Доминика

Любили ли вы в детстве сказки? Я вот очень любила! Самой моей любимой сказкой всегда была «Красавица и чудовище». Сама не знаю, почему именно она. Ведь сказок было так много. Но именно сюжет этой истории никогда не оставлял меня равнодушной. Тысячу раз я представляла себя на месте главной героини. Мечтала, как буду покорять сердце чудовища, как он будет меняться со мной, ради меня. И как в итоге он превратится в прекрасного принца, и будет любить меня всю оставшуюся жизнь. Думаете глупо? Но я так не считала. Выдуманные миры были частью моего детства.

Знаю, наивно было верить в сказки, живя в нашем мире. Вот я и поплатилась за это. Наверно, пора снять розовые очки. Хотя, нет. Их нужно было снять еще в стае ликан. Да… Именно стая ликан изменила всю мою жизнь. Обычно говорят, что события меняют человека в лучшую сторону, закаляют характер. Врут! А, может, это я слабая? Возможно.

Как и мечтала, я попала к чудовищу. Вот только он не стал в итоге прекрасным принцем. Подумаете, жалею? Нет! Абсолютно. Не хочется, чтобы он в итоге превратился в любящего человека. Да и не прилагала я к этому никаких усилий. Лишь надеялась, что он позволит мне видится с сыном. Увы, эта сказка не закончилась счастливым концом.

С момента родов прошло уже две недели. Кто-то скажет, что две недели это как два дня. Пролетят, и не заметишь. Могу с ними поспорить. Для меня эти недели тянулись, будто года… Еще никогда в жизни не было так паршиво на душе. Не хотелось ничего. Абсолютно. Даже ела я иногда, и то из-за того, что моя подруга боялась, что я умру в своей спальне.

Естественно, смерть для меня сейчас не выход, но где найти силы бороться? Что я могу? Сначала хотелось вернуться к ним в стаю и ползать на коленях у ног Дерока, умоляя видеться с сыном. Но в этом было мало толку. Я не знаю, где конкретно находится их стая. А самое главное, что все мои унижения, так ими и останутся. Он не разрешит мне увидеть сына. Даже издалека… И это в лучшем случае. Что будет в худшем, я прекрасно помнила. До сих пор по ночам снится тот мужчина… Наверно, зайди вновь на их территорию, меня могла ждать та же участь.

Я чувствовала, что нужна сыну. Не знаю, как можно это чувствовать, но я уверенна в своих ощущениях. Ему плохо без меня. Кем он вырастит без материнской любви? Таким же чудовищем, как Дерок? Я не питала иллюзий насчет моего малыша. Прекрасно понимаю, что он тоже оборотень, как и они. Но, я могла подарить ему любовь и заботу. Возможно, это бы смягчило его в дальнейшем.

Дверь в комнату открылась и на пороге появилась Лена. Она хмурилась и чего-то ждала.

— Ник, ну сколько можно? Нужно жить дальше! Посмотри на себя, в кого ты превратилась за эти две недели, — ее голос казался строгим.

Я приподнялась на кровати и села. Лена неотрывно смотрела на меня, иногда морща нос. Конечно, за две недели я превратилась в привидение. Но ей меня не понять.

— Пойдем, покушаем! — уговаривала она.

— Не хочу, — безразлично сказала ей.

Я вообще очень мало говорила в последнее время. Наверно, скоро вообще забуду, что это такое. Лена зарычала и топнула ногой.

— Это невыносимо! Думаешь, мне приятно наблюдать за твоими мучениями? Жизнь не закончилась. Знаю, ты потеряла ребенка, но посуди сама, ведь ты его не хотела, может оно и к лучшему?

Я скептически посмотрела на нее. Нет. Она никогда не сможет понять мои чувства. Для нее я лишь несчастная девушка, у которой случился выкидыш. Это единственное умное объяснение, которое я смогла придумать. Не говорить же, что родила ликана, а его папочка, который тоже оборотень, отнял малыша у меня…

— Хорошо, не хочешь есть, тогда пошли, прогуляемся! — настаивала она.

Я нахмурилась и отрицательно покачала головой. Только не гулять. Единственное, чего бы мне хотелось сейчас — хотя бы издали увидеть сыночка.

— Ну и валяйся здесь! — грозно прошипела подруга и вышла из комнаты.

Я не обращала внимания на ее поведение. Понимаю, что веду себя не подобающим образом, но иначе не выходит.

Еще не раз мне вспоминался Рон. Это единственный оборотень, к которому мне бы хотелось вернуться. Чувства к нему еще не остыли. Но вот могла ли я к нему вернуться? Прошло столько времени… Возможно, он уже нашел другую пару и отметил ее. Я не могла знать этого точно, но так было логично. Зачем ему ждать меня? Ведь и так ясно, что ликаны меня не собирались отпускать.

И вот теперь я одна. Дерок отнял у меня все самое дорогое. Смогу ли когда-то вернуть сына? Мне бы этого очень хотелось. Но как будет на самом деле?

По щекам снова покатились слезы. Надо же, а я думала, что плакать уже не чем. Оказывается, еще есть. За эти две недели я только и делала, что рыдала. Никогда не прощу и не забуду Дероку его поступок. А таких поступков накопилось уже очень много.

Я легла в кровать и накрыла себя одеялом. В комнате было тепло, но тело продолжало знобить. Следовало сходить к врачу, обследоваться, но я не могла. Вернее, не хотела. Сомневаюсь, что у меня могли найти что-то, напоминающее о том, что я была беременна от ликана. Зато, все указывало на то, что я недавно родила. И если моя подруга поверила в обман, то врач точно увидит изменения. Этого нельзя допустить.

Всеми усилиями я стлалась скрыть от подруги, что болею. Она, конечно, догадывалась о моем состоянии, но пока молчала.

Я прекрасно понимала, что дальше так жить нельзя. Нужно попытаться успокоиться, и постараться жить дальше. Каждый день, перед сном, говорила себе, что новый день начнется с чистого листа. Естественно, забывать сына или свое прошлое я не собиралась.

Нелегко, оказывается, вот так все вычеркнуть из памяти на время, и начать жить заново. Не получалось никак. Вот и сейчас я ложилась спать и надеялась, что завтра смогу начать все сначала. Или, по крайней мере, попытаюсь. Как бы там ни было, у меня еще много времени. Когда-то мне придется научиться жить без ребенка. В последнее время я очень быстро засыпала. Вот и сейчас, стоило расслабиться, как тут же уснула.

Я пыталась быстро бежать. Ноги не слушались. Кто-то догонял меня. Паника и страх — вот что сейчас ощущала. Споткнувшись, упала на землю, лицом вниз. Рядом кто-то остановился, тяжело дыша. Так дышит не человек… Зверь! Я сглотнула и медленно повернула голову туда, где стоял преследователь. Это был ликан. Он скалился, но не рычал. С ужасом я понимала, что это конец. Как же я оказалась здесь? Оглядываясь по сторонам, удивилась. Лес? Как я здесь очутилась? Ведь точно помню, что сейчас живу не здесь…

Посмотрев на ликана, попыталась понять, кто же он. Что-то было знакомое в нем. Неужели Дерок? Нет, это точно не он. Тот бы меня уже загрыз, а не рассматривал. Пока ликан не нападал, а просто пялился на меня, я делала то же самое. Несомненно, что-то похожее у него есть с Дероком. Вот только цвет шерсти отличается. Пока я думала, он стал обращаться на моих глазах в человека. И вот предо мною стоит красивый парень.

— Кто ты? — спросила у него.

Он тут же рассмеялся. Этот смех был пропитан злостью. Почему? Что я такого сделала?

— Я тот, кого ты бросила много лет назад! — рыча, ответил он.

И тут я поняла, что предо мной стоит мой сын. Тут же захотелось встать и прижать его к себе, рассказать, как мне плохо жилось все это время! Как я страдала без него. И, самое главное, что не я его бросила…

Попыталась встать, но он не позволил. Грубо положил свою ладонь мне на плечо и надавил на него. Из-за этого не могла пошевелиться. А захват, которым он держал меня, был сильным. В глазах сына я видела презрение и ненависть. О Боже! Что же с ним случилось? Неужели он стал таким же бездушным зверем, как и Дерок?

— Мальчик мой… — я потянула руку и хотела дотронуться до него.

Он отпрянул от меня, как от огня, но не разрывал зрительного контакта. До сих пор я видела в его глазах ненависть.

— Ты сама бросила меня, и не нужно теперь делать вид, что я важен для тебя! — прошипел он сквозь зубы.

Его лицо исказила гримаса муки. Но лишь на долю секунды он позволил себе такую оплошность. И я вновь наблюдала, с каким презрением он смотрит на меня. Сын убрал руку от моего плеча и отошел на несколько шагов. Я тут же воспользовалась этим и попыталась встать, на что он грозно зарычал.

— Даже не смей ко мне приближаться! — бросил сухо.

Но я все равно встала и пыталась подойти. Нужно было показать ему, как на самом деле он важен для меня. Когда я делала шаг в его сторону, он отступал на два. Не выдержав, я громко расплакалась и упала на колени. Мне не жаль было показать, что я лишь слабая женщина, которую так жестоко наказала судьба. Слезы катились по щекам и капали на землю. Я подняла голову и затуманенными от слез глазами, посмотрела на сына.

Он зло косился на меня, словно не верил в мои слезы… Это было очень обидно для меня, как для матери. Конечно, я не была в его жизни, но он даже не дает мне шанса все объяснить. Ведь теперь мы вместе, и хочется помочь ему. Теперь я готова отдать ему всю свою любовь, которую хранила все эти годы. Годы? Разве прошло не пару недель? Все было так странно… Ведь я до сих пор молодая. Разве так могло быть?

— Даже не думай меня разжалобить своими крокодильими слезами! — он безразлично «выплюнул» мне слова в лицо.

— Я и не думала тебя разжалобить! Просто хочу все объяснить. Выслушай меня, — умоляла его.

— Мне уже ничего от тебя не надо. Где ты была, когда я звал тебя? Когда ты так нужна была мне? Где? Я все о тебе знаю. Отец позаботился о том, чтобы я знал горькую правду! — сын сорвался на крик.

— И что же ты знаешь? — всхлипнув, спросила его.

— Ты жила с кошкой… — сказал он и поморщился от своих слов.

Я раскрыла рот и не могла вымолвить и слова. Что? С кошкой? Он имеет в виду Рона? Ведь это не правда! При всем моем желании, я бы не сделала этого.

— Нет! — отчаянно закричала.

— Нет? — удивился он.

— Нет, — более спокойно подтвердила я.

— Хватит! — внезапно он подскочил ко мне и прокричал возле уха: — Не желаю слышать твою ложь! Ты не заслуживаешь моего прощения.

— Но…

Он не дал договорить. Резко схватил меня за волосы, собрал их в кулак и потащил на себя. Было очень больно, и я не могла сопротивляться его напору. Снова из глаз покатились слезы. Я поднялась на ноги и заглянула ему в глаза. На миг, на один короткий миг в его взгляде промелькнула любовь… Этого хватило, чтобы немного расслабиться. Ведь, если у него есть такое чувство, пусть увиденное лишь на долю секунды, у меня есть шанс. Я смогу доказать, что люблю его. И очень надеялась, что он позволит мне это.

— Ты не нужна мне! — прорычал сын мне в лицо. — Ненавижу тебя!

Эта фраза была сказана с такой злостью и презрением, что у меня в горле тут же образовался ком. Как же так? Нет! Этого просто не может быть.

— Прошу… — вновь попыталась достучаться до сына.

— Нет, — безапелляционно заявил он.

Я пыталась сдержаться, чтобы вновь позорно не расплакаться при нем. Сын понял, что я пытаюсь сдерживаться.

— Уходи и больше не появляйся в моей жизни НИКОГДА! — последнее слово он громко прорычал.

Я резко подскочила на кровати и пыталась сообразить, что произошло. Я вся была в холодном поту, постельное белье скомкано, а подушка отброшена на пол. Это был сон? Всего лишь сон? Нет. Что-то было не так. Такого реалистичного сна я еще не видела. Это был намек…

Снова расплакалась. И откуда только берутся эти предательские слезы? Я видела сына. Он ненавидел меня. Презирал. Но, больше всего беспокоило то, что он не желает видеть меня в своей жизни. И как изменить судьбу, чтобы не видеть в будущем такого презрения на лице собственного сына?

Сердце обливалось кровью. Дышать стало сложно. Истерика подкатывала и, не выдержав, я зарыдала в голос, не боясь, что разбужу подругу. Как же так? Что теперь делать? Не видела я выхода из этой дурацкой ситуации. Скомкав простынь в кулаках, содрала ее с кровати и отбросила на пол. Я рыдала, не жалея себя, оплакивая все то, что никак не выходило за все время. А, может, жить дальше бессмысленно? Зачем? Кому я тут нужна? Я не видела светлого будущего в дальнейшем. Есть ли смысл продолжать жить, если сын не хочет больше меня видеть? Пускай он еще не вырос. Пускай все это было лишь кошмарным сном. Пускай… Мне не зачем продолжать жить. Возможно, так он не сможет сказать, что я намеренно его бросила. Или сможет? Все. Больше я не могла жить с такой болью на сердце. Я никому не нужна в этой жизни. А сын… он останется на совести у Дерока. Если когда мой малыш вырастит, этот зверь ему соврет о том, что я намеренно его бросила, какой смысл продолжать тешить себя иллюзиями и пытаться жить дальше? Нет. С меня хватит!

Я вышла из комнаты, зашла на кухню и достала из ящика нож. Убедившись, что он достаточно острый, пошла в ванную комнату. Сейчас я все делала на автомате. Мой мозг уже перестал соображать. Я лишь делала то, на что запрограммировала свое тело несколькими минутами назад. Набрав полную ванную воды, разделась и залезла в нее.

На то, чтобы решиться сделать последний шаг, ушло около минуты. В последний раз я подумала о сыне и мысленно просила у него прощения. Понимаю, что моему поступку сейчас нет оправдания, но и жить так больше не хочу. Решительно сжав нож в правой руке, подняла левую и резко полоснула по запястью. От резкой боли я зашипела. Мне нельзя было громко кричать, иначе Лена все испортит. А мне это не нужно. Кровь стекала по руке и окрашивала воду в красный цвет. Взять нож в раненную руку у меня не вышло с первого раза. Но я не собиралась отступаться. Откуда-то появились силы. Теперь я уверенно взяла нож и так же резко полоснула по другому запястью, стараясь задеть вены.

Вот и все… дело сделано. Кажется, я уже начинала ощущать себя свободной. Невесомой. Я выронила нож и запрокинула голову. Потихоньку жизнь вытекала из меня, как кровь, которая сейчас воду в красный цвет. Я улыбнулась напоследок, чувствуя, что уже теряю сознание. Наконец, окончательно расслабившись, закрыла глаза и погрузилась в желанную темноту.

Я постепенно приходила в сознание и понимала, что мои руки словно окутаны пламенем. Мне хотелось застонать от боли, но не получалось. Наверное, единственное, что могла сейчас, это думать. Сложно понять, что происходит, и где я. Я попыталась открыть глаза, но и это не вышло. Что-то было не так в этой ситуации, вот только что? Внезапно я вспомнила, как лежала в ванне. Теперь было ясно, почему болят руки. Но, если я умерла, почему чувствую боль? Почему вообще я здесь? И где — здесь? Ведь я думала, что обрету покой. Видимо, покой нам только снится.

Еще некоторое время я пыталась пошевелиться или открыть глаза. Слышала голоса, которые отдавались эхом. У меня было похожее состояние, когда отходила от наркоза. И сейчас все в точности повторялось.

— Ишь ты, молодая девка и чего удумала! — услышала ворчливый женский голос.

Теперь не было сомнений, меня спасли. Зачем? Разве я просила? Мне хотелось зарычать от безысходности. Я услышала свой приглушенный хрип и через мгновение открыть глаза. Не было сомнений, что я нахожусь в операционной. Ко мне подошел врач.

— Как вас зовут?

— Доминика, — хрипя, ответила ему.

Было сложно разговаривать. Но я понимала, что врач не отстанет, пока не выяснит все ответы.

— Сколько вам лет?

— Двадцать восемь.

— Хорошо. Вы помните, что с вами произошло?

— Да, — ответила разочарованно.

Могло сложиться впечатление, словно я раскаиваюсь в содеянном. Но жалела я не об этом. Мне действительно хотелось умереть.

— Замечательно, — прервал мои мысли врач. — О последствиях мы еще поговорим. Тебе повезло, еще бы двадцать минут и все. Твоя подруга успела вовремя.

Зачем говорить очевидные вещи? И так понятно, что Лена успела, иначе я здесь не лежала бы. Повезло ли мне? Конечно, нет. И говорить об этом нет смысла. Надеюсь, что не отправят на принудительное лечение. Пока я размышляла, меня вывезли из операционной. У палаты стояла Лена. Ее лицо было бледным, а глаза заплаканные. Я вздохнула, понимая, какую боль ей причинила.

В палате мне помогли перелечь с каталки на кровать. Когда медсестры вышли, зашла Лена. Она подошла к кровати и присела. Мы обе молчали. Я не знала, что можно сказать в сложившейся ситуации.

— Ника, — всхлипнув, начала Лена, — как же ты меня напугала!

Я молчала, давая подруге время выговориться.

— Зачем?! — срываясь на крик, спросила она. — Смерть — это не выход!

Знала бы она, через что мне пришлось пройти. Вообще удивляюсь своей выдержке. Ведь не было у меня железного характера. Я была слабовольной по жизни. А за те две недели, что прожила без ребенка, хотелось быть сильной. И лишь сон все вернул на свои места. Ко мне возвратились неуверенность и страх.

— Спасибо, — это было все, что я могла сейчас сказать подруге.

На ее лице тут же отразились неизвестные мне эмоции.

— Не за что, — сухо ответила она.

Хмыкнув, не придала этому значения. Тем временем, Лена встала с кровати и собралась уходить. Уже стоя возле двери, она оглянулась и хотела что-то сказать, но не решилась.

— Я еще зайду, — пообещала она и скрылась за дверью.

Только что Лена посеяла во мне панику. Вроде бы ничего не сделала, но казалось, что я теряю подругу. Чтобы позорно не расплакаться, закрыла глаза и попыталась уснуть. Я молилась лишь о том, чтобы сны были без сновидений. Еще одного сна, в котором будет мой сын, не выдержу. Через несколько минут я уснула.

Рон

— Ну, милый! — капризно протянула Рита над ухом.

Как же она достала за последнее время. Так и хочется взять ее за шкирку и встряхнуть, как следует! Но не могу. Ведь память так и не вернулась. Некоторые обрывки я вспомнил, но больше ничего. Пустота!

— Ну, пожалуйста! — надув губы и сложив руки на груди, продолжала она капризничать.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на нее. Безусловно, такая кошечка пришлась бы по душе многим. Она обладала броской внешностью, стройной фигурой, и завершало все это смазливое личико. Хмыкнув, ехидно улыбнулся. А вот характер у нее точно, как у кошки. Такая же самовлюбленная эгоистка. Всегда думает лишь о себе.

— Что ты хочешь от меня? — снова тяжело вздохнув, спросил ее.

— Давай пробежимся? — спросила она, предвкушая для себя нечто большее, чем обычная пробежка.

С того самого дня, когда я подслушал ее разговор, больше в свою постель не звал. И вообще старался ограничить с ней всякую связь, но Рита сама искала встреч.

— Ладно, — вымученно согласился на ее новую уловку.

Та довольно взвизгнула и, бросившись ко мне, повисла на шее. Я попытался оттянуть навязчивую девушку, но все попытки оказались тщетны. Она вцепилась в меня, словно клещ.

Мы вышли из дома и отправились на пробежку. Краем глаза я заметил, как Рита демонстративно раздевается, желая привлечь мое внимание. Стараясь соблазнить, она кокетливо отбросила кофту в мою сторону, затем и остальную одежду. Я отвернулся, не желая на это смотреть. Мое тело уже не реагировало на Риту. Больше всего сейчас хотелось вспомнить Нику. Имя — это единственное, что у меня есть. А еще ее образ постоянно приходит во снах. Хотелось вспомнить, как она выглядела, как ласково обращалась ко мне, или как мы проводили вместе дни.

Пока я размышлял, полностью разделся и опустился на четвереньки, чтобы обратиться. На Риту я не обращал никакого внимания. Она обиженно сопела, но предпочитала молчать. Правильно, умная девочка, пускай молчит. Лишние разговоры здесь не помогут.

Обратившись в пум, тут же пустились в лес. Я бежал на грани своих сил и возможностей. Рита заметно уступала мне в скорости и сейчас отстала позади. Меня не волновало это. Она сама захотела пробежаться со мной. Теперь пускай не жалуется! Пока я бегал, меня не покидало странное ощущение. Кажется, что-то уже было похожее в этой пробежке. Вот только я никак не мог понять, что именно. Я резко остановился и в голове возник образ девушки, которая сползала с меня, тяжело дыша и падая на землю… Это было очень яркое воспоминание. Но, по-прежнему, ее лица я не вспомнил.

Через несколько минут Рита примчалась и остановилась возле меня. Она пыталась отдышаться. Присев на землю, я разочарованно заскулил. Мне было тоскливо без той девушки, которая украла мое сердце. Пока я размышлял, Рита вновь начала меня соблазнять. Черт! Да когда же эта драная кошка сообразит, что не нужна мне? Тем временем, она стала ластиться ко мне и призывно мурлыкать. Встав, отошел от нее и вновь присел. Риту это нисколько не задело, и она вновь приступила к своим действиям. Теперь она старалась лизнуть меня в морду. Моя выдержка грозилась вот-вот лопнуть. Рита вновь принялась ластиться, после чего игриво укусила меня за ухо, следом зализывая ранку языком.

Резко подскочив на лапы, грозно зарычал на нее. Она испугалась и, отпрыгнув, жалобно заскулила. Но это не остановило меня. Бросившись в ее сторону, повалил на землю. Рита пыталась вырываться, но все ее попытки были пресечены на корню. Она громко заскулила и обнажила мне шею. Не контролируя свои поступки, опустил морду и собирался вгрызться в нее. И лишь затравленный взгляд золотистых глаз отрезвил меня. Отскочив от кошки, пустился прочь. Какой же я идиот! Еще бы чуть-чуть и все. Как хорошо, что вовремя опомнился.

Быстро достигнув места, где оставалась моя одежда, обратился и, подхватив вещи, побрел домой. Мне нужно было срочно принять душ и успокоиться. Ясно одно, так дальше продолжаться не может. Сейчас я сдержался, что будет в следующий раз, даже загадывать боюсь.

Стоя под струями прохладного душа, старался расслабиться. В голове мелькали образы, но не за один не получалось зацепиться. Истина все время ускользала от меня. Нужно было еще чуть-чуть, и все кусочки головоломки встанут на свои места.

Выйдя из душа, уловил в доме запах Риты. Тихо зарычав, направился в комнату. Когда я вошел, она стояла возле окна и плакала. На миг я пожалел о своем глупом поступке. Отчаянно захотелось прижать ее к себе и… поцеловать? Это не могло быть моим реальным желанием. Ведь я точно знаю, что испытываю к ней лишь одно чувство — ненависть. А сейчас тянусь за лаской, забывая об остальном.

Пытаясь разобраться в себе и этой ситуации, приближался к Рите.

— Рон, — жалостно всхлипывая, начала она. — Почему? — ее голос дрожал, и я мог с точностью разобрать в нем нотки страха. — Что я тебе сделала?

Теперь мне еще сильнее захотелось ее утешить. Не задумываясь, что делаю, схватил за руку, и притянул Риту к себе. Она уткнулась лицом мне в шею, судорожно вдыхая запах. Мое тело напряглось, а я пытался вспомнить, почему мне так важен этот контакт.

— Я так испугалась, — услышал приглушенный голос Риты.

— Прости…

Глупое извинение с моей стороны. Но сейчас было не до извинений. Все чувства обострились до предела. Она была мне нужна. Сейчас, немедленно, целиком.

— Девочка моя…

Я отстранил ее от себя и стал лихорадочно покрывать поцелуями шею, с каждым разом опускаясь все ниже. Стоны, вырывающиеся из ее уст, были музыкой для моих ушей. Мозг отказывался о чем-либо размышлять, но где-то на задворках памяти крутилась мысль, что это не то… не та…

Отмахнувшись от ненужных мыслей, еще крепче прижал к себе Риту. Теперь мои губы завладели ее губами. Мне нужно было больше, что-то рвалось наружу, и я всеми силами пытался освободить это. Не в силах больше сопротивляться, отстранил ее от себя и быстро освободил от одежды. Заглянув в глаза, увидел сверкание золота. В этих глазах не было той страсти, тех чувств, которые я желал увидеть.

— Ну же, возьми меня, — стон, вырвавшийся из горла Риты, отрезвил меня.

Перед глазами сейчас стояла Ника. Несколько секунд ушло на то, чтобы во всем разобраться. Я вспомнил, что произошло в тот роковой день. Во мне бушевал ураган эмоций. Вот теперь я мог позволить волю чувствам.

— Что с тобой?

Рита дрожала от страха и пятилась назад. Сейчас она видела тот хищный взгляд, который был устремлен на нее. Когда отступать было некуда, я схватил ее за горло и сжал руку. Рита захрипела и начала брыкаться. Заглянув в глаза предательницы, увидел в них страх и отчаяние. Мне безумно нравилось видеть эти эмоции.

— Ты — не она, — зарычал на нее. — И никогда ею не будешь!

В глазах Риты промелькнуло понимание, отчего страх усилился. Постепенно на моей руке стали появляться когти, а кожа начинала обрастать шерстью.

— Не надо, — жалобно заскулила Рита, когда я ослабил хватку на шее.

— Пошла вон! — мой голос был тверд и решителен.

Я опустил руку, и Рита быстро выскочила из спальни. Естественно, мне хотелось вцепиться в глотку и наказать за неповиновение, но месть стояла на самом последнем месте. Когда я вспомнил все, отчаянно хотелось кинуться за Никой. Как же она там живет? Что с ней сделали ликаны? Может она уже родила?

Мне нужно было вернуть ее. Моя пума была согласна. Мы оба тосковали. Но идти в стаю ликан было безумством. Один раз я уже совершил необдуманный поступок, за что заплатил сполна. Больше нельзя допускать таких ошибок.

Быстро покинув дом, отправился в город. Нужно хорошенько подумать и решить, как поступить дальше. Я был уверен на сто процентов, что прогуливаясь по городу, обязательно придумаю план, как вернуть мою девочку домой.

Я бродил по городу до поздней ночи. Ни одной здравой мысли не пришло в голову. Рык отчаяния вырывался наружу. Почему же все так несправедливо? Мне во что бы то ни стало нужно вернуть любимую. Слоняясь по ночному городу, набрел на бар. Захотелось напиться в хлам. Сколько бы я ни пил, не смогу достигнуть того эффекта, как обычные люди. Однако зайти и развеяться стоило.

Войдя в помещение, оглянулся по сторонам. В баре царил полумрак. Я невольно чихнул, вдыхая прокуренный воздух. Оглядев все и не найдя свободного столика, направился к бару. Когда присел, ко мне тут же подошла бармен. Она кокетливо улыбнулась и пригнулась в мою сторону над стойкой, открывая вид на свою грудь.

— Что будешь заказывать, красавчик?! — крикнула она, стараясь перекричать музыку и общий шум.

— Бутылку водки, — безразлично ответил ей.

Демонстративно отвернувшись, надеялся, что девушка сообразит и отстанет от меня. Она достала из-под стойки бутылку, а с полки за спиной взяла рюмку. Все это оказалось через секунду предо мною. Не медля, отвинтил крышку и, не церемонясь, стал пить из горла. Рядом кто-то засвистел и хлопал в ладоши. Я старался не обращать внимания, продолжая пить.

— Вот это да, — присвистнув, сказала бармен, когда я оторвался от бутылки.

Пожав плечами, отставил водку и, сложив руки на стойке, опустил на них голову. Алкоголь не принес облегчения, лишь добавил новых проблем. Когда прошло больше часа, собирался покинуть это место. Внезапно, в помещение вошел тот, кого я ненавидел всей душой. Даже прокуренный зал не смог скрыть от меня его запах.

Через мгновение рядом со мной присел ликан. Бармен тут же кинулась к нему. Дерок вел себя так, словно меня тут не было.

— Эй, крошка, принеси мне самое крепкое, что у вас имеется, и побыстрее, — приказал он.

Девушка кинулась выполнять заказ. Я скривился. Мне стоило больших усилий, чтобы ни кинуться на него прямо здесь. Через несколько минут он хлестал свой напиток из горла. Когда алкоголь закончился, я поднялся и зло посмотрел на него.

— А, кошак… — безразлично бросил Дерок.

Теперь я уже не мог сдерживаться и, подорвавшись с места, кинулся на него. Дерок зарычал и, отшвырнув свой стул в сторону, принял мой вызов. Вокруг все орали. Кажется, нас пытались разнимать, но все было тщетно. Мы наносили друг другу удары, задевая кого-то в толпе, образовавшейся вокруг нас.

Всю злость я выплескивал наружу, стараясь причинить Дероку как можно больше вреда. Но и он в долгу не оставался. В какой-то момент мы оказались на улице. Дерок зарычал и отпихнул меня, как надоедливую муху. Злобно смотря в глаза, он пытался что-то понять.

— Тебе было мало одного раза? — раздраженно спросил он.

Подскочив к нему и схватив за грудки, потянул на себя.

— Мне. Нужна. Ника! — отчеканивая каждое слово, потребовал я.

Дерок ехидно рассмеялся мне в лицо. Я встряхнул его, желая вернуть внимание.

— Да пошел ты! — выплюнул он. — Если нужна, забирай. Мне без надобности.

Он воспользовался моим замешательством и, отпихнув руки, быстро ушел прочь. Я пытался переварить полученную информацию. Она ему не нужна! Выходит, я могу забрать Нику? Да, сегодня был мой день. Тут же настроение улучшилось и, насвистывая незамысловатую мелодию, я отправился в стаю. О том, как заберу Нику, подумаю позже. Главное, что теперь я уверен в себе.

Вульф

Окончательно собравшись с силами, отправился в соседнюю стаю. Тянуть время больше нет смысла. Все сроки давно вышли. Теперь дело за Дероком. Я был готов к осуждению, гневу, даже безразличие больше не пугало меня. Сейчас хотелось лишь одного — встретиться с братом. А что из этого выйдет, скоро узнаю.

Я не стал оборачиваться в ликана, чтобы не вызвать конфликт. Это не то, что мне нужно. Хотя прекрасно понимал, что ступать на чужую землю без приглашения тоже не самый выгодный вариант. Вот только выбора не было. Я пробирался сквозь гущу леса, безошибочно находя верный путь. Сколько раз мечтал о том, чтобы пересечь границу… Я уже и сбился со счета. Мой зверь внутренне ликовал. Он был уверен в успехе. А вот я заметно нервничал.

Когда оставалось пройти пару метров, внезапно остановился. Судорожно сглотнув, попытался унять дрожь во всем теле. Во мне бушевал ураган эмоций, который грозился сметать все на своем пути. От меня исходили слишком сильные флюиды. Я боялся, что уловив их, ликаны сделают неправильный вывод. Ведь такие сильные эмоции можно было расценить, как вражеское вторжение. Не думаю, что им известна другая сторона этой медали.

Когда эмоции утихли, продолжил путь. Уже виднелись дома. Зверь тихонько взвыл, ощущая новые запахи. Среди них я не мог уловить нужный. Через несколько шагов я полностью вышел из гущи леса.

Оглядевшись по сторонам, удивленно хмыкнул. Пока я не мог понять, насколько меленькой выглядит эта стая. Зато все вокруг угнетало мой взгляд. Дома были не ухоженными, некоторые казались заброшенными. Вокруг все поросло травой, которую давно никто не убирал. И, несмотря на эту унылую картину, я знал, что здесь живут ликаны. В этот момент вновь пришел к выводу, что моя мама поступила правильно. Здешние виды давили на психику. Хотелось зарыться в уголке и скулить.

Поборов в себе очередной приступ эмоций, двинулся в сторону домов. Если я не обнаружу запаха Дерока, придется узнавать у здешних людей. Пока я шел, по пути никого не встретил. Но точно знал, что в домах есть люди. Вокруг меня витали разнообразные эмоции, но преобладал среди них страх. Зверю во мне хотелось рычать. До какой же степени нужно было запугать свой народ, чтобы они боялись даже выйти из дома?

Впереди я увидел мужчину. Обрадовавшись, что хоть кого-то встретил, ускорил темп, направляясь к нему. И чем ближе приближался, тем больше хмурился. Мужик истошно орал и бранился. Я уж было подумал, что так он защищал свою женщину. Но, подойдя ближе, чертыхнулся. Увиденное ввергло в шок. Лицом ко мне стояла хрупкая девушка, которую трясло от страха и переживших эмоций. Пока я не мог разглядеть ее лицо, но уже подозревал, что урод поднял на девушку руку. По-другому я не мог назвать мужика. Только моральный урод поднимет руку на свою женщину. Да, какая разница, на свою или нет. Это было аморально.

Теперь, когда я подошел почти вплотную к ним, изумился еще больше. Девушка испуганно смотрела на меня и вся тряслась от страха. Мужик продолжал браниться. Его слова не интересовали меня. Сейчас все мое внимание было приковано к ней. Мой зверь внутренне напрягся, принюхиваясь. Последовав его примеру, потянул носом воздух. Судорожно сглотнув, пытался не застонать вслух. Даже сквозь дикий запах страха я смог учуять невероятный аромат ванили. Он был так сладок, что манил к себе.

Зверь заскулил, требуя подойти к ним, удостовериться… Затаив дыхание, принялся разглядывать девушку. Она была такой хрупкой и ранимой. Сейчас ее черные, как смоль волосы разметались по сторонам, придавая образу еще больше шарма. Они так и манили к себе, умоляя пригладить. Большие зеленые, как свежая трава глаза были расширены. В них отражались эмоции, которые девушка испытывала. Взгляд на несколько секунд задержался на пухлых губах, из которых вырывалось рваное дыхание. До дрожи хотелось прижаться к ней и хоть на секунду прикоснуться к губам, почувствовать, какие они на вкус.

Оторвавшись от созерцания лица девушки, бегло прошелся глазами по ее хрупкой фигуре. Девушка обняла себя руками, словно пытаясь защититься. Ее ручки были настолько тонкие, что переломать их можно было лишь слегка сжав. Еще раз глубоко втянув в себя воздух, блаженно застонал.

«Моя!» — было мне ответом зверя.

— Какого черта? — рыча от гнева, спросил мужика.

Тот стушевался и не знал, что ему делать. Через секунду склонился предо мною. Сначала я удивился такому поведению, но когда склонилась и девушка, все понял.

— Простите, Альфа, — виновато стал оправдываться мужик. — Моя пара провинилась, и я хотел преподать ей урок. Конечно, такой урок, какой вы преподали своей бывшей женщине, не выйдет…

Не став дальше слушать, схватил его за грудки и притянул к себе.

— Кто дал тебе такое право? — применив силу Альфы, спросил его.

Мужик вжал голову в плечи и обнажил мне шею. Такая покорность должна была радовать, вот только затравленный взгляд зеленых глаз меня отрезвил. Разжав пальцы, брезгливо отпихнул мужика, словно держал кучу мусора. Вокруг уже стали собираться люди, которые с интересом рассматривали нашу перепалку. Краем глаза я видел, как шевелились губы мужика, но его слов я не слышал. Все мое внимание было устремлено на девушку. Она смущенно отворачивалась, но то и дело бросала в мою сторону заинтересованные взгляды.

Когда я смог поймать ее взгляд, нежно улыбнулся. Тут же в глазах отразился шок. Это были не те эмоции, которые мне хотелось видеть. Я мечтал о ее улыбке, которая бы предназначалась только мне.

— Дерок! — ворвался в мои мысли голос мужика.

Я повернул к нему голову и презренно посмотрел. Он не заслуживал такой девушки. Как она вообще могла согласиться жить с таким тираном? Неужели любит? Тут же меня охватила волна ярости. За что можно любить такое животное? Нет. Я не мог в это поверить.

— Что? — рявкнул на мужика, который ждал ответа.

Он хотел вновь что-то сказать, но его перебили.

— Альфа, пожалуйста, не сердитесь на него, — голос девушки звучал нежно, лаская мой слух. — Я, действительно, виновата, — тяжело вздыхая, продолжила она.

Когда я посмотрел в ее глаза, увидел в них отражение своего прошлого. Такой же затравленный взгляд был у моей матери, когда она пыталась скрыться и уберечь самое дорогое, что у нее осталось — меня. В этот же момент я четко решил для себя, что не смогу оставить ее здесь. Тем более что все во мне кричало: «Моя! Не отдам!»

— И в чем твоя вина? — заинтересованно спросил ее.

Хотелось услышать, за что же она заслужила такое обращение.

— Я… — начала она и виновато опустила глаза.

— Продолжай.

Она молчала и не решалась сказать.

— Она не может родить мне наследника! — не выдержав молчание девушки, возмущенно сказал мужик.

— Что? — изумился я. — И из-за этого ты позволила так с собой обращаться? — возмущенно закончил речь.

Меня обуревала злость. Однозначно, она любит этого подонка, иначе не позволила бы с собой так обращаться. Уже не хотелось забирать ее с собой. Пускай продолжает мучатся от такой любви. Развернувшись, услышал тихий всхлип. Не жалея больше видеть, что будет дальше, поспешил уйти.

Чем дальше я уходил, тем отчетливее понимал, как был не прав. Эмоции утихли, уступая место здравому смыслу. Я не видел в глазах девушки ничего, кроме страха. Какая к черту там может быть любовь? И почему я такой идиот? Нужно было не поддаваться эмоциям и сделать то, что запланировал. Зверь во мне требовал мести. Он хотел убить мужика, посмевшего причинить боль его женщине… Стоп! Что? Его женщине? Осознание ситуации обрушилось на меня, как лавина.

Резко остановившись, развернулся и пулей бросился назад. Не хотелось терять времени. Она нуждалась во мне. И я собирался помочь. И через несколько минут вновь достиг того места, где оставил их.

