, красив? Вначале это была заслуга моей умершей тетушки. Она безумно любила дядю Рэда и старалась принести в его жизнь уют. Но сейчас домом занимаемся мы с лордом. Вдвоем.

— Очень красиво, — поддакнула я.

— Спасибо. А видели портреты? Они висят во всех коридорах. Каждый из изображенных мужчин звался Темногорским властителем, — она пожала плечами, — В разное время, конечно. Первый лорд — старший брат дяди — тоже тут есть.

— А женщины? Кто они?

— О, это их жены.

— Значит, твоя тетушка тоже тут есть?

— Да, есть, — Розалинда кивнула и ускорила шаг.

Я ждала, что вот сейчас она остановится у портрета очередной красавицы и скажет: «Это она», но нет, девушка, словно специально отворачивалась от каждого женского изображения.

— А шкуры привезли с Южных гор, — как ни в чем не бывало, продолжила она, указывая на мягкие покрытия, расстеленные по всему полу. — А подсвечник сделан из Зареффского хрусталя. Его лорд привез в прошлом году, как и портьеры из Мессурии.

— Очень увлекательно, спасибо за экскурсию, — сделав вид, что не заметила умалчивания о тетке, я вежливо прервала ее быструю речь. Мне, конечно, интересен дом, но новые ученики интересовали куда больше. — Вижу, вы очень любите Темногорье.

— Да, очень.

— А что еще любите? Может быть читать? Рисовать? — надеюсь, что обыденные, не магические увлечения помогут нам сблизиться.

— Люблю ездить на лошади, — не задумываясь, ответила она и внезапно остановилась. — Мы пришли.

Розалинда толкнула дубовую дверь, но та не поддалась. Девушка наморщила лобик и подергала за ручку.

— Он закрылся, — резюмировала она.

— Кто?

— Дамис. Этот негодник опять закрылся в учебном классе.

Вот уже десять минут Розалинда монотонно постукивала в дверь. С совершенно безразличным выражением лица она настойчиво молотила кулачком. Мне оставалось только поражаться ее терпеливому характеру. Наконец замок щелкнул, створки приоткрылись, и в проеме показалась сивая мальчишеская голова.

Одарив нас хмурым взглядом, он посторонился, словно приглашая внутрь.

Розалинда вошла первой, попутно отталкивая брата подальше.

— Что ты опять задумал?! — сдвинула бровки она. — От тебя одни неприятности!

В мыслях я была согласна с девушкой, но все же постаралась загасить назревающую ссору.

— Наверняка, были веские причины не пускать нас, — мягко улыбнулась мальчику. — Ты объяснишь, что случилось?

Дамис глянул на сестру, потом перевел взор на меня и тут же отвернулся. Всего мгновенье я видела его глаза. Такие детские и такие… мрачные. Буря ненависти обитала в синих очах ребенка.

— Ничего он не объяснит, — вздохнула Розалинда и подошла к брату. — Бедный, маленький Дамис, — она хотела дотронуться до его плеча, но мальчишка резко дернулся и, отступив на пару шагов, поджал губы, выражая молчаливое сопротивление.

— Возможно, он все расскажет потом, — предположила я, стараясь сохранить дружелюбие.

— О нет, дара Эльдана, — печально улыбнулась девушка. — Дамис никогда и ничего не расскажет. Он немой.

Эти слова, прозвучавшие так обыденно, перевернули многое в моей душе. Бедный мальчик! Я по-иному взглянула на его поведение. Ребенок старался привлечь к себе внимание так, как мог.

— Это случилось после смерти родителей, — продолжала Розалинда. — Благодаря пресветлой Веде, они с нянюшкой гуляли в саду в это время. Пожар Дамиса не затронул, но все-таки оставил отпечаток.

— Сколько… Сколько ему тогда было? — на глаза стали наворачивались слезы жалости.

— Три года.

А сейчас ему десять. Столько лет без возможности высказаться! Бедняжка. Я тут же дала себе слово относиться к нему со всей возможной добротой и не обращать внимания на причуды.

— Эти мумии дар Рэд заказал из Барелии, — внезапно прервала мои мысли Розалинда, указывая на измотанный бинтами скелет какого-то животного. — Он нам понадобится, не правда ли?

— Да, конечно…

Напомнив себе о том, что обязанность учителя давать знания, а не плакать над горькой судьбой подопечного, я постаралась сосредоточиться на классной комнате.

Просторная, с аккуратными полочками и узкими шкафами. Два больших окна пропускали столько солнечного света, что казалось, будто мы находимся на улице.

— Есть выход в сад, — девушка отодвинула одну из портьер и показала стеклянную дверцу. — Там растут некоторые травы для зелий. Хотите посмотреть?

— С удовольствием.

Мы вышли под открытое небо. Розалинда глубоко вдохнула утренний воздух и счастливо улыбнулась.

— Погода чудесная! Может, погуляем?

Я с радостью согласилась. К моему удивлению Дамис тоже вышел из дома. Все такой же мрачный и смурной, он старался не отставать ни на шаг и, казалось, постоянно следил за каждым нашим действием.

— Дара Эльдана, — Розалинда наклонилась и сорвала ярко-желтый цветок, — а вы к нам надолго?

— Надеюсь, что да.

— А что мы с вами будем изучать? — продолжала невинный допрос она.

— А что вы уже проходили?

— Да так… по мелочи, — девушка засунула цветочек в волосы и хитро улыбнулась. — Мы особо и не занимались.

— Неужели? Почему?

— За последние три года несколько учителей сменилось. И каждый старался учить по-своему.

— Вот как… — я вновь вспомнила слухи о сбежавших отсюда преподавателях. — А почему? Неужели они настолько не подходили к этой должности, что дар Рэд всех повыгонял?

— Нет, что вы, — усмехнулась Розалинда. — Наоборот, все учителя имели золотых змей на кольце… — я тут же смущенно спрятала руку за спину. — И являлись образцовыми магами, — продолжала она.

— Тогда что же случилось?

— Дара Матильда, она как раз была до вас, поймалась на воровстве. Никто и подумать не мог, что такая тихая и благовоспитанная женщина посмеет украсть колье мой тетушки! Естественно ее тут же выгнали. А дар Петро был просто очень стар… Буквально через месяц учебы у него появились проблемы с памятью. Не мог даже вспомнить своего имени. Конечно, пришлось искать другого учителя. Еще была Фрея. Совсем молодая, прямо, как вы. А какая красавица! Так ушла гулять за ворота, да и не вернулась. Наверняка грифону попалась.

Я слушала рассказ Розалинды и не мола понять, что же меня так напрягало в ее словах? Вроде все верно, все может быть, но ощущение недосказанности лишь усиливалось.

— Ах, да, еще была дара Люция, но она сама сбежала, после того, как влюбилась в конюха.

Светловолосая девушка весело рассказывала о бывших учителях и с теплой улыбкой вспоминала о грифоне. Во мне же эти воспоминания вызывали лишь тихий ужас.

— Вы ведь уже познакомились с грифончиком, да? Странно, что он вас тогда не съел. Наверняка просто повезло, — она пожала плечами.

Эта легкость в голосе при упоминании о крылатом существе повергала в шок. Бедная девочка так привыкла жить бок о бок со смертью, что уже не воспринимает ее серьезно.

Мы шли по маленькой тропинке, что узкой лентой вилась среди высоких кустарников и редких растений.

— Дара Эльдана, вы только посмотрите, какой чудный цветочек расцвел!

Розалинда указывала на огромный распустившийся бутон зибельманского чертополоха, пьянящий аромат, которого разносился по всему саду.

Зелья и травы я знала на отлично. Как и то, что запах этого растения вызывает сонливость. А если же находиться рядом с ним достаточно долго, то можно погрузиться в глубокий двухдневный сон. Между прочим, именно из его лепестков варили зелье от бессонницы. А так же яд… Уснуть и не проснуться, что может быть безболезненнее? Хорошо, что цветок распускается только на пару суток и в Темногорском саду это был единственный экземпляр. Надеюсь, лорд пристально наблюдает за порционным употреблением растения.

Я уже протянула руку Розалинде, чтобы увести подальше от сладко-пьянящего запаха, как наше внимание привлек сухопарый, лысоватый мужичок. На нем свободным балахоном висела серая рубашка, подчеркивающая излишнюю худобу и имеющая множество кармашек разной величины. Они находились даже на спине. Странные очки, без дужек держались на сморщенном длинном носу. В руках поблескивала стеклянная банка и небольшой сачок.

Согнувшись в три погибели, мужичок, чуть ли не полз между кустами жимолости и бессердечника.

— Кто это? — почему-то полушепотом спросила я у Розалинды. Она тихонько засмеялась, а затем всё так же шепотом ответила:

— Это наш садовник, дар Дули. Дядя его очень ценит и доверяет.

Значит, травы для зелий лорд собирает не сам. Интересно, а он вообще знает, что именно растет в его цветнике? Надо бы упомянуть это при встрече.

— А что сейчас он делает? — странное поведение дара не давало покоя, даже закралось подозрение, что сонливый чертополох вызвал у него легкое помешательство.

Розалинда усмехнулась и скрылась за пышным кустарником, поманив меня за собой.

— Он вышел на охоту, — едва слышно произнесла девушка. — Сейчас будет бабочек ловить.

— Кого?

— Бабочек, — повторила Розалинда.

— А зачем они ему? — я стала лихорадочно вспоминать, в каких зельях используется крылышки и пыльца бабочек, да еще пойманных на зибельманском чертополохе.

— Это подарок, — таинственно, словно открывая большую тайну, поведала девчушка. Но видя, что не понимаю, торопливо объяснила: — Дар Дули влюблен в нашу экономку, и думает, что этого никто не замечает. Узнав, что Фребок обожает маленьких живых бабочек начал ловить их по десятку в день.

— А она, правда, бабочек любит? — удивилась я. Никак не вязался образ грозной экономки с романтичной любительницей порхающих мотыльков.

— Еще как! Когда берет банку с ними, так счастливо улыбается, что иногда даже позволяет поцеловать себя в щечку. Вот Дули и зарабатывает поцелуйчики.

— Интересно… А что она потом с ними делает?

— Не знаю, — девушка пожала плечами. — Может сушит, может выпускает. А может и ест! — прыснула от смеха она, радуясь удачной шутке.

Стоя посреди раскидистых веток кустарника, мы могли спокойно наблюдать, как садовник охотится. Надув щеки, и высоко сгибая колени, он прыжками направился к чертополоху. Внезапно взмахнул сачком и ловко поймал вяло порхающих бабочек. Разноцветные красавицы сонно махали крылышками и даже не думали освобождаться. Дар Дули аккуратно переложил добычу в банку и плотно прикрыл крышкой. Оставив стеклянный сосуд на дорожке, он начал поиски новых жертв.

У меня уже кружилась голова от запаха чертополоха, поэтому наблюдать за еще одним уловом расхотелось

— Пора идти, — шепнула я Розалинде, покидая кустарник.

Внезапно резкий звон разбитого стекла нарушил тишину сада. Оглянувшись, увидела лишь расколотую банку и несколько бабочек улетавших прочь. А из-за кустов мелькали белесые кудри Дамиса, прячущегося от наказания. Меткий бросок камушка сделал свое дело.

Когда мы вернулись в учебный класс, мальчишка уже был там. Он сидел на широком кресле, поджав под себя ноги, и увлеченно рисовал. Я впервые видела, что Дамису что-то действительно интересно. Может быть, именно рисование сблизит нас?

Подойдя к мальчику, осторожно заглянула в альбом, опасаясь ответной реакции, но маленький дар лишь нахмурился и продолжил творчество. Хотя творчеством это назвать было сложно… Лист бумаги оказался испещрен силуэтами людей извивающихся в предсмертных конвульсиях. Маленькие фигурки с искаженными от страха лицами взывали о помощи, но резкий очерк художественного пера уверенно и жестоко отправлял их в последний путь.

Я закусила губу, сдерживая возглас, хотя Дамис все же почувствовал эмоции бушевавшие внутри меня. Он еще ниже склонился над альбомом и старательно изобразил несколько пауков. Членистоногие, словно живые, собрались в группы, и из их длинных лапок появился новый рисунок — ширококрылая бабочка, бьющаяся в сетях. На соседнем листке было запечатлено лицо престарелого мужчины с длинной бородой. Мальчик добавил несколько штрихов и превратил бороду в стеклянную бутыль с плескавшимся внутри зельем.

— О! Как на дара Петро похож! — хихикнула Розалинда, выглядывая из-за моего плеча. — Того, что памяти лишился.

Услышав слова сестры, Дамис быстро захлопнул альбом и выбежал из комнаты.

— Дара Эльдана, прошу вас, не обращайте внимания на моего несмышленого братца, — очаровательно улыбнулась девушка и присела в опустевшее кресло. — Он скоро вернется. Так всегда бывает.

Я не стала спорить, Розалинда должна знать его лучше меня. Вполне возможно, что все это просто ребячьи шалости.

— Вы уже много знаете о нас, дара, — все с той же улыбкой продолжала юная красавица. — Но пока еще ничего не рассказали о себе.

— А что рассказывать? Окончила Магическую школу и попала по распределению к вам.

— И даже не пробовали отказываться? — промурлыкала девушка, накручивая на пальчик золотистый локон. — Мне пятнадцать, а вы ведь не намного старше меня?

— Не намного, — я не понимала, куда она клонит. — Всего на четыре года.

Розалинда кивнула, будто услышала подтверждение своих домыслов и чуть прищурилась:

— Кажется, я понимаю вас, дара Эльдана. Вы решили попытать счастье с моим дядей?

Могу поклясться, что на этих словах ее лучезарная улыбка превратилась в яростный оскал, но уже через мгновенье вновь блистала нежностью и дружелюбием.

— Никогда в жизни я не видела лорда и, признаюсь, даже не знала о его существовании, пока не получила направление в Темногорье, — чеканя каждое слово произнесла я, внимательно рассматриваю ученицу.

— Прошу прощенья, — тут же пролепетала девушка, виновато опуская глаза. — Просто дядя Рэд для нас с Дамисом самый родной человек, единственный родственник. И нам не хотелось бы отправиться обратно в Синебор, если того внезапно пожелает новая тетушка.

— Думаю, что вам вряд ли придется опасаться простой учительницы.

Я заметила легкий румянец смущения на щечках Розалинды. Бедное дитя, она и впрямь любит лорда всей душой. Оно и понятно, дар Рэд заменил сиротам родителей. Возможно, моему работодателю стоило чаще проводить время с детьми, а не в путешествиях.

— Может, поговорим об учебе? — предложила я, стараясь замять неловкий момент.

— Давайте, — с радостью согласилась девушка.

Но в этот момент настенные часы пробили двенадцать.

— Обед, — огорченно выдохнула она. — Нам нельзя опаздывать.

После обеда я решила не продолжать уроков. У детей были другие заботы. Да и время для отдыха должно быть. Как у них, так и у меня.

Тем более, следовало собраться с мыслями и составить примерный план занятий. Признаться честно, я еще сама не представляла, чему буду учить. Надо постараться дать им максимум знаний, но без согласования с лордом ничего начинать нельзя. Он сам должен решить, что позволено детям знать, а что — нет.

Понятно, что ни о какой боевой магии даже и разговора быть не может. Но все же, каких канонов стоит придерживаться: белой, черной или красной магии?

После нескольких минут раздумий, я решила в отсутствие дара Рэда преподать ребятам травологии. Поизучать растения и их свойства. Без сомнений, это самая безопасная тема.

Наверняка можно еще затронуть магических животных. Или провести пару уроков истории всемирной магии. Думаю, это не вызовет нареканий.

Ну а все, что касалось артефактов, амулетов, заклинаний и зелья, стоило отложить на потом.

Я вернулась в комнату для занятий. Нужно просмотреть, чем именно лорд обеспечил нас и есть ли все необходимое. Хоть Розалинда и хвасталась, что дар Рэд собрал много всего нужного и полезного, хотелось убедиться в этом лично. Как может девочка знать все нюансы, если уроки были нерегулярны и учителя менялись так часто?

Первым делом пристальному досмотру подвергся стеллаж с книгами. Как я и предполагала, все книги давали лишь азы магии. Никакой серьезной информации. Если дети по незнанию решат прибегнуть к простейшим заклинаниям, то ни себе, ни окружающим вреда нанести не смогут. Это успокаивало.

Удручало то, что книжные томики были сложены хаотично, словно кто-то специально их перемешивал. Что ж придется хорошенько потрудиться, чтобы разложить все по порядку.

Разбирая фолианты, я наткнулась на чудесный гербарий. Великолепно! Каждый листочек, цветочек, веточка были тщательно выложены. Ни цвет, ни запах при этом не изменился. Казалось, что все сорвано мгновенье назад.

Я любовалась коллекцией, вспоминая для чего пригоден каждый из экспонатов. Увлеченно перелистывала альбом, листок за листком, как вдруг заметила, что покрытие на некоторых растениях слегка повреждено. На первый взгляд все казалось идеальным, но если хорошенько присмотреться…Так и есть, пленка слегка надрезана, а затем подклеена. Правда, не очень умело.

На засушенных стеблях отсутствовали один, два листочка или пару лепестков из бутона. Кто-то тайно воровал травы.

Я задумалась. Конечно, это все слишком странно, чтобы оставлять без внимания. Сообщить лорду при встрече или не стоит?

Естественно сам дар Рэд этого не делал. Но он мог приобрести альбомы уже поврежденными. Обвинять кого-то было бы слишком опрометчиво. Наверное, стоило промолчать, тем более что части украденных трав, ни в каких вредоносных зельях не использовались.

Немного успокоившись и закончив уборку на стеллажах, я перешла в лабораторию.

Слава Веде, хоть тут царил порядок. Вытянутые колбочки и пузатые бутылочки, разложенные по алфавиту, оказались доверху заполнены измельченным сырьем и разноцветными жидкостями.

Вечерело. Солнце за окном постепенно садилось за горизонт. Где-то за стенами замка бродил голодный грифон… Воспоминания о прошлом вечере вызвали сильную дрожь. Тут же закружилась голова, и я схватилась за шкаф, в надежде не упасть.

От резкого движения полки качнулись, и откуда-то сверху свалилось огромное драконье яйцо. С грохотом упав на пол оно, к счастью, не разбилось, а раскололось на две половины.

К еще большей радости, это оказался макет, искусно вырезанный из горного минерала, внутри которого находились несколько исписанных листочков.

Я с любопытством прочла корявые буквы. Странно… Кто-то переписал рецепт приворотного зелья. Да еще так надежно спрятал. Если бы не случайность, никто бы не догадался залезть внутрь яйца. А ведь незнакомец взялся за дело серьезно, даже галочки проставил насчет некоторых ингредиентов. Надо же, почти все собрал.… Не достает только одного…

Положив записку обратно, и соединив половинки макета, я поставила его на шкаф, и улыбнулась. Кто-то серьезно решил приворожить себе пару. Что ж, придется проследить за таинственным влюбленным.

В одно мгновенье пролетел ужин и остатки вечера. Я старалась не вспоминать об увиденном, разумно решив, что всему свое время.

Пожелав спокойной ночи детям, ушла в свою комнату. Полнолицая луна любопытно заглядывала в окно, словно вопрошала: «Ну? Как прошел твой первый день? Все ли получилось?»

Ответа не было. Я забралась в постель и накрылась одеялом с головой, только бы не видеть немого укора от ночного светила.

Сон никак не шел. Перед глазами то и дело возникал альбом с рисунками Дамиса. Неужели мальчик и впрямь так испорчен? Не может быть… Он же еще совсем ребенок. Глупый, маленький, испуганный ребенок потерявший свое место в этом жестоком мире. Или нет? Неужто юный лорд замышляет что-то плохое? Или уже сделал?

Мне захотелось вновь посмотреть на рисунки в более спокойной обстановке и хорошенько все обдумать. Что это — страх или больное воображение?

Я зажгла небольшой светильничек, запахнула поплотнее пеньюар и спустилась на первый этаж. Эх, лишь бы не попалась вездесущая дара Фребок. Хотя, мне же никто не запрещал осматривать замок, ведь так? А самое лучшее время для осмотра — глубокая ночь.

Темногорье погрузилось в крепкий сон. Тихо шелестел ветер за окном, молчаливо посапывали в гнездах птицы, одиноко совершал прогулку длиннохвостый грифон. Обитатели замка давным-давно разбрелись по комнатам и наверняка сладко почивали на мягких перинах. Тускло мерцали свечи в коридорах.

Я одиноко кралась по пустынным закоулкам, когда внезапно что-то мелкое и юркое, тусклым пятнышком прошмыгнуло совсем рядом. Крохотные мохнатые лапки уверенно пропутешествовали по моим босым ногам, оставляя удивительно мерзкие ощущения. Закусив губу и едва сдержав крик неожиданности и страха, я замерла. Казалось, что стоит пошевелиться, как неизвестное существо поползет вверх, к бедрам, животу, груди, к лицу. Сердце забилось часто-часто. Становилось трудно дышать. Волнение сдавливало горло, и перекрывало доступ кислорода. Мгновенья превратились в минуты. Я ждала.

Но к счастью новых прикосновений не последовало. Испуг постепенно исчезал, и разум начинал осмысливать происходящее. Глубоко вздохнув и убедив себя, что это всего-навсего мышь, решила поутру рассказать обо всем экономке. А пока пора продолжать путь.

Кругом царили тишина и спокойствие. Шум шагов заглушал мягкий ковер, а пламя светильника смешивалось со светом настенных факелов. Вот и снова галерея портретов. Та самая, что так усердно показывала Розалинда. Я замедлила шаг и тщательно всмотрелась в лица бывших хозяев дома. Что-то было в них такое, что приковывало взгляд.

Несомненно, все портреты принадлежали одному семейству. Характерные черты просматривались на каждом изображении. Те же скулы, тот же разрез глаз. Линия носа, изгиб бровей. Люди с картин взирали на меня с благородным спокойствием и некой надменностью. Женщины восхищали элегантностью жестов и горделивой осанкой. А мужчины вызывали уважение своим величием и несомненной мужественностью.

Перейдя к следующему портрету, я остолбенела. Синие глаза молодого человека притягивали помимо воли. Чем больше всматривалась в изображение, тем больше приходила уверенность, что мы знакомы. Невероятно, но сомнений не было, я видела этого мужчину раньше. Вот только где?

Перебрав в памяти всех знакомых, с кем приходилось сталкиваться в последнее время и не найдя среди них синеглазого красавца, расстроилась. Неужели ошиблась? Странно… А впрочем, подумаю об этом завтра.

Наконец я добралась до классной комнаты. Дверь снаружи не запиралась. Обитатели замка были уверены, что там ничего ценного нет. Обыкновенные люди остерегались соваться в магические комнаты. А от учеников закрывать двери и подавно смысла не было.

Так, кажется, Дамис оставил альбом на полу, возле кресла. Зажигать большой свет не хотелось. Не ровен час припрется старая Фребок и прочтет нудную нотацию о правилах поведения в замке.

Но сколько я не пыталась отыскать рисунки, их нигде не было. Ведь точно помню, что когда наводила порядок на стеллажах, они все еще были на месте. Неужели мальчишка вернулся и унес альбом с собой?

Вдруг послышался странный шорох из учебной лаборатории, а затем скрежет, словно передвигали мебель. Это прозвучало так неожиданно, что я едва не выронила светильник. Страх вновь забрался в сердце, заставляя дрожать колени.

Подойдя на цыпочках к двери, и с удивлением поняв, что она приоткрыта, заглянула внутрь.

Возле шкафа с травами на стремянке стоял садовник. Он спокойно брал в руки плотно закрытые баночки с измельченными травами, затем встряхивал их, смотрел на свет и ставил на место.

Я облегченно выдохнула и даже засмеялась про себя: так вот кто ищет последний компонент любовного напитка. Не иначе, как экономку приворожить хочет. Ну-ну… Посмотрим, получится ли? И пряча улыбку, я вполне серьезно и даже немного строго произнесла:

— Сказочный вечер, не правда ли?

Садовник от неожиданности вздрогнул, стремянка пошатнулась и медленно стала падать в сторону. Почувствовав, что опора уходит из-под ног, бедный влюбленный ухватился за край стеллажа и комично повис на нем.

Вот только падений нам не хватало! Если он так провисит еще хоть несколько секунд, то не только сам свалится, но и уронит стеллажи. Плакали тогда все эти баночки и колбочки. Я ухватила лестницу и прижала ее к стене.

— Спуститься сможете?

— Д-да…

Садовник, дрожащими ногами нащупал опору.

— Благодарю вас, дара, — прогнусавил он, едва очутившись на полу, потом поправил очки и уставился на меня безумным взглядом. — А вы кто?

— Эльдана. Новая учительница, — я с любопытством рассматривала ловца бабочек.

— Ах, да, да! Я же знал, что новая учительница приедет, — садовник постучал себя по лбу. — Запамятовал совсем. Разрешите представиться — дар Дули!

Он отвесил церемониальный поклон, который получился довольно нелепым, учитывая долговязость мужчины.

— А что вы делаете в классе ночью?

— А вы? — с лукавой улыбкой и небольшим намеком на шалость любовного напитка спросила я.

— Ох, — дар Дули взмахнул руками. — Вы просто не представляете, какая чертовщина тут творится. Вот уже целую неделю я пытаюсь наполнить флакон сушеными лепестками золотого лотоса.

— Вы?

— Именно так. Каждый вечер после работы в саду, я прихожу сюда и в личную лабораторию лорда, и слежу за всем растительными сырьем. Дар Рэд требует, чтобы все содержалось в целости и сохранности, и не портилась. А если что закончится, так я пополняю запасы. Но вот этот флакон мне никак не удается наполнить! — садовник покачал головой. — Вчера я насыпал его доверху, а сегодня он снова пуст! Ума не приложу, кому нужны эти лепестки?

Он недоуменно пожал плечами. Я тоже. Появилась уверенность, что дар Дули просто морочит мне голову. Отвлекает от себя подозрения. Довольно неумело, надо признать. А если это и вправду не он? Но кто же тогда? Неужели Фребок решила приворожить к себе Кенаи? Даже смешно от таких предположений.

— Дар Дули, а вы давно здесь работаете?

Мужчина нахмурил брови подсчитывая годы:

— Да лет шесть, поди. Меня пригласил лорд ухаживать за ботаническим садом, да и за яблонями следить надо кому-то. Тут знаете, какие яблоки?

Я хмыкнула. Неужели опять яблоки?

— Уже поздно, э-э-э…, дара Эльдана. Здесь не любят, когда нарушают ночной покой. Поэтому разрешите откланяться. Спокойной ночи, милое дитя, — садовник улыбнулся, поправил очки и направился к выходу.

— Спокойной ночи, — прошептала я вслед.

Что ж, вылазка оказалась неудачной. Ничего не остается, как вернуться в свои покои и попытаться уснуть. Но надеюсь, что придет еще время и тайны обитателей замка скинут свои покровы.

Ночной кошмар повторялся. Я опять убегала из дома с мамой. А отец, полный ярости и злобы мчался следом. Но в этот раз во сне было что-то еще… Что-то совершенно неуловимое. Что-то, что повторяло наш побег вновь и вновь, требуя пристального внимания.

Мать, отец, дом, хлев… Точно, хлев. Там, в темноте, лежал одинокий мужчина. Колдун, с чьего бессознательного тела я сняла волшебный амулет. Он лежал в разорванной грязной рубашке, а из крохотной ранки за ухом сочилась лазурная кровь, окрашивая белый материал в цвета безоблачного неба. Светлые волосы небрежными прядями спадали на мужественное лицо… Внезапно незнакомец открыл глаза. Немой, полный боли и отчаянья взгляд. Синеокий, молящий о помощи взор.

От внезапной догадки я тут же проснулась. Пресветлая Веда, не может быть! Накинув на себя пеньюар и схватив свечу, кинулась на первый этаж к галерее портретов. Где же он? Был же тут. Совсем рядом. Нашла…

С картины на меня смотрел молодой мужчина. Светлые локоны небрежно спадали на высокий лоб, знакомые синие глаза приветливо взирали на всякого, кто проходил мимо, а легкая полуулыбка говорила о безмятежности и спокойствии ее обладателя. «Лорд Темногорья дар Грэй» — гласила подпись под портретом.

— Старший лорд… — шептала я, словно завороженная. — Погибший дар Грэй.

Несомненно, это был он. Тогда, в далеком детстве, из темной реки вытащили старшего брата дара Рэда. Того самого, что пропал без вести много лет назад, того самого, кого уже отчаялись найти.

Легкое волнение давало о себе знать, тряслись побелевшие пальцы державшие подсвечник. Слабый огонек плясал в руках, оставляя на стене замысловатые тени, но я не обращала внимания. Все мысли оказались заняты неожиданным открытием.

Ведь лорд так и не вернулся домой. Неужели он не выжил и подземный Мор забрал его к себе в вечные объятия смерти? Или, что еще хуже, мой отец сам, в порыве гнева и отчаяния, убил его? Колдун был очень слаб и вряд ли смог бы защитить себя.

Всесильная Веда, же делать? Рассказать обо всем дару Рэду или умолчать? Наверняка сведения о пропавшем брате окажутся ценными. Но в то же время… Поверят ли? А если найдут амулет, вдруг обвинят в убийстве именно меня? Надо его спрятать. И как можно лучше, так чтобы случайно не попался на глаза служанкам. Или выкинуть. Да, это было бы верным решением!

Я вспомнила шероховатую поверхность медальона. Величественный изгиб грифона. Гордую голову, мощные лапы, широкие крылья. За столько лет он стал почти родным. Украшение давало столько тепла, уверенности и покоя, что с ним невозможно было расстаться.

Быстро вернувшись в свою комнату, я пришила к корсету потайной карман. А применив заклинание, еще и скрыла его от глаз простых людей. Пусть амулет хранится в нем. Ближе к сердцу. Это самое надежное место.

Еще не успел первый луч солнца доползти до двери, как в окно настойчиво постучали. Я еле-еле оторвала голову от подушки, разлепила сонные глаза, и попыталась понять, кто же мог постучаться, если комната находится на втором этаже? Вставать с кровати ради одинокой птички клюющей червячков на подоконнике не хотелось.

Но стук настойчиво повторился. Потом еще раз. И еще.

Отбросив полог, спустила ноги на пол. Встала, неловко потопталась на месте, но услышав очередное «тук-тук» все же подошла к окну.

— Мор на вашу голову! — вскликнула я, в испуге хватаясь за портьеру и стараясь прикрыть ее тонкую ночую сорочку. — Дар Кенаи, что вы здесь делаете?

— С добрым утром, Эльдана!

Управляющий, заглядывал в распахнутое окошко, держась за плетни дикого винограда и весело смеялся.

— Вы не рады меня видеть? — Кенаи подтянулся и уселся на подоконник.

— Рада? Нет! То есть… — я смутилась. — Нельзя же так врываться в комнату к девушке.

— К самой прекрасной девушке, — поправил он и ловко достал из-за пояса полураспустившуюся белую розу, все еще хранящую капельки сверкающей на солнце росы. — Это вам.

— Спасибо.

Смущение нарастало. Прекрасно понимая, как может выглядеть со стороны присутствие в комнате незамужней дары постороннего мужчины, я отчаянно надеялась, что в такую рань никто не выйдет в сад на прогулку и уж тем более никто не поднимет голову, что бы взглянуть на окно простой учительницы.

— А я проходил мимо и очень захотел пожелать вам прекрасного дня, — Кенаи видел мое замешательство, но казалось, что это его только раззадоривало. — Знаете, Эльдана, такой девушке как вы, хочется каждую минуту дарить цветы.

Он широко улыбнулся и вознамерился спрыгнуть в комнату. О нет, нет! Этого нельзя было допустить.

Опустив портьеры и позволив жадному мужскому взгляду пробежаться по очертаниям стройного девичьего тела едва прикрытого полупрозрачной тонкой тканью, я схватилась за створки и единым махом захлопнула окно.

Бедный управляющий чуть не свалился от неожиданности. Схватившись за виноградные плети, он висел ниже подоконника и недовольно морщил лоб. Интересно, что покоробило его больше: выдворение из спальни или прекращение невольного стриптиза?

Но к моему удивлению, Кенаи быстро взял себя в руки, спустился вниз и даже помахал рукой перед тем, как удалиться, весело насвистывая себе под нос.

А я вдыхала аромат белой розы, счастливо улыбаясь. День начинался прекрасно!

В хорошем расположении духа я спускалась в столовую. Семи утра еще не было, поэтому можно немножко побродить по замку. Например, пройти чуть дальше по коридору и забрести в благоухающую множественными ароматами кухню. Слуги и рабочие уже поели, и помещение несколько опустело, лишь у плиты, раскрасневшись от печного жара, порхала добрейшая дара Елейка. Я остановилась, невольно залюбовавшись ее точными движениями. Пухлая, но такая расторопная и ловкая.

— С добрым утром, дара Елейка!

— Ой, девочка моя забежала! Неужто в гости? И тебе здравствовать, милая. Вот возьми, а то небось проголодалась уже, — она протянула густо смазанный вареньем свернутый блинчик, — До завтрака-то еще далеко, а так хоть перекусишь. Бери, бери, не стесняйся! Освоилась уже?

— Спасибо! Да, все хорошо. Освоилась, — я откусила лакомство.

— С детишками-то как?

— Чудесные ребята. Очень общительные.

Не стоило расстраивать добрую женщину. Возможно, домашние слуги не знают о проделках Дамиса.

— Только вот лорда еще не видела, — нахмурилась я. — Не знаете, когда он должен вернуться?

— А какое вам дело до лорда? — неожиданно раздался строгий голос экономки. — Зачем вам понадобился дар Рэд? — Фребок стояла за моей спиной и явно ожидала ответа.

Вот, Морова дочь… И как я не услышала ее приближение? Неужели и впрямь станет неотступно ходить по пятам, изображая из себя Цербера?

— И потрудитесь объяснить, что вы делаете на кухне? — не унималась экономка.

— Простите, дара, — сквозь зубы выдавила я, оборачиваясь. — Вот уж не думала, что сюда запрещено ходить.

— Запрещено!

— Тогда расставьте таблички по всему дому! С указателями! — раздражение возрастало. — Что б всем был ясно, куда можно ходить, а куда нет!

— Есть правила поведения в приличном обществе, дара Эльдана, — зашипела Фребок прямо мне в лицо.

— Да идите вы к Мору со своими правилами!

Я топнула ногой и гордо вскинула голову намереваясь уйти с кухни, но тут Елейка схватила за руку:

— Ну что вы, право слово… Хватит уже, — добрая женщина улыбнулась. — Фребок, дара Эльдана, зачем ссориться? Вот возьмите еще по блинчику. Фребок, это же твои любимые с вареньем труносской вишни.

Экономка косо взглянула на меня, затем схватив тарелочку с горкой свернутых трубочек, язвительно, но уже более миролюбиво фыркнула:

— Хотите знать, где можно ходить? Везде, дара Эльдана, везде, кроме северного крыла. Там личное пространство лорда: его спальня и кабинет. Но и здесь вам не дворовая площадь! Столовая находится в другом месте. Вот, будьте добры, и питайтесь там. А то бродят тут всякие, только продукты пропадают…

На меня вновь нахлынула волна возмущения:

— Да вы мышей сначала потравите, а потом людей обвиняйте! Ночью спокойно по коридору пройтись невозможно. Прямо по ногам бегают!

Дара Фребок замерла, а потом внезапно побледнела. И схватившись рукой за грудь, словно ей не хватало воздуха, выдавила:

— Где… где вы его видели?

— Кого его? Мышь?

Никогда бы не подумала, что такая грозная дама боится мышей.

— Да, да — мышь. Конечно, мышь, кого же еще? — промямлила экономка.

— Она побежала в сторону кабинета лорда. Но туда же нельзя ходить, так? Поэтому понятия не имею, куда она делась дальше, не следила, — я пожала плечами. — Наверняка, сейчас сидит в его кабинете и жрет старинные фолианты.

Фребок поставила тарелку с нетронутыми блинчиками на стол и стремглав выбежала из кухни.

— Да какая муха ее укусила? — всплеснула руками Елейка. — Будто подменили. Ну надо же… А вы не обращайте внимания, дара Эльдана. Ну-ка, берите еще блинчик.

Но аппетит уже пропал. Сославшись на внезапную головную боль, я вышла из кухни.

От хорошего настроения не осталось и следа.

Самое чудесное время для прогулок по саду — раннее утро. Еще не испарившаяся ночная прохлада успокаивала и давала время для размышлений. Я задумчиво брела по извилистой дорожке, время от времени останавливаясь, чтобы сделать глубокий вдох.

Как странно устроен мир… С одними мы легко находим общий язык, с другими, наоборот, не знаем как себя вести. Надо же было так глупо заблудиться в самый первый день. И теперь экономка готова обвинить меня во всех смертных грехах. Неужели придется жить в ссоре и в постоянном напряжении, ожидая грозного оклика в спину? Неужели даже тут, не найти покоя?

Радостные птички чирикали веселую песенку, пестрые бабочки оживленно порхали с цветка на цветок, и даже полосатая кошка с наслаждением потягивалась, словно улыбалась пробудившемуся солнцу. И только я хмурым настроением нарушала утреннюю идиллию.

Может, применить магию к даре Фребок? Очень осторожно, чтобы не нарушать Магические законы. Но что из этого получится? С моими способностями максимум чего можно добиться, так это на пару недель сделать экономку более дружелюбной. А потом?

Я вздохнула. Основной принцип магии: если где-то прибыло, значит, где-то убыло. Равновесие, чтоб его… Нельзя направо и налево швырять заклинаниями, без уважительной причины. Примени сейчас к Фребок магию доброжелательности, через месяц она задушит меня голыми руками. Нет, нужно искать другие методы. Как-то подружиться. Ну не бабочек же мне ловить, в самом деле?

Погрузившись в мысли, я не заметила, как дошла до дальней части сада, где росли несколько яблоневых деревьев. Что там говорил дар Флой? Отменные яблочки в Темногорье? Проверим.

Встав на цыпочки, сорвала алый плод с ветки. Несомненно, это самые крупные и ароматные яблоки, какие только я видела в своей жизни. Дар Дули настоящий кудесник.

Откусив кусочек спелого фрукта, зажмурилась от удовольствия. Ммм, вкус бесподобен. Не слишком сладкие, но и не кислые. Именно такие, как я люблю.

Надеюсь, экономка не пересчитывает их каждый день. Улыбнувшись, сорвала еще несколько штук и спрятала в карманы. Ну что ж, пора идти, готовиться к уроку.

Завтракать уже не хотелось.

В учебном классе никого не было. Первым делом я зашла в лабораторию и проверила злополучный флакон с лепестками золотого лотоса. Он все еще полон. Не знаю, лгал ли садовник или же нет, но оставлять это дело просто так нельзя. Повинуясь какому-то внезапному порыву, я откупорила бутылочку и высыпала содержимое в носовой платок. Едва успела привести все в порядок, как в класс вошли дети.

— Доброе утро, дара Эльдана, — прощебетала Розалинда, усаживаясь на мягкое кресло у окна. — Вы сегодня не были на завтраке.

— Успела перекусить до этого, — я наблюдала, как Дамис хмуро взглянул на сестру и, поджав губы, поплелся на свое место в угол комнаты.

— Для вас лично что-то приготовили? Неужели? — девушка приподняла тонкие бровки.

— Вы хотите обсудить рецепты пирогов, дара? Или все же начнем занятия?

— Конечно занятия! Я не создана для готовки, — она приподняла изящную кисть и пошевелила пальчиками. — Так что мы сегодня будем изучать?

Розалинда лучезарно улыбнулась и кокетливо поправила золотистый локон, выбившийся из прически. Сегодня она надела белое платье, расшитое множеством мелких цветочков. В розовых ушках сверкали драгоценные камушки. Несомненно, это самая красивая девушка в округе. И уже в столь юном возрасте. А что будет, когда она нальется женственностью и распрощается с детской угловатостью? Поклонники начнут оббивать пороги, добиваясь ее руки.

Нет, Розалинде незачем готовить любовный напиток… Достаточно щелкнуть пальцами и дюжина красавцев падут у ее ног совершено добровольно.

Но кто же тогда? Надо обязательно докопаться до истины.

Я взяла приготовленные листы бумаги и протянула их ребятам:

— Сегодня мы займемся травами.

— Что? Мы будем писать и рисовать? — разочаровано протянула девушка. — Но это так скучно. И мои пальчики могут испачкаться! — закапризничала она. — Может, поучим заклинания?

— Нет, Розалинда, — твердо ответила я, но заметив обиженную гримаску на ее личике, пояснила: — Без твердых знаний травологии, невозможно создать ни один эликсир. И сколько бы ты не произносила заклинание, они окажутся бесполезны. Или может, хочешь, чтобы вместо маленькой травинки, на которой ты станешь отрабатывать заклятья, в огромные лопухи превратились твои собственные ушки? Хочешь? Нет?

Розалинда слегка стушевалась, но все же отрицательно покачала головой и взяла в руки карандаш.

— А можно, я не буду писать? Ведь в книгах и так все есть, только смотри и запоминай.

Я взглянула на мальчика. На миг показалось, будто в его глазах вспыхнули искры — смешинки. Наверняка, он представил сестру с лопушками вместо очаровательных ушек. Эмоция длилась не более секунды, и хмурый взгляд вновь вернулся на место.

— Ну что ж, не хотите писать, дара, тогда возьмите вот этот учебник и раскройте страницы наугад. Два растения, что вы выберете, мы будем сегодня изучать.

Девчушка радостно схватила книгу и, торопясь, распахнула ее. Но увидев задание, сразу сникла, и на чистом лобике появились морщинки недовольства.

— Можно еще раз?

— Пожалуйста, — я благосклонно кивнула.

Розалинда захлопнула учебник, чуть подержала в руках и вновь открыла. Мельком глянула на страницу и разочарованно вздохнула:

— Первое растение — Матрикария романтис.

— Хорошо.

Смешно было наблюдать, как девушка старается найти тему поинтересней. К сожалению, милое дитя, не знало, что на книгу были наложены небольшие чары. И как бы она ни старалась открыть ее, появлялись нужные мне страницы.

— И второе растение?

Девушка неохотно перевернула книжные листы:

— Золотистый лотос.

Я специально выбрала именно эти два. Первое, самое простое, без него нельзя приготовить ни одно лечебное зелье, а второе — чтобы проверить реакцию детей. Недаром же пропадают лепестки золотого лотоса из флакончика. Это последний компонент любовного напитка.

— Ну что ж начнем. Перерисуйте оба растения. Дамис, возьми себе учебник.

В классе воцарилась тишина. Дети рисовали, а я наблюдала за ними. Ждала, когда проявятся эмоции и наведут меня на правильный след. Должно же на сосредоточенных лицах мелькнуть что-то такое, что поможет с разгадкой тайны?

Розалинда подолгу рассматривала картинку, а затем, прикусив нижнюю губу, пыталась перерисовать растение на бумагу. Она так тщательно запоминала каждый изгиб золотого лотоса, что создавалось впечатление, будто раньше никогда его не видела.

Дамис же наоборот бегло взглянул на учебник и тут же повторил контур цветка в умелом рисунке. Но это ничего не доказывало. Мальчишка прирожденный художник. Я сразу вспомнила альбом с красочными изображениями погибших людей. Несмотря на зловещие сюжеты, нельзя не признать талант юного лорда. Да и любовный напиток ему делать не для кого, слишком мал для амурных переживаний.

Размышления привели в тупик. Дети явно не замешаны в этой истории.

Кто тогда? Загадка.… А впрочем, разве должна меня волновать чья-то тайна? Наверняка стоило забыть про все и не обращать внимания, но что-то внутри не давало покоя. Небольшой азарт разоблачить тайного воздыхателя подогревал кровь и не отпускал, заставляя все чаще и чаще возвращаться к тревожным думам.

Внезапно, в голову пришла дикая мысль: а если жертвой эликсира должна стать…я?

Нет, нет и нет. Не может быть. Это просто немыслимо. Кому могла прийти в голову такая идея? С чего вдруг? Какая выгода влюблять в себя учительницу магии? Не баснословную богачку и не нежную красавицу, как Розалинда? Просто смешно.

Чтобы отвлечься от пришедшего на ум абсурда, начала рассказывать о растениях. Где они растут, когда лучше их собирать. Все это являлось ценной информацией для неопытных магов. Но девушку явно не интересовали лекции. Она и не пыталась скрыть своей скуки. Зевая время от времени и поглядывая на часы, Розалинда наматывала на палец золотистый локон.

А по Дамису и вовсе было не понятно, интересен урок или нет. Мальчишка не выпускал из рук альбом, продолжая рисование. Его взгляд стал отрешенным, лицо словно окаменело и замерло в хмурой гримасе.

Мне искренне было жаль юного лорда. Десятилетний ребенок пребывал в своем собственном мирке и даже не пытался вырваться наружу. Что его держало там? Страх? Обида? Ненависть? Или одиночество? В любом случае пора нарушить это состояние. И я даже знала как.

Объявив небольшой перерыв и отослав детей прогуляться по саду, незаметно зашла в лабораторию. Где-то тут стояли чистые стаканы… вот же они. Та-а-ак, насколько я помню, утренняя роса тоже есть. Точно! На второй полке, в темной маленькой бутылочке. Мне понадобится всего две капли… Раз… Два… Теперь залить все сладким соком. Яблочный подойдет. Правда он чаще используется в лечебных зельях, но и тут придется кстати. И самое главное — несколько лепестков пресловутого золотистого лотоса. Достав из кармана носовой платок, бросила ингредиенты в стакан.

— Агрэн, морэ тал, — прошептала я над содержимым.

Тонкое колечко тут же вспыхнуло и маленькая искорка, озарив комнатку лазурным сиянием, превратила простой напиток в волшебный эликсир.

Нет, конечно, он совершенно непохож на любовный. Никакой привязанности ко мне мальчишка не испытает. Но пару глотков окажется достаточно, чтобы Дамис чуть-чуть улыбнулся и хоть на один день вышел из своего ужасного состояния. Потаенные страхи покинут его, и в детском сердце воцарится покой.

Тут я задумалась. А достаточно ли этого? В моих руках находится хорошее средство для получения ответов на многие вопросы. Стоит чуть больше добавить лепестков и мальчик ощутит огромную радость и искреннее веселье. В таком состоянии он с удовольствием пойдет на контакт и верней всего поведает о загадочных рисунках из альбома. А может и еще о чем-то.

Не давая себе времени передумать, я высыпала оставшиеся лепестки в эликсир и хорошенько все перемешала. На мгновенье зелье окрасилось в небесные цвета и вспыхнуло синим пламенем.

Наполнив еще два стакана простым соком, для себя и Розалинды, дабы не вызвать подозрения, вернулась в класс.

Дети пока не появлялись. Оно и к лучшему, пусть напиток чуток настоится. Крепче будет. Эх, а может зря увеличила дозу? Как бы мальчишка в пляс не пустился от радости. Но, в конце концов, забавы не чужды детям. Не думаю, что его повышенное настроение приведет к проблемам. Пусть ребенок хоть раз повеселится от души.

Коротая время в ожидании, я вынула из кармана припрятанное яблоко и надкусила. Какие же все-таки они вкусные, так и тают во рту.

На улице стояла чудесная погода. Бесчисленные бабочки, пестрой стайкой кружили над садом. Разноцветные птички время от времени подлетали к раскрытому окну, услаждали взор и радовали замысловатым пением. Даже солнышко заглядывало в учебную комнату, пробегая теплыми лучиками по дощатому полу. И на душе стало так спокойно и безмятежно, что я не сразу услышала, как в класс вошел посторонний.

— Милочка! Вы не исправимы! — внезапно прозвучал резкий окрик Фребок. — Я же четко сказала, перекусов вне назначенного времени быть не должно! И где дети? Где дети, я вас спрашиваю?! Вы сюда приехали яблоки воровать или учить детей?

Спокойствие тут же сошло на нет. Видя, как экономка брызжет слюной, отчитывая меня, словно нашкодившего котенка, захотелось ту же плюнуть в ответ.

— Дети в саду, — стараясь сохранить остатки душевного равновесия, произнесла я.

— А почему вы им позволили гулять? У вас, что сегодня уроков нет? Знаете, любезная дара, это лишь доказывает, что вы не справляетесь со своим обязанностями! — все больше и больше повышала голос Фребок.

— Думайте, что хотите. Спорить с вами бесполезно.

Пожав плечами и отвернувшись к окну, демонстративно откусила яблоко.

— Я все скажу лорду! Обязательно! Вы ужасно невоспитанны! — кажется, она даже раздулась от злости. Слова, приправленные ядом, неконтролируемым потоком вылетали из ее рта. — Сколько наглости! Как вы смеете дотрагиваться до яблок лорда без разрешения?!

— Вы плюетесь, — спокойно заметила я и вытащила еще одно яблоко. — Возьмите. Вдруг добрее станете?

Фребок задохнулась от возмущения. Закашлялась, словно подавилась собственной слюной, и, схватив со стола приготовленный стакан с соком, залпом выпила. У меня перехватило дух… Всемилостивая Веда, то был стакан Дамиса.

Что же теперь будет? Эликсир заговорен на мальчишку и рассчитан именно на него. Экономка же развеяла наложенное заклятье и прервала мой контроль над магией.

Я закусила губу. К сожалению, эффект от лотоса отменить невозможно. Ровно, как и сдержать в рамках волшебство. Что ж, берегитесь, жители замка, сегодняшний вечер будет неповторим.

Но Фребок даже не догадывалась об уготованной ей участи. Продолжая обвинять меня во всех смертных грехах, она потянулась к оставшимся стаканам.

— Скоро обед. Не перебивайте детям аппетит! — рявкнув напоследок и забрав напитки, ушла, громко хлопнув дверью.

А буквально через минуту в комнату вернулись дети.

— Мы слышали крик. Что-то случилось? — с ходу спросила Розалинда.

— Ничего страшного, просто дара Фребок напомнила, в качестве кого меня пригласили в замок, — уклончиво ответила я и перевела разговор на другую тему: — Вижу, вы уже отдохнули. Продолжим урок?

Девушка обреченно вздохнула, но послушно села в кресло. Дамис последовал ее примеру.

— Давайте поговорим о зельях. Те растения, что мы сегодня упоминали, используются в составе многих эликсиров. Розалинда, может, ты что-то уже знаешь об этом? Читала?

— Нет. Не помню такого. Но думаю, это очень интересно, расскажите нам, пожалуйста, подробнее, дара Эльдана, — у нее загорелись глаза.

Меня удивила такая жажда знаний. Может девочка, наконец, поняла, насколько важно разбираться в магических травах?

— Записывайте, — я усмехнулась, видя, как быстро Розалинда схватила карандаш. — Матрикария романтис — одно из семи самых главных растений, применяемых в магии. На его основе готовятся многие разновидности зелья.

Девушка красивым почерком выписывала буквы. Аккуратно выводила слово за словом, создавая на белом листе изящную вязь ажурных строчек. Мальчишка же наоборот, писал размашисто, совершенно не заботясь об ошибках и знаках препинания.

— Лепестки золотого лотоса применяют в нескольких зельях: успокаивающих, снимающих боль, в эликсирах бодрости, и любовных напитках…

Кажется, Розалинда и Дамис от этих слов встрепенулись, но возможно, ошибаюсь. Надо бы и самой выпить успокоительное, а то уже каждое движение ребят считаю подозрительным.

— Пары капель настойки на лепестках будет достаточно, чтобы снять тревогу и усмирить страх. Повысить настроение, поселить в сердце веселье и радость. Если смешать с другими травами, то можно внушить любовь и обожание.

— С какими травами? — Розалинда любопытно приподняла бровки.

— Думаю, тебе еще рано знать это, — улыбнулась я. — Тем более, уверена, что такой красавице, как ты, никогда не понадобится любовный напиток.

Девушка хмыкнула и вновь склонилась над записями.

— Чистый отвар действует недолго. Его обязательно подкрепляют заклинаниями. А самое главное, надо установить контроль над магией. Если этого не произойдет, то золотой лотос способен вызвать опьянение, эйфорию и галлюцинации. Человек потеряет волю, не сможет контролировать действия.

Я объясняла детям простые истины, а у самой в голове крутилась только одна мысль: что же нам выдаст Фребок вечером, когда зелье наберет полную силу?

Весь день пролетел в тревожном ожидании. Наконец наступило время ужина.

— Дара Эльдана, вы идете? — заглянула ко мне в комнату Розалинда.

— Да, конечно, — я ласково улыбнулась ей и выглядывающему из-за дверного косяка мальчишке. — Уже иду.

Мы спустились в столовую. Дара Фребок, как и всегда стояла возле столовой. Совершенно спокойная и собранная, будто ничего не произошло.

— Приятного аппетита, — произнесла она, растягивая улыбку.

Вроде бы ничего не изменилось внешне, но я-то знала, что творилось в душе у экономки. Необыкновенное чувство легкости распирало женщину изнутри. Если приглядеться, то даже можно заметить голубые искорки в ее глазах.

— Спасибо, дара Фребок, — вежливо ответила Розалинда, проходя мимо.

— Пожалуйста, пожалуйста, милая девочка, — неожиданно ласково сказала Фребок, чем вызвала удивление всех присутствующих. — Какая ты сегодня прелестная, а впрочем, ты всегда очень мила. Ой, а это что за чудесный мальчик? — радостная экономка заметила Дамиса.

Он втянул голову в плечи и попытался быстро пробежать мимо. Но женщина решительно преградила путь и, потрепав мальчишку по макушке, прошептала:

— Какой замечательный мальчик.

Я замерла, всем нутром чувствуя, как магия постепенно выходит наружу.

— Что же вы стоите, дара Эльдана? Проходите, дорогая, проходите, — Фребок подхватила меня под руку и довела до стола. — Вы уж простите меня за сегодняшнее утро, милочка. Может, что лишнего вам наговорила сгоряча, но поймите правильно, я же хочу, чтоб все как лучше было.

И мурлыкая под нос какую-то странную мелодию, удалилась из обеденной залы.

Мы переглянулись. На лицах ребят было написано крайнее изумление. Наверняка они и не думали, что старая женщина может источать доброжелательность.

Не успел закончиться ужин, как дверь столовой вновь приоткрылась.

Повернув голову на звук, я едва не выронила ложку. Дара Фребок на четвереньках заползла внутрь и с совершенно непроницаемым лицом осмотрелась.

— Кис, кис, кис, — запричитала она, заглядывая во все углы. — Кис, кис!

Мы пораженно наблюдали, как экономка осторожно приподнимает скатерть и с любопытным видом заглядывает под стол.

— Кис, кис!

Надо ли говорить, что ребята затаив дыхание следили за ползающей у нас под ногами женщиной?

— Дара Эльдана, — боясь лишний раз шевельнуться, прошептала Розалинда. — Дара Эльдана!

Ну вот, наверняка уже возникли вопросы… Теперь надо придумать как объяснить детям странное поведение Фребок.

— Дара Эльдана, — настойчиво повторила девушка.

— Кис, кис! — тут же раздалось из-под стола.

— Дара Эльдана!

— Что?

— Кис! Кис, кис, кис, кис!

— Дара Эльдана… у нас никогда не было кошки.

Я застыла от удивления. Вот как? Это уже интереснее. Неужели лепестки золотого лотоса выявили наружу сокровенную мечту Фребок? Суровая женщина всегда мечтала о котенке?

— Кис, кис, кис! — повышая голос, повторяла экономка, выползая из-под стола. — Кисонька! Ну, где ты спрятался?

Она уселась посередине столовой и лукаво улыбнулась.

— В прятки играешь? От меня не убежишь! Выходи скорее, солнышко, заинька, Дуленька!

— Кто? — хором произнесли мы с Розалиндой, услышав последнее ласковое слово.

Даже безмолвный Дамис вытаращил глаза.

— Дуленька! Дулл, где ты? — Фребок поползла к стене и заглянула под шкаф. — Дулюленька!

А я наблюдала за шныряющей по углам экономкой и едва сдерживала назревающий смех. Неужели тот, кого так рьяно ищет старая дара никто иной, как долговязый дар Дули? Не может быть.

— Дулл, иди ко мне, лапочка! — уже в полный голос орала экономка, поднимаясь с колен и задирая голову вверх. — Иди сюда, заинька!

Первой не выдержала Розалинда. Она громко хихикнула, наблюдая за поисковой кампанией Фребок. Даже я не удержалась и прыснула пару раз, особенно, когда экономка начала подпрыгивать на месте, стараясь заглянуть на шкаф.

— Иди ко мне, Дуленька, иди скорее, я тебя поцелую!

Надо же, кто бы мог подумать, что у нее столько нерастраченной любви? На мгновенье мне стало стыдно. Ведь во всем виноват злосчастный напиток. А впрочем, я же хотела вызвать веселье Дамиса? Это получилось. Конечно, не таким способом, каким было запланировано, но результат того стоил. Глаза мальчишки горели от зрелищного представления, а на лице сияла искренняя и открытая улыбка.

— Кис, кис! — послышалось вновь.

Пришла пора кончать спектакль.

— Кого вы ищите?

— Как кого? Дуленьку! — ответила экономка.

— Вам помочь? — ласково предложила я.

— А вы знаете, где моя заинька?

— Думаю, в саду.

— В саду? — Фребок удивленно моргнула пару раз, словно это мысль раньше не приходила ей в голову.

— Гуляет, — объяснила я как можно доступнее.

Лицо женщины тут же посветлело, она захлопала в ладоши и послала воздушный поцелуй.

— Конечно, гуляет! Спасибо, милочка, — радостно выбежала из столовой и прокричала уже из коридора:

— Дулл, вернись, ты простудишься, не гуляй так долго!

А я, смеясь, смотрела ей вслед, и искренне жалела экономку, чья сердечная привязанность внезапно выплыла наружу.

На следующее утро, спускаясь в столовую, я молилась лишь об одном, чтобы дара Фребок не вышла к завтраку. Конечно, чаще всего человек, пребывающий под влиянием лотоса, не помнит своих действий, но иногда бывают исключения. В этот раз повезло, и Веда услышала мою просьбу, экономка и впрямь отсутствовала. Зато вместо нее при входе в обеденный зал стоял улыбающийся Кенаи.

— Доброе утро, дара Эльдана, — почтительно склонил голову он. — Как вам спалось?

— Прекрасно, благодарю.

— Сегодня чудесная погода, не находите? — управляющий невозмутимо продолжал светскую беседу.

— Да, я заметила.

Темные глаза Кенаи хитро улыбались.

— Вы чудесно выглядите, — сказал он, чем вызвал смущенное хихиканье Розалинды притаившейся за моей спиной. — Это вам, Эльдана.

Кенаи протянул букет свежесрезанных цветов. Едва распустившиеся бутоны смотрелись так романтично, что я не удержалась от благодарной улыбки.

— Спасибо большое.

— Все для вас, милая дара, — он шутливо отвесил поклон. — Сегодня чистое небо и теплое солнце. Замечательный день для прогулки! Может быть, после завтрака вы составите мне компанию?

— Прогулка? — я растерялась. — Но у нас должны быть занятия. Нет, Кенаи, простите, но я не могу.

Казалось, он не слишком расстроился, услышав отказ.

— Как скажете, — пожал плечами управляющий. — Может быть позже?

— Может быть.

Он усмехнулся и пошел прочь.

Странно, слишком легко сдался. Видимо, присутствие детей не позволило ему настаивать? В любом случае, как я подозревала, это оказалось правильным решением.

А после завтрака мы как всегда приступили к урокам.

Бедная Розалинда, она так смешно морщила носик, когда задавался очередной вопрос по теме. Девочка оказалась совершенно неусидчивой. Ее приводила в ужас необходимость заучивать целые страницы. Она отчаянно путала горгулью и горгону, дриаду и наяду, не различала цветков Тарзакуума от соцветий Тусинго. И надо признать я уже хотела прийти в уныние, как вдруг заметила, что девушка все это время просто водила меня за нос.

Глазки белокурой красавицы все время посмеивались, когда на ее очередное «не знаю», все горько вздыхали и переходили к другому менее скучному предмету.

Вот значит как… Розалинда вздумала изображать из себя полную дурочку. Вот только зачем? Что бы избегать утомительных лекций? Конечно, намного проще, когда учительница самостоятельно отвечает на свои же вопросы. Ну, юная дара, я обязательно выведу тебя на чистую воду и заставлю выучить всю энциклопедию! Надо бы только переговорить с лордом перед этим. Когда же он приедет?

— Розалинда! Вы опять отвлекаетесь?

Девушка смотрела в окно и улыбалась. Наверняка, заметила садовника гоняющегося за бабочками.

— Розалинда!

— Да, дара Эльдана? — она перевела взгляд на меня, и уныло вздохнув, внезапно сказала: — А дар Кенаи так настойчиво уговаривал вас прогуляться…

Я удивленно моргнула. Вот уж чего не ожидала от ученицы, так это напоминания об утренней встрече.

— Наш управляющий такой милый, — продолжила Розалинда, улыбаясь своим мыслям. — И очень симпатичный, правда?

— Ну, да, вполне приятный, — смутилась я. — Но наш урок разве посвящен ему? Пожалуйста, не отвлекайся.

— Дядя его уважает и ценит. Знаете, ведь дар Кенаи работает в Темногорье очень давно, — не унималась Розалинда. — Они с лордом друзья.

— Наверняка Кенаи хорошо справляется со своими обязанностями. У него обширные знания. Уверена, он не отвлекался по пустякам во время обучения.

— А еще он очень добрый, — не унималась девушка.

— Розалинда! — я повысила голос и почти сразу услышала, как вхдохнул Дамис. Мальчик сидел в углу комнаты и усердно делал вид, что не прислушивается к разговору. — Розалинда, — постаравшись успокоиться, я натянула маску доброжелательности. — С чего вдруг ты вообще завела разговор об управляющем?

Девушка тряхнула золотыми кудрями и кивнула в сторону раскрытого окна:

— Просто дар Кенаи уже полчаса, как бесцельно бродит меж кустов, время от времени подходя сюда, и прислушиваясь к вашему голосу.

Вначале я даже не поверила ей, но подойдя к двери, ведущей в сад, почти сразу наткнулась на радостный взгляд управляющего.

— Уроки закончились? — не скрывая облегчения, спросил он и, не дожидаясь ответа, распахнул створки. — Позволите?

Я посторонилась, пропуская его в учебный класс.

— Вы что-то хотели, дар Кенаи?

— Очень хотел, — он задорно ухмыльнулся. — Лошади уже оседланы. Поехали?

— Я же сказала, что не могу.

— Почему?

— Я не поеду.

— Но почему?

— Дар Кенаи, пожалуйста… — а я еще удивилась, чего это он так легко сдался сегодня утром. — У нас занятия. Я не могу оставить детей.

— А зачем их оставлять? Дар Дамис, дара Розалинда, вы хотели бы прокатиться верхом? — совершенно не желая замечать моего смятения, спросил управляющий.

— Ой, с удовольствием! — Розалинда вскочила и захлопала в ладоши от радости. — Я согласна!

— Отлично! — Кенаи кивнул. — А вы, юный лорд?

Дамис помрачнел и отрицательно мотнул головой.

— Ну что ж, значит, мы поедем втроем: я, дара Розалинда, и вы, Эльдана, — голосом, не терпящим возражений, подвел итоги управляющий.

А я стояла в замешательстве и не могла придумать слов для отказа. Но в конце концом, может он прав? Уроки никуда не денутся. Дамис, прилежный ученик и дополнительный выходной ему не повредит. А Розалинда будет под моим присмотром, и кто знает, может в непринужденной обстановке, я смогу донести до нее знания намного успешнее, чем тут?

— Хорошо. Давайте прогуляемся.

— Я знал, что вы не откажете, — прошептал Кенаи и подмигнул. — Постараюсь вас не разочаровать.

Солнце освещало подвластный мир тонкими теплыми лучами. Пушистые облака, словно белый бархат, изящными аппликациями красовались на ярко-голубом небе. Ласковый ветер теребил верхушки многолетних деревьев и изредка, так чтобы не вызвать недовольства, пускался с нами наперегонки.

Я остановилась на верхушке невысокого холма и с упоением вдохнула свежий воздух. Какая красота! Если бы только не затаившийся в темных углах туман…

— Туманная долина, — прошептал Кенаи, подъезжая ближе. — Не правда ли она оправдывает свое название?

Темноволосый управляющий ласково улыбнулся и вдруг воскликнул:

— Давайте до того ручья? Обгоните?

И пришпорил коня.

— Ну прямо как мальчишка, — Розалинда ехала самая последняя, и казалось совершенно не обращала внимания на природу. — Что же делает с ним любовь… — деловито поджала губы она и вздохнула: — Не думала, что вы такая жестокая, дара Эльдана.

— Я? Жестокая? Ты о чем?

— Ну как же. Бедный дар Кенаи оказывает вам столько внимания, а вы… Эх, жалко-то его как…

Я хмыкнула:

— Розалинда, думаю, что ему это только на пользу.

— Да что вы такое говорите? — девушка сдвинула бровки. — Вы знаете, какой он хороший? Он замечательный!

Столько огня было в голубых глазах красавицы в этот момент, что я ненароком подумала: а не влюбилась ли девочка в управляющего? Н тут же отвергла эту мысль. Нет, не могла. Хотя… А вдруг?

— Значит, он замечательный, говоришь? Самый лучший?

— Не самый, — вздохнула Розалинда. — Но лучше многих, поверьте! — она пустила коня вскачь, намереваясь догнать Кенаи.

Мне пришлось поторопиться тоже, не проигрывать же собственной ученице.

К ручью я подоспела первой. Розалинда плелась где-то позади, словно специально придерживала лошадь.

— Эльдана, ну наконец-то! — воскликнул поджидавший нас управляющий. — Долго же вы.

— Тем ни менее не последняя, — смеясь, воскликнула я, спрыгивая на землю.

Кенаи оглянулся на златоволосую красавицу.

— С такими темпами она придет ближе к ночи, — пошутил он.

— Не хотелось бы. Ночью проснется грифон.