Когда я приблизился, тишину рассек звонкий удар пощечины. Этот звук прошелся по мне, словно разряд электрического тока. Девушка вскрикнула и попятилась назад. Зверь во мне взревел и рвался наружу. Голова пульсировала от дикой боли, в ушах звенело, а перед глазами появилась красная пелена. Злость кипела во мне, как лава в вулкане, грозящаяся вот-вот взорваться. Уже не соображая, что делаю, в один большой шаг приблизился к мужику и, схватив его за горло, оттащил от девушки.

Я видел ее испуганный взгляд, но думать об этом хотелось меньше всего. Все мое внимание было приковано к мужику, который даже не пытался сопротивляться моим действиям. Из его рта вырывались хрипы, а лицо постепенно багровело от нехватки кислорода. Зло ухмыльнувшись, откинул его в сторону. Такая легкая смерть не для него. Я собирался наслаждаться его мучениями. Хотелось слышать мольбы о пощаде… Не было сомнений, он слабак. Хотя, некую силу я в нем ощутил. Вот только применял он ее неправильно.

Вместо того, чтобы совершенствоваться на других ликанах, он нещадно избивал свою женщину.

— Дерок, — хрипло начал мужик и тут же закашлялся.

Было видно, что слова даются с большим трудом. Я лишь хмыкнул и сложил руки на груди. То, что он считает меня Дероком, было даже на руку.

— Я не понимаю, в чем проблема? — мужик поднялся с земли и пытался удержать равновесие.

Он приближался ко мне, пошатываясь из стороны в сторону. В моем взгляде, направленным на него, было лишь презрение и злость, которая все еще бурлила во мне.

— Что происходит? — нервно спросил мужик, в голосе чувствовалась паника.

Я предполагал, что у Дерока с ним могли быть личные счеты, поэтому мужик сейчас боится. Переведя взгляд на девушку, жестом руки попросил ее подойти. Она колебалась некоторое время, и уже через минуту стала приближаться. Затаив дыхание, как маньяк, ловил каждое движение ее бедер. Они так призывно покачивались при ходьбе, что у меня тут же сбилось дыхание, а в штанах стало слишком тесно. Девушка, не замечая моей реакции, продолжала хмуриться, не решаясь поднять взгляд. А ведь мне безумно хотелось заглянуть в омут ее зеленых глаз.

— Альфа? — приблизившись к нам, неуверенно спросила она.

Мой взгляд устремился к ее пухлым губам, из которых вырывалось нервное дыхание. Руки сами потянулась к лицу, желая ощутить под пальцами нежность кожи. Она не отпрянула, но и за моей лаской не потянулась. Из груди рвался рык отчаяния. Хотелось спросить: «Почему? Что не так? Ведь я в сто раз лучше этого подонка!» Ощутив под пальцами бархатистую кожу, не выдержал, и блаженно застонал.

Девушка подняла на меня взгляд, в котором затаился шок и негодование. Это разозлило меня. Я еще мог понять шок, но откуда взялось недовольство?

— Что здесь, мать твою, происходит?! — во все горло заорал мужик. — Тебе было мало одной шлюхи, так ты переключился на чужих? — продолжал возмущаться он.

Мое терпение было на грани, а его слова лишь подстегнули зверя к действиям.

— Марк, не надо… — тихо сказала девушка, и отошла от меня на несколько шагов.

Мой зверь не хотел отпускать ее. Схватив девушку за руку, дернул на себя. Она не ожидала этого и угодила прямиком ко мне в объятия. На считанную долю секунды я позволил себе насладиться теплом и пьянящим ароматом. Зарывшись лицом в волосы, во всю грудь вдохнул ванильный запах, исходящий от девушки. Зверь застонал готовый пасть к ее ногам.

— Как ты можешь? — боль в ее голосе была неподдельной.

Хотелось успокоить малышку, пообещать, что больше никто не причинит ей боль. Но, когда эмоции уступили место здравому смыслу, понял, что боль в голосе была из-за моего поступка. Что-то явно было не так. Но что?

— Дерок! — ворвался в мои размышления полный презрения голос мужика.

— Что? — рявкнул на него, не утруждаясь объяснять, кто я на самом деле.

Мужик бросал на нас с девушкой колючие взгляды, которые обещали расправу. Вот только меня не пугали его взгляды. И мужик прекрасно об этом знал.

— Какого черта ты пристаешь к моей женщине? — мужик сложил руки на груди и нервно постукивал носком ноги по земле.

Девушка заерзала в моих объятиях и попыталась высвободиться. Я понимал, что долго не смогу удержать ее, да и нужно было переходить к действиям. Пустые разговоры были неуместны на данный момент. Неохотно я разжал руки, и девушка тут же выскользнула из моих объятий. Зверь заворчал, но вскоре угомонился.

— Маленькая поправка, пока твоей, — я хитро улыбнулся.

В ту же секунду его лицо побагровело, но в этот раз от дикой ярости. На скулах заходили желваки, а руки судорожно сжимались в кулаки. Меня забавляла злость мужика. Можно даже сказать, я упивался ею. А зверь торжествовал, предвкушая кровавую битву.

— Что ты сказал? — сквозь зубы прошипел мужик. — Ты охренел?! — взревел он.

Я лишь ухмыльнулся. Мне нравилось злить его. Вокруг нас собралось уже много людей, которые перешептывались. Каждый пытался понять, зачем же их Альфе вдруг понадобилась девушка. Из очередных споров я услышал ее имя. Эви…

— Значит, вот так ты общаешься со своим вожаком? — железным тоном спросил его.

Мужика не проняла моя речь. Он продолжал кипеть от злости. Что же, теперь я мог выложить все карты на стол.

— Я бросаю тебе вызов. Мне нужна Эви, — уверенность в моих словах была железная.

Вокруг послышались вздохи. Я не обращал на них внимания. После своих слов я посмотрел на девушку. Ее глаза были широко раскрыты, а из приоткрытого ротика вырывалось судорожное дыхание. Все ее эмоции хорошо читались на милом личике, которое сейчас было перекошено гримасой муки. И я все никак не мог понять, что же ей не нравится? Ведь ничем ее не обидел!

— Дерок… — тяжелый вздох сорвался с губ Эви. — Зачем? А Ника? — боль и мука сквозила в ее голосе.

Только сейчас я сообразил, как опростоволосился. Она считает меня Дероком, впрочем, как и все здесь. Ну и ладно, об этом я подумаю после битвы.

— Все хорошо, малышка, — я попытался придать нежность своему голосу и улыбнуться ей.

Эви отшатнулась от моих слов, как от пощечины. Я мог лишь тяжело вздохнуть. Чувствую, так просто она вновь не доверится мужчине. А учитывая мои гены…

— Вызов? — вторгся в мои мысли дрожащий голос мужика. — Серьезно? — он был удивлен.

— Что тебя удивляет? — я пожал плечами.

— Ты же говорил, что бросать вызов ради какой-то су…

Перебив поток его мыслей, громко зарычал.

— Подбирай выражения! — потребовал я.

— Э-э-э… хорошо, ради очередной девушки ты не собирался бросать кому-либо вызов. Что же поменялось? — мужик пытался сказать, что мои действия не логичны.

— Все когда-то бывает в первый раз, — ухмыльнулся я.

— Но… — он был растерян и не знал, какие можно еще привести аргументы. — Она ведь даже не может зачать щенка! — с долей превосходства в голосе произнес он.

В его взгляде промелькнуло чувство победы. Он считал, что для меня это имеет какое-то значение. Не спорю, возможно, для Дерока это что-то и значило, но не для меня. Тут в голову пришла внезапная догадка, которой я непременно хотел воспользоваться.

— Ну и что? — отмахнувшись от ранее сказанных слов, начал я, — ведь у меня уже есть наследник. А так, кто знает, может, в будущем Эви сможет именно от меня зачать щенка, — вскинув бровь, намекнул о непригодности мужика.

Он вновь побагровел и хотел кинуться на меня, но в последний момент остановился и зарычал.

— Отлично, я принимаю твой вызов, — голос дрожал, но он пытался всячески скрыть волнение.

Я улыбнулся. Теперь осталось дело за малым — выиграть бой. И я не сомневался, что выйду победителем. По силе мне не было здесь равных. Разве что Дерок мог составить хорошую конкуренцию. Но, к моему великому удивлению, ни его, ни вожака этой стаи до сих пор здесь не было. Это настораживало. Неужели у них можно бросить вызов, не оповещая об этом вожака? В нашей стае это равносильно неуважению к Альфе.

Я замешкался, не зная, где у них проходит битва. Не хотелось выдавать себя раньше времени. Все стояли на своих местах и даже не думали куда-то идти.

— Ну? — сказал я мужику, взывая его к действиям.

— Разве мы не должны сообщить твоему отцу и…

— Я не понял, ты решил тянуть время? Будь мужиком! Примы вызов с достоинством.

Мне не хотелось, чтобы звали Альфу. Мне нужно скрыть на некоторое время свое существование. Слишком много будет вопросов, если они узнают обо мне. Понимаю, что изначально пришел именно за этим, но сейчас все изменилось.

— Ну, ладно, — сдался мужик. — Ты ведь тоже, вроде как, Альфа… — уже более тише добавил он и неуверенно покосился на людей. Затем пошел вглубь леса.

Отлично! Теперь я полностью доволен. Мы шли недолго и уже через семь минут стояли на пустой поляне. Здесь специально были вырублены деревья и расчищена прилегающая территория. Это место было идеальным для битвы между ликанами.

Не желая терять ни минуты, стал стягивать с себя одежду. Мужик нервно наблюдал за моими действиями, словно ждал, что я передумаю. Но я не собирался этого делать. Раздевшись, посмотрел на мужика. Он все понял и сам начал раздеваться. Люди держались от нас на расстоянии и шумно переговаривались. Я слышал лишь одно — никто не верил в победу Марка. Вероятно, так звали этого мужика.

Когда он разделся и был готов к обращению, я нашел глазами Эви и всмотрелся в ее глаза. Эмоции, плескавшиеся в них, слишком волновали моего зверя. Я послал ей улыбку, и начал обращение. Краем глаза заметил, как мужик вторит моим действиям.

Когда мы обратились, я решил дать фору ликану, стоящему напротив. Он, не раздумывая, бросился на меня. Широко скалясь, попытался нанести удар лапой, целясь когтями в шею. Я ловко увернулся, и он пролетел мимо, еле удерживаясь на ногах. Зарычав, обнажил зубы и бросился на опешившего зверя. Я уже считал дело оконченным, даже расстроился, что все прошло так быстро, но он меня удивил. Когда я был от него на расстоянии вытянутой лапы, он отшатнулся и, сделав кувырок через спину, откатился. Мой зверь зарычал, принимая промах и двигаясь в ту сторону, где сейчас находился ликан. Он уже поднялся на лапы и готовился к новой атаке. Я недооценил его. Однозначно, у этого парня была ловкость и прыткость, которой он хорошо умел пользоваться.

Вновь оскалившись, подался вперед и, вскинув лапу, задел бедро ликана, глубоко вонзая в него когти. Зверь взревел и отскочил. Из ноги тут же брызнула кровь. Он на секунду замешкался, скуля, и прижимая лапу к ране. Я оскалился, довольный своими действиями. Это было лишь начало. Как и планировал, я не собирался так просто убивать его.

Не позволяя ему передышки, вновь бросился на него, и вкинул лапу, на этот раз лишь сумел рассечь ею воздух. Зверь быстро отскочил от удара влево, пытаясь отдышаться и дождаться регенерации. Это был хитрый ход, но я не так наивен, как он полагал.

Больше я не собирался так просто позволять ему манипулировать собой. Сделал вид, что на секунду потерял бдительность от его действий. Ликан, тут же забыл о ранении и кинулся на меня, желая столкнуть с ног. Я перехватил его на полпути и, произведя подсечку, повалил на землю. Он точно не ожидал таких действий, и сейчас лежал на земле, даже не сопротивляясь.

У него еще был шанс вырваться и вновь продолжить битву, но оплошность, которую он допустил, стала роковой. Мужик это понял, лишь когда я навис над ним. Затравленный взгляд темных глаз ликана будоражил кровь. Я опустился и поставил колено на лапы зверя, пресекая попытки вырваться. Он скулил и протяжно выл. Лапой я потянулся к его шее и сжал. Захват был не сильным, но достаточным, чтобы причинить дискомфорт. Подняв вторую лапу, резко расцарапал его кожу от груди до живота. Ликан не мог громко взвыть. Из его пасти вырывались лишь протяжные хрипы.

От вида крови противника мой зверь ликовал, ощущая его боль и страх. Мне хотелось доставить ему еще больше боли. Чтобы он все ощутил на своей шкуре. И когда я уже занес лапу для следующего действия, услышал гневное рычание:

— Дерок! Какого черта?!

Я обернулся и встретился взглядом с ним… Это был Альфа стаи. В этом не было сомнений. Слишком много схожих черт у нас с ним.

— Отпусти его сейчас же! — применив ко мне свою силу Альфы, приказал он.

На мое удивление, я ее стойко выдержал. Ни один мускул не дрогнул, когда меня окутал сгусток сильной энергии. Альфа удивился и нахмурился. Зверь, находившийся в моем захвате, расслабился. Вероятно, он считал, что я поддамся на приказ. Оскалившись, ослабил захват на шее и, не медля, склонился к шее противника. В эту же секунду вонзился в нее клыками, дробя шейные позвонки. Из пасти ликана вырывались жалостные стоны. Я не разжимал пасть до того момента, пока еще стучало его сердце. Оно уже замедляло ход и через несколько секунд навек остановилось.

Разжав пасть, довольный собой, победно взвыл. Меня не волновали крики и вздохи со стороны. Я сделал то, что было необходимо. Последний раз взглянув на безжизненное тело ликана, отошел от него и вновь обратился в человека. Во мне бушевал ураган эмоций, с которым я никак не мог совладать. Зверь ликовал, теперь его женщина свободна.

Когда я был в ипостаси человека, хотел подойти к девушке, но мне преградил путь Альфа.

— Потрудись объяснить, что за цирк ты здесь устроил? — срываясь на крик, рычал он.

Ухмыльнувшись, отпихнул его от себя, как надоедливую муху и пошел за девушкой. По ее щекам катились слезы. От нее исходила дикая волна боли и страха. Мой зверь скулил, ощущая эти эмоции. Не говоря ни слова, нежно взял ее за руку и повел прочь. Хотелось побыстрее увести Эви из этого ада. Она безвольно шла за мной, не пытаясь возразить моим действиям.

— Далеко собрался? — спросил меня Альфа.

У меня не было желания ему что-то объяснять. Бой отнял слишком много сил. Не отвечая на его вопрос, продолжил идти.

— Что происходит?

Я внутренне напрягся, услышав голос Дерока. Еще бы пару часов назад я многое отдал за эту встречу. Теперь мне было все равно. Пускай они сами ищут со мной встречи. Надоело все решать за них. Я развернулся и увидел растерянность на лицах людей. Дерок, естественно, узнал меня. Но в его взгляде снова не было ни одной эмоции, которую мне хотелось видеть. Вот только теперь я не был расстроен. Сегодня я получил больше, чем ожидал.

— Ты? — удивленно спросил Дерок.

— Я, — ровно ответил и поспешил покинуть их стаю.

— Стой! — взревел он.

Вновь обернувшись, ждал следующих действий. Дерок молчал и не знал, что сказать. А я не собирался начинать с ним разговор, но, все же, не выдержал:

— Изначально я шел сюда для разговора с тобой, но теперь мне это не интересно. В любом случае, ты знаешь, где меня искать, — бросил я и мигом покинул территорию стаи.

За мной никто не бросился. Сейчас я даже не мог сказать, радовало меня это или нет. Одно я знал точно — они придут за ответами. Что же, этой встречи я уже не боюсь.

Эви шла слишком медленно, постоянно спотыкаясь. Я подхватил ее на руки, отмахиваясь от протестующего стона. Крепко прижав ее к себе, быстро направился в стаю. Через час мы были на месте. Я занес мою женщину в дом и блаженно застонал. Кто бы мог подумать, что в той стае встречу свою половинку?

Эви не решалась поднять взгляд.

— Не бойся меня, — сказал я, переживая за нее.

Она неуверенно подняла на меня взгляд. И снова я попал в плен ее ослепительных глаз. На удивление, больше в них не было боли, зато оставался страх.

— Что это было? — нерешительно задала она вопрос.

— Я обязательно тебе все расскажу, но позже.

Подойдя к ней, прижал к себе и поцеловал в лоб. Мне хотелось впиться в ее губы, пробуя их на вкус. Но сейчас не время для этого, я прекрасно понимал, что эй нужно дать привыкнуть ко мне. Осознать, что здесь ей ничего не угрожает.

Вдохнув полную грудь приятного аромата, быстро покинул гостиную и направился в душ. Я слишком рисковал вот так покидая ее, но хотелось верить, что она не сбежит при первой же возможности. Конечно, далеко уйти Эви не удастся, но это слишком ранит мое сердце.

Стоя под горячими струями воды, пытался осознать все то, что сегодня произошло. Слишком много ненужной информации я почерпнул о Дероке и его отце. Но больше всего меня волновал вопрос о том, что же произошло у брата с Никой? Ведь я прекрасно видел в прошлый раз, у него не было к ней абсолютно никаких чувств.

Тяжело вздохнув, смыл с себя грязь и вылез из душа. Не переживая о своем внешнем виде, обмотал бедра полотенцем и вышел в гостиную. Увидев Эви, возликовал. Это была маленькая победа. Когда она увидела, в чем я вышел, мигом покраснела и отвернулась. Но я четко уловил от нее новый запах. Он будоражил и взывал немедленно взять ее. Сделать своей. Подавив желание зверя, подошел к ней и присел рядом. Мне больше не нужно было ничего. Близость этой девушки успокаивала. Расслабившись, откинул голову на спинку дивана и сам не заметил, как провалился в сон.

Дерок

Резко открыв глаза, громко чертыхнулся. На весь дом раздавался истошный детский плач. Зарычав, вмиг подорвался с кровати и побрел в соседнюю комнату, при этом широко зевая и потирая заспанные глаза. Уже и не припомню, когда последний раз высыпался за прошедшие две недели. Они стали для меня настоящим адом. И все это дополняло непонятное чувство пустоты, потери…

Мне никак не удавалось совладать со своим зверем. Он скулил как, раненный, требуя кого-то… Я догадывался, кого он имеет в виду. Но и принимать его выбор не собирался.

Резко открыв дверь, вошел в комнату. Сын продолжал истошно кричать, а очередная нянька не знала, что с ним делать.

— Какого черта? — тихо рыкнул на Лину.

Она испугалась и всхлипнула. Мне было плевать на ее мучения. Меня никогда нельзя было пронять на жалость, а тем более слезами. И вот сейчас я устремил на девушку полный гнева и презрения взгляд. Наверно, если бы им можно было убивать, от Лины ничего не осталось бы. Она четко видела все эмоции на моем лице, поэтому начала всхлипывать еще сильнее.

— Хватит! — приказал я, используя силу Альфы.

Она мигом успокоилась и, шмыгнув носом, опустила голову.

— Неужели так сложно справиться с ребенком? — недоуменно начал я. — Он ведь уже может менять ипостась… — задумчиво закончил речь.

— Простите, Альфа, — сказала она, не поднимая на меня взгляд.

Сын уже не плакал, услышав мой голос.

— Вы должны понять, что с ним никто не справиться, кроме…

— Даже не вздумай о ней говорить! — перебив Лину, взревел я.

— Дерок, — тяжело вздохнув, она глянула на меня, — твой сын не подпускает к себе никого. Он слишком силен, и всю энергию затрачивает на то, чтобы не подпускать к себе других. Ничего не изменится, приведи ты новую самку. Ему нужна мать! — выдала она на одном дыхании.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не кинуться на Лину. Еще ни одна самка, которая была до нее, не осмеливалась сказать мне эти слова в лицо. Лина слишком рисковала, говоря подобное.

Я начал медленно приближаться к ней. Руки судорожно сжимались в кулаки, а из груди рвался рык. Когда я оказался рядом, схватил девушку за горло и грозно зарычал ей в лицо. Во мне кипела ярость, которую хотелось на кого-то выплеснуть. И не найдя ничего лучше, решил убить таким образом двух зайцев.

Я гневно ухмыльнулся и потащил девушку к стене. Она, не сопротивляясь, подчинилась моей воли. Уперев ее спиной о стену, расслабил хватку на шее и яростно впился поцелуем в ее губы. Это должно было радовать меня. Но от поцелуя я не получил никаких ощущений. Даже несмотря на то, что девушка была готова на большее и с радостью принялась отвечать на поцелуй. Скорее, мне хотелось отпихнуть ее от себя… Но это была не моя воля, этого хотел мой зверь. Ему противно было прижимать к себе эту женщину. Он хотел другую.

Оторвавшись от губ Лины, затолкал желания зверя куда подальше, продолжил ласкать ее тело руками. Мне необходима была разрядка, и плевать, кто это будет. Разрывая одежду на женщине, вжал ее еще больше в стену и лихорадочно шарил руками по телу, желая побыстрее возбудиться.

Она неуверенно подняла руки и зарылась ими у меня в волосах. Мне нужно было сконцентрироваться на ее теле, но ничего не помогало. Я даже на миг усомнился в своей пригодности. Хотелось рычать от досады. Опустил руки на талию Лины и сильно сжал, пытаясь причинить боль. Возможно, так я вновь смогу почувствовать возбуждение. Она пискнула, а из ее рта вырывались стоны боли.

Все мое тело напряглось от предвкушения. Тихо рыкнув, продолжил мучения. Мне до дрожи хотелось упиваться ее страхом, а не теми чувствами, которые она испытывала сейчас. Лина поняла, что я задумал и запаниковала. Опустив голову к шее, прижался носом к пульсирующей жилке и шумно втяну в себя воздух.

Тут же все тело задрожало от аромата страха. Плоть дернулась в штанах, и я блаженно застонал в шею женщины. Она испытывала именно те эмоции, которых мне не хватало в последнее время. Вцепившись зубами в плечо, тут же зажал рот Лины рукой, чтобы она не вздумала громко орать. Аромат боли и отчаяния окутывал меня, как туман. Упиваясь им, поднял голову и заглянул в глаза женщины.

Я опешил, когда увидел взгляд серых глаз. На миг показалось, что предо мною стоит другая… В ее глазах сквозил ужас, который отрезвил меня. Нервно сглотнув, расслабил хватку и нежно прижал к себе женщину. Мне не хотелось причинять ей боль. Нет! Хотелось показать, что во мне еще есть что-то светлое.

Вновь опустив лицо к плечу, начал ласково целовать рану от клыков. Когда мой язык нежно прошелся по гладкой коже, она застонала и прижалась еще ближе.

— Прости… — пробормотал, не в силах оторваться.

Я продолжал ласково целовать каждый участок ее божественного тела, куда только мог достать. Зверь метался во мне, желая оттолкнуть женщину. Не придав этому значения, подхватил ее на руки и понес к себе в комнату. Войдя, аккуратно положил на кровать и навис над ней.

Пока она пыталась стащить с меня рубашку, вновь припал к ее губам. Они были податливые, не такие, как в прошлый раз. С жадностью я принимал ласку, желая добиться большего. Мой разум полностью захлестнули эмоции, и я уже не мог связно думать. Отстранившись, вмиг разорвал на себе рубашку и швырнул на пол. Затем быстро стащил джинсы и вновь навис над женщиной.

Она тяжело дышала и затуманенным от страсти взглядом смотрела на меня. Пытаясь держать своего зверя в узде, чтобы ни причинить боль той, которая изменила всю мою жизнь, попытался действовать осторожно, припоминая, как ей было больно в ту роковую ночь.

Направив плоть к ее лону, стал медленно входить. Меня разрывало на части от желания погрузиться в нее одним быстрым толчком. Но я не мог. Не сейчас, когда она вновь здесь… доверилась мне. Когда я полностью вошел в нее, блаженно застонал. Мне вторил ее стон.

Наплевав на нежность, принялся быстро двигаться в ней, окутанный страстью. С каждым толчком меня возносило к небесам. Таких сильных эмоций я еще не испытывал ранее. Все мое внимание было направленно на нее. Опустившись к лицу, слегка лизнул нижнюю губу, и застонал, ощущая новую волну страсти.

Чувствуя, что моя женщина была на грани и, желая вознестись к небесам одновременно с ней, просунул руку между нашими телами и, пройдясь пальцем по влажным складочкам, потер клитор. Она громко застонала и выгнулась дугой в моих руках.

Ощущая, как мою плоть крепко сжимают стенки ее лона, сделал еще несколько толчков и блаженно застонал, испытывая мощный оргазм. Тело приятно ныло от желанного освобождения. Меня сотрясала мелкая дрожь.

— Ника! — зарычал я, полностью удовлетворенный и довольный.

Упав на нее, еще раз застонал и перекатился на бок, притягивая к себе женщину.

— Но, Дерок, я не…

Услышав голос Лины, напрягся. Какого черта? Туман полностью рассеялся, и теперь я четко осознавал, что произошло. Громко зарычал и, грубо отпихнув ее от себя, подорвался с кровати.

Я метался из стороны в сторону, пытаясь совладать с эмоциями. Это была не она! Черт! Как можно было так облажаться? Это все противоречило моим доводам разума. Неужели я хотел Нику? И не просто хотел, а дико желал! Да я даже боялся причинить ей вред, мать его, так!

— Дерок… — неуверенный голос Лины ворвался в мои мысли.

— Что? — я резко развернулся.

— Ничего… — стушевавшись, ответила она. — Просто я думала, что мы…

Не дав ей закончить, вмиг оказался рядом и, схватив за волосы, притянул к себе.

— Нет. Никаких. Мы! — отчеканивая каждое слово, грубо бросил ей в лицо.

Лина всхлипнула и попыталась кивнуть.

— Д-а… — еле выговорила она.

— Отлично, а теперь выметайся из моего дома, живо!

Она подорвалась и выбежала голой из дома. Меня не волновало, что с ней будет дальше. Сейчас было так паршиво, что хотелось растерзать кого-то. И я не был уверен, что это будет лесное животное.

Войдя в комнату сына и убедившись, что он крепко спит, вышел на улицу. Все мое существо рвалось в лес. Мне нужно расслабиться. Раздевшись, обратился на ходу. Зверь, почувствовав свободу, пустился за дичью. С особой жестокостью я выслеживал кабана, безошибочно загоняя его в ловушку.

Насытившись им, понял, что даже жажда охоты не сбила ярость. Я не знал, что делать дальше. Нужно ухаживать за сыном, но он не подпускал ни одну гребаную самку близко к себе. Я гордился его силой. Обычно, щенки могут самостоятельно менять ипостась к месяцу. Мой сын научился этому не так давно. Я понимал, что ему нужна мать. Но не мог этого дать. Не могу позволить себе вновь привезти ее сюда. Нет! Несмотря на все желания, мне Ника здесь не нужна. В этом я был твердо уверен.

Возвращаясь, услышал звуки борьбы в том месте, где у нас обычно происходит бой. Удивившись, быстро добрался обратно и, одевшись, направился туда. Пока шел, уловил знакомый запах. Он притягивал к себе. А зверь, почувствовав его, заскулил, требуя немедленно найти этого ликана. Уже не раз я ощущал этот запах. Не в силах сопротивляться воле зверя, быстро пошел по следу.

Когда я подошел, на меня стали странно коситься люди. Что вообще происходит? Я взглянул на поле битвы и изумился. Кто-то бросил вызов Марку. Я не узнавал ликана, который сейчас с ним дрался. Но по запаху мог понять, что это именно он. Тот, кого искал мой зверь. Я стоял в сторонке и молча наблюдал за его действиями.

Ликан был силен и умен. Это я понял, когда тот сделал подсечку и Марк свалился на землю. Что меня поразило больше всего, это желание доставить жертве как можно больше боли. Он словно упивался ею. Это было так похоже на меня…

— Дерок! Какого черта?

Мои мысли прервал гневный рык отца. Я удивленно покосился в его сторону, желая понять, что он имеет в виду. Но отец меня не видел. Его разъяренный взгляд был устремлен на ликана, который убивал Марка.

— Отпусти его сейчас же! — приказал отец.

К моему великому удивлению, ликан стойко выдержал силу, примененную отцом. Я заметил, как вытянулось лицо Альфы, когда он это понял. А ликан, тем временем, вгрызаясь в глотку противника, убил его. Я перевел взгляд на Эви. Она побледнела и еле стояла на ногах. Хмыкнув, предположил, что бой шел именно из-за нее. Этот ликан был достойный для меня соперник.

И вот, когда он обратился, я застыл на месте. Что? Опять он… Ведь я уже видел его однажды. Тогда мне хотелось все разузнать, но потом желание угасло. Но теперь мне во что бы то ни стало необходимо узнать правду! Мой зверь зашевелился, требуя подойти туда.

— Потрудись объяснить, что за цирк ты здесь устроил? — отец перегородил ему дорогу и орал на всю глотку.

Парень лишь ухмыльнулся и отпихнул Альфу от себя. Мой зверь довольно взвыл от действий этого парня. Его притягивало, как магнитом. Какие-то ранее неизвестные эмоции стали зарождаться на душе. Пока я не мог толком объяснить, что это, но уже сейчас понимал, что меняюсь в лучшую сторону.

Парень схватил Эви за руку и потащил за собой прочь. Она, не сопротивляясь, тащилась за ним.

— Далеко собрался? — спросил его Альфа.

Не желая так просто отпускать его, вышел из тени.

— Что происходит? — зло спросил я.

Естественно, не хотелось выплескивать свои эмоции на нем, но я не мог ничего с этим поделать. Когда он развернулся и заглянул мне в глаза, все здравые мысли покинули голову. В этом взгляде было столько неизвестных мне ранее чувств, что я не мог даже связно думать.

— Ты? — удивленно спросил я.

Понимаю, что вопрос был глупый, но мысли до сих пор не желали возвращаться на прежнее место.

— Я, — ровно ответил он и поспешил уйти.

— Стой! — взревел я.

Он вновь обернулся и тяжело вздохнул. Затаив дыхание, я ожидал объяснений.

— Изначально я шел сюда для разговора с тобой, но теперь мне это не интересно. В любом случае, ты знаешь, где меня искать, — бросил он слова и покинул территорию стаи.

Немигающим взглядом я смотрел ему вслед. Во мне боролись несколько чувств. Хотелось броситься за ним и потребовать объяснения, но в то же время хотелось плюнуть на все и зарыться где-то в уголке, скуля от боли.

Казалось, я теряю что-то важное в своей жизни. И если одно уже точно потерял, то другое еще можно попытаться вернуть.

— Дерок, — ворвался в мои мысли голос отца. — Что это было?

— Что ты от меня хочешь? — повернувшись к нему лицом, раздраженно спросил я.

— Ты ведь знаешь его? Почему вы так похожи? — голос отца понизился почти до шепота.

— Откуда мне знать, почему мы похожи?! — я сорвался на крик. — Что вам всем от меня нужно?! Достали уже! Разбирайтесь сами! — рявкнул я и поспешил уйти.

Но отец схватил меня за руку.

— Дерок, что происходит с тобой в последнее время? — обеспокоенно спросил он.

— Что? — меня изумили его слова, — Да ладно! — я фыркнул. — С каких это пор тебя беспокоит, что со мной происходит?

Отец вздохнул.

— Дерок, ты ведь мой сын. Я всегда переживал за тебя! — уверенно произнес он.

Я рассмеялся и, вырвав свою руку из захвата, поспешил уйти, пока этот разговор не стал слишком сопливым. Переживал он, как же! Все, что его волновало — это наследник. Ему всегда было плевать на мои желания. Власть его интересовала больше, чем родной сын.

Резко остановившись, чертыхнулся. Ведь я сейчас делаю все в точности, как и мой отец. Я быстро направился к дому, переживая за сына. Забежав в комнату, выдохнул. Малыш спокойно посапывал, не заметив моего отсутствия.

Протянув к нему руку, погладил по малюсенькой головке, которая была покрыта реденькими волосиками. У сына были мои черты лица, моя сила. Но от него исходил запах матери… Он словно въелся в сына, постоянно напоминая о ней…

Я вздохнул и присел на корточки возле кроватки. Меня бесило все вокруг, лишь сын мог успокоить. Наверно, благодаря ему, я понял, что значит заботиться о ком-то, кроме себя. И, пожалуй, благодаря Нике. Вновь вспомнив ее черты лица, бездонные серые глаза, манящие губы, шикарное тело, которое могло бы быть податливым в моих руках, тихо застонал.

А ведь буквально час назад я думал, что именно с ней у меня был секс. Потрясающий, сносящий голову… И пускай в моих руках была Лина, но в мечтах совсем другая… Мне отчаянно захотелось вновь прикоснуться к ее шелковистой коже… Почувствовать вкус губ. Хотелось, чтобы она ответила на мой поцелуй, а не сжимала губы от отвращения.

Тихо рыкнув, подорвался на ноги. Что со мной происходит? Почему эта женщина так необходима мне? Ведь я думал, что избавившись от нее, все вернется на свои места. Выходит, заблуждался?

Взглянув на мирно спящего сына, улыбнулся.

— Ничего, мы вернем твою мамочку! — уверил я спящего малыша. — Плевать на кошку, он мне не соперник, — уже более тише добавил, и поспешил удалиться.

Сегодня я уже не смогу решить эту проблему. Но завтра меня ничего не остановит. Ника будет здесь, хочет этого или нет. Чего бы мне это не стоило, но я должен вернуть сыну мать. Именно так.

Войдя в комнату, лег в кровать и попытался уснуть. Меня не покидало странное ощущение. Понять, с чем это связано, не получалось. Перевернувшись на бок, закрыл глаза. И вновь образ Ники появился предо мною. Такая хрупкая, ранимая, ласковая…

Распахнув глаза, сел и притянул к себе колени. Я уже и не понимал, ради сына ли делаю одолжение? Слишком часто вспоминаю ее за последнее время. И эти воспоминания не дают покоя. Расслабившись, вновь прилег, и в этот раз быстро уснул.

Дерок

Ощущая в комнате чужое присутствие, открыл глаза и встретился с недобрым взглядом отца. Он навис надо мной, сжимая руки в кулаки. Где-то в груди слышались рычащие звуки. Понимая, о чем он пришел поговорить с утра пораньше, застонал.

— Дерок! — зарычал отец.

Я подорвался с кровати и, гневно взирая на него, еле сдерживался, чтобы ни зарычать в ответ. Посмотрев на сына, выдохнул. Малыш крепко спал и не замечал накаленной обстановки в комнате. Ничего ни говоря, развернулся и покинул комнату. Отец шел следом.

Когда мы спустились на первый этаж, повернулся и, резко подавшись вперед, припечатал его к стене.

— Какого черта? — неосознанно применяя силу Альфы, зарычал я.

Отец выдержал натиск и отпихнул меня. Несколько секунд у нас шла битва взглядами. Я понимал, что он не отстанет от меня, пока не добьется правды. Вот только и мне она не известна.

— Просто объясни мне, кто тот парень? — отец сдался первым.

Пожав плечами, развернулся к нему спиной и всмотрелся в окно. У меня было огромное желание узнать правду о рождении ликана, который был моей копией. Более того, я собирался в ближайшее время навестить его стаю. Мой зверь убежден, что у нас с ним кровная связь. Одного я не мог понять, как такое вообще возможно? Никогда еще мой зверь не ошибался. И сейчас он всеми силами пытался донести до меня истину.

— Дерок! Поговори со мной, — отец подошел и положил руку мне на плечо.

Прикосновение согревало кожу. Его энергия окутывала меня. Ощущая мощную поддержку, я расслабился.

— Что именно ты хочешь знать? — я сдался напору.

— Ты знаешь, кто он?

— Понятия не имею, — развернувшись к отцу, пожал плечами.

— Но ведь вы знакомы, — утвердительно сказал отец.

— Знакомы. Но я понятия не имею, кто он, и почему так похож на меня.

Я не стал рассказывать отцу о догадках. Сначала мне нужно самому разобраться с этим делом, а уж потом и он все узнает.

— И как же вы с ним познакомились? — отец прищурился.

Он подозревал, что я просто утаиваю правду. Пусть так, мне плевать. Также, как и ему были когда-то безразличны мои желания.

— Столкнулись в городе, — ответил ровным тоном.

Отец нахмурился, о чем-то размышляя. Сложив руки на груди, я покорно ждал решения. Несмотря на то, что я вновь нагло соврал, угрызения совести меня не мучили. Словно понимал, что в этом деле есть загвоздка, о которой отцу пока не следует знать. Это чувство преследовало меня еще со вчерашнего дня. Я даже не мог объяснить тех эмоций, которые испытывал, наблюдая за… братом? Возможно. И если это действительно так, у меня была крохотная надежда выяснить всю правду о моей матери. Я не знал, почему ее не было в моей жизни. Отец все время отмахивался от расспросов, а мне не оставалось ничего иного, как смириться с горькой правдой, которую он однажды поведал. Мог ли я поверить в нее? Тогда, будучи наивным щенком, да. Но теперь, зная, каким на самом деле был мой отец, не верил ни во что.

Вся его лживая жизнь заключалась в строгости и дисциплине. И к чему это привело? Не спорю, до недавнего времени я был не прочь так жить. Разгульная жизнь, женщины, свобода… Все это радовало меня. И казалось, что еще нужно для счастья?

— Я так понимаю, ты знаешь, где он живет? — вывел меня из задумчивости отец.

— Знаю, — односложно ответил ему.

Запах ярости, заполнивший комнату, мог воспламенять. Стоило лишь зажечь спичку и все здесь могло объять пламенем. Ухмыльнувшись, не подал вид, что меня огорчило его состояние.

— Ты специально выводишь меня? Почему нельзя ответить нормально? Где он живет? — голос отца был тверд и полон уверенности. Я вновь ухмыльнулся.

— Почему я должен рассказывать это тебе? Кажется, он приходил говорить со мной!