Я вдруг явственно ощутила, что страшный хищник спит где-то рядом. Стоило так подумать, как яркие краски сегодняшнего дня тут же поблекли. Уже и солнечные лучи не казались теплыми, и небо не радовало кристальной синевой.

— Не бойтесь, Эльдана, — Кенаи слово почувствовал всколыхнувшийся страх. — Грифон никогда не появляется днем. А к вечеру мы уже будем в замке, — он взял меня за руку и притянул к себе. — Обещаю.

Объятия мужчины сулили безопасность.

— Верю, — шепнула я, заглядывая в темные, как ночь, глаза управляющего.

Странно, но и правда, хотелось верить. Верить всему. Не только невинным обещаниям о возвращении домой, но и… чему-то более серьезному.

— Я не помешала? Могу еще погулять, если надо? — Розалинда уже подъехала к ручью и теперь стояла в пяти метрах от нас.

— Не говори глупостей! — я отодвинулась максимально далеко от Кенаи и нахмурилась.

Не хватало еще, что бы девчонка и впрямь подумала, будто между нами что-то есть. Ничего нет, и не будет. Я уверена.

— Может, устроим пикник? — управляющий широко улыбнулся и отстегнул притороченную к седлу корзинку. — Дара Елейка сложила нам с собой в дорогу перекусить.

— С удовольствием, — Розалинда соскочила с лошади и подбежала к нам. — А я совершенно случайно взяла с собой теплый плед. Не на голой же траве сидеть, — ее ловкие ручки в мгновенье ока расправили подстилку. — Как вовремя, да?

Да… Вовремя… Даже слишком. Странно все это, но нельзя же относиться с таким подозрением к каждому действию собственной подопечной?

— Эльдана, что же вы? — голос Кенаи, неожиданно требовательный, вывел меня из раздумий. — Не присоединитесь к нам?

— Иду, — через силу улыбнулась я.

Кухарка превзошла саму себя, собирая корзинку для пикника. Фрукты, овощи, свежий хлеб и куски холодного мяса больше годились для полноценного обеда, нежели для легкого перекуса.

— Розалинда, смотри какая чудесная груша, — я протянула плод девушке. — Ты знаешь, в каких лекарственных снадобьях необходим грушевый сок?

Ученица тут же переменилась в лице.

— Снадобья? — переспросила она, словно все еще не верила, что нудные уроки преследуют ее даже на прогулке.

— Да, в каких настойках?

— Э… ну… — она беспомощно обернулась к Кенаи. — Не знаю…

— Тебе рассказать?

Розалинда закусила губу и замотала головой:

— Может потом?

— Почему же? Мне кажется, сейчас самое время, — пожала плечами я. — Итак, груши основной ингредиент для…

— Ой! Модистка!

— Что?

— Дара Эльдана, я совершенно забыла, что ко мне сейчас должна приехать модистка! — девушка радостно вскочила. — Мне нужно срочно возвращаться!

Пыталась ли она избежать очередной лекции или и впрямь запамятовала о примерки нового платья, точно никто сказать не мог.

— Может это не так срочно?

— Ну что вы, очень срочно! — красавица надула губки. — У меня скоро день рожденья. Не могу же я принимать гостей в старом наряде.

— Вот как? День рожденья? — я перевела взгляд на Кенаи. — Правда?

Управляющий кивнул, подтверждая правдивость этих слов.

— Дара Эльдана, вы тоже могли бы заказать себе что-нибудь красивое, — улыбнулась Розалинда.

— К сожалению, я еще не получила оплаты за ваше обучение.

Кстати, это была одна из самых больших проблем, решение которой откладывалась до появления лорда. По предварительной договоренности деньги мне должны были выдать в первый же день приезда в Темногорье. Но этого не произошло. Возможно, дар Рэд просто забыл, что труд преподавателей оплачивается заранее и не оставил распоряжений. Я надеялась, что с его приездом все нюансы будут улажены. Пока же не стоило даже и мечтать о новом платье.

— Нет, Розалинда, боюсь, что мне пока не до обновок.

— Ну как хотите, дара, — девушка выдала очаровательную улыбку и направилась к лошади.

Я встала следом:

— Подожди, мы все вместе вернемся в замок.

Она остановилась и резко обернулась:

— Зачем?

— Проулка закончилась.

— Нет, дара Эльдана. Нет, нет и нет! — с жаром вскликнула Розалинда. — Вы не должны портить себе день из-за моей забывчивости.

— Ничего я не порчу.

— Посмотрите, какое яркое солнце, какое синее небо! Вы же не хотите лишиться этой красоты?

Пыл в ее словах заставил меня нахмуриться. Что происходит? Неужели она так боится, что по возвращению мы продолжим уроки?

— Эльдана, — тихий голос Кенаи раздался совсем рядом, и его дыхание обожгло шею. — Бедная Елейка столько всего положила нам с собой. Неужели вы хотите ее расстроить и отказаться от пикника?

Вспомнив по-матерински теплые руки кухарки, я приуныла. Управляющий прав. Наверняка Елейка с любовью собирала корзину и очень огорчится, узнав, что мы привезем все не тронутым.

— Хорошо. Езжай домой, Розалинда. А я… мы с даром Кенаи задержимся на полчаса.

— Не торопитесь, — пропела девушка и торопливо оседлала лошадь.

Через минуту ее силуэт уже мелькал вдали, по направлению к замку.

— Эльдана, вы так прекрасны.

Уже минут пять, как я слушала бесконечный поток комплиментов.

— С тех пор, как мы встретились, не прошло ни одного дня, когда бы я не думал о вас. Даже во сне вижу ваш дивный образ. Вашу чарующую улыбку… Ваши нежные руки… Ваши черные волосы…

В этот раз Кенаи действовал более аккуратно. Никакой наглости, никакой грубости. Казалось, своим приятым обхождением он стремится загладить ошибки прошлого.

— Каждый раз, когда закрываю глаза, чувствую ваш запах и поцелуй… Тот единственный, помните? Когда я лишь коснулся губами вашей щеки…

— Помню.

Он был сама любезность. Сама обходительность и нежность. Вот только каждое его слово звучало для меня фальшиво. Слушая бесконечную похвалу, я все больше и больше убеждалась, насколько права была Елейка, когда предупреждала о сладких речах управляющего.

Да, конечно, этот мужчина мне нравился. Хотя нет, не правильно, мне нравилось его отношение. Нравилось видеть, как темные глаза загораются от восхищения, осознавать, что улыбка предназначена именно для меня. Пусть через час он будет с таким же упоением улыбаться другой женщине, но это все потом…

Наверняка, когда-нибудь он по-настоящему влюбится. Нет, не в меня. Совершенно не в меня. Его избранница будет прекрасной девушкой с такой же задорной улыбкой и ласковым взглядом. Но самое главное, в ее жилах будет течь такая же ярко-алая кровь.

Я подняла руку и посмотрела на тонкую пульсирующую венку на запястье. Алая к алой, лазурная к лазурной и ни как иначе. Полукровки никому не нужны.

— У вас такая светлая кожа, — Кенаи взял мою ладонь и поднес к губам. — Такая нежная и тонкая.

А ведь моих сил хватит, чтобы привязать его к себе навсегда. Он человек, просто человек. Пару глотков эликсира и все. Вечная любовь. Как нелепо.… Разве можно заставить солнце светить только для одного? Разве можно обуздать ветер? Кенаи окажется в плену навязанных лживых чувств. И в его речах больше не будет так сладко звучащей правды.

— Вы такая красивая, Эльдана, — шептал он.

— Ты так думаешь? — спрашивала я.

— Я это вижу…

Хотелось верить. Эмоции захлестывали с головой и словно подталкивали навстречу его губам. Все ближе и ближе.… Но разум ставил плотную преграду и постоянно напоминал, что как бы сладко не звучали речи, это лишь слова.

— Эльдана… — едва слышно произнес он. — Ты меня боишься? — впервые он позволил себе обратиться на «ты», но это казалось таким естественным. — Я не причиню тебе зла.

— Не боюсь.

Я мотнула головой и в тот же миг почувствовала легкий поцелуй в шею, прямо за ухом.

— Кенаи!

— Ничего плохого… не сделаю…

Его губы продолжали блуждать по моей коже, оставляя после себя теплый след.

— Кенаи, не надо.

— Эльдана… такая красивая… Эльдана…

Мужские ладони охватили плечи и пробежались по рукам.

— Перестань, — я сделала попытку вырваться из жарких объятий управляющего.

— Милая, нежная, такая сладкая…

Казалось, он не слышал моих слов. Вновь и вновь касался губами шеи и, обдавая горячим дыханием, старался захватить кусочек побольше для демонстрации ласк.

— Не смей, — шепнула я предостерегающе.

— Ммм? — вопросительно мурлыкнул он и крепко обнял. — Ты моя, Эльдана.

Его ладони пробежались по талии и удостоверились в жесткости корсета.

— Не твоя, — мягко возразила я, высвобождаясь из цепких рук.

Но Кенаи оказался настойчив. Даже слишком.

— Отпусти.

— Нет.

— Сейчас же отпусти

— Ты мне очень нравишься, Эльдана, — он обескураживающе улыбнулся. — Я же тоже тебе не безразличен.

Широкая ладонь управляющего ласково коснулась моего подбородка, длинные пальцы очертили линию нижней губы и медленно сползли вниз по шее.

— Да… не безразличен, — удовлетворенно произнес Кенаи и победно хмыкнул.

А я смотрела в его глаза и думала, как же он ничтожен. Как противен в своей самовлюбленной уверенности. Как омерзителен и жалок в попытке соблазнения.

— Отпусти. Последний раз предупреждаю.

Но он не слушал. Улыбаясь, продолжал поглаживать ворот моего скромного платья.

— Милая, невинная Эльдана.

Внезапно его ладонь опустилась ниже, скользнула по краю корсета и сильно сжала грудь.

— Да как ты смеешь?! — я резко сделала шаг назад. — Ведь предупреждала! Ты сам не послушал!

И шепнула заклинание. Совершенно простенькое, подходящее мне по силам. Оно вызывало лишь временную немоту, но этого было достаточно, что бы напугать простого человека.

Кенаи шумно вздохнул, выпучил глаза и схватился за горло. Попытался что-то сказать. Словно рыба, выброшенная на берег шевелил губами, но ни единого звука не смог произнести.

— Больше никогда не повторяй такого, — зло сказала я. — Иначе еще хуже будет.

Управляющий испуганно кивнул.

— Могу снять заклятье. Но пообещай, что будешь держаться подальше.

По правде говоря, отменить магию пришлось бы так или иначе. Я нарушала Магический закон. Но попугать немного стоило.

Сделав пасс руками, вопросительно взглянула на Кенаи.

— Спа… спасибо, — произнес он.

Я молча повернулась спиной и направилась к лошади. Прогулка окончена.

— Нет, стой! — внезапно раздалось позади. — Давай поговорим!

На плечо легла тяжелая мужская рука. Как же не хочется вновь спорить… Тепло появилось в груди и постепенно разливалось по конечностям. Обернувшись и взглянув в полные возмущения глаза Кенаи, спросила:

— Что тебе еще нужно?

— Объясни, — настойчиво потребовал он. — Почему «нет»?

Тепло постепенно переросло в пожар. Я дотронулась до корсета. Там, в потайном кармашке, хранилась моя самая ценная вещь — амулет в виде грифона. И именно он сейчас обжигал раскаленным огнем.

Управляющей проследил за моими движениями и поморщился:

— Прости, конечно, позволил лишнего.

Но я не слушала его. Жар, казалось прожигающий насквозь всю одежду, был просто не выносим, казалось он искал выхода и не мог найти. Но стоило так подумать, как в груди что-то кольнуло и магический огонь растекся по всему телу, обволакивая каждую линию.

— Что это?

Кенаи замер, в изумлении наблюдая, как вокруг меня образовывается голубой светящийся кокон.

— Он меня защищает, — ошарашено прошептала я.

Управляющий нахмурился и потянулся к лазурной паутинке.

— А! — завопил он, отдергивая руку.

Магия начала утихать. Еще мгновенье и даже следа не осталось от яркого ореола.

Я улыбнулась. На душе стало легко и спокойно. Почему-то пришла уверенность, что пока амулет со мной, ничего плохого не случится. И почему я раньше страшилась носить его?

— Эльдана… — очень тихо и осторожно шепнул Кенаи.

— Все в порядке.

Надо же, как он испугался. Но оно и к лучшему.

— Нет, не в порядке. Смотри туда, — он указал за мою спину.

Обернувшись, я замерла. Над долиной, широко расставив крылья, гордо парил ужас здешнего края — хищный грифон.

— Ты же говорил, что он летает только по ночам! — воскликнула я.

— Так всегда и было, — Кенаи заметно нервничал. — Садись на лошадь и скачи в замок. Быстро!

— А ты?

— А я пошлю весточку лорду. Пора дару Рэду вернуться в Темногорье.

И вновь тот сон. Я бежала от гнева отца. Рядом мама. Еще живая и такая красивая. Мы в страхе выбегали за ворота и стремились в темный лес, который, несомненно, стал бы нашим укрытием. Мы бросили все. Дом, деревню. И незнакомого колдуна беспомощно лежащего в хлеву. Но даже в этой немыслимой спешке я чувствовала внимательный взгляд колдовских глаз буравивших спину. Обернулась и… утонула в бездонной синеве магического взора.

Незнакомец приподнял голову. Из крохотной раки за ухом сочилась лазурная кровь, окрашивая белую рубашку в небесные цвета. В светлых волосах запуталась солома…

— Дара Эльдана!

Я проснулась и с удивлением обнаружила дару Фребок невозмутимо стоявшую подле моей кровати.

— Лорд вызывает вас, — с явным злорадством процедила она сквозь зубы.

— Лорд? — за окном едва начинало светать. — Так рано? Он уже приехал?

— Много вопросов задаете, дара! Поторопитесь. Надеюсь, не забыли, где находится его кабинет? Помнится, в прошлый раз вы его быстро нашли.

Экономка резко развернулась и, гордо вскинув подбородок, вышла.

Вот злыдня. Наверняка успела донести об этом происшествии лорду. Интересно, что еще она наплела ему?

Эх, как же не хочется вставать. Но как ни крути, увильнуть от встречи невозможно. Да и неплохо было бы поговорить с даром Рэдом. Обсудить учебу детей и многое другое. Хотя вполне может статься, что после наветов Фребок придется паковать чемоданы.

Я набрала побольше воздуха в грудь и резко выдохнула. Пустые страхи, ну не съест же он меня, в самом деле.

Надев голубое платье, то самое, что так щедро пожертвовала бывшая соседка по комнате в школе, и, соорудив на голове аккуратную прическу, вышла из спальни.

Так, сейчас направо, потом лестница, вереница очередных портретов, вновь поворот направо… За прошедшие дни я стала неплохо ориентироваться в замке.

Дорога заняла не более пяти минут, но этого оказалось достаточно, чтобы полностью успокоиться. Подойдя к двери, уверенно постучала и, дождавшись приглашения, смело шагнула вперед.

Кабинет я помнила еще с того раза, тут ничего не изменилось. Все те же свечи, те же книги, и тот же стол… Вот только на этот раз за столом сидел мужчина.

Разбираясь с бумагами, он низко склонил голову. Светлые пряди упали вперед и скрыли лицо от моего любопытного взора. Но через мгновенье мужчина распрямился, а я наоборот сжалась в робеющий комок. Колени задрожали, в голове помутилось: передо мной сидел человек из снов.

— Значит это вы, наша новая учительница? — резко спросил лорд.

— Да… Здравствуйте…

Он окинул меня с ног до головы оценивающим взглядом, но ничего не сказал. Не предложил присесть, не соизволил ответить на приветствие. По лицу дара Рэда нельзя было догадаться, какие чувства его переполняли — сплошная каменная маска.

Сердце тревожно замерло. Синие глаза мужчины не предвещали ничего хорошего.

Лорд довольно хмыкнул, словно ставил себе целью вызвать мое смущение, и откинулся на спинку кресла, приняв более расслабленную позу.

— Я о вас наслышан, дара, — начал разговор он. — Причем у всех людей разное мнение. Одни не могут нахвалиться вашим умом и обаянием, а другие, наоборот, поведали о ваших многочисленных пороках.

Я закусила губу. Догадываюсь, кто красочно расписывал все «пороки».

— Пока не знаю, как на это реагировать, — Рэд вскинул подбородок. — Проявить к вам милость или указать на дверь?

Мне тяжело давалось молчание. Но разум побеждал над эмоциями, заставляя спокойно выслушивать речь лорда. Всесильная Веда не допустит, что бы все кончилось плохо, тем более сейчас, когда наконец я воочию увидела человека, так часто посещавшего меня в сновидениях. Его образ стал почти родным. Мысленно прикасалась к этим скулам, к этому прямому носу… Совсем как в детстве… Неужели это был он? Нет, не может быть. Я же видела портреты в галерее. Старший брат, лорд Грэй… Именно его вытащили из реки.

— …Поэтому, вы пока останетесь в замке и продолжите обучение детей, — голос мужчины вырвал меня из пелены воспоминаний. — Я лично буду присматривать за вами, — Рэд усмехнулся. — И если то плохое, что вам приписывают, подтвердится, окажетесь на улице в тот же час. Понятно?

— Как скажете, дар.

Как же обидно и больно выслушивать слова, полные сомнения. Но это его право. Естественно, он поверил тем, кого знал много лет, нежели мне, молодой учительнице, лишь недавно окончившей школу.

Но, все же постаравшись придать голосу как можно больше твердости и уверенности, смело взглянула ему в глаза:

— Дар Рэд, вы позволите спросить…

— Что именно? — он приподнял одну бровь, словно недоумевал, как эта серая мышь осмеливается гордо пищать у его ног, а не заискивать и юлить перед грозным хозяином. — Хотите оправдаться?

— Нет! — поспешность, с которой я это произнесла, лишь добавила недоумения на его лице. — Я не собираюсь оправдываться, так как не считаю себя виноватой. Поверьте, лорд, что бы вам ни наговорили, уверена, большинство гнусная ложь.

— Вот как? — удивление сменилось снисхождением. — Тогда о чем вы хотели спросить?

— Об учебном процессе.

— Хорошо. Задавайте свои вопросы, — Рэд позволил добродушную улыбку.

Я собралась с мыслями.

— Какие результаты вы хотите видеть от учебы? Без вашего ведома мы прошли несколько безобидных тем по травологии и магическим животным. Хотелось бы знать, детей можно обучать заклинаниям, зельям? Какой области отдавать предпочтение? Это во-первых…

— А во-вторых? — он сузил глаза и, привстав с кресла, угрожающе наклонился в мою сторону, уперевшись ладонями о стол.

— Вы не назначили мне жалование. Дар Флой уверил, что оплату я получу заранее, но проведя в вашем замке некоторое время, так и не получила ни одного золотого! — я сама удивилась, как посмела требовать что-то у лорда, да еще таким тоном.

Рэд вновь внимательно обвел меня изучающим взглядом и открыл ящик стола. На долю секунды на его лице промелькнуло удивление, но тут же исчезло. Вынул кошель с золотыми, бросил его на стол.

— Это вам должны были передать в день приезда. Я оставлял четкие инструкции даре Фребок. Тут жалование за три месяца.

— Три? — удивилась я такому точному сроку, но безропотно взяла деньги, не забыв про себя отметить причастность экономки к происшествию.

— Три, — повторил лорд. — Если я решу вас уволить до этого срока, оставшаяся сумма будет выходным пособием, чтобы не просить милостыню под забором. Если же оставлю, получите еще.

— Благодарю.

— Поверьте не стоит. Я никогда не даю денег просто так. Вам придется их отработать. Теперь, что касается детей… Дамис еще мал для каких-либо серьезных уроков. Освободите его от заклинаний. Пока достаточно знать азы и уметь концентрировать и контролировать силы.

— Но как же…

— Не перебивайте, дара! Его полным обучением, как и положено будущему лорду, я займусь самостоятельно после достижения им пятнадцати лет. Это понятно?

Я кивнула. Мне же легче.

— Ну а Розалинда, как любая дара, должна изучить все зелья и заклинания врачевания, — Рэд втолковывал мне женские обязанности, как малолетнему ребенку. — Должна уметь исцелять людей и животных, выращивать травы. Одним словом, должна знать все, что может понадобиться хорошей хозяйке долины. Она должна быть полностью обучена перед замужеством.

— Замужеством? — это слово совершенно не вязалось с юной красавицей. Она так легкомысленна и беспечна. Ну какое замужество?

— Именно, дара, именно, — соизволил пояснить Рэд. — Уже есть три претендента на ее руку, хочет она того или нет, но через год будет назначена помолвка.

Вот как… Розалинду могут выдать замуж без согласия. Боюсь, это станет сильным ударом по ее самолюбию. Что ж, придется при случае поговорить с девочкой о «взрослых» вещах.

— А теперь идите, — кивнул лорд, выпроваживая меня из кабинета.

Я хотела еще уточнить пару деталей, но видя, что мужчина вновь склонился над бумагами, сочла правильным молча удалиться. Но около самых дверей меня вновь настиг его голос:

— Кстати, яблоки в саду можете брать столько угодно. Но если я вас застану в кабинете — пожалеете!

Вспыхнув от смущения, я выбежала в коридор. Слава Веде, все прошло не так плохо.

Но, не успев сделать и десяти шагов, наткнулась на экономку. Фребок выскочила из темной ниши, словно приведение и перегородила дорогу.

Видимо она шпионила под дверью, слушая разговор с лордом. Хотя нет, вряд ли… Зная характер хозяина несносная старуха верней всего стояла поодаль. Поджидала меня и захлебывалась от собственной желчи. На ее остроносом лице сияло выражение триумфа.

— Ну как? Поговорили с лордом?

— Да, поговорили, — я широко улыбнулась. — Дар Рэд оказался настолько любезен, что разрешил брать яблоки в саду сколько душе угодно. Чудесно, не правда ли? — и многозначительно потрясла кошелем с деньгами.

Фребок застыла.

— Да… чудесно… — с кислой миной процедила она.

Уверена, что такой поворот не входил в ее планы. Экономка ожидала увидеть меня подавленную, заплаканную, расстроенную увольнением и без ломаного гроша за спиной. Но к счастью все вышло наоборот — в моих руках лежало жалование. И как бы не старалась разозленная дара, ей придется смириться.

Фребок задыхалась от злости. На впалых щеках играли желваки, тонкие губы кривились в презрении. В узких глазах полыхал огонь ненависти.

Она внезапно двинулась мне навстречу и припечатала к стене, не давая возможности отодвинуться.

— Думаешь, легко отделалась? — зашипела экономка, брызгая слюной. — Ты мне ответишь за все! Я не посмотрю, что ты чародейка! За все заплатишь… Особенно за тот вечер. Точно знаю, твоих рук дело!

— Но я не…

— Ты! — она тыкала в меня крючковатым пальцем, не давая даже вставить слова. — Ты нарушила закон, применив против меня магию! Не наказал лорд — накажет суд!

Протянула руку и, схватив мешочек с золотом, рванула его к себе.

— Это по праву принадлежит мне! За моральный ущерб! Ты не заработала еще ни одного золотого!

Но я не собиралась так просто расставаться с деньгами. Да и терпеть оскорбления от экономки не намерена.

— Кто вы такая, чтоб оспаривать решение лорда? — я оттолкнула Фребок и невозмутимо продолжила: — И по какому праву, собственно говоря, вы меня обвиняете?

Не ожидавшая отпора экономка, вновь попыталась выхватить кошель.

— Ты наложила заклятье!

— Но кого? — не сдавалась я.

— На меня!

— Ложь!

— Это ты! Сейчас же напишу жалобу в суд!

— А у вас есть доказательства? — я невинно улыбнулась.

Экономка открыла было рот собираясь произнести очередную обвиняющую тираду, но тут же захлопнула его.

— А кто еще это мог быть? — наконец выдала она. — Больше не кому, — и вновь уверовав в свои суждения воскликнула: — Это ты меня опоила! Гадина! Выставила на посмешище перед всеми!

— Вы ошибаетесь, любезная дара Фребок, — сохраняя невозмутимость, я старалась выпутаться из этой истории. — У меня на это не было ни времени, ни причины.

— Не лги, Эльдана! Ты подсунула мне отравляющее зелье в сок!

— Не смешите, дара. Неужели вы и правда хотите сказать, что сок, который был приготовлен для детей и меня был отравлен? А с какой стати?

— Ты лжешь!

Я покачала головой:

— Я никогда не лгу.

Экономка от этих слов покривилась и брезгливо отошла назад, словно боялась запачкаться в грязи. Жаль, но все доводы звучали для нее совсем не убедительно.

— Больше не кому, — продолжала настаивать она.

— Вы так думаете? — теперь моя очередь была наступать. — Спросите садовника. Он вам подтвердит, что в замке задолго до моего приезда стали пропадать редкие травы. И не известно для кого предназначается зелье, сваренное из них.

И тут Фребок поверила. Это стало заметно по дрожащим губам, по страху в глазах, по затаившемуся от неожиданности дыханию. Она сжала себя за горло, словно уже глотнула неизвестного эликсира. Я сделала шаг вперед, подходя почти вплотную к зарвавшейся экономке.

— И поверьте, дара, вы легко отделались в тот вечер. В следующий раз снадобье может оказаться не таким безобидным…

И отстранив ее в сторону, гордо зашагала по коридору, оставив Фребок в замешательстве и испуге с вытаращенными глазами и широко открытым ртом.

— Браво, браво! Маленькая пичужка показала коготки? — услышала я внезапно позади. А когда оглянулась, увидела дара Рэда, стоявшего подле двери.

В перепалке мы даже не заметили, что он вышел из кабинета и наблюдал разыгравшуюся перед ним сцену.

— Дара Фребок, зайдите ко мне немедленно. Кажется, вы должны объяснить, почему не выполнили мои распоряжения, — лениво произнес он.

Я не стала больше оглядываться, и постаралась поскорее вернуться в комнату.

Совесть была по-прежнему чиста: зелье из лотоса готовилось не для экономки. Ее никто не опаивал. Она собственноручно схватила чужой стакан.

Я не лгала.

Прошло несколько недель с той первой встречи с лордом.

Жизнь шла своим чередом. Дар Рэд редко появлялся в столовой, предпочитая завтракать, обедать и ужинать в своем кабинете. При случайных встречах скупо кивал головой в молчаливом приветствии, или просто проходил мимо.

Кенаи все это время отсутствовал в замке. Лорд послал его по окрестным селам с какими-то делами. Слава Веде! Иначе не уверена, что смогла бы спокойно разговаривать с ним, после всего, что случилось на прогулке.

Дара Фребок всячески избегала встреч со мной. Подозреваю, что это было напрямую связано с разговором в кабинете Рэда. Наверняка она получила четкие рекомендации не мешать учебному процессу, и соответственно не надоедать учительнице.

Каждое утро мы с детьми посвящали несколько часов занятиям, а после обеда устраивали конные прогулки. Конечно, трудно было уговорить Дамиса присоединиться к нам, но со временем он привык и даже начал получать удовольствие от такого времяпрепровождения. Я не раз замечала, как загораются от радости его глаза, как оживляется юное лицо, и мальчишка мчится наперегонки с ветром, оставляя далеко позади собственную сестру.

У реки мы облюбовали полянку с огромным раскидистым деревом, и каждый раз останавливались там для отдыха. Ствол был невероятных размеров, такой, что и втроем не обхватить. Раньше он состоял из несколько тонких деревцев, что со временем сплелись в одно целое, срослись и имели общую крону. А внутри полое, словно огромная пещера. Там мы прятались во время дождя. Это было наше секретное место.

Розалинда любила лежать под этим деревом и читать любовные романы. А я и Дамис бродили вблизи и вместе рисовали прекрасные пейзажи. Мальчик привязался ко мне, стал ближе. Ему не хватало материнской ласки, поэтому часто он подбегал, и, стесняясь собственных чувств, осторожно дергал за рукав. А потом, заглядывая в глаза, словно опасаясь быть отвергнутым, обнимал. Мы могли долго стоять так, пока никто не видит: я гладила его по голове и шептала ласковые слова, а он слушал и, беззвучно шевеля губами, повторял их, будто хотел запомнить надолго.

С учебой у Дамиса проблем тоже не было, чего не скажешь о Розалинде… Пора уже переходить на более серьезные занятия, утвержденные лордом, но девушка упорно отказывалась учиться, сводя все мои усилия на нет.

И вот очередное приятное утро. Прогулка в саду на рассвете уже вошла в привычку. Среди ярких цветов, невероятных ароматов и пения птиц на душе становилось легко, все тревоги уходили на задний план, а заряда бодрости хватало на целый день.

Я проходила по дорожке между зарослями колючего боярышника и левзеи, когда заметила дара Дулю. Он срезал розы, все еще хранящие капельки росы на лепестках.

— С добрым утром, дар.

— И вам доброго здоровья, дара Эльдана, — улыбнулся он и добродушно протянул охапку разноцветных бутонов. — Не правда ли они прекрасны?

Я приняла букет, но с опаской оглянулась по сторонам, нет ли поблизости Фребок. Не хватало еще, чтобы она устроила мне сцену ревности.

— Вы чем-то озабочены, Эльдана? — спросил садовник, поправляя очки на носу.

— Нет, что вы, у меня все прекрасно.

— Значит что-то с учениками? — проницательно хмыкнул он.

— Вы правы, — вздохнула я. — Уже который день ломаю голову, пытаясь найти то, что заинтересует Розалинду и подготовит ее к будущей роли хозяйки поместья. Пока, к сожалению, все занятия заканчиваются тем, что юная дара покидает класс, ссылаясь на головную боль, или же увлеченно читает совершенно посторонние книги. Она делает только то, что сама захочет и никак не удается с ней сладить.

— Вы слишком молоды, дара.

— Понимаю. Но что же делать? Да, я всего на несколько лет старше Розалинды, но тем ни менее, обязана научить ее всему.

Садовник почесал затылок.

— Помнится, в одну пору, я преподавал детям травологию в сельской школе. Магией, конечно, не обладаю, но любовь к растениям позволила показывать некоторые опыты интересные даже ленивым. Попробуйте тоже. Проведите их с дарой Розалиндой.

— Какие опыты? — удивилась я. — Лорд запретил преподавать им…

— О нет, нет! — смеясь, прервал дар Дули. — Ничего запрещенного. Просто возьмите мистрийские финики.

— Финики?

— Да. Они почти ни чем не отличаются от обычных. Только аромат сладковато-ванильный. Часто торговцы живностью прибегают к хитрым уловкам, вскармливая ими животных.

— Зачем?

— Под действием фиников скотина прямо на глазах преобразовывается, становясь упитаннее. Вы понимаете?

— Кажется, понимаю, — разулыбалась я.

— Но если результат не подкрепить заклинаниями, коими я к счастью не владею, то через полсуток животные вернут свой прежний вес. Возьмите-ка живого кролика на свой урок, дара Эльдана, а я соберу и принесу вам свежие плоды. У нас как раз есть пару финиковых пальм, — подмигнул он.

— Вы чудесный садовник!

— Ну что вы, просто люблю растения, — смутился мужчина. — Думаю, что и детям понравится эта метаморфоза. А для дары Розалинды будет полезно. Освоит заклинания для поддержания благополучия в стадах Темногорья.

— Огромное спасибо, дар Дули, — я искренне была благодарна ему за подсказку.

И в скором времени уже возвращалась с кроликом на руках, которого любезно предоставили слуги с заднего двора. Маленький пушистый комочек норовил выскочить из объятий, все ему не сиделось спокойно.

В это же время вернулся и садовник. Он улыбнулся и потрепал зайчонка за ухом:

— Я заходил в классную комнату, дара, оставил финики на вашем столе. Кстати, представляете, флакон с лепестками лотоса вот уже второй день не трогают! Стоит наполненный до самого верха!

— Это прекрасно, значит, таинственный незнакомец раздумал варить снадобье.

— Не знаю, не знаю… Как-то это все подозрительно.

— Но тем ни менее лучше, чем было, не правда ли, дар Дули? — я рассмеялась. — Спасибо большое за помощь с Розалиндой. Не знаю, как вас и благодарить, — и чмокнула его в старческую щеку.

Садовник покраснел, но тут же расплылся в широкой улыбке:

— Что вы, что вы, мне это в радость, — отмахнулся он. — А вы сегодня такая милая, дара. Самой красивой на ярмарке будете!

— На какой ярмарке? — удивилась я.

— А вы разве не знаете? Вот я дурак, даже не подумал, что вам сказать нужно! Сегодня ярмарка начинается. В ближайшей деревне.

— А по какому поводу?

— Ну как же, — смутился мужчина. — Традиция ведь… Лорд проедется по подвластным Темногорью землям. Соберутся все жители, чтобы встретиться с ним, поприветствовать, передать жалобы, прошения… Дар Рэд судить виновных будет. А так как там соберется целая толпа, то это прекрасный повод выставить товар для торговцев. Народ повеселится или же погрустит, а там глядишь, и скупится все.

— Не знала об этом. Наверное, интересно?

— А то как же! Дар Кенаи уже третью неделю там пропадает, значит все хорошо пройдет. Он на забавы горазд.

— Это, к сожалению, заметно… — едва слышно прошептала я.

— Что?

— Ничего, просто мысли вслух. Значит, ярмарка. Уже сегодня? Если после уроков поеду, успею? Как думаете?

— Конечно, дара, конечно! — улыбнулся садовник. — Празднество-то дней на пять растянется. За один день все дела лорду не решить. А вы уж там обязательно побывайте. Побалуйте себя какими-нибудь безделушками.

Дар Дули ласково похлопал меня по руке, еще раз потянул за ухо крольчонка и удалился в сад.

А я отправилась в класс.

Розалинды еще не было, а Дамис наоборот уже сидел в своем кресле и рисовал.

Та-ак, где-то тут должны быть финики… Странно, но обещанных плодов не видно.

Я прошла в лабораторию, заглянула в шкаф, на полки. Ничего. Совершенно ничего. Пусто. Не лгал же он мне, тем более что сам предложил провести такой несложный опыт.

Вернувшись в класс, еще раз обвела взглядом все помещение.

— Дамис, ты случайно не видел здесь финики? Дар Дули должен был оставить их.

Мальчик пожал плечами и отрицательно покачал головой. Я уже хотела отправиться на поиски садовника, но в это время в комнату вбежала Розалинда, сияющая от счастья.

— Дара Эльдана, дара Эльдана! А уроки отменяются! Мы с лордом едем на ярмарку! — она захлопала в ладоши от счастья. — А вы с нами едете? Нет? Ой, а что это? — девчушка удивленно посмотрела под ноги. На полу лежал, совершенно не заметный, раздавленный финик. — Дамис, это твое? Ты что-то ел?

Дамис недоуменно помотал головой, отрицая предположение. А я не на шутку перепугалась. Неужели мальчик действительно съел все плоды? Всесильная Веда, что с ним тогда будет? Но время шло, а никаких метаморфоз не происходило. Значит, Дамис их не трогал. Кто же тогда?

У кого-то в руках финики с весьма специфическими свойствами. Надеюсь, это не Елейка и нам не приготовят из них обед. Но все загадки пришлось отложить на потом. Уроки отменялись. По решению дара Рэда, дети едут на ярмарку.

Ну что ж, придется нести бедного крольчонка обратно на хоздвор.

Нет, у меня не было большого желания ехать на ярмарку, тем более в таком сопровождении, и когда дар Рэд велел сесть в карету, я даже немного растерялась.

— Ну что же вы? — лорд сощурился. — Отказываетесь сопровождать детей на праздник?

— Я не отказываюсь, просто…

— Считаете, вам не подходит путешествие в компании слуг? — Рэд усмехнулся. — Простите, но остальные места уже заняты.

И обведя меня оценивающим взором, занял место в экипаже.

Розалинда и Дамис уже сидели внутри и весело махали рукой.

— Дорога займет не более получаса, — прощебетала Розалинда, очаровательно улыбнувшись. — До встречи на ярмарке!

Делать нечего… Я села во вторую карету. Дар Рэд ошибался, меня вовсе не смущала компания слуг, в которой выделили и мне местечко, но даже короткое путешествие в обществе Фребок могло свести с ума кого угодно. Слава Веде, кроме нее в повозке едут Елейка и дар Дули. Очень надеюсь, что никакой ссоры не случится.

— Дара Фребок, не будете ли так любезны, принять от меня в дар этот чудеснейший цветок, — садовник вынул из-за пазухи крупный пион редкой радужной расцветки и, смущаясь, протянул экономке.

— Цветок? — надменная дара гордо вздернула длинный нос. — Цветок? Вы и правда считаете, что мне нужен ваш цветок? — брезгливо поведя тощим плечом, прошипела: — Лучше-ка подвиньтесь, уважаемый Дули, заняли все сиденье!

— Простите, — пролепетал садовник, прижимая к стенке длинные ноги.

Мне стало жаль бедного влюбленного. Он так трепетно сжимал злополучный цветок, так хотел удивить им Фребок…

— Ах, дар Дули, какое чудо вы нашли! — я постаралась придать лицу побольше доброжелательности, — Какой дивный пион! Вы его сами вырастили? Право слово, никогда не видела более сказочной вещицы. Дара Фребок, вы не очень обидитесь, если я выпрошу этот цветок для себя?

Экономка лишь фыркнула в ответ на эту речь, но у дара Дули вновь загорелись глаза.

— Вы, правда хотите его взять? — засмущался вновь он.

— Ну конечно!

— Тогда берите! Берите его, Эльдана, — садовник, улыбаясь, всучил мне пион. — Рад, что он хоть кому-то понравился, — едва слышно добавил он и тайком глянул на экономку.

Бедный дар Дули. Наверняка это очень тяжело, быть отвергнутым… А он такой хороший… И почему она его не любит?

Я в недоумении уставилась на Фребок. Не любит… Неужели и правда не любит? Но постойте, а как же тот памятный вечер и крики экономки: «Дуленька, Дулл!» Она так звала его, так искала. Почему же сейчас в холодных и колючих глазах Фребок столько жестокости? И тут меня пронзила догадка. Всесильная Веда, это же не его она тогда звала. Это не он похитил сердце неприступной дары, это не его она кличет в неистовости, не ему отдала свою любовь. Как же так? Неужели ледяная душа экономки растаяла перед взором незнакомца? Интересно кто же это?

Я глянула на садовника. Высокий, худощавый, до смешного нелепый, но такой искренний, добрый и честный. Может и к лучшему, что Фребок его отвергла? Ох и намаялся бы он с ней.

Вот именно с такими мыслями мы и проехали добрую часть пути. И, честно признаться, я уже начала думать, что все пройдет хорошо, как вдруг…

— Не хотите перекусить? — Елейка улыбнулась и деловито вытащила завернутые в платок печенья, — Вот, перед самой дорогой напекла, тепленькие еще.

— Что? Есть? До обеда? — ужаснулась Фребок. — Это не по расписанию.

— Не знаю я твоего расписания, и знать не хочу, — отрезала кухарка, угощая Дули парой печенюшек. — Кушай, кушай, а то совсем худой стал. Вечером я тебе еще и пирог принесу.

— Спасибо, — растроганно произнес садовник. — Очень вкусно.

— Вот, вот! Вкусно. Дар Рэд тоже так сказал.

— Дар Рэд?! — возмущению экономки не было придела. — Неужели ты и ему еды подсунула?! А детям? Небось, тоже аппетит испортила?

— Ничего я не портила, — нахмурилась Елейка. — Знаю же, что со света сживешь коли дам им чего такого…

— Вот и правильно. Все должно быть по расписанию. Нечего позволять лишнего.

— С тобой разве позволишь, — кухарка ворчливо покачала головой. — Хотела малышам пирожков испечь, да не стала. Отберешь же все равно! Дала им пару фиников с собой и все.

— Фиников?! — в два голоса вскричали мы с Фребок.

— Фиников. А что с того? Это ж разве еда? — пожала пухлыми плечами Елейка.

— Ты лазила в хозяйский сад? — экономка приготовилась к новой битве.

— Нет, зачем? Ты же сама мне принесла их. Сегодня поутру, помнишь?

— Ах, эти… — Фребок бросила презрительный взгляд на меня и демонстративно безразлично уставилась в окно.

А я сидела ни жива, ни мертва. Дыхание перехватило от ужаса. Милостивая Веда, неужели это те самые финики? Неужели пронырливая старуха умудрилась стащить их из учебного класса? Неужели именно их сейчас едят мои подопечные? Что же теперь будет?

С замиранием сердца я ждала, когда остановятся наши экипажи, с трясущимися ногами спустилась с подножки на землю и застыла на месте.

Из кареты лорда слышались неясные звуки. Светлая Веда, может все обошлось?

Но, увы, моим надеждам не суждено было сбыться.

Дверь распахнулась, и громоподобный голос Рэда огласил округу:

— Где эта Морова кухарка?! Как она посмела!

В то же мгновенье из экипажа выпрыгнул смеющийся Дамис, а следом за ним показалась красавица Розалинда. Вот только в данный момент слово «красавица» не слишком подходило юной девушке. Всегда очаровательная дара сейчас больше походила на огромный бочонок, чем на стройную веточку эльфийского древа. Ее высокие скулы погрязли под толстыми мешкообразными щеками, а второй подбородок живым воротником обрамлял шею. Руки располнели так, что изящные кружева на манжетах впивались в круглые запястья, а само платье уже лопнуло по швам.

— Ах… — только и смогли выговорить мы, когда Розалинда, колыхнув необъятным животом, ступила на землю.

— Кухарку ко мне! Быстро!!! — вопил дар Рэд, покидая карету следом за племянниками. — Неужели Мор отобрал ее последние мозги?!

— Как же я… Как же теперь… Что же со мной… За что? — заливаясь слезами лопотала девушка, цепляясь за руку лорда. — Дядюшка, что теперь будет?

— Елейка! — Рэд заметил кухарку и грозно сдвинул брови. — Что ты подсунула детям?! Как ты посмела?!

— Я? Да помилуй славная Веда, неужели я бы такое учудила? Что вы говорите-то, дар Рэд! — всплеснула руками Елейка. — Я-то малышам только финики и дала. Горстку всего. Небольшую. Чтобы аппетит себе не сбили…

— Финики? Наши финики? — сообразил лорд о причине всех бед. — Неужели вам не известно, что некоторая часть сада запретна для обычных людей!

— Но, дар! Я и не ходила в сад! — возмутилась от несправедливых обвинений кухарка и обиженно надула губы.

— Тогда откуда у вас оказались мистрийские финики? — Рэд сделал шаг вперед, словно предупреждал окружающих о последствиях за ложь.

— Мне их дала Фребок, — указательный палец Елейки обвиняюще уткнулся в грудь экономки. — Сегодня поутру она их принесла на кухню.

— Я? — старуха вытянула шею и побледнела. — Я? Вы наверняка ошибаетесь, уважаемая Елейка…

— О нет, не ошибаюсь. Не ты ли кинула сегодня на стол горсть этих фиников и велела подать их к обеду? — кухарка нахмурилась. — И не надо впутывать меня в свои интриги!

Лорд прищурился и впился взглядом в экономку.

— Это правда, дара?

— Но… Но… дар… — ее голос начал дрожать.

— Фребок, я спрашиваю, это правда? — повысил голос Рэд.

— Дар Рэд, я не виновата! Я не хотела! — и тут, совершенно внезапно для окружающих, старуха указала на меня. — Это все она! Это ее проделки! Ууу, змея, я знала, что ее приезд сюда несчастье для всех!

— Вот как? — глаза мужчины пугали ледяной злостью. — Вы уверены?

— Да! Я нашла эти финики в учебном классе!

Лорд перевел взгляд на меня и вскинул подбородок.

— Очередное обвинение, Эльдана. И на этот раз вас поймали за руку. Станете оправдываться?

Кажется, в этот самый момент я забыла, как дышать. О Веда, неужели из-за такой случайной нелепости меня уволят?

— Ну, так что? Что-нибудь скажете в свою защиту?

Я обвела взглядом присутствующих: заплаканную Розалинду, молчаливого Дамиса, довольную Фребок, удивленную Елейку… Даже дар Дули, знающий всю правду, казался растерянным… А сможет ли поверить мне Рэд? Этот мужчина с синими, как небо глазами…

— Это правда. Дара Фребок взяла мистрийские финики из учебного класса, — спокойно произнесла я, стараясь сохранить достоинство.

— Вы сознаетесь? — казалось, Рэд не поверил в услышанное. — Вы подтверждаете, что специально сорвали эти финики для детей?

— Да. Подтверждаю.

— Вот видите! — заорала Фребок, подпрыгивая на месте. — Ее пора уволить!

— Уволить? — я приподняла бровь. — За что? За то, что я добросовестно исполняла обязанности учительницы?

— Какие обязанности? Что вы говорите? — экономка уперла руки в бока. — Вы хотели отравить детей!

— Нет. Я хотела их научить.

— Ха! Чему? — старуха схватила за руку растолстевшую Розалинду. — Чему тут можно научиться? Дар Рэд, ее надо уволить!

— Финики были приготовлены для урока. Они лежали в учебном классе, — я пожала плечами. — Не следовало тайком залезать в кабинет и хватать там все, что попадется под руку.

— Это правда, дар Рэд, — садовник, смущаясь, выступил вперед. — Я сам предложил даре Эльдане использовать для урока финики.

Мы молча ждали вердикта лорда. Поверил или нет? Я боялась поднять на него взор. Вдруг он поверит Фребок? В конце концов, экономка уже много лет служит в Темногорье.

Тишина затягивалась. Сердце стучало все сильнее, все громче… Тук-тук…

Неожиданно раздался хохот. Я удивленно глянула на Рэда.

— Значит, Розалинда стала подопытным кроликом? — сквозь смех произнес он. — Но надеюсь, что заклинание вы не успели произнести?

— О нет, нет…

— Это радует, — лорд приобнял племянницу. — Ну что ж, Рози, придется перенести твою встречу с женихом. Не можешь же ты показаться ему в таком виде.

— Женихом? — девушка вмиг перестала реветь.

— Да, я наконец выбрал тебе мужа. Но пока забудем об этом, — Рэд повернулся к экономке. — Фребок, последний раз предупреждаю: не вмешиваетесь в обучение детей. И не смейте заходить в учебные помещения!

— Х-хорошо, — промямлила она, униженно сжимая губы в тонкую полоску.

— Теперь вы, Эльдана… — мужчина положил руку мне на плечо. — Постарайтесь выбирать более безопасные эксперименты для обучения. И почему от вас столько проблем?

Я облегченно выдохнула. Слава Веде, все закончилось хорошо.

— Конечно, дар Рэд. Я буду более осторожной. Простите.

— Дядюшка, Эльдана, а как же я? — пухлые щечки Розалинды тряслись от волнения. — Это ведь не навсегда, нет?

— Нет, милая, — пожав потную ладошку бывшей красавицы, я улыбнулась. — Скоро все вернется на свои места. Вот увидишь.

Ярмарка поражала своей красочностью и изобилием. В кошельке весело звенели монеты, искушая потратить их на всякие безделушки. Глаза разбегались. Впервые в жизни я имела возможность купить себе то, что нравится, не подчиняясь строгим правилам школы. Сердце бешено стучало.

Ах, какие чудесные шарфы! Хотя нет, постойте, вот эти еще лучше. О, какой великолепный браслет… Хотелось все и сразу, но здравый смысл преобладал над желаниями.

Трехмесячное жалование — это огромные деньги. Я была горда, что сумела заработать такую сумму. Но к сожалению, магичка из меня посредственная. И если, не допусти такого Веда, растратить сейчас все до последнего, а после лишиться работы, то останусь ни с чем. Скитаться же от деревни к деревне, получая жалкие гроши, честное слово не хотелось. Надо подумать о собственном домике, пусть и небольшом. Возможно, мне удастся создать семью… когда-нибудь…

Поэтому я проходила мимо товаров, делая равнодушный вид, при виде всех красот ярмарочного изобилия.

Что мне действительно сейчас необходимо, так это новое платье. Скоро день рождения Розалинды, съедутся гости, и вряд ли нынешний наряд придется по душе лорду. И почему меня так волнует его мнение? Не знаю. Но определенно точно, упасть в грязь лицом я не могу.

Кстати, туфельки к платью тоже нужно подобрать.

А еще одной головной болью оказался подарок для Розалинды. Что можно подарить девице, у которой есть все?

Так я бродила от лавки к лавке уже пару часов.

Перещупала несколько дюжин тюков с тканью, перемерила десяток платьев, но, увы, ничего не выбрала. Хотя, надо признать, несмотря на удаленность Туманной долины от столицы, фасоны платьев оказались самыми модными. Но все это было не то. Душе хотелось чего-то особенного, чего-то неземного и прекрасного. К сожалению, я и сама смутно представляла, чего именно хочу.

Прилавки радовали взор разноцветной мишурой, сладкие запахи свежей выпечки возбуждали аппетит, а я все брела от торговца к торговцу, пока не наткнулась на неприметный шатер в самом конце ярмарочных рядов. Здесь, за деревянной стойкой, среди рулонов ткани, и многочисленных ларцов с женскими безделушками, пуговицами и нитками стоял дряхлый белобородый старец.

— Доброго дня, дара, — глухо прошелестел он, растягивая губы в улыбке. — Заходите, заходите. Мои товары, ваши желания.

— Доброго дня, — я кивнула и окинула взглядом разложенные ткани. Жаль, но нет ничего подходящего. Ничего такого, что бы сразу бросилось в глаза. Что ж, придется искать дальше.

— Не спешите, дара, — прозвучал голос продавца. — Не все то, что угодно сердцу, доступно взору.

Его рука — испещренная мелкими морщинами — пропутешествовала по гладкой поверхности прилавка и прикоснулась к разноцветным тканям.

— Вы правы, все не то… — прошептал он, внимательно рассматривая рисунок.

Мне показалась, что старец улыбается. Тихо и незаметно, словно посмеивается над женской нерешительностью.

— Простите дара, вижу, что вы озабочены выбором. Возможно, я вам облегчу задачу и помогу, — глухой старческий голос волшебным эхом перекатывался под высоким потолком шатра. — Этот товар для простых смертных, — он погладил себя по бороде. — А вам нужно несколько иное…

Старец перевел взгляд на мое кольцо и, чуть склонив голову, жестом пригласил пройти дальше, в самую глубь шатра, за тяжелый занавес, делящий помещение на две части: для посетителей и личную.

Я нахмурилась. Этот человек с первого взгляда понял кто перед ним, чего же теперь ожидать? Не все люди с уважением относятся к выпускникам Магической школы. Мой первый день за пределами учебного заведения до сих пор всплывал в памяти. Кто знает, кем может оказаться благообразный торговец?

Но слишком загадочно блестели его глаза, слишком искушающе звучал голос. И я пошла.

За занавесью, располагалось довольно-таки большая зона, заставленная различными сундуками, мешками, коробками. Всюду лежали рулоны тканей, подобных которым я еще не видела. Кристально-белые и иссине-черные, солнечно-желтые и лазурно-синие, изумрудно-зеленые и кроваво-красные. Однотонные и рисунчатые, яркие и нежные, плотные, словно громовое облако и легкие, подобные утреннему рассвету.

Старик подошел к столу и уверенно потянул край воздушной, будто невесомой материи, по которой пробегали голубые искорки.

— Уверен, вы искали именно это, — с полуулыбкой произнес он, разворачивая рулон шире и позволяя тонким солнечным лучам прогуляться по ткани.

Я замерла от восхищения. Свет солнца дарил полотну лазурный оттенок.

— Под цвет ваших глаз, дара. В точности, — завлекающе прошелестел голос старца.

— Какая красота…

— И эта красота готова стать вашей.

— Ох, — наваждение, окутавшее меня с головой еще мгновенье назад, постепенно отступало, освобождая разум. — Эта ткань, вероятно, очень дорого стоит. Я не могу себе позволить такую роскошь, дар. Простите.

Я ожидала, что продавец тут же выгонит меня, но он лишь понимающе улыбнулся.

— Ну что вы, милое дитя, — голос старика звучал по-прежнему тихо и вкрадчиво. — Я готов продать ее за бесценок. А кроме того, если вы согласитесь испить со мной чашечку чая, вам сошьют платье из этой материи. Да и подходящие туфельки имеются.

Где-то глубоко внутри закралось подозрение, что все не так просто, но, увы, женское тщеславие взяло верх.

— Я согласна.

Старик широко улыбнулся, словно и не ожидал другого ответа.

Тут же, словно по мановению волшебной полочки, на одном из столиков оказался чайный сервиз.

— Прошу вас, дара, прошу вас.

Я присела на свободный стул. Загадочный продавец разлил источающий пар напиток и, разместившись напротив меня, хлопнул в ладоши. Неведомо откуда прибежала пухленькая девушка.

— Дара желала бы пошить платье, — произнес он.

В ту же секунду ловкие ручки помощницы сняли с меня мерки.

— Ваш чай остывает, дара, — голос старца обволакивал, словно тягучий туман.

Я послушно взяла в руки чашку и сделала первый глоток. Отвар обжигал, но его вкус, не похожий ни на что на свете, сводил с ума, вызывая потребность в чарующем напитке. Еще и еще, капля за каплей… Буквально слизывая последние бисеринки влаги с белого фарфора, я заметила с каким интересом наблюдает за мной старик.

— Простите, — смутившись, я чуть не выронила чашку из дрожащих пальцев. — Чай был такой вкусный.

— Рад, что вам пришлось по душе. Он настоян на особой воде, с заветного ручья, — улыбнулся продавец. — Кажется ваше платье уже готово.

— Что? Уже?

— Именно, дара. Смотрите.

Перед нами неожиданно возникла прежняя девушка. Словно выросла из-под земли. Но что еще удивительней, в ее руках действительно было готовое платье.

— Какое чудо! Оно прекрасно, — я не знала, как выразить свою благодарность.

И тут взгляд упал на чашку старика. Она оказалась полной. Мой благодетель не выпил ни капли. Это наблюдение подействовало, словно ушат холодной воды. Всесильная Веда, что же тут происходит?

А продавец все вещал… Его мягкий голос старался пробраться в самые дальние уголки души, растопить недоверие. Но я уже не слушала.

— Вы сказали, что продадите за бесценок. Назовите точную цену, дар, — пожалуй, эти слова прозвучали резковато, но мне не хотелось вновь попасть под чары старика.

— Услуга за услугу, дара, — улыбнулся он, явно замечая, что я пришла в себя. — Ничего серьезного.

— Какого рода будут услуги?

— Будьте достойны своего рождения, дара. Будете достойны своей крови.

Я нахмурилась. Слишком загадочно звучали слова старика, слишком непонятно. Но предложенное платье вспыхивало лазурным светом всякий раз, когда солнечный лучик пробегал по шелковистой ткани. Оно манило, умоляло о согласии… «Будь достойны…»

— Хорошо, дар, — я решительно улыбнулась. — Не понимаю, что означают ваши слова. Но обещаю, что постараюсь никогда не опорочить своего рождения.

— Когда-нибудь поймете. Просто еще не время, — старик протянул сверток с тканью.

Неземной красоты платье теперь принадлежало мне. И оно досталось почти бесплатно. В конце концов, что может сделать седой лавочник? Уверена, ничего страшного не произойдет.

— Дара, я обещал вам туфли, — внезапно раздалось у самого уха.

Надо же, а я и не заметила, что продавец подошел ко мне так близко.

— Туфли? И во что они мне обойдутся?

Старик улыбнулся.

— Совершенно бесплатно.

— Никаких обещаний? — подозрительно сощурив глаза, уточнила я.

— Никаких.

Он протянул коробочку с туфельками диковинной красоты.

— Спасибо, дар. Они таки необычные.

— Такие же, как и ты, дитя, — загадочно ответил он, провожая меня к выходу. — Заходите еще, дара. Уверен, смогу найти все, что угодно.

— Обязательно.

Я вышла из шатра и, пройдя несколько шагов, обернулась. Старец все еще стоял у выхода. Он задумчиво улыбался, машинально поглаживая длинную седую бороду. А в мудром взоре вспыхивали яркие лазурные искры.

Держа в объятиях свертки с платьем и туфельками, я со спокойной душой вернулась в торговые ряды. Теперь не надо было забивать голову проблемой с собственным нарядом, уверена, что на дне рождении Розалинды мне краснеть не придется. Но вот подарок для юной ученицы так и не нашелся.

— Привет, — тихо прозвучало совсем рядом.

Самоуверенный Кенаи небрежно оперся о ствол близрастущего дуба и нагло улыбнулся.

— Все купила?

— Почти.

После давнего происшествия на склоне холма, мне стало тяжело разговаривать с ним. Жаль, что не получится постоянно избегать общения. Очень жаль.

Белозубая улыбка Кенаи располагала к дружелюбию, но наглый взгляд темных глаз резко отталкивал.

— А где все? — управляющий покрутил головой.

— А кого именно вы ищите, дар? — я решила держать дистанцию и намеренно обращалась к мужчине на «вы».

— Лорда, конечно. И Розалинду. И мальчишку, — пожал плечами он, словно удивляясь моей непонятливости.

— Дар Рэд вместе с племянниками уединились в комнате, в таверне. Там, на окраине деревни.

— Так далеко? Лорд еще не показывался народу? — Кенаи приподнял брови. — С чего бы это?

— Понятия не имею, — конечно, я не собиралась рассказывать о конфузе, приключившемся с Розалиндой. — Но уверена, что у него были на то веские причины.

— Какие причины? Люди-то ждут!

— Дар Кенаи, вы намереваетесь подвергнуть сомнению правильность решения лорда? — резко бросила я, впиваясь взглядом в управляющего.

— Э… нет… Ну что ты… вы… — он явно стушевался. — Конечно лорду виднее…

— Вот именно.

Оставив озадаченного Кенаи в одиночестве, я отправилась дальше меж рядов высматривать подарок Розалинде.

Украшения с драгоценностями, достойные такой красавицы, стоили баснословные деньги и естественно были мне не по карману, но все же кое-что интересное нашлось.

— Дара, милая дара, подходите ближе, все для вас! — громкий голос зазывалы, вихрастого мальчишки, вызывал улыбку. — Наши товары родом из Залазии и Бергундии, из Парнаса и Радука, из Архемии и Лидвы! Подходите, дара, не пожалеете! Ткани и меха, специи и масло, сундуки и шкатулки! Подходите дара, подходите!

Ну конечно я не могла не подойти на такой рьяный призыв.

— Чего изволите, прекрасная дара? — широко улыбнулся юнец, обнажая дырку от недавно выпавшего зуба.

— Что-нибудь красивое, но не слишком дорогое, — созналась я.

— Найдем, — подмигнул мальчишка и скрылся за прилавком.

Через мгновенье перед моим изумленным взором стоял чудесный ларец, тонкой резной работы неизвестных мастеров. Украшенный лазуритом и серебром, со многими ящичками и тайными отделами, с бархатной обивкой и маленьким, натертым до блеска, зеркальцем внутри. Он вполне мог подойти для хранения многочисленных безделушек Розалинды.

— Изумительно, — прошептала я, прикидывая стоимость данного чуда. — Какая цена?

— Двадцать золотых, — не моргнув глазом, выдал ловкий продавец.

— Сколько?!

— Вы же просили недорого, — улыбнулся он. — Для такого ларца это почти задаром.

— Двадцать золотых — это, по-твоему, даром? — я грозно сдвинула брови. — Десять. И не больше.

— Девятнадцать.

— Одиннадцать!

— Нет, дара, восемнадцать и не меньше, — торг явно доставлял удовольствие мальчишке.

— Двенадцать и не больше, — я так же не намеривалась уступать подростку.

— Вы сейчас сказали семнадцать? — вопросительно взметнул подбородок он, даже не пытаясь спрятать озорной блеск в глазах.

— Нет, ты ослышался. Моя цена была… тринадцать.

— Ага. Понятно. Шестнадцать, — мальчишка покачал головой. — Маловато, конечно, но так уж и быть…

— Эй, какие шестнадцать?! Я сказала тринадцать! Максимум четырнадцать.

— Ууу… Дара, не будьте жадиной. Если уж говорите пятнадцать, то не идите на попятную, — малолетний продавец протянул руку. — Я же уже почти согласился.

— Ну что с тобой делать? — засмеялась я. — Так и быть, договорились. Пусть будет пятнадцать.

Хотя даже эти пятнадцать золотых были огромной суммой, но все же очарование задорного мальчишки оказалось так велико, что спорить дальше уже не имело смысла — я изначально оказалась в проигрыше.

Переложив монеты из кошелька в худенькую детскую ручонку и получив взамен пресловутый ларец, почувствовала себя увереннее. Теперь уж точно моя подопечная не останется без подарка.

Отойдя подальше от людских глаз и спрятавшись под тенью раскидистого древа, дабы избежать ненужного любопытства, я наложила пару заклинаний. Теперь при открывании ларца сиял свет, а в его лучах порхали призрачные бабочки, и звучал еле слышный перезвон хрустальных колокольчиков. Розалинда будет довольна.

Лорд с племянниками все еще отсиживались в номере в таверне. Думаю, Кенаи был прав, говоря, что дару Рэду необходимо показаться людям. Местные ждали его. Кажется, повелитель Темногорья не часто баловал их излишним вниманием, но я постоянно слышала, как крестьяне нахваливают лорда, как восхищаются им. Он был хорошим правителем.

Постучавшись в комнату и дождавшись позволения войти, я шагнула внутрь, нарушая царившее там уединение.

— Розалинда! Слава Веде, ты вновь такая же, как была раньше! — волна облегчения захватила меня с головой.

Юная дара кивнула и благодарно взглянула на лорда.

— Дядюшка помог, — прошептала она, розовея от удовольствия.

Дамис, сидевший у окна, чуть слышно хмыкнул. Я поняла, что имел ввиду мальчик: обожание Розалиндой своего дяди становилось слишком велико. Возможно, лорд не понимал, какое впечатление он производит на юную красавицу, но вот она отчетливо осознавала свои желания, и главным объектом такого вожделения становился дар Рэд.

— Розалинда, надеюсь, ты же не станешь сидеть весь день в этой коморке? — весело сказала я, стараясь привлечь внимание девушки.

— Но дара Эльдана, ведь дядюшка…

— Уверена, что у дара Рэда есть тоже дела, так ведь?

— Да, конечно, — лорд порывисто встал, словно только и ждал напоминания об обязанностях. — Проведи время весело, Рози.

Красивое личико тут же скривилось от предложенной перспективы, но пришлось согласиться:

— Как скажешь, дядя. А Дамис? Неужели он тоже пойдет с нами? — Розалинда сморщила носик.

Мальчишка возмущенно покачал головой и показал язык сестре.

— Дамис… — укоризненно прошептала я.

— Дамис, ты совершенно не воспитан, — дар Рэд свысока взглянул на племянника.

— Ну что вы, на самом деле он очень хороший мальчик.

Мор дернул меня встать на защиту ребенка.

— Неужели? — лорд усмехнулся.

— Дамису просто скучно с нами.

— Скучно? — дар Рэд подошел ко мне вплотную. Его глаза оказались совсем близко. — Так решите эту проблему, Эльдана. Хватит бегать за покупками, займитесь своими учениками, в конце концов.

— Так вы же сами меня отпустили… — я растерялась.

— Как отпустил, так и призвал обратно, — он улыбнулся холодной, чуть язвительной улыбкой и стремглав вышел из помещения.

— Нда… — протянула Розалинда, смотря вслед исчезающему лорду. — Видимо мне придется весь день терпеть несносного братца.

Дамис так же не выражал удовольствия от решения Рэда.

К слову сказать, даже я приуныла от возможной прогулки втроем. Уверена, что дети не смогут избежать ссор меж собой, а значит праздник будет испорчен. Хотя…

— Дамис, а ты вообще хочешь оставаться с нами на ярмарке?

Мальчик яростно замотал головой.

— Может, домой вернешься?

Увидев, как радостно заблестели его глаза, я поняла, что нашла верный путь.

— Вот и славно. Лорд лишил дару Фребок возможности наслаждаться праздником и отправляет ее домой. Ты можешь вернуться вместе с ней. Дар Дули поедет с вами. Насколько я знаю, даже Елейка предпочла вернуться. Так что в замке за тобой присмотрят.

— Но дара Эльдана, дядя не одобрит такое! — возмутилась Розалинда.

— Лорд ясно дал понять, что оставляет решение данной проблемы на мое усмотрение. А я считаю, что возвращение Дамиса пойдет нам всем только на пользу, — твердо ответила я и подмигнула довольному мальчишке.

Сборы не заняли много времени и уже через полчаса экипаж, везущий Дамиса и слуг, отправился в сторону Темногорского замка.

— И все-таки дядюшка будет недоволен, — бубнила Розалинда, наблюдая, как исчезает из вида карета.

— Я решу эту проблему. Не беспокойся.

Мне казалось, лорд сможет войти в положение и поймет, что нечестно было бы принуждать мальчика к нежеланному веселью.

И только я успела подумать об этом, как раздался громкий трубный звук.

— Что это?

— Горн! — Розалинда подпрыгнула на месте и захлопала от радости. — Суд будет!

— Суд?

— Дядя собирает вселюдное собрание. Пойдемте скорее, дара Эльдана, а то не успеем же!

Девушка схватила меня за руку и потащила к импровизированному помосту, стоявшему вдалеке.

— Значит, случилось, что-то и впрямь важное! — возбужденно щебетала она. — Обычно все свои дела он решает по-тихому. Ну там, знаете, ознакомиться с данными о новом урожае, рассудить повздоривших… и тому подобное. А сейчас суд будет! Значит, Кенаи все-таки нашел его!

— Его? Кого «его»? — я едва поспевала за девушкой. — Кого нашел Кенаи?

Но Розалинда уже не слышала. Повинуясь духу возбужденной толпы стремившейся занять места поближе к помосту, она проталкивалась вперед, совершенно не обращая на меня внимания.

Дар Рэд уже стоял на возвышении. Его внимательный взгляд цеплял малейшие нюансы настроения крестьян. Гордая осанка и величественный профиль вызывал невольное уважение, и даже восхищение лордом. Я так залюбовалась спокойными, отточенными движениями мужчины, что ненароком пропустила начало речи.

— Слава Веде… — внезапно шепнула Розалинда.

— Что? Ты о чем?

— О грифоне. Дара Эльдана, вы не слушаете, о чем говорит дядя? — бровки девушки насмешливо поползли вверх.

— Слушаю, конечно, слушаю, — чуть смутилась я, пытаясь уловить смысл происходящего на помосте.

Дар Рэд сделал знак рукой, и в тот же миг подле него возник Кенаи. Мужчины обменялись парой слов. Толпа притихла.

Неужели я упустила что-то важное? О чем разговор? Причем тут грифон?

— Никогда раньше зверь не появлялся днем, — продолжил свою речь лорд. — Никогда он не подлетал так близко к Темногорью, охранные камни держали его на расстоянии, но… — Рэд сделал паузу. — Кто-то сдвинул камни и подпустил грифона ближе.

Крестьяне зароптали. Люди оглядывали друг друга в поисках виновного.

— Я нашел нарушителя! — лорд спокойно выслушал удовлетворенные крики окружающих. — Бесчинства будут прекращены и камни вернут на место! Но зло должно быть наказано! Человек, подвергший ваши жизни опасности, предстанет пред судом!

В тот же миг Кенаи вытолкнул на помост невысокого коренастого человека. Толпа заликовала.

— Как твое имя? — спросил Рэд.

— Верепай… — тихо произнес мужчина, затравленно оглядывая собравшихся.

— Громче!

— Верепай.

— Кто ты по роду деятельности?

— Землепашец, — человек неуверенно переступил с ноги на ногу. — Дар лорд, я честно отрабатываю свой хлеб…

— Зачем ты сдвинул камни? — в голосе Рэда звенел металл.

— Они мешали…

— Громче!

— Они мешали. Там. На поле.

— Мешали?!

— Да… Дар лорд, они мешают пахоте.

Рэд окинул мужчину разъяренным взглядом.

— Ты подверг жизнь людей опасности!

— Так ведь никто не пострадал… — крестьянин взглянул на толпу, будто искал поддержки. — Все живы же…

Лорд скривился от таких слов.

— Никогда и никто не должен сдвигать охранные камни, — прошипел он. — Это закон!

— Я понимаю…

— Молчать! — Рэд повысил голос. — Ты нарушил закон! Тот закон, который я установил много лет назад!

— Но дар лорд, — мужчина замотал головой. — Ведь пахота…

— Слушайте все! — повелитель Темногорья обратился к сгрудившимся у помоста людем. — Землепашец заслуживает смерти! Но! — он обвел толпу надменным взором. — Так и быть, я смягчу наказание. Сто ударов хлыстом!

Я замерла. Да, безусловно, наказание было справедливым, но уж больно суровым.

Крестьянина тут же раздели по пояс и привязали к столбу. Кенаи взял кнут. Ласково проведя пальцами по орудию наказания, он хищно улыбнулся. Уверена, роль палача ему по душе. Чувствовалось, что не впервые эти руки сжимают плетеные кожаные ремни, не впервые светится жестокость в черных глазах, не впервые он услаждает свой слух воплем жертвы.

Кенаи наносил удары точно и с каким-то садистским удовольствием. Кнут послушно свистел, напевая безжалостную песню. Крики наказуемого летели в небеса, создавая аккомпанемент для изуверского оркестра. Удар, еще удар. Каждый раз, когда кожаная плетенка притрагивалась к телу крестьянина, оставался кровоточащий след. Алые струйки стекали на помост, создавая неповторимый рисунок.

Двадцать. Двадцать один. Я считала про себя удары и молила Веду подарить жизнь землепашцу. Хоть дар Рэд и заменил казнь побоями, это лишь растягивало гибель мужчины. Злосчастная плеть касалась обнаженной спины, срывая полосы кожи. Кровь пропитала хлыст, причиняя еще большие страдания жертве.

Алые капельки разлетались повсюду, попадая на зрителей, стоявших в первых рядах. Я почувствовала вкус крови и ужаснулась. Веда, за что такая жестокость?!

Двадцать девять. Тридцать.

Мне казалось, тридцати ударов будет достаточно, и лорд помилует крестьянина. Но нет, в синих глазах дара Рэда нет ни капли милосердия. Он всецело поглощен увиденным. Губы сжаты в тонкую полоску, создавая зловещую полуулыбку на гордом лице.

Я ужаснулась. Как можно получать удовольствие от чужой боли?

Тут моей руки коснулись чьи-то холодные пальцы. Розалинда! Бедная девочка… Она должно быть напугана и шокирована происходящем.

— Рози… — повернувшись к ученице, я поняла, насколько сильно ошибалась. Глаза красавицы были широко открыты, но не от страха — она наслаждалась.

О превеликая и милосердная Веда!!!

Толпа вокруг ликовала. Они нашли виновного. Вся злость, вся боль и страх последних дней обрушились на крестьянина. Люди нашли того, кто способен смыть неприятности своей кровью.

Нет, я больше не могла выдержать окружающей злобы, во мне вскипело возмущение, готовое выплеснуться порывом магии. В сердце горело лишь желание защитить и облегчить участь землепашца. Но толпа не примет никакого заступничества. Опьяненные зрелищем они растерзают любого вставшего на пути.

Амулет на груди стал наливаться жаром. Я схватила Розалинду за руку и попыталась сбежать, дабы не слышать больше свиста кнута и криков приговоренного.

— Нет, хочу досмотреть… — вырывалась девушка.

Не слушая ее, я продиралась сквозь плотную ватагу беснующих поселян. Еще немного и мы окажемся вдалеке от помоста. Совсем чуть-чуть и ужас пережитого останется позади.

В этот миг огромная тень накрыла импровизированную площадь. С небес стремительно спускался грифон. Его оглушающий рев перекрыл вопли землепашца.

На минуту воцарилась полная тишина. Затем толпа рванулась бегством, сметая все на своем пути и затаптывая упавших. Мы с Розалиндой успели отойти на безопасное расстояние и прижались к одиноко растущему дереву, чтобы нас не сбили с ног.

Лорд и Кенаи стояли на помосте, возвышаясь над всеми. Было видно, как управляющий стрелял из арбалета по грифону. Его руки тряслись, возбуждение от казни еще не прошло. Раз за разом стрелы проносились в сантиметрах от зверя, не причиняя последнему ни малейшего вреда.

Мне почему-то вдруг стало жаль грифона. Животная красота чудовища оказалась ближе к сердцу, нежели холодная беспощадность людей. Всей душой желала, чтобы он не пострадал.

— Улетай, улетай, — неистово шептала я.

И тут, точно услышав мольбы, грифон взмыл ввысь. Сделав круг над деревней, он направился обратно, к горам.

Лорд не спускал взгляд со зверя, выслеживая добычу. Заметив, что тот уносится прочь, послал магический заряд. Лазурной стрелой летело заклятье, но чудовище оказалось проворней.

Дар Рэд сменился в лице, едва понял, что промахнулся. Он в ярости наносил колдовские удары по окружающим. К сожалению, лучшей целью оказался привязанный к столбу землепашец. Не сдерживая себя более, лорд выплеснул накопившийся гнев на осужденного. Обнаженная и изодранная спина мужчины приняла на себя всю злобу Темногорского властителя. Кровь, стекающая с ран, закипела, кожа покрылась волдырями. Бедняга порывисто вздохнул. И этот вздох оказался последним.

Я крепко зажмурилась. Нет, нет, все не так. Все не правильно! Так не должно быть! Но было…

В зверином взоре грифона оказалось куда больше человечности, чем в синих очах дара Рэда.

Ни о каком дальнейшем проведении ярмарки не могло быть и речи. Мы с Розалиндой тут же уехали домой, а лорд и Кенаи остались на месте происшествия. Им предстояло успокоить взволнованный народ и поставить новые охранные камни. Жители долины должны чувствовать себя в безопасности.

Дорога до замка прошла спокойно, за исключением непомерной веселости Розалинды. Девушка болтала без умолка, ее переполняли эмоции. Меня тоже. Но в отличие от ученицы, я предпочитала больше думать, нежели говорить.

— Он такой мудрый, да?

— Кто?

— Дядя! — с воодушевлением выдохнула красавица.

Очаровательное личико светилось от восхищения, тонкие пальчики подрагивали от удовольствия, нежный голосок воспевал хвалебные речи виновнику сегодняшних бед.

— Дядя? Ты считаешь, лорд поступил правильно? — я с изумлением всматривалась в подопечную, стараясь уловить хоть каплю сочувствия и сострадания.

— Конечно. А вы разве сомневаетесь в этом?

— Нет. Не сомневаюсь. Дар Рэд поступил так, как считал нужным. Это его право.

Право сильного. Право хозяина. Право властителя. Конечно, никто не мог осуждать лорда. Никто. Даже я.

— А грифон! Вы видели?! Вновь появился! Дара Эльдана, как вы думаете, дядя специально позволил ему улететь?

— Никто ему не позволял этого.

— Тварь просто сбежала? — губы девушки тронула саркастическая улыбка.

— Он сбежал. Это его право.

Право слабого. Право поверженного. Право зверя. И никто не понял, что он не проиграл. Никто. Кроме меня.

— Ты прости, Розалинда, у меня что-то заболела голова… Ты не против, если по приезду, я сразу отправлюсь спать? День выдался утомительный.

— Конечно, дара Эльдана. А я пока расскажу всем, каким весельем закончилась ярмарка, — девушка безмятежно повела плечиком.

Весельем… Весельем? Она и вправду сказала «весельем»? Не может быть. Наверняка я ослышалась. Не может это юное прекрасное создание радоваться смерти. Не может. Не должно.

— Дара Эльдана, что-то случилось? Вы так резко побелели, — Розалинда прищурилась, пряча взгляд под длинными ресницами. — Наверняка устали. Еще бы, такой впечатлительный день. Вам действительно надо отдохнуть, — и высунувшись в окно экипажа, крикнула кучеру: — Быстрей! Поторапливайся!

Возничий послушно щелкнул хлыстом. И вскоре мы оказались дома.

Уже лежа в постели, я прокручивала в уме события сегодняшнего дня. Как так могло оказаться, что люди, в окружении которых прошло последнее время оказались такими… такими… Я не могла подобрать правильных слов. Жестокость, продемонстрированная на ярмарке, просто ставила в тупик. Голова раскалывалась от напряжения, мысли устраивали бешеную скачку, перед глазами стояла истерзанная спина землепашца, а слух пытался уловить свист кнута мелькавшего в воздухе.

В конце концов, я не выдержала натиска эмоций и бросилась в объятия спасительного Морфея. Но даже сон не давал успокоения.

Мне вновь приснилось детство. То самое, когда наивная душа еще не запачкана пятнами злобы. То, где все проблемы вертятся лишь вокруг изодранной коленки и сломанной игрушки, а до окружающей действительности нет никакого дела. Счастливое время.

Мама, отец и… синеглазый колдун. Такой молодой и полный сил. Его светлые волосы развиваются на ветру, а во взоре царит безмятежность. Я, совсем маленькая девочка, подбегаю к нему, хватаю за руку и тяну вниз, заставляя нагнуться. Он опускается на колено и со смехом целует детскую перепачканную песком ручку. И вдруг хрустальная чистота сновидения прерывается жутким хохотом Кенаи, а в воздух взметается плеть, исполняя привычный танец боли и оставляя на спине колдуна суровые отметины. Белоснежная рубашка тут же покрывается голубыми разводами, лазурная кровь стекает ручьем на землю, оставляя небесные полосы.

Я закричала от ужаса и тут же проснулась. Всесильная Веда, что же это? Помешательство? Наверное, прошедшие события так впечатлили, что проникли даже в сон. Часы показывали два часа ночи, все давно спят. Надеюсь, мой кошмар никого больше не потревожил. Сдавив виски руками, я постаралась вспомнить лицо старшего лорда. Это оказалось легко, слишком часто он приходил в грезах.

Повинуясь внезапному порыву, накинула пеньюар и выбежала из комнаты. Меня влечет его портрет. Интересно, художник правильно передал характер пропавшего Грея? Я долго и внимательно смотрела на масленый рисунок. Они с братом очень похожи, но эта синева глаз совсем не та, что холодно взирала сегодня на пытки осужденного. В лице молодого колдуна нет той жестокости и надменности, что ясно читается в облике Рэда. Взор светился добротой и участием.

Я прижалась лбом к холодному портрету и, забыв о времени, стояла так до самого рассвета, словно искала утешения в объятиях старого друга.

Вернувшись под утро в комнату, еле успокоилась. Ночные видения понемногу отступали и, уже купаясь в ласковых лучах рассветного солнышка, я уснула крепким сном без сновидений. Но из томной неги покоя и блаженства безжалостно выдернул крик Фребок:

— Марыська! Куда эта морова девка подевалась?! Марыська, вот только попадись мне! Работы невпроворот, а она по комнатам мечется!

Какая Марыська? Я потерла глаза. О чем она?

Вдруг дверь затряслась. Экономка отчаянно колотила ее кулаками.

— Марыська, знаю, ты тут!

Фребок с силой дернула на себя дверные створки, и, сорвав задвижку, застыла, как истукан в распахнутом проеме.

— Что происходит? — воскликнула я, натягивая одеяло до подбородка.

— Марыся тут? — ледяным тоном задала вопрос экономка.

— Тут нет никого.

— Вот и хорошо, — окинув спальню прищуренным взором и удостоверившись, что пропавшей служанки и правда нет, она все же не удержалась от язвительности: — А вы, милочка, все спите? И с учениками еще не занимались? Ну конечно, имея за плечами поддержку лорда, вы теперь совсем обленитесь. Только не надейтесь, что это так просто сойдет вам с рук! Я выведу вас на чистую воду!

И резко повернувшись на месте, вышла вон, бубня на ходу:

— Совсем совесть потеряла. Завтра гости, а она и пальцем не пошевелит.

Я, молча, пожала плечами, спорить не хотелось.

— Марыська! — вновь послышалось из коридора.

Видимо служанка так и не находилась. Ничего удивительного, любой сбежал бы.

Но в чем-то Фребок была права. Я непростительно долго провалялась в кровати. Видимо прошедшая ночь изматывающе подействовала на организм. Как бы там ни было пора вставать.

Надев уже порядком надоевшее платье и стянув волосы в строгую прическу, отправилась в сад. Привычка начинать каждое утро прогулкой давала о себе знать.

В цветущем царстве стояла тишина, даже дар Дули не нарушал безмятежного спокойствия природы. Втянув свежий воздух полной грудью, улыбнулась. Возможно это безмолвие именно то, что надо для поднятия настроения. Не хотелось никого видеть. Я отправилась в дальнюю часть сада. Цветы ласково встречали буйством красок и нежным ароматом, зеленые деревья дарили приятную тень, а невесомые бабочки, словно крохотные феи, радовали взор веселыми играми.

Но вдруг что-то привлекло внимание. Что-то совершенно особенное, что не вписывалось в привычное окружение.

Под раскидистой яблоней, в высокой траве, лежал мужчина. Его рубашка покоилась на ветке, тогда как голый торс неумолимо притягивал стыдливый женский взор. Сердце забилось быстрей. Я не могла припомнить никого, кто любил бы в эту пору навещать сад. Хотя, обитатели замка богаты на причуды и привычки у них меняются ежечасно. Но, тем ни менее, кто же он? Подойдя еще ближе, остановилась. Управляющий, наверняка, не позволил бы себе так бесстыдно нежиться в хозяйском цветнике, а Рэд ни за что не станет валяться на траве, как обыкновенный батрак.

Тут незнакомец чуть повернулся, стали видны темные волосы и яркие черные глаза. Все-таки Кенаи.

Он протянул руку, сорвал с нижней ветки большое яблоко и, поднеся его ко рту, яростно впился в сочную мякоть зубами. Сок заскользил по подбородку, ласковой каплей стекаясь ниже, по шее, прямиком на мускулистую грудь. Я автоматически проделала взглядом тот же путь, мучительно стараясь сдержать выступающий румянец на щеках. Кенаи… Что он тут делает? Неужели не боится? Уверена, застань его кто-нибудь из высокородного семейства в таком фривольном положении, выгонят сразу!

Я уже хотела сделать шаг вперед, чтобы напомнить управляющему о занимаемом положении в доме лорда, как вдруг трава рядом с ним зашевелилась и сквозь зеленые заросли вытянулась белоснежная женская ручка. О Веда! Он тут не один! Теперь стало ясно, куда исчезла Марыся. Ну, ну…

— Тоже яблока захотела? — ухмыльнулся Кенаи. — А может чего-то еще?

И чуть приподнявшись, резко нырнул в густую зелень к возлюбленной.

Я покраснела еще больше. Ну, это уже никуда не годится! Относиться с таким непочтением к саду лорда! Но открыто отчитать нахала я, конечно же, не могла, не ровен час подумает, будто специально наблюдала за ними. Пора уходить.

Но едва сделала пару осторожных шагов, как услышала женский голосок:

— Кенаи…

Я резко остановилась.

— Мой Кенаи…

Не может быть. Должно быть ослышалась.

— Мой хороший Кенаи…

Круто развернувшись, шагнула к влюбленным и осторожно раздвинула высокую траву, по прежнему стараясь остаться незамеченной.

— О Кенаи… — с придыханием шептала светловолосая блондинка, девушка удивительной красоты, носящая гордое имя Розалинда.

— Рози… — надрывался в ответ управляющий.

Его умелые пальцы ласкали грудь юной дары, а губы оставляли мокрую дорожку на белоснежной шейке.

Моему изумлению не было предела. Розалинда и Кенаи! Высокородная дара и управляющий! Племянница лорда и его слуга!

Нет, нет, это какой-то сон, кошмар, такого не может случиться наяву. Как он посмел? Соблазнил невинную девочку. Почти ребенка!

— Розалинда… малышка… — тяжело дышал мужчина, нависая над гибким девичьим телом.

— Да, милый, да… — отвечала она в порыве страсти.

О Пресветлая Веда, я не могу на такое смотреть. Прервать их? Отчитать наглеца? Так ведь девушка сама не против. Уверена, она будет защищать Кенаи. А если дело дойдет до лорда, кому он поверит больше? Мне или любимой племяннице? Остается только уйти. И как можно тише.

Но сделав шаг, я поняла, что зацепилась длинной юбкой за извилистые ветки яблони. Без шума покинуть тайник не удастся, а привлекать внимание парочки к своей особе вовсе не хочется.

Руки Кенаи порхали по телу девушки, заставляя ее извиваться от удовольствия. Нежные девичьи губки трепетно благодарили любимого за получаемое наслаждение. Широкая крона древа скрывала их действия от чужих глаз, но не смогла скрыть от моего взора.

Я отчаянно краснела. Мой опыт с мужским полом ограничивался едкими, порой обидными, комментариями соратников по школе, да навязчивыми поцелуями того же Кенаи. Но то, что предстало пред взором сейчас, было совсем иным. Управляющий оказался нежным и заботливым. Его пылкие объятия вызывали кучу эмоций у Розалинды. Девушка источала сладостный вдох от каждого прикосновения, каждого движения.

Вдруг сад огласился яростным мужским криком:

— Эльдана!

Я сразу узнала голос Рэда и присев, как можно ниже, спряталась в зеленых зарослях. Может быть, повезет, и меня не заметят?

— Это лорд! — зашептал Кенаи, откатываясь от Розалинды на добрых полметра. — Мор его сюда принес!

— Он не должен нас видеть! — всхлипнула девушка, подхватывая вещи, и сверкая голым задом, уползла в кусты. — Одевайся скорее!

— Эльдана! — продолжал орать властитель Темногорья, заставляя мое сердце сжиматься от страха. — Куда делать учительница?!

— Она пошла сюда, я уверена, дар, — послышался голос Фребок.

Понятно откуда ветер дует. Экономка наверняка опять что-то напридумывала.

Кенаи и Розалинда уже полностью оделись и сейчас в испуге оглядывались по сторонам.

— Эльданы тут нет, — наконец сказала девушка. — Иначе давно устроила бы скандал.

Но в глазах мужчины по-прежнему светился страх.

— Уверена?

— Уверена! — настойчиво прошипела юная красавица, хватая его за руку. — Никто ничего не видел. Пошли отсюда.

Они вышли из-под дерева.

— Я сейчас пойду к дяде и постараюсь увести его из сада. Ты выходи после.

— Как скажешь, милая, — Кенаи поцеловал руку девушки. — Ты моя мудрая фея, ради тебя готов на что угодно! — подмигнул он.

Едва Розалинда скрылась меж деревьев, управляющий широко улыбнулся и удовлетворенно вздохнул:

— Только моя!

Вдалеке слышалось веселое щебетание юной дары, она умело завлекала Рэда обратно в дом, освобождая дорогу любовнику.

— Кажется пора, — хмыкнул Кенаи и направился ко второму выходу из сада, которым пользовались только слуги.

Я дождалась, пока оба виновника происшествия исчезнут из виду и только после этого позволила себе выйти из укромного местечка. Постояв немного на примятой парочкой траве, и поразмышляв о случившемся, вдруг заметила, что под ногами что-то блестит. Надо же… пустой пузырек. Что он тут делает? Наклонившись, взяла его в руки и внимательно рассмотрела. Странно, очень странно. Если мне не изменяет память, сосуды похожей формы я видела только в кабинете Рэда. Он держал там магические зелья. Как же этот попал сюда? Поднеся маленькую бутылочку ближе к лицу, осторожно принюхалась. Слава Веде, ядом не пахнет. Но аромат уж больно знакомый… Неужели лотос? Аккуратно слизнув крохотную капельку с горлышка, попробовала содержимое на вкус. Определенно, это лотос.

Догадываюсь, что в пузырьке было любовное зелье. То самое, что так упорно пытались сварить на протяжении последних недель, и которому я старательно мешала. Ну что ж, одно успокаивает, теперь известно, кто автор сердечного напитка: Розалинда, либо Кенаи. Иного не дано.

Девушку я сразу исключила из подозрений. Сложно представить, что такая красавица пошла бы на ухищрения, ради любви управляющего. Значит все-таки Кенаи. Решил охмурить высокородную дару. Придется последить за ним какое-то время, без доказательств обвинить правую руку лорду в подобном злодеянии, я не имела права.

— Дара Эльдана. Ну наконец-то! Я уж думал, вас придется разыскивать по всей долине.

— Простите, дар Рэд, не знала, что вы меня ищите.

— Не знали? Может быть, оглохли? Или я не достаточно громко вас звал?!

— Звали?

— У вас действительно туго со слухом. Неужто не слышали? Весь сад слышал, а вы нет!

— Простите, дар Рэд, но вы уверены, что искать надо было именно в саду?

— А вы разве там не были? — лорд чуть приподнял брови, выражая этим свое недовольство, но продолжать расспросы не стал. — В любом случае, вы объявились. Прогуляйтесь со мной, Эльдана. Хочу с вами побеседовать.

Я вздохнула с облегчением. Конечно, можно было бы солгать и твердо объявить, что сад сегодня вообще не посещала, но ложью делу не помочь. Ситуация с Кенаи и Розалиндой не выходила из головы. Еще больше пугала возможная реакция Рэда на это. Вдруг он узнает? И что еще хуже: вдруг он узнает, что мне это тоже известно? Как оказалось, его злость может не иметь границ. Под страшный гнев лорда попадет любой — и легкомысленная красавица Розалинда, и наглый Кенаи, и даже я.

В кармане платья затаился маленький пузырек из-под любовного зелья, но решение проблемы все еще не находилось.

— Чего же вы медлите? Идемте, — Рэд нетерпеливо сделал пару шагов.

— Куда? — с удивлением воззрившись на широко распахнутые двери сада, нервно сглотнула.

— Как я понял, вы еще не были на свежем воздухе сегодня. Так что… прошу.

Мне ничего не оставалось, как отправиться туда, откуда только полчаса назад вернулась.

— Ну что же вы так хмуры, дара Эльдана! — в голосе лорда больше не было ни приказа, ни строгой нотки. — Вы не хотите составить мне компанию? Зря, сегодня прекрасное утро. Давно я не мог позволить себе такую роскошь, как утренняя прогулка по любимому саду.

Я молча шла рядом. Мысли путались, а сердечко отстукивало испуганный ритм. Святая Веда, неужели он все знает? Знает, и специально ведет по этой коварной тропинке между деревьев?

— Расслабьтесь. Что случилось? Я внушаю вам страх?

Рэд растянул губы в доброжелательной улыбке, но для меня это казалось яростным оскалом.

— Чем обязан такому трепету? — вновь улыбнулся он, на этот раз с иронической насмешкой. — Неужто произошедшее на ярмарке пришлось вам не по душе?

— Честно говоря, нет. Вы были слишком жестоки к крестьянину, — я рискнула на откровенность.

— Жесток? В чем же моя жестокость, милая Эльдана? — на этот раз его рот искривился, даже не пытаясь замаскировать язвительность слов. — В моей заботе о благополучии долины?

Я опустила голову, опасаясь вызвать гнев лорда.

— Что же вы молчите? А впрочем, лучше молчите, Эльдана, молчите. Это иногда полезнее.

— О чем вы хотели побеседовать со мной, дар Рэд?

Он удивленно посмотрел на меня, будто услышал какую-то глупость и рассмеялся. Это прозвучало, что я даже растерялась. Чего же он хочет? Чего добивается?

Внезапно смех оборвался.

— Вы вроде любите яблоки? — лорд протянул руку. — Идемте. Угощу вас.

Его длинные пальцы крепко обвили мое запястье. Выбора не было, освободиться из стального захвата не получалось. Дар Рэд шел по тропинке прямо к раскидистой яблоне.

Солнце весело светило над головой, птицы щебетали задорные песни, разноцветные бабочки беззаботно переносились с цветка на цветок, и даже пронырливые кузнечики оживленно трещали какую-то мелодию. Из всей этой идиллии выпадала только я.

— У вас рука дрожит, — недовольно пробурчал мужчина. — Я сделал вам больно?

— Немного…

Он тут же отпустил запястье и перехватил выше, за локоть.

— Так лучше?

— Да, — шепнула я вмиг побелевшими губами.

Прямо перед нами открылась маленькая полянка, спрятанная под сенью яблоневой кроны. Высокая трава была чуть примята, точно тут совсем недавно резвилась парочка влюбленных…

Рэд остановился, окинул взглядом это райское местечко и удовлетворенно вздохнул:

— Думаю, тут нам не помешают.

Надо признать, после этих слов меня прошиб холодный пот. Травяной ковер под ногами напоминал о наличии огромной тайны, а присутствие здесь лорда заставляло терять голову от страха.

Наконец отпустив меня, он сорвал большое яблоко и, опустившись на землю, вытянул ноги.

— Чего же вы стоите? Присоединяйтесь, — велел Рэд.

Мне было непонятно, к чему тут можно присоединиться? Перед глазами все ярче возникали сцены из случайно подсмотренного акта любви. О Веда, и почему это событие не оставляет меня в покое?

— Что за огонь разгорается в ваших глазах, Эльдана? — удивленно произнес лорд, вырывая меня из плена воспоминаний. — Садитесь, не заставляйте себя ждать.

Просто сесть рядом… Просто сесть…

Я подошла ближе, готовая в любую секунду броситься прочь. Но каким бы строгим и страшным он не был, отказывать нельзя. Требования Рэда совершенно безобидны.

Он протянул яблоко и указал на место рядом, приглашая присесть.

Обведя взглядом полянку и не найдя ни одного сантиметра не затронутого страстным соитием влюбленных, замерла. Прикасаться к траве не хотелось. Возникло ощущение, что одним неосторожным движением могу ненароком выдать ребят.

Рэд заметил мою нерешительность, улыбнулся и, сняв камзол, бросил на землю:

— Боитесь испачкаться? Садитесь же!

Румянец расплывался с быстротой молнии, окрашивая в пурпурный цвет лицо и шею. Противиться более не было смысла. Я села.

Несколько минут прошли в молчании. Лорд глубокомысленно хрустел яблоком, лишь иногда бросая в мою сторону задумчивый взгляд.

— Вы служите в моем замке уже довольно долгое время, — внезапно произнес он — Но я о вас ничего толком не знаю. Расскажите о себе.

— Чтобы вы хотели услышать, дар?

Рэд вновь откусил яблоко и долго жевал кусок.

— Откуда вы родом, к какой династии магов относитесь? Почему имея высшую похвалу за учебу, вы носите медную змею на кольце?

Я боялась лорда, он может проверить мой рассказ, если не сделал этого раньше, и теперь вероятно пытается поймать меня на лжи. Поэтому стоит рассказать все без утайки. Или почти все. В любом случае, это тема далека от сегодняшнего утра, а значит безопасна.

— Боюсь, что не смогу полностью удовлетворить ваше любопытство, дар, — заранее предупредила я. — Мне известно только то, что поведала матушка перед кончиной. А правда это или нет… не знаю.

— Меня устраивает. Говорите, — милостиво кивнул он.

Белоснежные облака медленно проплывали над головой, ветерок трепал волосы, а дар Рэд надкусывал очередное яблоко… Отступать было некуда.

— Ну что ж, — я старалась тщательно подбирать слова. — В нашем роду никогда не было магов. Не удивляйтесь, это правда. Никогда в жилах моих предков не текла лазурная кровь. Отец простой крестьянин, мать тоже не отличалась высокородием. Сельская лекарка. Травки знала, людям помогала… Ничего особенного.

Синие глаза лорда внимательно следили за моим лицом, точно он не столько слушал произносимые слова, сколько считывал эмоции. Это напрягало.

— Они не могли иметь детей. По крайней мере, так рассказывала мама.

— Так вы приемная дочь? — довольно сощурился Рэд, словно и впрямь понял что-то.

— Нет, не угадали. Мама смогла забеременеть. Вы слышали легенду об эльфийском источнике? Если кто попросит дитя в урочный час, то желание исполняется.

— Эльфийский? — лорд напрягся.

— Да. Знаю, знаю, звучит, как детская сказка. Но видите, это работает! Я тому доказательство.

— Ваша мать попросила ребенка у эльфов? — казалось мужчина никак не мог поверить в услышанное.

— Все, как полагается, — кивнула я, пряча горькую усмешку. — Выпила водицы и легла спать у ручья. А через девять месяцев появилось дитя.

— Вы.

— Я.

Облака по-прежнему танцевали на небосклоне, лишь изредка бросая тень на наши лица.

— Магию вы получили случайно? Нечаянный подарок? — Рэд растянул один уголок рта в саркастическую улыбку.

— Наверное. Кровь у меня лазурная, не как у родителей. Отец узнал об этом. Разгневался. Решил, что мать изменила ему с заезжим магом.

— Глупец… — прошептал лорд, думая о чем-то своем.

— Мы с мамой бежали. Долго скитались по городам, а потом матушка заболела. Я ничем не могла ей помочь. Глупая еще была, совсем ребенок, — из груди вырвался горестный вздох. — Перед смертью она велела мне идти в школу. Я и пошла.

— И вас приняли? Просто так? Без документов?

— Кровь правильная, магическая. Отказать не имели права. Да и особо никто не расспрашивал. Что с сироты взять?

— Понятно, — лорд внимательно оглядел меня с головы до ног. — И что дальше?

— Ничего, — я растерялась. — Училась.

— Как?

— Что «как»?

— Как учились?

— Обыкновенно. Теория легко удавалась, а практика не очень.

— Почему?

— Да откуда я знаю?! Наверное, потому, что мама была простым человеком, и силы мне не при рождении передались.

Рэд осмотрел меня снова, но на этот раз более внимательно. С каким-то странным интересом. Так смотрят на новую игрушку, а не на учительницу собственных племянников. И вдруг, совершенно внезапно, схватил мою руку и ногтем мизинца, отточенным и острым как бритва, чиркнул по боковой поверхности ладони.

— Ай! — я вскрикнула от резкой боли.

Из небольшого пореза стала сочиться кровь, поблескивая синевой в лучах предобеденного солнца.

Мне стало страшно. Но стоило попытаться выдернуть руку, как лорд тут же сжал ее крепче и припал в поцелуе к небольшой ранке.

— Что… что вы делаете?

Он отстранился.

— Простите, Эльдана, за причиненные неудобства. Но ваш рассказ казался таким удивительным, что я хотел удостовериться.

— В чем? — зло прошипела я. — В цвете крови?

— В своих предположениях, — загадочно прошептал он и улыбнулся, как ни в чем не бывало.

В облике мужчины вроде ничего не изменилось, но тем ни менее, что-то совершенно неуловимое скользнуло по лицу и исчезло, оставив после себя налет опасности.

— Вы сумасшедший? — меня начало лихорадить. Вполне естественная реакция, если учесть все потрясения этого утра.

— Я нормален, как никогда, — Рэд оперся спиной о ствол дерева и посмотрел на небо. — Какое синее, правда?

— Что?

— Небо. Очень синее, — вдруг он резко глянул мне прямо в глаза. — Как ваша кровь.

И тут сознание не выдержало. Перед глазами все поплыло, в голове помутилось, и я рухнула в обморок.

Рассудок вернулся почти сразу. Едва распахнув ресницы, узрела склонившегося надо мной лорда.

Его руки умело расстегивали платье. Что же он делает? Я хотела возразить, но тело словно налилось свинцовой тяжестью, не позволяя пошевелить даже пальцем. Рэд словно специально не смотрел мне в лицо, если бы кинул хоть один взгляд, сразу же наткнулся на испуганные глаза загнанной дичи. Мужчина в считанные мгновенья расправился с тканью и принялся за обхватывающий грудь корсаж. Шнуровка не сразу поддалась, вынуждая его наклониться ниже и вцепиться зубами в тугой узел. Меня охватила дрожь. Теплое дыхание лорда ласкало обнаженную кожу, вызывая стыд. Но вместе с этим чувством внезапно возникло и другое… Волосы упали на лицо мужчины, скрывая эмоции, но мне и не надо было его видеть, чтобы знать, там под светлыми прядями скрываются ярко-синие глаза …

Рэд действовал с пугающей быстротой, не позволяя собраться с мыслями. Постепенно тело пришло в норму, но я почему-то не спешила останавливать происходящее. Его пальцы все еще блуждали в районе корсажа и, едва ощутимо касались кожи, заставляя гореть эти места.

И почему мне не хотелось прервать мужчину? Не понимаю… Наверняка виной всему простое любопытство.

Вдруг он заметил мое «пробуждение» и резко отшатнулся.

— Вам лучше?

— Что? — этот переход от приятной идиллии к существующей реальности оказался слишком внезапным.

— Вам лучше? Вы упали в обморок.

— Да… — я вмиг покраснела и попыталась затянуть корсет обратно, как можно туже.

— Я немного ослабил шнуровку, — Рэд внимательно следил за моими судорожными движениями. — Это позволило вам глубже дышать.

— Да, да… Спасибо…

Он улыбнулся. Но в этой улыбке не было доброты или сочувствия. Впрочем, как и в его синих глазах, оказавшихся вовсе не такими яркими, как пригрезилось.

— Не знал, что вас так легко лишить рассудка, — насмешливо проговорил лорд.

Я вскинула голову, пытаясь понять, как он смог так быстро перемениться. Ведь буквально пару минут назад все было иначе. Или иначе было только для меня?

Но не успела, как следует поразмыслить над этим, как раздался топот бегущих ног. На садовой дорожке появился Дамис. Мальчишка знал, где меня можно найти в эту пору, но вероятно вовсе не ожидал увидеть нас с Рэдом в такой двусмысленной позе.

Он бежал очень быстро, а в его глазах затаился ужас. Губы ребенка побелели, свидетельствуя о сильном потрясении. Едва добежав, Дамис ухватил меня и лорда за руки и потянул за собой.

Рэд рассердился.

— Дамис, что за нелепая игра?! Прекрати немедленно!

Но я видела, что мальчику было не до шуток, он очень напуган. Поднявшись с травы и наспех застегнув последние расстегнутые пуговички у ворота, крепко обняла ребенка:

— Успокойся, родной, я рядом. Что с тобой? Что случилось?

Дамис вырвался из объятий, вновь хватая нас за руки. Ему хотелось бежать, но лорд ни в какую не поддавался на немые просьбы племянника.

— Что за глупости? — злился он.

Переполненный эмоциями мальчик хватал ртом воздух, силясь объяснить причину, но кроме сумбурного шипения ничего не выходило.

— Никуда я не пойду! — рявкнул Рэд, отталкивая детские пальчики.

Дамис замер, в его глазах заблестели слезы, он глубоко вздохнул, и вдруг мучительно просипел:

— Смерть… там смерть…

Мы бежали вслед за мальчиком. Неизвестность страшила больше всего. Что могло так сильно напугать Дамиса? Что-то потрясло его до такой степени, что вернулась способность говорить. Пусть пару слов, но это были первые слова, произнесенные им за многие годы.

Мальчишка сказал «смерть». Всесильная Веда, очень надеюсь, что он ошибся.

Рэд на бегу отдавал приказы, собирал стражников, но мне казалось, что все это он делал с неохотой. Странно, но лорд вовсе не был рад выздоровлению Дамиса. Неужели его устраивала молчаливость юного дара или известие о смерти, выбило Рэда из колеи?

Так или иначе, мы спешили вперед, а за нами следовал Кенаи и несколько стражников. Даже Фребок не осталась в стороне.

Дамис шел извилистыми коридорами, к дальней половине замка. Мы не отставали. Я никогда не заходила так далеко, тут находились спальни лорда и племянников. Мои же покои располагались в другой стороне, так же, как и классная комната.

Вдруг мальчик распахнул одну из неприметных дверей и уверенно шагнул внутрь. Там оказалась крутая лестница ведущая вниз.

— Это вход в подземелье, — нервно прошептал кто-то из стражей.

Мы спускались, в полнейшей темноте. Состояние тревоги только усиливалось. Внезапно ступени кончились, и вокруг вспыхнули тусклые факелы. Я постаралась разобрать, что же впереди, но, к сожалению, плохое освещение не позволяло этого сделать.

Вытянув руку, Дамис жестом указал на самый отдаленный угол. И тут, словно ему в ответ, послышался странный шорох. Там определенно кто-то был. И этот кто-то наверняка был опасен. Мальчишка весь съежился и спрятался за спинами взрослых.

Рэд шепотом приказал всем остановиться. Он нахмурился, тщетно стараясь рассмотреть источник звука. Но темнота не желала раскрывать свои тайны, заставляя наши сердца биться с удвоенной силой от напряжения. Лорд со свистом выдохнул воздух, поддаваясь всеобщему страху, и послал вперед магический шар огня, освещая закоулки подземелья.

Под самым сводом, затянутое в тугой кокон липкой паутины висело тело молодой девушки. Голова торчала наружу, позволяя увидеть выражение первозданного ужаса на ее застывшем лице.

— Это же Марыська… — узнала жертву Фребок и нервно сглотнула. — Нашлась…

А вокруг, куда только не бросали мы взор, виднелись отложенные паучьи яйца. Они свисали на тонких ниточках паутинки, мерно покачиваясь от любого дуновения сквозняка.

— Что за исчадия Мора? — шептали стражники, крепко сжимая мечи.

Прозрачные яйца, просматривались насквозь. В некоторых уже шевелились детеныши, готовые вылупиться в любую минуту и заботливая мамаша приготовила для них завтрак в лице нашей служанки.

Мы пораженно рассматривали представшую картину, а страх все сильнее сжимал сердце. Все понимали, где-то совсем рядом бродит смерть.

— Где их мать? — я осмелилась озвучить вопрос. — Она тут?

— Тут, — уверенно ответил Рэд, разбивая в прах все мои надежды на лучшее.

Вновь послышался шорох. Но на этот раз в тихом шелестении не было загадки. Мы знали, кого ждать.

Почувствовав угрозу для своего потомства, паучиха выползла на свет. Поднявшись на задние пары лап, она готовилась броситься на обидчиков.

— О великая Веда, — лорд сделал шаг назад, видимо даже он был поражен увиденным. — Это моргорский паук.

Целый семестр в школе я изучала подобных выродков, и поэтому так же, как и Рэд, прекрасно представляла грозившую нам опасность.

Паучиха была огромной. Взрослые самки этого вида размером с человека, но эта особь казалась просто гигантской. Золотом отливали узоры на спине и брюшке, бархатно- лиловые глаза внимательно наблюдали за каждым нашим движением, длинные лапки, покрытые волосками, хищно тянулись вперед.

— Осторожно! — предупредил Рэд, приказав отступить всем еще на шаг назад. — Эта зараза плюется ядом на полтора метра.

Я это знала. Так же, как и то о чем он умолчал — от яда моргорской твари нет противоядия.

Членистоногая медленно передвигалась в нашу сторону. Шаг за шагом ее длинные тонкие ножки скользили по каменному полу подземелья, неся с собой смерть.

Но Рэд не намеривался давать ей преимущества. Собрав всю силу и мощь, он послал заклинание в сторону арахнида. Первая, вторая, третья искра не дали никакого результата. Казалось, что магия бессильна против паучихи.

Расстояние между нами сокращалось. Еще мгновенье… еще чуть-чуть…

Я крепко прижала к себе Дамиса и твердо решила, что буду драться до последнего. Руками, зубами, ногтями, но так просто не сдамся.

Многочисленные глаза арахнида осматривали каждого человека. Внезапно мелькнула мысль, что она ищет кого-то. Паучиха вглядывалась в наши лица, будто и впрямь выискивала кусок повкусней.

— Разойдитесь, — велел Рэд. — Не стойте скопом. Если она выпустит яд, хоть кто-то останется в живых.

Это была дельная мысль. Если тварь не одолеть магией, значит остается надежда на меч. Но тело членистоногой покрыто крепким хитином, просто так пробить его не получится. Как я помнила из школьного курса: место соединения головной части и брюшка — самая тонкая и нежная часть тела. Если бы только до нее добраться! Уверена, можно было бы перерубить паучиху пополам.

Стражники видимо пришли к такой же мысли. Они медленно расходились в стороны, держа наготове мечи. К счастью, тварь не обращала никакого внимания на них. Она целенаправленно шла вперед. Ее крупное тело медленно проплывало мимо. Я зажмурилась и постаралась не дышать. Сердце испуганно притихло, лишь изредка позволяя себе глухой сбивчивый стук. Секунды тянулись долго и казались едва ли не часами. Вдруг ноги коснулась мохнатая паучья лапка. Мурашки пробежали по телу, казалось еще чуть-чуть и взорвусь от ужаса. Я открыла глаза и наткнулась на пристальный взгляд паучихи. Она медленно ощупывала добычу. Крошечный коготок царапнул кожу, вызывая почти забытые воспоминания… В самую первую ночь в замке, когда я пробиралась глянуть на портрет пропавшего Грея, точно такие лапки скользили по моим ногам… Я подумала, что мышь и даже сказала об этом Фребок, но нет… Не мыши гуляют ночью по мрачным коридорам Темногорья…

— Эльдана, если что беги, — шепнул Кенаи, придвигаясь ближе.

— Нет, ей нужна не я…

Паучиха прошла мимо, оставив всех позади. Она двигалась к экономке.

Фребок протянула руку, вероятно пытаясь защититься от надвигающегося ужаса. Тварь вытянула вперед лапу, будто намеревалась схватить женщину. Но тут мощный удар чьего-то меча перерубил паучиху пополам.

И раздался вопль. Вой. Душераздирающий плачь. Это кричала Фребок.

Она упала на колени и судорожно прижала к себе паучью голову.

— Дуленька! — истошно зарыдала экономка. — Заинька моя!

Мне показалось, я ослышалась. Невозможно было поверить, что женщина проливает слезы над безжалостным пауком. Заламывает руки и ежесекундно покрывает поцелуями голову арахнида. Она явно не в себе

— Уведите ее! Выведите из подвала! — Рэд нахмурил брови. — Разберемся с ней позже.

Он отвернулся от Фребок и внимательно осмотрел паучьи яйца.

— Они вот-вот вылупятся. Эльдана! Займитесь мальчишкой. С него достаточно потрясений.

Я послушно кивнула и, взяв Дамиса покрепче за руку, потащила его по лестнице наверх, подальше от ужасного места.

— Слава Веде, пацаненок наткнулся на эту мразь, — послышался вслед голос одного из стражников. — Страшно подумать, что они могли бы расползтись по всей долине.

— И не говори… Удачно поиграл сегодня мальчуган.

Дамис продолжал жаться ко мне, прячась от страха, но стоило вывести его из подземелий, как задышал спокойнее и даже попытался улыбнуться.

— Ты очень смелый мальчик, — сказала ему я, целуя в макушку. — Ты спас всех нас.

На сердце становилось легче. Главное зло было уничтожено, а маленьких детенышей перебьют с минуты на минуту. Уверена, и Рэд и Кенаи без проблем справятся с новорожденными паучатами. Единственное, что ни давало покоя, так это поведение Фребок. Неужели загадочный Дулл не кто иной, как огромный паук? В это верилось с трудом.

Я проводила Дамиса в комнату и напоила снотворным зельем. Мальчик очень устал, пусть выспится. Кстати, не мешало бы и экономке дать выпить успокоительного. Памятуя в каком состоянии ее вывели из подвала, это казалось верным решением.

Уже подойдя совсем близко к комнате Фребок, остановилась. Возле ее дверей толпились не только стражники, но и служанки, Елейка и даже садовник. О Веда, неужто с Фребок совсем плохо?

Осторожно заглянув внутрь ее спальни, я в ужасе отшатнулась. Вся комната экономки оказалась заставлена маленькими стеклянными домиками, в которых сидели живые паучата. Одни царапали лапками прозрачные стенки, пытаясь выбраться наружу, другие с упоением поглощали свежепойманных бабочек, подаренных даром Дули, третьи плевались в окружающих людей ядом, благо стекла клеток не позволяли им достичь цели.

— Как же так… — шептала я, ошарашенно осматривая странный зверинец.

Фребок сидела на кровати, размеренно покачиваясь из стороны в сторону и тихонько подвывала.

Вскоре появился дар Рэд. Судя по его решительному виду, он уже был в курсе всех тайн экономки.

Лорд осмотрел комнату, жестом приказал вынести и уничтожить членистоногих. А после взглянул на Фребок.

— Не ожидал, — тихо сказал он.

Но в интонации вовсе не было тишины. Омерзение, ярость, бешенство, исступление, но вовсе не тишина. Экономка это тоже поняла. Она втянула голову в плечи и затравленно глянула на дара.

— Я могу вас убить. Сейчас. Немедленно. И никто меня не осудит.

Фребок молча прикрыла глаза, и как мне показалось, даже улыбнулась.

Рэд скривил губы.

— Но даже во мне есть что-то человеческое, — он повысил голос. — Уходите. Немедленно! И не приведи Веда, вам когда-либо еще встретиться на моем пути!

Экономка взглянула на лорда. Со стороны казалось, что у этих двоих идет какой-то диалог, так многоречивы были их взоры.

— Уходите, — сквозь зубы повторил Рэд.

Фребок не заставила себя упрашивать дважды. Медленно поднявшись, она пересекла комнату и, оглядев всех присутствующих ясным, осмысленным взглядом, вдруг пожала плечами:

— А я ни о чем не жалею. И буду пытаться еще.

Слова экономки, как камень, брошенный в пруд, вызвали бурю эмоций. Их слышали все, но каждый понял, что сказаны они для одного единственного человека.

— Я знаю, — ответил Рэд.

За Фребок захлопнулась дверь и, мне показалось, все тут же вздохнули с облегчением. Слишком тяжело было наблюдать сумасшествие экономки, и хоть она не пользовалась ни у кого особой любовью, все-таки вызывала жалость.

— Что вы все здесь столпились?! — вдруг рявкнул лорд. — Займитесь своими делами. А вы, дара, в первую очередь, — его длинный палец указал прямо на меня. — Пошевеливайтесь!

В одно мгновение комната и коридор опустели. Дули, сгорбленный, подавленный и словно постаревший на сто лет неуверенно побрел в сад. Как я его понимала — он оказался полностью разбит и разочарован. Предмет его любви был монстром и предпочитал чудовища людям.

Я дошла до классной комнаты, но никак не могла прийти в себя от случившегося. Мысли играли в чехарду, устраивая бешеные скачки, и вызывали лишь головную боль. Уроки на сегодня отменялись, думаю детям не до изучения нудных предметов.

Бедный Дамис. Мальчик проявил себя настоящим героем. А как же Розалинда? Девушки не было среди толпы в комнате Фребок, но уверена, она уже в курсе всего произошедшего. Я немедля направилась к юной даре.

Красавица сидела у окна и задумчиво поглядывала в сад.

— Розалинда, у тебя все в порядке?

Она обернулась и тут же сдвинула прекрасно очерченные бровки.

— Нет! Не в порядке! Они решили испортить мой день рождения!

— Кто? — мне было неприятно видеть такое безразличие к чужой беде.

— Они все! Марыська, Фребок и остальные! Завтра должны приехать гости с подарками, а в доме полный бардак. Все бегают туда-сюда, носятся с этими противными пауками. А я? Кто-нибудь обо мне подумал? Никому нет дела!

Розалинда обиженно надула губки и отвернулась обратно к окну, всем своим видом демонстрируя, как ей безразличны посторонние судьбы.

Мне больно было видеть такое отношение, но добиться других эмоций, не могла.

— Не буду тебя больше беспокоить. Занятия на сегодня отменяются.

— Слава Веде, — услышала я ее облегченный вздох.

Покинув комнату, схватилась руками за голову. Что же происходит? Как может милая, юная девушка таить в себе такой порок?

— Эльдана? — в коридоре возник Кенаи. — Тебе плохо?

Он подошел ближе и по-хозяйски оперся плечом на дверь в спальню Розалинды. Я проследила за этим движением и, закусив губу, процедила:

— Это как бы вам не стало плохо, Кенаи.

Его темные глаза выражали полнейшее непонимание.

— Ты о чем?

Мне пришлось взять себя в руки и удержаться от злостной проповеди.

— Ни о чем. Вам показалось.

— Тяжелое было утро, да? Нам всем пришлось туго, — он кивнул и задорно улыбнулся. — Но все закончилась. Можно расслабиться.

— Я так и поступлю. Спасибо, Кенаи.

Я собралась пройти мимо, но вдруг почувствовала на талии мужскую руку.

— Когда уже ты перестанешь обращаться со мной, как с чужим? — тихо спросил управляющий.

— Простите, не понимаю о чем речь.

— Все ты понимаешь, Эльдана, — он придвинулся ближе, так что губы едва не касались моего лица. — Понимаешь, но по-прежнему прячешься.

— Кенаи! — я нахмурилась и резко оттолкнула любвеобильного брюнета. — Что вы себе позволяете?!

— Я? Ничего. Вам показалось, — ответил он моими же словами и, насвистывая незатейливую мелодию, пошел прочь.

День клонился к вечеру, а суматоха в замке все не утихала. О похоронах служанки не было даже речи. Дар Рэд приказал всем держать язык за зубами, дабы не потревожить покоя жителей лощины и не внести сумятицу в их умы. Тем более остальные высокородные дары, проживающие на территории долины Призрачных Туманов и за ее окрестностями, обещали завтра почтить своим присутствием замок Темногорья. День рождения Розалинды таил в себе много сюрпризов и надо признать, ко многим из них я отнеслась с опаской.

— Эльдана, душечка, — увидев меня, спускающуюся на первый этаж, воскликнула Елейка. — Лорд вменил мне все обязанности Фребок!

— Поздравляю, — я улыбнулась кухарке. — Вас повысили до звания экономки. Уверена, справитесь со всеми делами.

— Так-то оно так… — добродушная женщина замялась.

— Что-то случилось?

— Ой, ничего особенного, не волнуйся, милочка. Просто я не ожидала этого… Фребок всегда все сама организовывала, а тут такая ответственность.

— Не волнуетесь, дара Елейка, — меня тронуло ее волнение. — Хотите, помогу вам?

— Эльдана, вы золото! Я и сама хотела просить об этом, — бывшая кухарка всколыхнула грузным телом и радостно хлопнула в ладоши. — Сама Веда послала вас к нам!

Я засмеялась. После прошедших событий, видеть эту неподдельную радость на лице доброго человека, было счастьем.

— Что мне делать? Готова сейчас же взяться за работу!

Елейка на мгновенье задумалась.

— Проверьте, пожалуйста, гостевую комнату, что в дальнем крыле. Туда обязательно надо поставить свежий букет, непременно лилового цвета!

— Непременно лилового? — приподняла брови я, удивляясь такой мелочи. — Это кто же так щепетилен? Неужто какой-нибудь дряхлый старичок-сосед подбирает их под цвет своего ночного горшка?

— Ну что вы, детка, — рассмеялась женщина шутке. — Это для невесты лорда.

От этих слов сильнее заколотилось сердце. Словно ушат холодной воды вылили. Невеста? Она и правда сказала «невеста»?

— Невеста? — глухо переспросила я.

— Дара Ивонна. Вы разве не знали?

— Кажется, что-то слышала об этом…

И правда, где-то в закромах памяти колыхнулись воспоминания о когда-то услышанной краем уха невесте, но они были столь нечетки и ничтожны, что казались плодом воображения.

— Значит невеста… Быть может они уже и дату свадьбы назначили?

Почему-то было больно думать об этом. Странно, лорд никогда не высказывал особой симпатии в мой адрес и не давал повода, да и я сама испытывала к нему чувства совсем далекие от привязанности. Но тем ни менее, что-то непреодолимо нежное представлялось мне в облике этого синеглазого мужчины. Где на отголоске сознания то и дело мелькали светлые пряди, покоившиеся на белом воротничке рубашки, пульсирующая жилка на шее, прекрасно очерченные скулы и твердый подбородок. Правда иногда, казалось, что это все принадлежит вовсе не ему, а кому-то другому, обманчиво желанному, тому, кто так скоро канул в глубокую бездну минувшего.

— Назначили свадьбу? — переспросила я, совладав с эмоциями.

— Назначили, — кивнула Елейка, перекладывая салфетки в идеально ровную стопку. — По осени должна быть.

— Осталось всего пару месяцев…

— Ой, и правда, совсем скоро. Вот незадача. А свадьбу тоже мне устраивать придется? — новоявленная экономка неловко всколыхнула руками, отчего салфетки разлетелись во все стороны. — Какая же я неловкая.

— Я помогу.

— Спасибо, милая. Ты уж тогда разберись со столовыми приборами, а гостевыми комнатами займусь я сама.

Улыбнувшись, Елейка побежала наверх, готовить спальню для невесты. Мне же ничего не оставалось, как заняться домашними хлопотами, напрочь забывая о собственных чувствах.

Следующий день начался с радостного визга Розалинды.

— Мне исполнилось шестнадцать!

Ее голос перебудил добрую половину замка.

Я потянулась и нехотя отрыла глаза. Шестнадцать. Возраст, в котором юные дары уже могут подумывать о замужестве. Как мне помнится, именно на это и рассчитывал лорд, собираясь представить племянницу жениху.

Солнце уже вовсю светило в окна, и день обещал быть чудесным. Ну и хорошо. У девочки получится замечательный праздник.

Едва я вышла из комнаты, как тут же натолкнулась на спешащую куда-то Елейку.

— Ох, Эльданочка, ничего не успеваю. Ничего! Скоро гости начнут прибывать, а еще столько дел!

Продолжая причитать, женщина пронеслась мимо и забежала в одну из комнат. Суетливая атмосфера праздника царила во всем замке. Служанки носились по лестнице верх-вниз, шурша накрахмаленными простынями и позвякивая начищенными до блеска канделябрами. Садовник составлял удивительной красоты букеты, а поварихи дразнили вкуснейшими запахами, стремящимися из кухни. Я улыбнулась. Настала пора поздравлять именинницу.

У самого входа в спальню Розалинды едва не налетела на выходящего оттуда лорда.

— Простите, дар Рэд, — я испуганно отступила назад.

— Ничего страшного, — он вдруг широко ухмыльнулся. — Рози всех подняла на ноги. Теперь ваша очередь выдерживать ее неуправляемую радость по поводу подарков.

Я глупо хихикнула и тут же покраснела под взглядом лорда.

— Что же вы ждете? Идите, порадуйте свою ученицу.

Розалинда все еще лежала на кровати, благосклонно принимая подношения.

— Дара Эльдана, — радостно воскликнула она. — Вы последняя!

— Вот как? — улыбаясь, приподняла брови я.

Какой бы порочной не была эта юная красавица снаружи, в душе по-прежнему оставалась малым ребенком. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

— С днем рождения, милая.

Аккуратный сверток с подарком внутри перекочевал в цепкие пальчики именинницы.

— Ага, спасибо, — скороговоркой ответила девушка, разрывая податливую бумагу.

Я затаенно наблюдала, как из-под обертки появляется сказочной красоты шкатулка, вот сейчас крышка откроется и на свет прольется дивная музыка, и глаза Розалинды засияют от восторга…

Но вместо этого лишь услышала:

— А разве в шкатулке ничего нет? Ни одного колечка? Ни единого кулончика? Дара Эльдана…

Устало закрыв глаза, я усмехнулась:

— Тебе нужно именно это?

— Конечно!

— Хорошо, — радость от грядущего праздника куда-то исчезла, оставив после себя налет безразличия. — Будут тебе украшения. Но чуть позже…

— За-ме-ча-тель-но! — весело пропела девушка, посылая мне воздушный поцелуй. — А хотите посмотреть, что дядюшка подарил?

— Конечно.

Красавица торопливо вытянула вперед ручку.

— Вот! Правда, он восхитителен?!

Тонкое запястье охватывал изящный браслет с россыпью драгоценных камней.

— Дядя так добр ко мне… — в порыве чувств она прижала браслет к губам, и совершенно без смущения продолжила: — Мы с ним очень близки. Я же, как две капли воды похожа на его покойную жену… Она, и моя матушка, были близняшками…

— Знаю.

— Мне иногда кажется, что дядюшка видит во мне свою первую любовь, — Розалинда зажмурила глаза, предаваясь мечтаньям. — Он такой мужественный, правда ведь?

Я ничего не отвечала, давая ей возможность повитать в облаках. Но многое было совершенно непонятным… Слишком сильно девушка краснела, произнося имя Рэда, слишком сильно горели глаза, едва вспоминала о нем. А тонкие изящные пальчики теребили оборки пеньюара, выдавая крайнее волнение.

Племянница без сомненья влюблена в собственного дядю. Это казалось таким очевидным, что в иной ситуации вызывало бы лишь умиление: детская наивная любовь, через которую проходят все девочки, невинная, простодушная привязанность. Но к сожалению, Розалинда вовсе не безответно влюбленный ребенок. Ее душу и сердце давно поглотил порок. И если бы я своими собственными глазами не видела их с Кенаи в саду, то и мысли бы не допустила о такой грязной связи.

А сейчас видя неподдельное восхищение в глазах девушки, терялась в догадках: какой на самом деле была настоящая Розалинда? Как разобраться в потемках ее души?

Если бы только знать, что за мысли скрываются в златокудрой головке.

Я вышла из комнаты именинницы совершенно задумчивой и обескураженной. Поведение юной красавицы оставляло желать лучшего, а самое главное, с меня еще оставался долг: обещанное дополнение к подарку.

— Что, милая, поздравила уже нашу принцессу? — добродушно поинтересовалась Елейка, появляясь из соседней комнаты.

— Поздравила.

— Угодила? — женщина с интересом приостановилась, явно ожидая ответа.

— Почти.

— Не переживай, Эльданочка, это всегда так. Каждый год, — Елейка громко хохотнула. — Что на этот раз потребовала сиятельная дара?

— Кольцо, — я вздохнула. — Только вот не представляю, где его взять.

— Как где? В ювелирной лавке.

— Так это же в деревне.

— А ближе нигде нет, — она пожала плечами.

— Слишком далеко. Боюсь, лорд не одобрит этого.

Елейка задумалась.

— Знаешь, что… Мне ведь надо сегодня съездить к портнихе Розалинды, забрать ее платье к вечернему балу… — вдруг она весело взглянула на меня. — А у меня столько дел. Придется тебе отменить все уроки и помочь. С даром Рэдом я сама договорюсь.

— О спасибо большое! С удовольствием помогу.

— Ну и хорошо, — разулыбалась добрая женщина.

Я искренне ответила на ее улыбку и поспешила собираться. Как помнится, у меня оставались золотые, которых должно хватить на покупку украшения. Конечно, хотелось бы оставить их на будущее, но, увы, судьба распорядилась иначе.

С деревни я возвращалась уже под вечер. Уставшая, но довольная. Наряд для Розалинды пышным свертком покоился у меня на коленях, а тонкие пальчики сжимали заветную коробочку с изящным колечком. Уверена, на этот раз девушка будет полностью удовлетворена.

Едва я переступила порог замка, как тут же попала в веселую праздничную кутерьму. И тут, и там слышались незнакомые голоса, а в глазах рябило от разноцветных платьев уже нагрянувших гостей.

Разглядев среди толпы, стоявшую в углу Елейку, бросилась к ней.

— Уже вернулась? Лорд велел начать бал раньше времени. Уж не знаю, что на него нашло. Вероятно, это Розалинда устала ждать торжества.

Я улыбнулась, представляя, как сумасбродная девица истомилась в ожидании.

— Тогда пойду скорее, отдам платье.

— Иди, иди, милая. И сама переоденься. Как-никак тоже магиня. Чай не хуже их, — Елейка ободряюще сжала мое плечо. — Да и директор твоей школы в гости пожаловал. Соскучился видать.

— Дар Флой?

— Он, — женщина улыбнулась. — Как приехал, так все про тебя расспрашивает. Так что поторопись.

Я радостно кивнула и побежала к Розалинде. Думаю, девушка очень ждет своего наряда.

— Платье? Это платье?! Слава Веде!

Так и есть. Едва она увидела сверток в моих руках, как тут же кинулась рассматривать обновку.

— Оно чудесно, прелестно, не правда ли? — шептала красавица, ласково поглаживая материю.

— Правда. Уверена, ты будешь самой красивой.

— Я тоже так думаю, — без ложного стыда кивнула Розалинда.

Она схватила платье в охапку и кинулась за ширму, переодеваться.

— Поможете зашнуровать? — послышался озабоченный голосок.

— Конечно.

Я шагнула к девушке и замерла в восхищении. Розовая с золотом ткань плотно облегала грудь, привлекая взгляд глубоким декольте. Талия, зажатая в корсете, выглядела такой крошечной, что казалось ее можно обхватить пальцами рук. Пышная юбка, украшенная кружевами и обильной вышивкой, хоть и была нужной длины, но все же шаловливо приоткрывала ножки при каждом движении.

— Ты красавица, Розалинда, просто красавица!

— Спасибо, — девушка очаровательно улыбнулась.

Зашнуровав платье, я протянула ей коробочку, привезенную от ювелира.

— Держи. Еще один подарок.

Именинница подпрыгнула от счастья и поскорее открыла маленький ларец:

— Изумительное! — завопила она, натягивая на пальчик колечко. — То, что я хотела!

— Знаю. Сегодня твой день, — мне была приятна ее радость. Возможно, именно в такие моменты Розалинда была искренней. — Ты самая прекрасная из всех виденных мною юных дар.

— Честно? — девушка нахмурила лобик. — А ее вы уже видели?

— Кого «ее»?

— Ивонну. Дядину невесту.

— Нет, не видела, — я внимательно наблюдала за Розалиндой. — А она уже приехала?

— Да. Я слышала.

— Ну, тогда наверняка они с лордом вместе.

— Нет! — девушка тряхнула головой. — Нет, что вы! Дядя никогда не проводит с ней много времени.

— Вот как? Почему же?

— Потому, что не любит.

Я улыбнулась. Ничего удивительного, именно такого мнения и следовало ожидать от Розалинды.

— Боюсь, ты ошибаешься. Если бы он не любил, то не женился бы.

— Это вы ошибаетесь, дара Эльдана, — девушка задрала носик и, взмахнув юбкой, отбежала к зеркалу. — Мужчины любят только красоту.

Мне стало не по себе от такой непоколебимой уверенности. Я покачала головой:

— В любом случае, насколько мне известно, твой жених тоже сегодня тут.

Радость Розалинды тут же уменьшилась. Она гневно топнула ножкой и целиком сосредоточилась на своем отражении.

— Вы не успеете переодеться, — процедила именинница, давая понять, что я тут лишняя.

Ну что ж, она права. Мне нужно привести себя в порядок.

Вечер только начинался.

Солнце наполовину спряталось за горизонтом, небо окрасилось в пурпурно-персиковые цвета, и полуденная жара давно сменилась на приятную сумеречную прохладу. На востоке уже зажглись первые звезды, а тени от скалистых гор обрамляющих долину, с каждой секундой становились длиннее, постепенно растворяясь в вечернем полумраке.

Шум, царивший на первом этаже Темногорского замка, неумолимо нарастал. Приглашенные музыканты старательно отрабатывали свой хлеб, не позволяя ни на секунду замолкнуть веселой трели заморских скрипок. В перелив чарующей мелодии вплеталась восторженная болтовня подружек Розалинды и сдержанные беседы соседних лордов, посетивших праздник. Огромный бальный зал, украшенный гирляндами из живых цветов и миниатюрными статуями грифонов, уже принял первых танцующих пар, а на изящных столиках покоилось ароматное угощение, заставляя некоторых из гостей пускать слюни от вожделения.

С замиранием сердца я покидала комнату, направляясь в самое сердце торжества. Пышная юбка со множеством воланов, путалась под ногами, принуждая приподнимать ее край так, что становились видны изящные туфельки. На шее, украшенной недорогим, но красивым ожерельем, появилась испарина. Руки, затянутые в высокие перчатки, то и дело тянулись к лифу платья, в который раз убеждаясь в дозволенном приличием декольте. Ничего кричаще вычурного, ничего вульгарно изощренного. Платье, сшитое из удивительной красоты материала, выгодно подчеркивало фигуру. При каждом движении ткань переливалась россыпью блестящих искр, словно ночное небо поделилось сегодня своим звездным шлейфом.

И если платье Розалинды восхищало обилием золотой вышивки и дорогостоящей тяжестью парчи, то мое напротив, являло собой легкость и изящество. Оно словно утренний туман обволакивало тело, покрывая сверкающей росой нежную кожу. Цвета предрассветного неба, когда первые лучи только-только появляются на горизонте, одеяние удивительным образом сочеталось с темными волосами и синевой глаз.