Отец взревел и, бросившись ко мне, двинул кулаком в морду. На губах я почувствовал металлический привкус. Ехидно улыбнувшись, стер кровь рукой и отпихнув отца, отошел. Он был в бешенстве. Его зверь рвался наружу. На пальцах уже удлинились когти, а руки покрылись мелкой шерстью. Отец пытался дышать глубоко, чтобы зверь не завладел им. Постепенно когти уменьшились, и пропала шерсть. Отец тяжело дышал, но ярость до сих пор сквозила в нем.

— Ты видишь, до чего меня довел?! — взревел он. — Дерок, я мог простить тебе многое, но это переходит все границы!

— И до чего же я тебя довел? — ухмыльнулся я. — Ты еще скажи, что ни разу не поднимал на меня руку! — ухмылка сошла с лица, и я уже говорил серьезно. — Хватит! Перестань меня упрекать. Ты только это и делал за всю мою прожитую жизнь!

Отец недоверчиво покосился на меня, словно мои слова были ложью.

— Я делал это ради тебя! Кем бы ты вырос, если бы я не наказывал за твои глупые поступки? — строго спросил он.

Мне не хотелось вновь вспоминать детство. Действительно, отец не ошибся, воспитывая меня под стать себе. Сейчас я бездушное животное, готовое убить любого, виноват он или нет. Я даже не способен что-то чувствовать. И все благодаря воспитанию. Каждый раз, когда я постигал новые эмоции, кроме, разумеется, ненависти и презрения, отец тут же выбивал это из меня. До сих пор с содроганием я вспоминаю его воспитание. Самый жестокий урок я усвоил, когда пытался любить… Отец на корню обрубил во мне это чувство.

— Глупые поступки? — недоверчиво поинтересовался у него. — Это какие?

Отец тут же стушевался и на миг потерял бдительность. Воспользовавшись его замешательством, быстро покинул гостиную и поднялся в комнату сына. Тэннор уже проснулся и ворочался в кроватке. Я обрадовался, что он не плакал. Когда подошел к нему, малыш довольно заерзал и потянул ко мне ручки. Взяв сына, крепко прижал к себе и вдохнул его запах. Тихо зарычав, вновь вспомнил, почему сейчас я не могу разобраться с тем, кто как две капли похож со мной.

— Потерпи, Тэннор, — прошептал я.

Как ураган, сметая все на своем пути, в комнату ворвался отец. Я гневно посмотрел на него, призывая успокоиться. Увидев на моих руках внука, отец стих.

— Дерок, ты не понимаешь, мы должны выяснить, кто тот парень! Не может быть случайных совпадений… — его голос казался неуверенным.

— Я сам разберусь! — прошипел сквозь зубы.

— Тогда чего ждешь? Отправляйся немедленно! — приказал он.

Я положил сына в кроватку и гневно посмотрел на отца.

— Сейчас у меня есть неотложные дела! — безапелляционно заявил ему.

Отец нахмурился и взирал на меня недовольным взглядом. Этот взгляд мне уже порядком надоел, но ничего не мог с этим поделать. Ударить в ответ не поднималась рука. Хотя поводов было достаточно.

— И что же это за дела? — недоверчиво поинтересовался отец.

— Не важно, — сказал, как отрезал.

Отец понял намек. Расслабился и перестал смотреть на меня, как на врага.

— Надеюсь, ты не будешь затягивать с этим делом!

— Не переживай, это и в моих интересах, — успокоил его.

Отец кивнул и, бросив на Тэннора полный обожания взгляд, покинул комнату. Выдохнув, присел рядом с кроваткой. Я подозревал, что если оставить сына на воспитание отцу, он сделает из него такого же бездушного монстра. Этого нельзя допустить. Да и не хотелось надолго оставлять сына. Единственное, что мне было необходимо — найти ему заботливую самку, которая бы выполняла роль матери. Откуда мне было знать, что он своей силой начнет отталкивать их?

Вновь тяжело вздохнув, попытался придумать, с кем оставить сына, пока буду разбираться с его матерью. На отца не рассчитывал, хотя прекрасно знал, что он будет счастлив помочь. Не найдя ничего лучше, вышел из комнаты. Брать Тэннора с собой я не мог. Незачем таскать его по городу, кишащему людьми. У меня не было уверенности, что учуяв людской запах, сын останется к нему равнодушным, и не попытается обратиться в ликана. Ни смотря на то, что он может сам контролировать обращение, запах людей может сбить его с толку.

Выйдя на улицу, пошел в дом Лины. Как не крути, она единственная, кто продержалась несколько дней и не выбежала с криком: «С меня довольно, разбирайся сам!» Да, из сына вырастит сильный ликан. Ему не будет равных, как и мне сейчас. Из груди раздался утробный рык, вновь напоминая, что уже есть равный по силе противник. Вот только противник ли он мне?

Добравшись до дома, открыл дверь и вошел. Втянув в себя воздух, безошибочно определил, где сейчас Лина. Сын тоже стал принюхиваться, ощущая новые запахи. Улыбнувшись, я отправился в спальню.

Открыв дверь, увидел Лину, сидящей на кровати, подтянув к себе колени и опустив на них голову. Ощущал ли я себя сейчас подонком, который довел девушку до такого состояния? Сомневаюсь. У меня нет даже капли сожаления. Она сама прекрасно знала, на что соглашалась. Тем более знала, кто я, и что из себя представляю. Глупо было верить, что я смогу полюбить кого-то. Исключением был лишь мой сын. Но и здесь не мог с точностью сказать, является ли испытываемое к нему чувство любовью. Связь, привязанность, забота — это я мог безошибочно определить. Но можно ли объединить это все в одно слово?

Лина неуверенно подняла на меня заплаканные глаза. Тут же в них отразились различные эмоции, но преобладавшее в них удивление заметно доминировало. Она напряглась и ждала чего-то от меня.

— Дерок? — Лина встрепенулась, вытерла слезы и призывно улыбнулась.

От ее улыбки я не почувствовал никаких эмоций. Словно и нет предо мной никого. А зверь метался, желая побыстрее покинуть этот дом и отправиться за той, которую уже всецело считал своей. Отодвинув желания зверя, попытался сконцентрироваться на Лине.

— Мне нужно, чтобы ты посидела с моим сыном несколько часов, — безразлично сказал я и подошел ближе, чтобы отдать Тэннора.

Она широко распахнула глаза от удивления и поджала губы. Криво улыбнувшись, догадался, что не такой ответ она ждала. «Ну ни дура ли»? — подумал я, решив, что говорить ей об этом пока рановато. Но после обязательно раскрою ей эту великую тайну.

— Это все, что ты хочешь мне сказать? — сложив руки на груди, раздраженно спросила она.

Мне не понравился ее тон. И если бы сейчас на моих руках не было сына, клянусь, эта стерва получила бы свое! Но сейчас оставалось лишь бросать на нее гневные взгляды, изредка поглядывая на сына. Я переживал, что он испугается и начнет плакать.

— Идиотка, подбирай тон при разговоре со мной! — зло прошипел я. — Тебе чертовски повезло, что у меня на руках сын! — намекнул я.

— Но, Дерок, я не понимаю, ведь нам было так хорошо и вдруг все ломается в один миг, — пуская скупую слезу, она попыталась надавить на жалость.

Откровенно говоря, меня уже напрягал сегодняшний день. Сначала отец со своими нравоучениями, теперь Лина пытается вынести мозг. Я даже боялся загадывать, какую истерику устроит Ника…

— Ты прекрасно знала, к кому прыгала в койку! И на что рассчитывала? Ведь я лишь использовал тебя в своих целях, а ты, идиотка, раскатала губу! Так я могу губозакаточную машинку подарить! — я откровенно усмехнулся.

— Ты… — начала она, но тут же осеклась.

— Что «я»?

— Убирайся из моего дома! — она подорвалась с кровати и со злостью швырнула в меня подушку.

Увернувшись, гневно зарычал на нее и быстро покинул дом. Да, наивно было полагать, что после случившегося она захочет помогать. Ну, ничего. С ней я разберусь позже. Безнаказанным у меня еще никто не оставался, и она не исключение.

Теперь у меня был лишь один вариант. И как бы я не противился ему, другого выхода нет. Быстро достигнув дома отца, вошел и направился прямиком в кабинет. Отец вел разъяснительные беседы с несколькими ликанами. Не обращая на них внимания, бесцеремонно открыл дверь и сунул сына ему в руки.

— Посидишь с внуком несколько часов, у меня дела, — сказал я и, не дожидаясь ответа или протеста со стороны Альфы, быстро покинул кабинет.

— Свободны! — донесся до моих ушей приказ отца.

Что ж, теперь я не переживал за сына. Не думаю, что отец успеет внушить ему что-то, пока меня не будет. Для этого нужно как минимум несколько лет. Вернувшись к своему дому, сел в машину. Тяжело вздохнув, вставил ключ в зажигание и завел двигатель. Тачкой я пользовался лишь изредка, предпочитая передвигаться на своих двоих в ипостаси ликана. Увы, сейчас не тот случай.

Вырулив из стаи, помчался в город, желая как можно быстрее решить вопрос с Никой. Интересно, как она отреагирует на мое заявление? Ведь я не собираюсь давать ей даже малейшего шанса отказаться. Сейчас для меня важно только мнение сына. И если он хочет вернуть мать, я сделаю это ради него. Зверь заскулил, возражая моим словам. В ушах звенело: «Моя!» Рыкнув, попытался абстрагироваться от его мыслей и желаний. Выходило плохо. Зверь все время выл, напоминая о том, что она все равно будет в его власти. Только его.

Вновь попытавшись отвлечься, сосредоточился на дороге. Но мысли все время подкидывали образ Ники. Каждый раз, когда я видел ее лицо перед глазами, сердце предательски пускалось в пляс, а губы, против воли, растягивались в довольной улыбке. Ладони покалывало от острого желания прикоснуться к нежной молочной коже, приласкать… Черт! Эта женщина стала для меня настоящим наваждением! С тех пор, как я отвез ее домой, больше не мог взять ни одну девицу. Все время казалось, что я предаю ту единственную…

Ничего не помогало. Даже алкоголь не мог затуманить мой мозг настолько, чтобы выкинуть Нику из головы. Я не хотел о ней думать. Так же как и возвращать в свою жизнь. Это она все разрушила! Если бы я только знал, что в ту роковую ночь стоило пройти мимо, так и сделал бы! Но теперь уже нет смысла жалеть о содеянном.

Размышляя о своих глупых поступках, доехал до нужного дома. Просидев в машине еще некоторое время, вышел. Резкий порыв ветра донес до меня миллион запахов. Все они были не те. Войдя в подъезд, уловил еле различимый среди иных запахов тот единственный, который манил к себе. Его было трудно разобрать, но зверь точно знал — он принадлежит ей. Следуя за запахом, поднялся на третий этаж и уперся в деревянную дверь. Не было сомнений, что Ника живет именно здесь. Нажав на звонок, стал ждать. Зверь был в предвкушении увидеть его женщину, но мне были безразличны его желания.

— А вы к кому? — вывел меня из раздумий женский голос.

Зверь взревел, понимая, что это не та. Нахмурившись, принюхался. В квартире был запах Ники, это точно. Наконец, я перевел взгляд на девушку, стоящую в проеме. Да, такой похотливый сверкающий взгляд я уже давно не видел. Девица с жадностью рассматривала меня, едва не пуская слюни. Поежившись от пристального внимания, потеснил ее и бесцеремонно вошел в квартиру.

До меня донесся звук закрываемой двери. Желая выяснить, где Ника, развернулся и посмотрел на девицу. Она бросала на меня кокетливые взгляды, которые я проигнорировал.

— Где Ника? — как можно вежливее попытался спросить ее. Но в моем голосе все же проскочили рычащие нотки.

— Ника? — удивленно спросила девушка, и замолчала на несколько секунд. — Так вам нужна Ника?

В голосе девушки явственно ощущалась откровенная зависть. Идиотка! Знала бы, чему завидует.

— Именно. Где она?

— Не знаю, — сложив руки на груди, сказала та безразлично.

Тихо рыкнув, начал медленно к ней приближаться. Девушка, видимо, расценила это по-своему, и шла мне на встречу, призывно покачивая бедрами. Не спорю, фигура у нее отличная: тонкая талия, ноги от ушей, грудь стояла мячиками в ее топике с огромным декольте. Мордашка кукольная, одета броско и по минимуму. По крайней мере, сейчас. Но меня не интересовала она, как женщина. Зверь требовал вернуть ему Нику. Странным образом мне сейчас хотелось того же.

Тем временем, девушка уже подошла ко мне. Проведя длинным ногтем от шеи до ремня брюк, томно выдохнула прям возле моих губ. Моего терпения хватило ровно на секунду.

Схватив девушку под локоть, встряхнул и резко выпустил. Она пискнула и нервно потерла руку.

— Не играй с огнем! — рыча, предупредил ее.

— Чем же она лучше меня? — выкрикнув слова, она капризно топнула ногой.

Мне хотелось громко и заливисто рассмеяться. Но я сдержал этот порыв.

— Тебе завидно? — ехидно поинтересовался у девушки и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Где Ника?

— Я же сказала, не знаю! — воскликнула она и демонстративно отвернулась.

Развернувшись, ушел из комнаты, безошибочно найдя ту, которая принадлежит другой девушке. Не знаю, что я пытался найти, но здесь не было Ники. Зверь рычал, требуя отыскать и привести ее домой.

Я вновь вошел в комнату, где сейчас находилась рассерженная девушка. Быстро достигнув ее, схватил за горло и сквозь пелену ярости зарычал. Во взгляде незнакомки больше не было ни капли похоти, лишь дикий страх. Этот запах окутывал комнату, дразня мой нюх.

— Еще раз спрашиваю, где Ника? — еле сдерживаясь, чтобы ни выпустить зверя, зарычал я.

Девушка попыталась сглотнуть, но захват на шее не позволял этого. Из ее глаз тут же брызнули слезы. Она открыла рот и что-то попыталась сказать. Расслабив хватку, дал ей возможность говорить.

— Я… не знаю… — запинаясь, жалостливо простонала девушка.

— Лучше отвечай, иначе очень сильно пожалеешь, — сказал я и вновь сдавил горло, подтверждая слова.

Через несколько минут, когда из ее глаз градом катились слезы, а лицо приобрело багровый оттенок, убрал руку с горла. Девушка закашлялась и упала предо мною на колени, уткнувшись рукой в ковер. Другой рукой она схватилась за горло и пыталась отдышаться. Я брезгливо взирал на нее, ожидая правдивого ответа. В противном случае, моего зверя уже ничего не остановит.

— Я жду, — спустя несколько минут вновь напомнил ей о себе.

Она подняла на меня полный отчаяния и страха взгляд. Все ее тело содрогалось от пережитых ранее эмоций. Наплевав на совесть, которой и так у меня нет, продолжал смотреть на девушку в ожидании ответа.

— Ее не будет еще… — она вновь закашлялась. — Она уехала и лишь предупредила, что вернется в конце недели, — вымученно закончила девушка.

Склонившись над ней, собрал блондинистые волосы в кулак и потянул на себя.

— Запомни, если ты мне соврала, все, что происходило сегодня, покажется для тебя лишь невинной игрой, — смотря на нее гневным взглядом, поставил в известность.

Девушка смогла лишь кивнуть.

— Отлично, я вернусь в конце недели. Молись всем известным и неизвестным богам, чтобы она была здесь, поняла? — с нотками стали в голосе сказал я.

Она вновь кивнула, но меня не устраивал такой ответ.

— Не слышу!

— Да, — жалостно пискнула она.

Выпустив волосы из захвата, покинул квартиру. Уже стоя возле машины, дал волю эмоциям. Громко стукнув кулаком по капоту, обратил внимания, что на нем осталась приличная вмятина. Во мне кипела злость вперемешку с ревностью. Почему-то, казалось, что Ника находится у блохастой кошки. Конечно, с уверенностью я не мог это сказать, но меня не покидало странное ощущение. Да и зверь продолжал намекать, что та девушка соврала.

Я не мог совладать со своим зверем. Он тянул меня обратно, требуя как следует вытрясти правду из девушки. Но я желал лишь одного — поскорее вернуться домой, и завалиться спать. С самого утра день начался паршиво. Глупо было надеяться, что закончиться он нормально.

Сев в машину, завел двигатель и резко тронулся с места. Бросив мимолетный взгляд в зеркало заднего вида, увидел, что на асфальте остались следы от шин. Когда я достиг трассы, утопил педаль газа в пол, и на огромной скорости помчался в стаю.

Ничего, до конца недели осталось два дня, и тогда я точно верну Нику домой. Плевать на пуму, плевать на мнение самой Ники, я делаю все это ради сына. И все, кто встанет на моем пути, очень сильно пожалеют.

С такими мыслями я вернулся в стаю. Забрав сына у отца, ушел домой. Тэннор, чувствуя мою злость, пытался окутать меня своей энергией. Через несколько минут я полностью успокоился и уже был уверен в своих поступках. Ника не откажется от такого предложения. Это я точно знаю. За две недели она не могла разлюбить сына. Но, даже если и смогла, придется заставить ее вновь вернуть это чувство.

— Не волнуйся, скоро ты ее вновь увидишь! — уверенно сказал сыну, баюкая его в колыбели своих рук.

Доминика

С тех пор, как я попала в больницу, изменилось немногое. Я бы даже сказала, почти ничего. Временами на меня находила апатия. Я просто лежала и ничего не делала. Время будто прекратило свое существование. Разговоры психолога проходили мимо сознания. До сих пор я не пожалела о своем поступке. А ему нужно было добиться от меня положительного результата. И хоть умом понимала, что чем раньше начну с ним сотрудничать, тем скорее меня выпишут, но ничего к этому не располагало.

Каждый день я жила в надежде, что ко мне придет Лена. Я не многое осознала, находясь здесь, но одно знала точно — мне хотелось нормально извиниться перед подругой. Ведь у меня нет никого дороже. Почему-то именно сейчас не хватало ее звонкого смеха, дурацких шуток или хотя бы того, как она будет жаловаться на Толика. До сих пор не понимаю, почему они не расстались? Ясно ведь, Толик слишком мягкотелый для Лены. Ей бы подошел такой, как Дерок…

Резкая боль пронзила в самое сердце. Из глаз брызнули слезы, оставляя обжигающую мокрую дорожку на щеках. До сих пор я надеялась, что у него хватит мудрости вернуть меня. Пускай не ради большой и светлой любви. Больше я не была так наивна. Нет… Хотя бы ради сына! Я ждала. Каждый день. Но ничего не происходило. День сменялся ночью. А у меня все перемешалось в кучу. Даже ночью, услышав скрип половиц, резко подскакивала и выбегала в коридор, в надежде увидеть там Дерока.

Какой же я была идиоткой. Он не придет. А даже если и придет домой, где гарантия, что после он захочет прийти в больницу? Поспособствовать моей выписке?

Застонав, перевернулась на бок и тяжело вздохнула. За окном царила ночь. Все уже спали. Из коридора доносились лишь тяжелые удары секундной стрелки. Вот уж точно, что время потеряло для меня смысл. Я могла не спать всю ночь, а потом уснуть, наплевав на процедуры и посещение психолога. И я знала, к чему это ведет. Раны уже затягиваются, период реабилитации прошел. Теперь прямая дорога в психушку.

Ухмыльнувшись, закрыла глаза. Слезы высохли на щеках, и больше плакать не хотелось. Все же меня клонило в сон. Царство Морфея уже протянуло ко мне свои руки и я, расслабившись, поддалась.

Я шла длинным коридором. Вокруг было темно. Но интуитивно я знала, куда мне идти. Подойдя к нужной двери, повернула ручку и тихонько вошла в комнату. Здесь, как и в коридоре, царила непроглядная темнота. Безошибочно я ступала по скрипучему полу. Каждый скрип отдался по всему телу, словно разряд тока. Но я покорно шла, уверенная в том, что меня ждут. Достигнув середины комнаты, резко остановилась, упершись во что-то.

Руками начала прощупывать неизвестный предмет мебели. Когда мои пальцы нащупали множество вертикальных палок в ряд, удивленно ахнула. Предо мною стояла детская кроватка. Сердце ускорило ритм, в ушах зашумело, а ладони сами тянулись в колыбель, желая взять младенца.

Внезапно, зрение стало различать силуэты в темноте. Я не могла сказать, что прекрасно вижу окружающую меня обстановку, но младенца видела четко. Затаив дыхание, уверенней опустила руки и хотела взять его. Он потянул ко мне ручки. Хотелось расплакаться от эмоций. Не знаю как, но всем сердцем, всем своим существом я ощущала, что это мой сын. Взяв его на руки, не выдержала и заплакала. Ладони покалывало, сердце стучало набатом, от нахлынувших разом чувств. Душа пела, ощущая такой родной комочек возле груди.

— Маленький мой… — тихо, словно боясь спугнуть этот момент, прошептала сиплым голосом.

Малыш заворочался и посмотрел на меня. У меня перехватило дыхание от пристального взгляда его темных глаз. Они словно смотрели прямо в душу, нещадно выискивая в ней что-то. Прижав ребенка еще крепче, поцеловала маленькую ручку.

— Вернись к нам! — детский умоляющий голос эхом пронесся по всей комнате, нещадно вбиваясь в мой мозг.

Я не могла понять, кто со мной говорит и почему просит вернуться. Но это было невозможно…

— Кто ты? — неуверенно спросила, поглядывая на сына, будто была уверенна, что это он со мной говорил.

— Мамочка, ты нужна мне! — голос ребенка вновь раздался эхом по комнате, окутывая меня, согревая душу.

— Я бы с радостью но…

— Он придет, просто подожди, — перебив меня, продолжил умолять.

Но этого не нужно было делать. Вся моя дальнейшая жизнь только ради него. И если есть хоть малейший шанс вернуть сына, я буду цепляться за него до последнего.

— Я дождусь! — уверенно сказала ему и тут же крепче прижала к себе ребенка, ощущая, как меня кто-то теребит за плечо.

Нет! Не хочу! Пожалуйста…

Открыв глаза, застонала от потери тепла. Не обращая внимания на того, кто так бесцеремонно разбудил меня, не дав как следует насладиться минутами счастья с сыном, подняла руки и пристально рассматривала их. Буквально секунду назад они держали крохотный комочек… А теперь его снова нет.

— Доминика! — резкий, раздражающий голос врача ворвался в мои воспоминания.

Опустив руки, повернулась лицом и внимательно посмотрела на него.

— Вы меня слушаете? Или снова витаете в облаках? — пожурил он.

— Простите, просто сон был такой… — я замолчала, пытаясь подобрать нужные слова. — Сказочный, волшебный… — мечтательно продолжила, не желая вдаваться в подробности.

На моем лице в первый раз за долгое время заиграла лучезарная улыбка, способная вызвать солнышко в самую непроглядную погоду.

— Вот как… — врач удивленно хмыкнул и пытался разобраться в моем поведении.

— Да! — довольно подтвердила, не прекращая улыбаться.

— Это просто замечательно! — радостно воскликнул он и поспешил удалиться из палаты.

Куда, зачем, была ли разница? Я чувствовала себя самой счастливой на земле! А главное, у меня появился реальный шанс вновь обрести сына, не во сне, а наяву! Через несколько минут в палату вошел врач, а за ним еще один мужчина. По знакомым очертаниям я узнала в нем психолога.

— Вот, сам полюбуйся! — довольно воскликнул врач.

Они еще долго рассматривали меня, о чем-то переговаривались, но я не вникала в их разговоры. Все мои мысли были только о сыне. Как скоро я вновь смогу его увидеть? Почему-то не хотелось верить в то, что это был лишь сон, и все сказанные слова только плод моего воображения.

— Доминика, — я вновь взглянула на врачей, — я очень рад видеть такие положительные изменения в вашем поведении, — начал психолог. — Естественно, до полного психологического выздоровления вам еще далеко, но я готов идти на уступки и выписать вас уже сегодня.

Довольно взвизгнув, словно маленькая девочка, получившая конфету, бросилась к нему и обняла за шею.

— Спасибо вам! — пустив слезу, довольно воскликнула я.

— Ну-ну! — похлопав меня по спине, пытался успокоить. — Не знаю, что заставило вас вновь вернуться к жизни, но я искренне надеюсь, вы не подведете меня, — уже более строже добавил он.

— Не подведу! — твердо заверила его.

— Ну, что же, дальше вы справитесь без меня, — он пожал руку врачу и покинул палату.

— Можешь собираться. Я буду готовить выписку.

Когда за врачом закрылась дверь, на радостях бросилась за телефоном. Набирая знакомые цифры, стала ждать. Лена не брала трубку. Огорчившись, сбросила вызов и принялась собирать вещи.

Через двадцать минут вошел врач и, отдав мне выписку, пожелав удачи и не делать опрометчивых поступков, распрощался. Домой я летела на крыльях счастья, не обращая внимания на ужасную погоду и сильный ветер. Наверно, в глубине души надеялась услышать от Лены, что ко мне приходили… Сердце пропускало несколько ударов, когда я вновь и вновь вспоминала сына. Как же мне хотелось побыстрее вернуться в стаю. Плевать на Дерока, на ликан, сын — это единственное, ради чего я согласна там жить.

Стоя у дверей, уверенно потянулась рукой и нажала на звонок. Двери долго никто не открывал, и я уже успела огорчиться. Если Лены нет дома, это может быть надолго. Внезапно открылась дверь, и я удивленно посмотрела на подругу. Она стояла в красном кружевном белье, которое больше открывало, нежели закрывало. Халат, накинутый поверх, был прозрачный и распахнутый. Волосы накручены в локоны, которые игриво спадали на плечи. Она нанесла слишком броский макияж, чем на один короткий миг напомнила мне девушку легкого поведения.

— А… это ты… — пренебрежительно бросила она слова и быстро скрылась в своей комнате, оставив меня с широко раскрытым ртом у двери.

Я не узнала в этот момент подругу. Что это с ней? Могло создаться впечатление, словно она ждала кого-то. Ну, явно не меня… Толика? Сомнительно. Для него она так никогда не старалась. Внезапно всплыла догадка. Быстро закрыв двери, пошла за подругой.

Лена возлежала на своем королевском ложе и игриво наматывала локон на палец. Ее мечтательный взгляд был устремлен в стену. Мне не хотелось верить в свои догадки, но узнать о них необходимо.

— Лен? — мой неуверенный голос слегка дрогнул.

Подруга, тихо пробормотав что-то себе под нос, приподнялась и внимательно посмотрела на меня.

— Что? — раздраженность в ее голосе поразила меня.

— Скажи, пока я была в больнице, кто-то приходил? — неуверенность так и сквозила в моем голосе.

— Да, — безразлично ответила она.

Затаив дыхание, ожидала, когда подруга продолжит. Неужели Дерок? Пусть это будет он…

— Сантехник приходил… — сделав задумчивое лицо, стала она перечислять. — Баба Валя за солью приходила, еще вчера Толик забегал, — ледяной тон, которым она говорила, могла позавидовать даже снежная королева.

Вот только это не то, чего я ожидала.

— А ко мне приходил кто-то? — уточнила я.

— К тебе? — сильно удивившись, она вперила в меня пронзительный взгляд. — Да кому ты нужна… — выплюнула слова подруга и вновь легла.

Я не стала с ней ругаться, а просто вышла из комнаты. Из глаз вновь потекли предательские слезы. Почему? За что она так со мной? Разве ко мне не может никто прийти? Что-то было не так с Леной. Мне во что бы то ни стало нужно узнать правду. И я была уверенна почти на семьдесят процентов, что ко мне приходили. Оставалось два варианта: либо это Дерок, либо Рон. Конечно, в последнее верилось с трудом, но как вариант, все возможно.

Я зашла к себе в спальню и не знала, что делать дальше. Подождать-то я подожду, вопрос в том, сколько ждать? Мне в любом случае нужно было продолжать жить дальше. Хватит хандрить. Надо что-то делать. И если через неделю моя жизнь не изменится, сама буду искать встречи с Дероком. Неважно как, главное иметь цель!

Взяв все грязные вещи, поплелась в ванную. Загрузив белье в стирку, выпрямилась и мельком взглянула на себя в зеркало. Отражение откровенно разочаровало. Я и до этого не могла похвастаться смуглой кожей, а сейчас и вовсе выглядела бледной. Я понимала, что нужно время на полное восстановление, но хорошо выглядеть хотелось уже сейчас.

Прогнав из головы дурные мысли, вышла из ванной. Лена уже оделась в джинсы и кофту, сейчас стояла у окна на кухне. Мне отчаянно захотелось подойти и пожалеть ее. Вдруг у нее проблемы, и поэтому она так себя ведет? Медленно и неуверенно я шагнула в ее сторону. Лена резко обернулась и вонзилась в меня тяжелым взглядом, который прошелся по мне сверху вниз, словно оценивая. Когда она вновь посмотрела мне в глаза, скривилась, но тут же добродушно улыбнулась. Такое поведение сбило с толку. Я даже забыла, что хотела сделать минуту назад. Сейчас я не узнавала подругу. В ней точно что-то изменилось, пока меня не было.

В том, что Лена стала относиться ко мне подобный образом, несомненно, винила себя. Ведь я не знаю, что могла испытать подруга, увидев меня в ванной… Не знаю, как бы я себя вела на ее месте. Наверно тоже обижалась. Но сейчас я готова была идти на примирение.

— Лен, — слова давали с трудом, но я попыталась собраться с мыслями. — Я понимаю, что никакие извинения не помогут, но мне действительно очень жаль. Даже боюсь предположить, что ты пережила… — голос дрогнул, и я решилась заглянуть подруге в глаза.

Что-то промелькнуло в ее взгляде, но я не смогла этого понять. Подруга долго не решалась заговорить. А я, затаив дыхание, ждала ответ. Лена присела за стол и жестом предложила мне присоединиться. Когда я уселась, она пристально посмотрела на меня. От ее холодного взгляда хотелось поежиться и окутать себя руками.

— Почему ты не рассказывала мне, как жила? — неожиданный вопрос застал меня врасплох. — Почему вернулась? Почему не сделала аборт? Ты встретила отца ребенка, и он захотел оставить его? — быстро тараторила вопросы подруга.

Я даже растерялась от их количества. Да и что я могу ей рассказать? Не врать же… Надеясь уйти от ответов, встала из-за стола.

— Ты будешь чай? — невозмутимо спросила я.

— Вот видишь! — эмоционально выкрикнула подруга. — Если ты не хочешь со мной поделиться, какие мы тогда к черту подруги? — всплеснув руками, продолжила она.

Я понимала ее намек. Тяжело вздохнув, присела обратно на стул. Ведь я могу рассказать все, лишь упуская факт существования оборотней… А так со стороны все довольно обычно смотрится.

— Ну, в общем да, я встретила отца ребенка. И мы некоторое время жили с ним. А когда я потеряла малыша, решила уйти от него, — придав голосу уверенности, сказала ей.

— А где вы встретились? Почему ушла? Ну, Ника! — капризно надув губки, упрекнула меня подруга. — Почему я должна все клещами из тебя вытаскивать?!

Прекрасно зная, что подруга просто так не отвяжется, прикидывала в уме, что можно рассказать.

— А тот парень, что представился твоим женихом… — вновь спросила Лена.

— Мы с ним встречались некоторое время, а он, видимо, решил, что пора приступать к активным действиям, — улыбнувшись, начала я рассказ. — Так уж вышло, что после изнасилования решила порвать с ним, но он не сдался. А когда узнал о ребенке, то и вовсе предложил мне выйти за него замуж. Естественно, я была польщена и приняла его предложение… — переведя дыхание, замолчала на миг. — А потом, сама не знаю, как так вышло, в городе я столкнулась с Дероком и…

— Это такой высокий, темноволосый, накаченный… — Лена осеклась и испуганно посмотрела на меня. — Ой, — хитро улыбнувшись, она прикрыла рот кончиками пальцев.

Естественно, под ее описание могло попасть полгорода, но почему-то у меня не было сомнений, о ком она говорит. Лена взирала на меня с победной улыбкой. Я не понимала ее поведения.

— Значит, он приходил? — сложив руки на груди, спросила ровным тоном.

— Ах, прости, — сделав притворный вздох, начала она. — Само с губ слетело, — несколько раз легонько ударив пальцами по губам, словно наказывая себя, добавила подруга. — И, вообще, он очень просил не говорить тебе.

Теперь я уже точно ничего не могла понять. Какой смысл в том, чтобы не сообщать о его приходе? Или он хотел застать меня врасплох? Ничего не понимаю. Мозг лихорадочно перебирал всевозможные варианты развития событий.

— Знаешь, он не твоего поля ягодка… — тон Лены вмиг стал холоднее Арктического льда.

— И что? — вскинув удивленно правую бровь, поинтересовалась я.

— А то! — раздраженно вскрикнула подруга, хлопая ладонью по столу. — Ты дура или прикидываешься? — она была раздражена до предела.

Подорвавшись со стула, Лена нервно расхаживала из угла в угол, шипя под нос проклятия.

— Да, что с тобой? — не выдержав, удивленно спросила ее.

— Ну и дура же ты, Ника! Что, сложить два и две не можешь? — подлетев ко мне, Лена высказала свое мнение в лицо.

Такого поведения я никак не ожидала. Ведь столько лет дружим, и тут вдруг такие перемены. Неужели из-за Дерока? Охнув от догадки, испуганно посмотрела на подругу.

— Он что-то сделал тебе?

— Сделал? — удивленно спросила она. — Да, сделал! Такого секса у меня давно не было! — победно добавила она, смотря прямо мне в глаза.

После ее слов внутренности болезненно сжались, когда представляла, как Дерок мог издеваться над подругой. Но ее довольный блеск в глазах опровергал подозрения. Неужели он способен на что-то, кроме насилия?

— Выходит, сегодняшний наряд был для него?

— Неужели до тебя дошло! Слава Богам! — подняв руки к потолку, проговорила она.

Ее слова, как звонкая пощечина, отрезвили меня. На глазах заблестели слезы, отчего Лена пришла в дикий восторг. Такого блеска в ее глазах я не видела. Она взирала на меня, вскинув подбородок.

— Лен, поверь, он не принесет тебе счастья! — уверенно начала убеждать подругу, — Не важно, что там между вами произошло, я уверенна, для него ты была очередной игрушкой!

Лена фыркнула и отмахнулась от моих слов.

— А ты, стало быть, не была игрушкой? — сквозившее в ее голосе презрение ощутимо кольнуло прямо в сердце.

— И я была игрушкой… #286540082 / 01-янв-2016 — вновь перед глазами всплыл образ сына. — До сих пор ею являюсь… — уже тише добавила.

Но подруга услышала. Не знаю, о чем она подумала, но хищное выражение ее лица не на шутку испугало меня. Казалось, что она вышла на охоту. Ничего не могло помешать ей добиться цели, даже если придется идти по головам.

— Лен, ты даже не понимаешь, с кем имеешь дело… — с ужасом сказала ей. — Опомнись! Не нужен он тебе, поверь! За те полгода, что я с ним прожила, узнала достаточно…

— И что же это? — заинтересовалась она.

— Эти факты не приятны. И я не могу о них говорить, прости…

— Ты врешь! Сама хочешь его вернуть, поэтому так говоришь. Но я тебя насквозь вижу… Лживая тварь! — выплюнув слова, она покинула кухню.

И снова Дерок. Вначале отобрал у меня сына, а теперь и подругу. Мне уже казалось, что он намеренно отравляет мою жизнь. Почему? Что я такого сделала? Слезы капали на руки, обвязанные бинтами. Больше я не надеялась на возвращение к сыну. Но если Дерок все же придет, хотя бы к Лене, я могу попытаться убедить его. Буду позориться, ползать у него в ногах, плакать, умолять, но этот шанс ни за что не упущу!

Вернувшись в комнату, легла в кровать, не раздеваясь, укрыла себя одеялом и закрыла глаза. Тут же предо мною возник образ сына.

— Я вернусь! Обещаю! — сказала в пустоту, представляя, что говорю с малышом.

Доминика

Проснувшись утром, чувствовала себя намного бодрее, чем вчера. Потянувшись, зевнула и встала с кровати. Я ощущала прилив сил и бодрости. Казалось, ничего не может испортить мне настроение. Даже несмотря на вчерашнюю ссору с Леной, я не могла до конца ее винить. Мне и в голову не могло прийти, что Дерок захочет заводить какие-то отношения. Или, все же, это было сделано мне назло? Но какой в этом смысл? Он давно уже должен был забыть меня, как кошмарный сон.

Нет, в этой ситуации было что-то не так. Одевшись, вышла из комнаты. Зайдя на кухню, прислонилась к косяку и внимательно следила за Леной. Поведение выдавало подругу. Она заметно нервничала. Все время роняла продукты, ложку, разлила воду. Когда ей удалось сделать себе чай с бутербродами, она взяла чашку и развернулась ко мне. Лена дернулась, словно увидела приведение и в тот же миг чашка выпала у нее из рук. Подруга зашипела и кинулась из кухни. Скорее всего, чай обжог ей кожу.

Переживая за нее, я направилась следом. Но она успела скрыться в ванне и закрыть дверь. Пришлось постучать.

— Уходи! — вырвалось гневное шипение с той стороны двери.

— Лен, ты как? — обеспокоенно спросила ее.

— Тебе какая разница? — рявкнула она.

Через секунду послышался шум воды. Тяжело вздохнув, вернулась на кухню. Достав из шкафа аптечку, пыталась отыскать средство от ожогов. Найдя тюбик, увидела дату и тихо чертыхнулась. Оно было просрочено. Выбросив тюбик, пошла в комнату. Лена так и сидела в ванной, не желая выходить.

Потеплее одевшись, я взяла деньги и вышла из квартиры. Пока шла, все время думала о поведении Лены. Она была рассеянная, все время витая в своих мыслях. На сердце защемило, когда я представляла, что на самом деле нужно Дероку от нее. На миг в голову закрались мысли, что Лена соврала про их совместную ночь. Но тут же отмела бредовые мысли. Она никогда мне не врала. Так зачем же начинать сейчас?

От меня все время ускользала истина. Ответ маячил где-то рядом, но до него невозможно было дотянуться. Пока я размышляла, уже дошла до аптеки. Купив пантенол, быстро направилась домой.