Надеюсь, такой наряд не вызовет нареканий высокородного семейства.

Но едва я вошла в бальный зал, как тут же усомнилась в правильности выбора.

Пару десятков глаз с любопытством уставились на меня, и по рядам гостей пробежал тихий шепот:

— Это кто?

— Учительница.

— Розита говорила, она некрасивая.

— Отмылась видать…

— И все равно, ее наряд такая безвкусица.

— А по-моему очень красиво.

— Красиво-то красиво, но каких денег это платье стоит?

— Шшш… Не так громко, трещотки!

— А я что? Я ничего. Просто смотрю…

— Интересно, а кто ее портниха?

— Вивиан, ты, что хочешь такое же?!

— Я? Нет, конечно, нет. Просто так спросила… Из любопытства…

— А я бы не отказалась от платья из такой ткани.

— Дэлейла!

— А что? Мне нравится.

Я чувствовала, как против воли запылали щеки. Нет, никуда ни годится робеть от слов избалованных девиц.

— Эльдана? — из замешательства вывел голос Рэда.

Лорд, натянуто улыбаясь, шел ко мне через весь зал.

— Вы очаровательны, — склонил голову он, но все это сказано было так сухо и официально, что стало еще более неловко.

— Спасибо, — постаралась сделать изящный реверанс.

— Дар Флой прибыл сегодня к нам в гости. Он спрашивал о вас.

Рэд чуть ли не силком заставил взять его под руку и, не стирая искусственной улыбки, повел меня к гостям.

— Эльданочка, милейшая моя дара, вы ли это?! — вперед вышел дар Флой, декан Магической школы.

Он по-отечески обнял меня и вдруг прошептал:

— Никогда бы не подумал, что эта очаровательная девица ни кто иная, как та самая Эльдана.

Я с удивлением посмотрел на старого знакомого. Неужели и впрямь не шутит?

— Знать, свежий воздух Темногорья пошел вам на пользу, — подмигнул он.

Мне были приятны его слова. А самое главное я поверила в их правдивость. Мужчина, видевший, каким несчастным и запуганным ребенком постучалась я в школу много лет назад, не мог обманывать.

— Спасибо!

Дар Флой широко улыбнулся, отчего вокруг его глаз образовалась густая сеточка морщин.

— Пойдемте-ка в сторонку, дара, расскажите последние новости, — велел он, провожая меня на кушетку подле окна.

Едва мы расположились, как тут же подлетел расторопный лакей, предлагая прохладительные напитки.

— Что предпочитаете? — поинтересовался Флой, придирчиво исследуя ассортимент. — Лорд сегодня расщедрился на данийское вино. Советую попробовать.

Я пожала плечами. Пить совершенно не хотелось, но мужчина уже взял два фужера с подноса, и отказываться было бы неприлично.

— Рассказывайте, дара, рассказывайте, — Флой пригубил напиток и закрыл глаза от удовольствия. — Под такое вино, лучше всего идут удивительные истории.

— Боюсь, в моей истории нет ничего удивительного, — засмеялась я.

— Позвольте это мне решать, — улыбнулся он. — Кстати, вы видели грифона? Он и впрямь стал летать днем?

Мне пришлось вспомнить все случившееся за последнее время. Декана интересовали самые мельчайшие подробности. Будучи преподавателем, он желал дать ученикам, как можно больше информации, поэтому любая мелочь, что я вспоминала о грифоне, была для него на вес золота.

— Значит днем… Надо же… Даже днем… — он задумчиво пожевал губу. — А куда он улетел?

— Не знаю, не видела. Говорят у него пещера где-то в горах, но никто не отваживается идти туда.

— Да, да, верно… В горах…

Флой задумчиво подергал бороду. Мне показалось, он знает больше, чем хочет показать, и я уже хотела расспросить, как вдруг подбежала Розалинда.

— Дара Эльдана, — запыхавшись, пропела она. — А почему вы не танцуете? Мы с подругами даже поспорили: будете сегодня вы танцевать или нет.

— И на что ты поставила?

— Что будете танцевать, конечно!

— Ты проспорила, — я заметила, как с красивого личика Розалинды исчезает улыбка.

— Как так? — обескураженно протянула она.

— А вот так. Я не танцую.

Именинница долго смотрела мне прямо в глаза, видимо пытаясь понять, серьезно говорю или же шучу над ней.

— Ты проиграла, — повторила я, напрочь разбивая ее мечты о выигрыши.

Розалинда с шумом выдохнула, и яростно взметнув юбкой, скрылась в толпе.

— Значит, вы так и не научились танцевать? — тихо спросил Флой, провожая любопытным взглядом девушку.

— Не научилась, — я грустно вздохнула. — До сих пор топчу ноги любому партнеру.

Мужчина хмыкнул.

— Кажется, я смог бы это перетерпеть, — вдруг выдал он, протягивая руку. — Может, не будем разочаровывать именинницу в такой знаменательный день?

Чувство благодарности к этому порой рассеянному, но наидобрейшему человеку переполнило с головой, выплескиваясь наружу счастливой улыбкой.

— С удовольствием, дар Флой, — шепнула я. — С огромным удовольствием.

Мы вышли в центр залы, присоединяясь к уже танцующим парам.

— Вот так, Эльдана, правильно, — шептал мой седовласый партнер, выполняя первые па. — Легче, милая, легче. Слушай музыку, пусть она сама ведет тебя.

Я послушно выполняла все указания, стараясь не ударить в грязь лицом на глазах у многочисленной толпы.

Волшебные звуки музыки окутывали помещение, заполняя темные уголки человеческой души колдовской мелодией. Чарующие ноты нежным ветерком обдували мечты и надежды, заставляя сердца присутствующих биться в унисон. Дивный мотив проникал в их холодные и расчетливые умы, вызывая трепетные воспоминания о первом танце, заставляя вновь почувствовать всю робость неопытной юности.

Соседские лорды постепенно теряли напыщенный вид и неловко улыбаясь, приглашали на танец своих жен, которые давно потеряли надежду на внимание супруга. Молодые дары с широкой улыбкой освобождали им круг, перемещаясь ближе к краю. Несколько запыхавшихся девушек отошли к столикам, утянув за собой кавалеров, остальные же сбавили темп, подстраиваясь к благородной степенности старшего поколения.

Музыка лилась, словно искрящийся водопад, освещая звучанием все вокруг. Я не знала более приятных слуху напевов, этот вечер навсегда останется в памяти… Вечер первого танца…

— Вы хорошая ученица, дара, — Флой улыбаясь, сделал еще два шага заключительного па и остановился. — Никогда у меня не было столь умелой партнерши.

Конечно, я понимала, что это шутка. Маленькая добродушная ложь, но она была приятной.

— Спасибо.

— Спасибо вам, Эльдана, — он галантно поцеловал руку и улыбнулся еще шире. — Думаю, мы спасли вашу бедную ученицу от проигрыша.

Я рассмеялась.

— Да, она должно быть счастлива.

Поискав взглядом Розалинду, обнаружила ее с такой довольной ухмылкой, что сомнений быть не могло — девушка выиграла спор.

— Дара Эльдана! — она весело помахала рукой.

— Кажется, вас зовут, — Флой поцокал языком. — И сдается мне, вы заслужили море благодарностей от именинницы.

— Боюсь, благодарностей не будет, — вздохнула я.

Розалинда нетерпеливо постукивала ножкой, наблюдая, как Флой медленно повел меня в ее сторону.

— Дара Эльдана, мне нужно с вами обсудить одну деталь, — девушка стрельнула глазками в сторону декана. — Уважаемый дар Флой, не будете ли вы так любезны…

— Понимаю, — благодушно кивнул мужчина. — Девичьи секреты. Не буду вам мешать.

Он отвесил нам церемонный поклон и отошел в противоположный конец.

— Что такого важного ты хотела обсудить? — я нахмурилась, такая неучтивость к Флою сильно покоробила.

Розалинда внимательно огляделась, убеждаясь, что больше никого рядом нет и придвинувшись ближе, спросила:

— Вы видели ее?

— Кого?

— Ее! Ивонну!

— Ты о невесте лорда? Розалинда, выбрось эти мысли из своей хорошенькой головки и наслаждайся праздником.

— Не могу, — девушка топнула ножкой. — Так вы ее видели?

— Нет, — пожала плечами я.

— Обернитесь, — Розалинда приблизилась еще ближе и в самое ухо прошептала: — Блондинка в светло-зеленом.

Любопытство всегда брало верх в моем характере, и этот раз не исключение. Я обернулась. В одном из плохо освещенных углов бального зала, на низенькой скамеечке, сидело самое бесцветное существо из когда-либо виденных мною.

— Это она?

— Она.

— Ты уверенна?

— Я видела ее уже много раз, — Розалинда фыркнула. — Хотя признаюсь честно, не с первого раза запомнила, очень уж серенькая у нее внешность.

Тут нельзя было не согласиться. Дара Ивонна обладала бледной кожей, пепельными кудряшками и полным отсутствием интереса к происходящему. Со скучающим видом она поигрывала кончиком ленты завязанной на поясе.

Я невольно сравнила ее с Розалиндой. Последняя однозначно выигрывала.

— Идемте, познакомлю вас.

— Что? Нет, Розалинда, нет!

Было неудобно нарушать уединение будущей жены дара Рэда.

— Идемте, — именинница одной рукой схватила меня за локоть, а второй жизнерадостно взмахнула, привлекая внимание присутствующих. — Дара Ивонна! Мы идем к вам!

Подхватив пышную юбку, девушка устремилась к сопернице.

— Позвольте представить вам мою любимую учительницу дару Эльдану, — на одном дыхании выпалила, Розалинда выталкивая меня вперед прямо пред светлые очи дядюшкиной невесты.

Ивонна мимолетно оглядела нас и, невесело кивнув, вновь занялась ленточкой на поясе.

— Доброго вечера, — я с удивлением заметила, что глаза дары такие же блеклые, как и она сама. — Надеюсь, праздник пришелся вам по душе?

— Угу, — выдала она, даже не отвлекаясь от бессмысленного занятия.

Мне послышался тихий смешок позади. Так и есть. Розалинда зажимала рот ладошкой, чтобы не рассмеяться вслух. Боюсь, проказнице может влететь от дяди, если он узнает, кто именно стал объектом для веселья.

— Дара Ивонна, — я сделала еще одну попытку. — Вы всем довольны? Может вам что-нибудь нужно?

— Не-а, — мотнула головой «невеста».

— Вот как… — мне стало не по себе. — Приятно было познакомиться, дара.

— Угу.

Не слишком разнообразный словарный запас у будущей хозяйки Темногорья.

— Ну как она вам? — заинтересовано спросила Розалинда, едва мы отошли на несколько шагов.

— Очень милая.

— Милая?! Вы что-то не разглядели? Или не услышали? Дара Эльдана! — девушка сдвинула бровки. — Она же глупа, как пробка!

Я улыбнулась. Бедная девочка, она готова опорочить любого, кому досталось чуть больше внимания от лорда, нежели ей.

— Думаю, ты ошибаешься Розалинда. Дара Ивонна не могла бы понравиться дару Рэду, будь и вправду так малоумна, как ты считаешь.

— Это вы ошибаетесь. Причем заметьте, не в первый раз! — именинница уверенно взяла меня под руку. — Она глупа.

Я покачала головой, но спорить было бессмысленно.

— Давай не будем об этом, — мне не хотелось портить очарование праздника глупыми прениями. — Лучше иди, потанцуй.

— Ох, нет, — Розалинда театрально приложила руку ко лбу. — Я уже сегодня натанцевалась.

— Правда? Когда успела?

— Пока вы с даром Флоем беседовали, — девушка пожала плечами. — Меня Кенаи пригласил.

— Кенаи…

— Да. А потом Тедварт.

— Кто?

— Ну, этот, — Розалинда покрутила пальцем у виска. — Жених мой.

Это жест сказал о многом. Да, конечно, я подозревала, что молодой человек не станет для Розалинды предметом любви и обожания, но надеялась хотя бы на ее уважение к выбору дяди.

— Позволь напомнить, что дар Рэд посчитал его достойным кандидатом тебе в мужья.

— И что? Пусть женит его на своей Ивонне. Хорошая пара выйдет.

— Розалинда!

— Что? Дара Эльдана, он даже танцевать не умеет!

— А Кенаи значит, танцует лучше? — мне показалось, что именно сейчас, на эмоциях, девушка покажет свои истинные чувства.

— Да, лучше, — юная дара поиграла ямочками на щеках и вдруг резко остановилась. — Всесильная Веда, я же с дядей еще не танцевала!

В одно мгновенье она сорвалась с места и ринулась на поиски лорда.

— Скоро вернусь, — крикнула красавица, прежде чем затеряться в толпе.

— Эльдана, Эльдана… — раздался вкрадчивый голос совсем рядом. — Такая очаровательная девушка и скучает в одиночестве.

Я обернулась.

— Кенаи? — темноглазый управляющий стоял почти вплотную. — Если вы ищете Розалинду, она только что ушла.

— Я видел.

Мужчина сделал еще один шаг, сокращая расстояние между нами до нескольких сантиметров.

— Мне нужна была не Розалинда, а ты…

Вокруг сновали люди, погруженные в мысли, разговоры, праздничную суматоху. Они обходили нас стороной, едва не задевая плечами, но при этом никто не обратил внимания на недозволительно приватную, почти интимную близость Темногорского управляющего и тихой, скромной учительницы.

— Что вы хотите? — я почувствовала напряжение.

— Тебя…

— Что? — удивлению не было предела.

— Я хочу тебя, Эльдана… — он растянул губы в улыбке. — Хочу тебя пригласить на танец. Всего лишь танец. А ты что подумала?

Кенаи ухмыльнулся, видя явное облегчение на моем лице. Думаю, ему доставляет огромное удовольствие вгонять девушек в краску.

— Спешу вас огорчить. Я не танцую.

— Но вы танцевали с даром Флоем.

— Танцевала, — я старалась говорить спокойно. — Но с вами не танцую.

— И все же я настаиваю.

Управляющий положил руку мне на талию и легонько подтолкнул в центр зала.

— Уверен, что не разочарую.

— Боюсь, что это я разочарую вас.

Вырваться из объятий Кенаи не привлекая внимания, казалось невозможным, еще чуть-чуть и мне не осталось бы выбора, как уступить. Но тут пришло спасение в лице дара Рэда.

— Эльдана, вот вы где! — лорд явно намеревался подойти.

Я почувствовала, как управляющий медленно отступает назад, увеличивая расстояние между нами. Объятия прекратились, напряжение спало, и вот уже два добрых друга чинно беседуют о погоде. По крайней мере, именно такую картинку застал Рэд, когда приблизился.

— Эльдана, о чем вы разговаривали с Флоем? — лорд не тратил время на излишнюю вежливость.

— Обо всем по чуть-чуть, — я растерялась. — Он просто хотел знать, как мне тут живется.

— И все?

— Дар Флой интересовался грифоном и его дневными полетами, но это не являлось нашей основной темой.

— Все-таки интересовался… — Рэд пожевал губу. — А вы случайно не слышали от декана каких-либо нелепостей?

— Нелепостей? Что вы имеете ввиду?

— Ну, например, чего-нибудь необычного? Каких-нибудь глупостей, которыми богат белый свет, — лорд засмеялся.

— Простите, дар, но я не понимаю вас.

Рэд внимательно посмотрел мне прямо в глаза.

— Может оно и к лучшему, — тихо проговорил он, словно сам себе. — Кенаи, будь добр, составь компанию даре Ивонне, пока я занят с Эльданой.

— Конечно, дар, как скажете.

Управляющий весело подмигнул мне напоследок и отправился развлекать «серую мышку» — будущую владелицу Темногорья.

— Как вам вечер? — Рэд, как ни в чем не бывало, продолжил разговор, будто и не было этого странного допроса. — Кстати, какое вино вы сегодня пьете?

— Данийское.

— Хороший выбор, — кивнул он.

— А вы? — осмелилась поинтересоваться я.

— Ничего нет лучше вина из Парийских равнин, — лорд продемонстрировал свой личный бокал, доверху наполненный темной, почти черной жидкостью.

Об этом бокале ходили легенды. Рэд всегда пил только из него. Служанки говорили, что сей предмет заговорен старым магом и спасает от всевозможных ядов. Но я подозревала, что никакого волшебства нет, просто, таким образом, влиятельный лорд в очередной раз подчеркивал свое превосходство.

— Розалинда вас искала.

— Знаю.

— Нашла?

— Нет, — Рэд ухмыльнулся. — Девочке, пора уже взрослеть. Не может же она вечно держаться за руку любимого дяди.

Я промолчала. Лорд и не подозревал, что девочка давно выросла, а любимый дядя превратился просто в «любимого мужчину». Он был так занят собственными делами, что давно не обращал должного внимания на детей.

— Тем ни менее она нуждается в вашем внимании. И Дамис тоже.

— Дамис? — Рэд нахмурился. — Мальчишка заговорил. Этого достаточно.

— Но кроме тех слов, он больше ничего не сказал. У него вновь не получается.

— И что? Потом приглашу лекарей и оплачу лечение. По-моему, это куда ценнее, чем просто внимание.

— Я так не думаю.

— А вам и не следует об этом думать, Эльдана, — он грубо оборвал тему. — Я сам подумаю над этим, если сочту необходимым.

Было неприятно слушать такие слова, но открыто противиться лорду я не могла. Это удручало.

— Вы хорошо учите детей, — Рэд постарался загладить резкий тон. — Большего от вас не требуется.

— Буду иметь ввиду, — я церемонно склонила голову и чуть присела в реверансе. — Все, как вам угодно, лорд.

Он удивленно проследил за моим поклоном и усмехнулся.

— Пичужка показывает коготки? — вдруг Рэд наклонился и совсем тихо прошептал: — Не берите на себя слишком много, Эльдана, поверьте, оно того не стоит.

Горячее дыхание мужчины опалило кожу. Мне стало жарко. Наверное, со стороны это выглядело, как любовная нежность, интимно сказанная на ушко.

— Дядюшка! — из опасного положения нас вывела виновница торжества, со всех ног несущаяся к любимому родственнику. — Дядя, я вас всюду ищу!

Она кинулась ему на шею, вынуждая Рэда ответить на горячие объятия.

— Потанцуете со мной? — сложив бровки домиком, прощебетала красавица. — Пожалуйста, ну пожалуйста!

— Нет, милая, — лорд освободился от нежных девичьих ручек. — Я уже пригласил Эльдану.

— Эльдану? — Розалинда непонятливо похлопала ресничками. — Нашу Эльдану?

Я была поражена не меньше.

— Меня?

— Да, а вы забыли? — Рэд приподнял одну бровь.

— Как-то запамятовала…

— Ну, так считайте, что я напомнил, — лорд властно взял меня за руку. — Подержи наши бокалы, Рози. И еще раз с днем рождения, малышка.

Гости расступились перед хозяином замка, открывая путь к танцевальной площадке.

— Дар Рэд, вы затеяли это напрасно, — я сделала последнюю попытку избежать позорной участи. — Я совершенно не умею танцевать.

— Но вы же танцевали с Флоем, — возразил он.

— Если бы вы были более внимательным, то наверняка заметили бы, что дар Флой мужественно выдержал этот танец, несмотря на истоптанные мною ноги.

— Вы серьезно?

Мне показалось или в синих глазах Рэда, и вправду загорелись искры любопытства?

— Абсолютно серьезно.

— Всесильная Веда, да вы опасная партнерша, — саркастически ухмыльнулся Рэд. — Но думаю, мы уладим все недоразумения.

— Я вас предупредила.

— Предупредили, — кивнул он, крепко обнимая меня за талию. — На счет три делаете шаг назад. Раз, два три…

Зазвучала музыка и танец начался.

Лорд прижал меня к себе и зашептал в самое ухо:

— Просто делайте то, что я говорю и никто ничего не заметит. Шаг в сторону левой ногой… Умница. Теперь два шага назад. Так… Сейчас идите на меня с правой ноги. С правой, я сказал! Мор бы вас побрал, Эльдана…

Мы танцевали. Конечно, я не чувствовала той свободы, которая была при Флое, но все же кое-что начало получаться.

— Разворот… Смените руку… Шаг, еще шаг… Остановились.

Рэд четко проговаривал каждое движение. Именно благодаря этому, я всего раз сбилась с такта, но даже в тот момент, мужчина так умело обыграл заминку, что окружающие ничего не заметили.

— Спасибо! — искренне поблагодарила я, едва музыка закончилась.

— Спасибо вам и вашим очаровательным ножкам, — лорд ухмыльнулся. — Они так малы, что не смогли причинить сильную боль, хоть вы и старались.

Его шутка была понятна и не обидна, единственное, что до сих пор оставалось тайной — почему он пригласил меня, предпочитая танец с неумехой общению с собственной невестой? Да еще и Розалинду обидел.

Девушка все еще держала наши бокалы, стоя в сторонке от основной массы людей. Ее светлые волосы, уложенные в замысловатую прическу, отливали золотом в свете вечернего огня, голубые глаза яростно сверкали, а алые губы растянутые, в холодной улыбке, постепенно превращались в зловещий оскал.

— Надеюсь, что теперь, дядя, вы все же потанцуете со мной, — прошипела она, едва мы вернулись. — Это всего лишь маленькая просьба, не отказывайте.

И не дожидаясь ответа, сунула бокалы мне в руки.

— Ваша очередь служить подносом, дара Эльдана.

Я даже не успела ничего сказать, как Розалинда и Рэд уже закружились в танце. Что и говорить, движения юной дары были столь грациозны, что все залюбовались ими. Шажок, еще шажок. Вот красавица сделала поворот, приподнимая юбку чуть выше дозволенного и, словно бы ненароком оголяя изящную ножку. Лорд весело рассмеялся в ответ. Видимо ему пришлось по душе шаловливое настроение племянницы. Он ласково придерживал ее за талию и кружил, кружил, кружил…

Сделав круг по периметру зала, они вдруг затормозили возле высокого молодого человека, довольно приятной наружности. Рэд перекинулся с ним парой слов и, передав расстроенную Розалинду ему на попечение, спокойно возвратился ко мне.

— Они прекрасная пара. Вы не находите? — лорд с довольной ухмылкой забрал бокал. — Это Тедварт.

— Жених Розалинды? — вытянув шею, я стараясь внимательнее рассмотреть счастливца, а точнее несчастного человека, которому уготована скверная судьба стать ее нелюбимым мужем.

— Он самый. Владения его отца граничат с моими. Думаю, такой брак окажется весьма полезным.

— А если Розалинда не хочет этого брака? Неужели вы ее заставите?

Рэд задумчиво помолчал.

— Знаете, Эльдана, конечно, ваши умозаключения весьма ценны, но прошу, не лезьте в мои дела. Темногорьем распоряжаюсь я и только я.

— Но она не вещь, не кусок камня, из которого построен замок. Она — живое существо.

— Так она принесет хоть какую-то пользу Темногорью!

— Неужели вы совсем не жалеете ее?

— Нет. И вам не советую, — лорд не сводил с меня взгляда. — Не стоит сочувствовать горю, Эльдана. Не стоит жалеть слабого. От этого лучше никому не станет, вы лишь подчеркнете его беспомощность. Но позвольте ему быть добытчиком, принести пользу окружающим и тогда он поднимется. Сам! Без вашей жалости!

Рэд замолчал. Я тоже не знала, что ответить. Его слова казались слишком жестокими, но вдруг он прав?

— Что? Я уже не кажусь вам приспешником Мора? — ухмыльнулся лорд, замечая мою растерянность. — Напрасно. Вы слишком легкая добыча, Эльдана. Охотнику за такой дичью бежать неинтересно.

Он поднес бокал ко рту, намереваясь сделать глоток, но вдруг замер и широко улыбнулся:

— Зелье… Неужели я похож на дурака? Не разочаровывайте меня, дара, — Рэд поставил фужер на стол, а потом придвинулся ближе и шепнул мне прямо в ухо: — Тем более, я и без зелья мог бы согласиться.

И продолжая посмеиваться, пошел прочь.

Всесильная Веда, что происходит? Какое зелье? О чем он? Недоумевая, я взяла его бокал и поднесла к губам, в нос тут же ударил сильный запах колдовской смеси. Силы небесные, это же золотой лотос! Ошибки быть не могла. Любовный напиток, причем самой сильной концентрации, добавлен в вино Рэда.

Я глубоко вздохнула. Все части мозаики постепенно вставали на свои места. Нет, не Кенаи надо винить за тот маленький пузырек, нечаянно оставленный под яблоней. Златовласый ангел, нежная красавица… Глупая девчонка! Неужели испробовала зелье на управляющем? И все ради любви собственного дяди… Розалинда, Розалинда… Бедное дитя… Раньше она ни в чем не знала отказа.

Бал продолжался. Никто из присутствующих не ведал той тайны, что, наконец, открылась. Никто не знал о содеянном. Никто, кроме Розалинды и меня.

— Неужели вас бросили в одиночестве? — рядом возник дар Флой. — Вы побледнели. Что-то случилось? Вас обидели?

Я улыбнулась.

— Ну что вы. Все хорошо. Просто я не привыкла к такому веселью.

— Да, да, припоминаю, вам по душе книги и одиночество, — декан подмигнул. — Но еще я заметил, как вы танцевали с Рэдом. Должен признаться, вы смотрелись с ним лучше, чем со мной. И лорд что-то постоянно нашептывал вам на ушко, не любовные ли слова?

— Ох, нет, он просто считал шаги, чтоб я не сбилась.

— Да? — Флой покачал головой. — А я уж было подумал… Знаете, Эльдана, со стороны это выглядело совсем иначе.

Мне стало неловко. Смущение оставило отпечаток на лице, заставив щеки гореть алым цветом. Неужели люди подумали, что Рэд проявлял ко мне некие чувства? Какой вздор! Нелепица!

— Ну полно, дара Эльдана, — голос декана прорвался сквозь ворох мыслей. — Смотрите, жених Розалинды решил сделать ей сюрприз. Видите, толпа собирается? Давайте тоже подойдем, а то все пропустите.

На правах старшего товарища, Флой уверенно взял меня под руку, и потянул вперед.

— Идемте, идемте. Должно быть интересно.

Мы перешли зал и остановились в нескольких метрах от места представления. Толпа уже образовала некое подобие круга и теперь нетерпеливо перетаптывалась с ноги на ногу.

— Дар Флой, а вы знакомы с Тедвардом? — поинтересовалась я, разглядывая симпатичного молодого человека.

— Знаком. Он тоже учился в нашей школе. Кстати он твой ровесник.

— Вот как? Почему же я его не помню?

— Его класс располагался в противоположном крыле. Не удивлюсь, если за столько лет вы и вправду ни разу не встречались.

Тедварт не спускал глаз с Розалинды. Даже не сведущему в семейных делах человеку, было бы заметно, что он влюблен в юную красавицу. Но Рози демонстративно воротила нос от любого знака внимания со стороны жениха. Ее золотые локоны яростно разлетались в стороны, каждый раз, когда девушка надменно поворачивалась спиной к молодому человеку.

— Что за сюрприз? Что ты удумал? — шипела она сквозь зубы.

— Солнце мое, тебе понравится, — миролюбиво шептал Тедварт, с нежностью глядя на избранницу.

Розалинда фыркнула и, взмахнув подолом платья, села на стоящую поодаль кушетку.

— Думаю, что для лицезрения твоих талантов не обязательно стоять рядом. Не против, если я тут посижу?

— Но, Рози…

— Что? Ты чем-то недоволен, мой драгоценный жених? — девушка с непередаваемым сарказмом выделила последнее слово.

Тедварт недоуменно нахмурился, но ничего не сказал. Любовь слепа. Не удивлюсь, если в его глазах, Розалинда являлась идеалом добродетели и смирения. К сожалению, для меня в этой обворожительной красавице открывалось все больше негатива.

— Ну что же, юноша, удивите нас! — стоявший рядом Флой ободряюще улыбнулся бывшему ученику.

По толпе пронеслись похожие возгласы. Магам из высокородных и обеспеченных семей, оказались не чужды простые развлечения.

Тедварт радостно кивнул и взмахнул руками. Из тонких пальцев молодого человека тут же вылетели сотни крохотных бабочек. Разноцветным роем, они кружились в странном танце, то взлетая под свод бальной залы, то облепляя многоликим ковром ноги присутствующих. Каждое движение волшебной пляски приковывало внимание и удивляло своей точностью и изысканностью. Вдруг погас свет, и крылья мотыльков засветились в темноте всеми цветами радуги. Собираясь в группы, они выстраивали живые картины, а трепет крылышек добавлял особой пикантности каждому изображению. Внезапно бабочки устремились вверх, к самому потолку, а после стремглав упали вниз, словно все разом разучились летать. Зажегся свет, и любопытная толпа с удивлением увидела множество прекрасных цветов, покоившихся у ног Розалинды. Крылатые создания превратились в разноцветные бутоны.

Зал взорвался аплодисментами. Тедварт поблагодарил всех легким поклоном и направился к невесте. Выбрав из всех цветов самый красивый, он преподнес его девушке.

— Для тебя, моя любовь, — прошептал он.

Розалинда обвела тяжелым взором присутствующих и, выхватив подарок из рук жениха, вдруг выбросила его в толпу.

— Ой, цветочек! — раздался чей-то удивленный голосок. — Это мне?

Тедварт покраснел, но промолчал. Поцеловав невесте руку, он широким шагом направился к выходу из комнаты.

Мне стало жаль этого несчастного молодого человека. Где-то в глубине души, я желала ему совсем другую невесту: мягкую, нежную, а главное любящую.

— Он вернется? — спросила я у Флоя.

— Думаю, да, — кивнул декан. — Мальчишка с детства влюблен в Розалинду и прощает ей любое баловство.

— Это надо обладать поистине ангельским характером, чтоб иметь такое терпение.

Флой хохотнул.

— Тедварт два года ходил вокруг Рэда, поговаривая об этой свадьбе. И сейчас, когда цель так близка, он не станет конфликтовать.

— А потом?

— А потом, милая моя девочка, Тедварт станет хорошим мужем для вашей подопечной, — мужчина улыбнулся. — Розалинда просто не осознает своего счастья.

— И вряд ли когда-либо осознает.

Я задумчиво смотрела на красавицу. Девушка брезгливо ковыряла носком изящной туфельки в разложенных цветах. Думаю, если бы эти букеты подарил лорд, а не навязанный жених, то она покрывала бы их поцелуями, а не втаптывала в грязь.

— Я вас оставлю на несколько минут, — Флой задумчиво смотрел куда-то вдаль. — Вспомнил, что не обсудил с Рэдом одно важное дело. Надеюсь, вы извините меня, но это не терпит отлагательств, а то, знаете ли, память старческая, вдруг вновь забуду, — декан ухмыльнулся и, потрепав меня по плечу, ушел на поиски лорда.

Лорд… Такая странная личность. У меня из головы не шли его последние слова «Я и без зелья мог бы согласиться». Что он этим имел ввиду? Неужели, стоит понимать буквально? Нет, уверена, что нет. Но все же? «Мог бы согласиться»… К чему пустые мысли! Каждое слово Рэда надо просеивать сквозь мелкое сито, чтоб не затеряться в лживых интонациях. В Темногорье все покрыто туманами и люди, и вещи, и слова. У самой невинной фразы есть двойное дно. Но несмотря на это, мне вновь и вновь слышался его голос, вновь и вновь вспоминался его взгляд. «Мог бы согласиться…» Мог бы…

— Бабушка!

Я едва не оглохла от резкого крика. Вдруг кто-то подскочил ко мне сзади, обхватил за шею, и крепко обнял.

— Бабушка! — женский визг прозвучал у самого уха.

Мне с трудом удалось расцепить руки незнакомки и выбраться из плена.

— Бабуля? — недовольно пропищал все тот же голосок.

Я обернулась и с удивлением увидела, что неожиданные «родственные» объятия принадлежат даре Ивонне.

— Дара? — разочарованно протянула она. — Так, вы не бабушка?

— Нет, вы ошиблись, дара Ивонна.

— А вы кто?

— Эльдана. Учительница Розалинды и Дамиса, — я улыбнулась.

— А это кто?

— Племянники лорда. Вашего жениха.

Бедняжка Ивонна, она наверняка так сконфужена ошибкой, что совсем растерялась.

— Ааа… — сероликая девушка пожала плечами. — Я думала вы бабуля. Но это хорошо, что вы не она… Да, очень хорошо.

— Почему же?

Мне хотелось наладить отношения с будущей хозяйкой Темногорья.

— Бабушка никогда не любила бал. Странно было бы, если б все вдруг изменилось, — задумчиво проговорила она.

— И вправду странно. А вам тут нравится?

— Да, здесь хорошо думается, — Ивонна многозначительно покивала. — Вот сейчас, например, я думаю об очень важных вещах.

— О каких? — я все время пыталась поймать рассеянный взгляд дары, но она постоянно смотрела куда-то мимо.

— О ежах.

— О ежах?

— Да, о ежах. Таких маленьких, колючих. Знаете?

Мне показалось, Ивонна шутит.

— Конечно, я знаю, кто такие ежи, — улыбнулась я.

— У нас дома живет еж. А на балу бабочки… А у ежей острые иголки, — она вздохнула. — А вы не знаете, они другим концом торчат внутрь?

— Кто? — я растерялась.

— Иголки. Они растут в животе другим концом?

Мне стало сложно различать, шутит девушка или же говорит серьезно.

— Вот видите, и вы не можете ответить. Вам стоит тоже подумать над этим!

— Вы так считаете?

— Я уверена, — Ивонна кивнула. — А теперь я думаю, что если смешать ежика и бабочку, то получится колючий шарик с крылышками.

Раскрыв рот, я слушала болтовню невесты дара Рэда. Слушала и не понимала.

— Его можно назвать «бабоеж», правда? — девушка вопросительно приподняла бровки.

Надо было что-то отвечать

— Да, можно. Бабоеж.

— Я тоже так думаю. Обязательно скажу Рэду при встрече, — вдруг Ивонна замерла, а потом внезапно захлопала в ладоши и крикнула: — Знаю! Получится «ежибаб»!

На нас стали оборачиваться. Мне было неловко, но уйти просто так, без объяснений было бы невежливо. Я оглядела зал, в поисках знакомых лиц. В десяти метрах стоял Кенаи. Думаю, именно сейчас общество управляющего придется мне по душе.

— Дара Ивонна, очень рада, что вы не скучаете на балу, — я еще раз улыбнулась этой странной девушке. — Надеюсь, мы еще увидимся.

— Вы все-таки нисколько не похожи на бабушку, — вместо ответа пробормотала Ивонна. — Как я могла ошибиться? Она же была лысой при жизни. А вы не знаете, после смерти волосы растут? — вдруг спросила она разглядывая мои темные локоны.

— Не знаю…

Ивонна явно была не в себе. Девушка жила в своем собственном мире и отчаянно пыталась в нем остаться навсегда.

— Простите, мне пора, — я поспешила в сторону Кенаи, моля Веду, чтобы управляющий никуда не ушел.

— Конечно, конечно, — пробубнила будущая хозяйка Темногорья, с пристальным вниманием разглядывая кого-то вдалеке. — И все-таки получится «бабоеж»… Хотя… Нет, все-таки волосы растут! А у ежиков растут?

К счастью мне не пришлось больше выслушивать ее нелепые суждения. Уже подойдя к Кенаи, я в последний раз обернулась: Ивонна все так же внимательно разглядывала мелькавших в зале гостей и что-то тихо шептала. Ее серая фигурка была столь невзрачна, что вызывала жалость. Бедная девушка, ей придется очень трудно в роли жены дара Рэда.

— Неужели ты спешила именно ко мне, Эльдана? — растягивая губы в широкой улыбке, управляющий нежно взял меня за руку. — Сменила гнев на милость? С чего бы это?

— Расскажите о даре Ивонне, — я аккуратно освободила запястье и вежливо улыбнулась. — Пожалуйста, Кенаи.

— А что рассказать? — мужчина покосился на проходящих мимо гостей. — Ты же сама с ней уже пообщалась.

— Мы разговаривали, но…

— Но тебя интересует, почему лорд женится на ней? — хохотнул Кенаи.

— Сказать по правде, да, — я покраснела, конечно, любопытство порок, а такое пристальное внимание к собственному работодателю вдвойне наказуемо, но удержаться все же не могла. — Дара Ивонна и дар Рэд очень необычная пара.

— Все так думают. Но поверь, драгоценная моя Эльдана, этот союз нужен лорду, как никакой другой.

— Вот как?

— Уверен, ты хочешь знать все подробности? — Кенаи явно играл на моем любопытстве. — Я, как правая рука дара Рэда, посвящен в очень многие тайны… — он наклонился ближе. — И готов поделиться с тобой некоторыми за маленькую плату. Один поцелуй и все секреты Темногорья откроются.

— Кенаи! — я покраснела.

— Я не прав? — управляющий приподнял брови в притворном удивлении.

— Вы невыносимы.

— Ты единственная, кто так думает, — не остался в долгу он. — Многие женщины считают меня вполне сносным.

— Я им сочувствую. У них дурной вкус.

Кенаи сжал зубы.

— Лучше быть любимой женщиной с дурным вкусом, чем одинокой старой девой. Подумай над этим, Эльдана.

Мужчина церемонно склонил голову, обозначая завершение разговора, и решительным шагом направился в центр зала. Подхватив ближайшую девушку, он закружился с ней в танце, изредка бросая на меня красноречивые взоры.

Неожиданно рядом появилась Розалинда. Красавица будто из-под земли выросла, заставив вздрогнуть от неожиданности.

— Ах, дара Эльдана, напрасно вы обижаете Кенаи, — пропела она, благосклонно наблюдая, как управляющий очаровывает очередную жертву. — Вы так грубы, а он такой милый мужчина. Уверена, с ним любая почувствует себя счастливой.

Я облизнула губы и немого помолчав, шепнула:

— Ну что ж, тебе это лучше знать.

— Что? — девушка в изумлении похлопала ресничками.

— Когда тратишь зелье, не забывай выкидывать подальше пустые пузырьки, они иногда теряются.

Розалинда онемела. Она долго и внимательно смотрела мне прямо в глаза, а потом вдруг улыбнулась, да так, что ямочки на ее щеках заиграли очаровательным задором.

— Какая глупость! — щебетнула она и подхватив юбку, быстро исчезла из виду. Через несколько секунд и Кенаи прервал танец и, бросив разочарованную партнершу, тоже покинул зал.

Обстановка накалялась. Я чувствовала, что серьезного разговора с ученицей не избежать, и чем скорее он произойдет, тем лучше. Ну что ж, видимо, придется покинуть бал раньше времени.

Пройдя мимо танцующих пар, направилась к выходу. Но перед самыми дверьми меня остановил голос Флоя.

— Дара Эльдана, вы сбегаете от нас? Что-то случилось?

— Нет, что вы. Просто голова разболелась.

Я не лукавила, голова и впрямь раскалывалась. Напряжения последнего часа давало о себе знать.

— Конечно, дитя, конечно, — декан заботливо распахнул дверные створки. — Наверное, вам стоит прилечь.

Поблагодарив доброго мужчину, я направилась прямиком в комнату Розалинды. Не знаю почему, но уверена, она там.

Но, не доходя до покоев, остановилась. Сомненья проникли в душу, заставляя обдумать правильность поступка еще раз. Имею ли я право поучать девочку? Наверное, нет. Добродетель ее жизни не должна меня волновать. Но использование любовного зелья в отношении человека, не наделенного магией, карается законом. Розалинда нарушила правило, а я, как учительница, несу ответственность за это.

Но стоило только подумать об этом и сделать заветный шаг к ее двери, как сзади раздался странный шорох. Резко обернувшись, я увидела безумные глаза Кенаи. Капельки пота катились по его вискам, выдавая сильное напряжение, а побелевшие руки сжимали тяжелый канделябр.

— Напрасно, Эльдана, никакие тайны не стоят того… — прошипел он и замахнулся.

Резкая боль пронзила голову и разум, исполняя замысловатый танец, упал в объятия черной пустоты.

Сознание возвращалось медленно. Чудовищные картины, словно отрывки из кошмара, иногда просачивались сквозь пелену забвения. Боль тисками сжимала голову, сердце бешено стучало, а тело отказывалось подчиняться.

Я чувствовала, как меня куда-то несли на руках, но все это казалось таким нереальным и пугающим, что безопаснее было оставаться в бессознательном положении. Помню мерное покачивание, будто везли на лошади, и туманную сырость, оседающую мерзкими каплями на коже. И вновь чьи-то грубые руки… Мне чудились: тяжелое мужское дыхание, горный воздух, тихий шепот… Но это слишком похоже на сон. Сон, который постепенно превращался в жуткую явь. Сопротивляться не было сил, хотелось забыться в спасительной полудреме, но боль отчаянно вытаскивала обратно.

Что происходит? Зачем, почему? Ответы не находились.

Наконец, тряска прекратилась. Меня положили на что-то твердое и холодное. Превозмогая пульсирующую боль в висках, я с трудом разлепила веки и наткнулась на горящий безумством взор Кенаи.

— За что? — сухие губы еле шевелились.

Управляющий сел рядом.

— Не стоило лезть в чужие тайны, милая, — шепнул он и вдруг прижал мою голову к себе. — Эльдана… — его руки нежно пробежались по волосам. — Нежная, невинная Эльдана… Такая чистая, такая искренняя… Такая недоступная… Такая желанная…

Темные глаза Кенаи наливались кровью. Пальцы, запутались в длинных локонах, и резко дернули вниз. Я охнула.

— Больно…

— Не бойся, не надо, не бойся… Больно не будет… — его голос прерываемый дрожью безрассудства, звучал все более уверенно.

Мне стало страшно. Темнота ночи не позволяла четко увидеть местность, но одно я понимала ясно: это не Темногорье.

— Где мы?

— Шшш, — Кенаи приложил палец к губам. — Мы в долине. Не кричи, маленькая, тут все равно никто тебя не услышит.

Он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни доброты, ни успокоения. Наоборот, холодные марашки страха пробежались по спине, заставив сжаться в комочек.

Мужчина погладил меня по лицу. Его руки изучали каждый миллиметр, словно хотели навечно запомнить эти ощущения.

— Эльдана… Моя Эльдана… Моя…

Он спустился ниже, отправившись в путешествие по груди.

— Какая Эльдана… Какая желанная моя Эльдана…

Бальное платье послушно распускало шнуровку под его жаждущими прикосновениями. Кенаи запустил руку в вырез и, нащупав грудь, сильно сжал. Я пыталась сопротивляться, но это лишь сильнее подзадоривало обезумевшего мужчину.

Вдруг он резко дернул ткань. Материя затрещала и пошла по швам, оголяя корсаж с призывно приподнятым бюстом. Глаза управляющего заволокло темной пеленой, он порывисто наклонился и впился поцелуем в белоснежную кожу. Волна ужаса окатила с головы до ног, я закричала.

— Никто не услышит… — повторил Кенаи, покусывая нежную плоть.

Он сдвинул корсаж в сторону. Прохладный ночной воздух коснулся обнаженной груди, но мужчина тут же согрел ее горячим дыханием.

— Долгожданная, — довольно промурлыкал он. — Тебе понравится.

Боль в висках стала невыносимой. Хотелось одного: провалиться вновь в бездну небытия, умереть, исчезнуть. Я зажмурилась.

Но Кенаи неожиданно прервал жестокие ласки. Неужели решил пощадить? Нет, не может быть. Состояние управляющего было сродни помешательству, он так легко не отступится. Но в чем же дело? Кого благодарить за спасительную заминку?

Мне было страшно открывать глаза, но услышав громкий возглас мужчины, все же распахнула ресницы. Он смотрел вверх. В черную бездонную пустынность небосвода, где даже звезды опасливо скрывались за туманной пеленой. Торопливо вскочив на ноги, и не опуская головы, Кенаи пристально разглядывал что-то в темноте. Вдруг раздался рык, от которого кровь застыла в жилах. Я вздрогнула. В далекой вышине, широко расправив крылья, к нам спускался ужас всей долины — остроклювый грифон.

Он яростно кричал, раздирая лапами воздух. Даже сквозь ночную тьму виднелись длинные когти.

Глаза Кенаи горели безумством, но и в таком состоянии ему не составляло труда понять всю опасность положения.

Я попыталась отползти подальше, но с ужасом обнаружила, что вокруг лишь острые камни. В своем безрассудстве мужчина уехал высоко в горы, и одной лишь Веде известно, где мы сейчас.

Грифон опустился на землю и, наклонив голову на бок, внимательно осматривал жертву. Он знал, что нам некуда бежать. Это понимал и Кенаи.

Управляющий шумно выдохнул воздух и ринулся вперед. Зверь молча наблюдал за ним. Он ни сделал ни шагу, чтобы остановить осмелевшего глупца, не издал ни звука. Сложив крылья, смотрел на человека, самостоятельно идущего на смерть. Кенаи оставался всего лишь шаг до цели, когда грифон вдруг разинул пасть и издал гортанный рев. От этого звука даже твердый камень покрылся испариной. Чудовище вытянул шею и клацнул зубами прямо перед испуганным лицом мужчины. На какой-то миг глаза управляющего утратили бредовый блеск и вполне осознанно взглянули на мир. Лишь на секунду… Но уже в следующее мгновенье, вновь заплыли яростной злобой.

— Это ты во всем виноват! — заорал он, прямо в хищную морду зверя. — С самого начала только ты!

Грифон возмущенно захлопал крыльями. Человек в испуге отшатнулся, сделал пару шагов в сторону, и, оступившись, камнем рухнул вниз.

Острая боль отчаяния пронзила покалеченный висок. Я слышала, как в темном мраке прошелестел последний судорожный вздох Кенаи. Сложно было поверить, что это происходит именно со мной. Страх поработил душу. Что делать? Что предпринять? Решение не находилось. Темноволосый управляющий пал жертвой остроклювого демона и следующей добычей без сомнений должна стать я.

Грифон все еще стоял в нескольких метрах и пристально рассматривал тело Кенаи. Издав утробный рык, он взмахнул крыльями и, взлетев над камнями, опустился подле изувеченного человека. Потыкав клювом, словно убедившись, что опасности от мужчины больше не исходит, обратил взор на меня. Всесильная Веда, помоги!

Зверь медленно приближался. Каждый шаг его когтистой лапы вызывал судорожную боль в сердце. Куда бежать? Вокруг лишь голые камни да острые скалы. Ночной туман искажал очертания и с любой стороны мог находиться точно такой же обрыв, в который упал Кенаи. Чудовище подходило все ближе, мне казалось, что его зловонное дыхание уже касается кожи.

Я отползла еще на несколько шагов назад. Все, дальше деваться не куда, позади огромный камень. Прижавшись спиной к валуну, закусила губу, стараясь сдержать крики ужаса. Голубая кровь стекала с виска по щеке и капала на грудь, но я уже не обращала внимания.

Грифон наступал неторопливо, словно старался отсрочить убийство. Послышался громкий клацающий звук… Что это? Острые зубы или длинные когти, царапающие камень? Зверь остановился всего в шаге от меня, и застыл, склонив голову на бок. Птичьи глаза внимательно осматривали новую жертву. Я затаила дыхание, казалось, любой громкий звук лишь разозлит его. Время замерло, мгновенья растянулись на минуты, минуты становились часами, но грифон все не шевелился, будто чего-то ждал… Вдруг он фыркнул и осторожно приблизил морду прямо к лицу.

От страха потемнело перед глазами. Сомнений не было, смерть слишком близка. Холод пробежал по конечностям, замораживая сердце. Мне оставалось только крепко зажмуриться и подчиниться неизбежному. Но зверь не спешил. Он с шумом втянул носом воздух, тихонько поурчал… и внезапно лизнул.

Этого вынести я уже не смогла.

Дикий ужас сменился на очередное беспамятство.

Не знаю, сколько времени я пробыла без сознания, но явно не мало. Едва раскрыла глаза, как тут же вновь зажмурилась от яркого света, исходящего откуда-то со стороны. Голова раскалывалась, перед взором все плыло. Уверена, у меня жар. Дотронулась рукой до пострадавшего виска и удивленно замерла… Рана умело обработана, а на голове тугая повязка. Странно все это… Я чуть приподнялась, но предательская тошнота заставила лечь обратно.

Наверху каменный потолок, вокруг скалистые стены. Похоже на пещеру. Но, как сюда попала? Яркий свет, поначалу так сильно слепивший глаза, постепенно становился привычным. Оказалось, это солнце дотягивало свои лучики до холодного горного приюта. Неужели настало утро? Жесткий тюфяк, набитый соломой, колол спину, тонкое одеяло, не первой свежести, не спасало от рассветной прохлады.

Внезапно послышался тихий женский голос.

— Опять летал? Ну сколько раз повторять, не высовывайся понапрасну! Осторожнее надо быть, не ровен час, вновь охота начнется.

— Гррр, — раздался в ответ грифоний рык.

— Еще и эту с собой притащил…

— Ррр!

Испугавшись, я неловко дернулась, голова тут же отозвалась сильнейшей болью. Сцепив зубы, попыталась сдержать стон, чтоб не выдать своего пробуждения, но видимо не получилось, буквально через секунду в пещеру залетел заинтересованный грифон.

— Гррру? — обеспокоенно фыркнул он, опускаясь на землю.

Я натянула одеяло до подбородка, словно кусочек ткани способен защитить от чудовища.

— Гррру, — вновь произнес зверь, но на это раз более миролюбиво.

Приблизив морду, зверь с размаху ткнулся лбом прямо в больной висок. Перед глазами вновь потемнело. Последнее, что помню — невинное удивление в немигающем взоре грифона.

Сколько я пролежала в полубреду, то приходя в себя, то проваливаясь в беспамятство, не знаю. Когда же открыла глаза, с удивлением увидела, что наступила очередная ночь. Голова не кружилась, да и общее состояние оказалось намного лучше. Мне стало казаться, что все произошедшее было лишь плодом больного воображения, но тут вновь раздался женский голос:

— И что теперь с ней делать? — глубокий вздох. — Отнеси ее подальше и брось подле деревни, люди подберут.

— Гррр.

— Ладно, ладно, не злись. Но еще не известно, зачем она тут шлялась. Может тоже за тобой охотилась? Она на все способна, уж я-то знаю!

Голос показался очень знакомым, но как ни старалась, не могла вспомнить откуда. Будто совсем недавно слышала его, но как только в памяти вырисовывался чей-то силуэт, боль тут же сжимала виски, не позволяя ворошить прошлое.

— Ты принес еще травы? — продолжала женщина. — Молодец. Пусть поправляется скорее и уходит. Глядишь, нам всем спокойнее будет.

Затрещали поленья, кто-то разводил костер. Пламя огня освещало немного пещеру, прогоняя вечернюю тьму. Очень сильно хотелось пить.

— Воды… пожалуйста… — я облизнула губы и повторила чуть громче: — Пожалуйста….

У входа тут же показался женский силуэт.

— Пришла в себя? Это хорошо, — ответила она — Ну здравствуй, дара.

Мне показалось, что судьба играет злую шутку. Незнакомкой оказалась Фребок.

— Вы?!

— Я, а кто ж еще? Или думаешь, твой дар Флой выхаживать тебя будет? — бывшая экономка скривилась. — Лежи спокойно, да помалкивай.

Она подала чашу, наполненную ароматным отваром.

— Что это?

— Силобор. Никакой магии, не переживай. Я не по этой части, — язвительно хмыкнула она.

Осторожно сделав глоток, я успокоилась. И правда силобор. Обычное лекарственное растение, которым пользуются лекарки. Никаких заклятий.

— Спасибо.

— Потом спасибо скажешь. А пока пей, — Фребок наклонила чашку и не отпускала, пока она не опустела.

Чуть поперхнувшись, я закашлялась.

— О Веда, — женщина закатила глаза. — А еще магичка называется. Сама бы вылечилась!

— Не могу…

— Да уж заметила, — она насмешливо растянула узкие губы. — А еще волшбе детей учила.

Неожиданно в пещеру заглянул грифон. Его голова возникла так внезапно, что я вскрикнула, и вцепилась в Фребок, словно только от нее зависело мое спасение.

— Ой, уйди, — она махнула рукой зверю. — Пугаешь только. Этак она во век не поправится.

Чудовище издало недовольное «гррр», но все же исчезло.

— Он вас слушается? — удивленно спросила я. — Почему?

Но женщина лишь нахмурилась, словно была недовольна вопросом и молча вышла из пещеры.

— Спи, дара, ночь давно, — уже с улицы крикнула она.

Ночь закончилась быстро.

Взошло жаркое солнышко, запели сладкоголосые птицы, и мир казался поистине чудесным и безмятежным. Я сонно потянулась. Новый день принесет с собой новые события, надеюсь, они будут хорошими.

В пещеру зашла Фребок.

— Долго же ты спишь, дара, — она не смогла удержаться от язвительности. — Мне в деревню надо. За продуктами.

— Вам помочь? — я скинула одеяло. — Мне неловко, что доставляю вам столько хлопот.

— Ляг обратно, — женщина поджала губы. — Какая помощь от тебя? Упадешь еще на полдороги.

Она снисходительно покачала головой.

— А если и вправду хочешь помочь, то уходи поскорей отсюда.

Не успела старая экономка произнести это слова, как рядом тут же возник грифон.

— Ррр, — он предостерегающе постучал хвостом.

Фребок нахмурилась.

— Прошу, не делай глупостей, пока меня не будет.

Зверь выпустил когти и демонстративно царапнул пол, оставляя четкие следы.

Экономка пожала плечами.

— Как знаешь. Но все же будь осторожнее.

Она ласково улыбнулась крылатому чудовищу и ушла. Грифон окинул меня надменным взглядом и тоже направился к выходу. Я слышала, как он зевнул и вскоре засопел.

Странное существо. В нем было столько необычного, столько загадочного… Легенда ставшая явью. Ужас Туманной долины оказавшийся вполне миролюбивым созданием. По крайней мере, после минувших дней, он уже не вызывал такого дикого страха, как раньше. Грифон ни разу не причинил мне вреда, наоборот, спасал от насильственных объятий Кенаи.

Кенаи… Темноволосый управляющий с любвеобильной душой и веселым нравом. Бедный человек. Игрушка в умелых руках кукловода. Я была уверена, что мужчина подвергся заклятью. Верней всего, его околдовали заговоренным питьем. В памяти возникал лишь один человек способный на такое… Розалинда. Неужели юная красавица решилась избавиться от меня посредством своего любовника? Зачем ей это? Испугалась, что могу донести лорду о проделках взбалмошной девицы? Нелепо… Безумно… Слишком бессердечно.

Неужели Кенаи должен был убить меня? И только из-за неудовлетворенного мужского желания он оттянул с приговором. Слава Веде, грифон подоспел вовремя! И Фребок с ним. Старая женщина в этой истории была не менее загадочным персонажем. Как она приручила зверя? Как он доверился ей? Судя по тому, что мне удалось услышать, они не первый день друг друга знают. Ох, столько загадок и пока никаких ответов.

Погрузившись в мысли, не заметила, как задремала. Сон без сновидений не приносил ни отдыха, ни спокойствия, и я даже обрадовалась, когда какой-то посторонний шорох вывел меня из этого состояния.

Еще не открывая глаз, почувствовала, как по ноге что-то ползет. Что легкое, словно пушинка, исследует щиколотку осторожными прикосновениями. Всемилостивая Веда, неужели Фребок вновь завела пауков?! Объятья ужаса сковали тело. Я закричала.

— Ррр, — обиженно засопел нарушитель спокойствия. Грифон сидел на полу, возле тюфяка, и ласково поглаживал мои ноги кисточкой хвоста. — Гррр?

Мне стало стыдно за неуместный испуг. В конце концов, он просто требует внимания, как и любой зверь. Собравшись с духом, я несмело дотронулась до головы. Довольное урчание служило знаком, что все делаю правильно.

— Ты же меня не съешь?

Припоминаю, что Фребок вполне свободно общалась с существом. Может и у меня получится?

— Грр, — ответил он, не отодвигаясь от ласковых прикосновений.

На улице припекало солнышко. Наверняка было уже за полдень. Жара становилась невыносимой. Прометавшись столько времени в полубреду, я и не заметила, в какое грязное отрепье превратилось мое бальное платье. Бывшая экономка развязала шнуровку, но это не спасало от зноя.

Попытавшись встать, чуть покачнулась, но грифон тут же участливо подставил плечо.

— Спасибо, — улыбнулась я.

Голова совершенно не кружилась, лишь слабость в ногах выдавала больное состояние. Но это не страшно, еще денек и смогу вернуться в Темногорье. Там дар Флой, уж он-то сможет дать дельный совет.

Я сняла платье и оставшись лишь в отделанном рюшами нижнем белье и корсете. Тут же стало прохладнее. Но легла обратно, как неожиданно заметила удивлено-заинтересованный взгляд зверя. Чудовище осмотрело меня с головы до ног и тихонько хмыкнуло.

— Отвернись, — смущенно выдавила я, хотя и понимала, что уже поздно.

Грифон недовольно засопел, и ласково потерся мордой о руку, словно завоевывал доверие.

— Ррр, — примиряюще выдал он.

— Очень жарко… — я оправдывалась перед ним, хоть и понимала, что животное не способно понять разницу между платьем и исподним бельем.

Зверь распахнул крылья и продемонстрировал крохотные бисеринки пота на шкуре.

— Тебе тоже? Бедненький.

— Гррр, — показалось, что он смеется.

Мне доставляло удовольствие гладить его по остроклювой голове, проводить руками по широкой спине, играться с пушистой кисточкой на длинном хвосте. За каких-то пару часов, грозное чудовище неожиданно стало родным существом. Мы вышли на улицу, сели у входа в пещеру и долго смотрели на окружающие горы. Я вспомнила, как впервые въехала в долину Призрачных туманов, и как впервые увидела летящего зверя.

— Знаешь, что у меня есть? Только никому не говори, это тайна.

— Грр, — тихо ответило существо, будто и впрямь все понимало.

Мне пришлось чуть расшнуровать корсаж, чтобы достать из потайного кармашка заветный медальон.

— Смотри.

У грифона расширились глаза. Он подскочил на месте, и, заревев, попытался выхватить амулет.

— Ты что? — я нахмурилась. — Поиграть захотел? Нет, мой хороший, нельзя, еще испортишь.

Зверь глянул на меня с выражением полнейшего недоумения. Потом глубоко вздохнул и сел обратно.

— Ррр, — рыкнул он, подставляя голову.

— Еще поласкаться надумал?

Чудовище фыркнуло.

Я почесала мощную шею и нежно зашептала ласковые слова. Он спокойно сидел рядом, не сводя с меня пристального взгляда, и нетерпеливо подергивал хвостом, словно чего-то ждал. Особенно его интересовал медальон, то и дело мелькавший в руках.

— Нравится? На тебя немного похож, — засмеялась и спрятала медальон обратно в корсет. Зверь возмущенно захлопал крыльями, зарычал, и сунулся к груди. Ахнув, я попыталась его оттолкнуть, но грифон не сдавался. Острый клюв разорвал всю шнуровку в клочья.

— Гррр, — довольно выдало чудовище.

— Что «гррр»?! Что ты натворил?!

— Гррр, — повторил он, подталкивая передней лапой выпавший амулет. — Гррр!

Я нахмурилась.

— Ты меня напугал.

Зверь ткнулся лбом в руку.

— Что тебе надо?

Грифон наклонил голову и недвусмысленно повел глазами.

— Медальон? Хочешь примерить медальон?

— Ррр! — он радостно завилял хвостом.

Я пожала плечами и, не задумываясь боле, одним движением накинула цепь на шею крылатому зверю.

— Наконец-то! — произнес грифон человеческим голосом, отлетая на пару метров. — Наконец-то, — повторил он.

Встав на задние лапы, чудовище взмахнуло крыльями и прокричало в вышину слова древнего заклятья. Вихрь лазурного смерча пронесся подле пещеры, сметая все на своем пути. Поднялась в воздух пыль, скрывая в туманной дымке дикого зверя. Ветер колдовства окутал все живое, останавливая на краткий миг биение сердца, и усмиряя разбушевавшуюся природу. Но когда мгла рассеялась передо мной оказался вовсе не страшный грифон…

— Наконец-то… — прошептал обнаженный мужчина со светлыми прядями волос и небесно-синими глазами.

Он внимательно осмотрел руки, будто все еще страшился увидеть звериные когти, и, убедившись, что все нормально, сделал несколько неуверенных шагов.

Я рассматривала этого странного незнакомца и тонула в водовороте эмоций. Та же линия губ, тот же лазурный взор. Сомнений быть не могло.

— Дар Грей? — слова дались с трудом, голос дрожал и отказывался слушаться.

«Это он. Это он!» — кричал разум. «Это он», — шептали воспоминания. «Он…» — повторял каждый вздох. — «Он…»

С широко раскрытыми глазами, я рассматривала сосредоточенное лицо, обнаженный торс, но белокурый красавец даже не стеснялся наготы. Он делал пробные шаги в человеческом теле, лишь изредка прерываясь на то, чтоб удовлетворенно улыбнуться.

— Слава Пресветлой Веде, — облегченно выдохнул он и, впервые с момента превращения, взглянул на меня. — Значит, все-таки ты и есть та маленькая девочка, что стащила мой амулет? А я уж боялся, что ошибся.

Мужчина повертел в руках маленького грифона на серебристой цепи.

— Столько лет… из-за твоей глупой выходки.

Я судорожно сглотнула.

— Дар Грей…

— Что? — он подошел ближе, совершенно не стараясь прикрыть обнаженное тело. Казалось, что многие годы животной жизни оставили свой отпечаток в человеческом характере.

— Дар Грей, не могли бы вы одеться? — шепнула я, покрываясь алой краской.

— Одеться? — старший лорд недоуменно нахмурился. — Ах, да… — он хмыкнул. — Видимо, отвык от цивилизации. Хотя знаешь, без одежды и вправду удобнее.

Он сел рядом.

— И судя по тебе, человеческая мода уже не требует так много тряпок.

Грей выразительно перевел взгляд на мои голые ноги. Я охнула и, вскочив, бросилась в пещеру под громкий хохот довольного мужчины. Натянув поскорее платье и успокоив бьющееся сердце, присела на тюфяк. Нежданные повороты судьбы не сулили ничего хорошего. Мне казалось, превращение страшного грифона в наследного лорда Темногорья принесло с собой еще большие проблемы.

Как я была не права, спрятав ото всех медальон! Надо было в первый же день, отдать его Рэду. Уверена, он смог бы помочь брату и облегчить его страдания. Хотя нет… Не верно…Ведь никто не знал, что зверь и пропавший лорд одно целое. Или знали?

Мысли взрывались в сознании, то выстраиваясь в логическую цепочку, то вновь распадаясь на части, вызывая совершенно не связанные между собой воспоминания. А виной всему был сон, ставший явью и ожидающий меня снаружи.

Подхватив одеяло, я вернулась к Грею.

Мужчина все еще сидел на том же месте, вытянув длинные ноги и подставляя лицо под яркое полуденное солнце.

— Лорд, — подав ему плотную ткань, скорее отвернулась. — Прикройтесь, пожалуйста.

— А надо?

— Вы не можете ходить в таком виде!

— Значит, вы можете, а я нет?

Услышав смешок из уст бывшего грифона, я вспыхнула.

— Сядь рядом, — внезапно резко бросил он.

Повинуясь приказу и не поднимая глаз на мужчину села на землю, тщательно расправив платье, чтобы даже кончики пальцев не высовывались из-под юбки. Туфли, к сожалению, так и не нашла.

— Я много лет был зверем, по твоей милости, — Грей все же накинул одеяло. — Знаешь, что это такое?

Я хотела ответить, но он перебил:

— Нет, не знаешь! Все, что ты можешь сказать, лишь домыслы, не более. Ты не знаешь, что такое быть животным. Летящим ужасом, полночным страхом, бессонным кошмаром. Ты не представляешь, каково это, когда тобой пугают маленьких детей. Ты не ведаешь вкуса падали, дичи, отбросов… Ты не знаешь. Не можешь знать.

— Дар Грей…

— Молчи. Просто молчи. Из-за тебя я остался в шкуре грифона на долгие тринадцать лет. Тринадцать, ты слышишь?! Ты сбежала, оставив меня умирать.

— Не правда, — тихо вставила я, хотя сердце разрывалось от ощущения вины, от его боли. — Я не желала вам смерти.

— А твой отец желал, — горько хмыкнул Грей. — Ты знала, что он болезненно реагирует на голубую кровь?

Болезненно… Это слабо сказано. Насколько я помнила, мой отец ненавидел магов, каждой черточкой своей души, каждым вздохом, каждым биением сердца. Его приводило в ярость любое упоминание о лазурной крови.

— Он пытался меня убить. Решил избавить землю от неугодной Веде твари, — мужчина пожал плечами. — Но Веда не приняла меня.

Я смотрела в его глаза и видела там отражения событий минувших лет. Видела отчаяние умирающего и надежду выжившего, слабость человека и силу зверя.

— Я обернулся грифоном. Это единственное на что был способен в тот момент. Зверь. Животное. Крылатое создание, которое острыми когтями вырывало себе победу. Я предусмотрел все. Был осторожен, чтобы не нарушить этот дурацкий закон о неприкосновенности простых людей, я даже не тронул твоего отца! Учел все, кроме одного… На мне уже не было медальона.

Его руки методично теребили цепочку, на которой висел амулет, и со стороны могло показаться, что лорд совершенно спокоен, но я чувствовала, какие вулканы взрываются в его душе. Он говорил и говорил, точно опасаясь, что стоит только замолчать, как человечья речь вновь исчезнет.

— Знаешь, я искал тебя, — шепнул Грей совершенно отстраненно, словно эти слова предназначались не мне. — Первое время думал, найду и уничтожу, накажу за кражу медальона. Но ты исчезла, словно растворилась… Маленькая девочка в суетливой беготне жизни. Где я только не был! Облетел всю страну в поисках, но так и не нашел. А спустя какое-то время, я вдруг понял, что ты забыла про меня.