Зайдя в квартиру, направилась в комнату Лены. Открыв дверь, увидела подругу, сидящую на кровати. Она тихо всхлипывала и дула на ноги.

— Чего тебе? — всхлипнула она.

— Вот, — я протянула флакон пантенола. — Старый был просроченный, — добавила, когда подруга с вымученным выражением лица выхватила из моих рук средство против ожогов.

Она распрыскала на ожоги пену и блаженно застонала.

— Что с тобой сегодня? — решила все же поинтересоваться.

— Я не понимаю, какая тебе разница? — вытерев слезы, спросила она, взирая на меня холодным взглядом.

— Я ведь переживаю… — неуверенно ответила, словно и сама сомневалась в своих словах.

— Переживаешь? — она истерически рассмеялась. — За себя лучше переживай! — успокоившись, добавила Лена.

— Ты что-то знаешь? — ее слова прозвучали для меня двусмысленно.

На миг показалось, что Лена знала все о моем пребывании в стае ликан. Но это было абсурдом. Хотя, если представить, что Дерок и впрямь заинтересовался моей подругой, то запросто мог ей рассказать, кем является на самом деле.

— Держись подальше от Дерока, он мой! — гордо вскинув подбородок, сказала она с долей превосходства. — Что ты можешь ему предложить? — продолжала она говорить, — Ты же уродина! Всегда ею была.

Слова Лены больно ударили по женскому самолюбию. Да, я прекрасно знала, что не обладаю кукольной красотой. Тем не менее, и уродиной себя не считала. Зато у меня доброе сердце и огромная душа. Я всегда стремилась помогать людям, не зависимо от того, знала их или нет.

— Ты думаешь, люди любят лишь за красивую оболочку? — спросила, хотя и так прекрасно знала ее ответ.

— Да кого сейчас интересует внутренний мир? — фыркнула она. — Сейчас всех интересует либо толстый кошелек, либо смазливое личико, — победно добавила она, намекая, что я не имею ни того, ни другого.

— Зачем ты так? — расстроено спросила ее.

— Ой, я тебя умоляю! Сними, наконец, розовые очки и посмотри правде в глаза, — морщась от нового приступа боли, прошипела она.

Дальше мне не хотелось слушать бредовый разговор. Я ушла из комнаты, пока предательские слезы не скатились с глаз, хотела уже выбежать на улицу. Но в последний момент что-то дернуло меня остаться. Зайдя к себе в комнату, устало повалилась на кровать и старалась часто моргать, сдерживая слезы. На душе больно скребли кошки, словно насмехаясь надо мной. Я не понимала, за что Лена так со мной? Сколько помню, она всегда защищала меня, успокаивала, я считала ее сестрой… И вдруг такие перемены.

Открылась дверь, и в комнату вошла подруга. Все та же победная улыбка и вздернутый подбородок говорили о том, что она пришла меня добить.

— Что, вновь закрылась в панцире и оплакиваешь горькими слезами свою нелепую жизнь? — ее слова были пропитаны ядом.

Сердце болезненно сжалось, когда я поняла, что теперь нашей дружбе окончательно пришел конец.

— Ты всегда так делала, как только появлялись хоть малейшие трудности! — продолжала свой монолог.

Почему-то не хотелось ей отвечать, да и был ли смысл? Она в ответ еще больнее ужалит. А меньшее, чего мне сейчас хотелось, плакать при ней.

— И вместо того, чтобы проанализировать и стать более сильной, ты вечно пряталась в ракушку, предпочитая плакать.

— Зачем же ты со мной, в таком случае, дружила столько лет? — голос дрожал, поскольку мне было страшно услышать ответ.

Лена пронзительно взглянула мне в глаза и послала ехидную улыбку.

— Зачем? — хмыкнула она. — А я тебе расскажу, зачем. Изначально, мне было любопытно дружить с кем-то таким правильным и занудным, как ты. Потом даже жаль стало, что все на тебе ездили, как хотели, а ты и отказать им не могла… идиотка! — на миг замолчав, Лена задумалась. — Конечно, иногда мне казалось, что наша дружба идеальна. Ведь только ты принимала мою стервозную натуру, закрывая на нее глаза. Но потом я поняла, что ты настолько глупа, что даже не поняла этого! — добавила она и звонко рассмеялась. — Ну и умора…

Слова так легко слетали с ее губ, что во мне все обрывалось от каждой произнесенной буквы. Казалось, они отравляют комнату, и я начинаю задыхаться. Было очень тяжело дышать. Сердце билось все быстрее, больно покалывая в груди. В какой-то момент я не выдержала и зажала уши руками, не желая дальше слушать.

— А дальше было вообще все гениально просто, ты работала, платила за квартиру, покупала еду, а я делала все, что мне вздумается. А ты даже и не понимала, что я просто пользовалась тобой! — после этих слов я больше не могла сдерживать горькие слезы.

Резко подскочив, пролетела мимо Лены, схватила обувь и выскочила из квартиры. Уже запирая дверь, услышала ее звонкий смех, который прошел сквозь меня, как электрический ток. Выбежав из подъезда, не разбирая дороги, мчалась со всех ног. Я задевала кого-то и в ответ слышала не очень лестные слова в свой адрес, но они проходили мимо моего сознания. Слезы текли ручьем, не прекращаясь. Моя жизнь за каких-то полгода смогла кардинально измениться. Наверно кто-то свыше решил проучить такую глупую и наивную девочку. Что ж, спасибо! Этот урок я усвоила. Но, что же будет дальше? Что еще мне уготовила судьба? Наверно, следующим в списке будет явление Дерока. Я даже и загадывать боялась, каких пакостей ждать от него.

Когда уже еле держалась на ногах, решила вернуться домой. Прошло около двух часов и постепенно темнело. Ночевать на улице было глупо и опасно. Приближаясь к дому, мои коленки мелко подрагивали, а ноги не желали заходить в подъезд. Поколебавшись несколько минут, сделала пару неуверенных шагов и все же переступила порог.

По лестнице я поднималась медленно, будто сама себе давала отсрочку. Когда поднялась на второй этаж, перед носом резко открылась дверь.

— Никушка! — испуганно воскликнула баба Валя.

Я напряглась, гадая, что могло переключиться с этой милой старушкой.

— Вам плохо? Может «скорую» вызвать? — обеспокоенно спросила я, отмечая, что с бабулей вроде все хорошо.

— Типун тебе на язык! — грозно воскликнула она. — В вашей квартире что-то происходит, нужно милицию вызвать, я уже за телефоном пошла, а тут ты подымаешься, вот и решила предупредить, — испуганно сказала она, хватая меня за руку и намереваясь затащить в квартиру.

— Подождите, — я вырвалась из захвата. — А, что происходит? — только я спросила, как услышала приглушенный крик.

Я не могла точно сказать, кричала ли это Лена, но тут же бросилась вверх по лестнице.

— Подожди! Я милицию вызову, — прокричала баба Валя.

— Я сама! — крикнула ей, надеясь, что старушка послушается меня.

Быстро поднявшись на этаж, толкнула приоткрытую дверь и вошла в квартиру. Закрыв за собой, двинулась в залу на звуки. Когда я зашла, застыла в немом ужасе, взирая на открывшуюся предо мною картину. Лена стояла на коленях, в глазах застыл дикий ужас, все ее тело мелко подрагивало, выдавая состояние подруги. Но больше всего меня напугал Дерок, у которого уже частично трансформировались руки, покрываясь шерстью, а на пальцах удлинялись острые когти, которые находились в миллиметре от шеи Лены. Когда я перевела взгляд вверх, увидела, что его лицо тоже постепенно заостряется, приобретая хищные черты. Одной лапой он схватил горло, а другой, стремительно приближая острые когти к животу, намеревался вспороть его.

— Дерок! Нет! — отчаянно выкрикнула я, боясь за подругу.

Он резко повернул голову в мою сторону, при этом не выпуская Лену. Его горящий взгляд буквально заставил пригвоздить меня к стене. Я стояла и не могла пошевелиться, боясь, что его злость сейчас перейдет на меня. Он втянул носом воздух и блаженно застонал, словно уловил редчайший аромат, который мог заставить бегать мурашки по коже, желая окунуться в него. Дерок, потеряв интерес к Лене, расслабил хватку и выпустил ее. Он подходил ко мне осторожно, боясь спугнуть. Сердце бешено стучало от страха, ладони постепенно вспотели. Казалось, что он приближался целую вечность. Наконец, оказавшись рядом со мной, расставил лапы по обе стороны от головы, а телом еще сильнее вжал меня в стену. Он тяжело дышал и пытался справиться со своим зверем. Невольно я ощутила, как сильно бьется его сердце.

Мне не было страшно в этот момент. В голове почему-то возникла мысль, что он пытается меня укрыть от проблем, загораживая своей спиной. Он все время принюхивался и издавал утробное рычание. Я не узнавала в нем прежнего Дерока. Что-то изменилось сейчас. На секунду захотелось плюнуть на все и прижаться к нему, почувствовать себя защищенной. Поддавшись порыву, прижалась щекой к его груди и аккуратно провела кончиками пальцев по лапе, отмечая для себя шелковистость шерсти.

Он, словно не веря в мои действия, аккуратно приподнял лапу и, обняв меня, притянул еще ближе, что-то неразборчиво рыкнув. Я окунулась с головой в неизведанные ранее чувства и просто наслаждалась моментом. Не хотелось размышлять о глупости моего поступка. Ведь предательское тело все решило за меня.

— Н-и-ка… — жалобно пискнула Лена, вырывая меня из сладких грез.

Дерок зарычал и, отодвинувшись, вновь хотел кинуться на нее. Успев в последний момент хватить его за лапу, попыталась остановить. Но он так резко дернулся вперед, что моя рука соскользнула, и его когти больно прошлись по коже, раздирая ее до крови. Мой резкий крик боли привлек внимание. Дерок внезапно остановился и, шумно втягивая носом воздух, вновь повернулся. Увидев кровь на моей ладони, поднял лапу. Его лицо перекосила гримаса боли и муки, когда его взгляд наткнулся на мою кровь, которая осталась на когтях. Когда Дерок вновь перевел на меня взгляд, дыхание сбилось, а колени задрожали, но в этот раз не от ужаса, а от нахлынувших эмоций. В его глазах плескалось что-то такое… Так и хотелось протянуть руку и погладить его, успокаивая…

Сделав несколько уверенных шагов, протянула к нему руку и хотела погладить. Внезапно он схватил другую руку, из ран которой сочилась кровь. Поднял ее ближе к губам и ласково слизал каждую капельку. От этого зрелища мне должно было стать противно, и я даже ждала подкатывающую к горлу тошноту, но ее все не было. Вместо этого по телу стало разливаться тепло, согревая каждый уголочек, нежно лаская душу, излечивая все имеющиеся на ней раны.

Дыхание сбилось, и хотелось зажмурить глаза от удовольствия. Что-то защекотало кожу, и я, открыв глаза, изумленно уставилась на то место, где минуту назад были царапины. Они исчезли, и кожа стала идеально гладкой, без рубцов.

— Но как? — изумленно выдохнув слова, вновь подняла взгляд на Дерока.

Он все еще не обратился в человека и не мог толком ответить на вопрос. Просто ласково смотрел на меня, пытаясь что-то отыскать в этот момент в моих глазах. Глубоко вдохнул, постепенно шерсть пропала, когти уменьшились, а лицо вновь стало человеческим. Дерок бросил убийственный взгляд на Лену, и я никак не могла сообразить, что вообще здесь произошло.

— Ты… — испуганно начала говорить Лена. — Что ты за… — она замолчала, подбирая слова. — Чудовище? — вопросительно добавила.

Дерок злобно рассмеялся, отчего я поморщилась, как от зубной боли. Давно же не слышала его противный смех.

— Ты попала в точку! — сказал он, ехидно улыбнувшись и подходя к ней ближе. — Я — чудовище, и если ты не понимаешь с первого раза по-хорошему, то моим долгом было показать наглядно, что бывает за неповиновение! — зло рыча, продолжил он.

Вот теперь я узнавала в нем прежнего Дерока. Все было, как и раньше. Он наказывал наглядно…

Когда его руки вновь потянулись к шее, Лена истошно закричала, отчего Дерок поморщился, точно как я минуту назад. Тут его взгляд устремился на меня, пронзая холодом, словно и не было того Дерока, который пытался мне помочь ранее. И снова Лена потеряла для него интерес. Он быстро приблизился ко мне, и больно схватив за плечи, притянул к себе. Отчаянно втягивал носом воздух, пытаясь что-то понять. Через минуту отпихнул меня и отошел подальше. Тяжело дыша, Дерок пытался справиться с подступившими эмоциями. Вот только я не могла понять, что именно в нем вызвало такие внезапные перемены.

— Ты! — рыкнув на меня, Дерок указал рукой в сторону комнаты, — немедленно идешь собирать вещи, ясно?

Мои глаза расширились, и я недоверчиво посмотрела на него, выискивая подвох. Минуту я стояла, как вкопанная, не решаясь покинуть залу. Дерок нахмурился и, преодолев между нами расстояние в несколько шагов, грубо нажал на затылок, приближая мое лицо.

— Мне плевать на твои отношение с кошаком, это ясно? — зло прорычал он мне в губы, и коротко, но болезненно поцеловав, отпустил меня.

Ноги мелко подрагивали и не желали стоять ровно. Я старалась не потерять равновесие, и соображала, что произошло. Какие отношения он имеет в виду? С Роном? Ведь мы уже давно не виделись…

— Но я не… — договорить мне не дали.

— Плевать! Если ты хочешь увидеть сына, советую быстрее собирать вещи, иначе передумаю!

Услышав лишь два слова: «увидеть сына», меня как ветром сдуло. Было плевать на то, что в зале сейчас Ленка и, возможно, Дерок вновь попытается причинить ей вред. Плевать на какие-то мнимые отношения с Роном, все мои мысли были заняты лишь встречей с сыном. Боже! Я не могла поверить в свое счастье. Неужели я его скоро увижу? В душе вновь разжегся огонек надежды. Конечно, на то, что Дерок изменился, у меня нет надежды. Все, что произошло, возможно, от помутнения рассудка или еще чего-то.

Быстро покидав первые попавшиеся вещи, закрыла сумку и вышла из комнаты. Дерок что-то высказывал Лене, а та лишь кивала в знак согласия.

— Я готова! — излишне эмоционально воскликнула я.

Дерок обернулся и, не говоря больше ни слова, двинулся на выход. Я замялась, не зная, как поступить. Все же решив не церемониться, обошла Лену и собиралась покинуть эту квартиру.

— Подожди… — неуверенно пролепетала Лена.

Я обернулась и тяжело вздохнула.

— Прости меня, пожалуйста! — всхлипнула она.

Могла ли я поверить в ее извинения? Возможно, если бы здесь не было той сцены, и не поверила бы. Почему-то уходя, не хотелось расставаться с ней надолго.

— Надеюсь, ты усвоила урок, — печально сказала я и подошла к ней.

Обняв подругу, погладила по спине. Я надеялась, что сейчас поступаю правильно. Не хотелось бы вновь испытывать ту боль, которую мне причинила Лена. Ведь предательство близкого человека особенно болезненно. Но у меня в душе еще было место для прощения.

— Я ведь не знала, что он… — подруга осеклась, не решаясь продолжить. — Ты ведь будешь меня навещать? — спросила она с надеждой.

Я отстранилась и заглянула в ее заплаканные глаза. Она была права, когда говорила, что я никому не могу отказать…

— Конечно! Не переживай, — успокоила ее. — Извини, я пойду.

Не дожидаясь ответа, поспешно вышла из квартиры и спустилась вниз. Дерок нервно расхаживал возле машины, рыча проклятия. Когда я подошла, он выхватил из моих рук сумку и бросил ее на заднее сидение. Затем вновь подошел ко мне и, схватив за запястье, усадил на пассажирское сидение.

Когда он сел за руль, несколько минут не заводил двигатель. Наконец, повернулся ко мне лицом и не понятные для меня эмоции отразились в взгляде. Этот взгляд был тяжелый, от которого хотелось спрятаться…

— Надеюсь, ты вдоволь развлеклась с кошаком, потому что больше я не позволю тебе бегать к нему, ясно? — спросил он, не разрывая зрительного контакта.

Вжавшись в сидение, кивнула в знак согласия.

— Отлично, — пробормотал он и завел машину.

Мы мчались на полной скорости. Мне было страшно, но Дерок даже не собирался сбавлять ее. Не понимала, с чего он взял, что я вернулась к Рону? Но, не желая даже задумываться об этом, смотрела в окно и мысленно предвкушала встречу с сыном. В конце концов, я возвращаюсь к нему. А Дерок никогда не изменится, в этом я абсолютно уверенна.

Дерок

Я не понимал своих чувств. Тело напряглось от накала эмоций, бушевавших во мне. Нужно следить за дорогой, но все внимание так и притягивала к себе женщина, сидящая рядом. Как можно спокойно ехать, если зверь вопил, желая взять ее, сделать своей? Запах Ники одурманивал. Хотелось открыть окна, вдохнуть свежего воздуха и проветрить мозги.

Стараясь не смотреть на нее, вжал педаль газа в пол и помчался на полной скорости, наплевав на все. Злость до сих пор бурлила во мне, вспоминая подругу Ники. Эта стерва должна была ответить за свой поступок. Но зверь, как всегда, решил по-своему. Только он услышал голос женщины, у ног которой готов валяться вечность, как тут же забыл обо всем.

Но одного я никак не мог понять. В голове все время стучала предательская мысль, долбящая как дятел, что Ника была с кошаком. Стерва, которая, как я понял, являлась подругой, подтвердила, что Ника вернулась к своему бывшему… И это не мог быть никто иной, как кот. В тот момент я не соображал, что делаю. Хотелось разнести всю квартиру и убить нахалку, посмевшую сказать мне такое.

Одно смущало, я не ощущал никакого запаха пум. Вообще! Это сбивало с толку. И я очень надеялся, что все сказанные слова лишь повод очернить в моих глазах Нику.

— Зачем ты напал на Лену? — тихий, едва различимый шепот ворвался в мои мысли.

— Какая разница? — не отрывая взгляда от дороги, безразлично ответил я, не желая говорить всей правды.

— Она ведь моя подруга… — ее неуверенный голос заставил меня ухмыльнуться.

Я догадывался, что эта, так называемая, подруга могла успеть наломать дров. Ведь не зря же она вешалась на меня, предлагая себя. Вспоминая это, поморщился, и тут же прогнал дурные мысли из головы. Раньше я, не задумываясь бы взял то, что само плыло в руки. Но сейчас… С появлением в моей жизни Ники все изменилось на корню. Я еще и сам до конца не понимал, что происходит со мной.

— Уверена? — спросил я, не прекращая ехидно улыбаться.

— Уверена! — произнесла она так убедительно, что даже я на миг поверил.

— Не везет тебе на нормальных людей, — сказал я с издевкой, намекая, что подруга не лучшая для нее компания.

— Да и на оборотней тоже! — уверенно заявила она.

Я выгнул бровь и повернулся к ней, выпуская из виду на мгновение дорогу. Ника смотрела с вызовом, явно намекая на знакомство со мной. Но и у меня был припрятан козырь в рукаве, которым я и воспользовался.

— Да неужели? — вновь возвращая внимание на дорогу, спросил с издевкой.

— Да! Вот ты, например…

— А как насчет кошки? — перебив ее, спокойно спросил. — Он для тебя тоже неудачная встреча? — не дожидаясь ответа, прорычал я.

Ника замолчала на некоторое время, а я готов был отдать все, лишь бы знать, о чем она думает в этот момент. Когда я напомнил ей о нем, на ее лице тут же заиграла лучезарная улыбка, от которой во мне что-то оборвалось… Не хотелось верить в то, что кошак действительно что-то значит для нее.

— Нет, Дерок, — начала она, а на душе мигом потеплело, когда из ее уст вырвалось мое имя. — Встречу с Роном я не могу отнести к неудачной. Ведь если бы не пумы, я бы избавилась от сына, — она говорила так, словно ей самой были противны эти слова.

Но я хотел понять, что именно она испытывает на данный момент к пуме. Из-за того, что я все время пытался ловить на ее лице эмоции, мне приходилось постоянно вертеть головой, отрываясь от дороги.

— К тому же, Рон все время заботился обо мне. Да, что говорить, он любил меня… — сказала она и горько улыбнулась.

— А ты? — нервно спросил я, желая поскорее услышать ответ.

— Я тоже его любила, — уверенность в ее словах заставила меня крепко сжать руль, от чего побелели костяшки пальцев.

— И тут вдруг пришел злой и страшный серый волк и утащил красную шапочку к себе в берлогу… — пробубнил я себе под нос, не переживая, услышит она или нет.

К черту все! Ответ я получил, и зверь выл от несправедливости. А мне было плевать. Я не собирался отпускать Нику. Если я впустил ее в свой дом, значит, там она и останется. Понятно, что она останется только ради ребенка. Им я и собирался манипулировать.

Ника, тем временем, тихонько ахнула и отвернулась. Не знаю, какие мысли бродили сейчас в ее голове, но я оставался при своем мнении. Большую часть пути мы ехали в тишине. За это время я успел накрутить себя до предела, что порой не сдерживался и рычал. От женщины я ощущал страх.

— Почему ты передумал? — ее внезапный вопрос застал меня врасплох.

Я не знал, что ответить на этот вопрос. Почему я передумал? И было ли это лишь желание сына? Или все же и мое? Нет! Все бредовые мысли я откинул мигом.

— Из-за сына, — безразлично ответил ей, стараясь не выдавать волнения.

— С ним что-то случилось? — резко повернув ко мне голову, нервно спросила она.

На миг глянув на нее, еле сдержал порыв улыбнуться. Ника такая милая, когда нервничала. В глазах плескался неподдельный страх, из-за чего мне хотелось крепче прижать ее к себе и поклясться, что никто не посмеет обидеть то, что принадлежит мне! А то, как она закусила нижнюю губу и, затаив дыхание ждала ответа, и вовсе вызвало во мне желание прикоснуться к манящим губам, и поцелуем стереть весь страх, который поселился в ней.

Вновь прогнав из головы непрошеные мысли, вернул взгляд на дорогу.

— С ним все хорошо, — сказал я четко и безапелляционно. — Пока он со мной, ему ничто не угрожает! — добавил твердым голосом.

— Тогда я не понимаю? — с замешательством в голосе спросила она.

— Он желал видеть рядом с собой лишь мать, — тщательно подбирая слова, сказал я лишь то, что считал необходимым.

— И как же ты это понял? — с интересом спросила она и вновь затаила дыхание.

— Он использовал свою силу, чтобы отталкивать других самок, — ответил с долей превосходства в голосе.

— Ты ведь и раньше знал, что он сильный. А также он защищал меня еще в утробе, поэтому…

— Я все прекрасно помню! — гневно зашипел я, не давая ей возможности закончить.

— Отлично! — обиженно ответила она и отвернулась.

У меня тоже не было желания продолжать этот бессмысленный разговор. Какая разница, из-за чего я передумал? Пускай радуется, что вообще сейчас едет к сыну! Пока мы ехали, она еще пару раз порывалась что-то спросить, но натыкаясь на мой предупреждающий взгляд, молчала. Я был рад, что ей хватило ума. Сейчас я не был настроен на разговоры.

Когда мы заехали в стаю, я медленно направился в сторону дома. Не успев толком припарковаться, как Ника буквально на ходу открыла двери и собиралась выскочить из машины. Машинально я схватил ее за запястье, но она увернулась и все же выскочила на ходу. Рыча проклятия на безмозглую женщину, остановил машину и бросился следом. Как у нее хватило ума проделать такое? Я был невероятно зол и сейчас намеревался разобраться с ней. Объяснить, что не следует подвергать опасности свою жизнь! Черт! Она ведь человек и такие трюки однажды могут стать для нее фатальными.

Ника спешно убежала в дом и скрылась из виду. Идя следом, не прекращал рычать проклятия. Войдя в дом, сразу пошел в комнату сына, не сомневаясь, что Ника уже там. Когда я вошел в комнату сына, застыл ее на месте и даже затаил дыхание, чтобы не испортить этот момент.

— Мальчик мой, — Ника плакала и крепко прижимала к себе ребенка, боясь выпустить его из рук.

Ошарашенная самка, которая до этого сидела с сыном, пробежала мимо и выскочила из дома, опасаясь моего гнева. Но я, казалось, замечал лишь Нику с ребенком.

— Солнышко мое! — продолжая плакать, она стала покрывать поцелуями его личико, ручки, ножки.

Я продолжал смотреть на них, и по всему телу разливалось тепло, согревая душу. Что-то словно просыпалось во мне, но пока я не мог понять всех своих чувств. Однозначно, что-то изменилось.

— Как же я скучала! — Ника стала баюкать сына в колыбели своих рук, жадно рассматривая его. — Разве он уже может менять ипостась? — недоуменно спросила она у меня, не прерывая зрительного контакта с сыном. — И почему он выглядит так, словно ему уже не меньше двух месяцев?

На миг мне даже стало завидно. Теперь у Тэннора есть то, чего так не хватало в детстве мне… Мать… Это было очень странное слово для меня. Но когда я произносил его про себя, что-то шевельнулось в груди, словно я еще не потерял с ней связь.

— Дерок? — обеспокоенно спросила Ника, когда не получила ответы на свои вопросы.

Теперь все ее внимание было направленно на меня. Порывшись в памяти и еще раз прокрутив в своей голове вопросы, поспешил ответить.

— Да, Тэннор уже сам контролирует свою вторую сущность. Я же говорил, он обладает огромной силой! — и вновь в моих словах слышались довольные нотки. — А по поводу возраста, ты же должна понимать, что дети ликан развиваются намного быстрее, нежели человеческие.

Сын был моей гордостью, и это не было секретом. Ни для кого.

— Он очень похож на тебя, — тихонько и неуверенно добавила она, с некой долей сожаления в голосе.

— Он унаследовал и кое-что от тебя, — когда я понял, почему в ее голосе было сожаление, решил рассказать.

— Да? — удивленно спросила она, вновь всматриваясь в сына. — Мне так не кажется, — горько выдохнув, продолжила.

— Обычно запах у ликан уникальный. Так мы можем безошибочно определить друг друга. Тэннор пахнет так же, как и ты, — вздохнув, сказал я и втянул носом воздух.

Как я и предполагал, ее запах лишь усилился, смешиваясь с запахом сына. Отчего мой зверь пришел в дикий восторг. Ему хотелось подойти и обнять свою семью. Согреть своим теплом и укрыть своей широкой спиной от всех проблем.

— Но почему именно мой? — недоуменно спросила Ника.

Было видно, что она поражена сказанными словами. Но разве я мог ответить на этот вопрос? Я и сам тысячу раз задавался вопросом, почему этот запах передался сыну. И почему каждый раз я сходил с ума, когда перед глазами всплывал ее образ…

— Этого я не знаю, — я пожал плечами.

Ника больше не обращала на меня внимания, полностью переключив его на сына.

— Значит, ты назвал его Тэннором? — лишь спросила она, но по-прежнему витала мыслями далеко от реальности.

— Да.

Больше я не мог спокойно выдержать накалившуюся до предела обстановку. Чувствовал, что если задержусь здесь хотя бы на пару минут, то попросту сам буду ползать у этой женщины перед ногами. Этого допустить не могу. Гордость тут же забурлила во мне, не позволяя глупым мыслям таиться в голове.

Мимолетом взглянув на Нику, быстро покинул комнату. Но и в доме я пока еще не мог оставаться. Казалось, ее запах мигом пропитал каждый потаенный уголок. Мне срочно нужен свежий воздух! Я хотел избавиться от наваждения. Быстро выскочив во двор, присел на корточки и закрыл лицо руками, словно желая укрыться от запаха. Но это мало помогало. Он въелся в меня. Я ощущал его повсюду. Не выдержав, громко зарычал и, подорвавшись, собираясь пуститься в лес.

— Значит, ты ездил за Доминикой! — утвердительно сказал отец, тем самым останавливая мой порыв отправиться в лес. — Она и была твоими неотложными делами? — хитро добавил он, послав мне лукавую улыбку. — Мог сразу сказать, я же не против был! — пожурив меня, закончил он.

— Да какая к черту разница?! — заорал на него, чувствуя, как во мне просыпается гнев на его слова.

— Ну чем ты опять недоволен? — поморщившись, спросил отец.

— Ты только за этим пришел? Если да, можешь смело возвращаться к себе! — зло воскликнул я и вновь собирался пуститься в лес.

— Дерок! — он схватил меня за руку и предупреждающе зарычал: — Ты не забыл, о чем мы недавно разговаривали?

Я высвободился из захвата и посмотрел отцу в глаза. Удивившись, отразившимся в них эмоциям, расслабился. Никогда раньше не видел в нем такой тоски и муки. Отец словно догадывался о существовании второго ребенка, но подтвердить это не мог. Мне даже стало жаль его. Ведь если мои предположения верны, и тот ликан действительно мой брат, отцу придется несладко. Не думаю, что он сможет быстро найти с ним общий язык. Учитывая, что соседняя стая прекрасно наслышана о наших правилах и методах наказания. Но, тут же отмел в сторону жалость. Кто знает, почему все это время он не знал о нем.

— Завтра я пойду к нему и все выясню, — не упоминая, где живет ликан, ответил я.

— Хорошо, я надеюсь на тебя, сынок! — отец положил руку мне на плечо.

— На этом, думаю, наш разговор исчерпан, — сказал я и стал раздеваться.

— В последнее время ты стал иначе относиться ко мне, — печально произнес отец, наблюдая, как я избавляюсь от одежды.

— А что тебя не устраивает? Я был занят сыном. По-моему, именно этого ты и хотел! — выплюнул ему слова.

— Да, хотел, — не отпираясь, подтвердил он. — Но я не думал, что следом разладятся наши отношения! — уверенно закончил мысль.

Когда я был готов к обращению, вновь взглянул на отца. Его взгляд побитой собаки должен был заставить что-то екнуть в груди. Но, увы. Этого не произошло. Для меня это не стало открытием. Почему отец лишь сейчас заволновался о том, что я его отталкиваю? Ведь столько лет его все устраивало. Что же изменилось сейчас?

— Ты сам виноват. Зато, я в некотором роде благодарен тебе за воспитание, — отец встрепенулся после моих слов, думая, что я сделал ему комплимент. — Теперь я точно знаю, как воспитать сына, чтобы в будущем он не отвернулся от меня! — договорил я.

Отец нахмурился, когда понял, что именно я имел в виду. Его лицо перекосила гримаса ярости. Он был вне себя и еле контролировал своего зверя.

— Неприятно, не правда ли? — ехидно улыбнулся я.

— Да как ты смеешь! — зарычал он и вскинул руку, чтобы ударить.

Вовремя поймав ее, послал полный ненависти и презрения взгляд, отпихнул руку и быстро умчался в лес, обращаясь по дороге.

— Неблагодарный щенок! — бросил мне в след гневные слова отец.

Они не беспокоили меня. Я прекрасно знал, какого он всегда был обо мне мнения. И слова эти были не в новинку. Сколько раз за свою жизнь я уже слышал их? Да, наверно, миллион. В какой-то момент я просто сбился со счета.

Зверь мчался со всех ног, желая сбить наваждение и злость, чтобы не выплеснуть их на семью. Странное слово «семья» вызывало во мне противоречивые чувства. С одной стороны приятно осознавать, что в этой жизни я не одинок. Теперь у меня есть сын и… Пока я не мог толком сказать, кем являлась для меня Ника. Для зверя она — пара. Но не для меня. Сейчас я еще не готов принять его мысли и эмоции. Для меня это было в новинку, и я не мог понять, как вести себя с ней. С другой стороны, моей разгульной и беззаботной жизни настал конец. Это единственное, что приносило радость за последние годы. Множество годов. И теперь, с появлением в моей жизни Ники, все полетело к чертям. Что эта женщина сделала со мной? Она, похоже, и сама не понимает, какую власть имеет надо мной. Стоит ей улыбнуться и попросить о чем угодно, я готов бросить это к ее ногам. Не только я. Зверь уже давно полностью принадлежал ей. Он отдал Нике свое сердце, еще когда она носила щенка в утробе. Вот только оно ей было не нужно.

И снова ярость и ревность затопили меня, гоняя быстрее кровь и заставляя крушить все на своем пути! Я вспомнил, с каким теплом она вспоминала кошака. А ее слова о том, что любит его, заставляли зверя дико рычать и мигом отправиться к противнику, вновь бросая ему вызов. И плевать, что она говорила в прошедшем времени, кое-что волновало меня. Она не договорила тогда, и я боялся, что продолжение может еще больше разозлить. Именно поэтому не стал продолжать разговор в машине.

Когда, вдоволь набегавшись, я собирался возвращаться домой, вспомнил, что холодильник в доме пуст. А Нике необходимо питаться. Поймав несколько зайцев, взял добычу и побрел домой.

Что я сейчас ожидал увидеть? Что Ника на радостях выбежит и воскликнет, как скучала по мне? Наверное, нет. Да и не сделала бы она так. Единственное, я был уверен, что она будет дома. Не рискнет выйти на улицу. С этим я собирался разобраться… Позже. Сейчас все тело ныло от пробежки и банально хотелось упасть на кровать и хотя бы пару часиков поспать. Нянчась с сыном, я уже и забыл, что такое полноценный сон.

Когда я вошел в дом, поначалу и не понял, туда ли попал. Тишина угнетала слух. На миг поддавшись порыву эмоций, бросил дичь на пол, рванул наверх и, подбежав к двери, резко открыл. Облегченно выдохнув, тихо подкрался к кроватке и, подхватив Нику на руки, отнес в кровать, которая находилась в этой комнате. Почему-то я боялся нести ее к себе. Что-то было противоречивое в этом. Тем более я был уверен, что она точно не обрадуется такому соседству, когда проснется.

Укрыв ее, убедился, что сын крепко спит, вышел из комнаты. Когда я разобрался с мясом, бросил его в холодильник и уставший побрел в комнату.

Уже лежа в кровати, меня не покидали странные ощущения. Казалось, что еще не устраивает зверя? Женщина теперь здесь, спит в соседней комнате. Он должен был успокоиться. Но что-то все равно его тревожило. Отложив все размышления на новый день, перевернулся на бок и мигом уснул.

Дерок

Когда я проснулся, не сразу понял, что произошло. Через минуту до меня дошло — ничего не случилось. Я выспался, Тэннор не плакал, и никто не выносит мне мозги. Странное выдалось утро. Я не сразу сообразил, почему в доме тишина. Лишь через несколько минут удивление прошло, уступая место здравому смыслу.

Зарычав, подорвался с кровати и бегом направился в соседнюю комнату. Рывком открыл дверь и зарычал уже на весь дом. Ники не было. Сына тоже. Не задумываясь о том, в чем я одет и что делаю, выскочил из дома. Я уже собирался обращаться в ликана, как вдруг услышал тихое сопение за спиной. Обернувшись, с облегчением выдохнул.

Сейчас я выглядел идиотом. Вновь решил, что Ника ушла, да еще и прихватив сына. Конечно, я не был уверен на сто процентов, что она так сделает, да и куда ей идти? В любом случае, я из-под земли ее достану. Только тогда ей уже не следует рассчитывать на мою милость.

— Что с тобой? — обеспокоенный голос Ники утихомирил моего внутреннего зверя.

— Ничего, — прорычал сквозь зубы и вошел в дом.

Не замечая ничего, зашел на кухню и встал перед окном. Сегодня будет еще один не легкий день для меня. Я собирался к ликану, который был похож на меня. И почему-то была уверенность, что сегодня раскроется множество тайн.

— Дерок… — тихонько сказала Ника, издав короткий смешок.

Не понимая, что происходит, повернулся к ней и вопросительно посмотрел. В ее глазах отражался непонятный огонек, за которым хотелось тянуться.

— Ты… — начала она и густо покраснела.

Я опустил голову и с удивлением понял, что сейчас стою лишь в трусах. Когда вновь взглянул на женщину, она старалась смотреть куда угодно, только не на меня. Сначала я подумал, что ей противно смотреть на мое тело. Но ее румянец говорил сам за себя. И сейчас я мог поклясться, что тот огонек в ее глазах был похотью.

— Что «я»? — спокойно спросил ее и сложил руки на груди, отчего мышцы бугрились.

— Я… мне… — что-то промямлила она, и попыталась выбежать из кухни.

Быстро настигнув ее, схватил под локоть и не дал убежать. Она не решалась повернуться и была напряженной. Но я не собирался так просто выпускать ее.

— Так что «я»? — выдохнул слова ей в макушку, блаженно вдыхая запах.

Зверь заурчал и потребовал обнять ее. Отодвинув его желания, сконцентрировался на разговоре.

— Ты… — начала она и тяжело сглотнула.

Я знал ее желание в этот момент и был уверен, что она всеми силами пытается прогнать наваждение. Теперь я ликовал. Не одному же мне мучиться. Пускай знает, что я пережил, находясь вдали от нее.

— Прекрати надо мною издеваться! — внезапно вскрикнула Ника. — Ты прекрасно понял, что я хотела сказать, — добавила она, и пока я переваривал ее слова, быстро высвободилась из захвата и убежала.

Что? Издеваться? Я уже ничего не мог понять. Зверь выл от потери тепла. Она была нужна ему. Внезапно, послышался детский плач, который прервал поток мыслей. Даже не задумываясь о том, что теперь я могу расслабиться, машинально рванул в комнату, замечая, как Ника испуганно прижалась к стене, пропуская меня вперед. Сейчас мною управляли лишь инстинкты, а разум, похоже, остался в стороне.

Ворвавшись в комнату, взял сына на руки и принялся его успокаивать. Дальше все было, как в тумане. На автопилоте я поменял ему подгузник, не забывая при этом вести с ним «высокоинтеллектуальные» беседы. На каждое мое предложение Тэннор угукал, словно подписывался под каждым словом.

— Ну что, сейчас мы тебя оденем и, наверно, придется обращаться за помощью к Лине, — сказал я, а сам задумался, как наказать эту непослушную самку.

Я не собирался оставлять все, как есть. Она должна усвоить урок. Но, пока у меня не было ни желания, ни времени на ее воспитание. Мысленно ставя себе пометку, одел Тэннора, и вновь взял его на руки. И тут я развернулся, встречаясь с удивленным взглядом Ники. Черт! В этой суматохе я уже и забыл о ней. Как такое могло произойти? Но сейчас, когда я пристально смотрел в ее глаза, то буквально видел отражение миллиона эмоций. Но, больше всего в них преобладало восхищение.

Зверь победно взвыл, ощущая себя победителем. Меня так заворожил ее взгляд, что мимолетом я пропустил вопрос. Не хотелось отрываться на что-то. Затаив дыхание, жадно ловил каждый взмах ее ресниц. Невольно глаза переместились на губы. Она закусила краешек нижней губы, чем вызвала во мне тихий стон.

— Дерок, это так… — все же вывел меня ее голос из грез, — невероятно, — выдохнув, добавила она.

— Не понимаю, о чем ты? — прогоняя наваждение, пытался собрать мысли в кучу.

— Ну, я, честно говоря, не ожидала, что ты будешь так заботиться о сыне, — выпалила она на одном дыхании и вновь нервно закусила губу, наверно боясь, что я могу сорваться на ней.

Конечно, раньше я, не задумываясь, так и сделал бы. Но сейчас мне хотелось тщательнее подбирать слова, прежде чем выпалить их. Но, кажется, так быстро измениться невозможно.

— Идиотка! — мигом разозлившись, заорал я. — Это мой сын. И, естественно, что я буду о нем заботиться!

И лишь после того, как она нервно сглотнула и стала пятиться назад, я сообразил, что наделал. Сделав несколько шагов вперед, желая извиниться, заметил, как Ника уже пулей выскочила из комнаты и, судя по громким быстрым удаляющимся шагам, скоро покинет и дом.

— Черт! — нервно бросил я, когда захлопнулась входная дверь.

Меня мигом окутала энергия сына. Он был недоволен моим поступком.

— Знаю, сын! — уверенно начал я, — нелегко, знаешь ли, так быстро исправиться.

Я тяжело вздохнул. Несколько минут колебался, решая, что делать дальше. Бежать за Никой или подождать, когда сама вернется? На удивление, я чувствовал вину перед ней. И в первый раз мне захотелось извиниться за свое поведение. Хмыкнув, посмотрел на сына.

— И что мне делать? — спросил его, словно он мог дать ответ.

Поколебавшись с минуту, все же принял решение. Положив сына в кроватку, быстро оделся и вновь взял его на руки.

— Ну что, пойдем, поможешь своему непутевому отцу… — неуверенно сказал я, и с сыном на руках вышел из дома.

Определить по запаху, куда убежала Ника, не составило труда. Но, с каждым шагом я хмурился все больше. Понял, что она оправилась в дом, где раньше жила Эви с Марком. И мне не нравилось то, что могло произойти. Сейчас там жил Кейн. Этот ликан никогда не отличался особой добротой к самкам. Ни одна не желала становиться его парой. И сейчас мой зверь дико рычал. Я чувствовал, как во мне поднималась ярость. На себя, Нику, Кейна. Нельзя допустить, чтобы этот урод что-то сделал с моей женщиной. Сын все время ворочался в руках, словно уже ощущал беду. Быстро достигнув дома, не церемонясь, вошел внутрь.

— Нет, пожалуйста… — дрожащим голосом, умоляла Ника.

— Молчи! — рыкнул на нее Кейн. — Будь умницей, — ехидность сквозила в его голосе.

Зверь взревел, желая немедленно освободить женщину и жестоко наказать ее обидчика. Я вошел в комнату и быстро оценил обстановку. Ника была прижата к стене, а Кейн возвышался над ней, не позволяя двинуться с места. Всю свою ярость я мигом направил на ликана.

— Немедленно отпустил мою женщину! — грозный требовательный рык вырвался из уст, приказывая ему.

— Да, брось, Дерок! — он отмахнулся от моих слов. — Ведь все знают, что она тебе не нужна, неужели так жалко поделиться? — уверенно добавил он и еще крепче прижал Нику, отчего она пискнула.

Пелена ярости застилала глаза. Больше не выдержав, использовал силу Альфы и заставил Кейна склониться предо мною. Он мигом стушевался и, выпустив из захвата мою женщину, склонился.

— На колени! — зло зарычал я.

Он подчинился и встал предо мной на колени. Но это было нужно не мне.

— Ника! — она вздрогнула, услышав мой глубокий и пронзительный голос. — Иди сюда!

Ее руки заметно подрагивали, и я ощущал от нее дикий страх. Зверю хотелось немедленно приласкать ее, успокоить. Но в тоже время, ему хотелось жестоко расправиться с ликаном, посмевшим прикоснуться к женщине. Его паре. Когда Ника подошла, я взглянул на Кейна.

— Извиняйся! — требовательно приказал ему.

Ника ахнула, и взглянула на меня заплаканными глазами.

— Что? — удивленно спросил ее, откровенно не понимая, что сделал не так.

— Ничего, — смущенно ответила она, отводя взгляд.

— Ну! — когда через минуту Кейн ничего не сказал, поторопил его.

— Извини, я был не прав, больше такого не повторится, — нехотя пробормотал он, смотря в пол.

— Забирай сына и уходи домой, — велел Нике, протягивая Тэннора.

— Но…

— Быстро! — не дав договорить, прикрикнул, желая, чтобы она быстрее ушла отсюда.

Ника взяла сына и, взглянув на меня, покинула дом. Вот теперь я собирался разобраться с Кейном. Он словно понял мои намерения, резко подорвался и, нервно оглядываясь по сторонам, собирался искать пути к отступлению. Вот только бежать от меня бессмысленно. Наблюдая, как ликан нервно пытается открыть окно, усмехнулся.

— Далеко собрался? — едко спросил его, наблюдая за жалкими попытками к бегству.

Он слишком нервничал, от чего окно не поддавалось. Я приблизился к нему и остановился в нескольких шагах. Даже отсюда мне было хорошо слышно, как быстро стучало его сердце, а пульс зашкаливал. По виску скатилась капелька пота, и Кейн тяжело сглотнул, когда спиной уперся в стену. Теперь путей к отступлению не было.

— Дерок, — нервно выдохнув, начал он. — Я ведь извинился, может, замнем это недоразумение? — добавил он, в надежде на мой положительный ответ.

— Извинился, — уверенно подтвердил я, — перед моей женщиной. А вот я еще оскорблен, — мои глаза вспыхнули от гнева и от этого он вжался в стену.

Быстро миновав между нами расстояние, схватил его за руку и отпихнул от стены. Кейн не удержал равновесие и упал. Пока он не сообразил, что произошло, подошел к нему и, склонившись, схватил за грудки. Без проблем подняв, швырнул через всю комнату. Тот упал прямиком на стол, сломав его. Мой зверь уже был готов вырваться на волю и одним ударом убить ликана. Но я держал ситуацию в своих руках. Хотел сам разобраться с Кейном. И надеялся, что ликан сможет дать мне отпор.

Пока я пытался справиться со зверем, Кейн поднялся на ноги и, рыча проклятия, кинулся на меня. Ожидая его атаки, за несколько секунд поднял руку, сжав кулак, и резко оттянув ее, со всей дури двинул Кейну в морду, когда он был за несколько миллиметров от меня. Он вновь отлетел на приличное расстояние, сметая за собой несколько предметов, стоящих на полу. Кейн ударился о тумбу, на него сверху упала ваза и разбилась на миллион осколков. Я наблюдал, как он медленно встает на колени и поворачивается ко мне лицом. Кейн нервно рассмеялся и сплюнул кровь, прижал руки к раненной голове. Вскоре начнется процесс регенерации и сейчас он тянул время.

— Из-за какой-то шалавы ты готов убить меня?! — вновь сплюнув кровь, спросил он, всматриваясь в мои глаза.

Уж не знаю, что он сейчас в них увидел, но тут же нашел в себе силы подняться и броситься к окну. Гневно рыча, настиг его в несколько шагов уже возле окна. Мои руки частично покрылись шерстью. Зверь рвался на волю. Схватив Кейна за горло, приподнял над полом.

— Запомни на будущее, — я злобно рычал, из-за чего слова было сложно разобрать, — Еще раз увижу тебя рядом с моей женщиной, вмиг лишишься головы!

Он кивнул, не имея возможности хоть что-то сказать из-за захвата на шее.

— Кажется, ты хотел сбежать через окно? — уже успокоившись, ехидно спросил я.

И, не дожидаясь ответа, без проблем вышвырнул его в окно. Кейн заорал, когда стекло рассекло его кожу, отчего образовались глубокие раны. На звон битого стекла выбежали некоторые люди. Они громко охали, замечая, что произошло. Выпрыгнув следом, победно наблюдал за ликаном, который со стоном вырывал из тела осколки.

— Сейчас я пощадил тебя, но следующий промах будет последним, — бросил ему и заявил на всеуслышанье: — Каждый, кто посмеет обидеть мою женщину, будет иметь дело со мной, и я сомневаюсь, что сохраню обидчику жизнь. Случай с Кейном был предупреждающий. Надеюсь, я выразился ясно?

Люди закивали, не решаясь вставить слово. Но мне внезапно захотелось сделать еще кое-что. Я подошел к Кейну и склонился перед ним. Он тяжело дышал и постанывал от боли. Схватив его правую руку, крепко сжал, дожидаясь характерного хруста кости. Он взвыл. На его вой выбежали еще люди, которые стали молча наблюдать за происходящим. Обойдя Кейна, поднял его за вторую руку и послал ему ехидную улыбку.

— Нет! — взмолился он, догадываясь, что я задумал.

Но меня это не волновало. Я схватил обеими ладонями его руку и без проблем сломал и ее. Кейн истошно заорал. Понаблюдав за его мучениями несколько минут, развернувшись, зашагал прочь.

По дороге я остановил одного из ликан и потребовал, чтобы ко мне пришла Лина. Внутри все еще бушевал ураган, сметая все на своем пути. Я не знал, правильно ли сделал, оставив жизнь Кейну. Почему-то больше не хотелось поступать, как раньше, но что-то подсказывало, что это еще не конец. Не было уверенности, что кто-то вновь не попытается пойти наперекор. Но я предупредил, что больше за такие поступки в живых не оставлю. Надеюсь, жажда жизни сильнее, нежели желание мстить.

Возле дома я остановился и перевел дыхание. Не хотелось своим состоянием еще больше пугать Нику. Но справиться с бурей гнева оказалось не так просто. Перед глазами вновь встала Ника и ее испуганные глаза, в которых был не только дикий страх, но и обреченность. Хмыкнув, вновь поразился сам себе. Нет, нужно вернуться и добить урода, посмевшего напугать мою женщину.

Уже порываясь вернуться, услышал плач Тэннора. Не задумываясь, влетел в дом и побежал на звук. Ворвавшись в комнату, оценил ситуацию, от которой вновь хотелось добить подонка. Ника сидела рядом с кроваткой и, как могла, старалась тише плакать. Но я ощущал ее страх. А еще заметил, что к ней подкатывает истерика.

Медленно, я приближался к ней. Внезапно Ника подняла на меня заплаканные глаза, которые расширились от ужаса. Мне было нестерпимо больно наблюдать за ее мучениями. Зверь вынудил меня резче податься к ней и обнять. Ника, увидев мой порыв, тихо пискнула и прикрылась руками, словно я мог в любой момент ударить ее. Поведение женщины, словно хлесткая пощечина, заставило меня на мгновение застыть в немом оцепенении.

— Пожалуйста, не надо… — тихо и еле разборчиво прошептала она. — Я не буду больше выходить из дома. Но только не отнимай сына, — добавила она и, не выдержав эмоций, громко заплакала.

Тэннор тут же стал вторить поступку своей матери. Я разрывался меж двух огней. Нужно было успокоить Тэннора, но и оставлять Нику в таком состоянии не мог. Черт! И почему я не могу разделиться на две части?

Я догадывался, что если успокоить женщину, то и сын перестанет плакать. Присев возле Ники на колени, притянул ее к себе в объятия и, ничего не говоря, просто погладил по спине. Да и не знал я, что говорить в подобной ситуации. Сейчас я просто дал ей возможность выплеснуть негативные эмоции наружу.

— Ника, — выдохнув ее имя.

Я боялся еще больше испугать ее. У меня не было ни малейшего понятия, как успокаивать. Обычно я делал все наоборот. Но теперь оказался загнан в угол.

— Послушай, — тяжело вздохнув, начал подбирать нужные слова, — я не собирался отнимать у тебя сына.

Ника икнула и подняла на меня взгляд, в котором затаился немой вопрос. Внезапный порыв нежности волной прошелся по всему телу, заставляя поднять руку и нежно стереть слезинку, скатившуюся по щеке.

Когда я это сделал, она резко напряглась от моей ласки и отвернула голову. От обиды тихо рыкнул. Какого черта? Неужели я в ее глазах такой монстр, что во мне не может быть и капли нежности? В тот момент я готов был послать все к черту. Но меня останавливал сын. Не могу так поступить с ним. Ведь прекрасно осознаю, как он любит маму.

— Извини, я ведь не знала, что Эви там больше не живет, — успокоившись, произнесла Ника, вновь повернув ко мне голову.

— Думаю, больше такого не повторится, — процедив сквозь зубы, поднялся и отошел от нее на несколько шагов.

Ее близость будоражила во мне не те желания. Хотелось порвать на ней одежду и иметь до тех пор, пока не будет умолять о пощаде. С ней мне не хотелось банального секса, хотелось чего-то большего. Скорее, подарить ей нежность, таившуюся где-то в глубине души и, возможно, желая получить то же самое взамен.

— Я понимаю… отныне буду сидеть дома, — уверенно произнесла Ника, вырывая меня из грез.

— Какого хрена?! — рыкнул на нее, откровенно не понимая ход мыслей. — Я не собирался держать тебя, как… — на секунду замолчал, размышляя, как правильнее выразиться. — Домашнюю зверушку? — вопросительно сказал я, сомневаясь в том, что правильно подобрал выражение.

— Зверушка? — испуганно спросила она и попятилась.

— Черт! — взревел я. — Почему же так сложно!

Ника остановилась и внимательно посмотрела на меня. За всей суматохой я и не заметил, когда Тэннор перестал плакать.

— Короче, ты можешь выходить, когда тебе вздумается. Надеюсь, что больше с тобой не приключиться подобное. В стае я предупредил некоторых, но поверь, здесь слухи распространятся быстро. И если им дорога жизнь, то… — она не дала договорить.

— Жизнь? — удивленно спросила она, явно не понимая, о чем я ей только что сказал.

— Да, жизнь! — зло выкрикнул, начиная вновь злиться. — Что не понятно?

— Ты им пригрозил? — удивление в ее голосе было неподдельное, а в глазах отразился шок.

— Ну, пригрозил, и что? — я пожал плечами.

— То есть, ты сделал это ради меня? — она продолжала сомневаться.

— Да, черт побери! — воскликнул я, и со злостью посмотрел на нее.

Еще немного и эта женщина вынудит меня на плохой поступок. А мне бы не хотелось этого делать.

— А что ты сделал с тем… — она замолчала, не решаясь продолжить.

— Потрепал немножко, — сказал я и заглянул ей в глаза. — Не волнуйся, он жив, — ехидно добавил, заметив панику в ее поведении.

Ника тут же облегченно выдохнула и сделала несколько неуверенных шагов на встречу. Я сложил руки на груди и даже не сдвинулся с места, ожидая ее действий. Она подошла ко мне вплотную и запрокинула голову, всматриваясь в глаза.

— Спасибо! — тихонько сказала она и, поднявшись на носочки, поцеловала в щеку.

Я дернулся от неожиданности и коснулся кончиками пальцев того места, где секунду назад касались ее губы. Место словно жгло от тепла. Вся злость мигом испарилась, оставляя после себя непонятные для меня ощущения. Руки сами потянулись к ней. Ухватившись за талию, притянул Нику ближе и крепко обнял. Она несколько секунд стояла напряженная, но после нерешительно подняла руки и тоже обняла меня.

Оказывается, все это время я, затаив дыхание, ждал ее реакции. Но вот сейчас, когда мы стояли так близко, я ощущал то тепло, которого мне катастрофически не хватало за всю жизнь. Не хотелось выпускать Нику, теряя тепло желанного тела. Она подняла голову, и мой взгляд оказался в плену серых омутов, которые затягивали. Медленно опуская голову, я уже собирался поцеловать ее…

— Кхм… — противное покашливание, которое, как мне показалось, было насквозь протоптанное ядом, раздалось со стороны двери. Ника отпрянула от меня и густо покраснев, бросилась к сыну.

Бормоча под нос проклятие, повернулся, готовый в эту же секунду убить того, кто посмел меня прервать.

— Лина, какого черта?! — рыкнул на нее.

— Ты же сам попросил меня зайти… — неуверенно сказала она и перевела взгляд на Нику, которая взяла сына на руки.

Когда я вспомнил, зачем мне понадобилась Лина, нахмурился. Я мог отослать ее, и оставить Нику дома. Но мне не хотелось расставаться с Никой К тому же, чутье подсказывало, что мне непременно понадобиться ее помощь.

— Я сейчас уеду, а ты должна будешь посидеть с Тэннором, — требовательно сказал я Лине, не желая слышать отрицательный ответ.

— Но… — начала она, но ей не дали закончить.

— Я могу посидеть с сыном сама, — возразила Ника.

— Нет, мы уедим вместе, — безапелляционно заявил я.

Она удивилась, но покорно промолчала. Отлично. Повернувшись к Лине, на мгновение поймал ее полный презрения и брезгливости взгляд, который был направлен на Нику. Мне это не понравилось. Вновь сделав себе пометку, разобраться с этим, ждал ответа.

— Хорошо, — сказала она и неуверенно потопталась на месте, не зная, как быть дальше.

— Ты готова или тебе нужно переодеться? — обратился я к Нике.

— Готова, — скромно ответила она.

— Тогда отдай сына и поехали, — требовательно сказал я и направился на выход из комнаты, задевая плечом Лину.

Пока спускался, прислушивался к разговору, готовый в любую минуту вернуться. Но все обошлось. Ника спустилась через две минуты. Мы вышли из дома и сели в машину. Тяжело вздохнув, завел двигатель и, мысленно собираясь перед важным разговором, тронулся с места.

Дерок

По дороге я не мог сконцентрироваться. Мои мысли роились в хаотичном порядке, и не получалось толком сообразить, чего ожидать от встречи. Черт, я был готов к любым поворотам, это никогда меня не останавливало, но сейчас я не был так уверен в себе. Чувство, что после этой встречи моя жизнь кардинально изменится, не покидало ни на минуту. Хотя, казалось бы, куда уж дальше? Внутренний зверь, в отличие от меня, ждал этой встречи. Он для себя уже давно все решил. Наверно, еще в тот самый день, когда мы с тем парнем впервые встретились. А ведь уже тогда меня тянуло, как магнитом к ликану. А его запах не отталкивал, как других самцов. Наверно, это все должно было насторожить. Но я, как всегда, просто махнул на все рукой.

— Ты какой-то напряженный, — констатировала Ника, запах которой тоже не способствовал нормальному мышлению.

— Тебе какая разница? — на миг разозлившись, процедил сквозь зубы.

Ника обиженно засопела и отвернулась от меня.

— Прости, — выдохнув, тихо сказал я, поражаясь, что такое слово вообще слетело с моих губ.

Видимо, это поразило не только меня. Я ощутил резкую перемену настроения и, на минуту оторвавшись от дороги, повернулся к женщине. Она смотрела на меня ошарашено, губы приоткрыты, и она не дышала, словно пыталась понять, не послышалось ли ей.

— Нет, тебе не показалось! — твердо заверил я, стараясь не выплескивать на нее гнев.

— Ты здоров? — недоверчиво спросила Ника.

— Разве я могу болеть? — вновь возвращая внимание к дороге, ответил я.

— Ну я не знаю… — сказала она и на миг задумалась. — Может, вы подвержены какой-то своей болезни и сейчас она прогрессирует у тебя? — на полном серьезе добавила она.

Я звонко рассмеялся, поражаясь ее наивности или, скорее, неосведомленности. Какая болезнь? Это было очень глупо. Тем не менее, Ника обиделась и вновь замолчала. Я воспользовался тишиной и продолжал прикидывать в уме варианты. Что я буду делать, если встречу там свою мать? Почему-то сейчас перед глазами возник образ, как она качала бы меня на руках в детстве, или как ласково обращалась бы ко мне, или как… Черт. Я зарычал, потому что все это было бессмысленно. Ее не было в моей жизни. А от того, что вдруг появится, я сомневался, будет ли толк.

— Да что с тобой? — с долей тревоги в голосе спросила Ника.

— Ничего, — буркнул я, не желая делиться с ней своими переживаниями.

— Скажи хоть, куда мы едем? — неуверенно спросила она.

— Скоро узнаешь, — отчеканил, не желая продолжать разговор.

Даже несмотря на то, что моего зверя успокаивал ее голос, сейчас мне нужно было просто помолчать. Я и так был раздражен до предела, накручивая себя, а Ника со своими расспросами делала все только хуже. Дальше она предпочла молчать. Меня это полностью устраивало.

Чем ближе мы приближались к стае, тем больше меня пробивала дрожь. Я ощущал волнение. Это было ново для меня. Раньше я ко всему относился спокойно, даже порой безразлично. Припарковав машину, смотрел вперед и не видел ничего. Дыхание прерывалось, и я задыхался от нехватки воздуха. Неожиданно, ощутил нежное прикосновение к руке. Бархатистая кожа Ники скользила по моей тыльной стороне руки, отчего я застонал и прикрыл глаза. Было так приятно, что я на миг забылся, откинув голову на подлокотник.

— Кажется, я поняла, зачем мы здесь, — тихо и неуверенно прошептала она.

Разочарованно застонав, когда та убрала руку, открыл глаза и повернул голову. На меня смотрели два серых омута обаятельных глаз. Рука Ники застыла в воздухе, и я понял, что она хотела прикоснуться к лицу. Затаив дыхание, приковал взгляд к руке, которая медленно продолжила свой путь. Но, когда я вновь взглянул на женщину, то пропал. Столько нежности не видел никогда. Боже, мне хотелось окунуться в нее и, возможно, остаться там. Желая на себе ощутить, что же это такое.

Когда ее пальцы неуверенно коснулись моей щеки, блаженно выдохнул и вновь прикрыл глаза. Мне так хотелось большего. Она, словно поняла мои мысли, и прикоснулась полностью ладонью к щеке. Потянувшись за лаской, тихонько заурчал. Ника издала тихий смешок. Мне не хотелось отвлекаться на что-то. Все тело реагировало на такое невинное прикосновение. Сердце учащенно забилось, а в штанах стало тесно. Но я мог отодвинуть свои похотливые желания лишь ради этого момента. Не желая упускать тепло руки, накрыл ее своей и, сдвинув руку к губам, нежно поцеловал.

Запах страсти и похоти заполнил машину. Зверь метался, требуя меня перейти к действиям. Но в который раз я подавил его желание. Разве она заслуживала, чтобы все произошло в машине? И так я виноват перед ней хв тот первый раз… в темном переулке. И пускай на тот момент мне было абсолютно плевать, что и как я делал, то сейчас хотелось загладить свою вину. Вот только не знал, смогу ли…

Нехотя я разлепил глаза и вновь оказался в плену. Ника была поражена, но не прекращала смотреть на меня нежно, мне даже на миг показалось, что она пытается меня успокоить.

Подавшись порыву, наклонился к ней и приник к манящим губам. И только я начал ощущать что-то новое, как Ника резко отпрянула от меня.

— Не нужно! — строго отчеканила она, из-за чего я ругнулся.

— Замечательно, выходи, мы приехали, — процедил сквозь зубы, обзывая себя последними словами.

Какой же я идиот! И на что только рассчитывал? Конечно. Куда там. Не ко двору пришелся. Наверно, кошак в сто раз лучше, будь он проклят. Зверь во мне рычал от досады, желая вырваться на волю и пуститься в лес, выбивая злость. Выйдя из машины, оглянулся по сторонам. Куда идти, я понятия не имел. Но, как и в прошлый раз решил пойти вглубь деревни. Кто-то точно выйдет навстречу. Ника шла рядом и молчала. Не знаю, что она думала в этот момент, но я уловил от нее запах ярости. Замечательно. Во всем она винит меня. Тихо рыкнув на себя, прогнал все иллюзии. Она мне не нужна. Пусть все будет, как я и планировал. Со мной она только ради сына.

— Тамара! — внезапно воскликнула Ника и бросилась обнимать женщину.

Я присмотрелся к ней. С виду самая обычная женщина. Короткие темные волосы, прямой нос, тонкие губы, лицо было слегка морщинистое, выдавая ее немолодой возраст. Рост у нее был не высокий, мне она могла достать едва ли до плеча. Но с Никой они были одинакового роста. Женщина обладала стройной фигурой, и со спины ее запросто можно было спутать с молодой девушкой. Меня не должно было ничего удивить, но почему-то зверь насторожено отнесся к ней. А я не понимал, почему мне тоже хочется обнять ее, как сейчас это делает Ника.

Когда женщина отстранилась, взглянула на меня и в ее глазах тут же промелькнула печаль. Я видел, что она старалась держать себя в руках и часто моргать. Что-то больно кольнуло на сердце. Зверь взвыл, как раненный, что-то понимая для себя.

— Вы, наверно, к Вульфу? — сиплым голосом спросила она, не разрывая зрительного контакта.

— Дерок? — неуверенно спросила меня Ника, ожидая ответа.

Я не мог проговорить ни слова. Женщина каким-то странным образом завладела моим вниманием, и я не желал упустить ни единой детали из виду, словно выискивая ответы.

— Вульф? — все же отрывая взгляд от женщины, повернулся к Нике. — Это кто? — удивленно спросил, когда вновь смог нормально мыслить.

— Ну мы же сюда приехали не просто так… — подтолкнула Ника к ответу, а меня вдруг осенило.

— А вы разве не считаете меня… — я на миг замолчал, не зная, как продолжить.

— Я тебя прекрасно поняла, — ответила женщина и улыбнулась мне.

Сердце застучало набатом, а в душе потеплело от нахлынувших чувств. Почему она так влияет на меня? Неужели…

— Пойдемте, я вас отведу, — ее голос прервал меня, и я не успел закончить мысль.

Мы покорно пошли за женщиной. По дороге я прислушивался к себе и пытался все же понять, почему мне так дико хочется обнять ее. Меня тянуло к женщине. Ее энергия окутала, как в кокон, и я даже не желал высвободиться из него. Было так тепло и приятно, как если бы я вернулся вновь домой…

— Такая милая женщина, — тихонько шепнула мне Ника.

Я пожал плечами, не желая отвечать. Да и она не спрашивала, а просто задала риторический вопрос. Не спорю. Женщина действительно была милой. Вскоре мы подошли к небольшому дому. Та, открыв дверь, пропустила нас, и только после вошла. В нос тут же ударил запах того ликана. Зверь зарычал, предвкушая встречу. Я не разделял его радости. Меня вновь била мелкая дрожь, а из губ вырывалось судорожное дыхание.

— Вульф! — крикнула женщина.

Теперь я знал, как зовут ликана. С замиранием сердца ожидал его появления. Он уже должен был уловить мой запах. Почему-то отчаянно захотелось вновь увидеть его, и отыскать между нами разницу. Наверно до сих пор я отказывался верить в очевидные вещи.

— Эви? — удивленно спросила Ника, как только она и Вульф вышли к нам.

Ника посмотрела на меня, а затем вновь на девушку. Эви ей тепло улыбнулась.

— Ника! — воскликнула Эви.

Она подалась немного вперед, желая кинуться в объятия к подруге, но тут же остановилась и неуверенно покосилась на Вульфа. Я взглянул на него и поразился. Его полный обожания взгляд не отрывался от девушки. Но, когда она неуверенно посмотрела на него, он разочарованно выдохнул. Втянув носом воздух, уловил запах боли. Я мог с точностью сказать, что это была его эмоция. Кажется, в этот момент я его понял, так как Ника тоже не решалась сделать первые шаги.

— Милая… — тяжело выдохнув, начал Вульф, — я же говорил тебе уже много раз, ты вольна делать все, что пожелаешь! — строго добавил он, но взгляд по-прежнему был полон обожания.

— Точно? — скептически спросила Эви и покосилась в сторону Ники.

— Да! — заверил он ее.

Тут же она довольно взвизгнула и подбежала к Нике. Я отошел в сторонку, не желая стоять на пути.

— Боже, я не верю своим глазам! — восторженно говорила Эви. — Ты здесь!

Ника звонко рассмеялась, отчего на моем лице заиграла лучезарная улыбка. Я жадно ловил каждое ее движение, мимику, боясь упустить хоть что-то из виду. Ко мне приблизился Вульф, и положил руку на плечо. На долю секунды я порывался сбросить ее, но что-то мешало это сделать.

— Сейчас ты по-другому к ней относишься, — утвердительно сказал он.

— Я здесь не за этим, — ровно ответил я, передергивая плечом, чтобы освободиться от его руки.

— Как скажешь, — безразлично ответил он, и отошел в сторону. — Думаю, женщинам нужно уйти.

Они, не возражая, пошли на выход из дома. Но я был против такого расклада.

— Нет! — громко воскликнул я. Они вздрогнули.

Ника смотрела на меня удивленно, Эви закусила нижнюю губу и заметно нервничала. И лишь женщина продолжала тепло улыбаться мне.

— Ника останется! — безапелляционно заявил я. — Иди сюда, — сказал и протянул руку, тем самым приглашая ее подойти.

Она пожала плечами и быстро оказалась возле меня. Я выдохнул, когда вновь ощутил рядом с собой тепло ее тела. Жутко захотелось притянуть Нику ближе и, уткнувшись носом в ее волосы, вдохнуть такой родной аромат…

— Мне уйти? — неуверенно спросила Эви, продолжая нервничать.

— Иди ко мне, — ласково позвал ее Вульф, после чего она облегченно выдохнула и подбежала к нему.

В отличие от меня, он крепко обнял ее и поцеловал… Ника тихонько ахнула и густо покраснев, отвернулась. Мне не хотелось наблюдать за чужими нежностями, тем более что я прибыл с конкретной целю.

— Мы вам не мешаем? — брезгливо спросил их, морщась от слащавости момента.

Вульф оторвался от Эви и гневно посмотрел на меня. Выдержав этот взгляд, я сложил руки на груди, дожидаясь ответа. Он посмотрел куда-то за мою спину и жестом руки указал на дверь. Мне не хотелось, чтобы эта женщина покидала дом, но решил согласиться с решением Вульфа. В конце концов, это его дом и он вправе решать, кому оставаться.

— Присядем? — он указал на диван, когда за женщиной закрылась дверь.

Я взял Нику за руку и потащил за собой. Она сжала мою ладонь, словно поддерживая, так как все мое тело напряглось, ожидая правды. Когда мы все расселись, я вперил вопросительный взгляд в Вульфа. Он молчал и всматривался в мои глаза, нещадно выискивая что-то в них. Вероятно, не найдя того, чего ожидал, вздохнул. Его взгляд мигом стал холодным, наткнувшись на который, можно было смело бежать за одеялом.

— Мне кто-нибудь объяснит, что, черт возьми, здесь происходит?! — не выдержав, вскрикнул я на эмоциях.

Ника положила руку мне на плечо и легонько сжала. Я расслабился и облегченно выдохнул, ощущая ее поддержку.

— Не волнуйся, все хорошо, — склонив ко мне голову, прошептала она на ухо.

От ее горячего дыхания по телу побежали мурашки. Я до хруста сжал руки в кулаки, чтобы ни накинуться на нее прямо здесь. Черт. Мне нужно сосредоточиться на разговоре, а не на женщине, сидящей рядом. Но, черт, она была так соблазнительна сейчас…

— А ты уверен, что хочешь правды? — хмыкнув, спросил Вульф.

— Ты что думаешь, мне больше нечего делать, как по чужим стаям разъезжать? — разозлившись, выпалил я, всплескивая руками.

— Я ничего не думаю, — безразлично начал Вульф. — Просто я не вижу у тебя сильного желания узнать правду. Так, может, сделаем вид, что ничего и не было? — добавил он.

Я со злостью зарычал и хотел кинуться на него. Но рука, лежавшая у меня на плече, сжалась, вынуждая меня сесть на место. Обернувшись к Нике, тепло улыбнулся ей. Сейчас, как никогда, я ценил ее поддержку.

— Давай без пафоса, просто объясни мне, почему мы так похожи! — требовательно сказал я, бросая заинтересованные взгляды на Вульфа. — Ведь ты точно знаешь ответ, — добавил я, не сомневаясь в своих словах.

Вульф вздохнул и встал. Я наблюдал за каждым его движением, удивленно понимая, что сейчас будто наблюдаю на себя со стороны. Вскинув бровь, не прерывал взгляда. Вульф нервничал и пытался начать разговор. Мы все видели, как тяжело ему начать.

— Если быть честным, то я и сам все узнал не так давно. Все произошло совершенно случайно. Как-то раз я прогуливался по городу и внезапно наткнулся на тебя, — он замолчал и внимательно посмотрел на меня. — Естественно, я был очень удивлен. Проследив, я узнал много интересного о тебе, — он ехидно улыбнулся, а я догадался, что он мог увидеть.

Тяжело вздохнув, посмотрел на Нику извиняющимся взглядом. Мне было стыдно за то, что мог сейчас сказать Вульф. Но он, наткнувшись на мой умоляющий взгляд, промолчал.

— Короче в тот день я был сам не свой. Хотелось получить ответы. И, естественно, за ними я пришел к своей матери.

На этом месте я напрягся, вновь ощущая потребность поддержки. Подхватив Нику, пересадил ее к себе на колени, и крепко прижал, вдыхая умопомрачительный запах.

— Продолжай, — успокоившись, обратился я к Вульфу.

— Прежде чем я тебе все расскажу, ты должен знать, что все это далось не просто. И я не позволю тебе испортить жизнь самому дорогому мне человеку! — грозно предупредил он.

Я кивнул и, затаив дыхание, ждал объяснений.

— Ну что же, возможно, правда тебе не понравится. Кто знает. Я расскажу лишь то, что посчитаю нужным от себя. Остальное ты сможешь узнать сам, — он набрал в легкие побольше воздуха и продолжил: — Я помню, как нелегко было матери. Она вечно чего-то боялась, каждую ночь с криком просыпалась в холодном поту, после чего крепче прижимала меня к себе, словно боялась навсегда потерять. Тогда я еще не мог понять, что с ней происходит. Было нелегко, учитывая, что я был еще ребенком, который не мог ей помочь. Однако старался успокаивать.

Однажды, когда она устроилась на новую работу, ее заметил Блейк. Альфа этой стаи. Вот он заменил мне настоящего отца, полюбил мать, дал ей все то, чего не мог дать твой отец… — замолчав, он бросил на меня гневный взгляд. — Когда я узнал о тебе, изначально винил мать в том, что она бросила тебя, но узнав, как ей жилось с твоим отцом, кардинально изменил мнение.

Я старался дышать глубже и переварить полученную информацию. Этот поток обрушился на меня, как лавина, сметая все на пути, не давая возможности скрыться.

— Значит, ты хочешь сказать, что мы… — он не позволил договорить.

— Да, Дерок, мы братья! — воскликнул Вульф. — Неужели так сложно было догадаться? — с нескрываемым возмущением спросил он.

Вот только мне уже было не до этого. Я пересадил Нику на диван. После чего, резко подскочил и заметался по комнате, даже не пытаясь скрыть свою нервозность. Во мне вдруг что-то взорвалось, и я пока не мог понять, как теперь относиться к этой новости.

Доминика

Я наблюдала, как Дерок подорвался с дивана и стал нервно расхаживать по комнате. Изредка он ерошил волосы и тихо что-то рычал себе под нос. Еще в машине я даже боялась предположить, куда он меня везет. Больше всего боялась, что он вновь вернет меня домой и запретит видеться с сыном. Но все оказалось совсем не так. Лишь когда он припарковал машину, я все поняла. По тому, как нервничал Дерок, было понятно, что этот разговор дастся ему тяжело. На короткий миг я сама не поняла, как попыталась успокоить его. Но все мысли, вся злость испарилась, когда я заглянула в его темные глаза. Удивительно, но та нежность, теплота и, возможно, надежда, вмиг отогрели мою ледяную душу. Даже представить было сложно, что в нем есть такие чувства. Я не могла ошибиться в них. Однажды точно такие же чувства я наблюдала в других глазах… Прогнав непрошеное наваждение, продолжила размышлять. Мне не жалко было поддержать Дерока в эту трудную для него минуту. Но вот то, что он собирался меня поцеловать, вмиг отрезвило. Больше я не желала быть игрушкой в его лапах. Мне было важно сохранить хоть частичку тепла к нему лишь ради сына. Пожалуй, ради него я была готова на многое.

— Да уж, я не идиот, сразу догадался, — зло выплюнул слова Дерок, вырывая меня из задумчивости.

Я взглянула на Вульфа и закусила губу. Сейчас его лицо побагровело от злости, и я боялась, что через минуту в комнате случится драка.

— Вульф, не нужно, — ласково сказала Эви, поглаживая его по руке. — Дерока тоже можно понять, не каждый день он узнает, что теперь у него есть брат и мама, — добавила она, не прекращая ласкать Вульфа.

Он тут же расслабился и его взгляд стал мягче. Но изредка он все же бросал на брата убийственный взгляд. Хотелось бы мне узнать, о чем сейчас думает Дерок. Ведь наверно только я могла понять или предположить, что так просто он не свыкнется с положением. Столько лет жить с отцом и вдруг выяснить, что у него есть еще семья. Наверно, сейчас я отталкивалась от своего сна. Ведь в нем мой сын тоже был такого возраста, как сейчас Дерок. И он не желал меня видеть. А тут, похоже, ситуация не лучше. Как мать могла бросить одного из близнецов? Хотя… в глубине души я примерно могла ее понять. Скорее всего, она пыталась вырваться из лап тирана. Даже страшно предположить, что мог с ней сделать отец парней…

— Мать? — вдруг резко остановившись, ехидно сказал Дерок, чем вызвал у меня тяжелый вздох. — Мне никто не нужен! — следом выплюнул он слова, смотря прямиком в глаза Вульфа.