— Я не забывала…

— Забыла. Совершенно забыла. Выкинула из своей головки, как ненужный мусор. Но это не страшно… Ты была мала, и верней всего не знала, чем обернется такая выходка. Я даже перестал злиться, — мужчина улыбнулся. — Но не перестал искать. Хотел выразить благодарность за то, что спасла, хотел осыпать золотом, подарить счастливую жизнь неразумной малышке. Я все ждал и ждал, когда же ты появишься. Но время шло. А ожидание так утомительно.

— Дар Грей…

Мужская рука коснулась моих губ, призывая к тишине, не позволяя вымолвить ни слова.

— Тсс… Знаешь, я смирился… Смирился с телом зверя, с душой животного, с жизнью отшельника. Я научился существовать. Научился вызывать страх простых людей. Приспособился к облику грифона. Словно заново родился, — Грей наклонился ближе и прошептал. — Но потом вновь появилась ты и нарушила покой.

Мне послышалась угроза в этих словах. Прижавшись спиной к камням, я сжималась в комочек под его тяжелым взором.

— Эльдана, Эльдана… — покачал головой мужчина. — Почему, как только ты появляешься на горизонте, в моей жизни грядут перемены?

Я не знала, что ответить. Слезы заполонили глаза и сами собой потекли по щекам, вымывая на поверхность все страхи, обитавшие в душе. Грей нахмурился и удивленно дотронулся пальцами до соленой дорожки.

— Ты плачешь? — спросил он. — Почему?

Горький ком встал поперек горла мешая говорить. Я смогла лишь наклонить голову, пытаясь спрятаться от пристального взгляда.

— Эльдана?

Мужчина погладил меня по голове.

— Маленькая, заплутавшая в собственных мыслях девочка, — чуть улыбнулся он и неожиданно коснулся губами волос. — Спасибо.

Грей повязал покрывало на бедра и в таком виде прохаживался перед входом в пещеру. Кажется, ему доставляло удовольствие вновь чувствовать человеческие ноги. Вот уже полчаса возродившийся лорд маячил перед глазами, и не собирался останавливаться.

— Я уже и забыл эти ощущения, — улыбнувшись, произнес он. — В грифоньем теле много не походишь.

Меня охватывало смущение, когда Грей вот так улыбался. Теплой, тихой улыбкой, в которой нет ни капли наглости, самоуверенности, жестокости.

— Не буду вам мешать, — я еще чуть полюбовалась на белокурого мужчину, и удалилась в пещеру. Уверена, ему надо сейчас побыть одному. Да и мне тоже.

Мысли заполонили голову, создавая безумный хоровод: Грифон и Грей. Грей и Грифон. Одно существо, один человек. Кто бы мог подумать? В страшном теле благородный лорд.

Столько раз я встречалась с ним взглядом и не догадалась, не почувствовала. А он знал… Когда была нужна помощь, грифон оказывался тут как тут. Он спасал неразумную маленькую девочку так же, как много лет назад она спасала его. Но почему Грей не обратился за помощью к брату? Младший лорд очень умелый маг, уверена, он помог бы.

Тут с улицы раздался женский крик и прервал мои размышления. Я узнала голос Фребок и выбежала на улицу.

Под ярким солнцем стоял Грей, а перед ним, на коленях, сидела заливающаяся слезами экономка. Она крепко обнимала его ноги, словно боялась, что в любой момент мужчина исчезнет.

— Грей, Грей… — рыдала она. — Неужели получилось? Правда, получилось?

Лорд попытался ее поднять, но видя безрезультатность попытки, опустился на землю сам.

— Получилось, моя верная Фребок. Конечно, получилось, — шептал он, прижимая к себе старую женщину.

Фребок покрывала его лицо поцелуями, гладила по волосам, заглядывала в синие глаза. Я никогда не видела, чтобы она выражала так любовь к Рэду. Младшего брата она просто уважала или, что вернее, опасалась, тогда, как Грея почти боготворила.

— Но как? Как? — утирая слезы спросила экономка.

— Эльдана хранила медальон.

— Эльдана? — Фребок удивленно перевела взгляд на меня. — Ты?

Я стояла поодаль и чувствовала себя лишней в этом почти семейном кругу.

— А откуда у тебя медальон? — Фребок нахмурила брови.

— Тише, тише, — засмеялся Грей, прекрасно зная об ее прохладном отношении ко мне. — Она не причем. Я все объясню… Эльдана не могла бы ты оставить нас одних?

— Да, конечно.

Мне ничего не оставалось, как вернуться обратно в пещеру.

Безусловно, очень хотелось узнать всю историю пропавшего лорда, ведь не просто так он оказался в темных водах много лет назад, но подслушивать я не хотела. Время шло. Снаружи доносились приглушенные голоса, но слов было не разобрать. Иногда слышалось мое имя, иногда раздавался плач Фребок, но в этих рыданиях не было горя, только нескрываемая радость. Слезы счастья.

— Эльдана, — позвал мужской голос, примерно через полчаса. — Подойди, пожалуйста.

Глубоко вздохнув, я послушно вышла.

Фребок сидела поодаль и не сводила с меня настороженных глаз.

— Эльдана, скажи, пожалуйста, почему ты никому не сказала про медальон? — спросил Грей, внимательно вслушиваясь в ответ, словно готовый в любой момент распознать неправду.

— Боялась, — мне не было нужды лгать.

— Боялась чего?

— Когда я получила работу в Темногорье, то даже не знала, где это место. А когда увидела ваш портрет в картинной галерее замка, просто испугалась. Посчитала, что если медальон найдут у меня, то обвинят в вашем исчезновении.

Грей выразительно глянул на экономку.

— Но я в первый же день застала ее в кабинете лорда! — с упреком бросила Фребок.

Мужчина молчал, явно ожидая ответа.

— Дар Грей, я не знала, чей это кабинет.

— Зачем же пошла туда?

— Заплутала… А там горел свет.

Фребок нахмурилась.

— Это правда?

— Я никогда не лгу.

Грей с интересом прислушивался к нашему диалогу и молчал, будто и впрямь делал какие-то выводы. А когда экономка исчерпала доводы против меня, он наконец подал голос:

— Посуди сама, — уверенным тоном обратился он к старой женщине. — Если бы девочка знала обо всем то, наверняка уже давно воспользовалась бы амулетом. Ты напрасно ее подозревала.

— Но я не знала, что у нее уже есть медальон, — Фребок смиренно пожала плечами. — Была уверена, что она охотится за…

— Я понял! — Грей резко перебил ее, не дав закончить мысль. — Но теперь ты уверилась, что все не так.

Я стояла в нескольких шагах и не понимала о чем речь, мне казалось, что этих двоих связывает какая-то тайна. Что-то такое, что является ключом ко всем происходящим событиям. А самое страшное, в эту тайну наверняка посвящены многие обитатели Темногорья, но только не я.

Фребок молчала. Грей тоже. Даже игривый ветерок на миг прекратил резвиться на свободе и затаился в горной расщелине. Было неловко нарушать чарующую тишину, но все же переспросила:

— А в чем именно вы меня подозревали?

Светловолосый мужчина беспечно усмехнулся.

— Не бери в голову, Эльдана, — отмахнулся он, и тут же обратился к Фребок. — Ну что? Накормишь меня чем-нибудь горячим? Сказать по правде, отвык уже от такой пищи, но думаю, пора возвращать старые привычки.

— Конечно, конечно, — всплеснула руками экономка, словно радовалась возможности сменить тему. — Сейчас все будет готово.

Она бросилась разводить костер, но остановилась на полпути, и, обернувшись ко мне, медленно произнесла:

— Ты же поможешь, Эльдана?

Я не сразу поверила услышанному. Неужели ее неприязнь проходит? Удивительный все- таки человек дар Грей, ему хватило пару слов, чтоб убедить экономку в моей непричастности к Темногорским тайнам.

Лорд широко улыбнулся и направился к протекавшему неподалеку ручью, тогда как мы целиком погрузились в готовку. Фребок все больше молчала, лишь изредка бросая на меня настороженные взгляды. Видимо, все еще боялась, что я ненароком подсыплю отравы в общий котел.

— Дара Фребок, — я мягко положила ладонь на ее запястье. — Поверьте, я никогда не хотела причинить зла ни вам, ни дару Грею.

Бывшая экономка сдвинула брови.

— Я ни о чем таком и не думала. Вот еще! — она сбросила мою руку, но при этом неотрывно следила за реакцией, будто опасалась оказаться слишком резкой.

— Надеюсь, когда-нибудь вы сможете мне доверять, так же как и я вам.

— Ты готова верить? — в глазах женщины возник вопрос. — С чего бы это?

— Дар Грей вас очень ценит. Уверена, он имеет на это основания.

— Он-то имеет, — усмехнулась Фребок. — А ты?

— А я готова верить ему.

Экономка фыркнула и вновь склонилась над котлом, но время от времени я чувствовала на себе ее задумчивый взгляд.

— Ты же видела пауков… — тихо произнесла она через некоторое время.

— Видела.

— Я не желала смерти никому. Марыська попала в их лапы случайно.

Я молчала. Казалось, что одно лишнее слова, и разрушится та хрустальная правдивость, возникшая неведомым образом меж нами.

— Я редко ходила в подвалы, — продолжала Фребок. — Только чтобы покормить ее…

— Кого?

— Паучиху. Ее зовут Дулл, в тех местах откуда я родом, так называют насекомых, — она пожала плечами и вздохнула. — Новорожденных паучат забирала к себе в комнату. Им нужны тепло и забота.

Ее ловкие пальцы мелькали над варевом, словно узкокрылые бабочки, время от времени замедляющие свой полет для новой порции кореньев.

— И зачем Марыська туда сунулась? Жили же спокойно, никто ничего не знал.

— Но эти пауки очень опасны. Их яд смертелен, — я постаралась говорить спокойно, боясь спугнуть ее откровения.

— Смертелен. Ну и пусть.

— Вы же сами могли пострадать.

— Пусть, — упрямо повторила Фребок, и едва слышно добавила: — Этот яд мог спасти Грея. Даже если бы ты не принесла медальон…

Я замерла. Неужели все жертвы были ради него? Ради обратного превращения? Ради любимого лорда?

— Но как?

— Я нашла рецепт зелья.

— Без магического контроля вы все равно ничего не смогли бы сделать.

— Я хотя бы попыталась, — Фребок смотрела мне прямо в глаза. — Не могла сидеть просто так.

— Надо было сказать дару Рэду. Он помог бы брату. Он дал бы силы для контроля.

Экономка печально улыбнулась.

— Рецепт я нашла в его столе…

— Но он не знал, что грифон это Грей!

Я почти выкрикнула эти слова и тут же запнулась. Фребок молча улыбалась, но в ее взгляде не было ни капли улыбки, лишь тихая, затаенная грусть.

— Ведь дар Рэд не знал… Он же не знал… — повторяла я, уже понимая, каким будет ответ.

— Знал.

Кусочки головоломки выстроились в нужный рисунок и отчетливо защелкнулись меж собой. В висках болезненно пульсировало, но эта боль не могла перебить волнительной разгадки. Рэд знал! Он знал, что грифон это его старший брат. Знал, но не сделал и шага навстречу, не попытался помочь, не старался найти. Даже наоборот… Я помнила, какой злостью пылали синие глаза лорда, когда крылатый зверь появился над деревней. Рэд пытался убить грифона.

Он хотел убить родного брата.

— Всемилостивая Веда, но почему? — выдохнула я.

— Наивная Эльдана, — хмыкнула Фребок, но в ее горле клокотал горький ком едва сдерживаемых слез. — Мир не терпит такой наивности.

Экономка встала, опираясь на камень. Ее спина, всегда такая надменная и прямая, сгорбилась от тяжкого груза предательства. Мне стало жаль ее. Бедная женщина много лет пыталась спасти Грея, живя под боком у его врага.

— Он стал грифоном по моей вине, — шепнула я.

Фребок обернулась.

— Его ранили шипом с Морового древа. Он давно бы погиб, если бы не ты.

— Почему не перекинулся обратно? Не стал вновь человеком?

Послышался тихий смех, словно экономка удивилась неуместному вопросу.

— Для этого нужно произнести заклинание. А человеческую речь грифону дарит только медальон.

— Медальон, — я закусила губу. — Много лет назад глупая маленькая девочка обрекла светловолосого колдуна на скитания в облике чудовища.

Позади раздался шорох.

— Глупая маленькая девочка может исправить свою ошибку, — прозвучал голос Грея над самым ухом. — Конечно, если сама этого захочет.

— Захочет, — твердо ответила я, ни на мгновенье не задумываясь о последствиях.

Я жаждала искупить вину перед старшим лордом, а потому не сомневалась, хуже уже не будет.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Пути обратно не было.

В этот день солнце склонилось к горизонту так же внезапно, как и в другие. На многие вопросы уже нашлись ответы, но тем ни менее, большинство тайн остались неразгаданными. Фребок, конечно, недовольно поджимала губы, когда я расспрашивала ее о былом, но повинуясь молчаливому согласию Грея, постепенно рассказала все.

— Как же вы его узнали? В облике зверя?

— А чего не узнать-то? — удивилась женщина и пожала плечами. — С самого детства он в грифона перекидываться умел. Привыкла уж.

— Но раз вы узнали, значит и остальные тоже?

Экономка вздохнула.

— Рэд постарался сменить всю прислугу в замке, после исчезновения брата. Остались только мы с Елейкой.

Я вспомнила пышнотелую кухарку.

— Неужели она не узнала?

— Не знаю. Мы никогда не обсуждали это. Незачем было.

— Но как же так? — я вскинула голову. — Ведь старший лорд все это время был рядом!

— И что? — улыбнулась Фребок. — Новый лорд никогда не позволил бы ему вернуться.

— Почему?

— Ты правда не понимаешь? — женщина приподняла брови. — Эльдана, лорд Темногорья является одним из самых могущественных лордов долины. Неужели Рэд смог бы отойти на второй план, оставив бремя власти для Грея?

— Но они же братья.

— Братья, — кивнула она. — Но такие разные. Рэд с детства любил побеждать. Даже в самых глупых играх старался взять вверх.

— А Грей?

— А Грей позволял, — Фребок перемешала угли в затихающем костре и вновь взглянула на меня. — У тебя когда-нибудь были брат или сестра?

— Нет.

— Значит, тебе не понять, той привязанности, которую Грей испытывал к младшему брату, — она горько улыбнулась и перевела взгляд на светловолосого мужчину, сидевшего поодаль. — Он очень любил Рэда. После смерти родителей, мальчики остались совсем одни. Старший лорд прекрасно понимал, что младшему намного тяжелей жить без матери, и поэтому всячески баловал братца. Позволял ему многое. Слишком многое.

Я тоже посмотрела на Грея. В его синих глазах не было той жестокости, что так часто светилась в очах Рэда. Они и, правда, оказались абсолютно разными.

— А тот шип… Кто ранил дара Грея?

— Тебе лучше спросить у него самого, — ответила Фребок и поднялась. — Время позднее, — громко добавила она. — Вы как хотите, но я иду спать.

— Иди, — кивнул лорд. — А я еще побуду здесь. Прекрасная ночь.

— Не засиживайся, — шепнула женщина. — Завтра будет новый день.

— Новый день, новая жизнь, — улыбнулся он и вдруг обратился ко мне. — Эльдана, ты тоже спать или составишь мне компанию?

Спать совершенно не хотелось.

— Останусь, если позволите.

На миг мне показалось, что Фребок понимающе хмыкнула, но наверняка это только показалось, уже в следующее мгновенье она скрылась в темноте пещеры.

— Прекрасная ночь, — повторил Грей, пересаживаясь поближе к огню. — Правда?

— Правда, — согласилась я, хотя эта ночь ничем не отличалась от множества предыдущих. Разве только, сейчас подле меня сидел светловолосый колдун, и каждая черточка его лица казалась до боли знакомой.

— Эльдана, ты правда готова помочь мне?

— Готова. А что надо делать?

Грей хмыкнул.

— Маленькая девочка лезет в бой?

— Девочка выросла, — улыбнулась в ответ я.

— Я заметил.

В ту ночь мы долго разговаривали. Обсуждали прошлое, строили планы на будущее. Мне казалось, что вот еще чуть-чуть и этот загадочный человек полностью откроется, покажет самые темные закоулки души, расскажет все тайны. Но нет… Грей умело вел беседу по безопасному руслу, держась подальше от излишней откровенности.

Солнце уже очертило своими лучами горизонт, готовое в любую секунду взойти на небосвод, когда он вдруг сказал:

— Это был Кенаи.

— Что Кенаи? — не поняла я.

— Ты хотела знать, кто выпустил шип, — лорд потер шею, словно Моровый коготь до сих пор бередил колдовскую рану. — Кенаи.

— Но Кенаи простой человек, а шип насквозь пропитан магией.

— Кенаи был метким стрелком, — Грей порывисто сжал руку в кулак. — И верным псом моего брата.

Мне стало жаль его. Столько боли слышалось в голосе, когда речь заходила о брате, столько горечи и грусти, столько разочарования.

— Чем я смогу помочь вам, дар?

— Возвращайся в Темногорье сегодня же.

— Что? — я отшатнулась от этих слов, как от хлыста. — Вы прогоняете?

Грей медленно провел пальцами по моей щеке.

— Я отсылаю тебя в самое пекло, девочка, — прошептал он. — В самую бездну Морового проклятья, в самое сердце зла и порока, в обитель жестокости и предательства. Ты будешь моими ушами и глазами, ты станешь моим голосом и волей…

Он говорил и говорил, но все слова пролетали мимо, оставляя лишь полупрозрачный пепел, тогда как его руки, его ласковые, нежные пальцы, выжигали огненные следы, навсегда запечатлеваясь в памяти.

— Возвращайся в Темногорье, Эльдана, — повторял Грей. — Возвращайся.

Я послушно кивала, понимая, что возможно это действительно лучший выход. Тут от меня помощи мало, но будучи в замке возможно смогу чем-то помочь. Тем более, тлела надежда, что именно там скрываются ответы на оставшиеся вопросы.

— Хорошо. Я вернусь сегодня же. Сделаю, как скажите, дар Грей.

— Умница, — шепнул он, прикасаясь губами к моему лбу. — Спасибо.

Пели птицы, играл легкий ветерок, а я получала последние наставления от лорда и Фребок.

— Главное, ты никому не должна говорить, что Грей жив, — в который раз повторила старая экономка.

— Не скажу.

— Никому! Понимаешь? Никто не должен знать! Особенно Рэд.

— Понимаю.

— Ох, может и мне с тобой вернуться стоит? Наделаешь еще бед одна-то… — женщина нахмурилась.

— Дар Рэд запретил вам, — напомнила я. — Не стоит его сейчас трогать, как бы не было хуже. И не переживайте так сильно, я постараюсь быть очень осторожной.

— Постарается она, — фыркнула Фребок, но в ее голосе больше не было того пренебрежения.

Даже Грей заметил, как изменилось ее отношение.

— Эльдана, — он чуть запнулся, но все же продолжил. — Будь крайне осмотрительна. Ты пока единственная, кто вне всяких подозрений. Но любое неверное движение, нечаянно оброненное слово, и Рэд назовет тебя врагом.

— Не волнуйтесь. Все будет хорошо.

Я действительно считала, что возвращение пройдет легко и просто. Но это оказалось совсем не так.

Вечерняя луна подмигивала единственным глазом, бархатное небо красовалось россыпью звезд, а ворота Темногорского замка уже распахивались перед одинокой странницей. Во двор высыпали все: и слуги, и чернь, и высокородные дары. Десятки глаз осмотрели меня с ног до головы, и в каждом взгляде ясно читался немой вопрос.

— Всесильная Веда, где же ты пропадала, Эльданушка? — первой подала голос Елейка. — Что случилось?

Я молчала.

— Эльдана, где вы были? — Рэд вышел вперед и строго осмотрел меня с ног до головы. — Ваш вид оставляет желать лучшего.

— В горах, — мой голос задрожал от волнения, но для большинства людей показалось, что сильное истощение всему виной.

— Вас не было несколько дней. И Кенаи тоже.

— Кенаи погиб.

Эмоции лорда на эту новость выразились лишь высоко взлетевшей бровью, тогда как Розалинда громко ахнула.

— Это вы убили его! — порывисто крикнула она.

В голубых глазах девушки бушевал огонь. Я не понимала, что это: искреннее сожаление по поводу смерти управляющего или настоящий страх перед будущим. Ведь, что ни говори, но теперь она в моих руках. Любовный эликсир, связь с Кенаи, его колдовское помешательство… Это лишь малая часть прегрешений юной красавицы.

Кажется, Розалинда предугадала возможные последствия.

— Дара Эльдана, вы нарушили закон, применив магию против человека! — громко и отчетливо сказала она. — Я обвиняю вас!

Ее слова слышали все. Но никто, ни один человек, ни один маг не посмел выступить против. Коллективное согласие тяжелым грузом опустилось на сердце. Лгать не хотелось, но и позволить оклеветать себя, я тоже не могла.

— Магии не было, — голос звучал тихо, но твердо. — Не было никакой магии.

Слуги с любопытством прислушивались к диалогу, дворовые даже подошли поближе, чтобы, не приведи Веда, не пропустить ни слова из разворачивающейся драмы.

— Это сильное обвинение, Розалинда, — сквозь зубы процедил Рэд. — Ты уверена, что именно это хотела сказать?

— Уверена!

Девушка кивнула головой и чуть улыбнулась.

Я понимала, что сейчас может решиться моя судьба. Но уподобляться Розалинде и обвинять голословно не хотелось.

— Позвольте подняться в комнату, лорд?

Там, в ящике стола припрятан небезызвестный маленький флакончик из-под любовного эликсира. Только бы добраться до него, а дальше игра уже будет вестись по моим правилам.

— В комнату? — Рэд прищурился. — И вы не собираетесь оправдываться?

— Оправдываются только виновные, дар. А я повторяю: никакой магии от меня не исходило.

— Так что же все-таки произошло?

— Позвольте подняться в комнату, — настойчиво повторила я.

Рэд усмехнулся, но сделал шаг в сторону, словно открывая проход.

— Пожалуйста, Эльдана. Не буду же вам отказывать в такой мелочи.

Повинуясь взмаху руки хозяина, дворовый люд расступился, позволяя войти в дом. С бешено стучащим сердцем я поднималась по ступеням вверх.

Так просто? И Розалинда даже не сделает попытки остановить? Но ведь ей известно, что с такой уликой она обречена. Всемилостивая Веда, неужели девчонка обыскала спальню?!

Длинный коридор. Знакомая дверь. Моя комната. Крепко зажмурив глаза, я толкнула створку и вошла внутрь. Если Розалинда стащила пузырек, всему конец.

Но, не смотря на все опасения, комната оказалась нетронутой. Вещи лежали на своих местах, и даже повседневная одежда, которую я сбросила перед тем, как облачиться в бальный наряд несколько дней тому назад, одиноко скучала на кровати. Похоже, даже служанки не посещали девичью обитель в мое отсутствие.

Подойдя к высокому комоду, я уверенно потянула один из ящиков. Ну же Веда, не лиши своей милости…

Крохотный пузырек мирно покоился на стопке белоснежных платочков. На самом видном месте. Ох, неужели я не постаралась спрятать его подальше, утаить от чужих глаз? Хорошо, что Розалинда не догадалась покопаться в вещах. Все-таки красавица не так умна. Это радует.

— Что же вы хотите показать? — спросил Рэд насмешливо, заглядывая в комнату. — Какие тайны хранит ваша спальня, Эльдана?

Меня передернуло от этой иронии, но все же взяв себя в руки протянула ему пузырек.

— Вы ошибаетесь, это не моя тайна.

— Что это? — лорд приподнял бровь в излюбленном жесте, выражающем все, что угодно, и аккуратно взял стеклянную колбу. — Вы в свободное время балуетесь зельями?

— Не я.

Рэд не придал особого значения моей реплике. Еще раз, внимательно оглядев пузырек, он осторожно провел пальцами по горлышку.

— Лотос, — понятливо хмыкнул он. — Не тот ли это лотос, Эльдана, которым вы намеривались опоить меня во время бала?

В глазах мужчина плясали веселые огоньки. Широко улыбнувшись, он шепнул:

— Хотите попробовать еще раз?

— Нет! Дар Рэд, я не опаивала вас. Это была не я.

— Да? А кто же? — лорд скрестил руки на груди.

Я запнулась. Все вышло не так, как предполагалось. Неужели он не понимает, кто за всем этим стоит?

Тут в дверях появилась виновница всех несчастий. Розалинда вольготно облокотилась о стену и расслабленно потянулась.

— Ну же, дара Эльдана, — пропела она. — Вы уже доказали свою невиновность?

— Это ты. Всюду ты.

— Я, — кивнула девушка и рассмеялась. — Конечно, это я. А это мой любимый дядюшка. Что же вы, дара Эльдана, перестали своих узнавать?

— Это ты опоила Кенаи, — твердо произнесла я. — И эта емкость от твоего зелья.

— Правда? — красавица похлопала длинными ресничками. — Неужели моих познаний хватит для настоящего колдовства? Вы мне льстите, — вновь засмеялась она.

Рэд нахмурившись, следил за нашими пререканиями, но в итоге ему надоело, и, стукнув кулаком по комоду, вдруг заявил:

— Эльдана, не вы ли мне постоянно твердите о том, какая Розалинда невнимательная и несобранная на уроках? Не вы ли недавно говорили, что она неспособна воспроизвести самого простого заклятья нормально? Так к чему сейчас глупые обвинения?

И тут я поняла, что сама себя загнала в ловушку. Златовалосая красавица и впрямь никогда не отличалась усердием в науках, и все ее старания заканчивались провалом. Но как показало время, девушка уродилась неплохой актрисой, так умело скрывать умение и навык в использовании магии дорогого стоит. Кто же теперь сможет поверить в ее вину, когда я сама, не далее, как пару недель назад жаловалась на глупость Розалинды?

— Дядя, — сладким голосочком протянула блондинка. — Я все еще обвиняю дару Эльдану, не забыл?

— Не забыл, — процедил Рэд, впиваясь в меня прищуренным взором. — Да только, не обвинение я слышу, а подозрение.

— Как так? — вскинула девушка, вмиг утратив наглую уверенность, и подобралась вся, словно дикий зверь перед прыжком. — Я ее обвиняю! Я уверена!

— Подозреваешь, — со значением растягивая слово, повторил лорд. — Просто подозреваешь. А обвинить ее или нет, решу сам.

Розалинда в сердцах топнула ногой, но такой жест взбалмошной племянницы вызвал лишь улыбку.

— До выяснения всех событий, Эльдана останется в комнате. Покидать ее запрещено, также как и входить сюда посторонним, — Рэд вновь вскинул бровь. — Всем понятно?

Догадываюсь, что эти слова относились не только ко мне.

— Надеюсь, на твое верное решение, дядюшка, — фыркнула красавица и, взметнув юбками, вышла из комнаты.

Лорд усмехнулся.

— Приятного отдыха, Эльдана, — он отвесил нарочито вежливый поклон и направился вслед за Розалиндой.

— Я невиновна.

Рэд остановился в дверях и, обернувшись, окинул меня внимательным взором.

— Я приду позже. И захочу услышать правду.

Как только дверь захлопнулась, и тяжелые мужские шаги заглохли в тишине коридора, я устало опустилась на кровать.

Какую же правду рассказать тебе, младший лорд? Ту, что случилась на самом деле или же ту, что грифоном для тебя предназначена? Нет, истину знать нельзя… Неужели солгать придется? Или же получится так правду извернуть, что окутавшись туманами, она тебе иною покажется?

Глубоко вздохнув, я скинула порядком обветшавшее за несколько дней платье и, облачившись в скромный наряд учительницы, стянула волосы на затылке и взглянула в зеркало.

— Ложь всегда выходит боком, — грустно усмехнулось отражение. — Но иногда другого выхода просто нет.

В этот день Рэд не пришел. В прочем, как и в следующий. Слуги приносили еду, ставили у порога и мгновенно исчезали. Видимо, даже им было запрещено разговаривать с пленницей.

Но на утро третьего дня дверь в комнату внезапно распахнулась и на пороге наконец-то возник мужской силуэт.

— Жду объяснений, — отрывисто бросил он, не тратя время на излишнюю вежливость. — Думаю, вам не составит труда оправдаться. Или ошибаюсь?

— Не ошибаетесь, — я всеми силами старалась сохранить спокойствие. — Я действительно не виновна.

— Хм, факты говорят о другом.

— Это говорят не факты, а Розалинда.

— Интересно, — Рэд сел на кровать и, чуть откинувшись на подушку, заложил руки за голову. — Я готов слушать.

Меня немного покоробила та вольготность, которую лорд продемонстрировал, будучи в моей же спальне и расположившись на моей же кровати, но, увы, пришлось с этим мириться. Сейчас не то положение, чтобы отстаивать свою женскую честь и достоинство.

— Что именно вы хотите услышать, дар? — я сидела на невысоком стульчике подле туалетного столика, и радовалась безопасному расстоянию между нами.

— Все. От начала до конца.

— Что считать за начало?

Рэд сузил глаза.

— Не играйте со мной, Эльдана, — процедил он.

— И не думала, дар, — склонила голову я.

— Начните с начала, — лорд повторился. — Как вы оказались за пределами Темногорья?

Делать нечего, вопросы требовали ответов. Прости меня, Веда, если солгу…

— Я не знаю, как оказалась на улице. Правда, не знаю. Из бального зала направилась в комнату. Больше ничего не помню. Очнулась уже в горах.

— Так просто? — Рэд приподнял бровь.

— Просто ли? — меня начинал злить его скептицизм. — Вам никогда не доводилось ночевать в горах, дар? Поверьте, это вовсе не просто.

— Не преувеличивайте, — хмыкнул он. — Ведь Кенаи скрасил ваше пребывание. Или ошибаюсь?

— Ошибаетесь.

— Но, милая Эльдана, судя по вашим словам именно Кенаи виноват в внезапном исчезновении. Так неужели, он не воспользовался такой прекрасной возможностью? — вкрадчиво произнес лорд, не стирая сатирической улыбки.

— Не воспользовался, — твердо произнесла я. — Хотя хотел.

Рэд прикрыл глаза и усмехнулся.

— Вот мы и добрались до самого интересного. Как же вы смогли остановить моего управляющего, Эльдана? Какой силой? Неужели воззвали к совести? Хотя нет, вряд ли. Откуда у Кенаи совесть? — он оскалился. — Чем же вы удержали мужчину от желания?

— Я не удерживала.

— Мгновенье назад вы говорили иное…

— Дар Рэд, я не смогла бы удержать его даже посредством магии.

— Значит, вы все-таки пытались?

— Нет. Я была слишком слаба, слишком испуганна.

Лорд резко выпрямился и подался вперед.

— Так почему же, Эльдана, почему? Как так получилось, что мой лучший управляющий оказался мертвым, а вы по-прежнему невинным существом?

— Там был грифон.

Рэд на мгновенье замолчал, будто эта возможность не приходила ему в голову.

— Вы попались грифону? Неужели Кенаи был так беспечен?

— Я не знаю, дар… Грифон прилетел неожиданно. Кенаи едва увидел его, тут же оставил меня в покое, он испугался.

Мужчина нахмурился.

— А грифон? Что делал он? Напал на вас?

— Зверь был близко, но больше пугал, нежели причинял вреда. Он не хотел убивать Кенаи.

Я сказала это, и тут же сама усомнилась в своих словах. Управляющий виновен в старом ранении Грея, так неужели ему позволили бы остаться в живых?

— Эльдана, — Рэд повысил голос. — Это грифон убил Кенаи?

— Нет.

— Вы уверены?

— Уверена, дар. Я видела, как он оступился. Сделал неверный шаг и сорвался с обрыва. Я видела, дар. Кенаи погиб по нелепой случайности, ничьей вины тут нет. И колдовства нет тем более.

Лорд не сводил с меня пристального взора, казалось, он хотел проникнуть в душу, прочесть мысли и очень злился, что не имел такой возможности.

— Но грифон не тронул вас, — наконец произнес он, но в его голосе не было ни капли радости. — Почему?

— Не знаю.

— Не знаете?

— Не знаю! Я потеряла сознание.

— Даже так? — Рэд вновь оскалился. — И что же? Он посчитал вас невкусной?

Я молчала. Отвечать не хотелось. Внезапно стало все равно, что он подумает. Поверит или нет, это было уже не важно.

— Повторю: я не знаю.

— А что же вы знаете, Эльдана? Как прожили в горах почти неделю, знаете? Как избежали смерти от грифоньего клюва, знаете? Или на все у вас один ответ? Легко сказать «Не знаю», да только мне слышать этого больше не хочется.

Где-то глубоко внутри появилось предательское ощущение вины, засосало под ложечкой, и отчетливо возникло понимание того, что без лжи не обойтись. Но может получится солгать совсем чуть-чуть, самую капельку?

— Меня спасли люди, живущие в горах. Позволили отлежаться, отдохнуть, прийти в себя. Добрая женщина залечила мои раны, ее… друг… оберегал мой сон. Без их помощи я бы погибла.

— Что-то не припомню никакого селения там, — прищурился Рэд.

— Это не селение, дар. Просто два отшельника. Мужчина и женщина.

— И никакого грифона?

— Я не видела зверя уже несколько дней. Он пропал.

— Вот как? — лорд задумчиво хмыкнул и чуть слышно прошептал: — Почему же он тебя не тронул… Неужели почуял кровь?

— Мою кровь? — вскинулась я.

Но Рэд уже замолчал. Казалось, он полностью погружен в свои мысли. Лишь тихое дыхание напоминало о том, что мужчина все еще тут.

— Когда грифон прилетел, — наконец молвил он. — У вас была рана? Царапина? Что-то, откуда могла течь кровь?

— Да… кажется, да.

Я не понимала его вопроса, это выглядело большой глупостью. При чем тут царапины? Мы говорили о моей причастности к смерти Кенаи, и именно это имело наиглавнейшую ценность.

— Я не применяла магию против Кенаи, дар Рэд. Я не виновна.

— Что? — лорд нахмурился и вдруг резко поднялся. — Причем тут магия? Причем тут вы? — он махнул рукой, точно отгонял последующие вопросы. — Мир не крутиться вокруг вас, Эльдана. О Веда, причем тут магия…

Сказал и вышел из комнаты. Мне же больше ничего не оставалось, как недоуменно вздохнуть: я оправдана? Так легко? Не может быть. В быстрое избавление верилось с трудом.

Но как мириться с переменами настроения у лорда? Что думать? Какие выводы делать? Ничего не понятно. Неужели, обвинение Розалинды не имело силы? Тогда зачем допрос? Я схватилась за голову руками: в конце концов, я взаперти или уже нет?

Ответ на это вопрос стал ясен лишь через три часа, когда в дверь постучали и очередная служанка деловито сунула свой нос в проем.

— Дара Эльдана, обед уже подан, — пискнула она.

— Куда?

— В столовую. Только вас ждут, — девушка еще что-то хотела добавить, но передумала и выскочила вон.

— Непонятно, — прошептала я. — Ничего непонятно.

Но приглашение на обед не было данью вежливости, оно больше напоминало приказ. Ну что ж, надеюсь, что хоть там все станет на свои места.

Поправив выбившийся из прически локон, одернула юбку и направилась к лестнице. Посмотрим, что день сегодняшний нам готовит.

В столовой собралось не так много народу. Розалинда, надменно сидящая в центре стола и бросающая осторожные взгляды в мою сторону, Дамис, искренне радовавшийся возвращению учительницы, и Ивонна, необычная невеста лорда, которая уже вовсю поглощала приготовленные яства, не дожидаясь остальных.

— Добрый день, — вежливо склонила голову я, мельком отмечая, что Рэд присутствовать на обеде не захотел.

— Дядя уехал в горы, — Розалинда растянула губы в ухмылке. — Вы же его ищите?

Ее тон был чрезмерно наглым, чтобы пропустить слова мимо ушей, но мое положение казалось еще более шатким, поэтому язвительную колкость пришлось проглотить.

Я заняла место за столом и развернула салфетку.

— Лорд решил прогуляться?

— Нет. Ищет грифона, — девушка все еще улыбалась. — Что же вы так побледнели, дара Эльдана? Неужели зверь стал вам близок?

Мне с трудом удалось взять себя в руки.

— Не говори глупостей.

Ивонна с интересом следила за нашим диалогом. Даже Дамис нахмурившись слушал, каждое произнесенное слово, и все больше и больше сдвигал светлые бровки.

— Старичок уехал тоже? — невинно похлопав ресничками, спросила Ивонна и отправила в рот очередную порцию еды. — Вкусно.

Розалинда с отвращением фыркнула. Видимо, ее отношение к дядюшкиной невесте осталось прежним. Юная красавица была уверена, что сероликая особа безмерно глупа.

— У старичка есть имя, — надменно процедила Розалинда. — Дар Флой.

— Все равно вкусно, — Ивонна пожала плечами, не выпуская из рук запеченное мяса.

Дар Флой уехал, как некстати. Уверена, декан отвел бы любые подозрения.

— Давно он уехал? — я старалась сохранить спокойствие.

— Час назад. Вместе с лордом, — приподняв бровь, в точности как дядя, насмешливо откликнулась Розалинда. — Грифона ждет хорошая охота. Только дичью, на этот раз, будет он сам.

Вечер наступал неумолимо быстро. За окном появились длинные серые тени, небо окрасилось в кровавые цвета заката, стали тише петь птицы… Я ждала возвращение Рэда, безуспешно стараясь унять крупную дрожь. Неужели он найдет Грея? Неужели найдет?

Казалось, что вот-вот раскроются тяжелые ворота и младший лорд ворвется в Темногорье, скрывая в душе братоубийственный грех. Остановится посреди двора и громко скажет: «Грифона больше нет!» И никто не узнает, что зверь вовсе не тот, кто много лет шкуру носил, а тот, кто и без шкуры у невинных людей жизнь отнимал.

Шли часы, минуты… Время никак не хотело стоять на месте. На смену вечерним зорям пришла тьма. Черная, беспросветная. И даже луна, хозяйка ночи, не смела выглянуть из-за густых облаков, опасаясь нарушить таинственную мглу.

Но ночь внезапно кончилась, наступило утро, а Рэд так и не появился. Нашел он убежище брата или нет, по-прежнему неизвестно. Тревога бередила сердце и подавляла разум, но сидя в своей комнате, помочь я не могла. Решение пришло неожиданно. Все оказалось так просто.

— Я поеду к нему, — сами собой прошептали губы. — Найду Грея и все узнаю.

Но стоило мне появиться в конюшне и попросить лошадь, как сзади сразу же раздался язвительный голосок:

— Дара Эльдана, вы куда-то собрались?

Не было нужды оборачиваться, чтобы понять, кому принадлежали полные яда слова.

— Розалинда…

— А вы кого-то другого желали бы увидеть? — девушка сделала несколько шагов по дуге и, обойдя меня, теперь смотрела прямо в глаза. — Кого же, дара? Кого вы хотели бы видеть на моем месте?

— Никого.

— Неужели правда? Совсем никого? — она мурлыкнула и сладко потянулась.

— Я не понимаю к чему такой разговор, Розалинда?

— Не понимаете? Дара, дара… Ну что же вы… Такие простые вещи не понимаете? Даже смешно, — красавица заливисто рассмеялась. — А я ведь знаю вашу тайну, — чуть прищурившись, загадочно протянула она. — Знаю, знаю.

Сердце сделало еще один стук и замерло. Волнение охватило душу и противной волной пробежалось от макушки до самых пяток. Неужели девчонке и впрямь что-то известно? Как она умудряется быть в центре всех событий? Куда ни глянь, всюду приложена ее изящная ручка. По крайней мере, во всем, что касается меня.

— И что же ты знаешь? — усмехнулась я, мучительно стараясь скрыть тревогу.

— Все.

— Что «все»?

— Абсолютно все, — пожала плечами она и зевнула. — Неужели не понятно?

Предательски засосало под ложечкой, и пришла уверенность, что Розалинде и впрямь известно многое.

— Чего же ты хочешь?

— Ой, дара Эльдана, — широко улыбнулась девушка. — С вами так приятно разговаривать. А давайте пойдем друг другу навстречу?

— Что ты хочешь? — настойчиво повторила я.

— Сущую малость. Безделицу! Небольшую услугу, — ее голос звучал дружелюбно и ласково, но в глазах бушевал огонь.

— Что именно? Иногда услуги дорого обходятся.

— Дара Эльдана, мы просто поможем друг другу. Ничего серьезного. Вам даже это выгоднее, чем мне. Видите, как забочусь о вас? Ну, не упрямьтесь, дара.

— Поможем? — разумом я понимала, что сотрудничать с Розалиндой нельзя, но страх так сильно сжимал сердце, что приходилось сотрудничать. — Чем поможем?

— Мы сохраним тайны друг друга, разве не понятно? — девушка заискивающе улыбнулась. — Это ведь не слишком серьезно, правда?

Тайны… Вот оно что… Она все-таки боится, что Рэд узнает всю правду об истории с Кенаи. Нет, это смешно. Лорд ведь не поверил мне. Смогу ли я доказать виновность Розалинды? Попытка уже была, но успехом не увенчалась. Попробовать еще раз? Нет, вряд ли стоит, напрасные старанья.

Уверена, лживая красавица тоже понимает, как ничтожны шансы добиться обвинений против нее. Зачем тогда это глупое соглашение? Чего она хочет?

— Какой тебе прок? — спросила я, борясь с искушением.

— Небольшой. Увы, совсем небольшой, — призналась она.

— Тогда для чего договор? Неужели упустишь случай навредить еще больше?

— Ах, дара Эльдана, неужели вы и вправду считаете меня такой жестокой? — Розалинда повела белоснежным плечиком и демонстративно вытерла несуществующую слезинку. — Напрасно. Я же вовсе не хочу вам зла. Ваши тайны останутся с вами, так же, как и мои со мной. Ну же…соглашайтесь… Соглашайтесь, дара, и все секреты исчезнут. Ведь так легко сделать вид, будто ничего не знаешь, правда? Одна маленькая ложь, а взамен полнейшее спокойствие.

Что-то часто в последнее время от меня требуют лживые слова. Ох, не доведет это до добра, ох, не доведет. Но так заманчиво звучит обещание мира и спокойствия, так убедительно искренен ее голос, так невинно заботлива улыбка…

— Хорошо, — внезапно сказала я и тут же испугалась. — Хорошо, но где гарантии?

— Вы мне не доверяете? — поджала губки девушка и тут же хихикнула. — Тем лучше. Я тоже, понимаете ли, не особо верю вам, поэтому попрошу скрепить наш договор «магическим словом». Согласны?

— Розалинда… Ты хочешь «слова»?

— Именно.

— Ты понимаешь, что это действие нельзя отменить?

— Конечно, понимаю, — кивнула она.

А я не понимала… Обманщица самостоятельно требует «слово». Она требует ритуал, которое навеки обяжет ее соблюдать договор. Неужели Розалинда и не думала вредить? Неужели девчонка, хоть раз в жизни, решила поступить по совести?

— Ну? Вы согласны на обряд, дара Эльдана?

— Согласна, — решительно ответила я.

— Замечательно! — Розалинда широко улыбнулась. — Назад пути нет, дара, начинайте.

Я глубоко вздохнула, сконцентрировалась на магических силах и протянула к ней открытую ладонь.

— Я, Эльдана, обязуюсь сохранить все секреты Розалинды, которые вольно или невольно станут мне известны.

— Да, — удовлетворенно прошептала девушка, прикрывая глаза, и уже громче произнесла свою часть соглашения: — Я, Розалинда, обязуюсь сохранить все секреты Эльданы, которые вольно или невольно станут мне известны, — она также протянула руку. — На это мое слово.

— На это мое слово, — повторила я.

От запястья к кончикам пальцев пробежал лазурный лучик, оплетая наше рукопожатие колдовским дыханием, и завязался крепким узлом.

— Слово нерушимо!

— Слово нерушимо, — спокойно кивнула Розалинда и улыбнулась.

Не было грома, не было молний, все прошло тихо и спокойно, но мне почему-то казалось, что вокруг бушует ураган, который в любое мгновенье перевернет мир вверх ногами.

— Ты не сможешь нарушить обещание.

— Да, дара Эльдана, не смогу, — девушка склонила голову на бок. — Но и вы тоже.

Она глубоко вздохнула и, пожав плечами, направилась к выходу.

— Видите, я выполняю свою часть договора. Можете ехать куда угодно, даже не стану следить. Но в ответ, надеюсь, вы так же выполните свою и никому не расскажете о моем маленьком секрете.

— Но и ты никому не выдашь моей тайны! — я вскинула голову.

— Ах, да… тайны… — Розалинда остановилась у самых дверей и чуть обернувшись хихикнула: — Теперь я знаю, что вас тоже есть тайны, любезная дара Эльдана. И, кажется эти тайны не такие уж и невинные.

— Кажется? — мне стало тяжело дышать. — Так ты ничего не знала.

— Не знала, — девушка с трудом сдерживала довольную улыбку.

— Ты обманула меня!

— Обманула-а, — сморщив носик, передразнила она. — Ну и зачем все усложнять? Соглашение заключено, слово произнесено, так к чему пустые крики? Вы молчите о моей тайне, я молчу о вашей. Хотя… — Розалинда задумчиво нахмурилась и тут же вновь хихикнула. — Ваших тайн я еще не знаю. Но видя, как вы их упорно защищаете, уверена, они очень ценные. Интересно, что же вы скрываете, дара Эльдана?

Меня обыграли. Одурачили, обвили вокруг пальца. Как я могла поверить ей? Кругом ложь, сплошное лицемерие.

— Ой, — девушка сложила руки, в притворном жесте сожаления. — Вы плачете, дара? Право, не стоит. Состаритесь раньше времени.

И победно махнув на прощанье, вышла из конюшни.

Надо отдать должное, девчонка умна. Даже слишком. Откуда столько хитрости в этой красавице? Откуда столько яда? Она вынудила меня дать обещание и молчать о ее проделках с Кенаи. Теперь и думать не стоит о том, чтоб рассказать Рэду о запретной любви высокородной дары и простого управляющего. Розалинда с корнем вырвала все имеющиеся козыри. А я… Что получила взамен я? Ничего.

— Пора прекращать быть такой доверчивой, — прошептала сама себе, сжимая кулаки от отчаяния.

Но сделанного не исправить.

Не знаю, сколько времени я простояла в раздумьях: пару минут или же более получаса, внезапно раздались голоса и на пороге возник Темногорский конюх.

— Дара Эльдана, — вежливо кивнул он. — Вы что-то хотели?

— Мне нужна лошадь.

— Хотите прогуляться?

Я напряглась. Может быть, Рэд приказал никого не выпускать из замка?

— Да. Хотела проехаться по холмам, пока не наступил вечер.

— Точно, дара, — с готовность отозвался мужчина. — Вечерами там делать нечего. Я сейчас оседлаю Звездочку. Она спокойная, управитесь.

Конюх не заставил себя долго ждать, через некоторое время со сборами было покончено и пресловутая кобылка, с седоком на спине, отправилась в прогулку по Темногорью.

Меня страшило преследование Розалинды, поэтому побродив пару часов на открытом лугу, сплетя венок и демонстративно порезвившись среди луговых цветов, я еще некоторое время петляла кругами, надеясь привести в замешательство возможную погоню.

Но позади по-прежнему никого не было. Неужели девчонка и впрямь решила сегодня не тратить время на глупые занятия?

Оглянувшись по сторонам и окончательно убедившись в отсутствии слежки, я направилась к горизонту, туда, где на небольшом уступе среди скал располагалась памятная пещера, а главное там был Грей.

Я поднималась вверх по склону. Лошадь осталась внизу, привязанной к высокому дереву на самой кромке леса. Над головой палило солнце, а редкие облака все чаще и чаще напоминали воздушные замки. Иногда мне казалась, что рядом слышался треск сухих веток, но так как преследователи не появлялись в поле зрения, то я списывала это на волнение. Мало ли, что может показаться с перепугу. Самое главное, среди кустов не мелькали золотые локоны Розалинды.

Ноги запутывались в длинной юбке, волосы выбивались из прически, но я заставляла себя идти сложным, но коротким путем. Всего десять метров отделяло от холма, за которым притаилась пресловутая пещера, всего десять метров и увижу Грея, всего каких-то десять метров…

Но вдруг позади раздался шорох, стук и чей-то хриплый возглас.

Я вздрогнула и замерла. Шорох повторился. Значит, среди зарослей все-таки кто-то был. Розалинда! Больше некому! Девчонка не может никому рассказать о тайнах, но это не помешает ей отравить мне жизнь. Придется возвращаться. Незачем ей видеть Грея.

Спустившись вниз, я нахмурилась. Где же она может быть? Слева послышался глухой стон. Я подошла ближе и осторожно раздвинула пушистые кусты, приготовившись в любой момент дать отпор нахалке.

Но среди веток и листвы сидел Дамис.

— Дамис? — сдвинула брови я. — Как ты здесь очутился?

Мальчишка жалобно охнул и закусил губу. Он еще не полностью возвратил себе речь, многие слова по-прежнему довались с трудом. Но юный лорд хотя бы пытался.

— Да-ра… — промычал он.

— Ты следил за мной?

— Да-ра… — повторил мальчик и попытался встать.

На колене виднелась огромная ссадина.

— Упал? — примиряющее вздохнула я, ругать ребенка сейчас было бесполезно.

— Угу.

— Больно?

— Угу.

— Ходить можешь?

Дамис сделал шаг и, ойкнув, замотал головой.

— Где болит? Тут? — я принялась ощупывать ногу мальчика. — Нет? А тут?

Все ясно. Он подвернул лодыжку. Всесильная Веда, ну почему именно сейчас, когда мне так надо найти Грея?

Кажется, это я произнесла вслух.

— Сказал же тебе сидеть в замке, — неожиданно донеслось со стороны, и из-за большого камня появился силуэт высокого мужчины. — Ты всегда действуешь наперекор?

— Грей, — радостно выдохнула я.

Он жив! Рэд его не нашел! Это очень хорошо, значит, есть еще шанс опередить брата.

— Грей, вы напрасно показались, вдруг кто-нибудь еще следил за мной.

— Никого, я проверил. Только он, — мужчины кивнул в сторону Дамиса. — Кто это? Кажется из Темногорья.

— Это Дамис. Он ни в чем не виноват, — я поспешила огородить мальчика от возможных проблем. — Случайно тут оказался.

— Случайно? — Грей прищурился и смерил ребенка придирчивым взором. — Ну, допустим.

Он перевел взгляд на меня и чуть слышно вздохнул:

— А ты зачем пришла?

— Грей, вас ищут!

— Неужели? Не слишком большая новость.

— Они поехали сюда! В горы! — я испуганно огляделась. — Возможно они уже рядом.

Старший лорд поморщился.

— Эх, Эльдана… Наивная девочка… — шепнул он и тут же улыбнулся. — Ладно. Идем в пещеру, там и расскажешь, что у тебя приключилось.

Мне были непонятно его спокойствие. Как он может не волноваться, когда брат идет по следу?

— Идете?

Грей уже развернулся в сторону холма и теперь нетерпеливо поджидал нас.

— Дамис подвернул ногу.

Мальчишка слабо кивнул, во все глаза рассматривая мужчину.

— Идти можешь? — спросил Грей.

— Он почти не разговаривает, — вмешалась я. — До недавнего времени совсем молчал.

— Я знаю.

Откуда он знал о проблеме Дамиса, остается только догадываться. Возможно, Фребок посвятила любимого лорда во все нюансы Темногорского быта, а может он сам, совершая полеты в облике грифона, заметил эту особенность мальчика. Как бы там ни было, ребенок больше не вызывал вопросов. Грей запросто подхватил его на руки, и понес по склону вверх, словно обыкновенную игрушку.

— Так что там с искателями? — внезапно спросил он.

— С кем?

— С теми, кто ищет меня, Веда им в помощь.

— С Рэдом? — я спохватилась. — Ох, Грей, они ищут вас!

— Кто «они»? Пока я слышу только о моем братце. Или ты о нем говоришь в множественном числе?

— Дар Рэд и дар Флой. Они поехали на поиски грифона.

Мужчина резко остановился.

— Дар Флой? — переспросил он. — С какой стати этот старый пень в Темногорье?

— Он приехал на день рождения Розалинды.

— Что за Розалинда?

— Племянница вашего брата. По линии жены, — нашла нужным пояснить я. — А Дамис его племянник.

— Ясно.

Грей сделал последний шаг и вышел на поляну. Из пещеры тут же выскочила Фребок.

— Что случилось, Эльдана? — громко вопросила она и тут же тиха ахнула: — Дамис…

Мальчишка тоже увидел старую экономку и нерешительно махнул ручкой.

— Займись им, — велел Грей, передавая сорванца в заботливые руки женщины. — Ногу подвернул.

— Сейчас все сделаю. Дамис, мальчик мой, иди сюда…

Фребок тут же развила бурную деятельность. В мгновенье ока ранка на колене была обеззаражена, лодыжка обработана, а сам ребенок накормлен и умыт.

Мне было приятно наблюдать, как Дамис сначала настороженно, а потом все более открыто улыбается и по настоящему радуется приключению. Мальчик слишком долго жил среди лжи и лицемерия, и теперь выходя из-под постоянного контроля Рэда и неусыпного ока Розалинды, становился вполне обычным человечком. Без злобы в сердце и угрюмости во взгляде.

— Сильный колдун из него выйдет, магия так и льется через край, — неожиданно проговорил Грей, пожевывая травинку.

Мне показалось, что он шутит.

— Из Дамиса? Ну что вы! Обычный мальчик. Конечно, у него есть потенциал, но совсем незначительный.

— Это у тебя незначительный, Эльдана, — приподнял бровь мужчина, совсем, как это делал младший брат. Кажется это у них семейное.

— Нет, дар Грей, вы ошибаетесь, — я молча проглотила замечание. — Мальчишка учился у меня. Он старательный, но не всесильный.

— То, что он не творит чудес, вовсе не значит, что нет магии.

Я с сомнением взглянула на Дамиса. Не припомню, чтобы из этих детских рук вышло хоть одно сильное заклятье.

— Нет, дар Грей. Тут я с вами не соглашусь.

— Эльдана, Эльдана, — широко улыбнулся Грей и в синих очах заплясали лазурные искорки. — Ты же учительница?

— Да.

— Очень хорошо, — он сел на мягкую траву. — Тогда научи меня, неразумного, что надо для любого магического действия?

— Вы смеетесь надо мной?

— Отнюдь. Просто прошу научить. Ну, давай же, это твоя работа.

Я собралась с мыслями.

— Для магического действия нужно вызвать образ желаемого, подпитать его силой и произнести заклинание. Силу обязательно надо контролировать, иначе…

— Стой, дальше уже неинтересно, — поднял руку Грей. — Повтори еще раз.

— Вызвать образ, подпитать силой и произнести заклинание, — неуверенно повторила я.

— Именно, — кивнул он. — Дамису ты объясняла так же?

— Да. Простите, дар, но я не понимаю, куда вы клоните…

— Что делал Дамис?

— В каком смысле?

— Как он совершал магическое действие? — терпеливо пояснил Грей.

— Как и все… Создал в мыслях образ, вдохнул в него силы… А-а, я понимаю о чем вы, — я улыбнулась. — Дамис не произносил заклинание. Но, дар Грей, мальчик вообще не умел говорить. Только несколько дней назад, он произнес первое слово. И то, для этого ему пришлось пережить сильный испуг.

Глядя сейчас на заботливую Фребок, мне с трудом верилось, то именно она стала виновницей всеобщего страха в Темногорье.

— Я знаю, что мальчишка не мог сказать ни слова, — повторил Грей ту же фразу, что полчаса назад. — Если бы он говорил, то смог бы управлять магическим даром, а это сильно навредило бы чьим-нибудь планам.

— Что вы имеете в виду? — нахмурилась я.

Но мужчина лишь задумчиво рассматривал Дамиса, словно проникал в его мысли и чувства, в прошлое и будущее.

— Дар Грей?

В ответ усталая гримаса и унылая полуулыбка.

— Вы хотите сказать… на нем заклятье?

Это конечно было нелепое предположение, но вполне возможное. Я никогда не сталкивалась с подобным, но читала про заклятье немоты в школе. Его трудно наложить, но еще труднее определить.

— Думаю, да. Почти уверен, Эльдана.

— Но кто мог сотворить такое? Дар Грей, это же ужасно! Бедный малыш…

— Кто? — мужчина пожал плечами. — Не знаю.

— Ваш брат?

— Сказал же, не знаю!

— Но как вы поняли про заклятье?

— Не забывай, я наследник Темногорья, — усмехнулся он. — Меня и не такому учили.

— А дара Рэда?

— И его тоже.

— Значит, это он заколдовал Дамиса, — выдохнула я.

Изверг! Так издеваться над собственным племянником!

— Может быть, — Грей вздохнул. — А может он просто не захотел снимать чужое заклятье. Удобно, когда один из конкурентов слаб.

— Конкурентов? Веда, да о чем вы? Чем может помешать маленький мальчик?

— Маленький мальчик, конечно, ничем, — подала голос Фребок, подходя ближе. — Но юный лорд, наследник Синебора из Долины Розовых Камней, вполне может стать помехой.

Мне не сразу пришло на память общественное положение Дамиса, но поразмыслив немного, пришла к выводу, что Грей и Фребок правы.

Это был не простой ребенок — преемник родового замка и прилегающих к нему территорий. Вполне возможно, что Рэд заполучив власть над Синебором, не захотел отдавать ее обратно. Очень удобно управлять там, где истинный владыка неразумный юнец, навсегда потерявший способность говорить. Тогда понятно, почему заботливый дядюшка все еще не занялся полноценным воспитанием мальчика и не особо обрадовался его первому слову.

Но для меня по-прежнему остается загадкой: виновен ли Рэд в онемении Дамиса или же он просто не захотел снять столь подходящее случаю заклятье?

— Да, Фребок, ты говоришь верно, — кивнул Грей. — Мой братец держит мальчишку под крылышком, вдалеке от родного края.

— Значит Дамиса надо отвезти в Синебор.

Я сделала шаг вперед, намереваясь подхватить ребенка, но вдруг почувствовала руку Грея на талии.

— Стой, Эльдана. Куда это ты собралась?

— В Синебор. Вы же сами сказали.

— Что сказал? — в синих глазах расцвели смешинки.

— Что он вдалеке от родного края… — я растерялась. — Может, если вернуть Дамиса домой, он заговорит?

— Синебор очень далеко, — усмехнулся он. — Неужели готова отправиться туда ради мальчонки?

— Готова.

Грей улыбнулся и взглянул на солнце.

— Обратно не торопишься? Искать никто не будет?

— Н-нет… Не должны вроде… — неуверенно сказала я.

— Это хорошо. Тогда беги к опушке, найди пару листочков ведьмачьего цветка.

— Зачем?

— Эльдана, ты же учительница, — мужчина вдруг подмигнул. — Вот и обучишь Дамиса, как правильно снимать молчанку.

Цветок нашелся почти сразу. Серые, как грозовое небо, листья одиноко свисали на тонкой ножке и сами просились в руки. Остальные ингредиенты для обратного заклятья собрала Фребок. Женщина умело отсортировала их и теперь терпеливо ожидали толику волшебной силы, которая вернет юному Дамису голос и свободу.

Я внимательно следила за всеми приготовлениями. Грей оказался не просто талантливым магом, но и очень сведущим человеком. Его познания намного отличались от моих. Но это и понятно. Мужчина, которому суждено было стать владельцем Темногорья, воспитывался совсем в иных традициях, нежели одинокая сирота, обучающаяся за счет государства.

— Вот. Почти все готово, — Грей помешивал зелье в котелке. — Осталось сказать заклинание и плеснуть немного магии.

Я радостно выдохнула, скоро Дамис станет совершенно здоровым.

— Эльдана, дай мне силы, — вдруг потребовал Грей.

— Я?

— А кто еще? Я слишком слаб после заточения в теле зверя и не в силах вершить заклятья. А ты молода, здорова. С тебя не убудет.

— Да… — мне стало неловко. — Дар Грей, только я ведь не слишком сильна…

— Ничего. Справимся, — мужчина ободряюще улыбнулся.

Фребок и Дамис стояли вдалеке и внимательно следили за сборами. В глазах мальчика было столько надежды и веры, что я отдала бы все свое умение, только бы подарить ему свободу.

— Хорошо, дар. Берите.

Я протянула руку и коснулась Грея. Кончики пальцев пробежались по плечу, замерев на мгновенье около шеи, и аккуратно спустились вниз, к запястью. Мужчина замер. Его дыхание, всегда такое размеренное и точное, вдруг прервалось, но уже через секунду возобновилось глубоким вдохом.

— Эльдана… — он мягко взял предложенную руку. — У нас все получится.

Поднес мою ладонь к губам и неожиданно подул.

— Ты все такая же маленькая девочка.

— А вы все такой же загадочный колдун, — едва слышно ответила я.

Грей улыбнулся.

— Значит, таким я остался в твоей памяти? Загадочным колдуном?

— Светловолосым незнакомцем.

— Хоть иногда вспоминала? — его голос звучал все тише.

— Очень часто, — призналась я.

— Надеюсь хорошим словом? — мужчина приподнял бровь.

Мне этот жест тут же напомнил Рэда. О Веда, какие же они разные. Жестокость и доброта, безразличие и забота, ненависть и … любовь…

— Только хорошим, — с улыбкой шепнула я.

Грей довольно заурчал, будто бы и впрямь заботился о том, какое впечатление на меня производит.

— Ну что ж, начнем, пожалуй, — громко сказал он, возвращаясь к насущной проблеме.

Фребок и Дамис подошли ближе.

Зашуршал ветер, легкие облачка прикрыли солнце, разлетелись в стороны лесные птицы, явно прячась от неведомого колдовства. Прожужжала мимо муха, упорхнула бабочка. Где-то далеко заржала лошадь.

Все шло своим чередом: варилось зелье, произносилось нараспев заклятье, прямым потоком струилась сила. Вечная магия нашла цель и пронзила ее острой раскаленной иглой, словно вскрывая загноившуюся рану, и вытягивая чуждое колдовство из подвластного ей существа. Тело ребенка забилось в конвульсиях, и только крепкая хватка экономки не позволяла ему упасть.

Закипело варево, поднимая к небесам чародейный дым. Затихло заклятье, даруя последние строчки горному эху. Закричал Дамис, наслаждаясь силой собственного голоса.

И вдруг все закончилось. Над нами нависла усталая тишина, порождая слезы радости.

Но даже в этом безмолвии нашлось место детскому удивлению.

— Дара Эльдана, мне легко говорить!

— Да, Дамис, я знаю.

— А почему вы плачете, дара Эльдана?

— Плачу? От счастья, мой хороший. Сейчас я плачу от счастья.

Солнце перевалило через сердцевину неба и стремглав опускалось к горизонту. Как бы печально это не было, но пора возвращаться домой.

— Дамис, ты же понимаешь, что никто не должен знать о твоем выздоровлении? — в который раз спрашивала я у мальчика.

— Понимаю, дара Эльдана.

— Ты же не выдашь тайну дара Грея?

— Не выдам, — он повернулся к стоявшему рядом мужчине. — Спасибо вам, дар. Я никогда, никогда не расскажу о вашем убежище!

— Охотно верю, — рассмеялся Грей и ласково потрепал Дамиса по белобрысой макушке.

Мальчик замер от неожиданности, но уже через мгновенье светился от счастья и гордости.

— Дар Грей, да я… Да ради вас… Я знаете, что? Я все для вас сделаю! — он схватил мужскую руку и прижал к щеке. — Спасибо!

Грей погладил детскую щечку и вдруг, резким порывом, прижал ребенка к себе.

— Никто тебя больше не тронет, — прошептал он. — Вырастешь и станешь сильным, мудрым, честным лордом. И всегда будешь помнить, какой жестокой бывает несправедливость.

Где-то вдалеке проухал филин, напоминая о приближающейся ночи. Я вздохнула.

— Нам пора, Дамис.

— Нет! Не хочу! — мальчишка вцепился в Грея. — Я останусь тут, можно?

В широко распахнутых глазах заблестели слезы.

— Останусь… можно?

— Нет, — мужчина сжал его плечо. — Ну же… не плачь. Сильные лорды не плачут.

— Я не плачу, — всхлипнул ребенок.

Грей взглянул на меня, словно искал поддержки. Старшему лорду не впервой было успокаивать маленьких мальчиков, уверена, что и дар Рэд в детстве не раз орошал слезами рубашку брата, но в этот раз все было совсем по-другому. Дамис не Рэд. Его детское сердечко не успело зачерстветь от злобы, жадности и властолюбия.

— Эльдана, я тут подумал…

— Что?

Мне нравился такой Грей: нежный, заботливый, чуть растерянный, но безупречно надежный.

— Ты говорила, меня ищут?

— Да. Дар Рэд и дар Флой выехали в горы.

— Значит, они могут набрести на пещеру, — мужчина замялся. — Кажется, я знаю одно место, где точно не будут искать.

Сердце бешено заколотилось. Неужели?

— Мы возвращаемся в Темногорье, Эльдана.

— Мы?

— Мы.

Я закусила губу. Волнение охватывало душу, но возможность видеть Грея рядом, в любой момент слышать его голос, заглянуть в глаза, дотронуться до смуглой кожи прельщала все больше и больше.

— Дар Грей, не думаю, что это хорошая идея.

— Тебе и не надо думать, — подмигнул он, проходя мимо. — Я уже все решил.

Не знаю, решил ли он это давно, либо только сейчас, но Фребок явно была не в курсе таких изменений в планах.

— Как возвращаешься? Куда?! — воскликнула она.

— В замок.

— Ты что? Разве можно? Грей, подумай, ведь там опаснее всего.

— Опасно сидеть на одном месте и ничего не предпринимать, — твердо ответил мужчина.

— Ты еще слишком слаб.

— Моя сила там, у родного порога.

Спорить было бесполезно. Минут через десять пустых пререканий Фребок понуро опустила голову.

— Делай, как знаешь.

Грей улыбнулся.

— Я буду осторожен. Обещаю, — он нежно приобнял старую экономку. — А ты пока выполнишь одну просьбу.

— Что ты хочешь?

Мужчина оглянулся на нас с Дамисом.

— Давай зайдем в пещеру, там все и обсудим.

Фребок подчинилась.

Их не было всего полчаса, но это время растянулось для меня в вечность: не приведи Веда, она уговорит Грея остаться! Да, конечно, возвращение в замок сулило опасность, но так хотелось быть рядом с ним, помогать, заботиться.

Солнце давно скрылось за горизонтом, принеся в этот мир покой и тишину. Ночь вступила в полноправные владения, даря волнующую безмятежность обитателям долины.

Задерживаться дольше в горах не стоило. Во-первых, призрачный туман очень быстро сползал в ущелья, закрывая все дороги и тропинки на подступах к замку. Во-вторых, я ведь не вернулась домой засветло, а это могло обернуться новыми подозрения и угрозами. Розалинде хватит ума сделать какую-нибудь гадость. Одно успокаивало: Дамис был рядом. И пусть для всех он пока оставался немым мальчиком, но подтвердить мою версию событий сможет даже кивком головы.

Мы спускались со скал очень медленно. Впереди шел Грей, ведя на поводу лошадку. Кто-кто, а он за многие годы эту местность выучил наизусть. Юному Дамису пришлось взобраться в седло. Подвернутая нога еще давала о себе знать, и мальчуган иногда морщился от боли. Я же завершала цепочку, стараясь не отстать. В таком густом тумане легко заблудиться, но в тоже время легко скрыться от ненужного взора.

Луна освещала тропинку, создавая причудливые тени сказочных существ. Несколько раз меня пугала внезапно возникшая тварь, которая на деле оказывалась, придорожным кустиком.

Молча мы дошли до охранных камней, расставленных Рэдом специально, чтоб не допустить к замку грифона, и остановились. Нужно было убедиться, что камни пропустят Грея в облике человека и не проявится нежелательный всплеск магии.

— Дамис, слезь, — шепнул он. — Вдруг лошадь понесет.

Мальчик послушно спустился на землю и крепко ухватил меня за руку.

Грей прошептал несколько слов заклинаний. Затем не спеша, шаг за шагом, двинулся вперед, ожидая срабатывания ловушки. Я затаила дыхание. Одно неловкое движение и наш план обернется большим несчастьем.

Но, к огромному облегчению, камни молчали. Видно Рэд не боялся возвращения брата-человека и наложил заклятие только на появление крылатого чудовища.

Грей шумно выдохнул и улыбнулся.

— Все хорошо. Можем идти дальше.

Мы продолжили путь. Под ногами шелестела трава, вдалеке выли волки, над головой резвилась стая мотыльков. Пару недель назад я бы обмерла от страха, но сейчас, когда самое страшное «чудовище» долины идет рядом, остальные неприятности казались детской игрушкой.

Неожиданно Грей остановился.

— Темногорье, — шипяще произнес он и сжал руку в кулак. — Я много лет не видел родной дом так близко.

Туман еще не успел склубиться в плотный занавес, и кое-где можно было увидеть расплывчатые стены замка.

— Знаешь, Эльдана, как я скучал? Сколько ночей кружил рядом, не имея возможности подлететь ближе?

Я понимала его боль, но изменить ничего не могла.

— Теперь все будет хорошо, дар. Я верю в это.

— Надеюсь.

Грей взял меня за руку и крепко сжал.

— Глупая маленькая девочка… — неожиданно прошептал он.

К чему относились эти слова, я не знала. Но ощущение горячей мужской ладони на своих пальцах дарило нежность и ласку.

— Мы не можем просто зайти в ворота. Надо что-то придумать, — Грей нахмурился.

— Я знаю! — Дамис подпрыгнул на одной ноге. — Там есть вход. За камнями. Идите за мной!

Он повел нас к небольшому пригорку, где лежали огромные серые валуны, которые скатились с горы много веков назад.

— Вот. Я играл тут в детстве.

— Замечательно, Дамис, ты молодец! — я погладила его по макушке. — А как он открывается?

Мальчик замер, и вдруг виновато всхлипнул.

— Что случилось?

— Вход нельзя открыть снаружи, — усмехнулся Грей, ободряюще хлопая Дамиса по плечу. — Я знал это, тоже играл тут маленьким.

Ох… Такая прекрасная возможность, оказалась неосуществимой. Но что же делать?

— Придется вам самим открыть его, — продолжил мужчина. — Знаешь, как это сделать?

— Угу, — Дамис кивнул.

— Вот и славно, — Грей обернулся ко мне. — Я останусь тут, а ты вернешься в замок.

— Нет.

— Да, Эльдана.

— Нет! Я не могу оставить вас вновь!

— Девочка, — улыбнулся Грей. — Сама же говорила, теперь все будет хорошо. Верь в это.

Он нежно коснулся губами моего лба.

— Ну же… иди.

Сердце щемило от неизбежной боли, но я понимала, что он прав. Другого выхода нет.

— Мы сделаем все быстро, обещаю.

— Удачи, — шепнул Грей на прощанье и скрылся в небольшой расщелине между валунами.

Хоть ворота замка были закрыты, но видно, что нас ждали. Едва я взялась за кольцо и огласила округу гулким стуком, как двери распахнулись и перед нами возникло добродушное лицо стражника.

Вопреки всем страхам он не предъявил никаких обвинений, словно никому не было дела, где мы пропадали всю второю половину дня и добрую часть ночи.

— Дар Рэд вернулся? — невинно поинтересовалась я.

— Никак нет, дара, — ответил стражник. — Их светлость на охоте. А это может продлиться и несколько дней, пока не выследят добычу, — он заинтересованно глянул на Дамиса. — А вы что-то припозднились сегодня, хотя обещали вернуться рано.

Уверена, страж обязательно доложит об этом факте лорду, поэтому решив, что правда всегда лучше лжи, указала на мальчика:

— Дамис на прогулке повредил ногу, вот мы и задержались. Лошадь-то только одна. Он в седле, я пешком, — говоря все это, я старалась быстрее проскочить в замку, пока у охранника не возникли новые вопросы. — Так и шли. А разве быстро тут пройдешь? Одни камни да уступы. Да и туман глаза застилает. Вы же понимаете.

Страж понимал или делал вид, что понимает. В любом случае, препятствий больше не возникало.

В замке стояла полная тишина. Ни Розалинды, ни Ивонны не было слышно. Даже Елейка не вышла нас встречать, что было ей не свойственно.

— Все спят? — прошептал Дамис.

— Не знаю. Не уверена, — я нахмурилась. — Надо бы впустить Грея… Но не будем рисковать.

Мы прошли в классную комнату, а оттуда в лабораторию.

— Покажи ногу.

Мальчик послушно продемонстрировал синяк и ссадины.

— Слава Веде, ничего страшного. Фребок все обработала.

— Болит.

Я задумалась на мгновенье.

— У меня есть одно целебное зелье. Невкусное, но действенное, любую боль вмиг прогонит.

Плеснула в стакан пару глотков и протянула Дамису.

— Пей.

Он подозрительно потянул носом воздух.

— А из чего оно делается?

— А вот это знать не обязательно, — я улыбнулась. — Пей скорее, дар Грей ждет нас.

Мальчишка быстро проглотил настойку и поморщился:

— Фу-у…

— Ничего. Попробуй-ка наступить на ногу, легче?

— Ой… Совсем не болит! — радостно топая, воскликнул Дамис. — Спасибо, дара.

— Тише, тише, — приложив палец к губам, я испуганно огляделась. — Не забывай, для всех ты все еще под действием заклятья.

— Хорошо.

Понятливый мальчик. Мне повезло, что именно он достался в помощники, а не своенравная Розалинда.

— Дара Эльдана, а мы ведь поможем дару Грею?

— Конечно, поможем, родной. Обязательно поможем.

— Он не такой, как дядя.

— Не такой? — я присела перед Дамисом и заглянула в глаза. — Тебе не нравится дядя?

— Нет, — он чистосердечно помотал головой. — Дядя никогда не играет со мной. И Рози тоже… А дар Грей не такой, — вновь повторил мальчик.

— А какой?

— Добрый. Не кричит, — он вдруг шмыгнул носом. — Давайте быстрее откроем дверь в подземелье. Пусть дар Грей снова будет с нами.

— С радостью, — не стала скрывать я. — Только вначале убедимся, что никто нас не увидит.

Дамис кивнул и мы тихонечко, на цыпочках, вышли в коридор.

Волнение охватывало душу и чудовищным набатом стучало в висках. Вроде бы ничего предосудительного не происходило: учительница и ученик просто прохаживаются по замку. Но чувство неловкости, тайны заставляло сердце неистово биться, словно маленькая птичка запертая в клетке.

Недалеко от столовой, где в небольшой нише висел красочный гобелен, изображающий разъяренного грифона, мальчик остановился и осмотрелся по сторонам. Я полностью доверяла своему маленькому предводителю, поэтому не особо удивилась, когда он приподнял край гобелена и уверенно потянул за собой в тайный проход.

Вокруг царила темнота. Но маленький лазутчик спокойно шел вперед, будто видел во тьме не хуже кошки. Видимо, за многие годы любознательный малыш открыл не одну тайну замка.

Мы прошли так довольно долго, когда Дамис внезапно остановился и открыл секретный глазок.

— Что это? — шепнула я.

— Комната Розалинды, — едва слышно ответил он.

Заглянув в маленькое отверстие и убедившись, что белокурая красавица мирно спит, удовлетворенно хмыкнула:

— Слава Веде, хоть под ногами мешаться не будет.

Дамис согласно кивнул и потянул меня дальше.

Не знаю, по каким приметам он находил нужное место. Может, считал шаги или оставлял указатели на стенах, но следующая комната нашлась также быстро.

— Ивонна… — пояснил мальчик, сдвигая в сторону крышечку очередного глазка.

Невеста Рэда не спала.

Она нервно ходила из угла в угол, безмолвно шевеля губами. На бледное лицо падал лунный свет, придавая облику девушки сходство с призраком.

— Что она шепчет?

— Может стихи читает? — пожал плечами Дамис.

Стихи? Нет, вряд ли. Скорее всего, вновь погрузилась в свой выдуманный и странный мир. Но раз переодета ко сну, то нам не помешает. Хотя кто знает, что придет ей в голову? Надо бы быть внимательнее…

Следующей комнатой оказалась спальня Елейки.

Маленькое, темное помещение загроможденное мебелью. Плотные шторы почти не пропускали свет, огромные сундуки заполоняли все свободное пространство, полки на стенах так и норовили рухнуть под тяжестью всевозможной утвари.

— Какая она запасливая, — пробормотала я.

Несмотря на поздний час, Елейки в комнате не было. Может быть, хлопочет по хозяйственным делам? После увольнения Фребок, на ее грузные плечи легла вся ответственность за уют в доме. Но когда и через десять минут, бывшая кухарка не появилась, мы откровенно запаниковали.

— Может, она нашла дара Грея? — дергал меня за рукав Дамис.

— Нет, мой хороший, нет, — как можно спокойнее отвечала я, хотя у самой замирало сердце от подобных мыслей.

Славе Веде, в этот момент дверь в комнатку скрипнула, приоткрылась и на пороге объявилась наша пропажа.

— Пришла! — вырвался вздох облегчения.

Елейка казалась чем-то озабоченной. Об этом свидетельствовали и нахмуренные брови, и твердо сжатые губы. На руках серые разводы, в волосах комочки пыли, туфли и подол платья перепачканы белой известью и грязью.

Бедная Елейка, на нее свалилась такая большая ответственность. Управление замком — это не стряпня на кухне. С уходом старой экономки, добрая женщина безропотно переняла на себя все заботы Темногорья.

Я улыбнулась: что ни говори, только она одна относилась ко мне хорошо. Мысленно пожелав ей доброй ночи, мы с Дамисом продолжили путь.

— Пора к Грею.

— А остальные слуги? — заволновался мальчик.

— Все в другом крыле замка, нам не помешают.

Он понятливо кивнул. Тайный ход петлял, образуя запутанный лабиринт, но мой верный помощник легко находил правильный путь и вскоре вывел к лестнице в подземелье.

— Тут осторожно, — шепотом предупредил он, — Будет семь крутых ступенек

Я помнила этот спуск. Только недавно лорд Рэд сражался тут с огромной паучихой. Кто бы мог подумать, что, несмотря на отчаянный страх, мы все же оправдаем проступок Фребок и поймем ее любовь к членистоногим.

Подвал озарялся тусклыми факелами, но после кромешной тьмы коридора, этот свет казался удивительно ярким. Возникло опасение, что кто-то может приметить ночных скитальцев, но Дамис вел себя спокойно, и я решила, что мальчику можно довериться и в этом вопросе. Лишь шепотом уточнила:

— А ты точно знаешь дорогу? Откуда?

Дамис лукаво улыбнулся:

— Однажды дядя Рэд забыл карту подземелья в кабинете. В одном из ящиков стола.

— Ты украл ее?

— Нет, — поморщился он. — Взял на время. Просто поиграть. Я думал это карта сокровищ.

— И что? — усмехнулась я. — Сокровища нашел?

— А как же! — похвастался Дамис. — Старый сундук с одеждой и рваное кресло.

Представляю, с каким удовольствием ребенок рыскал по замку с картой в руках. Неужели никто из взрослых не видел, где пропадает малыш?

— Все были заняты своими делами. На меня никто не обращал внимания, — словно услышав невысказанный вопрос, пояснил он.

— А где сейчас эта карта?

— Вернул дяде. Она больше не нужна, и так все помню.

— И ты никому о ней не рассказывал? — я на долю секунды забыла, о вынужденном безмолвии мальчика, но тут же спохватилась: — Ах, да… прости.

— Дядя никогда не вспоминал про карту, и отмахивался, когда я просил поиграть со мной. А Розе это не интересно, она вообще…

— Ой! — я неожиданно поскользнулась в грязной луже, что образовалась от просачивания дождевой воды сквозь грунт, и чуть не упала, успев удержаться за стену рукой. — Какая грязь!

— Дара Эльдана, — прошептал Дамис. — Ваша рука.

Ладонь оказалась в точно таких же разводах и извести, как и у Елейки.

— Она тут бродила? Хотя, чему удивляться, Елейка теперь выполняет обязанности экономки и должна знать, где и что в замке, — я старалась успокоить Дамиса, да и себя заодно. — Вот, наверное, и ходила кругами. А может быть тоже искала сокровища?

Мы рассмеялись, представляя Елейку с ее комплекцией, рыскающую в поисках тайных ходов. Настроение вновь поднялось.

— Пришли, — Дамис остановился. — Тут.

Он нажал со всей силы на один из камней, замурованный в стену. Булыжник послушно отъехал в сторону, оглашая подземелье противным скрежетом.

— Грей! — счастливо выдохнула я, видя поджидающего нас мужчину.

Он юркнул в образовавшуюся щель, и стена тут же встала на место.

— Слава Веде, я беспокоился за вас, — улыбнулся Грей.

— К счастью, всё прошло тихо и незаметно.

Дамис радостно повис на его руке.

— Я помню все ходы, — похвастался он.

Грей потрепал его по макушке и подмигнул:

— Я тоже.

Мне стало намного спокойнее, едва старший лорд переступил порог замка, опасность, что Рэд найдет его во время охоты, перестала заботить. Но теперь возник другой вопрос:

— Дар Грей, а где же вы будете спать? Не думаю, что гостевые комнаты подойдут.

— Не переживай, — мужчина беспечно пожал плечами. — В подземелье, тоже есть несколько комнат. Там и буду. Все равно, сюда никто не ходит.

Только сейчас я заметила, что от волнения задержала дыхание. Неужели, страшилась ответа? Боялась, что Грей попросится в мою спальню? Глупости! Он никогда не воспользуется сложившейся ситуацией и не посягнет на девичью свободу. Но чего же я так ждала, чего так искала в его ответе?

— Эльдана, — синие глаза мужчины смотрели так пристально, будто норовили прочесть мысли. — О чем задумалась?

— Ни о чем, — кажется, я покраснела.

— Тогда займемся насущными проблемами. Мне нужна одежда. Не могу же я постоянно ходить в этом подобие набедренной повязки?

Против воли, взор скользнул по телу Грея. Действительно, после превращения он так и не раздобыл брюки, и до сих пор красовался в куске шкуры. Хотя, надо признать, меня нисколько не смущал его вид, даже наоборот…

— Может, у дяди возьмем? — предложил Дамис.

— Нет, не стоит. Фребок говорила, Рэд занял мою комнату, а там стоят защитные чары.

— Что же делать? — я пыталась собраться с мыслями. — Наверное, лучшим выходом будет поездка в деревню, где можно купить все необходимое.

— Согласен, — Грей улыбнулся и повернулся к Дамису. — Знаешь комнату, прямо под лестницей?

— Да.

— Мы будем там. Раздобудешь еды? Помню, Елейка пекла славные булочки.

— Кончено! — мальчишка понятливо кивнул и умчался на кухню.

— В чертогах родного замка силы возвращаются несравнимо быстрее даже у меня, — мужчина задумчиво смотрел Дамису вслед. — Уверен, когда он вернется в Синебор, станет великим магом.

— Вы уверены, что дар Рэд позволит ему вернуться?

— Я уверен, что не позволю своему братцу погубить еще одну невинную душу.

Так, разговаривая, мы дошли до упомянутой комнаты.

Старинная массивная дверь со скрипом открылась. Свежий воздух проник в помещение и поднял к потолку клубы пыли, качнул куски паутины, взметнул рваные края гобеленов.

— Дар Грей, как же можно тут оставаться? — ужаснулась я. — Наверняка сюда лет десять никто не заходил! Посмотрите, какая грязь, какая пыль. Нет, конечно, я могу попробовать и все отмыть, но на это надо время… Много времени.

— Не стоит усложнять, Эльдана, — Грей загадочно усмехнулся: — Забудь на время, что ты имеешь диплом преподавателя, и побудь простой ученицей.

Он взял меня за руку и затребовал немного сил. Магия окутала наши запястья, позволяя колдовать. Грей произнес заклинание. Амулет тут же засветился, орошая помещение лазурным светом, дрогнул воздух, зажглись витые свечи, и даже стены замка заполыхали голубым сиянием, признавая своего настоящего хозяина.

— Дом… — прошептал мужчина, прикрывая глаза. — Родной очаг…

Когда же все стихло, комната преобразилась: удобный кожаный диван, книжный шкаф, доверху забитый старыми фолиантами, стол, массивный бронзовый подсвечник, в углу мягкая кровать со свежими простынями и теплым пледом. Все оказалось настолько чистым и аккуратным, что и дюжина служанок не смогла бы сделать лучше.

— Как это? — только и смогла сказать я. — Как у вас получилось?

— В школе этому не учат, правда? — вновь улыбнулся Грей. — В земле Темногорья моя кровь, и кровь моих предков.

— О Веда, а если кто-нибудь увидит всплеск магии?!

— Не увидит, — он успокаивающе пожал руку. — За пределы помещения магия не прорвется.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Грей подошел к кровати и погладил плед.

— Узнаю, — в его голосе прозвучали нотки грусти. — Это покрывало из моей комнаты. Видимо, брат решил избавиться от всего, что напоминало обо мне. Но зато теперь будет не холодно ночевать в подвале.

Он подошел к шкафу и распахнув дверцы, достал потрепанный свиток.

— Наше родовое древо.

Я видела, как тяжело ему даются воспоминания, но ничем не могла помочь.

— Родители… Я… Рэд… — он медленно водил пальцем по бумаге, потом вздохнул и обернулся ко мне. — Жаль, одежды нигде нет.

— Вы пропали много лет назад, думаю, старая одежда все равно была бы мала.

— Верно, — с наигранным весельем, Грей кинул свиток обратно на полку и сел на диван. — Начинается новая жизнь, так зачем ворошить прошлое?

Я осторожно присела рядом.

— Дар Грей, а зачем вам прятаться здесь? Не проще бы было открыто объявить о своем возвращении.

Он тут же нахмурился. Лицо окаменело, а в синих глазах блеснули искры ярости.

— Нет, Эльдана, возвращаться еще не время. Рэд одинок, его самый верный пес погиб. Но он все еще сильнее меня.

— Но дар Грей…

— Нет, Эльдана! — мужчина тряхнул головой. — Я беру силы через тебя. Для любого заклинания нужна твоя рука, твоя поддержка.

— Я всегда рядом.

Грей улыбнулся.

— Девочка… Ты не справишься с Рэдом, а из меня сейчас плохой помощник. Тот моровый шип не только жизнь отбирал, но и магию тоже. А потом долгие годы в теле зверя… Нет, милая Эльдана, рано нам еще воевать с Рэдом.

— Но силы к вам вернутся?

— Обязательно вернутся.

Грей заглянул мне прямо в глаза, а потом вдруг обнял. Мужское тело, находившееся так близко, заставляло сердце колотиться в исступлении. Его запах, такой знакомый, такой родной, вызывал новые, доселе невиданные ощущения. Чувства переполняли, ища выхода наружу: неловкость, волнение, нежность сменялись одна за другой.

Я подняла голову, пытаясь понять, чувствует ли он тоже самое? Бьется ли его сердце так же неистово, туманя разум и испытывая рассудок?

Его губы оказались совсем рядом…

Но в это время громко скрипнула дверь, и вошел Дамис, заставив нас отпрянуть.

— Как тут чисто, — мальчишка удивленно покрутил головой. — А я поесть вам принес.

Я лежала в кровати, но сон все не шел. Да и откуда ему было взяться, если сердце выстукивало быструю мазурку, словно и в самом деле рвалось на бал.

Все мысли занимал лишь один человек — Грей. Этот мужчина ворвался в мою жизнь подобно вихрю, закрутив размеренное течение в бешеный водоворот приключений. Радужным каскадом окрасил притихшие было эмоции, жарким пламенем обнял бесчувственное тело, безропотно подчинил заскучавшую душу.

Он бередил чувства, вызывал нежность, требовал ласки. Его синие глаза, так прочно засевшие в памяти, манили к себе, притягивали, обещая бурю неизведанных ощущений. Сердце рвалось навстречу, тянулось к его руках, его губам, к его дыханию.

Я не спала. Как можно заснуть, если даже в ночном шорохе слышится его имя?

— Грей… Грей… Грей… — настойчиво пел ветер.

— Грей… — вторили ему мотыльки.

— Грей… Грей…

Мир устраивал концерт, не позволяя разуму перевести дух.

— Грей… Твой Грей…

Синекрылые бабочки садились на стекло, на краткий миг превращаясь в лазурный взгляд колдуна, и этого мига хватало, чтобы вновь растравить душу.

— Грей… — прошептала я, подстраиваясь к волшебному хору. — Грей…

Рассвет пришел внезапно, окрасив комнату в пурпурные цвета. Утренняя прохлада нежно обняла за плечи, оставив россыпь мурашек на коже. Звонкие трели птиц заглушали эхо ночного видения, позволяя отвлечься и вернуться в жестокую реальность.

Я встала и умылась. Мимолетно взглянув в зеркало, едва не отшатнулась. В серебряной глади отражались худенькие плечи, каскад растрепанных, черных, как смоль, волос и огромные синие глаза, в полукруге длинных ресниц.

— О Веда… Ну разве он посмотрит на такую, как я?

Грустно улыбнувшись и соорудив скромную прическу, распахнула шкаф с одеждой.

Среди повседневных нарядов подходящих статусу учительницы, висело и то самое голубое платье, подаренное некогда старой подругой по школе. Однажды мне уже пришлось его надеть: на самую первую встречу с Рэдом, что ж видимо судьба такая у платья — красоваться перед Темногорскими лордами.

Спускалась в подвал я излишне осторожно. Несколько раз проверила, спокойно ли в этой части замка. Постоянно оглядывалась. Прислушивалась.

И все равно пропустила, как рядом оказался Дамис.

— Утра доброго, дара Эльдана, — неожиданно раздался звонкий мальчишеский голосок.

— Всесильная Веда! — едва не закричала я, подпрыгивая на месте. — Ты что, Дамис, нельзя же так пугать.

— Ой, простите, пожалуйста.

— А что ты тут делаешь? Рано ведь еще для прогулок.

— Дару Грею завтрак относил, — он гордо улыбнулся и расправил плечики. — Специально пораньше встал, чтоб Елейке не попасться.

— Молодец, — с усмешкой похвалила я, глядя, как он стряхивает муку с подола курточки. Уверена, малец обшарил всю кладовую в поисках лучших кусков. — Дар Грей доволен?

— Да!

— Очень хорошо. Ну а теперь беги, умойся и почисть одежду. Скоро пойдем в столовую.

— Дара Эльдана, но я не хочу есть. Хочу с даром Греем сидеть в подземелье. Тут так здорово! А он столько всего знает и умеет!

— Нет, мой милый мальчик, — я потрепала его по вихрастой макушке. — Если ты постоянно станешь сидеть тут, то возникнут подозрения. И Розалинда обязательно обшарит весь замок, чтоб узнать, где же ты пропадаешь. Разве этого ты хочешь?

— Нет.

— Ну вот, видишь. Значит, беги, готовься к завтраку. Я зайду за тобой по пути в столовую.

Дамис горестно вздохнул и медленно поплелся в свою комнату. Бедный малыш. Естественно, дар Грей стал для него ключом к новой жизни, мальчик привязался к новому родственнику всей душой. Обидно было бы подорвать доверие ребенка.

Я постучалась в дверь: три стука, тишина, еще два, тишина и мелкая дробь на конце, все как мы условились вчера вечером.

Створка услужливо распахнулась, и на пороге возник Грей.

— Доброе утро, Эльдана, — приветственно склонил голову он.

— Дар Грей… — в горле внезапно пересохло. — Я… Я только хотела узнать, как вы провели ночь?

— Спокойно.

Синие глаза смеялись. Видимо, мое смятение так сильно бросалось в глаза, что вызывало улыбку.

— Прошу, — Грей отступил в сторону. — Составь мне компанию за завтраком.

— Я пока еще не голодна.

— И все же настаиваю.

— Хорошо… — я отчаянно краснела.

Подле столика, на котором красовалась корзина с фруктами и хлебом, стояли два кресла. Присев в одно из них, заметила, что Грей занял второе, и, оценив расстояние между нами, подвинул его ближе.

— Яблоко? — предложил он. — При мне в саду росла всего одна яблоня. А у брата, смотрю, целый яблоневый сад.

— Тут чудесные яблоки.

— Да, все верно, чудесные, — Грей откусил кусочек. — Ты даже не представляешь, насколько чудесные.

Он надолго замолчал, обдумывая свою, только ему известную, мысль. Мне, конечно, надо было бы поддержать разговор, но как назло в голову ничего не приходило.

— Сад очень красивый и дорог вашему брату, — сделала попытку я.

— Охотно верю.

Мужчина вздохнул, будто его насильно вытащили из мира фантазий, и вдруг, улыбнулся:

— Тебе очень идет это платье.

— Большое спасибо.

— Не благодари за правду, девочка, — он взял мою руку и поднес к губам.

Легкий, быстрый поцелуй солнечным цветком расцвел на запястье, посылая волну тепла и радости во все тело.

— Ты сегодня очень красивая, — повторил Грей. — Ты всегда была красавицей. Я помню.

В это утро столовая пустовала. На завтрак пришли только мы с Дамисом. Видимо в отсутствие Рэда и без неусыпного контроля Фребок Розалинда совсем разленилась, а Ивонна ей вторила. Хотя, что взять с девицы, которая постоянно витает в облаках? Наверняка, сейчас лежит, уставившись в потолок немигающим взором и осмысливает очередную нелепость, пришедшую в голову

— Надо достать дару Грею одежду, — шепнула я Дамису, выходя из столовой.

Мальчик понятливо кивнул.

Конечно, это было не совсем честно возлагать на ребенка все обязанности по обеспечению старшего лорда провиантом и вещами, но Дамису намного легче проникнуть в самые укромные места Темногорья не вызвав подозрений. Вряд ли кто подумает на мальчонку.

Ну, а так как сегодня уроков не было, то и я без особых волнений отправилась бродить по замку, изредка прислушиваясь к разговорам слуг.

— Говорят, свадьба-то у лорда совсем скоро будет, — возвестила товарок пухленькая посудомойка. — Вон, как вокруг дары Ивонны вьется.

— И что он нашел в такой полоумной? — стоявшая рядом девушка закатила глаза, изображая невесту Рэда, но заметив меня тут же смутилась. — Хотя, это не наше дело, конечно… Дары сами разберутся с кем водиться, да на ком жениться… Так ведь?

— Да, да, конечно, — поддакнула ей пухляшка, старательно демонстрируя свою полную непричастность к хозяйской жизни.

Я лишь спокойно улыбнулась и пошла дальше. Наверняка, и меня так же обсуждают, но куда от этого деться? Мое положение в доме всегда было шатким, а самое главное совершенно непонятным: вроде не высокородная дара, но и не простая служанка, полностью зависимая от настроения дара Рэда.

А вдруг вернувшись в замок, решит меня уволить? О Веда, такая прихоть вполне может посетить его зачерствелое сердце.

В порыве ярости и гнева лорд страшен, да и после неудавшейся охоты благодушие ему не светит. А то, что охота будет неудачной, я даже не сомневалась.

— Дара Эльдана, — послышался тихий шепоток.

Покрутив головой, обнаружила светлую макушку Дамиса, спрятавшегося за высокой колонной.

— Дара Эльдана, идите за мной.

Мальчишка юркнул в темный угол и тут же исчез. Я направилась следом.

Очередной тайный ход покорно раскрыл двери и тут же сомкнулся, оставляя нас в полной изоляции от внешнего мира.

— Дара Эльдана, я нашел одежду.

— Замечательно, Дамис, ты молодец.

— Надеюсь, дару Грею тоже понравится, — довольно улыбнулся мальчик.

Ну, насчет Грея не знаю, но за себя могу ответить: точно понравится. Любая одежда сейчас была предпочтительней мужской полуобнаженности. Уж слишком искушающе манили его руки, слишком пленительно красовались плечи, слишком чарующей оказалась улыбка. Так много «слишком».

— Дамис, — вдруг неожиданно сказала я. — Позволь мне самой отнести одежду дару Грею.

Сказала и тут же покраснела, но полумрак заповедного хода услужливо скрыл предательский румянец на щеках.

— Конечно, — мальчик передал сверток. — Меня все равно звала Елейка. Надо идти, — он вздохнул.

Узкий коридорчик лабиринтом окутывал весь замок, но все равно выводил к подземелью. Потратив не более пяти минут на дорогу, я оказалась перед знакомой дверью.

Условный стук… и широко распахнутые створки.

— Эльдана, — голос мужчины звучал так спокойно и ласково, словно он и вправду ждал гостей. — Заходи.

— Дамис раздобыл одежду. Вот, должно подойти.

— Спасибо, — Грей неторопливо развернул сверток.

А я следила за его движениями, за проворными длинными пальцами, за легкой полуусмешкой, за бьющейся жилкой на шее, за синими, как озера, глазами.

— Ну что ж, примерим.

Мужчина взялся за набедренную повязку и чуть замешкался.

— Эльдана…

— А? Что? — мой задумчивый взгляд остановился где-то на середине его груди.

— Эльдана, я переодеваюсь.

Мгновенно поняв, что именно он имеет в виду и, вспыхнув, как маковый цвет, поспешно отвернулась.

— Простите, дар Грей. Простите, — лепетала я, пряча под ладонями пунцовое лицо.

В ответ послышался тихий смех и шорох одежды.

О Веда… Что он подумает? Какая нелепость, какая глупость. Но мысли уже стремились к нему навстречу, окутывали мягкой волной желанное тело, струились по обнаженной коже, путались в светлых волосах.

— Кажется, все подходит. Дамис угадал с размером.

— Это хорошо.

— Эльдана, уже можно оборачиваться, — мягко прозвучал голос.

Я обернулась. Но глаза поднять не посмела.

— Эльдана?

— Наверное, мне пора.

Пора? Куда пора? Я сама себя обманываю. Мне некуда спешить, некуда бежать. Вся жизнь сейчас принадлежит лишь одному человеку, и он здесь, в этой комнате.

— Ты не можешь остаться? — неожиданно Грей подошел ближе и дотронулся до моей щеки. — Не можешь или не хочешь? — приподнял лицо и заглянул в глаза. — Эльдана?

— Дар Грей… не могу.

— Почему?

Как я могла объяснить ему свои чувства? Как могла рассказать о снах и мечтаньях?

Губы сами собой шепнули:

— Пора идти.

И он отпустил. Тут же, без промедлений. Просто сделал шаг назад.

А сердце рванулось обратно, сердце молило вернуться, кричало, что согласно, что не боится!

Но он уже не просил.

Остаток дня я просидела в комнате, лишь изредка выглядывая в коридор, едва слышался чей-то голос. Все надеялась, что произойдет чудо и Грей найдет меня сам, раздастся знакомый голос, осторожно коснуться ласковые пальцы, до щеки дотронуться губы, но, увы, чудо происходит только в мечтах.

О Веда, ну почему все так сложно?

Мое отношение к Грею оставалось неизменным: уважение, нежность и любовь. Да, именно любовь. Глупо не признавать очевидного, этот мужчина вошел в сердце много лет назад и до сих пор находится там, занимая главенствующую роль.

Но что чувствует он сам? Думает ли обо мне?

Я не знала, чего ждать от будущего, не знала, чем может обернуться такая связь. Единственное, была уверена: что бы ни случилось, любовь нельзя отодвинуть в сторону. Ее надо ценить, холить, лелеять. Одиночество не приносит радости и уничтожает все на своем пути. Так зачем страдать, если можно это изменить, лишь раз сказав заветное «люблю»?

За окном пропели птички, наслаждаясь ярким солнышком. Прошелестел ветер, заигрывая с высокими макушками деревьев. Промелькнули бабочки, спеша в прохладную тень. А я наконец-то улыбнулась.

— Веда, зачем ты мучаешь меня? — шепнула в тишину комнаты. — Ведь я уже готова была смириться и забыть его. Но ты вновь подарила несбыточные мечтанья, обольстила сладкой надеждой… А я не смогла устоять.

Ужин прошел в одиночестве. Даже юный Дамис не спустился к столу. Как передала одна из служанок, мальчик так наигрался за целый день, что крепко заснул. Это и не удивительно, бедный ребенок полночи провозился со мной и Греем, да и утром встал ни свет ни заря.

Аппетита не было. Я отложила в сторону вилку, и решительно встала, нам всем не мешало бы выспаться.

Но по пути обратно в комнату, мое внимание привлек разговор Елейки и молоденькой служанки.

— Пока хозяина нет в замке, мы должны навести идеальный порядок. И куда только смотрела Фребок, в комнатах бардак, а в подземелье и того хуже — сплошная грязь. Если бы там царил порядок, как у меня на кухне, пауки не бегали бы по коридорам. Но я возьмусь за вас, лентяек! Ух, возьмусь! Завтра же, с самого утра, принимайся за уборку. Сначала здесь, а потом в подвале, поняла? И остальным передай, чтобы все отскребли. Дар Рэд нам еще «спасибо» скажет. Всюду грязь, сплошная грязь… — тут она оглянулась и, увидев меня, расплылась в улыбке. — Дара Эльдана, душечка, не поможешь ли мне завтра?

— Конечно, — я ответила на улыбку. — А что надо делать?

— Ой, ничего сложного, моя деточка. Просто пока я буду занята, присмотри за порядком в доме, а если нужно, прими гостей.

— Будут гости?

— Нет, нет. Не должны, вроде бы, — Елейка задумчиво пожевала губу. — Но мало ли…

— Все сделаю, не волнуйтесь.

Удача идет мне навстречу! Если, по просьбе Елейки, я займусь домашними делами, то не составит никакого труда больше времени находиться рядом с Греем, а если повезет, возможно раздобуду для него, что-нибудь необычное. Такое, что напомнит счастливые годы, проведенные здесь и безмятежное детство. Не знаю почему, но мне очень хотелось сделать ему какой-нибудь подарок.

— Вот и ладненько, — женщина удовлетворенно кивнула и вновь всплеснула руками: — Ой, сколько завтра работы нам предстоит, сколько работы! Все подземелье отмоем, каждый закоулок, каждый кирпичик.

Подпихивая служанку под локоть, она направилась дальше по коридору, а я осталась стоять, с бешено колотящимся сердцем. Подземелье? Как же я сразу не поняла! Грей…

Оставаться в тайной комнате стало опасно. Уж если Елейка надумала устроить грандиозную уборку, то так тому и быть. Присутствие постороннего быстро обнаружится, где бы он ни прятался. Что же делать? Ни в одном помещении ему не укрыться, нигде не обрести покоя.

Подумала так и тут же осеклась. Свою комнату я убирала сама. Никто из слуг не стремился наводить порядок в комнате учительницы. И без разрешения никто не входил, наличие магии держало любительниц посплетничать с подружками на расстоянии. Идеальный вариант! Тут и только тут он будет в безопасности.

Будет жить, набираться сил, и оставаться невидимым для обитателей Темногорья. Он будет только со мной. Много дней и ночей.

Я едва дождалась ночи, чтобы не ринуться к Грею прямо сейчас.

Под покровом темноты пробралась в подземелье и постучала. Как он воспримет новость? Согласится ли? Дверь заскрипела, отворилась, и на пороге возник улыбающийся Грей.

— Девочка, — мягко произнес он.

В этом слове было все: тревога, ожидание, нежность, страсть.

На глаза невольно набежали слезы

— Эльдана, что случилось? — мужчина с беспокойством выглянул в коридор, словно именно оттуда пришла печаль. — Кто тебя обидел?

— Никто, — поспешно успокоила я его. — Дар Грей, вам опасно оставаться здесь. Нужно немедленно уходить! Елейка затеяла обход всего замка. Мечтает прибраться во всех комнатах.

— И тут? — удивился Грей.

— Особенно тут.

— Странно… Что ее сюда потянуло?

Я пожала плечами:

— Ну она же совсем недавно приняла обязанности экономки. Может, хочет проявить себя?

Мужчина нахмурился.

— Придется вернуться в горы.

— Нет! Дар Грей, нет, это тоже опасно, — стало страшно, что он исчезнет, и я никогда его больше не увижу. — Не нужно возвращаться. Я укрою вас в своей комнате.

Мгновенье Грей молчал.

— Где? — переспросил он с удивлением.

— В комнате. У себя.

Я отвечала уверенно, боясь показать свое смущение и опасаясь отказа.

— Дар Грей, это единственное место в замке, где вас не будут искать. Там спокойно и тихо. Никто не заходит, не беспокоит.

Но он опять задумчиво молчал. Прошла минута, хотя мне она показалась целой вечностью.

— Дар Грей, вам нужно спрятаться.

— Девочка… — наконец произнес мужчина, и устало улыбнулся. — Наивная, добрая девочка… Ну что же, веди меня в свою обитель.

Радостно выдохнув, я только сейчас поняла, с каким напряжением ожидала ответа. Всесильная Веда, он согласен!

Грей подошел к шкафу и вытащил старинный сверток. Подержал в руках, и вновь вернул на место.

— Скоро это все вновь будет принадлежать мне по праву, — едва слышно произнес он. — Скрываться в собственном доме… кто бы мог подумать? — и, обернувшись громко спросил: — Еще не передумала?

Я отрицательно покачала головой.

— Тогда пошли. Только кое-что сделаю напоследок.

Он подошел к двери и сам, совершенно не прося моей помощи, сотворил заклинание. Комната приобрела свой первоначальный вид: огромный девственный слой пыли и несметное количество свисающей паутины.

Видимо родные стены и впрямь возвращают силы.

— Пойдем через тайный ход, — пошептала я и, взяв Грея за руку, повела за собой.

Мы проходили мимо покоев Розалинды, когда за стеной послышались голоса. Говорили на повышенных тонах и судя по голосу две благовоспитанные дары.

— Она принимает гостей? — удивилась я — Ведь почти середина ночи.

Не сумев совладать с любопытством и приоткрыв крохотную створку, что в прошлый раз показал Дамис, прильнула к глазку.

У красавицы и вправду была гостья. Девушки сидели за столом и играли в азартную игру. Две блондинки. Две претендентки на сердце Рэда. Розалинда и Ивонна.

По их взбешенному взгляду и раскрасневшимся лицам, можно было предположить, что игра длится уже много часов подряд. Не это ли послужило причиной того, что ни одна из них не вышли к ужину?

Прически у обоих были растрепаны, движения — быстрые, нервные. Девушки то и дело привставали со своих мест, не сумев совладать с эмоциями, а потом словно спохватившись, чинно усаживались назад. Выражение лиц постоянно менялось: радость, гнев, зависть, разочарование.

На столе, возле каждой из девушек, аккуратной кучкой лежали деньги, драгоценности, яблоки и мелкие сладости. Наверняка, они сели играть шутя, просто чтобы скоротать время и ставили на кон всякую ерунду. Но со временем, войдя в кураж, в ход пошли деньги и драгоценности.

Если Розалинду я уже хорошо знала, и ее поведение не вызвало удивлений, то Ивонна меня несказанно удивила. Где же то неземное, задумчивое, до смешного инфантильное создание? За столом играли две бешеные кошки, фурии, ведьмы, но никак не благородные воспитанные молодые дары.

В игре удача приходила попеременно то к одной, то к другой. Хотя, судя по выигрышу, Ивонне в последних партиях крайне не везло.

В какой-то момент, она вскочила со своего места, стукнула кулачками об стол и, чуть ли не брызжа слюной, закричала:

— Так нечестно, Розалинда! Вы блефуете! Вы считаете меня совсем глупой? Я прекрасно помню, что все было не так! Обманщица! Верните мои деньги!

Но Розалинда лишь хищно улыбнулась:

— Какие деньги, дара? О чем вы? Думаете, они мне нужны? О, нет! Я предлагаю вам другую ставку. Более крупную и ценную.

Ивонна кинулась собирать золотые монеты, но заметив спокойный взгляд соперницы, села на место.

— Какую ставку? — хмурясь, поинтересовалась она.

— Самую желанную, — растягивая губы в оскале, загадочно ответила девушка. — Сыграем на любовь?

— На что?

— На любовь. Проведем пять партий. У кого больше выигрышей, тому достанется лорд Рэд. Проигравшая откажется от него. Насовсем, — Розалинда впилась взглядом в Ивонну. — По рукам?

— По рукам, — незамедлительно ответила Ивонна и широко улыбнулась.

«Какая интересная ставка, — подумала я, прикрывая глазок. — Жаль, что пять партий затянутся до самого утра. Ну ничего, узнаем победителя позже».

Грей был согласен. И взявшись за руки, мы продолжили путь.

В темном мраке коридора стояла такая тишина, что даже осторожные шаги, казалось, поднимали немыслимый шум. Мимолетные тени одна за другой проскользнули в сиротливую девичью обитель и плотно прикрыли за собой дверь.

— Дар Грей… — внезапно пересохло в горле. — Здесь никто не помешает.

Грей едва заметно улыбнулся, но ничего не сказал.

— Темно-то как. Сейчас зажгу свечи!

Я рванулась к столику.

— Стой, — ловкие мужские руки схватили меня за талию. — Как бы кто не забрел на огонек.

— Все спят.

— Кроме Розалинды и Ивонны, — напомнил он. — Мало ли, что придет им в голову.

— Вы правы.

Грей разомкнул объятия и подошел к окну.

— Окна выходят на сад. Так и думал.

— Отсюда очень красивый вид, — сказала я, просто для того, чтобы что-то сказать. Сердце трепетало, рвалось из груди от волнения и неизвестности, но разум приказывал успокоиться, не спешить и позволить Грею сделать первые шаги.

Тикали часы, размеренно отсчитывая минуты, но время упорно не хотело ускорять свой нудный бег и подталкивать грядущие события.

— Эльдана, — Грей откинул голову, взмахнув взъерошенной гривой волос, и обернулся. — Иди сюда.

Горящие синие глаза проникали в душу, вызывая самые тайные, самые страстные желания. Я не могла противиться его призыву, душа сама рвалась навстречу, поэтому сделав пару торопливых шагав, очутилась совсем рядом.

— Что-то случилось?

Я лукавила. Задавала вопрос, на который и так знала ответ.

Он это понял.

— Ты перестала бояться меня, девочка, — улыбнулся мужчина, протягивая руку.

Грей не неволил, не принуждал, он предусмотрительно оставил возможность шагнуть назад, позволяя самой сделать выбор.

И я решилась.

— Страх никогда мне не нравился, — доверчиво шепнула я, вкладывая свои пальчики в его открытую ладонь.

— Что же тогда тебе по нраву? — мужчина крепко сжал руку, словно боялся, что передумаю.

— Уверенность.

— Как сейчас? — он ласково дотронулся до волос.

— Как сейчас.

Мне нравилось чувствовать его руки, мягкие поглаживания, нежные прикосновения. Все это казалось таким удивительным, таким необычайно особенным, сотворенным лишь для меня одной.

— Девочка, ты даже не осознаешь, как прекрасна, — шепнул Грей, вынимая заколку из строгого пучка.

Почувствовав свободу, темные локоны тут же упали на плечи, обрамляя лицо тяжелыми волнами.

— Зачем прячешь такую красоту?

Он пропустил пару прядок между пальцами, дотронулся до подбородка, ласково погладил шею, заставив задрожать крохотную голубую венку на ключице, и вновь вернулся к лицу.

— Зачем ты ворвалась в мою жизнь, таинственное создание? Завладела сердцем, поселилась в душе, отняла покой.

Раньше я никогда не слышала подобных речей. Да, конечно, Кенаи говорил что-то схожее, но разве его набор слов может сравниться с затаенной нежностью Грея? Разве пустые разговоры могут соперничать с трепетной искренностью любимого мужчины?

Он ласково прикоснулся губами к виску.

— Прекрасная, восхитительная, единственная…

Я наслаждалась лаской, иногда забывая даже дышать от удовольствия.

— Эльдана, — шептал Грей, направляя тропинку из крохотных поцелуев вниз. — У тебя такие красивые губы. Мягкие и соблазнительные. Такие манящие.

Он медленно скользнул к уголку рта, заставляя замереть от упоительных, доселе незнакомых ощущений.

Я полностью отдалась во власть Грея, во власть его умелого, нежного поцелуя. Не хотелось ни о чем думать, ничего решать. Только бы всю жизнь чувствовать эти требовательные губы, сильные руки, порывистое, полное страстного огня, дыхание.

Хотелось всю жизнь быть с ним. Только с ним.

— Грей…

— Тсс, ничего не говори, — прошептал он. — Не надо слов… Лишнее.

И я молчала.

Молчала, позволяя себе быть хрупкой и наивной, манящий и взывающей. Позволяла слушать его бархатный голос, видеть синеву горящих глаз.

— Эльдана…

— Тсс, сам сказал, ни к чему слова…

И даже когда пристальное око луны озарило наши лица, я не отвела взора от любимого мужчины.

Не было длинных разговоров, не было задушевных бесед. В чарующей тишине прошла добрая половина ночи. Грей ласково держал меня за руку, едва касаясь теплыми губами, и изредка проводил ладонью по темным локонам волос, словно навсегда хотел запомнить их шелковистость.

Я сидела, на застеленной бархатом кровати, поджав ноги, и любовалась предрассветным пейзажем, открывающимся из окна.

— Грей, мы не заметили, как начался новый день.

Мужчина вскинул голову и улыбнулся.

— Ты права. Скоро запоют птицы.

И будто в подтверждение его слов тут же раздалась замысловатая трель. Ярко-красная птичка вспорхнула на подоконник и, издав несколько веселых нот, умчалась дальше.

— Я же говорил, — хмыкнул Грей.

Стул, на котором мужчина провел всю ночь, предательски скрипнул. Видно даже ему не понравилась, та невинная отдаленность, в которую переросло страстное начало.

Я вздохнула. Грей оказался самим благородством, истинной мужественностью и благоразумием. Не позволяя поцелуям перерасти в нечто большое, он выбрал несчастный и целомудренный стул. Правда, поставил его вплотную к кровати, но все же…

— Еще одна бессонная ночь, — резюмировал Грей. — Тебе надо поспать хоть немного.

— Нет, нет, — я замотала головой, но, не удержавшись, зевнула. — Нет, я хочу быть с тобой.

— Я никуда не уйду.

Он улыбнулся и пересев на кровать, ласково обнял.

— Милая моя девочка, спи спокойно.

Его голос такой мягкий и безмятежный дарил успокоение, позволяя расслабиться.

— Только не уходи, — шепнула я, сквозь первые сновидения.

— Не уйду.

Меня разбудили тяжелые мужские шаги. Вначале, я даже испугалась, но вовремя вспомнив прошедшую ночь, с радостью открыла глаза.

— Грей!

Светловолосый мужчина обернулся.

— С добрым утром, девочка моя, — не скрывая нежности ответил он.

Я сладко потянулась.

— А ты спал?

— Вздремнул немного.

— Все в порядке? Никто не заходил?

— Нет, не переживай. Твоя обитель безопасна.

Я нахмурилась.

— Грей, ты выглядишь обеспокоенным. Что-то случилось?

— Говорю же: все в порядке, — мужчина подошел ближе и беззаботно улыбнулся. — Ну, что может случиться?

Он ласково поцеловал, позволяя теплому прикосновению развеять тревоги.

— Все хорошо, Эльдана, все будет хорошо.

И вдруг, каким-то шестым чувством, поняла, что он прав: теперь и вправду все будет хорошо.

— Скоро завтрак? — пробормотала я.

— Он давно закончился.

— Как?!

О Веда, как могла проспать? Вот незадача, как бы кто не решил навестить меня и справиться о здоровье.

— Ты сейчас похожа на загнанную в угол мышку, — хмыкнул Грей.

— Ты не понимаешь, надо срочно что-нибудь придумать.

— Это ты не понимаешь, — мужчина крепко взял меня за руку. — Я же сказал, никому не позволю тебя обидеть, помнишь? И проблему с твоими домочадцами решил. Ну что ты так на меня смотришь? Вновь в грифона превращаюсь?

На мгновенье, я опешила и, удивленно хлопая ресницами, воззрилась на Грея.

— А сейчас ты похожа на удивленную мышку, — он довольно растянул губы в улыбке. — На очень удивленную мышку.

Я тоже улыбнулась, но как-то нервно, однобоко.

— Эльдана, девочка, успокойся. Забегал Дамис, я попросил передать, что у тебя болит голова, поэтому будешь завтракать у себя. Смышленый малец, надо признать, — добродушно фыркнул Грей. — Он наложил целый поднос еды, и вызвался отнести его. Никто и не пытался мешать. Так что, прошу к столу!

Он махнул рукой в сторону столика, на котором и вправду стояла тарелка с вкусностями.

— Как много, — удивилась я, разглядывая пиршество.

— Ну, нас же двое, — Грей пожал плечами.

— А если кто заметил?

— Что? Большую порцию? — хохотнул он. — Эльдана, милая, да они скорее поверят, что ты ешь за двоих, чем в то, что в твоей комнате может находиться чужой мужчина.

Я поджала губы, но почти сразу же улыбнулась. Тут он прав. Бояться нечего.

— Ну, тогда, давай завтракать.

Грей проводил меня к столу и пододвинул кресло.

— Приятного аппетита, дара Эльдана.

— Приятного аппетита, дар Грей.

Надо признать, лучшего завтрака в моей жизни еще не было. И дело тут не во вкусной еде и прохладном напитке. Самое главное, это любимый мужчина рядом.

— Изумительные булочки, — я намазала мягкую сдобу маслом.

— Да… вкусно… — ответил Грей, задумчиво глядя в окно.

— Грей?

— В саду девушка. Та, что мы видели в комнате Розалинды прошлой ночью.

— Дара Ивонна?

— Она.

Его голос прозвучал хрипло.

— Грей? — удивленно окликнула я, но мужчина, словно, не слышал.

Его глаза сузились, в небесной синеве мелькнула молния.

— Эльдана, — он резко повернулся. — Не могла бы ты проследить за ней?

— За Ивонной?

— Да. Прямо сейчас.

В его словах был холод, металл, гранитный камень, сквозь который не просачивалось и капли былого тепла.

— Хорошо. Я спущусь в сад, если ты так хочешь.

— Очень хочу, — шепнул Грей. — Спасибо.

И вновь нежность воцарилась в лазурных очах, и вновь бархатные нотки зазвучали в голосе, будто и не было того векового льда во взоре мужчины.

Настроение было превосходным. Я чуть ли не вприпрыжку спускалась по лестнице на первый этаж. Казалось, ничего не сможет омрачить такое потрясающее утро, но тут со стороны столовой вышла Розалинда. Хорошее настроение в момент исчезло.

— О! Да это же дара Эльдана! — демонстративно удивленно поприветствовала меня девушка. — И куда же вы торопитесь? В класс? На урок? — она сложила бровки домиком, и протянула: — Вы совсем не уделяете мне время для занятий. Жестокая! Жестокая дара! Нужно сказать об этом дяде. Зачем нам вообще такая учительница? От вас только проблемы.

— Ты ничего не путаешь, Розалинда?

— О чем вы, уважаемая? — округлила глаза красавица, поигрывая ямочками на щеках.

— Ты сама отказалась учиться. Прекратила ходить на занятия, перестала заучивать заклятья.

— Ах это… Это дядюшке знать не следует, — Розалинда приложила пальчик г губам и хихикнула. — Это же наша с вами тайна. А тайны вы обещали хранить. Помните? Мы заключили сделку и обещали молчать о тайнах друг друга.

Разве такое забудешь. Я сделала глупость, позволив девчонке обвести себя вокруг пальца, но Веда простит, слишком велика была тревога за Грея.

— Кстати, дара Эльдана, вы случайно не встречали сегодня Ивонну? — как ни в чем не бывало, продолжила разговор красавица. — Это еще секрет — но вы же не проболтаетесь — их свадьбы с дядей не будет!

— Вот как?

— Умерьте свои сомнения, дара. Я точно знаю, что свадьба отменяется. Ивонна покинет замок, сразу же после возвращения лорда. Моего лорда.

Она сделала такой упор на слове «моего», что стало понятно: победа в игре досталась Розалинде.

— И ты думаешь, дара Ивонна отступится?

— Конечно, — девушка безмятежно пожала плечиком. — Конечно!

Я усмехнулась, и, подойдя к ней почти вплотную, прошептала:

— А ты спросила лорда? Отступится ли он?

Мне очень интересен исход этого «бракосочетания», ведь Рэд на что-то надеялся, когда заключал помолвку с безумной невестой. Тут не любовь, а выгода. Лорду наплевать на чувства девушки. Он печется совсем о другом.

Розалинда ошеломленно приоткрыла ротик, в ответ на выпад, но ничего не сказала, а я спокойно продолжила:

— Дару Ивонну видели в саду. Мне как раз туда нужно. Не хочешь, составить компанию?

— С такой грубиянкой, как вы? — вспыхнула она. — О, нет, увольте! Передавайте Ивонне пламенный привет. Вы с ней стоите друг друга.

Розалинда засмеялась и вальяжно прошествовала в гостиную.

— Все-таки испортила настроение, — вздохнула я.

От легкости и воздушности не осталось и следа, но делать нечего, просьбу Грея надлежало выполнить. И что ему привиделось в этой Ивонне? Девушка, как девушка. Немного странная, недалекая, с собственным миром, но не представляющая никакой опасности. Или я ошибаюсь?

Выйдя в сад, первым делом осмотрелась. Не хватало еще, вызвать подозрения у кого-нибудь внезапным интересом к будущей хозяйке Темногорья.

У кустов розового трефолиса заметила дара Дули. Он сидел в одиночестве. Подавленный и сгорбленный, с потухшим взглядом.

— Доброе утро.

— А? — вскинул голову садовник. — Это вы, Эльдана… Доброе… — он вздохнул. — Решили по саду пройтись?

— Да, люблю гулять по утрам.

Мне было искренне жаль старика. История с Фребок его сильно подкосила. До последнего не веря в виновность своей сердечной симпатии, он умолял Рэда вернуть ее, но лорд был непреклонен. Злость хозяина замка оказалась поистине великой, в Темногорье запретили даже упоминать имя старой экономки.

И садовник сник, замкнулся в себе, не позволяя никому очернить воспоминания о любимой. Всегда высокий, до смешного долговязый мужчина, словно стал ниже ростом. Ссутулились плечи, опустилась голова, и даже руки, так резво порхавшие над растениями, утратили былую живость.

— А вы не хотите прогуляться со мной? Составить компанию?

Я спросила наугад, не лелея особой надежды на согласие, но к вящему удивлению, услышала:

— Знаете, дара, с тех пор, как ушла Фребок, мне особо не с кем поговорить. Вот только что с травками, да кустиками. Они слушают внимательно, но никогда не отвечают, — дар Дули попытался улыбнуться. — Пойдемте, прогуляемся. А я расскажу вам о ней…

Садовник повел меня по одной из тропинок.

— Я ведь все еще ловлю бабочек… для нее…

Слушая, его откровения, и стараясь не потерять интереса к бедам старика, я внимательно высматривала Ивонну. Но она словно растворилась в цветуще-зеленом царстве.

Рассказы дара Дули казались бесконечными и, честно говоря, очень отвлекали от главного.

— Не расстраивайтесь так, — наконец решилась перебить я, — Вы обязательно с ней встретитесь. Вот увидите, обязательно встретитесь.

На лице садовника отразилось недоверие, но тактичность не позволила спорить. Этого было достаточно, чтоб перевести разговор на новую тему:

— Ну, не будем о грустном. Расскажите о саде, а лучше покажите тут все. Столько времени живу в Темногорье, а до сих пор не перестаю восхищаться вашим детищем.

— Вы, правда, хотите все посмотреть? — в глазах старика появился интерес.

— Конечно.

— Тогда пойдемте. Пойдемте, дара Эльдана, я покажу вам самые редкие растения, самые красивые цветы и самые ароматные травы!

Я мысленно поздравила себя. Думаю, с такой незамысловатой прогулкой легко найду Ивонну.

— Ах, дара, ведь этот сад уникальный. Правда-правда! Вы мне не верите? Напрасно, — Дули сорвал травинку и поднес ее к длинному носу. — Какой аромат… Когда я только пришел сюда работать, тут росло всего два-три кустика. Но дорожки, надо признать, уже были выложены, — садовник махнул рукой. — Видите, какие они разнообразные. Прямых совсем нет, то пересекаются, то расходятся. Сущий лабиринт.

Кивая в такт его словам, поняла, что Дули прав, садовые тропинки и впрямь слишком запутаны. Никогда не знаешь, куда приведет.

— Лет десять назад земля была словно каменная. Сухая и мертвая, будто тысячу огненных ураганов пронеслись по этим местам. Но дару Рэду очень хотелось разбить сад, и он позвал меня, — садовник улыбнулся, и в тусклых глазах блеснула гордость.

— Неужели ничего не росло? — ахнула я, рассматривая изобилие цвета. — И все это ваша заслуга?

— Ну, сказать по совести, одно дерево все-таки было — яблоня. Она стояла, как ни в чем не бывало, посреди черной выжженной земли и цвела.

— Цвела?

— Да, удивительно, но все древо было покрыто цветочными завязями. Эльдана, а вам, правда, интересно?

— Очень, рассказывайте дальше.

— Ох, милая дара, если бы вы знали, сколько раз я прошелся по этим кривым тропинкам, пока не понял… — садовник заговорщицки прищурился. — Это рисунок. Большой, огромнейший рисунок. Наверняка, думаете, что старик сошел с ума?

— Ну что вы, дар Дули, — я взяла его под руку. — У меня и в мыслях такого не было. А что за рисунок?

— Я долго думал об этом, рисовал, состыковывал… И догадался. И все же я догадался!

— Так какой рисунок?

— Знаете, самое смешное, что это изображение часто попадается в замке. На гобеленах.

Я напрягла память. На гобеленах… На гобеленах часто используется один сюжет. Не может быть.

— Огромный разъяренный грифон. Да, Эльдана, да! Грифон! Вы представляете? Тропинки образуют силуэт грифона. Но самое интересное, — он поднял верх палец. — Яблоня. Та самая яблоня. Она растет на месте, где должен находиться грифоний глаз.

Во взоре садовника горело пламя энтузиазма и долгожданного открытия. Он ожил, бесследно растеряв тоску по Фребок, распрямил плечи и вздернул подбородок. И это был убитый горем влюбленный? Нет, передо мной сейчас стоял первооткрыватель вселенной, исследователь тайных знаний, покоритель недосягаемых вершин. Дар Дули лучился собственной значимостью и величием.

— Я специально посадил кусты и растения так, чтоб рисунок ожил. Посмотрите. Посмотрите же! Трава белого цвета, видите? Это белоголовник, брюхо грифона. А вон там — бурая травка. Редкий окрас тиупении, специально для крыльев сажал. А вокруг яблони — заметили? — желто-зеленая. Хищное, грифонье око.

Я слушала дара Дули и удивлялась, сколько труда, и любви он вложил в свое творение. Раскрасил холст неизвестного мастера, подарил цвета облику зверя.

О Веда, неужели и тут грифон? Неужели, даже сад связан с Греем? И яблоня, та самая яблоня.

— Темногорские яблоки самые вкусные, — продолжал рассказывать садовник.

— Дар Дули, — внезапно перебила его я. — Так в саду же не одна яблоня, их много.

— Все верно, — улыбнулся садовник. — А что ей стоять в одиночестве? Я ей рядом подружек высадил.

— А где? Где та, что цвела на выжженной земле? Самая первая?

— Да кто ж теперь знает, — он пожал плечами. — Глаз-то ведь большой. Много деревьев требовал.

Старик пошел дальше по дорожке, вновь рассказывая о растениях, но это уже меня не интересовало. Может быть, стоило вернуться к Грею и расспросить о тайнах сада и рисунке? Наверняка, я бы так и поступила, но тут среди кустиков мелькнула тонкая девичья фигурка.

Ивонна!

— Дар Дули, а какие цветы растут в той стороне? Вы о них еще не рассказывали.

Широко улыбнувшись, и искренне радуясь интересу со стороны молодой учительницы, садовник незамедлительно повернул в сторону Ивонны, остановившись совсем рядом с кустами.

Он говорил очень тихо, словно делился самой сокровенной тайной. Мне это было только на руку — невеста Рэда до последнего не подозревала, что за ней следят.

Странно, но теперь она вовсе не была похожа на ту пустоголовую девицу, коей себя показывала в последнее время. Взор светлых глаз искрился толковостью, а упрямо поджатые губы свидетельствовали о внутреннем сосредоточении. Ивонна стремительно двигалась по тропинкам, делая четкие размеренные шаги. Разглядывала деревья, время от времени сверяясь с солнцем, точно боялась сбиться с одной ей известных координат.

Вот и сейчас остановившись под финиковой пальмой, она сорвала плод и, повертев его в руках, осторожно откусила, но тут же отшвырнула плод, с негодованием отплевываясь. И пройдя к следующему древу, опять глянула на солнце.

Она явно что-то искала.

Мне казалось, что еще немного, и я найду разгадку тайны. Было здесь что-то такое, ускользающее, непонятное, но столь необходимое всем обитателям Темногорья.

— Дар Дули, а яблони только в одном месте растут?

— Сажал специально вокруг первого деревца, — кивнул садовник. — Но в саду много и других фруктов. Вот там, например, персики, а там груши. А вы пробовали финики? Нет, не те, что мы для кролика брали, не бойтесь, — он засмеялся. — Давайте, угощу вас.

Старик ухватил меня за руку и потянул за собой, прямо туда, где стояла Ивонна.

Девушка ахнула от неожиданности и быстро спрятала в карман очередной плод.

— Дара Ивонна, доброе утро, — Дули поклонился.

— Доброе.

— Здравствуйте, — кивнула я, внимательно наблюдая, как быстро у девушки меняется выражение лица.

Бровки опустились, подбородок чуть выдался вперед, в глазах появилась пустота и бессмысленность.

— Финики совсем не кусаются. У них нет ножек, а если бы были, они бы бегали. Но жаль, что у фиников нет крыльев, — она подняла взор к небосводу и горестно вздохнула.

— Что вы сказали? — удивленно переспросил садовник. — Кажется, я плохо вас понял…

— Все в порядке, дар, — прервала я. — Не будем мешать даре Ивонне.

Мы прошли чуть дальше, к тем деревьям, плоды которых Ивонна уже успела продегустировать.

Дули перешел на полушепот, видимо опасаясь ненароком помешать невесте лорда в размышлениях. Рассказ старика утратил былой задор, но все же заметно, как сильно он любит сад.

— А эти цветы вообще-то не растут в нашей местности, но я все же сумел их вырасти. Столько трудов, но какой результат!

Сказать по правде, я его почти не слушала. Все внимание было направлено на Ивонну. А посмотреть есть на что…

Едва мы скрылись за зарослями жимолости, как дара словно очнулась от сна. Покрутив головой, и убедившись, что внезапные нарушители спокойствия уже далеко, девушка вновь глянула на солнце. Нахмурилась, пошевелила губами, точно что-то высчитывая, а потом резко направилась к яблоням.

Я даже раздвинула загораживающие обзор веточки, чтоб ни на мгновенье не выпустить дару из вида.

Ивонна мерила шагами расстояние от яблони до яблони. Замирала на мгновенье, рвала плод и нетерпеливо впивалась зубами в сочную мякоть, но тут же отшвыривала в сторону, словно не находила того единственного, чего так жаждало ее сердце.

Но вдруг она резко бросилась вперед и, обняв ствол, прильнула к нему всем телом. Медленно-медленно, ласкающими движениями, провела рукой по шершавой коре и сорвала яблоко.

Блеснули белоснежные зубки.

— Слава Веде! — вырвалось у нее так громко, что даже дар Дули удивленно повернул голову.

Заметив наши внимательные взоры, Ивонна демонстративно встала на одну ногу и состроив глупую мордашку, запрыгала в сторону дома.

— Что случилось? — садовник пораженно смотрел на будущую хозяйку Темногорья.

— Ровным счетом ничего, — пробормотала я, задумчиво глядя вслед попрыгунье. — Наверняка, наступила на что-нибудь, ногу повредила.

Это объяснение старика устроило, и не зацикливаясь более на нелепой даре, он продолжил свои рассказы.

Но меня ее поведение очень озадачило.