— Милая, — ласково обратился он к Эви и, притянув ее голову к себе, быстро поцеловал в губы. — Думаю, вам с Никой лучше прогуляться! — уверенно добавил он, и посмотрел на меня.

Я лишь пожала плечами. Мне было все равно. Но, увидев затравленный взгляд Дерока, нахмурилась. Он явно был против моего ухода. Мне было странно от того, что этот сильный и властный ликан вообще хочет чьей-то поддержки. Тем более моей. Я просто не могла его понять. Нужно было хорошенько обо всем подумать. Тем более, сегодня я получила достаточно пищи для размышлений. Встав, подошла к нему, тесно прижавшись всем телом. Он инстинктивно положил руку мне на талию и прижал крепче, словно боясь выпустить тепло из своих рук.

— Вам нужно поговорить наедине, — приподнявшись на носочки, спокойно сказала ему на ухо, хотя прекрасно понимала, что это услышат все.

Он тяжело вздохнул, еще крепче прижимая меня к себе, и неуверенно кивнул. Я нервно пискнула, когда его хватка оказалась слишком сильной. Дерок тут же расслабил объятия и выпустил меня. Когда я отошла, могу поклясться, что услышала стон разочарования. Тут же стало любопытно, не показалось ли. Повернувшись, хотела заглянуть ему в глаза, но он заблаговременно опустил голову.

— Пойдем, — Эви взяла меня под руку и вывела из дома.

Мы вышли, и я мигом вдохнула свежего воздуха, пытаясь успокоить разыгравшиеся не на шутку нервы. Наверно, мне лишь показалось. Ну не мог Дерок переживать из-за того, что внезапно ему пришлось отпустить меня. Или могло? В конец запутавшись, решила не забивать голову разными глупостями.

— Давай пройдемся, — сказала Эви и повела меня вдоль дорожки.

— Ну давай, — не став с ней спорить, согласилась я.

Половину пути мы шли молча. Мне безумно хотелось узнать, как же она оказалась здесь, и что вообще произошло в мое отсутствие. Задать подруге эти вопросы я не решалась. Так и чувствовала, что для нее это больная тема.

— Тебе, наверно, жутко интересно, почему я здесь? — внезапно Эви сама решила заговорить.

— Вообще-то да, но если… — договорить она не дала.

— Ника, а давай сначала поговорим о тебе, — Эви перевела разговор, тяжело вздохнув.

— Ну, а что обо мне говорить… — сказала я и задумалась.

— Как так вышло, что ты снова с Дероком? — удивленно спросила она.

— На самом деле, я не с Дероком, — помотав головой, уверила ее я. — Он вернул меня лишь ради сына, и менять что-то нет смыла.

— Странно, там, в доме, мне так не показалось, — нахмурившись, сказала Эви, смотря куда-то вдаль.

— Я лишь хотела ему помочь, вот и все, — как бы оправдываясь за свои поступки, сказала я, а сама задумалась, так ли права.

Не спорю, его прикосновения и собственнические замашки, проскальзывающие иногда, были приятны. Даже иногда мне и самой хотелось тянуться за ними. Но, каждый раз вспоминая прошлое, я убегала, как трусливый заяц. Ну и что? Так было проще всего.

— Я понимаю, что после всего того, что сделал тебе Дерок, ты его не сможешь полюбить, но…

Не собираясь дослушивать подругу, перебила ее:

— Нет, Эви. Этого не будет!

— Как знаешь, — она пожала плечами, и вновь повисла тишина.

Когда мы достаточно удалились от всех домов, я почувствовала неладное. Эви вдруг остановилась и разревелась. Я тут же притянула ее в свои объятия, и начала гладить по спине, откровенно не понимая, что вообще произошло.

— Тише, все хорошо, — сказала я, продолжая поглаживать.

Когда ее плечи стали меньше вздрагивать, она отстранилась и заглянула в глаза. Мне и самой тут же захотелось взвыть, сколько боли я увидела во взгляде. Сейчас он напоминал взгляд побитой собаки. Было очень страшно задать ей такой простой вопрос: «Что же произошло». Неужели Вульф мог ее обидеть? За тот короткий промежуток времени, что я его знала, он казался мне более вежливым и добрым, нежели Дерок. Черт, неужели ошибалась?

— Марка больше нет, — всхлипнув, тихонько сказала она.

— Как? — ахнув, спросила я, округлив от удивления глаза. — Что произошло? — неуверенно добавила, боясь еще больше огорчить подругу.

— Его убил Вульф, — взгляд Эви был пустой, и она смотрела в одну точку, словно отвечая на автомате. — Это случилось буквально несколько дней назад. Я до сих пор не могу поверить в то, что его больше нет… — она говорила ровно, отчего я не могла понять, это хорошо или плохо.

Эви на миг замолчала, а я не стала перебивать ее лишними вопросами, позволяя выговориться.

— Знаешь, изначально я думала, что почувствую облегчение от этого. Ведь он относился ко мне, как к вещи. Ни во что не ставил, и мое мнение его не интересовало. Лишь наследник был для него главной целью. Но нет облегчения, понимаешь? — горько выкрикнула она, вновь собираясь заплакать.

— А Вульф? — осторожно поинтересовалась я.

— А что Вульф? — переспросила она. — Я не могу так быстро довериться ему. Пускай он и кажется добрым, даже милым и ласковым, но вот здесь, — она положила руку на сердце, — все замерло. Я не могу вновь довериться, — тяжело вздохнув, добавила она, вытирая слезы.

— Как ни странно, но я тебя прекрасно понимаю, — притягивая подругу в объятия, сказала я, и сама вздохнула.

Постояв так еще некоторое время, мы пошли обратно. Я опасалась, как бы мужчины там не подрались. Похоже, Эви была такого же мнения. Мы ускорили шаг, чтобы быстрее достигнуть дома.

— Как думаешь, дом еще цел? — неуверенно спросила Эви, но в ее голосе слышались панические нотки.

— Понятия не имею, но два Дерока в гневе это плохо! — уверенно произнесла я, после чего подруга рассмеялась.

— Что? — спросила ее, не понимая причину смеха.

— Просто ты сказала два Дерока, так смешно стало. Они так похожи внешне, но по характеру как инь и янь. Но я видела Вульфа в драке, мне кажется, что у них с Дероком равноправная сила. Поэтому даже не столько страшен дом, как сами мужчины. Они ведь могут изрядно покалечить друг друга!

— Ну да, особенно если учитывать сложившуюся ситуацию… — и не успела я договорить, как в метре от нас пронеслись два ликана, злобно скалясь и рыча.

— О боже! — воскликнула Эви, провожая взглядом наших мужчин.

— Один из них точно Дерок, — уверенно сказала я, прекрасно понимая, что второй Вульф.

— Что делать? — нервно спросила подруга, но ее руки сами уже расстегивали пуговицы на кофте.

— Эви! — я ахнула, понимая, что она задумала. — Не смей идти за ними! — потребовала я, теребя ее за руку.

— Но мы не можем это оставить просто так, — казалось, подруга сейчас вновь заплачет.

— Не волнуйся, ну побесятся, зато потом точно будут «не разлей вода»! — заверила я ее, хотя сама не была так уверенна в этом.

Но и позволить подруге бежать за двумя обезумевшими ликанами не могла. Пусть она тоже оборотень, но в силе точно уступала. Эви неуверенно кивнула, бросив тоскливый взгляд на лес.

Я взяла ее под руку и повела в сторону дома, пока она не передумала и не пустилась вслед. Пока мы шли, подруга нервничала и все время оглядывалась.

— Ну вот, а говоришь, что сердце замерло, — улыбнувшись, сказала я, и тут же наткнулась на безразличный взгляд.

— Чушь! — зло воскликнула она, опровергая мои догадки. — Мне абсолютно все равно!

Мы уже дошли до дома. Дверь была нараспашку, а во дворе валялась порванная одежда. Эви кинулась ее собирать. Я видела, что она заметно нервничает и не может как следует справиться с поставленной ею самой задачей.

— Потом соберешь! — увидев очередную попытку поднять ткань, я подошла к подруге и, взяв ее за руку, увела в дом.

— Но ведь надо убрать, — сказала она, легко высвободившись из моей, как мне казалось, крепкой хватки, и вновь кинулась подбирать разорванные тряпки.

Боже, я не могла понять, что происходит с ней. Но надеялась, что Вульф все же сможет разжечь в ней страсть, выпуская на волю эти чувства. Эви заслуживала счастье. И я даже была рада такому повороту событий.

Оглянувшись, я застонала. В зале был перевернут диван, подушки разорваны, стол разломан, словно на него кто-то приземлился, карниз сорван с одной стороны, а шторы порваны когтями. М-да, общая картина была плачевной. Парни на славу тут постарались. И как еще хватило ума выбежать на улицу?

— О боже… — ахнув, прошептала Эви, зайдя в дом с тряпками в руках, которые не так давно были одеждой.

На ее глаза снова накатили слезы, и я подозвала ее к себе. Прижав покрепче, вновь стала успокаивать. Сейчас настало время возвращать долги. Помню, когда мне было паршиво от поступков Дерока, она меня тоже успокаивала, как могла. Но сейчас я не знала, какие подобрать слова. Хотелось понять, из-за чего конкретно она огорчилась. То ли из-за разрушенной комнаты, то ли из-за того, что мужчины сейчас могут себя покалечить…

Я решила просто помолчать, позволив ей выплакаться. В любом случае, разруху можно исправить, ну и насколько я знаю, оборотни быстро регенерируются. Разве что один из них не перегрызет другому глотку. Но это было глупо. Они ведь близнецы. Не думаю, что сейчас они так воинственно настроены друг против друга.

Прошло примерно пять минут, как Эви напряглась в моих объятиях и стала прислушиваться.

— Кажется, идут… — как-то странно ответила она, словно сама не могла понять, послышалось ей или нет.

Через минуту я поняла, почему подруга была удивлена. В дом вломились братья, шутя и смеясь. Я закусила нижнюю губу, чтобы случайно не ахнуть. Вид двух голых мужчин заставил меня густо покраснеть, а дыхание сбиться. Они были идеальны. Но мой взгляд все равно был прикован к Дероку. Я сглотнула и отвернулась, так как сейчас моя фантазия стала подбрасывать абсолютно неприличные картинки.

«Соберись!», — приказала себе, а сама, то и дело поглядывала на Дерока. Он, поймав мой взгляд, на миг остановился и послал мне похотливую улыбку. Она вмиг отрезвила меня. Конечно, ему только это и нужно. Но я не собиралась прыгать к нему в кровать. Буду умнее.

— Эви? — неуверенно спросил Вульф, приближаясь к нам. — Милая, ну чего ты? — ласково обратился он к ней, одновременно забирая в свои цепкие объятия.

— Ты… Вы… Зачем… — сквозь рыдание что-то хотела сказать она.

— Прости… — тяжело вздыхая, сказал Вульф и носом вдохнул аромат Эви, после чего блаженно застонал. — Ну, идиоты, что с нас взять? — шутливо добавил он, взяв ее на руки и унося прочь.

Я нерешительно повернула голову и старалась смотреть Дероку в глаза. Но взгляд поневоле опускался на мощную грудь мужчины. Втянув сквозь зубы воздух, ощутила, как по телу побежали мурашки, когда взгляд задержался на кубиках пресса, не решаясь спуститься еще ниже. Пока я рассматривала его тело, не заметила, как он приблизился ко мне. И лишь когда ощутила рядом с собой тепло, удивленно моргнула, сверля взглядом его грудь. Мне стоило огромных усилий, чтобы ни накинуться на него прямо здесь. Черт, я ненавидела свое предательское тело, которое так и льнуло к Дероку.

— Ника, я… — начал он, но резко замолчал, когда я подняла голову и попала в плен его темных глаз.

Дерок затаил дыхание, и неуверенно подняв руки, обнял за талию, притягивая меня ближе. Горячее тело оборотня, казалось, должно сейчас опалить мне кожу. Или это я горела от желания? Что-то непонятное проскользнуло в его взгляде, когда я нервно сглотнула и положила ему ладони на грудь. Кончики пальцев покалывало, а кожа горела от прикосновения. Дыхание участилось, и мне захотелось блаженно застонать. Что я, в общем-то, и сделала. Грудь Дерока завибрировала, и я услышала тихий рык, который вырвался из глубин. Сам же, он даже боялся вдохнуть или пошевелиться, наверно, чтобы не спугнуть такой момент.

— Что ты со мной делаешь… — вымученно произнес он, зарываясь носом в моих волосах и судорожно вдыхая аромат.

Я не могла понять смысл его слов. Я их услышала, но затуманенный желанием мозг наотрез отказался понимать. Его руки поползли по моему телу вверх, и через минуту пальцы зарылись в моих волосах. Теперь и я затаила дыхание, ожидая дальнейших действий.

— Пожалуйста, разреши мне… — он не договорил, и потянул немного вверх мою голову, и сам стал склоняться.

Я поняла, чего он хочет, но больше всего меня поразили слова. Пожалуйста… Из его уст это слово звучало так странно, что на миг показалось, что братьев подменили. Но, нет. Это Дерок. Его я уж точно не спутаю.

— Можно? — вопросительно ответила я, но он уже полностью склонился и осторожно, лаская лишь языком мою нижнюю губу, выдохнул.

Приподнявшись на носочки, обвила его шею руками, разрешая тем самым притянуть меня еще ближе. Он довольно рыкнул и, крепко прижав к своему горячему телу, впился в губы.

— Кхм… — покашливание Вульфа отрезвило меня, и я ошарашено отскочила от Дерока, тяжело дыша.

— Черт! — зарычал Дерок. — Ну что еще? — вымученно добавил он, наткнувшись на мой безразличный взгляд.

Я проклинала себя за свою слабость. Боже, если бы не Вульф, я бы отдалась Дероку прямо здесь. Идиотка… Что со мной не так? Почему меня тянет к нему? Ведь я должна ненавидеть его за то, что он сделал со мной в ту злополучную ночь! Ведь его поступок я не простила ему, и не собиралась. Нет. Это все нужно было прекращать. Так дальше не может продолжаться.

— Ну я просто… вот, — Вульф протянул вещи для Дерока и посмотрел на него, взглядом прося прощение.

— Давай, — недовольно бросил Дерок, тяжело вздохнул и принял одежду.

Я заметила в проеме Эви, которая довольно улыбалась. Сейчас не было и следа от ее слез. А по припухшим губам я и вовсе догадалась, как ее успокаивал Вульф. Вернув ей довольную улыбку, указала пальцем на губы. Эви покраснела и опустила взгляд в пол.

— Так, ладно, в гостях хорошо, а дома лучше! — сказал Дерок, когда полностью оделся, и сейчас в комнате создалась напряженная обстановка.

— Надеюсь, вы все выяснили? — я обратилась к обоим братьям.

— Да! — они довольно воскликнули в один голос, после чего послышался заливистый смех.

От этого в комнате задрожали стекла, и я боялась, что они попросту не выдержат такого баса. Мужчины резко замолчали и крепко обнялись, хлопая друг друга по спине. Я была рада, что они нашли общий язык. Оставалось лишь понять, принял ли Дерок маму.

— Я надеюсь на тебя, — сказал Вульф, на что Дерок лишь кивнул.

Эви подошла ко мне и, обняв, проговорила:

— Я буду рада, если ты еще навестишь меня, — она неуверенно посмотрела на Вульфа, после чего получила уверенный кивок и милую улыбку, расслабилась.

— Обязательно! — с уверенностью пообещала я, прощаясь, и со вздохом возвратилась к Дероку.

— До завтра! — сказал Вульф.

Мы с Дероком покинули дом. Сев в машину, он не говоря ни слова, завел двигатель, и мы уже мчались домой. Странное слово. Раньше я считала домом нашу с Леной квартиру. Вспомнив подругу, погрустнела. Интересно, как она там? Мне жутко захотелось встретиться с ней, поговорить наедине, узнать, все ли в порядке после ее встречи с Дероком. Вдруг он ей успел навредить…

— Дерок, я…

— Ника… — сказали мы одновременно и замолчали.

— Ты говори, — уступил он.

И хоть мне было жутко интересно, что он скажет, я решила заговорить первая.

— Я бы хотела, если это, конечно, возможно, поехать завтра в город, — неуверенно сказала я и, зажмурив глаза, боялась услышать бранный ответ.

— Зачем? — спокойно спросил он, после чего я выдохнула и расслабилась.

— Я хотела навестить Лену, — после того, как я упомянула имя подруги, Дерок зарычал.

— Нет! — жестко отчеканил он, сжимая крепче руль.

— Почему? — искренне удивилась я.

— Ты не поедешь! — вновь гнул он свою позицию.

— Объясни! — воскликнула я, начиная закипать от злости.

— Ты хоть иногда головой думаешь? Или вместо мозгов у тебя желе? — зло рыкнул он, я ахнула и сама зарычала в ответ.

— Да как ты смеешь?! — выпалила я, а сама боялась, чтобы его злость не коснулась меня.

— Раз ты не можешь думать, скажи спасибо, что за тебя это делаю я! — швырнул он мне в лицо эти слова, и я поняла, что дальше с ним бессмысленно спорить.

Он будет стоять на своем. Вот только и я не собиралась так просто сдаваться. Дерок сам говорил, что не держит меня, как заложницу. Что же, в таком случае ему просто придется меня отпустить. А если нет, тогда я уеду сама. Плевать, как выеду из стаи, неожиданно во мне проснулся азарт, и я поставила себе цель, которую собиралась выполнить уже завтра. Улыбнувшись, поудобней устроилась на сидении, абстрагируясь от всего.

Доминика

Когда мы приехали в стаю, я тут же выскочила из машины, не успел Дерок даже затормозить. Я слышала, что он вновь говорил мне обидные слова, ну и плевать. За то время, пока мы находились дома у Вульфа, я жутко соскучилась по сыну. До сих пор не могу привыкнуть, что он теперь со мной, и это далеко не сон.

Забежав в дом, бросилась по лестнице, перескакивая несколько ступенек. Меня прямо тянуло в комнату. А еще меня смущала девушка, которая сейчас осталась с сыном. Лина. Что-то в ней было не так. Я так и ощущала ее гнев, направленный на меня. Но почему? Ведь мы с ней не знакомы, тогда почему она так относится ко мне? Было у меня несколько вариантов, но могли ли они оказаться правдой? Изначально я решила, что она имеет какое-то отношение к Дероку. Но он своим поведением отмел эти мысли в моей голове. Мне даже показалось, что он откровенно ненавидит ее. Но и это казалось абсурдом. Если это так, зачем оставлять с ней сына? Ведь в стае еще есть женщины.

Второй вариант мне подходил больше остальных. Ведь я человек, и она, наверняка, чувствует брезгливость по отношению ко мне. Именно этого варианта я старалась придерживаться. Иначе просто боялась погрязнуть в размышлениях. К тому же, опасалась за сохранность своей жизни.

— Да замолчи ты, наконец! — гневно прорычала Лина, когда я открыла дверь в комнату.

Меня затопила волна ярости за сына. Какое она имеет право так обращаться с ребенком? Я поспешила к кроватке, чтобы взять малыша на руки, и прижать к груди, успокоить. Хотя, он уже почувствовал мое присутствие и притих.

— А, явилась… — презренно бросила она мне и демонстративно опустилась в кресло, положив ногу на ногу.

Лина бросала на меня откровенно злые взгляды, наверно способные убивать. А ехидная улыбка, не сходящая с ее лица, говорила о том, что она еще не закончила высказывать свои претензии.

Я старалась держать себя в руках и казаться умнее. Зачем мне конфликтовать с ней? Да и это, наверно, будет ее только тешить. Я решила просто помолчать. Взяв сына на руки, прижала к себе и поцеловала в лобик. Он тут же окутал меня своей энергией, согревая и успокаивая. Блаженно прикрыв глаза, принюхивалась к запаху. Мне показалось, что я могу уловить этот прекрасный аромат. Я забыла напрочь обо всем. Все печали отошли на второй план. Было так хорошо, что просто не хотелось вновь возвращаться в реальную жизнь.

— Помни свое место, — открыв глаза, я встретилось с взглядом таких же карих глаз, как и у меня.

Но сейчас в них я видела ненависть и презрение. Мне даже показалось, что там была зависть…

— Ты здесь только для того, чтобы смотреть за своим выродком! — уверенно добавила она, после чего поднялась из кресла и приблизилась. — А Дерок мой, запомни это. Он вернул тебя лишь за тем, чтобы щенок не мешался нам! — заявила она, и резко развернувшись, так что ее длинные волосы попали мне в лицо, собралась уходить.

— Но если это так, тогда почему он взял сегодня меня с собой? — решила задать ей вопрос, хотя заведомо знала, что она не сможет ответить на него.

— Это не твое дело! — прошипела она и в несколько шагов оказалась возле двери. — Я тебя предупреждаю, если будешь на него вешаться, очень сильно пожалеешь, — выплюнула она гневные слова и покинула комнату.

Мой взгляд сам задержался на том месте, где недавно стояла Лина. Видимо, она была настолько зла, что выпустила когти и расцарапала обои. Странно, что-то за последнее время на Дерока все стали предъявлять права. Я уже окончательно запуталась. Сначала Лена утверждала, что они вместе, теперь вот эта девушка. Пожав плечами, снова вернула внимание сыну. Взглянув на него, тепло улыбнулась. Он вторил моему поступку, отчего сердечко пропустило удар, а на душе стало так тепло и приятно, что я могла согреться лишь от этой улыбки.

— Как же я тебя люблю, — сказала Тэннору, целуя его малюсенькую ручку, которую он сам протянул к моим губам.

Пока я качала сына и напевала ему колыбельную, сама почувствовала, что устала за сегодня. Хотелось прилечь и отдохнуть. Но я стойко держалась, не желая показывать слабость. Не могла позволить себе такой роскоши. Если я здесь и вправду лишь для того, чтобы ухаживать за сыном, пускай. Мне все равно, с кем будет проводить свое время Дерок.

Вскоре малыш сладко засопел у меня на руках. Я не могла никак сдержать милой улыбки, смотря на это маленькое спящее чудо. Он окутывал меня своей энергией, словно боялся потерять хрупкую связь. Но, мне было и самой приятно ощущать, что Тэннор продолжает заботиться обо мне. И я не собиралась оставлять свою кровиночку на воспитание другим девушкам. Он — мой!

— Малыш мой, я никому не позволю забрать тебя, — положив его в кроватку, и укрыв одеяльцем, прошептала я — Какой же ты у меня красивый.

Я аккуратно погладила сына по головке с реденькими волосиками. И теперь могла спокойно идти отдыхать. Но никак не могла оторвать от него взгляд. Ноги словно вросли, и не желали двигаться. Казалось, что-то удерживает меня возле кроватки. Внезапно по коже пробежали мурашки, я поежилась и, обняв себя руками, попыталась справиться с паникой.

Через несколько секунд почувствовала рядом с собой тепло. На миг забывшись, потянулась за ним, желая окунуться в желанное тепло с головой. Шагнув назад, спиной уткнулась в каменную грудь. Застыв в нерешительности, нервно прикусила краешек нижней губы, когда Дерок прижал меня еще ближе, обнимая за талию. Он тяжело дышал, словно только что пробежал марафон. Я не могла заглянуть к нему в глаза, но почему-то знала, что сейчас в них я могла разглядеть нечто большее, чем могла бы предположить.

Его горячее дыхание над моим ухом посылало мощные импульсы по всему телу. Пальцы покалывало от желания прикоснуться к нему. Но я не могла позволить себе больше. Боялась, что если сделаю это, потом буду наказана. Было страшно обжечься вновь. Кто я для него? Очередная игрушка или запретный плод, который так и хочется сорвать? Не думаю, что интересую его, как личность. Да и вроде он нашел себе достойных женщин. И пускай у меня не было подтверждений словам Лины, но также не было и опровержений. Кто знает, какую игру задумал хитрый волк.

— Ника, — томно выдохнув мне в затылок, прошептал Дерок.

Я напряглась, ожидая его дальнейших слов. А он, словно играя на моих нервах, молчал и лишь шумно принюхивался.

— Значит, ты считаешь меня красивым? — спросил он, и могу поклясться, что на его лице сейчас сияла довольна улыбка.

— Что? — недоуменно спросила я, пытаясь сообразить, когда я так говорила.

— Ведь сын похож на меня, — резко разворачивая меня, сказал он и, не дожидаясь ответа, впился в мои губы поцелуем.

От неожиданности я дернулась и чуть не упала. Но его сильные руки не дали мне этого сделать. Я повисла в его руках как кукла, не зная, как вести себя в этой ситуации. Мне одновременно хотелось оттолкнуть его и залепить звонкую пощечину, но в то же время хотелось крепче прижаться к горячему телу, обнять за шею, притягивая ближе, и ощущать вкус губ, которые сейчас легонько целовали, не позволяя себе большего, чем невинные ласки.

Со стоном разочарования он отстранился от меня, и на его лице тут же образовалась маска безразличия. Надо же, как быстро изменился. Дерок смерил меня взглядом и, убедившись, что Тэннор спит, собрался покинуть комнату. Он уже дошел до двери, как я остановила его.

— Зачем? — по щеке скатилась одинокая слезинка.

Мне было больно от того, что он продолжает играться со мной. Уж лучше бы снова стал жестоким, наверно, это не так ранило бы мое и без того измученное сердце. Такое поведение наносило удары, как от хлыста. Сердце обливалось кровью каждый раз, когда Дерок пытался быть нежным и ласковым. Я не могла поверить в его изменения. Скорее ему было что-то нужно от меня.

— Я каждый день задаю себе этот вопрос, — глухо сказал он, не осмеливаясь заглянуть мне в глаза, — но каждый раз не могу найти ответа, — вздохнув, словно ему это доставляло не меньшую боль, добавил он, и ушел из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями.

Что же значили его слова? Я так и ощущала, что он оставил что-то недосказанным. Но почему? Боялся? Разве такое вообще возможно? Нет… С кем угодно, но только не с Дероком. Что же тогда? Тяжело вздохнув, подошла к кроватке и посмотрела на сына. Да, действительно, Тэннор очень похож на отца. Но разве я делала комплимент ему? Ведь я сказала, что сын красивый… или все же я подсознательно говорила это, думая о Дероке? Блин, я окончательно запуталась в себе.

Уже не понимала, что хорошо, а что плохо. Все смешалось в голове, образовывая вместо мозгов манную кашу, которая пошла комками. Усталость напомнила о себе, когда я зевнула. Переодевшись в ночную сорочку, легла в кровать и укрыла себя тонким одеялом, скручиваясь в калачик. В доме было холодно лишь мне. Но я предпочитала молчать об этом, не желая лишний раз злить Дерока.

Не смотря на усталость, уснуть оказалось не так просто. Я постоянно крутилась, пытаясь найти наиболее удачное положение. После часа попыток, уже думала, что это кровать пыток. Как бы ни легла, мне было некомфортно. К тому же, холодно, отчего в тишине комнаты я могла расслышать клацанье зубов.

Так больше продолжаться не могло. Встав, надела кофту и тихонько, на носочках, пытаясь не разбудить сына, вышла из комнаты. По привычке пошла на кухню, желая выпить горячий чай. Но я совершенно забыла, что в этом доме еды нет. Словно не веря в свои мысли, все же зашла на кухню и, не включая свет, стала шарить по полкам. Луна светила в окно, поэтому я видела все, что находилось в шкафах. Как и думала, ничего нет. Ну что же это такое? Зачем ему тогда все эти шкафчики и холодильник, если нет еды? Ведь все пустует!

Тяжело вздохнув, проводила тоскливым взглядом чайник, который неизвестно откуда вообще здесь взялся и, развернувшись, шагнула в темноту. И снова врезалась во что-то теплое. Не задумываясь, потянулась к источнику тепла, желая согреться. Дерок обнял меня, окутывая теплом своего горячего тела. Я прижалась щекой к голой груди и втянула носом его пьянящий мускусный запах. Сейчас я позволила себе такую роскошь, как наслаждаться его обжигающими объятиями. Мне было так хорошо, так… привычно и желанно.

— Ты что замерзла? — недоуменно спросил он, когда я еще теснее прижалась к нему.

— Нет, — ответила я, и закусила губу, пряча лицо, не желая выдавать себя.

— Не ври мне! — рыкнул он и отстранил меня от себя.

От потери тепла я застонала и обхватила себя руками. Я так и ощущала, как сквозил холод по телу.

— Я не вру, — тихонько ответила я, не желая смотреть на него.

— Посмотри на меня! — с нажимом в голосе сказал он.

Я не подчинилась и лишь отошла подальше. Пятилась назад до тех пор, пока не наткнулась попой на стол. Дерок подошел ко мне и сложил руки на груди.

— Я жду, — требовательно сказал он, а его темный взгляд прожигал меня насквозь.

— Да, я замерзала! — внезапно я разозлилась и, топнув ногой, выплюнула слова, поднимая голову, всматриваясь в темные омуты.

— А сказать, язык отсохнет? — спросил он, не переставая сверлить меня злым взглядом.

— Нет… — пробормотала я, желая быстрее покинуть кухню и укрыться от этого взгляда в спальне. — Просто мне нужно одеяло, вот и все, — я попыталась обойти Дерока, но это было не так-то просто.

— А сегодня что, мерзнуть будешь? — спросил он, немного смягчив голос.

— Ну я… — неуверенно начала, не зная, что сказать. — Сегодня лягу в кофте, — более уверенно добавила, считая эту идею гениальной.

— Как знаешь, — безразлично ответил он и, отойдя, дал возможность уйти. — Если что, ты знаешь, где я, — намекнул Дерок, отчего я застыла на месте.

Что? Да ни за что в жизни я не приду к нему в спальню. Уж лучше мерзнуть.

— Знаю, — я кивнула. — Но я не приду, — добавила, когда уже вышла из кухни.

Вновь вернувшись в комнату, не снимая кофты, легла в кровать, и на этот раз я быстро уснула.

Просыпаться не хотелось, но я знала, что уже пора. Удивительно, как это Тэннор не разбудил меня посреди ночи. Еле-еле разлепив глаза, не сразу поняла, что произошло. Моргнув пару раз, вновь устремила взгляд на кроватку, но сына там не было. Подорвавшись, бросилась к ней, словно не могла поверить. Но зрение меня не подвело — она оказалась пуста.

— Нет… не может быть! — нервно бросила я, выбегая из комнаты. — Он не мог у меня его забрать! — пока бежала по лестнице, утешала себя.

Спустившись вниз, кинулась на кухню, но застыла на пороге. Дерок что-то готовил у плиты, при этом держа сына на руках. Невольно на моем лице заиграла улыбка. Сейчас он смотрелся так мило, что мне захотелось подойти и обнять его.

— Ну и как думаешь, это похоже на кашу? — сомнительно спросил Дерок, на что сын лишь агукнул. — Вот и я не уверен…

— Что ты делаешь? — спросила Дерока, подходя ближе и заглядывая в кастрюльку.

— Кашу готовлю, — проворчал он, когда я увидела содержимое кастрюли и сморщила нос.

— Ты этим сына собрался кормить? — я ахнула, не веря своим глазам.

— Нет, конечно! — воскликнул он и зло посмотрел на меня, словно я сморозила глупость. — Вообще-то я думал накормить… — он на миг замолчал, тяжело вздохнув. — Тебя, — тише добавил он, отчего мои глаза округлились.

— Меня? — удивленно спросила я, но на душе расцвела радуга от его слов.

Пока я стояла в ступоре, Дерок вышел из кухни и, судя по тяжелым шагам, он поднимался по лестнице. Глупая улыбка вновь заиграла на моем лице, когда я заглянула в кастрюльку. Ну да, каша подгорела и выглядела, мягко говоря, не аппетитно, но если он старался, еще и ради меня… Это очень мило. Но зачем? Разве ему есть до меня какое-то дело?

— Как спалось? — я вздрогнула, когда над ухом прогремел вопрос.

— Нормально. Зачем ты забрал Тэннора? — повернувшись, спросила его.

Видимо, Дерок уходил, чтобы вернуть сына в комнату.

— Он плакал, а ты так сладко спала, вот я и решил сам за ним присмотреть, — Дерок пожал плечами, будто в этом не было ничего такого.

— Но ведь я же здесь ради этого… — я опустила взгляд.

— Я — отец и тоже могу за ним смотреть, — Дерок присел за стол. — Я купил продуктов, надеюсь, что-то тебе подойдет.

Мне хотелось рассмеяться с его слов. Наверно, это была шутка. Но, заметив, как он пристально смотрит на меня, взглянула на холодильник и сделала несколько неуверенных шагов. Подойдя, открыла его и ахнула. Он был полностью забит продуктами, а не как раньше, в лучшем случае, мясом диких животных.

— А почему ты не питаешься такой едой? — спросила я, откровенно не понимая этого.

Ведь у Рона был полный холодильник различных продуктов.

— Не знаю, — он безразлично пожал плечами. — Как-то не приходилось.

Я подошла к шкафу и обнаружила на полке чай и кофе. Поставив чайник, облокотилась о столешницу, внимательно всматриваясь в глаза Дерока. Было в них что-то сейчас такое… Вот только я не могла этого разобрать.

— Я обещал Вульфу привезти сегодня Тэннора, — когда я села с чашкой чая за стол, сказал Дерок.

— Хорошо, — я не знала, что на это можно сказать.

— Ты тоже поедешь или останешься дома? — он следил за каждым моим движением, не желая пропускать ничего, а когда я облизала губы, он тихонько застонал и отвернулся.

— Если можно, я бы хотела навестить Лену, — сказала я, не ожидая отказа.

Дерок резко подскочил со стула и подошел ко мне.

— Нет! — безапелляционно заявил он, возвышаясь надо мной.

— Но почему? — я вновь удивилась его отказу. — Что тут такого?

— Я сказал нет, значит, НЕТ! — стукнув кулаком по столу, да так, что в чашке звякнула ложка, прорычал он.

Я подняла на него лицо и попыталась понять, что делать. Сдаваться не хотела. Но все мои слова не возымеют эффекта. Тогда, решилась на крайние меры. Я потянула его рубашку на себя, и когда он склонился ко мне, поцеловала. Дерок опешил на несколько секунд, из-за чего мне показалось, что я целуюсь с каменной статуей. Но через секунду он расслабился и углубил наш поцелуй. Сердце предательски забилось быстрее, а все мое тело реагировало на этого мужчину. Поцелуй свел меня с ума, вытесняя все мысли, заполняя их желанием. Диким, страстным, безудержным. Я цеплялась руками за рубашку, желая ощущать его как можно ближе. Из его груди вырвалось рычание, которое, казалось, прошлось по мне электрическим разрядом.

Он поднял меня со стула и, сметая чашку на пол, посадил на стол, раздвинув ноги и протискиваясь между ними. Теперь я всем телом ощущала жар от тела Дерока. Его руки жадно шарили по моему телу, посылая за собой табун мурашек. Внизу живота сладко заныло, требуя освобождения. Зарывшись руками в его волосах, притянула голову ближе. Дерок оторвался от моих губ, и теперь покрывал поцелуями мою шею, отчего я тихонько постанывала.

— Дерок… — томно выдохнула я, когда его руки легонько сжали мою грудь.

Я и сама не поняла, чего просила. Мне было так хорошо, что даже думать было лень. Хотелось лишь вновь ощутить вкус губ, которые дарили мне наслаждение.

— Моя, — зарычал он, легонько прикусывая шею, после чего зализывая то место, желая успокоить боль.

Его слово прошло мимо сознания, не хотелось сейчас об этом думать. Дерок уже начал расстегивать пуговицы на моей кофте, но тут его внимание что-то привлекло.

— Черт! — зарычал он, нехотя отодвигаясь от меня.

Я тяжело дышала, пытаясь понять, что произошло. Дерок и сам пытался выровнять дыхание, но не сводил с меня горящего взгляда.

— Иди, одевайся, я отвезу тебя, — сказал он, после чего быстро покинул кухню.

Спрыгнув со стола, подобрала все осколки от кружки и, выкинув их, пошла в комнату. Сейчас я чувствовала себя подло. Неужели он догадался, что таким способом я пыталась манипулировать им? Но, если это так, почему он согласился?

Одевшись, взяла сына и спустилась. С улицы доносились крики и маты. Выглянув в окно, я увидела, как Дерок ругался с отцом. Закусив губу, продолжила наблюдать. Я не знала, почему они ругаются, но могла догадаться. Не думаю, что Дерок рассказал правду о Вульфе. И, наверно, поэтому его отец сейчас зол.

Не желая больше на это смотреть, прикрыла окно занавеской и присела на диван. Теперь я уже не была убеждена в том, что Дерок догадался о моей шалости. Но и быть уверенной до конца в победе не могла. Кто знает, почему он согласился. Пока я размышляла, прошло уже двадцать минут. Дерок ворвался в дом злой. На нем была разорвана рубашка, а на груди виднелись уродливые царапины от когтей, которые кровоточили.

— О боже! — воскликнула я, поднявшись с дивана и подойдя к Дероку.

Протянув руку, хотела дотронуться до его щеки, но он перехватил ее, и жестоко отпихнул от себя.

— Не надо делать вид, что тебе меня жаль, — рыкнул он и покинул гостиную.

С минуту я стояла пораженная его словами. Почему делать вид? Мне действительно было жаль его… Я пошла следом за Дероком. Открыв дверь в его спальню, услышала шум воды. Тэннор не капризничал, и я решила оставить сына в соседней комнате. Все же я постояла десять минут, не решаясь вновь зайти в комнату к Дероку… Но, словно какая-то неведомая мне сила тянула туда.

Вновь вернувшись, остановилась и пыталась дышать спокойно. Дерок вышел из душа. На его бедрах еле держалось полотенце, а по телу скатывались капельки воды, которые мне внезапно захотелось слизать. Он, словно не замечая меня, скинул полотенце. Затаив дыхание, я наблюдала за игрой мышц, когда он одевался. Как завороженная следила за каждым движением. Руки так и просились пройтись по мощной спине, желая ощутить под пальцами тепло тела. Я уже сделала несколько шагов, но он обернулся, даже не удивляясь, схватил за руку и потащил за собой в соседнюю комнату. Он отпустил меня и, подхватив Тэннора на руки, не говоря ни слова, вышел. Моргнув пару раз, кинулась за ним, нагоняя на нижней ступеньке.