Значит, девушка все это время искала яблоню. И не какую-нибудь, а ту самую, под которой я застала Розалинду в объятиях Кенаи, ту самую, под которой сидели мы с Рэдом. Память услужливо оживила картину, где лорд быстро царапает мою ладонь, с нетерпением поджидая первой капельки крови. Зачем? Что ему тогда было надо?

Неужели эта яблоня и есть та самая, о которой рассказывал садовник? Какие же загадки она в себе таит?

Грей нетерпеливо прохаживался подле окна.

— Ты это точно видела? — в который раз спрашивал он.

— Точно.

— Искала яблоню?

— Да, а когда увидела, даже обняла.

Мужчина усмехнулся.

— Расскажи еще раз.

И я повторила вновь все то, что видела поутру. Говорила и говорила, но чувствовала, что в рассказе нет никакой логики.

— Грей, а ведь Ивонна сначала не знала, что именно искать.

— Как так?

— Она долго ходила по саду, считала шаги, сверялась с солнцем. Срывала фрукты, но они ей не нравились, — я начинала нервничать. — Она не знала, что это должна быть яблоня.

В синих глазах мужчина появилась странная искорка.

— А что же она искала?

— Я… я не знаю…

— Эльдана, девочка моя, — Грей подошел и, приподняв за подбородок лицо, нежно поцеловал. — Не стоит думать обо всем сразу. Позволь событиям идти своим чередом.

— Но почему сад в форме грифона? — нетерпеливо шепнула я.

Мужчина вздохнул.

— Какая любопытная, — он спрятал ласковую улыбку. — Когда-нибудь ты все узнаешь, но пока не время.

— Почему?

— Иногда знания бывают опасными.

— Я волнуюсь.

— О чем?

— О будущем. Я волнуюсь о тебе.

Грей мягко коснулся моих волос и едва слышно сказал:

— Тебе не стоит волноваться. По крайней мере, не сейчас.

— Что ты скрываешь?

— Ничего такого, что представляло бы опасности для тебя.

— А для других?

Ничего не отвечая, он крепко поцеловал, точно хотел прекратить дальнейшие расспросы.

Его губы мягкие, но требовательные дарили подлинное удовольствие, дразня и разжигая желание. Я не сразу заметила, как нежные объятия переросли в более страстные, как поцелуи спустились к шее и плечам.

— Грей, — в порывистом вздохе вырвалось его имя. — Мой Грей.

Мужчина сжал объятия еще сильнее, словно эти слова значили очень много.

Но тут раздался настойчивый стук в дверь.

— Дара Эльдана! — послышался женский голосок. — Можно с вами поговорить?

— Кто это? — шепнул Грей.

Я нервно сглотнула.

— Ивонна.

Сердце предательски отбило барабанную дробь, пугающим образом сочетающуюся с настойчивым стуком.

— Дара Эльдана! — повторился зов.

Грей отодвинулся на шаг, и, прищурившись, задумчиво глянул на дверь.

— Надо открыть.

— Нет! — воскликнула я в ужасе, и тут же зажала рот руками, опасаясь, что возглас прозвучал слишком громко.

— Не волнуйся. Я спрячусь.

Мужчина быстро отошел к окну. Там за тяжелой шторой, вполне можно скрыться, но, увы, для меня это не было успокоением. А вдруг Ивонне захочется полюбоваться садом через распахнутые створки?

— Эльдана, — Грей чуть сильнее задвинул тяжелые портьеры. — Самое главное, запомни, она ни за что не должна понять, что тебе известна цель ее поисков!

— Так мне и не известна.

— Вот и хорошо. Не придется лгать, — он улыбнулся и тут же нахмурился, в дверь вновь постучали. — Выпроводи ее поскорее. Не рискуй.

Я обреченно кивнула.

— Дара Эльдана, откройте! Я знаю, что вы тут!

— Иду.

На лбу появилась холодная испарина страха, но другого выхода нет. Щелкнула задвижка и на пороге возникла улыбающаяся Ивонна.

— Дара Эльдана, что же вы так долго? — оскалилась она в слащавом добродушии.

— Разве долго? Простите.

— Ох, дара, а я уж подумала, вы не одна, — цепкий взгляд серых глаз пристально изучил комнату. — Вдруг помешаю?

— Ну, что вы…

К лицу прихлынула кровь, но я сумела справиться с волнением и уже через мгновенье беспечно улыбнулась:

— А вы что-то хотели?

— Да, хотела, — Ивонна задумчиво пожевала губу, словно не знала, как начать разговор. — Вы не пригласите меня пройти?

Пускать дальше порога совершенно не хотелось, но противиться желаниям будущей хозяйки Темногорья не могла. Хотя Розалинда, кажется, выиграла пари…

— Дара Ивонна, простите, я совсем запамятовала, Елейка просила заменить ее в домашних хлопотах. Ох, как я могла забыть!

— Вот как? — девушка надула губки. — Жаль, конечно, но вы правы, вам надо идти. Может, поговорим в другой раз?

— С превеликим удовольствием. А о чем разговор?

— О сегодняшнем утре. Мы встретились с вами в саду. Думаю, надо кое-что прояснить, — настороженно произнесла она.

— О, да-да, — скрипя сердцем от вынужденного притворства, я заботливо кивнула. — Вы же ушибли ногу. Как чувствуете себя? Болит?

Ивонна удивленно распахнула глаза.

— Ушибла ногу?

— Ну да. Вы воскликнули и подпрыгнули. Все еще болит?

Обескураженно кивнув, девушка закусила губу.

— Сочувствую. Кажется, у меня была настойка из лекарского корня. Найти?

— Нет, спасибо, у меня есть. И правда, как я могла забыть о настойке? — ее речь неожиданно стала легкой и радостной. — Спасибо вам, дара Эльдана, за заботу. Мне конечно, нужна настойка!

И широко улыбнувшись на прощанье, выскользнула в коридор.

Я закрыла дверь, тяжело привалившись к створке и глубоко вздохнула.

Ивонна явно обрадовалась, что утренние поиски в саду остались незамеченными. Интересно, а чем могла грозить мне осведомленность? Неужели Грей прав и знания могут стать опасными?

— Ты все правильно сделала, — мужчина подошел сзади и ласково обнял за плечи.

— Что происходит, Грей? — я повернулась и упрямо заглянула в глаза. — Что скрывается в саду?

Он нахмурился, но не отвел взгляда.

— Тебе сегодня некогда, займись делами, а завтра…

— Опять завтра?!

— Эльдана, обещаю, — глухо произнес он. — Завтра поговорим.

— Хорошо, — понимая, что от него сейчас ничего не добиться, решила подождать. — Но при чем тут Ивонна?

— А вот Ивонна тут совершенно ни при чем! Она лезет не в свое дело и ищет то, что ей не принадлежит, — сквозь зубы процедил Грей и резко развернувшись, вернулся к окну.

Обед проходил в полной тишине. Розалинда ковыряла ложкой пирожное, задумчиво смотрела вдаль, и предавалась призрачным мечтам. Ивонна, наоборот, вся воодушевленная, поглощала пищу с огромным аппетитом, чуть ли не глотая ее целиком.

И если грезы Розалинды я связывала с надеждой на завоевание Рэда, то торопливость Ивонны была абсолютно не понятна.

Дамис молча поглядывал то на одну, то на другую дару. Озорной взор мальчишки сиял, детские пальчики выстукивали незатейливую дробь. Может я ошибаюсь, но он явно удумал какую-то каверзу. Так и есть!

Не прошло и минуты, как юный лорд тайком посадил на спину сестре жирного жука.

— Дамис! — зашипела я.

В конце концов, воспитание детей тяжелым грузом ответственности лежало на моей совести.

Спасибо Веде, но ни Розалинда, ни Ивонна не обратили внимания на несчастные взгляды, которые бросал Дамис, упрашивая не выдавать.

Сказать по правде, не было ничего ужасного в том, чтоб немного поучить красавицу-блондинку. Мне это не позволяло воспитание и положение, а вот с проказника-брата спрос минимальный. Поэтому, миролюбиво улыбнувшись, я вернулась к обеду.

Полчаса прошли незаметно. Дамис хихикал, Розалинда летала в облаках, а Ивонна несколько раз порывалась уйти, но под нашим удивленным взглядом садилась обратно.

Наконец, все блюда успешно опустошены на радость Елейки.

— Дамис, — первой подала голос я. — Пора заняться уроками. Беги в классную комнату, и выбери альбом с растениями. Сегодня займемся тем, что тебе самому покажется интересным.

Мальчишка кивнул и выбежал из столовой.

— Розалинда? — хоть ответ был мне известен, но спросить все же стоило. — Будешь заниматься с нами?

— Я? Еще чего! — девушка сморщила носик. — Сегодня такой чудесный день. Лучше прогуляюсь.

— В сад? — воскликнула Ивонна замирая, но тут же всплеснула руками. — О, да, да! Я иду в сад! Буду искать брусляков!

— Кого? — одновременно переспросили мы с Розалиндой.

К своему стыду, должна признать, что никогда не слышала подобного слова, впрочем, кажется, Розалинда тоже.

— Брусляков, — уверенно повторила Ивонна. — Это жуки. Красивые такие. На яблонях живут.

Ах, на яблонях? Ну-ну… Девушку вновь тянет к яблоньке. Одно хорошо, пока рядом Розалинда — надеяться ей не на что.

— Ну что же, Розалинда, — пожала плечами я. — Вы свободны от уроков, и можете прогуляться по саду с дарой Ивонной.

Красавица немного скривилась, но все же кивнула.

— Вот и прекрасно. Удачного дня, дары.

Розалинда встала, сделала пару шагов к выходу и неожиданно завизжала.

— Снимите! Снимите! Дамис! Опять ты!

Как оказалось, жук, которого посадил мальчик, заполз девушке за шиворот. Прошло немало времени, прежде чем мы его поймали. Признаться, я особо-то и не торопилась помогать Розалинде, да и Ивонна с наслаждением наблюдала за концертом, лишь изредка, подбадривая белокурую красавицу громким смехом.

Конечно, в итоге все кончилось горькими от обиды слезами, истерикой и пустыми угрозами.

Розалинда жалобно хмурила бровки, Ивонна ехидно растягивала рот в улыбке, а я, оставив их наедине со своей желчью и злобой, отправилась на урок.

— Дара Эльдана, — окликнул меня голос Елейки.

Хватаясь пухлой ладошкой за сердце, женщина торопливо приближалась.

— Ох, деточка, — выдохнула она. — Что за день! Что за день! Хотела прибраться в подвале и вдруг такое! Мало мне забот, еще и Розита раскричалась. Жучка испугалась. И как на нее забрался-то?

— А что случилось? — спросила я, выискивая главное в сбивчивом рассказе.

— Случилось? Ох, случилось! Лорд вернулся! Эльданушка, вы его не видели случаем?

Сердце сделало тревожный «тук».

— Какой лорд?

— Дар Рэд, какой же еще?

— А разве он вернулся? Так быстро? Сказали несколько дней не будет.

— Так, наверное, поплутал немного, поохотился, да и вернулся. Охота видать неудачная была.

Странно, но ни Ивонна, ни Розалинда не говорили о возвращении Рэда. Хотя уверена, что девушки первые бы бросились к нему в объятия и подняли б на ноги весь дом. Да и Дамис ничего не сказал.

— Дара Елейка, а вы уверены, что вернулся?

Женщина всплеснула руками.

— Я сама видела. На рассвете. И хоть темно еще и Рэд спиною был, да разве спутаю я светлые волосы хозяина Темногорья с чьими-то еще? — Елейка улыбнулась.

Вмиг дышать стало тяжело, и нехорошее предчувствие накрыло душу, словно клетка темницы.

— А где вы его встретили?

— В саду. Под яблонями сидел. Эльданочка, что с вами? Ой, как побледнела, милая. Что случилось? — добрая женщина тревожно заглянула прямо в глаза.

— Ничего, все в порядке, — я нервно сглотнула. — А вы говорили с ним?

— Нет, конечно. Да и зачем тревожить? Он меня и не заметил.

Грей… Уверена, это был Грей… Именно под утро, на рассвете, когда сон сморил меня… Всесильная Веда, что же происходит?

— Я ж вышла воздухом подышать, а там лорд, — Елейка пожала плечами. — Сидит себе под яблонькой, тишину слушает. Да что с вами, Эльданушка? Ой, щечки-то какие беленькие, ни кровиночки нет. Отдыхать вам больше нужно, а не с уроками сидеть.

— Да, именно так и сделаю, но попозже… А вы наверняка ошиблись с лордом. Ведь если бы дар Рэд вернулся, вы бы первая об этом узнали. И стража у ворот доложила бы. Нет, уверена, вам приснилось все.

— Как же так? — растерялась она. — Вот как сейчас помню, в сад выхожу, а там он. Не могла ж я перепутать.

«Могла, еще как могла», — подумала я и вздохнула. Братья слишком похожи, нетрудно принять одного за другого. Но что Грей делал в саду? Да еще и около яблонь? Вот Морово проклятье, иногда, кажется, что тайна где-то тут, на поверхности, а как копнешь, зарываешься еще глубже.

Но вслух конечно я сказала совсем другое.

— Вам, наверное, сейчас тяжело, дара, сколько забот навалилось.

— И не говорите, — махнула ручкой бывшая кухарка. — Целый день на ногах. Как только Фребок, храни ее Веда, справлялась-то? На кухне и то было легче.

Я улыбнулась. Вот он, ключ к сердцу, а главное к памяти Елейки.

— А вы так прекрасно готовите, пальчики оближешь.

Елейка от такой лести раскраснелась.

— Ох, спасибо, Эльданушка.

— Столько рецептов знаете. Поделитесь?

— Правда, хотите?

— Конечно. Рассказывайте.

— Ну тогда запоминайте… — приготовилась диктовать толстушка., радуясь тому, как внимательно я ловлю каждое ее слово.

— Хотя нет, дара Елейка, подождите, может лучше, спущусь к вам вечером и запишу все? А то, боюсь, не запомню.

— Ох, ну ладно. Тогда идите, идите, дара, у вас же дела… И я пойду.

Елейка грузно развернулась и пошла в сторону кухни, но через пару шагов, обернулась:

— А насчет лорда вы правы. Показалось мне. Чего только не привидится сослепу.

Я удовлетворенно выдохнула. Хоть закон и запрещает применять магию на человеке, но иногда без этого просто не обойтись.

Едва я переступила порог классной комнаты, как мальчик подбежал, обнял и, глядя в глаза, с восторгом произнес:

— Спасибо! Спасибо, дара Эльдана, что не выдали!

Конечно, мне и самой было немножко приятно наблюдать за истерикой Розалинды, но об этом лучше стоит промолчать.

— Дамис, ничего не сказала я только потому, что мы друзья. А друзей не предают. Но как учительница, предупреждаю: нельзя так делать! Истинные лорды никогда не ведут себя подобным образом. Бедная девочка перепугалась, столько криков наделала.

— Ой, да! Я слышал, как она визжала! Было весело, — чистосердечно восхитился он.

— Дамис, а если бы тебе подбросили жука?

— Уж точно так бы не орал.

— Но ты же лорд Синебора, а лордам не подобает так себя вести.

— А как подобает? — ухватился за слово мальчик. — Как дядя Рэд? Или как дядя Грей?

И что я могла ответить? Ведь, по сути, Дамис сущий ребенок, ему баловаться и резвиться нужно, а не мои нравоучения слушать.

— Давай перейдем к занятиям, — признавая свое негласное поражение, вздохнула я.

— А Розалинда? Вновь не придет?

— Она будет с дарой Ивонной. По крайней мере, очень надеюсь на это. Так, какие растения мы сегодня изучим? Ты выбрал?

— Конечно, — Дамис достал гербарий. — Мне вот это понравилось и вот это.

Отметив про себя, что ребенок прекрасно чувствует магию, улыбнулась:

— Очень хорошо. Ты выбрал два самых редких и магический цветка. Первый — красная роза Амина.

Он слушал внимательно, беззвучно шевеля губами, словно старался зазубрить наизусть. Не могу не признать, это безумно радовало. Привязавшись к смышленому мальчишке, я волновалась об его дальнейшей судьбе. Хоть Грей и упомянул несколько раз, что потенциал у Дамиса впечатляющий, но все же хотелось бы быть более уверенной в его счастливом будущем. А видя такую тягу к знаниям, можно не сомневаться, юный лорд со временем превратится в сильного и умелого мага.

— Сок розы Амина, собранный в определенную фазу луны, способен нейтрализовать болезнь, наведенную с помощью магии.

— Любую болезнь?

— Любую.

— И даже самую смертельную? — мальчик недоверчиво нахмурился.

— Самую-самую.

— И онемение?

Ах, вот оно что… Дамис вспомнил про свое вынужденное молчание.

— Нет, при онемении это, к сожалению, не поможет, — я села рядом и ласково потрепала его по макушке. — Понимаешь, не так просто его навести, и еще труднее снять. Тот, кто сотворил с тобой такое, был сильным магом.

— А дядя Рэд мог снять? — не унимался он.

— Наверное, мог…

— А почему же не снял?

Что я могла ответить ребенку, если и сама не совсем разобралась в происходящем? Кто виновен в такой ситуации? Рэд ли навел проклятье или кто-то другой?

— Не знаю, Дамис. Веда свидетельница, не знаю.

Мальчик горько вздохнул и кончиками пальцев подтолкнул второй из выбранных цветков.

— А это что?

— Хвост лунного зайца.

— Хвост? — он расширил глаза, вмиг заинтересовавшись необычным названием.

— Видишь, как складываются его лепестки? Точно маленький пушистый хвостик. Похож ведь?

— Похож.

— А сок от этого растения способен превратить человека на несколько часов в любое животное.

— И даже в грифона?

— Нет, мой хороший, — рассмеялась я. — Грифон необычный зверек, так же, как и феникс, например. Они не живут у нас дома, не бегают по лесу, и не встречаются на каждом шагу.

— А в енота?

— Да, пожалуй, это возможно. А зачем?

— Стану енотом и укушу Розалинду!

— Дамис, — сдвинула брови я, хотя мысленно хохотала в полный голос. — К счастью, у тебя это не получится.

— Почему? — не унимался мальчишка.

— Собрать сок можно только раз в четыреста лет, когда на небосклоне появляется звезда Мантильена.

— А когда будет такое время?

— Через пару веков.

— Так долго… — разочарованно протянул он.

— Эти два растения, в свое время, уничтожили почти везде. Каждому хотелось иметь волшебное зелье. А сейчас считается большой удачей, коли повстречаются такие цветы, — я хитро улыбнулась. — Ты можешь отыскать их и пересадить в сад, а потом правнуки скажут «спасибо».

— Где ж их искать? — надул губки Дамис.

— Кто знает? У тебя жизнь длинная.

Мальчик сморщил лобик, явно размышляя о целесообразности таких поисков.

— Ладно, буду искать, — решился он. — Только зарисую цветы, чтоб лучше запомнить.

— Конечно, рисуй.

Обрадовавшись, Дамис взялся за карандаш. От усердия даже кончик языка высунул. И к концу урока на альбомном листке красовались два прекрасных цветка.

— Молодец.

У юного лорда несомненный талант, я уже давно замечала, как хорошо он рисует.

Кстати…

— Дамис, а случаем это не тот самый альбом, что я так часто видела в твоих руках?

— Я люблю рисовать, — насупился мальчик. Ему явно не понравился вопрос.

— Дай, пожалуйста, взглянуть.

— Нет.

— Почему?

— Он мой.

— Твой, — согласилась я. — Но с друзьями надо делиться, а мы ведь друзья?

Дамис пожевал губу, огорченно прикрыл глаза, но все-таки кивнул.

— Друзья.

— Значит, можно посмотреть?

— Можно, — он протянул альбом.

Я с любопытством перелистывала страницы одну за другой. Здесь было все, что угодно, все, что волновало мальчика и вызывало эмоции. На тонких листах бумаги отпечаталась жизнь в Темногорье.

Картинки казались живыми: от красивых пейзажей веяло свежим ветром, а портреты обитателей замка, призывно улыбались, даже не стараясь скрыть своих тайн. Но кроме солнечной идиллии, тут были и другие рисунки… Жестокость, злость, муки, страдания. Истинная природа долины.

— Ты объяснишь, что здесь нарисовано? — осторожно спросила я.

— Угу, — Дамис говорил едва слышно, точно делился самой сокровенной тайной. — Я же видел. Я все видел, но не мог говорить, — голос зазвучал еще глуше. — И тогда начал рисовать… Дара Эльдана, я показывал дяде Рэду картинки, но он не верил! Никто не верил.

— И ты перестал показывать.

Мне стали понятны чувства ребенка. Незаметный, он разгадывал самые диковинные загадки, был свидетелем самых жутких тайн. Я с интересом всматривалась в рисунки, постигая секретны, хранящиеся в них.

— Это Матильда, — шепчет Дамис, указывая на красивую женщину.

На картинке видны слезы в ее глазах и отчаяние во взоре. А рядом Розалинда — счастливая и жестокая.

— Кто это?

— Одна из учительниц. Розалинда подложила дорогое колье в ее комнату и обвинила в воровстве. Матильду выгнали.

— Святая Веда, но зачем?

Мальчик пожал плечами.

— Дара Эльдана, вы же знаете, как сильно Розита ревнует дядю.

— Знаю, — я начала понимать причину исчезновения всех учителей.

— Она избавлялась ото всех, кто мог понравиться дяде, — Дамис запнулся, но потом, собравшись духом, продолжил: — Я и за вами наблюдал долгое время, боялся, что навредит.

— Почему же не навредила?

— Вы с медной змеей, а значит, лорду безразличны.

Я покрутила на пальце колечко — медная змейка на золотом фоне — сейчас бы я его не променяла ни на что другое.

— А Фрею она напоила сонным зельем и вывезла в долину, — продолжал Дамис, переворачивая страницы. — Она не вернулась. Говорили, что грифон съел. Но теперь-то я знаю, что это не так.

В долину? Думаю, что без Кенаи тут не обошлось, я ведь тоже могла не вернуться.

— А Люцию, — мальчик ткнул пальцем в следующий рисунок. — Розалинда пугала каждую ночь так сильно, что та сама была рада сбежать.

— Но ведь у вас были не только женщины в учителях?

— Был еще дар Петро. Он память потерял, — мальчик нашел его портрет в альбоме. — Вот он.

— А почему вокруг него пауки?

— Розалинда напоила его настойкой из паучьего яда.

— Тоже ревновала? — я усмехнулась.

— Дар Петро многого требовал от Розиты, и жаловался дяде постоянно. Вот она и отомстила.

Розалинда, Розалинда, всюду Розалинда… Если все и вправду так, то Ивонна в большой опасности. Как-никак — невеста лорда.

Хотя нет, не думаю, что ревнивица предпримет что-то недозволенное. Рисковать она не будет. Просто обведет Ивонну вокруг пальца так, что та даже не заметит. Розалинда слишком хитра для честного соперничества. Ну что ж, придется подождать и увидеть развязку событий собственными глазами.

— Грей!

Я ворвалась в комнату, заставив мужчину заметно разволноваться.

— Грей! Это она! Во всем виновата она!

— Кто? Эльдана, силами Веды, успокойся, — он крепко сжал мои ладони. — Что случилось?

— Я видела рисунки Дамиса. Он не мог говорить, но рисовал! Грей, ты не представляешь, как жестока эта девочка.

— Розалинда?

— Да.

По лицу Грея пробежала улыбка.

— Я и не сомневался.

— Что?

— Она слишком похожа на своего отца.

Мне понадобилось всего лишь мгновенье, чтобы понять смысл сказанного.

— Так ты знал его?

— Лорда Синебора? Конечно.

Грей вздохнул и сел на кровать, утянув меня следом.

— Честолюбивый маг с огромными возможностями. На самом деле род Синеборцев не представляет из себя ничего интересного, но есть одно «но»…

— Какое?

— Магия огня, — он улыбнулся. — Все потомки первого лорда стихийники — владеют магией огня.

— И Дамис?

— И Розалинда, — кивнул Грей.

При этих словах что-то колыхнулось в памяти, но тут же растворилось словно волны в просторах океана.

— Думаю, что Рэд не убирал чары с мальчишки именно из-за страха перед пламенем.

— Разве это так страшно?

— Эльдана, — мужчина засмеялся и ласково прикоснулся губами к волосам. — Иногда даже не верится, что ты учительница. Ну, тебе ли не знать о разрушительной моще бушующего жара?

— Огнем можно управлять, — я упрямо поджала губы.

— Можно. Если умеешь. Но Дамис совсем ребенок, кто знает, чем могут обернуться подобные дарования в руках несмышленыша?

— Но Разалинда-то не зачарована.

— Девчонка души не чает в Рэде. Она никогда бы не пошла против, наоборот, думаю, сделает все, что он ни попросит.

И тут меня пронзила мысль, от которой стало трудно дышать.

— Пожар… Много лет назад, помнишь?

— Как такое забыть? — Грей помрачнел. — Я летал рядом, хотел помочь, но люди, как всегда обвинили во всем зверя.

— Ох, Грей, в голове не укладывается, в том пожаре погибло столько людей. Почему же лорд-стихийник не справился с огнем?

— Хороший вопрос.

Мужчина встал и, подойдя к окну, долго вглядывался вдаль.

— Возле Синебора не было препятствий для грифоньего крыла, — наконец произнес он. — Я мог подобраться совсем близко. В тот день там был еще один человек.

— Кто?

— Я не видел его лица, — Грей обернулся. — Но он приехал с Рэдом.

— Ты что-то путаешь, Рэда не было там во время пожара.

— Поверь, Эльдана, был.

— Нет, нет, Грей, — я замотала головой, отгоняя непрошеные мысли. — Там же была и его жена. Он не мог.

— Как знать? Не всегда все нужно делать самому, нужно лишь подтолкнуть и не мешать.

В открытое окно залетела птичка, сделала круг под потолком и упорхнула обратно, а Грей все еще не сводил с меня пристального взгляда.

— Ты видела карту нашего края? — неожиданно спросил он.

— Да, конечно.

— Смотри, — мужчина взял принадлежности для письма и ловкими движениями обозначил знакомые места. — Вот тут долина Призрачных Туманов, тут Темногорье, в самой глубине. А тут… — он поставил точку на противоположном конце бумаги. — Долина Розовых камней.

— Там Синебор?

— Да. Лорд Синебора женился на дочери своего соседа. Границы между их землями почти не различимы. Естественно половина этого поместья отошло Синебору. А вторая половина…

— Рэду, — все поняла я.

— Правильно, — Грей улыбнулся. — Он женился на второй дочери. Но зная своего братца, могу сказать с уверенностью, ему было мало половины поместья.

— Ты думаешь, он решил забрать все?

— А почему бы и нет? Наследство обоих сестер и весь Синебор.

— Значит пожар его рук дело?

Мужчина нахмурился.

— Рэд не смог бы справиться с пламенем. Нет, Эльдана, первую искру высек не он.

— Но ты же сказал…

— Я сказал, что не все нужно делать самому!

— Я тебя не понимаю.

Грей подошел ближе и ласково обняв, прошептал:

— Эльдана, девочка моя, как же тебе удалось сохранить эту наивность? Мир иногда бывает очень жесток.

— Я все равно не понимаю, — мне была прията его забота. Из теплых объятий не хотелось ускользать, но любопытство брало верх. — Объясни, Грей.

— Рэд совершенно не приспособлен к огню, тогда как лорд Синебора имеет над этой стихией большую власть. Но если каким-то образом устранить лорда, лишить его силы на одно короткое мгновенье, то он уже не сможет остановить колдовское пламя.

— Значит, Рэд сделал его беспомощным?

— Для этого обряда нужны силы двух магов.

— Тот незнакомец. Ты же про него говоришь?

— Да. Я не видел лица, но думаю, он неспроста был там.

— И он начал пожар?

— Не думаю, моя пытливая девочка, — Грей ласково дотронулся губами до лба. — Огонь развил кто-то из Синеборцев.

— Но кто?

— Подумай.

— Лорд лишен силы, значит остается… — я запнулась.

— Остаются его потомки. Все правильно.

— Розалинда?

— Дамис был слишком мал, тогда, как девочка уже вошла в силу.

— О Веда! Но зачем?

— Кто знает? — пожал плечами Грей. — У нее взрывной характер. Всему виной могла быть обыкновенная детская обида. Или поломанная игрушка.

Все вставало на свои места. Клубок постепенно распутывался, обнажая новые грани туманной истории, но, к сожалению, вместе с разгадками возникали и новые тайны.

— А Дамис? Его молчанка?

— Сдается мне, что чары на него наложил все тот же незнакомец. Он и Рэд просто устранили выжившего наследника.

— Пожалели детей?

— Ты все еще думаешь, что Рэд способен на жалость? — Грей горько усмехнулся. — Розалинда выйдет замуж за нужного человека. Даже в этом Рэд найдет свою выгоду. А Дамис… Думаю, он оставил бы его безголосым на всю жизнь, если не придумал бы, что похуже.

Сердце бешено заколотилось в страхе за бедного мальчика.

— Грей, ему надо срочно уехать отсюда! Давай отправим его учиться куда-нибудь подальше!

— Куда? Эльдана, Рэд найдет его повсюду, в любой школе. Вот, например, твой дар Флой…

Но тут в дверь постучали, не позволив Грею закончить мысль.

— Кто? — отрывисто спросила я.

Вместо ответа вновь раздался стук, но звучал он на этот раз совсем другим образом: три раза четко и раздельно, потом тишина, еще два, тишина и мелкая дробь на конце.

— Это Дамис.

Все еще опасаясь нежданных гостей, я осторожно приоткрыла дверь. На пороге стоял мальчик.

— Дара Эльдана, — быстро зашептал он. — Дядя Рэд прислал гонца. Они возвращаются сегодня вечером.

— Он старается успеть, — Грей помрачнел. — Эльдана, нам надо срочно вернуться к Фребок.

— Опять в горы? Но там опасно!

— Пора заканчивать с этой историей. Близится финал.

Мы выскользнули из замка с помощью Дамиса.

Мальчик умело отвлек всех обитателей и нашего ухода никто не заметил, а если потом и хватятся, то Дамис всем даст понять, что учительница просто решила прогуляться.

Я не понимала, для чего Грею так внезапно понадобилась Фребок, но, уверена, на то были свои причины.

Оставив скакунов у подножия холма, мы двинулись вверх по склону.

— Тише! — внезапно сказал Грей, подняв руку. — Слышишь?

— Что?

— Голоса.

Прислушавшись, я поняла, что он прав, где-то впереди и впрямь слышались голоса. Разговаривали двое.

— Это Рэд.

— Давай вернемся!

— Нет, мне нужна Фребок.

Грей задумался.

— Значит, все-таки нашли пещеру. Этого и следовало ожидать. Братец понял, что я вернулся. И его соратник тоже…

— Дар Флой. Это он поехал с Рэдом на охоту.

— Захотелось звериного мяса? — Грей улыбнулся. — Люди не меняются.

— Ты о чем? — нахмурилась я.

Мужчина ласково провел рукой по моим волосам.

— Иногда я удивляюсь, Эльдана, почему именно ты оказалась в гуще всех событий? Наивная девушка с собственным взглядом на мир. Но может быть, так и должно быть? Добро всегда побеждает.

— Грей, я тебя не понимаю.

— И не надо, — выдохнул он, даря мимолетный поцелуй. — Стой, здесь. Я подойду ближе.

— Куда?! Не пущу!

— Эльдана, стой здесь.

— Я с тобой!

— Эльдана… стой здесь.

В его синих глазах блеснули искры.

— Я должен знать, что задумал Рэд.

— Он задумал тебя убить! Это и так понятно. Грей, умоляю, пойдем отсюда!

Мужчина коснулся губами моего лба и, пожав напоследок руку, исчез в зарослях.

— Не послушал.

Тревога охватывала душу, сжимала сердце в ледяных тисках. Но я терпеливо ждала, прося у Веды помощи и защиты.

Вдруг раздались крики, мелькнуло синее пламя, возвещая о магических атаках, послышался хруст ломающихся ветвей.

— Грей…

Я заломила руки, не зная, что предпринять. Но в этот самый момент, с гор донеслись слова:

— Стреляй! Стреляй же, Флой! Уйдет!

Это голос Рэда, сомнений не было.

— За кустом, там ниже по склону!

Мне не нужно было догадываться, кого они увидели: охотники настигли добычу.

Бросившись вперед, я с размаху наткнулась на выходящего из леса зеленой поросли Грея.

Мужчина волочил одну ногу, слава Веде, был цел и невредим.

— Грей, что случилось?

— За нами погоня, — улыбнулся он и тут же поморщился. — Нога…

На бедре выступила лазурная кровь.

— Попал все-таки, — Грей нахмурился.

— Идти можешь?

— Конечно, надо скорее укрыться. Они идут сюда.

И правда, голоса слышались все ближе. Охотники взяли след.

— Эльдана, помоги добраться до расщелины. Там внизу есть уступ.

— Они нас найдут!

— Нет, пройдут мимо.

Грей оперся на мое плечо.

— Поверь, там безопасно.

— Ты так же говорил, когда шел к пещере.

— Ошибся, — улыбнулся он, оборачиваясь.

Заросли озарились лазурным сиянием.

— Поторопись, девочка. Им осталось несколько шагов.

Грей оказался прав, едва мы успели нырнуть в расщелину и затаиться на уступе, как из чащи вышел Рэд.

— Мор тебя возьми Флой, он был тут!

— Ты ошибаешься, мой друг, — декан появился следом.

— Я уверен.

— И все же ты ошибся. Грифон не сможет спрятаться на столь маленькой поляне.

По лицу Рэда пробежала тень злости.

— Зверь хитер.

— Зверь — он и есть зверь. Пойдем отсюда, вернемся к пещере, — Флой пожал плечами. — Если и поймаем, то только там.

— Думаешь?

— А где же еще? Ловушки везде разложили. Услышим.

— Столько дней ждали и без толку.

— Время еще есть.

— Нет, вечером я должен быть в Темногорье.

— Вот вечером и будешь, — декан нырнул обратно в заросли. — А пока, стоит повременить.

Рэд сжал зубы. Видно было, как желанна для него добыча. Но слова Флоя звучали разумно. Мужчина раздраженно сплюнул, и круто развернувшись, скрылся в чаще.

— Переждем еще минут десять, — шепнул Грей, вытягивая ногу.

На бедре огромным пятном расплывалась кровь.

— Переждем, а потом вернемся в замок. Слава Веде, ни Рэд, ни Флой не заметили лошадь.

— А как же Фребок?

— Думаю, она сама найдет нас.

Мы ждали ни десять минут, и даже ни двадцать. Только через полчаса я отважилась вылезти из расщелины, до этого страх бы слишком силен.

Грей шел медленно, видно было, что каждый шаг давался с трудом. Но едва мы спустились обратно к лошадям, как среди кустов тут же мелькнула женская одежда.

— Грей… — раздался шепот.

— Это Фребок.

Мужчина поморщился, отпустил мое плечо и скрылся в зарослях, но уже через минуту вернулся, держа что-то в руках.

— Эльдана, покажешь его всем сегодня за ужином.

— Что это? — я с любопытством протянула ладонь.

— Медальон.

Гордый грифон одиноко раскачивался на простенькой цепочке.

— Но он же тебе нужен!

Я прекрасно помнила, как трепетно относился Грей к магическому амулету последнее время, не позволяя расстаться с ним даже на мгновенье.

Но мужчина лишь загадочно улыбнулся и отогнул ворот рубашки. На шее красовался точно такой же грифон.

— Их два? — моему изумлению не было предела.

— Два. Но только один настоящий, второй же дешевая подделка, сделанная деревенским кузнецом. И именно его ты принесешь в Темногорье.

— Но Рэд сильный маг, он может догадаться.

— Не догадается, я вдохну в медальон немного силы. Конечно, это не сделает его полноценным, но на первый взгляд никто ничего не почувствует.

Погладив холодный металл, я вздохнула.

— А если спросят, откуда он у меня?

— Скажешь, что нашла в горах. Во время прогулки.

— Ложь не доводит до добра.

— Но она способна вывести зло на чистую воду.

Немного пораздумав, пришлось согласиться.

— Хорошо, сделаю все, как ты скажешь.

— Спасибо, — Грей запечатлел на моих губах ласковый поцелуй. — Отдашь медальон любому, кто попросит.

— Любому?

— Да, милая. В нашем театре нет второстепенных ролей.

К началу ужина я немного опоздала. И тут же попала под насмешки Розалинды.

— И где это вы пропадали, дара Эльдана? Дамис сказал, будто гуляли. Неужели, правда? А может на грифона охотились? — ее слова насквозь пропитались ядом. — И как успехи? Нашли логово? Я ведь уже порадовалась за бедную скотинку, думала, он вас съел. Не поймите превратно, но вы вполне могли бы сойти за овцу.

Красавица широко улыбнулась, ожидая ответной речи на столь явное хамство, но я сумела сдержать себя в руках.

— А ты напрасно язвишь, Розалинда. Прогулка оказалась великолепной. Такой солнечный день.

— Так где же вы были?

Откусив персик, девушка взметнула брови, ожидая подробного отчета.

— В горах.

— О! Значит, я оказалась права насчет грифона? — захохотала она. — Нашли?

— Мне нет дела до зверя, — я задержала дыхание, смиряясь с вынужденным обманом, и продолжила. — Просто давно мечтала побывать у мерцающих камней. Читала о них еще в школе.

— И что там интересного? — фыркнула сидевшая на другом конце стола Ивонна. — Лежат себе камни, да блестят на солнце.

— Вы ошибаетесь, они весьма любопытны. Я бродила, совсем позабыв о времени.

— Училка… — демонстративно громко шепнула Розалинда, явно не оставляя попыток вывести меня из себя.

— Природа такая красивая, иногда попадаются совсем необычные растения, кстати, там же я увидела цепочку, прямо в расщелине у камня. Она так игриво мерцала в солнечных лучах. А когда потянула за кончик, то достала вот это… Правда, он чудесный?

Я положила на стол медальон и внимательно оглядела присутствующих.

В комнате повисла гнетущая тишина. Кажется, даже фонтан стал журчать тише. Все без исключения уставились на вещицу.

На их лицах отражалось не только удивление, но и хищный вожделенный взгляд. О да, уверена, этот предмет был им знаком. Даже дара Елейка слегка прищурила глаза, пытаясь рассмотреть получше.

Розалинда облизнула губы и нервно сглотнула.

Дара Ивонна покрылась красными пятнами и с такой силой сжала в руках стакан, что он не выдержал и лопнул.

— Ай! — вскрикнула девушка, разрушая чары молчаливого созерцания.

Взоры присутствующих тут же обратились к ней, но Ивонна совершенно отстраненно улыбнулась и сказала:

— Какой занятный медальончик, дара Эльдана, подарите его мне? Он подойдет к платью.

Краем уха я слышала, как зашипела Розалинда.

— Даже не знаю, думала оставить его себе, — задумчиво проговорила я, будто и впрямь пребывала в размышлениях.

Когда Грей велел отдать медальон первому попросившему, он не уточнил, может ли это быть Ивонна, ведь, что ни говори, но странная девушка не имеет особого отношения к Темногорью. Или я вновь ошибаюсь? В любом случае, первая птичка клюнула.

Мне даже захотелось вручить ей требуемый предмет, но тут сорвалась с места Розалинда.

Подбежав, она схватила медальон за цепочку и резко рванула к себе.

— Мое! Это мое! Медальон мой! — вопила красавица, грозно сдвигая тонкие бровки. — Наша семейная реликвия! Разве не видите, что все в замке украшено такими же рисунками! Отдайте немедленно!

«Вот и вторая пичужка», — подумала я, но не успела произнести ни слова вслух, как из дверей отозвалась Елейка:

— Было бы уместней, если б вы отдали его на хранение мне, — женщина сделала решительный шаг вперед. — Это принадлежит дару Рэду, а не вам. Отдайте, и я спрячу медальон в укромном месте.

— Ну уж нет! — Розалинда топнула ногой. — Не хватало еще, чтобы всякие кухарки влезали в жизнь хозяев! Я сама отдам дядюшке, если он попросит, — выкрикнула она, крепко зажимая амулет в кулачке.

Елейка сжала губы в тонкую ниточку, но не посмела спорить с племянницей лорда. Сама же девушка зло оскалилась в сторону Ивонны.

— Мой, — прошипела она сопернице.

— Ненадолго, — сквозь зубы процедила невеста Рэда и вдруг безмятежно улыбнулась. — Медальон нашла Эльдана, а ты уверена, что она захочет отдать его?

Яростный взгляд Розалинды метнулся ко мне.

— Ну, раз семейная реликвия, то конечно, забирайте, — я пожала плечами, не собираясь ввязываться в смертельную схватку.

Девушка растянула один уголок рта в корявой улыбке.

— Овца, не знающая ценности алмазам, — выдала она, довольно поглаживая холодный металл подвески.

Мне были неприятны ее бесцеремонные высказывания, но спорить сейчас не время. Душа отчаянно сжималась в комочек в преддверии значительных событий, сердце отбивало мелкую дробь, а мысли путались от тревожного ожидания.

— Дара Эльдана, а вы и вправду везучая, — Ивонна откинулась на спинку стула и оглядела меня прищуренным холодным взором. — Найти такую реликвию при обычной прогулке, это дано не каждому.

В серых очах девушки блестела заинтересованность, что никак не вязалось с ее вечным образом недалекой простушки. Но самое странное было то, что Ивонна даже не скрывала истинное лицо. Неужели ей больше не от кого таиться? Или Розалинда давно раскусила тихую мышку? Вполне возможно. Но как же Елейка? Каким образом добрая женщина замешана в этой игре?

— Эльдана всегда отличалась необыкновенным везением, — широко улыбнулась Розалинда, поворачиваясь к сопернице. — А вы, дара Ивонна, можете похвастаться тем же?

— Увы, — девушка скромно сложила руки перед собой. — Я предпочитаю не играть с удачей.

— Только холодный расчет?

— Холодный расчет? Ах, о чем вы? — лицо Ивонны в один миг приобрело то самое глуповатое выражение, которое она обычно демонстрировала.

Розалинда хохотнула и прикоснулась губами к медальону.

— На этот раз, везение — мой конек!

— Неужто? — шепнула Ивонна, выдавая невинную улыбку кому-то за нашими спинами.

Мы обернулись.

В дверях стоял дар Рэд.

— Все уже поужинали? — вопросил он, обводя присутствующих пристальным взглядом.

— Надеюсь, это не страшно, — уставший дар Флой тоже прошел в столовую. — Ужасно хочется есть.

— Дара Елейка, распорядитесь, чтобы принесли горячую еду! — светловолосый мужчина сел во главе стола.

Мы замерли. Хоть и ожидали возвращения лорда, но все равно, его появление показалось слишком неожиданным.

— Добрый вечер, — церемонно произнес он.

Ивонна и Розалинда молчаливо склонили головы в знак приветствия, а я сделала почтительный реверанс.

— Что у вас происходит? Я слышал крики. Розалинда, что ты так требовала, настаивая, что это твое?

Все повернули голову в сторону юной красавицы.

В какой-то момент мне даже стало трудно дышать, казалось, что стоит ей отдать медальон Рэду, как произойдёт что-то неотвратимое.

И девушка уже протянула руку намереваясь продемонстрировать содержимое зажатой ладони, как вдруг передумала и виновато улыбнувшись, произнесла:

— Дядя, я потеряла брошку. Ту самую, что досталась от мамы, помнишь? А дара Эльдана ее нашла, но не хотела отдавать. Пришлось доказывать, что она моя. Вот и дара Ивонна подтвердит.

Такого наглого вранья я от нее не ожидала. Но самое удивительное оказалось то, что Ивонна продолжала ковырять в тарелке еду, проигнорировав обращенный к ней вопрос, словно ее здесь и не было. А потом подняла полные восторга очи на Рэда и пролепетала:

— Ой, вы уже вернулись? А я и не заметила. А вы привезли мне обещанного щеночка? Нет? — и обиженно поджав губки, опустила голову вниз, продолжая ковырять ложечкой.

Я едва смогла скрыть удивление. Ну надо же… Ни она, ни Розалинда не сказали о медальоне. Поддерживая друг друга, девушки умело скрыли находку.

Им повезло, что Елейка как раз вышла за ужином для господ и не смогла опровергнуть или же подтвердить историю о брошке. Ну что ж, видимо и мне не стоит нарушать их молчаливое сотрудничество.

— Дара Эльдана, вы меня удивляете с каждым разом всё больше и больше, — подал голос Рэд. — Это действительно брошь матери Розалинды и она ее по праву. Но если вам так хочется иметь украшение, я могу подарить вам несколько безделушек в благодарность за хорошее обучение детей, — он ухмыльнулся. — А пока примите в подарок вот это…

Лорд положил передо мной огромное перо.

— Чье оно? — я недоуменно взяла странный подарок.

— Грифонье, — он сощурил глаза. — Мы нашли пещеру. Теперь пусть только птичка явится туда!

Мне пришлось сжать челюсть, чтоб сдержать резкие слова ненависти в адрес жестокого охотника.

— Что? Даже не скажете «спасибо»?

— Спасибо.

Зашла Елейка с подносом заставленным едой. Рэд и Флой, будто изголодавшиеся звери, кинулись на еду.

— Разрешите покинуть вас, — я встала. — Уже поздно, а я хотела бы лечь пораньше. Сегодня был трудный день.

— Нырнете в теплую постельку? — хмыкнул Рэд, откладывая в сторону жирный окорочок. — Ну, может это и к лучшему, вы неважно выглядите.

Склонив голову в прощальном жесте, я направилась к выходу.

— Эльдана! Вы забыли перо.

Синие глаза лорда неотрывно следили за каждым движением, словно пытались найти ошибку.

— Простите, — мне было неприятно держать в руках то, что являлось долголетним пленом для Грея, но выхода не было, отказаться от подарка невозможно.

— Положите его под подушку. Вдруг вам приснятся горы? — невинно улыбаясь, посоветовала Ивонна.

Рэд захохотал, словно ее шутка и впрямь оказалась удачной.

— А вам, моя прекрасная дара, я привез вот этот красивый камушек! — он поцеловал девушке руку. — Уверен, из него получится красивый кулон под цвет ваших глаз.

— Ах, как мило! Такой подарок для своей невесты, — Ивонна выделила последнее слово, что конечно не укрылось от Розалинды.

Блондинка вспыхнула и скрежетнув зубами, бросилась в атаку:

— Дядюшка, а мне? Что ты мне привез?

— Тебе? — приподнял брови Рэд. — А я разве обещал тебе что-то?

— Нет… Но просто я подумала… — Розалинда стушевалась.

— Девушке не пристало думать, — улыбнулся лорд. — И хватит разговоров! Мы голодны, как волки. Не мешайте ужинать.

Итак, на этот раз победа осталась за Ивонной. Что ж, видимо, все не так плохо, своенравную красавицу иногда тоже надо ставить на место.

Я довольно улыбнулась Розалинде и вышла из столовой.

А в комнате меня ждал Грей.

Темная ночь протянула длинные руки в глубину комнаты, осторожно поиграла с зажженными свечами и, обдав прохладным дыханием, скользнула обратно в окно.

— Закрой шторы, — вымолвил мужчина, вглядываясь в черноту стекол. — Пусть думают, что ты уже спишь.

Я послушно кивнула, выполняя указания. Полуночный воздух взбудоражил самые потаенные мысли, разжигая желание оказаться в теплых объятиях Грея.

Но он не торопился. Рассказ о прошедшем ужине казался важнее ласкового поцелуя.

— Значит, она ничего не сказала?

— Совершенно ничего. Придумала какую-то басню про потерянную брошь.

— А медальон?

— Спрятала.

Грей улыбнулся, но глаза по-прежнему оставались спокойно задумчивыми.

— А Ивонна?

— Они словно сговорились, — нахмурилась я. — Уверена, девушки враждуют, но почему Ивонна не выдала Розалинду, ума не приложу.

— Медальон ценнее глупых распрей.

— Наверное, ты прав, но все же, Грей, я многого не понимаю и это пугает.

Мужчина подошел ближе, и в этот момент стало ясно, что в его взоре поселилось вовсе не раздумье. В синих очах старшего лорда горел огонь, знойное пламя обжигающее сердце, жгучая лава струящаяся по венам, все что угодно, но только не спокойствие.

— Я тоже тебя пугаю? — глухо спросил он.

— Нет, — без раздумий ответила я, мужественно борясь с трясущимися коленями.

— Не бойся, Эльдана. Никого не бойся, если я рядом.

Пальцы скользнули по шее, губы нежно прикоснулись к виску. Этого оказалось достаточно, чтобы закружилась голова, а в душе поселилось желанное тепло.

— А если тебя рядом не окажется?

— Такого просто быть не может.

Ласки продолжались, с каждым прикосновением желая большего и требуя ответных действий. Мысли кружились в иступленном хороводе, отодвигая на задний план все правила приличия, позволяя главенствовать одной единственной фразе — я ведь люблю его.

— Ты никогда не исчезнешь?

— Навсегда рядом, — пообещал он, перед тем, как впиться в губы страстным поцелуем.

Грей потянул меня на кровать. Он сильно хромал, покалеченное бедро мешало передвигаться быстро, но желание превысило боль. Пламя свечи озаряло твердые черты мужского лица, играя золотой рябью в светлых волосах. Это оказалось так красиво, что я невольно залюбовалась.

Навсегда… Как же хорошо это звучит: навсегда… Так хотелось запомнить каждую минуту этой ночи, каждый поцелуй, каждое прикосновение его рук и губ, раствориться полностью в желании, отдаться ему без остатка, дарить удовольствие и слышать прерывистое дыхание в ответ.

И тут же острой болью пронеслась мысль, что вечного счастья может и не быть, что Рэд добьется своего. Сердце сжалось от невысказанного страха.

— Грей…

— Что, девочка? — шепнул он, тревожно заглядывая в глаза.

Растерянность и страсть звучали в его голосе.

— Ты хочешь, чтобы я прекратил?

Я покачала головой. Нет, о Веда, нет. То, чего я хотела, было невозможно выразить словами.

— Я люблю тебя.

Этот отрывистый шепот вырвался у меня непроизвольно и был скорее похож на тихую мольбу, чем на признание.

Улыбка, тронувшая взор Грея, оказалась теплой и понимающей.

— И я тебя люблю, девочка, — шепнул в ответ он.

Наверное, ничего другого я не ждала с таким трепетом, как данных слов от любимого мужчины. Наверное, ничто другое не могло вызвать большего восторга.

— Грей, — воскликнула я, не скрывая нахлынувшего счастья.

И в этот момент в дверь постучали.

— Дара Эльдана, дядя Грей! — раздался тихий голосок Дамиса. — Можно я у вас сегодня переночую? Там Розалинда по коридорам ходит… страшно…

Мы переглянулись.

Мальчишка своим внезапным появлением разрушил волшебный настрой предстоящей ночи.

— Придется пустить, — одним уголком рта улыбнулся Грей.

— Придется, — вздохнула я.

Стук повторился.

— Дара Эльдана, дядя Грей!

— Иду.

Мне очень не хотелось приглашать чужого в наше интимное царство, но выхода не было.

— Заходи, Дамис, — я открыла дверь.

Мальчуган всего одно мгновенье потоптался у порога, а потом кинулся на кровать, поближе к Грею.

— Розалинда бродит, как привидение, — выдал он, позевывая. — Жутко.

Грей ухмыльнулся.

— А с нами не так боязно?

— Нет, — Дамис облокотился на сильные мужские руки и закрыл глаза. — Одному страшно, а с вами — нет.

Я грустно вздохнула, поняв, что мальчишка уже почти спит.

— Иди сюда, — позвал Грей, протягивая руку.

Присев рядом и, уткнувшись носом в плечо любимого мужчины, прошептала:

— Ну почему всегда так?

— Потому что, любовь — вообще сложная вещь. А я тебя люблю, — он прикоснулся губами к волосам. — Спи. Завтра будет новый день, а кто знает, что он нам принесет? Механизм запущен, ждем следующей искры. Завтра может все решиться.

Я улыбнулась и закрыла глаза.

Никто и не думал, что это была последняя тихая ночь в Темногорье.

На следующий день, после завтрака, мы с Дамисом направились в классную комнату. Как сильно бы мир ни сходил с ума, а уроки никогда не следует откладывать в долгий ящик. Но на этот раз, к моему огромнейшему удивлению, Розалинда последовала за нами.

— Дара Эльдана, вы чем-то потрясены? Или совсем обленились меня учить? — девушка задрала повыше носик, выказывая свое отношение к происходящему. — И за что только вам дядя деньги платит? Даже не пытаетесь меня пригласить. А вдруг я воспылала тягой к знаниям? — она глупо хихикнула и, обогнав нас, первая вошла в комнату.

— Ну что ж, рада видеть тебя на уроке, — произнесла я подчеркнуто вежливо и переглянулась с Дамисом.

Странно. Такое поведение было несвойственно Розалинде, тем более после выходки за ужином. Думаю, стоит опасаться очередной каверзы.

Дамис был со мной согласен. Он сел в дальнем углу и внимательно посмотрел на сестру. Затем знаком дал понять, чтоб я не волновалась, он глаз с нее не спустит. Это радовало.

Но потрясения на этом не заканчивались. Второй раз Розалинда удивила меня, когда вытащила тетрадь и цветные карандаши, и проворно потянулась к гербарию.

— И что там сегодня у нас по плану? — вопросила она, перелистывая альбом с засушенными растениями.

— О Веда, неужели я и правда, это слышу?

— Дара Эльдана, — девушка сдвинула бровки. — Не говорите глупостей! Конечно, я хочу учиться.

Мы схлестнулись взглядами. И как я ни старалась хоть что-то прочесть в ледяном взоре красавицы, так и не смогла. Девушка закрылась от всех тяжелой пеленой надменности.

— Будьте добры, приступите к своим обязанностям, дара, — холодно выдала она.

Мне хотелось ответить что-нибудь едкое, что-нибудь такое, чтоб зарвавшаяся девица почувствовала на себе всю отвратительность подобного поведения. Но все же промолчала, отделавшись банальной учительской фразой:

— Хорошо. Выбери растение, которое больше понравится. С него и начнем.

Я подошла к Розалинде, чтобы оценить выбор.

Думала, девушка изучит весь альбом в поисках чего попроще, но та лишь безразлично перевернула пару страниц, а затем ткнула наугад пальцем.

— Вот это.

— Это снежный эльвадос — растение, применяемое для мгновенного утоления жажды.

Нудный тон, которым я начала лекцию был выбран не случайно, уж больно хотелось посмотреть, надолго ли хватит терпения Розалинды.

— Из эльвадоса готовится прекрасный отвар. Записывай: две ложки семян, четверть тертого корня, пара капель росы. Все вскипятить в литре воды и дать настояться в темном месте две, а то и три недели. Записала?

— Да, — спокойно ответила девушка, даже не поднимая лица от бумаги.

— Один глоток зелья утолит жажду на целый день. Весьма полезно, если ты окажешься в безводной пустыне. Зарисуй его.

Розалинда не спеша принялась за рисунок. Нахмурив бровки, она старательно выводила каждую веточку, каждый листочек, каждый лепесток. С чего вдруг у избалованной девицы появилась жажда знания, понятия не имею, но, держу пари, все не так просто. Дамис уже давно закончил картинку и с любопытством уставился на сестру.

Розалинда удивляла. Ее изображение оказалось не менее точным и талантливым, чем у мальчика. Видимо, мастерство рисования было присуще и ей, просто в прошлые разы бездельница ленилась. Ох, Веда, что же случилось на этот раз? Помимо моей воли в душе поселилась противная клякса тревоги.

А вот ученица наоборот казалась абсолютно спокойной и сосредоточенной на выполнении задания.

Урок подходил к концу, когда в замке возник переполох. Причем кричали сразу несколько человек. Мы с Дамисом тут же выбежали в коридор и стали свидетелями неуклюжей суматохи.

— Ловите! Ловите их скорее! Там еще один! Он не должен улететь далеко!

— Вот он! Вот!

— Нет! Сюда! Тут еще есть! — доносилось с разных сторон.

Служанки носились по коридорам, размахивая полотенцами. Дар Дули, подхватив сачок, скакал следом. Его длинная худая фигура смотрелась ужасно комично на фоне пестрой массы замковой челяди.

— Что случилось? — спросила я у садовника.

Мужчина вытер вспотевший лоб и переложил сачок в другую руку.

— На дару Ивонну напали жуки, — выдал он, стараясь отдышаться. — Едва она открыла духи, как в окно влетело с десяток этих тварей, и теперь гоняются за дарой по всему замку.

— Что за духи?

— Обычные, но вместо них оказалось зелье для привлечения насекомых. Ума не приложу, кто мог сотворить такое!

Дар Дули покачал головой и, завидев очередного жука, кинулся в погоню.

— Значит, зелье… — задумчиво проговорила я, прикрывая дверь. — Розалинда, это твоих рук дело?

Девушка наивно захлопала ресничками.

— Как вы могли подумать такое?! Это Дамис постарался.

Красотка выдала обаятельную улыбку в сторону брата. Мальчишку перекосило, еще немного и он наверняка подал бы голос, высказывая сестре все, что думает. Но я вовремя вмешалась.

— Дамис все время был со мной.

— И даже ночью?

— И даже ночью. Он пришел в мою комнату, так как кто-то, — я с удовольствием выделила это слово, — пугал его своими ночными прогулками.

— Так вы хотите сказать, что это я сделала? — зашипела Розалинда.

Она вскочила, попутно уронив альбом на пол.

— Значит, я? Да? Я? — кричала девушка, уперев руки в бока. — Ничего не докажете! Все утро я была вместе с вами! На уроке!

— Ах, так вот откуда тяга к знаниям.

— Дара Эльдана, вы не сможете меня выдать!

— А я и не собираюсь, — ответила я. — Благодаря глупому договору, я не могу выдавать твои секреты, это правда. Но Дамис обязательно обо всем расскажет дару Рэду.

Мальчик встал рядом со мной и злорадно улыбнувшись, показал сестре язык.

— Дамис? Ха! Да, кто поверит ему? — девушка гордо вскинула голову, но в ее словах уже не было прежней уверенности. — И знаете, мне совсем перехотелось учиться!

Розалинда тряхнула юбками и вышла в коридор.

— Дара Эльдана, а я, правда, должен обо всем рассказать дяде Рэду? — осторожно спросил мальчик.

— Нет, мой хороший, пока нет. Думаю, время еще не пришло.

Не хотелось вовлекать его в самую гущу событий. Это могло оказаться опасным.

— Розалинда скоро расправится с дарой Ивонной, — совершенно неожиданно проговорил Дамис.

— Почему ты так думаешь?

— Она не в первый раз пугает ее подобными штуками.

Разжав ладошку, он показал пойманного жука.

— Вначале были черви, потом приведения, а следом выигрыш в игре. Розалинда прогоняет ее.

— Почему ты ничего мне не рассказывал?

— Дары сами разберутся, — мальчик пожал плечами. — Ни одна из них мне не нравится.

— Мне тоже, — призналась я.

Значит, красавица отвоевывает место у ног Рэда как умеет и, судя по задержавшейся здесь Ивонне, не совсем успешно. Надеюсь, что ее фантазия ограничится жуками, иначе, жди беды.

После урока я возвращалась в комнату в приподнятом настроении духа, ведь там ждал Грей. Эта мысль не давала покоя. Ласковый, нежный Грей, как чудесны оказались его вчерашние слова: я люблю тебя… люблю… люблю…

Наверняка в моем облике появилось что-то необычное, потому как Рэд, внезапно повстречавшийся в коридоре, недоуменно приподнял бровь и сощурил глаза. Но мне было все равно. Подарив ему блуждающую улыбку, я нырнула в спасительную тень спальни.

— Грей, — полушепотом окликнула стоявшего подле окна мужчину.

Он обернулся.

— Как прошел урок? — в синем взгляде старшего лорда царило умиротворение.

— Хорошо, если не считать, что Розалинда вновь учинила переполох.

Грей рассмеялся тихим грудным смехом.

— Что случилось?

— Она добавила зелье для привлечения насекомых в духи Ивонне.

— Так вот почему стоял такой шум.

— Увы, — я вздохнула. — Даже и не знаю, каким будет следующий шаг. Розалинда так просто не откажется от Рэда.

— А ты разве отказалась бы от любви? — он улыбнулся одними глазами.

— Нет, конечно, нет, как ты можешь нас сравнивать!

Грей подошел ближе, морщась от каждого неловкого движения, причиняющего боль, и взял меня за руку.

— А хромым я тебе тоже по душе? Рэд сильный маг, раны от его заклятий быстро не проходят.

— Ты мне любым нравишься.

— Правда?

— Я никогда не лгу, — горделиво ответила я и тут же поправилась. — Ну… если ты не просишь об этом специально.

Он провел рукой по волосам, запуская пальцы в темные пряди.

— Можно?

Кивнув, я чуть склонила голову, позволяя мужчине распустить локоны.

— Мне так больше нравится, — Грей прикоснулся губами к черным завиткам у виска.

— Мне тоже.

Я чувствовала, что он не хочет больше прерывать нежное настроение пустыми разговорами, поэтому молчала. Его поцелуи казались такими неспешными, изнывающе желанными, словно неторопливое изучение моего тела дарило мужчине особое удовольствие. Вдруг он отстранился и заглянул в глаза.

Несколько секунд Грей просто смотрел, не предпринимая никаких действий, давая возможность ускользнуть, вырваться из объятий, сказать: хватит, перестань, не сейчас.

Но я по-прежнему молчала. Он улыбнулся.

— Девочка моя, — прошептал мужчина, ясно видя в моем взоре такое же невысказанное, отчаянное желание, которое испытывал сам.

Грей впился губами в шею, прижимаясь всем телом и сминая юбку под властными руками. Он целовал яростно и настойчиво, забыв обо всем, а я таяла, будто воск в жарком пламени огня.

Но тут в дверь вновь постучали.

— Это становится традицией, не находишь? — глухо отозвался мужчина зарываясь лицом в волосы.

— Давай не будем открывать?

— Давай.

Стук настойчиво повторился.

— Нет, — я упрямо замотала головой. — Не открою.

Грей хмыкнул.

— Кажется, знаю, кто это.

— Я тоже.

Словно в подтверждение наших мыслей, раздался тихий голосок:

— Дара Эльдана, дядя Грей, откройте!

Я оправила одежду и взглянула на себя в зеркало — губы распухли от поцелуев, щеки горели, глаза сверкали. Невольно улыбнувшись собственному отражению, направилась к двери.

Стук становился все более нетерпеливым.

— Что случилось?

— Скорее, идемте! — выдохнул Дамис, едва двери открылись. — Быстрее! Надо торопиться!

— В чем дело? — обеспокоенный Грей подошел ближе.

— Скорее, там Розалинда и Ивонна дерутся! — в голосе мальчика звучала тревога.

Мы с Греем переглянулись.

— Пойдем вместе.

— Ты ранен. Нет, я сама.

И не тратя времени на последующие вопросы, бросилась вслед за мальчишкой.

— Я шел через тайный ход. А там крики, ругань! — на ходу объяснял Дамис. — Хотел выйти, да нельзя. И на помощь позвать не могу.

— А из-за чего они сцепились?

— Не знаю, — он споткнулся на лестнице, но схватившись за перила удержался. — Они визжат, как поросята перед убоем. Дерутся, за волосы таскают, кусаются, царапаются. У Ивонны вся щека располосована!

Ой, боюсь, впереди нас ожидают большие проблемы. Неужели Розалинда не выдержала боя хитростью и решила силой избавиться от соперницы?

Подбежав к комнате, я рывком распахнула дверь и замерла, пытаясь совладать с эмоциями.

Высокородные дары выглядели ужасно: руки и лица в глубоких кровавых царапинах, платья порваны, глаза горят неистовым пламенем, рот кривится в злобной судороге.

— Что тут происходит?!

Вопрос повис в воздухе, никто даже не обратил внимания на наше появление.

Розалинда стояла подле кровати, сжимая в руках злосчастный амулет.

— Мой! — кричала она, разбрызгивая слюной. — И Рэд мой!

Ивонна ухмыльнулась и, подхватив повыше подол, ринулась вперед. Одним точным, внезапным движением ухватила медальон и тут же со всей силы толкнула Розалинду.

Девушка упала, ударившись о спинку кровати.

— Беги за даром Рэдом! — велела я Дамису.

Мальчишка не заставил упрашивать себя дважды и лихо сорвался с места.

— Дара Ивонна, прекратите! Всесильная Веда, да что же вы делаете?

Я пыталась образумить разъяренную дару, но она лишь отмахнулась, как от назойливой мухи, и вцепилась в волосы лежащей Розалинде.

Глаза последней наполнились болью и все больше разгоравшимся пламенем злости.

— Немедленно прекратите!

Мне удалось оттащить девушку от поверженной соперницы.

— Рэд мой! — завопила Ивонна, переключая все внимание на меня. — Эта маленькая дрянь никогда его не получит! Зря я, что ли столько времени из себя дуру строила!

Она трясла медальоном, словно эта вещь обозначала власть над женихом.

— Нет! Он мой! Ты проиграла! — подала голос Розалинда, пытаясь подняться.

— Я его не отдам!

— Девушки, умоляю, перестаньте!

— Рэд мой!

— Мой!

Ивонна подняла руку, концертируя в ладони сгусток энергии.

— О, нет! — не раздумывая, я встала между ними. — Никакой магии!

На долю секунды девушка отвлеклась, и это оказалось ошибкой. Розалинда тут же вскинула голову и зашипела, словно дикая кошка. От ее тела побежали крошечные язычки пламени, формируясь в кольцо вокруг Ивонны.

— Мой! — в который раз закричала Розалинда, накрывая соперницу раскаленным куполом. — Мой!

— Розалинда, перестань! — я пыталась пробраться к Ивонне и помочь, но колдовской огонь не позволял сделать ни шагу.

Девушка корчилась от боли, стараясь скрыться от всепоглощающего жара. Отчаявшись, она шагнула в самое пламя и, прорвавшись, бросилась к окну.