Когда мы вышли из дома, я набрала полную грудь воздуха, желая успокоить разбушевавшиеся гормоны. Забрав сына из рук Дерока, села на заднее сидение и притаилась. Он был все еще зол. Из его горла часто вырывалось рычание, от которого мне хотелось вжать голову в плечи.

Как и обещал, он привез меня к дому, где мы жили раньше с Леной. Вздохнув, пересадила сына в детское кресло и, убедившись, что он хорошо пристегнут, собралась выходить.

— Через четыре часа я за тобой заеду, — ровно сказал он.

Кивнув, вышла из машины. Я отошла, а он резко нажав на педаль газа, сорвался с места, оставляя на асфальте следы от шин.

Доминика

Удивленно наблюдая за удаляющимся автомобилем, пыталась понять для себя, на что злится Дерок. Ведь и дураку ясно, что в машине была накаленная обстановка. Пускай он и молчал, но я с точностью могла сказать, что Дерок нервничал. Или, скорее, был крайне недоволен. Вот понять бы, чем? Моим поведением или той ситуацией, которая произошла с его отцом? Вопросов было много, а ответов ни одного. Неуверенно потоптавшись несколько минут возле подъезда, собираясь с силами (почему-то я уже не была так уверенна в своем решении), развернулась и пошла на встречу с подругой.

— Ника…

Сердце пропустило удар, когда я услышала этот голос. Не решаясь обернуться, застыла на месте, решив, что это лишь плод моего воображения. Но все сомнения улетучились, когда обладатель голоса подошел ко мне, и обнял теплыми руками за талию, прижимая крепче. Мое тело моментально отреагировало и буквально пело, вновь ощущая ту любовь, которую я пыталась гасить в себе.

Он шумно втянул носом воздух, после чего блаженно застонал. По телу пробежали мурашки, а колени подогнулись, и я боялась упасть. Но сильные руки крепко держали меня. Казалось, в животе запорхали миллионы бабочек, щекоча крылышками. Блаженно закрыв глаза, наслаждалась этим моментом. Я понимала, что это нужно прекращать, но мне безумно хотелось растянуть удовольствие.

— Девочка моя, как же я скучал, — Рон развернул меня, и говорил, смотря прямо в глаза.

Хотелось застонать от несправедливости. В его взгляде, казалось, любовь ко мне не померкла, даже наоборот, усилилась. Я не могла оторваться от него, на сколько он был обжигающим, но в то же время нежным, словно лаская каждый участок моего лица.

— Рон, я… — выдохнув, так и не осмелилась закончить фразу.

— Т-с-с, — он положил палец мне на губы.

Наверно, эмоции взяли надо мной верх и, не задумываясь о своих действиях, я сначала поцеловала, а затем лизнула подушечку пальца языком. Рон зашипел, словно моя ласка принесла ему боль. Но через минуту убрал палец и набросился на мои губы. Он целовал меня жадно, нещадно сминая уста, словно ставил на них клеймо. Руки властно сдавливали мою талию, крепко прижимая к мускулистой груди. Каждое его движение так и кричало: «Моя!» Забыв на минуту обо всем, с головой окунулась в те пьянящие ощущения, которые дарил мне Рон. Встав на носочки, зарылась руками в его волосах, сжимая их в кулаки.

Не знаю, сколько бы все это продолжалось, пока я не услышала покашливание где-то неподалеку. Отпрянув от Рона, пыталась сфокусировать затуманенный страстью взгляд, чтобы понять, кто нас застукал. Лена, стоявшая справа от нас, скрестила руки на груди, постукивая ногой. Наконец, когда я могла хорошо ее видеть, заметила на лице ехидную улыбку. И вот тут мне стало по-настоящему страшно. Боже, если она расскажет об этом Дероку… Даже страшно подумать, что он сделает.

— Лен, я… — хотела что-то сказать, но Рон меня перебил.

— Советую не лезть туда, куда не просят… — он замолчал, бросая на нее полные презрения взгляды.

Лена, выдержав их, фыркнула.

— А то что? — ехидно поинтересовалась она, теперь уже с интересом разглядывая Рона.

— Я думаю, ты не захочешь знать то, что я могу с тобой сделать. И, поверь, ничем хорошим для тебя это не закончится! — зарычал он, собираясь податься вперед, возможно, чтобы наглядно доказать свои слова.

— Рон! — воскликнула, переживая за Лену.

Он остановился, переводя на меня вопросительный взгляд.

— Лен, ты иди, я скоро приду, — сказала с надеждой, что подруга послушается меня.

— Ага, — только и ответила она, но все же быстро скрылась в подъезде.

— Зачем ты меня остановила? — недоуменно спросил он, протянув руку, и схватившись за край кофты, потянул на себя, после чего заключил в стальные объятия. — Возвращайся ко мне, — после минутной паузы добавил он, отчего я занервничала.

Возвращайся? Ох… Я бы с радостью, но теперь Дерок не отпустит меня. А если и отпустит, то не видать мне сына, как своих ушей.

— Прости, я не могу… — тихо сказала я и тяжело вздохнула.

— Почему? — удивился он, немного отстранившись и пытаясь заглянуть мне в глаза.

— Да пойми ты, Дерок… — но договорить мне не дали.

— Ника, он ведь сам мне сказал, что ты ему не нужна, и я могу тебя забрать, — его слова, как звонкая пощечина, прошлись по самолюбию.

Что? Не нужна? Но как же так? А сын? Что-то было не так. Может, Рон врет? Хотя, какой в этом смысл… Я ведь все равно бы узнала об этом. Заглянув в его глаза, увидела молчаливую мольбу. Я прекрасно знала, о чем он молил. Но, был ли в этом смысл…

— Подожди, когда он это сказал? — спросила с надеждой, словно цепляясь за спасительную соломинку.

— Дней семь назад… — задумавшись, ответил он, после чего я выдохнула.

— Извини, но боюсь, сейчас все изменилось. Мне бы очень хотелось вновь вернуться к тебе, но Дерок разрешил мне жить с ним ради сына, при условии, что я останусь с ним. Понимаешь? — я смотрела ему в глаза и видела, как с каждым сказанным словом, надежда потихоньку угасала. — Он сказал, что не позволит мне бегать на сторону, после чего возвращаться к сыну… — добавила я, но в его взгляде теперь полностью потух огонек.

Рон смотрел на меня так, словно я только что вырвала его сердце и растоптала. Тяжело сглотнув, отметила, что мои ладони вспотели. Я чувствовала себя последней тварью, разбивая его надежду. Но по-другому нельзя. Понимаю, что ранила его в самое сердце, но как все вернуть назад? Боюсь, пути назад для нас с ним больше нет.

— Я понимаю, ты… — он замолчал на секунду, тяжело вздохнув, — выбирала между мной и сыном. Кто я такой, чтобы осуждать тебя за это? — спросил он, не ожидая ответа.

Он вновь крепко обнял меня, жадно вдыхая запах, словно пытаясь навсегда запомнить его.

— Но я не буду оставлять надежд, — тихонько сказал он, потом выпустил меня, и ушел прочь.

На глазах образовались жгучие слезы. Я смотрела ему в след и мысленно приказывала себе не броситься за ним. Боясь, что не выдержу и буду умолять Рона забрать меня, просто развернулась и пошла в подъезд. Теперь мне предстоял сложный разговор с Леной.

Позвонив в дверь, стала ждать, пока мне откроют. Лена не обременяла себя и открыла лишь спустя пять минут.

— О, ну надо же, явилась! — съязвила она, смотря на наручные часы. — А я уж думала, что ты и вовсе забыла обо мне.

— Впустишь? — пропуская мимо ушей ее замечание, спросила я.

— Ну проходи, коль пришла, — Лена отошла, пропуская меня в квартиру.

Закрыв за собой дверь, разулась и направилась за подругой на кухню. Оглядевшись по сторонам, отметила, что Лена сильно запустила квартиру. На полках лежал заметный слой пыли, в раковине гора немытой посуды, не говоря уже о том, что многие вещи валялись прямо на полу. Было такое ощущение, что я посетила квартиру холостяка. Хотя, для полного ощущения не хватало пустых пивных бутылок.

— Разве можно жить в таком сраче? — вырвалось из моих уст.

Поразившись тому, что я вообще сказала это вслух, увидела, как скривилась от моих слов Лена.

— Ты пришла только за этим? — скрестив руки на груди, зло спросила она. — Если да, можешь смело уходить! — добавила она, присаживаясь за стол.

— Нет, прости… — виновато ответила я, не зная, что и делать.

— Ну, чего стоишь, как не родная, чайник что ли поставь! — скомандовала она, словно это Лена пришла в гости.

Пожав плечами, подошла к плите, и налив в чайник воду, зажгла конфорку. Плита, на удивление, была чистая. Из чего я решила, что на ней Лена ничего не готовила. А уж вспомнив о том, что она может разве что нарезать сыр и колбасу для бутербродов, и вовсе убедилась в своей догадке.

— Чем ты питаешься? — задала я глупый вопрос раньше, чем успела подумать.

Лена недовольно зыркнула на меня, говоря тем самым, что это не мое дело.

— А, может, поговорим о случившемся внизу? — она вскинула бровь и едко улыбнулась.

— Да тут и говорить не о чем, — попыталась отмахнуться от вопроса.

— Да ну? А мне так не показалось, — уверенно сказала она, продолжая нагло улыбаться.

Тяжело вздохнув, попыталась придумать отмазку. Меня спас чайник, который так вовремя засвистел. Бросившись к нему, выключила газ и, достав чашки, налила в них заварку, следом заливая кипяток. Пока я это делала, все время пыталась придумать что-то такое, чтобы Лена не вздумала рассказать о случившемся Дероку. Как назло, на ум ничего не приходило. Поставив кружки, присела за стол, опустив взгляд в чашку, делая вид, что меня очень сильно заинтересовала жидкость.

— Я жду, — Лена напомнила о себе, я вздрогнула.

— Что ты хочешь услышать? — поднимая стыдливый взгляд, спросила ее.

— Правду, — она пожала плечами.

— Я не знаю, откуда он здесь взялся. А тот поцелуй… — я замолчала, пытаясь подобрать правильные слова. — Он был для меня спонтанный, понимаешь? Все это было неожиданно. На самом деле, я не хотела, чтобы он меня целовал, — слукавив, уверенно добавила я, надеясь, что Лена не поймет, как на самом деле мне этого хотелось.

До дрожи во всем теле, я жаждала именно поцелуев Рона. Лишь он мог разжечь тот огонь, который давным-давно потух.

— Да? — неуверенно спросила она, затем хмыкнула, что-то прикидывая в уме.

И я надеялась, что не план мести. Хотя, за что ей мстить мне? Наверно, я слишком мнительна.

— Расскажи мне, как ты жила тут без меня? — переводя разговор в другое русло, надеялась, что Лена забудет обо всем.

Она взглянула на меня, ошарашенная вопросом.

— Да ладно, что, тебе действительно это интересно? — спросила она, словно не верила в правдивость моих слов.

Мне действительно было любопытно, как она теперь живет. Ну то, что в квартире бардак я и сама вижу. А вот все остальное…

— Я рассталась с Толиком! — с долей превосходства, воскликнула она, вырывая меня из размышлений.

— Что? — спросила я, не веря своим ушам. — Почему? — добавила, откровенно не понимая этого.

— Да как это почему? — она удивилась вопросу. — Типа ты и сама не знаешь, что наши отношения давным-давно отжили свое!

Я поперхнулась чаем, услышав ее оправдание. Не спорю, отношения у них давно разладились, но так, чтобы Лена захотела слезть с насиженного места, для этого была нужна веская причина.

— Ты нашла кого-то? — с интересом спросила я, так как это был единственный логический вариант.

— Да есть тут у меня один кандидат… — туманно ответила она, после чего на ее лице засияла улыбка.

Мне стало любопытно, кого же приметила подруга, если даже решила расстаться с Толиком. Помню, как Лена не раз утверждала, что бросит его лишь в том случае, если найдет действительно подходящую замену. Под словом «подходящая» подразумевалось — красивый, высокий, накаченный, обязательно на шикарной тачке и огромным кошельком. И что немаловажно, не старик. Представляя, что именно такого кандидата и сумела найти Лена, не знала, радоваться за нее или нет. В основном, когда такие находились, их роман длился не более чем несколько дней. После чего, Лену культурно посылали, аргументируя тем, что более в ее услугах не нуждаются. Но даже в этих случаях она не бросала Толика. Выходит, сейчас все серьезно.

— А ты уверенна насчет него? — аккуратно спросила я, боясь обидеть подругу.

— Ну, есть, конечно, риск. Сейчас он не один, но, я думаю, девушка не стена, подвинется, — сказала она, не улыбнувшись, а скорее показывая оскал. — А не подвинется, так я сама ее подвину, — мне показалось, что эти слова прозвучали, как вызов.

Я даже на миг задумалась, не мне ли брошен этот вызов. Но, поразмышляв недолго, поняла, что это абсурдно.

Так незаметно пролетели четыре часа. Дабы не провоцировать Дерока, я заблаговременно приняла душ и переоделась в ту одежду, которая еще оставалась здесь. Надеюсь, Дерок не учует запах Рона. Иначе, страшно предположить, что может произойти.

Выглянув в окно, заметила машину Дерока. Уже обуваясь, увидела, что Лена тоже собирается выходить.

— Я провожу тебя, — опередив меня, сказала она, надевая туфли.

— Это не обязательно!

— Я что уже и проводить тебя не имею права? — она разозлилась.

— Я просто не хочу, чтобы тебя видел Дерок. Он не сильно хорошо о тебе отзывается. Боюсь, как бы не учудил чего-то! — отчасти я сказала правду, но больше боялась, что Лена выдаст меня.

— Да? — расстроено спросила она, погружаясь в свои мысли. — Ну ладно, — бодрее добавила она, обнимая меня. — Приезжай еще!

— Обязательно, — сказала я, покидая квартиру.

Спускаясь по лестнице, облегченно вздохнула. Как бы я ни доверяла Лене, но сейчас была рада, что она осталась в квартире. Было у меня подозрение, что она бы точно все рассказала. Может не в лоб, но вскользь точно. А мне этого не нужно. Тем более сейчас, когда наши отношения с Дероком начали немного налаживаться.

Я вышла на улицу. Дерок стоял, облокотившись спиной о машину, всматриваясь в небо. Почему-то сейчас я мысленно поставила рядом Рона, пытаясь сравнивать их. Дерок уступал ему в красоте и чувствам, которые назвались любовью. Рон же уступал Дероку в силе и стальном характере, упорстве и умении добиваться всего, чего бы он ни пожелал.

Я даже и не знала, что для меня преобладает. Одно могла сказать с уверенностью, таких сильных эмоций Дерок не сможет мне дать. Только из-за одного поцелуя с Роном я была готова вознестись к небесам. В то время как из-за поцелуя с Дероком ощутила лишь дикое желание, которое сказывалось на мне, из-за нехватки секса.

— Надеюсь, теперь ты довольна? — спросил он, на удивление спокойно, не рыча и не ехидничая.

— Да… — растерявшись, не знала, что и ответить.

— Тогда поехали, — бросил он и сел в машину.

Пожав плечами, приблизилась к машине, забираясь в теплый салон. Тэннор сопел в кресле, наверно, умаявшийся за эти несколько часов. На моем лице появилась теплая улыбка, когда я наблюдала за ним. Тем временем Дерок завел машину и плавно тронулся с места.

Всю дорогу я бросала на него заинтересованные взгляды, пытаясь понять, что с ним случилось. Он не хмурился, не рычал, даже иногда проскакивала милая улыбка, смотря на которую, на душе теплело. Неужели встречи с братом так влияют на него? Сказать с точностью я не могла, но это было единственное логическое объяснение.

— Как съездил? — тихо спросила я, боясь разбудить сына.

— Отлично, — ответил Дерок, продолжая смотреть на дорогу.

— Ясно, — разочарованно ответила ему, так как ожидала больше подробностей.

Но, видимо не в этой жизни. Оставшуюся дорогу я больше не решалась ничего спросить. А услышать односложный ответ, это не то, чего мне хотелось. Приехав в стаю, я аккуратно взяла сына на руки и пошла в дом. Желудок заурчал, напоминая, что с утра я так и не поела толком.

— Я уложу его, — Дерок подошел ко мне и забрал гдибйе сына.

— Спасибо, — благодарно сказала ему, удивляясь, что он сам это предложил.

Когда он ушел, занялась готовкой. Вновь заглянув в холодильник, обрадовалась, что он забит едой, и мне с утра не померещилось это. Пока я готовила, мысли то и дело возвращались в тот момент, когда увидела Рона. Встреча с ним была такой неожиданной, но в тоже время подозрительно совпавшей именно с тем временем, которое я успела написать Лене в эсэмэс. Конечно, я не могла заподозрить ее в том, что она каким-то чудом нашла Рона и сказала ему, где и когда меня можно будет найти. Да даже если и так, мне было безумно приятно вновь видеть его. И не менее приятным слышать, что и он меня все еще любит. Тяжело вздохнув, попыталась забыть о нем. Теперь это не имеет никакого значения!

Оставшееся время пролетело незаметно. Дерок все время был наверху, и у меня была возможность побыть одной. Прибрав за собой, выключила свет на кухне и поднялась в спальню. Дерока здесь уже не было, а Тэннор сладко спал. Я знала, что Дерок игрался с ним несколько часов, затем покормил и уложил спать. Эта забота о сыне поражала. Могла ли я себе представить тогда, несколько месяцев назад, что такой безразличный ко всему происходящему ликан, сможет по-настоящему заботиться о ком-то? Или здесь сказывалось то, что это его сын? Как бы там ни было, мне было приятно наблюдать за тем, как суровый и неулыбчивый Дерок, играясь с сыном, полностью менялся. Возможно, с ним еще не все потеряно? Кто знает, может, Тэннор способен пробудить в нем настоящие чувства.

Посмотрев на кровать, нахмурилась. Я просила Дерока дать мне одеяло, но его не было. Ну, конечно, так быстро люди не меняются. Хотя, он и не человек вовсе. Но смысл остался тем же. Переодевшись, надела кофту и легла. Застонав, укрылась с головой, ощущая, как холод от простыни доставляет теплому телу дискомфорт. А тоненький пододеяльник не спасал от холода.

Внезапно открылась дверь, и в комнату вошел Дерок. Приподнявшись, пыталась приглядеться и понять, что ему надо. Как ни в чем не бывало, он подошел к кровати, отодвигая пододеяльник, и прилег рядом, притягивая мое несопротивляющееся тело поближе к себе. Крепко обнял.

— Что ты… — попыталась я сказать, но меня перебили.

— Ты же сама говорила, что тебе холодно! — нахально заявил он, не собираясь покидать кровать.

— Но я просила одеяло, а не… — и вновь договорить мне не дали.

— Но я ведь лучше, чем одеяло, не так ли? — притворно наивным голосом сказал он, устраиваясь удобнее.

— Но…

— Спи! — недовольно рыкнул Дерок.

Я и не знала, что сказать еще, чтобы он ушел. Хотя, надо признаться, мне было тепло. Даже жарко. Учитывая, что я еще одела сверху кофту. Попытавшись выбраться из стальных объятий, потерпела фиаско.

— Дерок, ты не мог бы меня выпустить? — спросила я с надеждой.

— Нет.

— Мне жарко, я хочу снять кофту! — воскликнула я.

Он расслабил хватку, и я смогла облегченно выдохнуть. Сняв кофту, не утруждая себя, бросила ее на пол и легла на бок. Дерок вновь привлек меня к себе, крепко обняв и вдохнув мой запах.

— Дерок! — возмущенно воскликнула я, когда почувствовала его восставшую плоть.

— Что? — недовольно спросил он.

— Как что?! — возмутилась я. — Ты… ты… — не смогла подобрать правильные слова и раздраженно зарычала.

— Я что импотент, по-твоему? — недовольно пробурчал он, догадываясь, что я имела в виду.

— Нет, но…

— Спи! — требовательно произнес он и вновь положил голову на подушку.

Мне не оставалась ничего иного, как расслабиться и попытаться уснуть. Уже засыпая, почувствовала, как его рука ласково очертила путь от плеча, опускаясь ниже, и останавливаясь на запястье. Сон мигом, как рукой сняло, когда я почувствовала на затылке тяжелое дыхание, и отнюдь не от страсти. Он несколько раз провел пальцами по шрамам на запястьях, словно пытаясь убедиться в правильности своих ощущений. Боже, мне было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю.

Тем временем Дерок поднял вторую мою руку, и проделал то же самое, убеждаясь, что и на ней имеются точно такие шрамы. Дерок резко развернул меня, так что я оказалась на спине и грозно навис надо мной, что-то рыча себе под нос. Я машинально запрятала руки, чтобы он ни смог увидеть шрамы. Хотя, было уже поздно.

— Руки! — потребовал он, продолжая рычать.

— Нет! — уперто сказала я, до последнего сражаясь в этом поединке.

Ведь знала, что все равно ему проиграю. Он с силой вытащил из-под одеяла мои руки. Я помнила, что в темноте оборотни хорошо видят, и сейчас ему не составит труда все разглядеть собственными глазами.

— Идиотка! — разозлившись, он выпустил мои запястья.

Теперь я не на шутку испугалась того, что он мог сделать. Почему это разозлило его? Казалось, ну что тут такого? Я ведь жива… Не успев поразмышлять об этом, как Дерок набросился на меня, жестоко целуя, при этом больно прикусывая мою нижнюю губу. На миг я растерялась, потому как не такого ждала от него. Но когда внизу живота почувствовала жар, полностью отдалась поцелую, забыв напрочь о том, кто это и почему он вообще целует меня. Он жадно пил мои стоны, а руки шарили по моему телу, выискивая новые шрамы. Не найдя их, заметно расслабился, и теперь поцелуй стал более нежным, лаская языком ранки, которые оставили его зубы.

— Никогда, слышишь… — отстраняясь, прорычал он мне в губы, — не смей подвергать свою жизнь опасности, — закончил он, и вновь продолжил терзать мои губы, которые уже не сопротивлялись, а страстно отвечали ему, подстегивая зверя к более откровенным действиям.

Дерок

Лениво развалившись на кровати, сцепив руки на затылке, ждал, когда Ника закончит все дела, и поднимется в комнату. Улыбнувшись, мысленно похвалил себя за сообразительность. Ну, просто пять баллов. Она просила одеяло? Да, ради бога! Мне ведь не жалко. Вот только она еще не догадывается, что этим самым одеялом буду я!

— Да уж… — тяжело вздохнув, сказал в пустоту.

Что со мной происходит в последнее время? Когда я стал таким «мягким и пушистым»? Эта женщина, Ника, каждый раз ловко выворачивала мою душу наизнанку… И я даже не представлял, хорошо это или плохо. Одно могу сказать с уверенностью, я хочу ее. Даже не так… Дико желаю. Что уж говорить о моем звере, который готов убить любого, кто прикоснется к его женщине. Мысленно прокручивая фразу еще раз, поразился, как от слов «моя женщина», перед глазами встал образ Ники. В штанах пульсировала плоть, которая ныла от потребности.

Как маньяку, мне необходимо касаться ее бархатистой кожи, провести носом по пульсирующей жилке на шее, вдыхая запах, который преследует меня и днем и ночью. Закрыв глаза, представил себе, как вновь буду обнимать Нику, как она зароется пальцами у меня в волосах, а с губ будут слетать тихие стоны…

Рык отчаяния вырвался из груди, когда осознавал, что она не подпустит меня. И почему? Да потому, что я животное. И это были ее слова. А как иначе? Я не умею вести себя по-другому. Жестокость и насилие — это все, что я знаю и умею. Отчего-то вновь вспомнилась женщина, которая подарила мне билет в эту жизнь. Мог ли я назвать ее матерью? Сам не знал. Вульф говорил, что всю правду я могу узнать лишь от нее, но пока мне это не нужно. Я не могу никак разобраться в себе, своих чувствах и желаниях. Все это слишком для меня…

Услышав шаги, напрягся. Безошибочно определив, что Ника вошла в комнату, сделал несколько глубоких вдохов.

«Не нужно спешить!» — одернул зверя, который уже был готов лететь на крыльях счастья.

Не было сомнений, Ника будет возмущена и, возможно, попытается выпроводить меня. Ехидно улыбнувшись, уже предвкушал для себя веселый разговор.

— Ну, нет, милая, от меня так просто не избавиться… — прошептал я, после чего встал с кровати и медленно направился в соседнюю комнату.

Надеюсь, она уже улеглась, иначе будет сложнее. Не то, чтобы меня это пугало, но не хотелось давить на Нику.

Открыв двери, обрадовался, обнаружив женщину в кровати. Без сомнения, она вновь замерзла. Ее клацанье зубов я расслышал еще из коридора. Что ж, милая, пришло время тебя согреть! Я довольно улыбнулся, приближаясь к кровати, пока Ника ошарашено пыталась разглядеть меня в темноте.

Сейчас она выглядела такой милой и такой… моей! Только моей! Почему-то это открытие не стало для меня новостью. Наверно, пора признаться, хотя бы, самому себе. Плевать, что она любит кошака. Ее я не отпущу, и со временем она забудет его! Я уж постараюсь… Как собирался это делать, понятия не имел. Но теперь у меня был самый важный козырь в рукаве — сын! Ради него она готова на все. И пускай это было жестоко с моей стороны, но как говорится, на войне все средства хороши.

Я прилег рядом, притягивая Нику ближе к себе, пока она не сообразила, что происходит. Несомненно, ее растерянность оказалась мне на руку. Крепко обняв, уже готов был набрать полные легкие воздуха, вдыхая неповторимый, одурманивающий аромат.

— Что ты… — попыталась сказать она, но я не позволил.

— Ты же сама говорила, что тебе холодно! — как ни в чем не бывало, заявил я, не собираясь покидать кровать.

— Но я просила одеяло, а не… — я лишь усмехнулся, вновь прерывая поток ее слов.

— Но я ведь лучше, чем одеяло, не так ли? — попытался сказать мягко, но смысл моих слов вышел совсем иным.

— Но…

— Спи! — рыкнув, устроился удобнее, не желая больше спорить.

Я остаюсь здесь и точка! Хочет она этого или нет. Уже расслабившись, почувствовал, как она пытается вырваться из объятий. Наивная. Нет, не выпущу…

— Дерок, ты не мог бы меня выпустить? — спросила она с надеждой на то, что я подчинюсь.

— Нет.

— Мне жарко, я хочу снять кофту! — этот ответ меня устроил.

Мне и самому мешала ее дурацкая кофта. Так и хотелось выпустить когти, чтобы разорвать ее в клочья и отбросить в дальний угол. После чего беспрепятственно касаться голой кожи… Представив это, в штанах вновь стало тесно. Пытаясь не застонать, старался дышать глубже. Присутствие Ники, ее запах и податливое тело в моих руках никак не способствовали тому, чтобы я хоть каплю успокоился. Все во мне вопило: «Возьми ее!». Быстро, жестко, вытесняя воспоминания о других…

Когда она легла, я вновь притянул ее к себе, позволяя себе такую роскошь, как вдохнуть аромат… Он, конечно, витал в комнате, дразня мой нюх. Но вдыхать его, когда Ника здесь, в моих объятиях, это было сродни наркотика, от которого сложно отказаться. И, вскоре, ты становишься зависимым от него.

— Дерок! — возмущенно воскликнула Ника.

Я не понял, что еще ее может не устраивать? Ну, лежи себе, спи…

— Что? — недовольно спросил я.

— Как что? — возмутилась она. — Ты… ты… — так и не сумела подобрать правильные слова.

Зверь призывно взвыл, но я отодвинул его желания, пытаясь сообразить, что же так разозлило ее. И только когда Ника пыталась отодвинуться, случайно задевая бедром мою плоть, от чего уже и я хотел взвыть, догадался.

— Я что, импотент, по-твоему? — недовольно пробурчал, потому что ничего не мог с этим поделать.

— Нет, но…

— Спи! — только и сказал я, ощущая, что снова вот-вот взорвусь.

А этого я никак не мог допустить. Не тогда, когда все только начинает налаживаться. Положив голову на подушку, сделал пару глубоких вдохов, пытаясь успокоиться.

Ника уже засыпала, я слышал это по ее ровному дыханию. Одеяло сползло с плеча, оголяя участок кожи. Мой взгляд буквально приковался к нему. Руки дико зудели, желая прикоснуться, почувствовать мягкость и шелковистость кожи… Провести по ней пальцами…

В идеале хотелось одарить поцелуями этот оголенный участок, но я не мог позволить себе такую роскошь. Если начну, боюсь, не смогу сдержать зверя в узде. Что будет дальше даже и не сомневался. Просто возьму ее, как дикое похотливое животное. Поэтому все, что мне оставалось делать, прикоснуться кончиками пальцев к плечу. Нестерпимое желание тут же пронзило тело, когда пальцы прочертили дорожку от плеча, спускаясь ниже по руке. Дыхание сбилось, когда я дотронулся рукой до кисти, такой маленькой, хрупкой… И тут, поднимаясь выше, к запястью, ощутил под пальцами рубец, который выпирал над кожей. Что за черт? Решив, что мне это лишь показалось, вновь провел по запястью пальцами, но все было так, как и несколько секунд назад.

Наплевав на то, что Ника уже засыпала, нащупал вторую руку, выискивая на запястье тот же шрам. Во мне медленно поднималась волна ярости. Я мог предположить, от чего были эти шрамы. Но для точности нужно было посмотреть на них.

Резко перевернув Нику на спину, встретился с взглядом перепуганных карих глаз. Правильно, пускай боится! Женщина, почувствовав опасность, запрятала руки под одеяло, не желая мне их показывать.

— Руки! — потребовал я, рыча проклятия.

Мне не хотелось верить в происходящее. Пытаясь удержать зверя, который был не менее зол, тяжело дышал. Я уже ощущал, как удлиняются клыки. Но через несколько секунд я взял верх над зверем.

— Нет! — уперто заявила Ника, словно сражаясь со мной в поединке.

Все, моему терпению пришел конец. С силой вытащив ее руки из-под одеяла, поднял их вверх, рассматривая горизонтальные полосы на обоих запястьях. Перед глазами появилась красная пелена. Ярость затопила меня, как волна, накрывая с головой. Я не мог нормально дышать. Сердце билось неистово, что казалось, его удары отдаются у меня в голове.

— Идиотка! — зарычав, выпустил ее руки.

Боясь, что смогу причинить ей вред, не нашел ничего лучше, как жестоко завладеть ее губами. Сейчас даже не было и намека на нежность. Каждое мое движение отдавало жестокостью, я пытался сильно прикусывать ее нижнюю губу. Мне хотелось наказать эту несносную девчонку, посмевшую совершить такой глупый поступок!

Как она вообще посмела резать вены? Идиотка! Ярость постепенно сходила на нет, когда я пытался нашарить руками на ее теле новые шрамы, боясь, что она причинила себе еще больше вреда. Не найдя ничего, успокоился. Теперь я полностью расслабился, пытаясь контролировать ситуацию. Старясь не причинить ей вред, нежно, проведя языком по нижней губе, принялся зализывать ранки. Ее кровь дурманила, мозг отключался, передавая временно свои обязанности дикому желанию обладать женщиной.

— Никогда, слышишь… — отстранившись, прорычал ей в губы, — не смей подвергать свою жизнь опасности!

После чего, вновь набросился на ее губы, но уже высвобождая на волю страсть, таившуюся где-то в самом дальнем углу моей души. Поразившись, что могу испытывать подобные чувства, углубил поцелуй. Ника не сопротивлялась, она отчаянно желала этого так же, как и я. Отвечая на мой поцелуй страстно, зарылась руками в волосах. Моя выдержка трещала по швам. Ночь, тесная кровать, непосредственная близость манящего тела, запах, пьянящий, от которого можно сойти с ума, и прикосновения, нежные, обжигающие… Я поражался, как до сих пор не сорвал с Ники сорочку, и не вошел одним толчком. Сейчас меня можно было смело записывать в книгу рекордов Гиннеса.

Нехотя отрываясь от сладости губ, чуть не застонал, когда нежные руки, до сих пор находившиеся в моих волосах, потянули голову назад, не желая выпускать меня. Черт! Было сложно не поддаться искушению.

Нет… Нельзя! Еще рано! Я мысленно пытался уговорить себя и внутреннего зверя, когда он рычал на меня, сопротивляясь, требуя взять пару, отметить ее.

Пытаясь выровнять дыхание, перекинулся на бок, увлекая за собой Нику. Она молчала, но я слышал, как бешено билось ее сердце. Мог поспорить, что сейчас ее затопило волной желания. Я чувствовал этот умопомрачительный аромат, исходящий от Ники. Ликуя, что я мог заставить ее желать меня так же сильно, как каждый раз она заставляла меня засыпать со стояком, крепче обнял ее и поцеловал в висок.

— Почему? — спустя некоторое время, когда мозг полностью соображал, задала вопрос Ника.

— Что именно? — лениво ответил, желая быстрее уснуть, так как желание обладать лишь на миг успокоилось, и сейчас вновь набирало обороты.

— Ты ведь мог меня… — она осеклась, не решаясь закончить мысль.

— Беспрепятственно взять? — язвительно ответил, прикидывая в уме, о чем может сейчас думать Ника.

— Ну, можно и так сказать, — заключила она и тихонько хмыкнула.

— Мог, не буду скрывать, — я говорил спокойно, даже безразлично, не желая выдавать свои истинные чувства.

Незачем ей об этом знать. Я не собирался быть марионеткой в ее руках. Утром она прекрасно продемонстрировала то, как может управлять моими чувствами. Больше я не собирался позволять ей таких вольностей.

— Это не стоит того, — в моем тоне скользнул холод, когда я говорил.

Конечно, я слукавил. Как можно было не понять, что сейчас между нами было не обычное притяжение? И даже не голод, это была связь. И если я это прекрасно осознал, то Ника никогда этого не поймет. В лучшем случае, спишет на нехватку секса, который, между прочим, ей еще запрещен! Но она, видимо, об этом не задумывается.

Хоть я и был последней сволочью, но пользоваться тем, что плывет мне в руки неосознанно, при этом причиняя вред, не мог. По крайней мере, не с этой женщиной. С другими — да. Но эта… Она была особенной. Моей! Только моей…

— Да, действительно, это того не стоит! — я ухмыльнулся, когда из робкого ее голос перешел в недовольный, даже осуждающий.

— Спи! — только и сказал я, погружаясь в желанную темноту.

— Дерок… — тихонько прошептала Ника, отчего я рыкнул.

— Ну что еще? — недовольно пробурчал, желая побыстрее отделаться от глупых вопросов.

— Спасибо… — искренне сказала она.

Наступило долгожданное молчание.

Я был поражен от одного лишь слова. Казалось бы, что в нем такого? Но то, как Ника его произнесла и сколько вложила смысла… Теперь спать казалось глупой затеей. Мне вдруг отчаянно захотелось слышать ее голос, ощущать, как он приятно ласкает мой слух. Черт… я становился влюбленным идиотом. Не меньше. Хотя само слово «влюблен», не имело для меня понятия. Что это за зверь такой? Но, кажется, сейчас я начинал понимать его.

— Послушай, — присев на кровати, подогнул ноги и уткнулся взглядом в стену, — я знаю о том, какие чувства ты ко мне испытываешь, — на секунду замолчав, перевел дыхание, — но, давай договоримся, что отныне у нас перемирие, хотя бы ради сына. Я не буду тебя трогать или ущемлять в чем-то, просто будь добра, выполни лишь одно мое правило, — вот теперь было самое сложное.

— Какое? — нерешительно спросила она, заметно нервничая.

— Маленький пустячок, — обернувшись, послал ей улыбку. — Кошака больше никогда не будет в твоей жизни! — требовательно сказал я, смотря Нике в глаза.

Она тяжело сглотнула и прикусила нижнюю губу. На глаза навернулись слезы, которые она пыталась скрыть.

— Ты ведь уже изначально поставил это условие. Я не понимаю… — рассеяно ответила Ника, глубоко вдыхая, пытаясь не расплакаться.

— Нет, Ника, — я помотал головой, пытаясь объяснить ей ситуацию. — Изначально, я не желал выпускать тебя из стаи. Теперь ты можешь покидать ее, когда тебе вздумается. Можешь делать все, что хочешь — навещать свою… — замолчав на минуту, пытался не назвать эту девку сукой, — …подругу, можешь ездить к Вульфу с Эви, да, черт, куда хочешь. Но если я узнаю, что ты виделась с кошаком… — закрыв глаза, перевел дыхание, — Я убью его, — просто и без утайки, высказался, следом ожидая ответа.

— А меня? — ахнув, спросила она, испуганно заглядывая мне в глаза.

Наверно, мое откровение было для нее, как гром среди ясного неба.

— Не знаю… — я задумался.

А что я мог с ней сделать? Приковать к кровати? Иметь во всех позах, вытесняя его запах? Забрать сына? Убить? Все это было так глупо и бессмысленно.

— Просто сделай так, как я прошу. Неужели это много, по сравнению с тем, что ты получишь? — мне было интересно услышать ответ.

Ника не решалась заговорить еще минут двадцать. О чем она думала в этот момент, я мог лишь смутно догадываться. Что перевесит для нее в этой чаше весов? Сын или любовник? Хотя, судя по всему, отличный любовник… Хотелось рычать от досады! Какой-то блохастый кот сейчас может перечеркнуть все то, что я таким трудом пытался исправить.

— Я согласна, — ее ответ внезапно вывел меня из задумчивости.

Что? Согласна? Я не мог поверить своим ушам. Хотя, что радоваться? Это решение она приняла лишь ради сына. В этом не было сомнений. Только сейчас я догадался, по какой причине Ника хотела покончить жизнь самоубийством. Что ж, это лишний раз доказывало, что чаша весов все время будет перевешивать в мою пользу!