— Выигрыш мой, — прошипела Розалинда, выпуская мощный огненный шар вдогонку беглянке.

Прогремел взрыв и Ивонна, оглушенная мучительной пыткой, ринулась в оконным проем, ломая створки и выбивая стекла.

— Нет, нет! О Веда, нет!

Несостоявшаяся невеста распласталась на земле, крепко сжимая в скрюченных предсмертными судорогами пальцах грифоний медальон.

— Розалинда… что же ты наделала… — я в ужасе обернулась к блондинке.

— Я? — девушка улыбнулась и, спокойно отряхнув платье, окинула меня хладнокровным взором. — Это вы ее убили, моя милая Эльдана. Вы!

Наверное, даже сама смерть не могла бы оказаться более внезапной, чем обвинение Розалинды. Я замерла, не смея произнести ни слова, и только бешено стучащееся сердце твердило миру о том, что его обладательница вне себя от страха

В воцарившейся тишине гулко прозвучали шаги. Дверь в комнату распахнулась, и вошел Рэд.

— Кого убили? — переспросил он, не сводя взгляда с моего побледневшего лица. — Эльдана, что произошло? — мужчина повысил голос.

— Дядюшка, она убила Ивонну!

Розалинда бросилась на колени и заломила руки в притворном ужасе.

— Убила! Убила!

Слезы градом катились по щекам красавицы, казалось, что еще чуть-чуть, и она упадет в обморок от избытка чувств.

Рэд обвел неверующим взглядом комнату, но, будто и впрямь углядев что-то, стремглав бросился к окну.

На земле покоилась Ивонна. Всегда бесцветная девушка, в этот миг казалась поистине удивительной: бледная кожа в потеках голубой крови, волосы растрепались, создавая серебряный ореол вокруг маленького, застывшего лица, губы чуть приоткрыты обнажая жемчуг острых зубок. Стройная фигурка изогнута в таком нелепом положение, что сомнений не осталось — дара мертва.

— Эльдана, — голос Рэда прозвучал совершенно бесцветно. — Вы посмели поднять руку на мою невесту…

— Нет! — вскричала я в ужасе, но он не обращал внимания.

— Вы обвиняетесь в убийстве…

— Нет! Послушайте же!

— С этого момента вы находитесь под полным моим контролем и впоследствии будете переданы в Магический суд…

— Дар Рэд, это не я! Помилуй Веда, не я!

Розалинда молчаливо улыбалась жестокой улыбкой хищницы. Но самое главное, я не могла поставить вину ей, этого не позволял договор. Я не могла выдать ни одной ее тайны.

— Все указывает на вас, дара, — сквозь зубы процедил Рэд, подходя ближе.

Он наступал оглушенный злостью, не желая слушать ничего иного, не замечая остальных действующих лиц. В его глазах горело то самое выражение, что я видела на ярмарке, когда подвергли избиению беднягу крестьянина. Рэд наслаждался демонстрируемой силой и мощью, упивался страхом в глазах собеседника. Его влекла не справедливость, а возможность вершить казнь. И казалось, не было способа оправдаться, избежать напрасного обвинения, но тут…

— Дара Эльдана ни в чем не виновата! — раздался тихий, но твердый детский голосок. — Это Розалинда ее убила.

Рэд стремглав обернулся и наткнулся на решительный взгляд Дамиса. Мальчик дрожал, но храбро выступил вперед.

— Розалинда дралась с Ивонной, я это увидел и позвал на помощь.

— Что ты сказал?… — прошипел лорд, сузив глаза.

Все его внимание переключилось на бедного ребенка. Заметив, какой ненавистью наливаются глаза лорда, Дамис тихо охнул, поняв, что только что допустил огромную ошибку.

— Значит, ты полностью заговорил? Давно ли? Так, так… И кто еще об этом знал? Розалинда?

— Нет, дядюшка, — ответила красавица, испепеляя брата взглядом. — Но возможно дара Эльдана сможет пролить свет на это событие.

— Эльдана? — Рэд вскинул подбородок. — Что же еще вам выдвинуть, кроме обвинения в убийстве?

— Я не убивала!

Но мужчина лишь усмехнулся и, крепко схватив меня за руки, прижал к стене.

— Оставьте, дару Эльдану! — Дамис подбежал к дяде и замолотил кулачками по мужской спине. — Она ни причем!

Обернувшись, Рэд на мгновенье выпустил мои запястья, а потом, вдруг размахнувшись, ударил мальчика по лицу.

— Дамис! — закричала я в ужасе.

Из носа ребенка заструилась кровь.

— Дар Рэд, да как вы смеете!

— Смею, Эльдана, еще как смею! — на лице мужчины заиграли желваки. — Марш в свою комнату! — велел он Дамису.

Детские плечики ссутулились, из груди послышались сдавленные всхлипы.

— Иди, — шепнула я. — Только запрись и никому не открывай.

— Ой, добрая нянюшка утешает любимого подопечного! — поддела Розалинда.

В ее язвительной ухмылке было столько злорадства, что казалось, еще немного, и она с радостью убьет и меня тоже.

Дамис вытер кровь, размазывая по щекам голубые разводы, и обдав Рэда ненавидящим взглядом, направился прочь.

— Дар Рэд… — я подняла полные слез глаза на лорда. — Чем он провинился? Тем, что смог победить немоту?

— Тем, что пошел против меня!

— Почему вы так думаете? Дамис замечательный ребенок, очень чистый, искренний, светлый!

— А вы уже взяли на себя роль его матери? — приподнял бровь Рэд. — Не стоит. На вас смерть благородной дары.

— Я ее не убивала.

— Неужели? Тогда кто же? — он схватил меня за горло, и вновь прижал к стене. — Ну? Я жду ответа.

Но я молчала.

Послышались торопливые шаги, и в комнату вбежал дар Флой.

— Что произошло? — воскликнул он. — Я видел Дамиса! Бедняга! У него весь нос разбит!

— А больше вы ничего не разглядели? — Рэд сверлил взглядом мужчину.

Флой нахмурился и недоуменно пожал плечами.

— Ивонну убили, — кивнул на окно лорд.

— Всесильная Веда!

Выглянув во двор, словно желая самолично убедиться в происходящем, дар Флой медленно произнес:

— Но кто мог сделать такое?

— Вы не поверите! — усмехнулся Рэд. — Наша Эльдана.

С появлением Флоя смерть Ивонны обрела новые краски. Будучи опытным магом и главой Магической школы он представлял собой определенную ветвь власти, а значит его мнение, касательное моего обвинения могло оказаться решающим.

— Дар Флой, я не виновна!

— Разберемся, Эльдана, разберемся, — он похлопал меня по руке. — Рэд, я велел перенести тело Ивонны в комнату, что она занимала при жизни… Думаю, там мы сможем ее осмотреть.

— Согласен, — кивнул лорд.

Спальня Ивонны не была чем-то запоминающимся, и в любой другой момент не собирала бы столько народу, но сейчас совсем другое дело: бездыханное тело покоилось на кровати.

Флой подошел ближе и, наклонившись, внимательно осмотрел лицо жертвы.

— Я ощущаю сильнейший магический посыл. Это магия, тут нет сомнений. Весьма мощная магия.

— Правильно, — встряла Розалинда. — Что еще можно ожидать от учительницы? Наверняка она знает кучу смертельных заклинаний.

Я с возмущением повернулась в ее сторону. На языке вертелись колкие слова, но было понятно, любая фраза может стоить свободы.

Декан выпрямился и, покачав головой, шагнул к Рэду.

— Эльдана не обладает достаточной силой, — едва слышно произнес он. — Ты и сам это знаешь.

— Уверен? — так же тихо уточнил лорд.

— Уверен.

— Какая магия?

— Стихийная.

Пребывая в страхе, я не совсем понимала, о чем речь, но заметила, как после вердикта сжалась в комочек Розалинда.

Рэд сверкнул глазами на притихшую племянницу и подошел к бывшей невесте.

— А что у нее в руке? — внезапно спросил он, указывая на скрюченную кисть. — Веда… не может быть…

Флой тоже присмотрелся и громко охнул от удивления.

— Это он?!

Лорд разжал окоченевшие пальцы и вытащил не только таинственный медальон, но и огромный клок золотых кудрей Розалинды.

Для меня это казалось победой: Вот! Видите, я не виновна!

Но Рэд почему-то даже не обратил внимания на улику, отбросив ее в сторону. Взоры обоих мужчин были прикованы к амулету в форме грифона.

— Не может быть… — повторил лорд. — Не может быть… именно сегодня…

— Это он! Я чувствую магию! Он! — у Флоя засветились глаза.

Заметив посторонний интерес, Рэд крепко сжал находку в кулаке.

— Это родовой символ. Он принадлежит мне.

— Конечно, конечно, — закивал декан, не спуская взгляда с вещицы.

— Медальон останется у меня, — повторил Рэд.

Заслышав угрозу в голосе друга, Флой будто пришел в себя. Виновато улыбнувшись, он извинился и, сославшись на дела, связанные с организацией доставки тела родственникам, быстро вышел вон.

Проводив дара Флоя взглядом, Рэд медленно повернулся к Розалинде:

— И как ты объяснишь это?

Девушка побледнела. Но тут же взяла себя в руки.

— Я повторю только то, что сказала раньше: это она убила леди Ивонну!

— Стихийной магией?

Розалинда топнула, выражая свое полнейшее возмущение.

— Если бы наша дражайшая учительница не принесла злополучный медальон и не стала прилюдно хвастать им, ничего бы не произошло! Ивонна еще за ужином возжелала эту вещицу, а мне пришлось защищаться. Да, все так и было! Подтвердите, дара Эльдана! И вообще, дядюшка, она не желала отдавать грифончика его настоящему хозяину, — девушка вскинула подбородок. — У меня не было другого выбора и вся вина ложится на Эльдану!

Рэд взглянул в мою сторону, явно ожидая ответа.

— Это так? Вы хоть знаете, что представляет собой медальон? — в его голосе звучали металлические нотки. — Где, в конце концов, вы его взяли?

Я глубоко вздохнула.

— Понятия не имею что это такое. Украшение? Семейная реликвия? Я уже рассказывала, как нашла медальон у светящихся камней. В одной из расщелин увидела торчащие звенья цепи, потянула за них, и достала грифона. Наверное, мне не стоило его брать и привозить сюда. Сожалею…. И Розалинда права — ей пришлось защищаться. Ивонна словно обезумела и никого не желала слушать.

— Ивонна хотела медальон? — казалось, Рэд сильно удивлен. — Зачем он умалишенной?

— Дядя, твоя Ивонна всех обманула.

Розалинда с наслаждением раскрывала тайны соперницы.

— Она оказалась хитрой и жадной! Только делала вид, что не в себе. Хотела подобраться ближе к грифону.

Мужчина обернулся на тело невесты.

— Может быть, может быть, — тихо произнес он. — Значит, не только я ее использовал, но и она меня… Розалинда! И давно ты знала, что Ивонна вменяема?

— Я… нет… что ты… — девушка испуганно залепетала. — Дядя, я за тебя всей душой, никогда не предам!

— Хотелось бы верить.

Видя, что мысли Рэда уже далеки от обвинений, я судорожно выдохнула. Страх сжимал сердце, но где-то внутри все больше росла уверенность, что на этот раз, ложь спасет мне жизнь.

— Дар Рэд, смерть Ивонны вызвана случайностью.

— Вы сможете подтвердить это под магической присягой? — прищурив глаза, уточнил лорд.

— Да, в любом суде.

— Ну, думаю, суд нам не понадобится, — криво усмехнулся лорд. — А вот родные Ивонны так просто это не оставят. И тогда ваше свидетельство очень пригодится.

Я облегченно вздохнула. Меня не считают убийцей, значит еще не все потеряно.

Рэд вновь повернулся к Розалинде.

— А скажи-ка, милая племянница, ты знаешь, что это за медальон?

Красавица широко улыбнулась и гордо выпрямилась.

— Мне известна его сила.

— Откуда?

— Я прочла в свитках.

— Ты копалась в моем архиве? — Рэд повысил голос.

— Я хотела помочь, — Розалинда подошла ближе. — Медальон был у этой глупой овцы. А я всего лишь хотела вернуть ее хозяину. Моя любовь к тебе не знает границ, — она призывно улыбнулась. — Если бы не Ивонна, этой ночью мы бы уже были вместе: ты, я и медальон.

Розалинда прижалась к лорду, проводя руками по мужской груди.

— О какой любви может идти речь? — Рэд грубо отпихнул девушку в сторону. — Этой же осенью ты выйдешь за Тедварта. И не вздумай возражать!

— Но, дядя…

— Никаких «но»! Мне нужна от тебя не любовь, а совсем другое, ты знаешь!

В самую последнюю очередь, я хотела бы слышать о том, чего так яростно возжелал Рэд. Поэтому выбрав момент, осторожно встряла в их перепалку:

— Дар Рэд, простите, но я хотела бы вернуться в свою комнату.

— С чего вдруг? — отрывисто бросил он.

— Не очень хорошо себя чувствую…

Это, кстати, было правдой, перед глазами постепенно темнело, видимо последние события давали о себе знать.

— Вы побледнели, — Рэд оценивающе оглядел мое лицо. — Идите.

— Благодарю.

Сделав несколько шагов, я остановилась. Правила хорошего тона требовали еще нескольких слов.

— Примите соболезнования по поводу гибели вашей невесты.

— Невесты? — встрепенулся лорд, растягивая губы в ухмылке. — Зачем скорбеть о невесте, если с этим, — он потряс медальоном, — я всего добьюсь сам. Три составляющих, милая Эльдана, всего три!

Затем сделав паузу добавил:

— Кстати, Эльдана… Хорошо, что вы напомнили. Я ведь вновь стал свободным, а значит, могу лучше присмотреться к вам и возможно ответить взаимностью, — он приподнял бровь. — Вы ведь этого хотели? Я еще не забыл любовное зелье.

Он крепко взял меня за плечо и, развернув, впился поцелуем.

— Нет! — закричала Розалинда. — Дядя, это я хотела напоить тебя зельем! Ты навсегда должен был забыть Ивонну!

Признания выплескивались из нее слово за словом. Казалось, она совершенно не отдавала себе отчета в действиях. Девушка царапнула мне руку, вытаскивая из объятий дяди.

Ее движения были так резки, что я не удержалась на ногах, и упала, ударившись головой о стоявшее рядом кресло. Сознание помутнело и последнее, что запомнилось перед погружением во тьму, громкий крик Рэда:

— Дура! Марш в свою комнату! Если б ты хоть что-то знала, пылинки бы сдувала со своей учительницы!

Рассудок вернулся вместе с головной болью и ощущением легкого покачивания. Лорд Рэд нес меня на руках. Он уже поднялся на второй этаж и направлялся к спальне.

К моей спальне.

И хоть тело страдало от бессилия, оставить все просто так, я не могла. В комнате скрывался Грей.

— Отпустите меня, пожалуйста, — тихо подала голос я. — Дольше сама пойду. И простите, за неудобства.

— Вы слабы.

— Не волнуйтесь, всего лишь легкое головокружение.

— Может пригласить дара Флоя, он вас осмотрит?

— Нет! — ответила я, пожалуй, слишком быстро. — Не стоит утруждать его. Я полежу, и всё пройдет.

— Ну, как знаете, не буду настаивать, — недовольно процедил сквозь зубы Рэд и, оставив меня, удалился.

Колени дрожали. Страх от обвинения в убийстве оказался слишком сильным. О Веда, как хорошо, что все разъяснилось! Я с трудом открыла дверь и вошла.

— Грей…

Мужчина подошел ближе и улыбнулся, но увидев, в каком я состоянии, скорее подхватил на руки.

— Что случилось, девочка?

Он бережно уложил меня на кровать.

— Эльдана, на тебе лица нет! Я так тревожился. Что случилось?

— Со мной ничего страшного не произошло, — я попыталась успокоить Грея. — А что было, то закончилось.

— Точно? — он недоверчиво нахмурился.

— Да, не переживай.

— Тогда отдохни, поспи, а потом всё расскажешь, — мужчина нежно дотронулся губами до виска, и, сделав пас руками, навеял глубокий сон.

Кажется, я проспала всего пару минут, но когда открыла глаза, с удивлением увидела, что наступил вечер.

— Ты опоздала на ужин, — прошептал Грей.

— Совершенно не хочется есть.

— Иногда так бывает.

Мужчина лежал рядом, охраняя сон.

— Ты расскажешь, что случилось? В замке до сих пор слышен шум.

Я кивнула, но спокойно рассказать о трагедии не получилось. Слишком сильны эмоции. И хоть я не испытывала к погибшей особо теплых чувств, но она была живым человеком. Высокородной дарой, хорошей магиней. К тому же напрасные обвинения выбили меня из колеи.

На глаза набежали непрошеные слезы.

— Ивонну убили… Розалинда… Они не поделили медальон… И Рэда…

Грей молчал.

Может быть, обдумывал какие-то свои мыли, а может, не хотел мешать мне выговориться.

Рассказ получился долгим. Иногда я описывала что-то слишком детально, а иногда, наоборот, упоминала вскользь.

Он слушал, не перебивая и не задавая вопросов. А потом все так же молча откинулся на подушку и долго смотрел в потолок, словно искал там ответы.

Полная луна заглянула в распахнутые створки, маняще подмигнула и скрылась за тучкой.

Я подошла к окну.

Царица ночи покрывала серебром всю долину, создавая в тумане образы зверей, играла светом и тенью. Но не это было самым удивительным. Нет, было еще одно, то, что моментально привлекло взор.

Из-за высоких гор показалась яркая огненно-красная звезда. Она медленно ползла по небосклону навстречу луне, словно хотела слиться с ней в бурном танце.

— Грей, — окликнула я мужчину. — Посмотри, что это?

Он подошел, и, обняв за плечи, долго всматривался в ночное небо.

— Атэльнуа.

— Как?

— Это звезда зовется «Атэльнуа». Сердце Мора.

Грей горько усмехнулся.

— Рэд просчитал ее появление много лет назад.

И он вновь замолчал, словно эта звезда и была ответом на искомые вопросы.

— Тебе не кажется, что пора все объяснить? — я твердо взглянула ему в глаза. — Ты только обещаешь, но ничего ни разу не сказал. А вокруг столько тайн, все что-то скрывают. Например, грифон. Ради него убивают, Грей! — мне казалось, что именно сейчас настал черед откровений. — Расскажи. Объясни все. Причем тут, яблоня, вокруг которой все бегают, суетятся… и только я не знаю, что к чему! Словно слепой котенок.

— Наверное, ты права, — тихо произнес Грей.

Я не верила своим ушам. Неужели, наконец, все станет ясно?

— Расскажу, Эльдана, сейчас расскажу. Тем более, что обитателям Темногорья может угрожать смертельная опасность.

Он сел на кровать, вытянув поврежденную ногу.

— Присаживайся, рассказ не из коротких.

Я села на значительное расстояние. Грей улыбнулся и, придвинувшись ближе, крепко взял за руку.

— Ты много знаешь легенд? Наверняка много, но послушай еще одну:

Давным-давно, еще на заре сотворения мира, жили в согласии эльфы, люди и маги. Покровительствовала им светлая богиня Веда. Все жили в мире и согласии, пока не явился с задворок мироздания темный бог Мор. Решил он подчинить все живущее себе. Одаривая огромной силой, соблазнял и людей и эльфов. Злоба, зависть, разврат и ненависть поселились в сердцах слабых существ. И разделились жители на два стана, исповедуя и поклоняясь разным богам. А когда противодействие добра и зла пришло к апогею — началась война. И не просто сражались жители друг против друга. В схватку вступили сами боги. Обернулись они грифонами и вступили в бой. Белый и черный. День и ночь. Добро и зло.

Долго длилась схватка. Каждый удар высекал икру, оставляя на земле след в виде пламени. Огненная стихия бушевала повсюду. Но все-таки добро победило, Мор оказался повержен и отправлен в преисподнюю. А силу его запечатали. И скрепили печать кровью представители всех рас, обитавших в подлунном мире. Ключ передали на хранение магу, которому Веда дала дар принимать облик грифона, чтоб он мог сразиться со злом, если оно вновь вырвется на свободу.

— Это ты?

— Ну что ты, глупышка. Легенде не одна тысяча лет. Но в одном ты права, наш род ведется от того самого мага.

— А медальон?

— Тот самый, что дала когда-то Веда.

Мужчина снял с шеи цепочку с маленьким грифоном и протянул мне.

— А зачем он всем: Рэду, Розалинде, Ивонне? — я погладила холодный металл.

— Есть еще легенды, которые твердят, что если в урочный час открыть ключом тайник, то обретешь силу Мора и станешь повелителем мира. И никто не сможет противостоять, ни Веда, ни эльфы, что ушли вместе с ней, — Грей замолчал ненадолго, словно собираясь с мыслями, а потом продолжил. — Знаешь, много десятилетий назад уже была попытка открыть тайник. Но что-то было выполнено не правильно, и огненная стихия уничтожила все вокруг. Мои предки посадили на этом месте яблоню.

— Так вот откуда все эти разговоры! — я расширила глаза. — И садовник говорил, что когда он приехал — земля вокруг была сожжена, только одна яблоня цвела посреди каменной пустыни.

— Все верно, дерево питается силой, хранящейся под ней. Поэтому ее вкус такой особенный. А ты замечала, как увеличивается сила, от этих яблок?

— Нет… Хотя… С тех пор, как переехала сюда, у меня стали получаться маленькие заклинания. А до этого вообще не могла создать хоть что-то путное, — криво усмехнулась я, стесняясь своей магической слабости перед могучим лордом.

— Ну, зато теперь ты сможешь пополнять силы сколько захочешь. Я свои уже почти восстановил, — Грей наклонился и, сорвав быстрый поцелуй, вновь вернулся к рассказу. — Осталось только узнать, сколько всего желающих заполучить грифона. Думаю, что много.

— Ивонна, получается, была одна из охотниц?

— Выходит, что да. Она точно знала, где искать. И согласилась выйти замуж за Рэда только из-за медальона. После моей предполагаемой гибели — он становился хранителем силы.

— Зачем было строить из-себя умалишенную?

— А, думаешь, мой братец подпустил бы ее так близко к тайнам, если бы не был уверен в безобидности?

— Ты прав, кстати, он очень обрадовался, найдя медальон.

— Рэд слишком жаден! Ох, Эльдана, боюсь, моему брату предстоит жаркая ночь.

— Почему именно сегодня? — все еще не понимала я.

— Для обряда призыва силы, нужны три компонента: сила грифона, магия стихий и кровь влюбленной женщины. Уверен, Розалинда пожертвует не только магию, но и кровь, а если нет, то Рэд возьмет ее и без согласия. Смотри, — Грей вновь подошел к окну. — Звезда взошла. Значит, именно сегодня.

— Ты в этом уверен?

Мне казалось все слишком нереальным, но, увы, события последнего месяца не оставляли места для сомнений.

Грей нахмурился.

— Еще в детстве, играя в библиотеке, мы с Рэдом нашли древний свиток. Там было точное описание ритуала. Брат очень увлекся идеей заполучить огромную силу и стать повелителем вселенной. Мы даже часто разыгрывали древнюю битву меж собой, предстваляешь? Рэд всегда играл за Мора… Он ведь и с возрастом не утратил интереса к тайнику. А когда, перед смертью, отец посвятил нас в хранители и передал медальон мне, как старшему в роду, Рэд устроил скандал. Он убеждал отца, что только ему должна быть подвластна такая мощь. Но против правил не пойдешь, и брат затих, успокоился, но в душе по-прежнему бушевало пламя. Сила была у него под носом, осталось только заполучить ее. Нужны были всего лишь три вещи…

— Медальон, кровь и огонь, — поняла я.

— Именно. Но тут Рэд несколько просчитался. Меня он не убил, и медальон оказался у тебя. А маг, умело владеющий огнем, отказался ему помогать. Отец Дамиса был добрым человеком и не желал зла никому.

— Он просил о помощи лорда Синебора?

— Да. Почти сразу после этого разговора, он погиб, не без чьей-то помощи, а Рэду досталась его дочь — могучая магиня, воспитав которую он сможет уговорить сделать все что угодно.

— О Веда…

— Теперь у него есть все, даже влюбленная девица. По-видимому, ею должна была стать Ивонна, в своей глупости, она могла без промедлений отдать кровь, но тут брат дал промашку.

Головоломка постепенно складывалась, и мне казалось, что еще чуть-чуть и загадок больше не останется.

— Грей, почему ты все время твердишь о влюбленной девушке? Разве другая Рэду не подойдет?

— В том свитке, что мы нашли, было написано:

«Когда Атэльнуа и Вель, в прекрасном танце, взойдут на свой небесный трон,

Взлетит грифон и тень его крыла накроет дол, туманами покрытый.

И девственный огонь осветит место силы, что кровью сладкой жажду утолит,

Там сила Мора снова возродится, владыку мира этим наградив».

Грей произнес последние строчки и внимательно посмотрел мне в глаза.

— Кровь должна быть сладкой. А что может быть слаще любви?

Я понимала, что он прав. Это пугало.

— Вель — это луна?

— Да.

— О, Грей, тогда нужно срочно поговорить с Розалиндой! Предупредить ее об опасности!

— Девочка моя, она тебя и слушать не будет, да и медальон у Рэда не настоящий. Он не сможет возродить силу Мора.

— Мы это знаем, а Рэд нет. Он принесет Розалинду в жертву, совершенно не раздумывая. Как бы я к ней не относилась, но смерти — не желаю.

Я встала и с твердостью выдержала взгляд Грея.

— Ты серьезно хочешь пойти к ней? — удивился мужчина.

— Хочу.

— Девчонка отравляла тебе жизнь, а ты собираешься ее спасать? Эльдана, да пусть Рэд выпустит всю ее кровь, не жалко!

— Нет, Грей. Не могу так, — я покачала головой. — Совесть не позволит. Как я буду жить, зная, что даже не попыталась спасти девочку? Она, в сущности, еще ребенок. Маленькая заблудшая душа.

— Моя добрая Эльдана… Это так важно для тебя?

— Очень.

— Хорошо, убедила, — сдался он. — Думаю, что ничего страшного не случится. Розалинда слушать тебя, конечно, не станет, но и к Рэду близко не подпустит, ревность не позволит.

— Я быстро!

Метнувшись к двери, вдруг остановилась. Грей хромая, шел следом.

— А ты куда?

— С тобой. Неужели, думаешь, отпущу одну?

— Грей, нет. Только разбередишь рану.

— Пусть.

— Сам же сказал, я им не нужна!

— Эльдана, Рэд опасен, так же, как и его сумасшедшая племянница. Нет, моя милая, одна ы никуда не пойдешь.

— Хорошо, — я опустила голову. — Но могу я хоть проведать Дамиса?

Грей сощурился.

— Только Дамиса?

— Да, его комната близко, тебе не нужно даже провожать. А как вернусь, принесу тебе новые снадобья для лечения. Старые уже потеряли силу…

— Если бы не нога, ты бы и шагу не сделала в одиночестве, — нахмурился мужчина.

— Знаю, — я коснулась губами его подбородка. — Так можно пойду?

— К Дамису?

— Да, я же сказала.

— Иди, — вздохнул он. — Только будь осторожна. И если понадобится — зови на помощь.

Грей нежно поцеловал меня и выпустил из спальни.

Ложь не приносит счастья, но иногда бывает полезной — это я уже поняла. Солгав Грею, почувствовала муки совести, но была уверена в своей правоте. Все делаю правильно. В этой истории могла пострадать не только Розалинда, но и совершенно невинные люди.

Шаг за шагом потихоньку я сошла на первый этаж.

Тишина воцарилась в замке, создавая зловещее безмолвие. Казалось, даже часы перестали ходить, дабы не нарушить сонное царство.

Я на цыпочках следовала к покоям Розалинды, на ходу обдумывая, что сказать ей при встрече.

Но внезапный отблеск яркого света, из приоткрытой двери в кабинет Рэда, несказанно удивил меня. Обычно лорд всегда все запирает.

Из кабинета доносились приглушенные голоса:

— Ты уверена, что никто нас не потревожит?

— Уверена. Я лично подлила сонных капель всем за ужином. Только Эльдана и Дамис не вышли, но они уже давно спят, крепко им досталось сегодня.

Я не стала ждать дальнейших речей, и резко распахнув дверь, вошла.

— Что тут происходит?… О, Веда…

В кабинете царил беспорядок. Повсюду валялись разбросанные книги и рукописи. А у самого стола хлопотала Елейка, лихо выворачивая содержимое одного из ящиков на пол.

— Дара Елейка, что вы делаете? — воскликнула я, не ожидав такого поступка от доброй кухарки.

Та от неожиданности замерла. Ее маленькие глазки забегали, не зная как оправдаться и что сказать в ответ.

— Дара Елейка, объясните!

Я ждала хоть каких-то слов, но ответила мне вовсе не Елейка…

— А вас, милочка, не должно это касаться вовсе, — послышался старческий голос дара Флоя.

Декан магической школы вышел из-за стеллажей и угрожающе потряс рукой.

— Елейка выполняет мою просьбу. А вы, как всегда, лезете не в свое дело. Чужие тайны вас не должны касаться, Эльдана!

В какое-то мгновенье мне показалось, что Флой на нашей стороне и ищет доказательство того же самого, что так волнует Рэда. Я хотела, кинуться к старому декану и попросить о помощи. Но тут он сказал:

— Держи мерзавку!

Елейка подскочила, высказывая неожиданную для своего возраста и веса прыть, и крепко схватила за локоть:

— Она не вырвется, Флой. Куда уж ей!

Я попыталась извернуться, но женщина так сильно вцепилась в руку, что оторвать ее казалось невозможно.

— Дара Елейка, что вы делаете?!

— Флой, — она не удосужилась ответить. — Надо бы рот ей закрыть, еще услышит кто.

— Не услышит… — злорадно улыбнулся старик, наставляя на меня руку. — Прости, Эльдана, но тебе не стоило вмешиваться в это.

Из руки появилась искорка, быстро разрастающаяся до исполинских размеров и…

Все случилось очень быстро. Внезапно появился Рэд. Он резко дернул меня в сторону, вырывая из рук Елейки.

— Куда?! — закричала женщина, пытаясь вновь поймать добычу.

Грузное тело колыхнулось и попало под магический удар декана.

— Елейка! — воскликнул Флой, понимая, что он промахнулся.

Его жертва стоит в стороне, тогда как на полу, раскинув руки, покоится мертвая соратница.

— О Веда… — шепнула я, в который раз уповая на милость светлой богини.

Кухарка была всегда так добра ко мне, так заботлива, но неужели даже она попала во власть злобной алчности? Очередная охотница за медальоном, нелепо убитая собственным напарником.

Флой на мгновение растерялся, но тут же приняв боевую позу, уставился на Рэда. Он понимал, откуда может исходить опасность. Меня в расчет не брал ни один из мужчин.

— Старый дурак, — Рэд выставил руку вперед, приготовившись в любой момент отразить удар.

По силе они равны меж собой, но если один молод, то другой — опытен. Быстрой схватки не получится, каждый ожидал слабости противника.

— Из-за тебя я только что потерял любимую женщину, — с гневом прошипел Флой.

— По своей же вине, — саркастически усмехнулся Рэд, не опуская руки. — Кстати, как давно она стала любимой?

— Всю жизнь! Задолго до твоего рождения. Она пожертвовала всем, пробыла долгие годы здесь, по крупицам добывая информацию для меня. И нашла… Нашла!

— Место силы? — лорд не стирал улыбки с лица, хотя глаза оставались леденяще холодными.

— Тебе не справиться со мной! У меня больше знаний, больше возможностей!

— Флой… старый друг… прежний друг… Ты ничего не имеешь, кроме этого.

Старик расхохотался.

— У меня есть все составляющие!

— Все ли?

— Почти…

— Давай посчитаем, — Рэд выгнул бровь. — Что, например, с магией огня? Ты, помнится, лично накладывал на Дамиса заклятие немоты, после того, как убил его отца. Да и Розалинда не станет тебе помогать.

— Глупец, — Флой презрительно сплюнул. — Неужели ты думаешь, я не подстраховался? Достаточно сказать пару кодовых слов, и Дамис вернет не только способность говорить, но и станет послушной марионеткой в моих руках. Он глава рода!

— Синебор уже мой! — рявкнул Рэд. — Так же, как и Темногорье.

Его глаза светились синим пламенем, губы искривлялись в злобной гримасе. Казалось еще чуть-чуть и лорд взорвется от собственной ненависти.

Я затаилась в сторонке, боясь даже пошевелиться. Казалось, одно неверное движение, и можно нарваться на молнии, метавшиеся между двух мужчин.

— Значит, тебе не хватило только медальона? — вновь оскалился Рэд.

— Видят боги, еще немного и я отобрал бы его у тебя!

— А кровь? Помнишь «сладкая кровь»?

— Кровь Елейки подошла бы.

— Дважды дурак! Ты ошибался все это время, как и я. Вспомни наши разговоры и рассуждения о любви, легенде…

— Я все помню, не думай, что отвлечешь меня разговорами, — Флой сдвинул брови и потряс рукой.

— Ой, как страшно, — внезапно развеселился Рэд. — Но повторюсь, ты дурак. Старый глупец. Ты только что, своими руками, чуть не убил ту, кто действительно может помочь вскрыть печать! Ты думаешь, кровь сладка, потому что в ней струится любовь? О нет, ты не учел, что тайник печатали не только люди и маги, но и эльфы!

Лорд помолчал немного наблюдая за реакцией.

— Думаешь, почему эльфы так быстро покинули наши края? Да чтоб никто не мог воспользоваться их кровью.

— Ты сошел с ума, Рэд. — Флой покачал головой.

— Нет, нет, мой друг. Вспомни вкус крови… Соленая, приторная, пьянящая. А для открытия силы нужна настоящая — сладкая кровь эльфа. В прямом смысле «сладкая». И я нашел ее, да-да, не смотри на меня так, я нашел ее. Я нашел ту, в чьих жилах течет эльфийская кровь.

— Лжешь! Ты не мог найти эльфа, их не видел никто уже сотню лет.

— Ну, пусть неполноценного эльфа, а всего лишь полукровку… Но она есть! А какой у той крови вкус… ммм… пусть не мед, но сладкая патока.

Рэд молниеносно подскочил ко мне и острыми ногтями полоснул по руке, а затем с наслаждением слизал каплю лазурной крови.

— Хочешь попробовать?

Флой отступил, хмуря брови.

— Ты лишился рассудка. Ты болен, Рэд!

— Эльдана сама рассказала, как ее мать ходила к Эльфийскому источнику просить дитя.

— И что? Многие люди просят исполнения желаний у эльфов.

— Но не все просят зачатия, — Рэд довольно улыбнулся. — Ты только представь… Мать думала, что выпив водицы, понесет простого ребенка. Что взять с женщины, не разбирающейся в магии? Но эльфы, хранящие источник, сделали по-своему, — лорд приобнял меня и, приблизившись к самому уху, прошептал: — Твоя мамаша отдалась прекрасному эльфу. И ты — жалкая полукровка, гибрид деревенской бабы и древнего создания. Ко всему прочему, совершенно не обладающая магией. Обыкновенный урод, — Рэд вновь взглянул на Флоя. — Поэтому, ты, друг мой, проиграл!

Декан молчаливо осмысливал услышанное. Он разглядывал меня, словно дикую зверюшку, но вдруг в старческих глазах появилось что-то, от чего на его морщинистом лице расползлась улыбка.

— Эльдана эльфийской крови, — прошептал он, с восторгом глядя на бывшую ученицу.

И это стоило ему жизни. Рэд расхохотался выпуская синие искры в грудь бывшего друга.

Флой дернулся, попытался ответить тем же, но не успел — очередное заклятье разорвало сердце старика.

Я закричала от ужаса.

— Заткнись! — Рэд оборвал смех. — На тебя у меня особые планы.

И заломив руки за спину, потянул к выходу.

Рэд больно схватил меня за руки. Его цепкие пальцы оставляли следы в виде синяков, в один момент расплывающимися голубыми разводами на коже.

— Больно, — ахнула я, делая попытки вырваться, но мужчина сильней. Стальные объятия не позволяют сделать ни шага, ни вздоха.

— Молчи!

Его злит любой звук.

— Больно! — повторяю я. Но напрасно.

Он в ярости кривит губами и, словно опасаясь, что кто-то может услышать, с размаху бьет по лицу.

— Замолчи! — шипит Рэд, повторяя жестокую пощечину, но уже с другой стороны. — Ни звука!

Скулы тут же загорелись от боли. С нижней губы закапала кровь.

Хотелось съежиться, превратиться в комочек и исчезнуть, затаиться, спрятаться от рук злобного лорда. Но он не позволял. Схватив за подбородок, приблизился и, ухмыльнувшись, слизал кровавые капельки с моего рта.

— Сладкая… Какая же сладкая…

Дрожь омерзения охватила тело. Я замотала головой, стараясь избавиться от непрошенной ласки, но Рэд не останавливался. Его поцелуи становились все жарче, требовательнее.

Ранка на губе болела от жадного языка, но мужчина желал большего.

— Дядя?! — послышалось откуда-то со стороны.

Вывернув голову, увидела Розалинду. Девушка едва сдерживалась от ярости.

Я возблагодарила Веду, именно сейчас появление ревнивой красавицы было как-нельзя кстати.

— Дядя, что ты делаешь! — закричала она. — И это после нашего договора?

Рэд оглянулся.

— Рози? Ты-то мне и нужна.

Воспользовавшись передышкой, я собрала последние крохи сил и вырвалась на свободу. Но сделав пару шагов, поняла, бежать некуда.

Впереди Розалинда, позади Рэд.

— Помогите! — закричала я, в надежде, что хоть кто-то услышит.

— Тихо!

Златоволосая красавица ступила вперед.

— Помогите! Грей!

— Заткнись!

Рэд подлетел, словно коршун и обрушил на меня всю мощь своей силы.

Тело скрутила судорога боли, в глазах потемнело.

— Грей… Грей… — вновь и вновь шептала имя любимого, борясь с беспамятством.

В какое-то мгновенье мне показалось, что в глубине коридора мелькнул чей-то силуэт.

— Грей!

Но, увы, надежды не оправдались. Чуда не произошло.

— Кого она зовет? — Розалинда, подошла ближе и, подобрав юбки, со всей силой ударила меня под колени. — Замолчи!

Ноги подогнулись.

— Грей… — в последний раз выдохнула я, понимая, что помощи ждать не откуда, и упала на руки Рэда.

— Это имя моего братца, — недоуменно нахмурился он. — Неужели Грей здесь?

— Так он же мертв.

— Я был бы счастлив, будь это так на самом деле, — Рэд оглянулся. — Но сдается мне, мерзавец выжил.

— И что теперь будет?

Розалинда не понимала, чем старший брат может помешать, но чувствовала, что это обернется для них большими неприятностями.

Видимо Рэд думал так же.

Он схватил меня за волосы и сильно запрокинул голову назад.

— Он ведь тут, да? — шипяще вопросил мужчина. — Где этот ублюдок скрывается?

— Не знаю…

— Не знаешь? — он недобро улыбнулся. — Ну что ж, скоро ты растеряешь все свои секреты.

Розалинда хохотнула, словно поняла о чем речь, и весело подмигнув, распахнула дверь в сад.

— Идем, дядюшка, эта ночь запомнится всем нам надолго.

Рэд намотал мои волосы на руку и потащил вперед, туда, где под ночным небом, в свете пылающей звезды ожидающе застыли яблони.

Наши шаги отзывались глухим стоном в безмолвии притихшего сада. Где-то далеко ухнул филин, и тут же словно в ответ прозвучал треск кузнечиков. Но кроме природы, больше никто не смел нарушить уединение темного мира.

— Какая из яблонь? — шепнула Розалинда, всматриваясь в полумрак деревьев.

— Эта.

— Ты уверен?

— Поверь мне, Рози. Я это место выучил наизусть. Узнаю его даже наощупь.

Рэд отшвырнул меня в сторону и вытянул руку. По кончикам пальцев побежали лазурные искры, освещая густые сплетения ветвей.

Вдруг мужчина схватился за висевший на шее медальон и произнес заклинание, от силы которого даже воздух задрожал. С каждым вздохом чародейные слова поднимались все выше и выше, вплетаясь в структуру мироздания и создавая магический шар неимоверного размера и мощи. Шар завис над садом, впитывая в себя каждую букву древнего заклятья. Он пульсировал, соразмеряя частоту вибрации со стуком человеческого сердца. А потом вдруг ринулся вниз, врезаясь в землю и выворачивая с корнем деревья.

Пресловутая яблоня взлетела над поляной, откинутая колдовской силой далеко от места своего изначального пребывания.

— Получилось! — Рэд упал на колени, разгребая землю руками.

Я хотела воспользоваться моментом и сбежать, но вездесущая Розалинда схватила за руку.

— Куда собралась?

Острые ногти царапнули по плечу.

— Отпусти!

— Дядя! — крикнула блондинка. — Она пытается сбежать!

Рэд обернулся. В синих глазах лорда горел фанатичный огонь прирожденного убийцы. Он вскочил и кинулся на помощь племяннице.

— Отпусти! — я попыталась ударить Розалинду, но девушка вовремя отступила назад, предоставив мужчине самому разбираться с непокорной добычей.

— Эльдана, — прошипел Рэд, нависая надо мной, как хищник над мелкой птицей. — Рано уходить, близится твой черед.

Растянув на лице зловещую улыбку, он вновь ударил, но на этот раз дело не ограничилось разбитой губой. Кровь была повсюду, она струилась из ссадин, окрашивая в голубые цвета щеки, нос и подбородок. Но это лишь раззадоривало мужчину. Он с любовью провел рукой по лазурным струйкам, словно хотел насладиться чужой болью.

И даже Розалинда не противилась такой ласке. Спокойно наблюдая, как руки Рэда обтирают мое лицо, она лишь приподнимала тонкие бровки в выражении удивления, если крови оказывалось слишком мало.

— На алтарь ее, — скомандовал мужчина.

Девушка вновь вонзила острые ногти в плечи, и толкнула вперед. Перед заплывшими глазами, возникла развороченная земля. «На этом месте росли яблони», — автоматически отметил изможденный мозг.

Но сейчас, вместо деревьев красовался темный камень. И что-то пугающее было в его облике, что-то такое, от чего еще сильнее заколотилось сердце.

Розалинда подвела меня к мраморному возвышению и, больно заломив руку назад, заставила лечь на холодную гладь.

— Привяжи, — кивнул Рэд, внимательно наблюдая за действиями племянницы. — Я оставил веревки.

Златоволосая красавица старательно выполнила все требования.

Резкая боль резанула запястья, когда она накинула петли на руки и закрепила их над головой, а после, спустилась к ногам и, задрав мне юбку повыше, крепко связала лодыжки.

Я с ужасом поняла, что вырваться невозможно.

На губах мужчины заиграла довольная улыбка.

— Розалинда, огонь! — велел он.

Девушка чуть отступила и, сосредоточившись, выпустила жаркие искры в сторону алтаря. Мелкие светящиеся крупинки опустились на холодный камень и, образовав ровный круг, разгорелись до яркого пламени.

Огненное колдовство не трогало ни меня, ни Рэда. Обтекая мрамор подобно сияющему ручейку, оно лишь создавало контур, но не заполняло целиком.

— Стихийная магия, — ухмыльнулся мужчина, поглаживая медальон. — Теперь нужна древняя кровь.

В руках у Розалинды послушно блеснул нож. Красавица молчаливо оскалилась и поднесла острие к моим запястьям.

— Нет! Розалинда, не надо! Пожалуйста!

Я молила о пощаде, но девушка не желала слушать. Ледяная бездна в ее глазах, казалась такой же глубокой, как ущелье меж гор Призрачной долины. Холод голоса замораживал сердце, а на красивом лице расцветала безжалостная улыбка.

— Нужна твоя кровь, — шептала она. — Кровь древнего рода. Кровь эльфов.

Тонкое лезвие прикоснулось к коже и пьяняще-медленным движением скользнуло по запястью. Боль пронзила тело, заставив дергаться в конвульсиях, пока острый клинок порхал в смертельном танце. Из многочисленных ран хлынула кровь. Лазурный поток омывал алтарь, спускаясь вниз по крошечным канавкам, и мгновенно впитывался в землю, унося с собою жизненные силы.

Перед глазами стремительно темнело. Руки предательски тряслись, но как бы мне не хотелось унять дрожь, сил на это уж не было.

— Не надо… — шепнула я побелевшими губами, в смутной надежде на пощаду. — Дар Рэд… пожалуйста… медальон не настоящий…

Но едва мне удалось встретиться взглядом с мужчиной, как ужас охватил душу, заглушив мучительную боль. В глазах младшего лорда господствовало зло.

— Это мой братец надоумил тебя так сказать? — спросил он и рассмеялся, точно понял удачную шутку. — И где же он сейчас? Грей! Гре-е-ей! Не пришел.

Рэд смеялся громко и призывно. В его голосе звучало удовлетворение.

Дикий смех подхватила и Розалинда. На ее щеках играли ямочки, хотя глаза оставались бесстрастными. Она смотрела куда-то вдаль. Внезапно девушка побледнела и, схватившись за стоявшего рядом лорда, ткнула пальцем в темноту.

Из мрака полуночи показался человек.

Светлые волосы растрепались от быстрого шага, синие глаза светились яростью.

— Грей… — на едином выдохе произнес Рэд.

— Не ждал? — мужчина остановился поодаль.

Его пытливый взгляд исследовал поляну, но Розалинда ловко и быстро встала между нами, загораживая алтарь.

— Где Эльдана? — спросил Грей.

Рэд оскалился.

— А как же: здравствуй, любимый брат! Или ты растерял манеры за столько лет?

Но старший из лордов не спешил с вежливостью.

— Где Эльдана? — повторил он с угрозой. — Дамис видел, как ты потащил ее сюда.

— Дамис? Вот как? — протянул Рэд, замечая худенькую фигурку мальчика за спиной брата. — Малец ошибся.

— Где Эльдана?! — Грей перешел на крик.

Но ответом было лишь безмолвное пожатие плеч.

Я хотела крикнуть, позвать на помощь, обратить на себя внимание, но сил не осталось. Из горла вырвался лишь сдавленный шепот.

— А ты соскучился? — Рэд растянул губы в саркастической улыбке. — Была Эльдана и не стало… Жуть, правда? — он явно тянул время.

— Не трогай, девочку.

— Ох, какая забота. Ты изменился, Грей, бегаешь за юбкой, как последний дурак.

Грей внимательно осматривался, но никак не находил искомое. Яркий огненный круг слепил глаза, отвлекая от главного.

— Эльдана! — закричал он. — Эльдана!

— Ну же, громче! Еще громче! — подначивал его Рэд, широко улыбаясь. — Кричи, братишка, кричи так, чтобы даже Мор тебя услышал!

— Что ты с ней сделал?! — не выдержав, Грей кинулся вперед.

Но Рэд отпрянул. Какое-то мгновенье мужчины присматривались друг к другу, похожие на безмолвных исполнителей странного, необычного танца, они делали осторожны шаги. Грей хромал, Рэд смеялся. Но пока младший из лордов, в очередной раз растягивал зловещую улыбку, Грей успел схватить его руку.

— Где она?

— Там где и должна быть.

Рэд выхватил из-за пояса нож и полоснул брата по лицу. Но Грей не заставил себя ждать с ответом и стремительно впечатал кулак в грудную клетку противника, перехватывая руку и отбрасывая острое лезвие в сторону.

Шаг за шагом братья двигались по кругу. Холодная улыбка не исчезала с лица младшего из мужчин, словно именно она служила гарантом победы в их маленькой схватке.

— Что с Эльданой? — в который раз спросил Грей. — Зачем тебе, девочка?

— Как зачем? — Рэд показал зубы. — Неужели и правда, тебе невдомек? До сих пор?

Один единственный точный удар, разбил младшему лорду нос, заставив на мгновенье потерять равновесие.

— Что ты с ней сделал?!

— Тихо, тихо… — Рэд старался остановить кровь. — Моров ублюдок, ты сломал мне нос!

— Что с ней?!

— А сам-то, как думаешь? Мы вместе читали легенду. Или твое звериное обличье совсем отбило память?

Грей отошел чуть поодаль и обернулся на Розалинду.

Красавица по-прежнему стояла перед алтарем, охваченным пламенем.

— Стихия, медальон и кровь, — понял он. — О Веда!

Не тратя времени, Грей бросился к камню, забывая про раненое бедро.

Отшвырнув Розалинду в сторону, он шагнул в круг огня и пораженно замер.

— Эльдана… девочка моя…

Я вздохнула от облегчения. Грей, мой Грей теперь рядом.

Ловкими движениями, он развязал путы, и, подхватив меня на руки, снял с алтаря.

— Хорошая моя, любимая, — шептал он, умело наводя чары.

Кровь остановилась, и жизнь постепенно возвращалась в обессиленное тело.

— Почему именно ты, маленькая моя?

Я попыталась рассказать, но тут же застонала от глухой боли в груди.

— Тсс, потом, — Грей гладил меня по волосам. — Все будет хорошо.

— Нет, — голос звучал очень хрипло. — Во мне эльфийская кровь…

— Что?

Закашлявшись, я повторила:

— Сладкая кровь… помнишь…

В синих глазах Грея сквозило непонимание.

— Твоя кровь?

— Именно. Между прочим, вкусная, — внезапно раздался голос Рэда.

Он подошел совсем близко и демонстративно облизнулся, внимательно наблюдая за старшим братом.

— А ты всегда был ослом, — сказал он. — Глупым животным, не представляющим истинной ценности силы.

На лице Грея заиграли желваки.

— Что все это значит?

— Твоя девчонка зачата у источника. Неужели она тебе не поведала душещипательной истории о своем рождении? — Рэд хмыкнул. — В венах нашей наивной малышки течет кровь эльфов. Вот так совпадение, правда?

По-прежнему улыбаясь, он делал осторожные шаги вперед.

— Ты представляешь мое счастье, когда я об этом узнал? Стихийница и эльфийская полукровка под боком. Не хватало только медальона.

Грей выпрямился и, нахмурившись, ждал дальнейших действий.

— Грифон был все время у тебя. Ах, ах, старший брат! Наследник рода! А я? Кем считался я?! — Рэд все больше распалялся, его шаги становились стремительнее и жестче. — Зачем ты вернулся?

— Тут мой дом.

— Твоего больше ничего нет! Темногорье принадлежит мне!

— Я наследую его по праву старшего.

— Ты ничего не наследуешь, — прошипел Рэд, становясь почти вплотную к брату. — Ничего! Тебя не должно быть в живых!

— Почему? — прищурился Грей. — Я долго отсутствовал, но вернулся.

— Отсутствовал? Ха! Да ты еженощно напоминал о своем существовании, нарезая круги по всей долине!

— Ты все-таки знал? — Грей с сожалением покачал головой. — Знаешь, я ведь до последнего надеялся, что ты не ведаешь, кто в облике грифона… Почему же не помог, Рэд? Почему ты не пустил меня?

— Дикий зверь в замке. Абсурдно звучит, не находишь?

— Я зверь? — он сжал зубы. — А ты? Не по твоему ли приказу меня лишили сил? Или думаешь, я так одичал, что уже не помню Кенаи, пускающего шип с Морового древа? Да мне до сих пор по ночам снится тот день!

Рэд выгнул бровь, демонстрируя полнейшее безразличие.

— Мы надеялись, что ты сдохнешь в той реке. Прости, не рассчитали дозу яда. В следующий разу, буду умнее, придушу тебя собственными руками.

— Следующего раза не будет. Веда оказалась на моей стороне.

— Ах да… Веда… — Рэд вновь оскалился. — Извечная соперница Мора. Но знаешь, скажу по секрету, второй мне всегда нравился больше, — он кивнул на алтарь. — Магическое пламя и древняя кровь, земля уже впитала ее достаточно. Как думаешь, хватит для обряда? — зловещая улыбка расцвела на лице мужчины. — А давай проверим?

Он вскинул руку, сотворяя на ладони лазурный шар.

— Не смей! Ты не отдаешь себе отчета в том, что делаешь. — Грей попытался образумить брата. — На землях Темногорья поселится ужас.

— Я обрету силу! И тогда никакой ужас будет не страшен.

— Нет, Рэд, ты погибнешь. В земле сила Мора. Выпустив ее наружу, ты поплатишься собственной жизнью.

— Бред!

— Твоей силы не хватит. Ты не справишься!

— Неужели? — Рэд приподнял бровь в излюбленном движении и кинул взгляд на Розалинду. — Рози, на алтарь девчонку!

Грей метнулся обратно, мне на помощь, но младший лорд схватился за медальон, соединяя его с магическим шаром, и выкрикнул заклятье.

Темный туман заструился по поляне, формируясь коконом вокруг тела Рэда.

— О Веда… — ошеломленно прошептал Грей, останавливаясь. — Стой! Медальон же не настоящий!

Даже Розалинда притормозила в шаге от меня, в полном оцепенении наблюдая за колдовством.

Черная дымка полностью поглотила Рэда, не оставив даже пряди волос, но уже через мгновенье рассеялась, явив миру беспощадную мантикору.

— Дамис! Задержи Розалинду! — крикнул Грей, устремляясь к чудовищу.

Мальчишка не заставил повторять себе дважды, и крепко вцепился в сестру, не давая той сделать ни шагу.

Девушка развернулась.

— Не смей меня трогать! — зашипела она.

По тонким пальчикам пробежались огненные искорки и нацелились на Дамиса.

— Дядя Грей! — закричал он, прикрывая лицо.

— Ты тоже так можешь!

— Нет!

— Да! Ты лорд Синебора! Ты можешь!

Мальчик вытянул трясущуюся руку и попытался вызвать пламя, но ничего не получилось.

— Могу… — настойчиво повторил он, под громкий смех Розалинды.

Я молила Веду, помочь Дамису. Если не получится сейчас, другого шанса уже не будет.

Грей вновь пытался убедить в чем-то Рэда, и мой маленький защитник остался без поддержки.

— Ты должен это уметь, — шептала я. — Дамис, родной, в тебе такая же сила. Ну, попробуй…

И словно услышав мои слова, мальчишка вновь вскинул руку, но на этот раз с его дрожащих пальчиков сорвались первые искорки.

— Умница! Давай еще раз, давай!

Дамис швырял крошечные пламенные комочки в удивленное лицо Розалинды, не причиняя ей особого вреда, но умело уводя в сторону, подальше от алтаря.

В это время послышался крик. О Веда, отвлекаясь на мальчика, я совсем забыла о Грее!

Мужчина стоял перед мантикорой, держа в руках настоящий медальон.

— А у тебя лишь умелая подделка, с ее помощью не стать грифоном, — сказал Грей. — И не обратиться обратно. Но подумай, Рэд, я могу провести ритуал и вернуть тебе человеческое обличье.

Но ужасное чудовище лишь гулко зарычало на такое предложение, и кинулось на брата, стараясь схватить амулет.

— Нет! Грей! — хрипло воскликнула я.

От страха потекли слезы. Казалось, что еще мгновенье, и от светловолосого мужчины не останется даже памяти.

Но Грей, не готов был так просто сдаваться. Он крепко сжал медальон и выкрикнул слова заклятья.

Мгновенье… Второе… И вот уже грозный грифон вздымается в высь, раскрывая широкие крылья.

Два демона стояли друг против друга. Два брата, два мага, два заклятых врага.

Раздался рев, от которого похолодело сердце и кровь застыла в жилах. Два зверя сошлись в последней схватке.

В ужасе смотрела я на темные силуэты, время от времени тонущие в мистическом тумане. Тела сплелись в огромный ком, лишь изредка выбрасывая то одного, то второго на пылающую землю, и тут же заглатывая вновь.

Слышался душераздирающий крик мантикоры, гремел жуткий рык грифона, но ни один из братьев не хотел уступать победу.

Вдруг один из зверей взвился вверх и, выпустив когти, с удвоенной силой ринулся в бой. В ту же секунду послышался грифоний вопль боли…

— Грей, — выдохнула я, протягивая руки в немой просьбе. — Грей!

— Дядя Грей! — выкрикнул Дамис, отвлекаясь от драки с Розалиндой. — Дядя Грей…

Юная красавица тоже поняла, что победа на их стороне, и исполненная радости кинулась на брата, решая более не медлить.

— Получай!

Жаркое пламя обрушилось на мальчишку, охватывая целиком.

Дамис упал, сбивая болезненный огонь, но алые языки ласкали тело, оставляя страшные раны на детской коже.

— Дамис! — выкрикнула я, пытаясь подняться.

Перед глазами темнело, ноги едва слушались, но я упорно ползла вперед. Закрытые с помощью магии раны вновь начали кровоточить, оставляя позади лазурную дорожку из эльфийской крови.

— Оставь его… — собрав последние силы, шепнула я, и рухнула к ногам Розалинды.

Девушка расхохоталась.

— О, запомню навечно, дара у моих ног! — она поддела меня кончиком туфлей и брезгливо поморщилась. — Дядя будет счастлив.

Но вдруг довольная улыбка на ее лице обернулась гримасой ужаса.

Из черной дымки появился Грей. Израненный, волочащий одну ногу, словно ее переломили сразу в нескольких местах, но живой.

— Эльдана, — он шел ко мне так быстро, как мог. — Потерпи, Эльдана!

Позади него виднелось бездыханное тело Рэда.

— Мы победили… — шепнула я облегченно.

Розалинда зашипела. Ее прекрасное лицо исказилось, превращая небывалую красоту в злобное уродство.

— Все из-за тебя! — воскликнула она, с ненавистью взирая на мои слабые вздохи.

В ее руках появился колдовской огонь.

— Нет! — закричал Грей.

Но девушка с ожесточением послала магический заряд на распростершуюся подле ног жертву и скрылась в спасительном мраке сада.

Пламя охватило тело, вызывая мучительную боль. Кровь вскипела, готовая взорваться. Дыхание прервалось.

— Эльдана, девочка моя…

Я не видела, как Грей опустился рядом, не чувствовала его рук, не слышала ласковых слов.

В эти мгновенья, мир для меня перестал существовать.

Пробуждение оказалось внезапным.

Солнечные лучи ласково заглядывали в окна, играли на стенах и аккуратно спускались на кровать.

— Она проснулась? — послышался детский голосок.

— Еще нет, — ответил мужчина. — Пусть выспится.

— Но она спит уже семь дней… Это нормально? — недоверчиво спросила женщина.

— Нормально. Я дал ей сильное снадобье. Девочка вынесла то, что не многим из нас по силам.

Голоса знакомые, родные, но видит Веда, не могу их вспомнить, как ни стараюсь. Попыталась приоткрыть глаза, но в голове тут же запылала пульсирующая боль.

— Тсс, — раздалось у самого уха. — Спи. Потом. Все потом.

— Ей больно? — спрашивает ребенок, в его голосе сквозит забота.

— Да.

— Но ведь она выздоровеет, дядя Грей? Правда?

Грей… Он сказал «дядя Грей»?

Я широко распахнула глаза, не обращая внимания на готовый взорваться мозг.

— Грей!

Светловолосый мужчина сидел совсем рядом. Его синие глаза смотрели с теплотой и нежностью.

— Эльдана, — шепнул он. — Я так боялся потерять тебя.

— Все закончилось? — я спросила совсем тихо, словно боялась услышать отрицательный ответ.

— Рэд мертв.

— А Розалинда?

— Сбежала, — Грей ласково провел рукой по волосам. — Но не волнуйся, я поставил оградительные щиты по всей долине. Она больше никогда не вернется сюда.

Я вспомнила подернутое злобой лицо девушки. Дай Веда ей счастья где-нибудь в другом мире, подальше от нашего.

— А Дамис?

— Я тут, дара Эльдана! — детский голосок прозвучал с другой стороны.

Я повернула голову.

— Мальчик мой… родной…

Дамис кинулся мне на грудь, захлебываясь слезами. Его личико было сильно обожжено, волосы обгорели, но сердечко оставалось таким же добрым, как и всегда.

— Ну, ну, Дамис, ты сделаешь даре больно. Она еще слаба, — из-за спины мальчика показалась Фребок. — Здравствуй, Эльдана.

На ее лице играла улыбка. Видно было, что старая экономка весьма довольна возвращением в Темногорье.

— Отдыхай, — Грей сжал мне руку. — Как только окрепнешь, обещаю маленький сюрприз.

— Какой?

— Увидишь, — загадочно шепнул он. — Спи.

Через неделю Грей разрешил мне выйти на прогулку в сад.

Дар Дули восстановил его, как мог и теперь обгорелая земля не выглядела такой устрашающей.

— Садовник сказал, к следующей весне тут будут расти новые деревья, — сказал Грей. — Но я попросил, чтобы яблонь больше не было.

— А что будет?

— Персики.

— Персики?

— Да. А что? Ты не любишь персики? — в синих глазах мужчины мелькнуло беспокойство.

— Люблю, — улыбнулась я.

Грей прижал меня к себе и поцеловал, вкладывая в легкую нежность всю любовь, что накопилось в сердце.

— Я обещал сюрприз, помнишь? — шепнул он.

— Конечно.

— Только не пугайся!

Мужчина сделал пару шагов назад и сжал в кулак медальон.

— Грей… — я тревожно протянула руку, намереваясь остановить его.

— Верь мне, Эльдана, просто верь.

Произнесенное заклятье вновь обратило его в грифона, но на этот раз вокруг не было ужаса и сердце не стучало так быстро.

— Садись, — зверь приглашающе присел на землю.

— На тебя? О, нет! Нет, нет и нет!

— Эльдана, верь мне…

Темно-синие глаза смеялись. И мне больше ничего не оставалось, как подобрать юбки и взобраться на грозное животное.

— Держись!

Грифон взмахнул крыльями и взмыл в небо.

Далеко под нами проносились леса и поля, дороги и тропки, реки и озера. Высокие горы казались небольшими холмиками, монолитные замки игрушечными строениями. И даже люди, выглядели не больше муравьев.

— Прилетели.

Зверь приземлился очень осторожно, боясь одним неверным движением вызвать неудобство.

— Все хорошо? — тревожно спросил он.

— Великолепно, — улыбаясь от счастья, я чмокнула острый клюв. — Грей, просто волшебно!

— Рад, что понравилось.

Через пару секунд грифон вновь стал человеком.

— Но надеюсь, что остальное тебе понравится больше.

— А будет что-то еще?

— Будет, — он таинственно улыбнулся и взял меня за руку. — Смотри.

Мы стояли на небольшой полянке. Древние деревья врезались макушками в небосвод, цветы играли всевозможными красками, но самым примечательным оказалось то, что посередине изумрудной лужайки тек извилистый ручей. Лазурная вода ловила солнечные блики, превращая их в золотые искорки.

— Это эльфийский источник, — медленно проговорил Грей. — Именно отсюда берет начало твоя кровь. Подойди ближе.

Я сделала пару шагов и коснулась прохладной воды.

— Говорят, что источник помнит всех, кто когда-либо приходил к нему.

— Значит, он помнит и маму?

— Думаю, да.

И словно в ответ на его слова, в неторопливом течении ручья стали появляться образы. Мужчины и женщины, дети и старики. Все они приходили сюда в надежде на лучшую долю. Но вдруг в массе лиц, я увидела знакомые черты…

— Мама!

Женщина улыбнулась.

— Мама…

Она замерла, будто и вправду услышала призыв, а потом вдруг приветливо махнула рукой и указала на кого-то рядом. За ее платье цеплялась маленькая темноволосая девочка.

— Это же я…

Женщина погладила девочку по голове и крепко взяла за руку.

— Мамочка… Мы всегда вместе, мамочка…

Ее прекрасные глаза светились счастьем, а волосы развевались в тихих волнах ручья.

— Твоя мама всегда рядом, чтобы не происходило, — вдруг раздался незнакомый голос и на поляну вышел белобородый старик.

— Кто вы?

— А ты не помнишь? — старик улыбнулся.

Где-то в закромах памяти тут же возникло видение: ярмарка, поиск платья, странный продавец…

— Вы продали мне то чудесное платье.

— За обещание быть достойной своего рождения, — рассмеялся он и сделал пасс рукой.

И вот уже перед нами стоял вихрастый мальчишка, тот самый, что продал мне ларец в подарок для Розалинды.

— А ты торговалась! — сказал мальчишка, явно читая мысли и обнажил дырку от выпавшего зуба.

Грей взял меня за руку и тоже улыбнулся.

— Это хранитель источника, — шепнул он. — Когда кто-либо приходит с просьбами, он исполняет их.

Старик кивнул и переглянулся с Греем, словно им одним было известно то, о чем я еще не знаю.

— Вы… вы мой отец? — спросила я, уже заранее зная ответ.

Вновь замысловатый пасс и мальчишка превратился в высокого стройного эльфа.

— Я не хотел, чтобы все так получилось, но сделанного не вернешь. Твоя мать была очень мудрой женщиной, и эта мудрость досталась тебе. Ты преданная дочь старого рода. В тебе наша кровь.

После этих слов, природа зашевелилась, и меж деревьев показались другие эльфы. Они подходили, садились вдоль ручья и с улыбкой смотрели на нас с Греем.

— Что происходит? — спросила я, с беспокойством оглядываясь.

— Они пришли на нашу свадьбу, — тихо ответил Грей. — Хранитель источника разрешил простому магу взять в жены особенную деву — дочь эльфа и человека.

Широко раскрыв глаза, я смотрела, как один из представителей древнейшей расы, зачерпнул горсть воды из ручья и, поднеся к губам, быстро зашептал.

— Эльдана и Грей… силами Веды… запечатанные старой кровью… — слышались отдельные слова наговора. — Вместе и навеки!

Он перелил воду в высокий бокал и подал нам.

— Пей, маг.

Грей послушно сделал глоток.

— Пей, дева.

Холодное стекло обожгло пальцы, но тут же растеклось по телу спокойным умиротворением. Я пригубила влагу.

— Вместе и навеки! — повторил эльф.

— Вместе и навеки! — подтвердили остальные.

Ветер подхватил слова и унес ввысь, к самому солнцу.

— Вместе? — тихо переспросил Грей, крепко сжимая меня в объятиях.

— И навеки, — счастливо ответила я.