— Водить умеешь? — спросил я, ложась на кровать.

Ника не спешила возвращаться. Ее сковывал страх. Она не знала, как себя теперь вести со мной. Это было глупо…

— Да, — она легла, но на самый край, не желая возвращаться в мои объятия.

— Права? — это уже было похоже на допрос, но я упорно не желал показывать, как рад ее решению.

— Они остались в квартире… — тяжело вздыхая, ответила она, укрывшись одеялом.

— Хорошо, я завтра сам за ними съезжу, оформлю документы, и моя машина полностью в твоем распоряжении, — зевая, сказал я и закрыл глаза. Усталость теперь взяла верх, и я жутко хотел спать. Не дождавшись ответа, расслабился и мигом уснул.

Утро выдалось для меня неожиданно ранним. Ника еще спала, зато мой организм требовал пробежки и еды. Оставив Тэннора на мать, вскочил с кровати, улыбаясь беззубому малышу, не успевшему еще толком проснуться. Подойдя к нему, присел на корточки. Сын заворочался, не желая еще вырываться из объятий сна.

— Спи, родной мой… — прошептал я и покинул комнату.

На улице меня обдало потоком свежего утреннего холода. Направившись в сторону леса, разделся по дороге, бросая одежду на земле. Высвобождая зверя, ощущал себя намного бодрее, предвкушая охоту и пробежку.

Я еще не знал, в каком настроении проснется Ника. И очень надеялся, что за ночь ничего не изменилось, и она не передумает. Но даже в этом случае я буду бороться до последнего. Пускай методы будут жестокие, зато надежные. Зверь взвыл, соглашаясь со мной. Он уже давно мечтал, чтобы его женщина была здесь. Рядом. Теперь и я понимал, что без нее пропаду. Каким-то удивительным образом она меняла меня, вытаскивая, порой, такие чувства, о которых я знал лишь в детстве…

Насытившись, ощущал приятную истому в теле и решил вернуться в стаю. Как и обещал, собирался поехать за правами. Конечно, я мог и сам ее отпустить, но отчего-то не хотелось пускать Нику к этой стерве. Что она выкинет в этот раз? Я даже не сомневался, что поездка будет «веселенькой».

Одевшись, тихо вошел в дом, прислушиваясь. Было тихо. Что ж, взяв ключи, поехал навстречу приключениям. По дороге меня не покидало странное ощущение. Мне казалось, что я упускаю важную деталь. Или это паранойя? Прислушавшись к внутреннему зверю, убеждаясь в том, что я на верном пути к завоеванию сердца прекрасной дамы, расслабился. Похоже, в последнее время я стал излишне подозрительным.

Уже стоя возле двери, все мои чувства обострились, настолько не хотелось звонить. Ведь четко понимал, что Лена далеко не глупая женщина. И если надо, пойдет по головам. Вот только и я был не промах. А все ее потуги очернить Нику в моих глазах могли увенчаться для нее, как минимум, хорошей взбучкой.

Не успел я нажать на звонок, как распахнулась дверь, являя моему взору Лену, облаченную в который халат, который разве что еле-еле прикрывал задницу. Мой взгляд сам по себе остановился на глубоком вырезе, из которого явственно просматривался прозрачный лифчик. М-да… Плоть дернулась в штанах, напоминая мне, что вчера я не получил желанной разрядки. Эта чертовка добилась своего. Но только я не собирался брать ее. Мне нужно было другое.

— Дерок? — удивилась она, но мне показалось, что в ее голосе слышалась фальшь.

— А ты ждала кого-то другого? — ехидно спросил ее, скрещивая руки на груди.

— Нет-нет, — проворковала она. — Ты заходи, чего на пороге стоишь!

Зайдя в квартиру, поморщился. В первый раз здесь был порядок. Но теперь я понимал, кто из них следил за квартирой.

— Мне нужны водительские права Ники, — не желая обременять себя лишней информацией, задал вопрос в лоб.

— Права? — вот теперь она удивилась, что даже приоткрыла рот. — А зачем?

Тупой вопрос заставил зверя во мне зарычать.

— Просто дай мне их, и я уйду! — приказные нотки в моем голосе заставили ее вздрогнуть.

— Да она же не ездила на машине уже лет пять… — завистливо проворчала Лена, не сдвинувшись с места.

— Я не пойму, — встав к ней лицом, посылая убийственные взгляды, — Тебе что, жить надоело? — стараясь не рычать, спокойно спросил, хотя руки так и чесались схватить ее за горло и прижать к стене.

— Дерок, милый, — после ее слов я поморщился, — вот лучше ты мне скажи, давно лапшу с ушей убирал? — говорила она приторно сладким голоском, подходя ко мне и призывно облизывая губы.

— Мое терпение на исходе! — вот теперь рык вырвался из горла, но я держал руки крепко, пока не позволяя их распускать.

— Ты разве не понимаешь? Она изменяет тебе, а ты… — резко, как хищник кидается на жертву, набросился на нее, хватая за горло, не позволяя больше вымолвить ни слова.

Пелена ярости застилала глаза, и я еле сдерживался, чтобы не выпустить зверя.

— Следи за своим ядовитым языком, иначе мигом его лишишься! — заорал я, выпуская ее, отчего Лена упала на ковер, судорожно ловя ртом воздух. — Если ты еще не все вынесла из предыдущего урока, так я могу преподать еще один, — склоняясь над ней, приподнимая голову за подборок, выплюнул слова.

— Я могу доказать! — сиплым голосом сказала она и закашлялась.

Как бы я не отрицал ее слова, но сейчас что-то подстегивало меня согласиться.

— И что ты можешь мне предоставить? — чуть не срываясь на смех, спросил ее, наблюдая за жалкими потугами подняться с пола.

— Как ты думаешь, с кем она вчера здесь была? — возвращая мне ехидную улыбку, спросила Лена, в глазах которой горел торжествующий огонек.

Это заставило меня засомневаться. Что она несет? Ника не могла…

— И с кем же? — сохраняя невозмутимость, спросил, хотя внутри полыхал жгучий огонь ярости, вперемешку с ревностью.

— С Роном!

Что-то больно кольнуло на сердце, после того, как я услышал имя кошака.

— Ты врешь! — заорал я, пытаясь сохранить каплю контроля.

Ведь не было запаха… Я точно это помню!

— У меня есть неоспоримые доказательства! — и, словно прочитав мои мысли, Лена направилась в комнату Ники.

Каждый шаг для меня был сродни пытки. Я боялся узнать горькую правду. Войдя в комнату, в нос ударил противный запах. Его запах! Им была пропитана вся комната. И я не мог ошибиться в этом.

— Вот вещи, в которых она вчера приехала, — Лена отошла, показывая мне одежду.

Подойдя, взял кофту и прижал к носу, вдыхая смешанные запахи Ники и… кошака. Зарычав, отшвырнул одежду. Зверь рвался наружу. Он хотел мести. Эта стерва подлила масла в огонь, который лишь разгорался. Сейчас я не видел ничего вокруг. Красная пелена застилала глаза, дыхание участилось, и я ощутил, как на пальцах удлиняются когти, а из пасти выпирают клыки. Я еще не смог полностью трансформироваться, пытаясь взять себя в руки и сообразить, что мне делать дальше.

— Запомни, сука, — обернувшись, схватил Лену за волосы и потянул на себя, — если я узнаю, что ты мне соврала, можешь смело прощаться с жизнью.

Отшвырнув ее, отчего она упала на кровать, собирался покинуть комнату.

— И еще, — вновь обернулся, уже полностью возвращая себе былой вид, — могилу можешь не заказывать, я сам ее для тебя вырою! — бросил слова и мигом вышел из комнаты, по дороге круша все, что попадалось под руку.

Выйдя из подъезда, хотелось громко зарычать, отчаянно, чтобы все знали, как паршиво у меня на душе. Как же так? Ведь только все наладилось и вдруг такое…

Сев в машину, газанул, и мчался на полной скорости, желая быстрее выяснить правду. Кто-то сегодня не выживет, в этом я был полностью уверен. Вот только кто, я решу после того, как навещу предателя.

Мог ли я действительно поверить в то, что Ника за моей спиной ходила увидеться с ним? Наверно, нет… Но вспомнив, как она рвалась к этой суке, после всего того, что та ей сделала, уже не сомневался. Такая же лживая тварь! А я еще пытался заботиться о ней! Идиот!

Эта женщина умело крутила мной, как хотела. А я, словно верный пес, которому дают под зад, все время возвращался к хозяину, облизывая ему ноги. Но теперь я был настроен решительно. Больше не позволю делать из себя идиота! Если Лена не солгала, что ж, кому-то будет очень сложно жить со мной. Веселую жизнь я обеспечу на многие года. И Ника еще будет ползать у меня в ногах, вымаливая прощение.

Как человек, я был готов задушить ее прямо сейчас, но зверь скулил, не веря в происходящее. Он хотел добиться правды и убить соперника. Во мне не угасала жажда мести и крови, с каждым проехавшим километром она увеличивалась, подстегивая быстрее добраться до стаи, бросить противнику вызов, вырвать ему сердце и швырнуть его к ногам той, которая посмела бросить вызов мне! Никто еще не выигрывал со мной поединок. И не важно, каким образом был брошен вызов. А ее измену за спиной я именно так и расценивал.

Подъезжая, ощущал дикую злость, которая перемешивалась с ревностью, срывая во мне все барьеры. Я мог перебить всю стаю, если кто-то встанет на моем пути. И пусть говорят, что месть это блюдо, которое подают холодным, сейчас я готов был поспорить. Мне нужно было решить этот вопрос здесь и сейчас! Никто не смеет брать моих женщин! НИКТО. НИКОГДА!

Дерок

Выйдя из машины, наплевав на все запреты, направился к дому. Сейчас мною двигали инстинкты, а так же дикое желание вырвать глотку противнику, который посмел перейти мне дорогу. Зверь рвался на волю. Он тоже хотел крови пумы. Я из последних сил старался не поддаться искушению, обращаясь в ликана. Сначала мне нужны ответы, а уж потом все остальное. Поэтому, пытаясь дышать глубже, думал о сыне, чтобы загнать зверя подальше, успокоить. Но это у меня выходило плохо. Каждый раз перед глазами так и всплывала картинка того, как кошак трахал мою женщину. А она стонала под ним, кончая, и выкрикивая его имя. Черт! Хотелось зарычать. Из груди все-таки вырвался дикий рев. Я видел, что вокруг уже стали собираться люди. Они что-то кричали мне, даже угрожали. Но мне было плевать. Сейчас я мог перегрызть глотку каждому, кто бы посмел мне помешать. И плевать на последствия.

Наконец, я дошел до нужного дома. Не церемонясь, двинул ногой в дверь, отчего она беспрепятственно открылась, и вошел. В нос моментально ударил противный запах кота. Мой зверь давил на кожу, требуя свободы. Стараясь держать его в узде, втянул воздух сквозь зубы и двинулся искать пуму. К моей великой радости, он сам выбежал из спальни и сильно удивился, увидев меня.

У меня не было особого желания разводить глупые сантименты. Да и не к месту они были. Быстро преодолев между нами дистанцию, схватил его за грудки и швырнул в сторону. Он отлетел и ударился о стену. Мне стоило неимоверной выдержки, чтобы стоять на месте и не кинуться вновь, добивая жертву.

Кот приподнялся и потряс головой, пытаясь сообразить, что произошло. Он застонал от боли и схватился за ногу.

— Хватит ломать комедию! — заорал я.

Его поведение выводило меня из себя. Кот вел себя, как хрупкая девица. В конце концов, он оборотень или нытик? И что только в нем нашла Ника? Вспомним ее имя, вновь зарычал.

— Кто дал тебе право врываться в мой дом? — все же поднявшись на ноги, Рон приблизился и сложил руки на груди.

— Кто дал тебе право иметь мою женщину и оставаться при этом безнаказанным? — прошипел я, наблюдая, как вытянулось лицо кошака.

В его глазах я четко видел удивление. Не было ни страха, ни презрения, ни отвращения или чего-то такого. Это на минуту ввергло меня в шок. Неужели стерва соврала? Но запах… Его никак нельзя было подделать.

— Ты идиот? — задал вопрос оборотень, после чего я сорвался с места и, схватив за горло, припер пуму к стене.

— Не смей мне говорить подобные слова! — зарычал, применяя силу Альфы.

Мне было любопытно, что произойдет дальше. И, как ни странно, кошак выдержал напор. Лишь склонил голову. Выпустив его, я немного отошел и скрестил руки на груди.

— А не ты ли мне говорил недавно, что я могу ее забрать? — в голосе Рона сквозил сарказм, от которого я поморщился.

Долбанный кот, естественно, был прав, но… Твою мать, когда я говорил те слова, у меня еще и в мыслях не было, что мне придется мало того, что вернуть Нику в стаю, так еще и быть зависимым от нее. Я уже начинал подозревать, не ведьма ли она? Может, околдовала? Но, черт, кого я обманываю? Так я пытался лишь успокаивать себя.

— Что-то ты не сильно спешил ее забирать! — я говорил твердо, но доля сомнения у меня была.

— Знаешь, Дерок, — спокойно начал он, — когда я узнал, что ты вернул себе Нику, был готов вновь бросить за нее вызов. И мне было плевать, что ты сильнее, что я умру, и ничего не изменится. Я готов был рискнуть. Но лишь узнав о том, что она вернулась ради сына, оставил любые попытки. Заметь, меня волновало мнение Ники. Не мое! — он замолчал, но я прекрасно понял намек, отчего на скулах заходили желваки. — С чего ты решил, что я взял ее?

— Будешь утверждать, что этого не было? — я сощурился.

— Ты ищешь врага там, где его нет, — от его спокойного тона мне хотелось треснуть обо что-то кулаком.

Я никак не мог сообразить, какого черта он так спокоен? Были у меня сомнения по этому поводу… Что вообще происходит? И где здесь правда, а где ложь?

— И кто же, по-твоему, враг? — прорычал я, чуть подавшись вперед.

Руки так и чесались вновь схватить его за горло и впиться в него клыками…

— Не буду юлить, я действительно виделся с Никой… — не успел он даже договорить, как с диким рычанием я набросился на него, сбивая с ног.

Мы оба повались на пол, и я долбанул его кулаком живот. Это не успокоило меня, хотелось превратить его тело в мясо. Начиная обращение, не заметил, что в доме мы уже не одни.

— Ты ворвался на чужую территорию и открыто угрожаешь моему сыну, — меня оттащили от кошака и силой вытолкали из дома.

Из-за того, что вокруг меня витал сильный сгусток энергии, я мог понять, что это Альфа стаи пум. Меня не пугал сей факт. Даже наоборот, придавал азарта. И только я хотел сказать об этом, меня перебили.

— Отпусти его! — требовательно заорал кошак, я на миг оказался сбит с толку.

Его слова были абсурдными. Наоборот, он должен быть рад, что меня остановили и сейчас ему ничего не угрожает.

— Ты спятил? Он собирался убить тебя! — гневно возмутился Альфа, не желая меня отпускать.

— Это наше с ним дело! Я сам разберусь, — не уступал Рон, я даже зауважал его.

— Один раз я уже чуть не потерял тебя, больше не потерплю такого. Знаю ваши дела, опять не можете поделить девушку? — грозно спросил Альфа, обращаясь к нам двоим. — Что молчите? Ей богу, как малые дети, которые не могут поделить игрушку! — продолжал он возмущаться, а мы с Роном просто слушали и не могли вымолвить ни слова. — Вы вообще саму Нику спрашивали, чего она хочет? — уже спокойней спросил он, и расслабил хватку, отчего я без проблем распрямился и теперь стоял в ступоре.

— Я знаю мнение Ники, но ведь кое-кто держит ее при помощи ребенка! — воскликнул кошак.

— Это не твоего ума дела! — заорал я, хотя прекрасно понимал, что он прав.

— Конечно, не моего… Ты вообще знаешь, что могло произойти, не явись я так вовремя? — он скрестил руки на груди, и зло смотрел на меня, упрекая.

— Ну и что же? — скопировав его позу, вернул полный презрения взгляд.

— Я ведь сказал уже, ты ищешь врага там, где его нет, — он говорил загадками, от которых я приходил в бешенство.

— Бл*дь, ты можешь говорить нормально? — подавшись вперед, я был остановлен Альфой.

— Вчера я не случайно оказался около дома, куда приехала Ника. В тот день, когда ты так любезно разрешил мне забрать Нику, я готовился к ее приезду. Я был уверен, что больше мне ничего не помешает в этом. И я точно знал, что в той квартире осталась большая часть ее вещей. И когда приехал, ее подруга любезно выложила мне, что Ника была уже две недели как дома, и лишь несколько дней назад ты ее забрал, — пока он говорил, я внимательно слушал, уже догадываясь, что эта стерва, Лена, точно здесь замешана.

Я пытался держать себя в руках, постоянно уговаривая зверя не спешить. Мне нужно было точно знать, что происходит.

— Думаешь, мне было приятно знать, что ты вновь обвел меня вокруг пальца? Я готов был бороться за нее, но Лена поведала мне, что Ника вернулась лишь из-за сына. И, услышав это, я смирился. Хоть и подруга Ники предлагала мне выкрасть Нику, а она сама займет ее место. Когда она поняла, что ее план провалился, угрожала убить подругу.

Ярость, как электрический ток прошлась по телу, руки сжимались в кулаки. В ушах звенели слова «убить». Меня сотрясала мелкая дрожь. Я дико рычал, пропуская мимо ушей, что мне говорят. Сейчас я вновь был готов вернуться в квартиру и выполнить угрозу. Я уже развернулся, как меня внезапно схватили за плечо и потрясли.

— Дерок! — орал Рон, но я пытался отмахнуться, как от надоедливой мухи.

— Не лезь! — не своим голосом прогремел я, ощущая, как зверь уже рвется наружу.

— Опомнись! — требовал кошак, но я не слушал его. — Верни мне Нику! — и лишь после этих слов я встал как вкопанный, желая расставить все точки над «и».

— Да пошел ты! — выплюнул слова, не желая больше слушать подобный бред.

— Она все равно никогда не полюбит тебя. А удерживать ее при помощи сына это аморально! Если она тебе хоть капельку дорога, отпусти ее, — уговаривал он.

Я ехидно ухмыльнулся. Нику он, значит, хочет… Ну нет, так просто я не намерен ее оставлять. И плевать, что она не любит. Это меня не волновало. Но вот кошаку об этом незачем знать.

— Ладно, — сделал вид, что я внял его словам, — я отпущу Нику к тебе, — Рон застыл на месте, не веря в мои слова. — И даже сам привезу, но если она сама захочет! — уверенно добавил, не прекращая удивляться реакции пумы.

— Ты… — он опешил и не мог сформулировать фразу. — Ты не врешь? — спросил он с сомнением.

— Я все сказал, — пожав плечами, развернулся и пошел к машине.

На моем лице была ухмылка. Глупый кот. Я вновь обвел его вокруг пальца. Но в этот раз я сделал ход конем. И если мои предположения верны, то он вскоре будет очень огорчен.

Сев за руль, завел двигатель и помчался разбираться с Леной. Ну, что ж, эта сука сама выбрала себе судьбу. Никто не смеет угрожать Нике. Я убью любого, кто осмелится даже дыхнуть на нее. Зверь рычал, соглашаясь со мной. Наконец наши желания полностью совпадали. И если раньше я не мог его понять, то теперь прекрасно понимал. Пелена ярости продолжала застилать глаза. Я заметил, что на пальцах уже удлинялись когти. Это было плохо.

Совладать со зверем было не так-то просто. Учитывая, что он защищал свою пару. Все же, вновь уговаривая его подождать немного, зверь сдался. До квартиры я добрался в самые кратчайшие сроки. Плевать на то, что я нарушил все дозволенные правила. Сейчас меня заботила лишь сука, посмевшая предать Нику. За что она сейчас и расплатится.

Забежав в подъезд, я почему-то был уверен, что девушка покинет квартиру и будет скрываться. Но даже в этом случае я не унывал. Был готов хоть из-под земли ее достать. От меня не так просто скрыться. И если она не глупая, вероятнее всего поймет это.

Но, на мое удивление, она все еще находилась в квартире. Заметив меня, напряглась и заметно нервничала. Понимая, что если она будет орать, мне ее вывести из квартиры добровольно не удастся. Пришлось в корне менять тактику.

— Ты… ты… — промямлила она, а я вздохнул.

— Какой же я идиот, — наиграно расстроившись, сделал жалостливое лицо, разве что слезу не пустил.

Лена купилась на мой спектакль, выдохнув и перестав нервничать.

— Как я мог довериться этой суке? — продолжал жаловаться, мысленно прося прощения у Ники.

Но без этого спектакля не обойтись. Лена уже полностью купилась на мой разочарованный взгляд и подошла ко мне, положив ладонь на грудь. Зверю хотелось рычать, но он понимал мои действия. Теперь и ему, и мне, приходилось терпеть.

— Ведь я предупреждала тебя, — удовлетворительно сказала Лена.

— Зря не послушал тебя раньше! Черт, я столько времени потерял, а ведь мог уже заново строить отношения, — я заглянул в ее глаза, безошибочно различая в них победный блеск. — Милая, ты ведь не откажешь мне, — спросил я, а самого передернуло от этих слов.

— Ах, Дерок! — воскликнула она и впилась в мои губы поцелуем.

Было противно целовать ее. Затолкав все свои противоречивые желания в долгий ящик, ответил на поцелуй, отчего Лена пришла в дикий восторг. Ее руки жадно шарили по моему телу, спускаясь все ниже, и вот она уже сжимает мою еще не совсем восставшую плоть. Наверно, не останови я сейчас эту наглую девицу, она готова была отдаться прямо здесь. Этого у меня в планах не было. Когда я отстранился, та разочарованно застонала.

— Поехали? — только и сказал я, желая быстрее покончить с этим.

— Подожди, а вещи? — внезапно спросила она, уже готовая лететь за мной на крыльях счастья.

— К черту вещи! — зарычал я. — Куплю тебе новые, ну же! — более мягче добавил, и она с радостью согласилась.

Больше не говоря ни слова, вывел ее из квартиры. Пока спускался, в который раз заталкивал желание зверя наброситься на нее сию секунду. Когда мы спустились, помог сесть в машину и, забираясь следом, завел двигатель и тронулся с места. Я вновь гнал на полной скорости, желая как можно быстрее оказаться в лесу. Зверю не терпелось вгрызться зубами в горло предательницы.

— А что будет с Никой? — вопрос Лены вывел меня из задумчивости.

— Не волнуйся, с ней я разберусь, как и полагается ликанам, — ровно ответил, а сам представлял вместо Ники Лену.

— А как это? — с любопытством спросила она, наверняка буравя меня похотливым взглядом.

Я намеренно не поворачивался к ней, боясь, что не сдержусь и нападу прямо здесь.

— Убью, — прямо и без лишних подробностей сказал ей, Лена громко ахнула.

— А без этого никак? — в ее голосе слышалось явное волнение.

Могло даже сложиться впечатление, что этой суке жаль подругу. Но я сомневался в этом.

— А что ты хотела? За измену мы убиваем как женщину, так и мужчину, — мой голос был тверд.

— То есть ты убил Рона? — ее сердце ускорило ритм, а по салону распространился запах страха. И он сводил меня с ума.

— Да, — только и сказал я, после чего Лена боялась спрашивать еще что-то.

Вот так в тишине мы и ехали оставшуюся дорогу, и лишь когда я свернул не в стаю, а ехал прямиком в гущу леса, Лена внезапно нервно выкрикнула:

— Куда мы едим?

— А что такое? — ухмыльнувшись, спросил ее. — Боишься?

— Н-нет… — пробормотала она.

Но я прекрасно знал, что Лена врет. Запах страха лишь усилился, когда я затормозил. Она нервно подергала за ручку, пытаясь открыть заблокированную дверь.

— Куда-то торопишься? — не прекращая ехидничать, спросил ее, снимая блок с замка на двери.

Она пулей выскочила из машины и пустилась наутек.

— Даю тебе фору, — крикнул ей в след, Лена побежала еще быстрее.

Выйдя из машины, не торопясь разделся и начал обращение, наконец, выпуская зверя. Когда обращение закончилось, громко зарычал, прекрасно понимая, что девушка меня услышит. И медленным шагом направился выслеживать жертву. Она не могла далеко скрыться, даже если бы я ей дал час форы. Все это было бессмысленно. По запаху я мог ее вычислить в два счета, а уж догнать не составило бы огромного труда. Скорость ликана достигала практически тридцати километров в час. А по сравнению с бегом человека я мог даже идти вразвалочку. По сути, что и сделал.

Пройдя совсем небольшое расстояние, безошибочно определил место, где пряталась девушка. Наивная полагала, что сможет спрятаться от меня в кустах! Приблизившись, зарычал и услышал тихий всхлип. Все это лишь распаляло ликана. Он жаждал крови. Не желая тянуть время, просунул лапу и, безошибочно схватив за руку Лену, вытащил ее из укрытия.

— Пожалуйста-а-а! — закричала она, плача и вырываясь из захвата.

Я лишь рыкнул на нее. Все мои слова она вряд ли поймет. А ее просьбы не беспокоили меня. Можно подумать, я их в первый раз слышу.

— Дерок, умоляю! — Лена все не оставляла надежды достучаться до меня.

Встряхнув ее, чтобы успокоилась, оттащил немного в сторону. Схватив за горло, прижал ее тело к рядом растущему дереву. Девушка еле дышала, но слезы, не прекращаясь, скатывались по щекам. Продемонстрировав ей хищный оскал, вонзил когти в живот, отчего она заорала. Поморщившись от звука, вытащил когти из мягкой плоти, поднеся лапу к пасти, демонстративно облизывая капельки крови.

Взгляд Лены был пустой. Но где-то в глубине я смог четко различить обреченность. Дикий страх продолжал окутывать ее тело, а сама она была на грани обморока. И пока она не потеряла сознание, потянул на себя, отрывая от дерева, прислоняя спиной к своей груди. Лена поняла, что теперь ей пришел конец. Страх стал улетучиваться, и девушка постепенно теряла сознание. Не желая вновь слышать крик, зажал ей рот кровавой лапой, опустил морду к шее и, оскалившись, впился зубами в нее, дробя кости. Через несколько минут ее сердце остановилось, а тело стало оседать на землю.

Зверь был доволен собой. А я почему-то уже не был так рад. Смотря на окровавленное тело Лены, перед глазами встала Ника, заплаканная и испуганная. Я не знал, какие аргументы привести, оправдывая свой поступок. И не найдя ничего лучше, просто решил утаить от нее это. Сейчас не время для откровений.

Как и обещал, обернувшись в человека, взял из машины лопату и вырыл могилу для Лены. Даже сейчас я ни капли не жалел о своем поступке. Эта стерва получила по заслугам. Единственное, мне было страшно смотреть Нике в глаза. Как ни странно, она любила эту девушку. Решив отложить это до лучших времен, сел в машину и поехал домой. Сейчас я решил идти напролом. Если не любит, буду добиваться ее расположения. В конце концов, на моей стороне сын. А его она никогда не бросит.

И, полностью уверенный в себе, помчался в стаю. Мне еще предстоял интересный разговор о кошаке. И лишь после я начну действовать.

Доминика

Проснувшись утром, медленно вспоминала события минувшей ночи. К горлу подступил ком, а ладони сами нервно скомкали простынь. В ушах вновь зазвенели слова: «Убью». Судорожно сглотнув, попыталась не расплакаться. Все сказанные слова Дерока для меня были странными. Вроде он ничего такого не предлагал, но я так и ощущала в них некий подвох. А еще мне было не по себе лишь от того, что он поедет к Лене. Вдруг она расскажет ему правду? И что тогда? Убьет ли Дерок Рона только за то, что он меня поцеловал? Нервно прикусив нижнюю губу, встала с кровати. Мне нужно остановить Дерока, прежде чем он поедет. Ради этого я была готова на все, что угодно. Даже лечь с ним в постель.

Тем более что мое предательское тело все равно жаждет ласк этого животного. Подойдя к кроватке, взяла Тэннора на руки, и поплелась на кухню. Я никак не могла избавиться от кома в горле. Дышать было трудно. Как еще не расплакалась, сама удивляюсь. Сын пытался успокоить меня, окутывая своей теплой энергией. Через несколько минут я заметно расслабилась и, спустившись по ступенькам, вошла на кухню.

Не обнаружив Дерока, быстро прошлась по дому, и когда нигде его не нашла, застонала от отчаяния. Неужели уехал? Вот теперь я чувствовала нарастающую панику. Руки дрожали, колени подгибались, а из глаз брызнули слезы. Я боялась, что не удержу сына в руках. Вновь поднявшись в комнату, уложила Тэннора в кроватку, а сама присела рядом на пол.

Меня бросало то в жар, то в холод. Сердце на миг замирало, когда я представляла, что вот сейчас Лена рассказывает Дероку о моем поцелуе с Роном… Желудок свело спазмом, когда я вспоминала Рона. Слезы все не прекращались. Сын пытался окутывать меня своей энергией, но это больше не действовало.

Сколько я так просидела, не знаю. В какой-то момент просто опустила голову на колени, заглушая свои рыдания. Казалось, что в этот самый момент сердце пытаются вырвать. Мне катастрофически не хватало воздуха. Кое-как поднявшись, на ватных ногах вышла из комнаты. Перед глазами все плыло и я, цепко схватившись за перила, начала спускаться по ступенькам.

Спустившись, вышла из дома, вдыхая полные легкие воздуха. Это не принесло облегчения. Опустившись на ступеньки перед домом, уставилась пустым взглядом в одну точку. Время тянулось убийственно долго. Где же Дерок? Почему его так долго нет? Узнал ли он о поцелуе? Вопросы так и продолжали формироваться в голове. Мне даже страшно было подумать над ответами.

Пока я откровенно тряслась над ответами, не заметила, как ко мне подошла девушка и остановилась рядом. Я подняла голову и увидела перед собой Лину. Мне хотелось застонать от несправедливости ситуации. Ведь только ее нападок мне и не хватало сейчас для полного счастья. Вот что ей надо от меня? Никого не трогаю, ни на что не претендую…

— Ну и видок у тебя, — ехидно протянула она, брезгливо рассматривая меня.

Я уже была на грани того, что могла сорваться на ней.

— Тебе какая разница? — подскочив, гаркнула на нее, отчего Лина опешила.

— Да я же просто спросила! — она вперила в меня осуждающий взгляд, словно я оскорбила ее.

— Прости, но мне сейчас не до тебя, — попыталась отмахнуться от разговора с ней и решила вернуться в дом.

Но Лина не вняла моим словам и вошла вслед за мной. Я подошла к дивану, и присела. Она потопталась немного в прихожей, затем подошла ко мне, но садиться не спешила. Встав напротив, присела на столик. Я уже открыла рот от возмущения, но меня перебили.

— Брось, я не буду с тобой ругаться! — она даже кивнула, подтверждая свои слова. — И прости за все, что я тебе наговорила, — как не пыталась, но найти логики в ее словах не смогла.

Неужели, правда, пришла мириться? Почему-то сейчас я во всех видела предателей. И Лина была не исключением. Но вот заглянув ей в глаза, увидела раскаяние. Ведь мне не могло показаться…

— Мне не за что тебя прощать.

Лина выдохнула, будто мои слова принесли ей облегчение.

— Отлично! — воскликнула она. — Надеюсь, мы сможем стать подругами? — неожиданно задала она вопрос, на который я не могла дать точный ответ.

Замолчав на некоторое время, прислонила руку ко лбу, откровенно не понимая, что вообще сейчас происходит.

— Я не знаю, — вымучено ответила, не убирая руки.

— Не волнуйся, ты мне можешь полностью доверять, — махнув рукой, довольно произнесла она.

Было что-то странное в ее голосе, но я не смогла полностью сконцентрироваться на нем, так как все мои мысли были далеко отсюда. Меня продолжало трясти, и я никак не понимала, почему так долго нет Дерока. Все это лишний раз доказывало, что он узнал правду. Лина что-то восторженно рассказывала мне, но я не слушала ее, пропуская слова мимо ушей. В голове образовалась картинка, как Дерок бросает вызов Рону. Я будто снова вернулась в тот злополучный день. Картинка вновь восстановилась, и сейчас я снова наблюдала за схваткой ликана и пумы. И вот пума падает… Сердце готово было выпрыгнуть из груди, настолько ускорился ритм. Я уже ничего не замечала перед собой. Лишь в голове видела образ окровавленной пумы.

— Нет! — резко подскочив на ноги, истерично закричала я и упала на колени.

В этот самый момент во мне что-то оборвалось. Ничего не понимая, истерично плакала, раскачиваясь со стороны в сторону, отказываясь верить в то, что сейчас подкидывало мне воображение. Нет! Ведь Дерок не мог убить Рона! Он прекрасно знает, что он для меня значит.

— Пошла вон! — сквозь шум в ушах, услышала грозный рык Дерока.

Я подняла голову и попыталась разглядеть его. Глаза застилала пелена слез, из-за чего не получалось полностью сфокусировать взгляд на Дероке. Лина поднялась и, обогнув меня, направилась на выход. Как только она поравнялась с ним, я стерла слезы с глаз и могла с точностью разглядеть Дерока. Вроде все было, как и раньше. Не знаю, что я хотела сейчас увидеть, что у него рот в крови, или руки, или одежда…

Пока я размышляла, он схватил Лину за горло и сжал до такой степени, что ее лицо побагровело, а сама она открыла рот, пытаясь вдохнуть. Я ошарашено перевела взгляд на перекошенное злобой лицо Дерока. Казалось, что еще минута, и он превратится в ликана. Почему он так себя ведет? Ведь Лина ничего не сделала…

— Дерок, отпусти ее! — воскликнула я, когда его захват усилился, а Лина уже прекратила попытки сопротивляться, отпустив руки.

Мне было невыносимо только от того, что он мог задушить бедную девушку.

— Что она сделала? — процедил он сквозь зубы, немного ослабив хватку.

— Ничего! — уверенно ответила я, расслабившись, когда он полностью выпустил Лину.

Она испуганно смотрела на него, и судорожно ловила ртом воздух.

— Тогда какого черта ты рыдала?! — взорвался он, не понимая, что происходит.

— Лина здесь не причем, — тихо произнесла я и опустила голову, не желая смотреть Дероку в глаза.

— Убирайся! — бросил он, обращаясь к Лине.

Она быстро поднялась и пулей выскочила из дома. Я не решалась вновь посмотреть на Дерока. Было ясно, что-то изменилось. Но что конкретно, понять не могла. Пока боролась с собой, пытаясь успокоиться, Дерок приблизился и присел рядом на корточки. Кожей я ощущала его горящий взгляд на себе. Но поднять глаза не решалась.

— Я хочу с тобой поговорить, — неожиданно сказал он, приподнимая меня за локоть.

Встав, не знала, куда себя деть. Волнение и страх никуда не ушли. Я не могла понять, что вообще со мной происходит. А Дерок, словно и не замечая ничего, отошел. Только сейчас я осмелилась поднять голову и посмотреть на него. В его взгляде я видела решительность.

— Ты можешь возвращаться к пуме, — когда он сказал, я округлила глаза и застыла на месте.

Я ждала, что он сейчас скажет, что пошутил или что-то похожее. Но Дерок молчал и продолжал буравить меня взглядом. Неужели он, правда, решил меня отпустить?

— Ты серьезно? — нерешительно задала вопрос, затаив дыхание.

— Абсолютно, — ответил он на полном серьезе, не спеша опровергнуть свои слова.

Но я так и не решалась что-то предпринять. Это было как минимум странно. Здесь точно должен быть подвох! Ну не мог Дерок вот так запросто принять это решение. Не верила я в его слова.

— Я не понимаю… — пробормотала, ожидая от него подставы.

— Что тут непонятного? — меня не на шутку волновал его спокойный тон. — Ты любишь его, а я для тебя монстр, — продолжал он говорить. — Ну так я не держу, ты вольна поступать так, как тебе вздумается.

Все это время он стоял, скрестив руки на груди. Его взгляд не выпускал меня из виду. Я видела, Дерок чего-то ждал от меня. И я даже догадывалась, чего именно.

— То есть ты сейчас это говоришь серьезно, и я могу идти собирать вещи? — еще раз переспросила, ожидая зловещего смеха.

— Можешь, — только и проговорил он.

Нерешительно я развернулась и поплелась в комнату. По дороге то и дело оборачиваясь. Когда уходила, Дерок улыбнулся лишь уголком губ. Меня должно было это насторожить. Уже поднявшись на второй этаж, вошла в комнату и, взяв сумку, побросала в нее лишь необходимые на первое время вещи сына и свои. Взяв ее, подошла к кроватке и подняла Тэннора на руки.

Когда я снова спустилась, Дерок так и стоял, не меняя позы. Он удивительно приподнял бровь, увидев на моих руках Тэннора. Вот тут я занервничала. Прижав сына покрепче, медленно приблизилась к Дероку. Он преградил мне путь, не разрешая пройти к двери.

— Далеко собралась? — ехидно поинтересовался он.

— Ты ведь сам только что разрешил мне уйти… — неуверенно ответила я и сглотнула.

— Ты можешь уйти, — подтвердил он, — а сын останется со мной, — последние слова, брошенные им, больно кольнули прямо в сердце.

Горько усмехнувшись, бросила сумку на пол и отошла назад. Заглянув Дероку в глаза, увидела в них победный блеск. Ну, конечно, я дура, раскатала губу! Ведь знала, что не мог он быть таким добрым.

— Поздравляю, — колко выплюнула я, — ты в который раз указал мне на мое место в твоем доме.

Дерок нахмурился, пытаясь выискать ответ в моих глазах.

— Как я могла поверить, что ты изменился? — горько спросила его, но ответ мне не нужен был. — Ты никогда не перестанешь манипулировать мной! — Дерок рыкнул, словно мои слова больно ужалили его. — Зачем я тебе?

— Ты — моя женщина, и обязана находиться в этом доме! — уверенно заключил он и мило улыбнулся.

— И с каких пор я стала твоей женщиной? — полюбопытствовала я, так как потеряла связь.

Я никогда не была его женщиной, и теперь уже точно никогда не стану. В этом я уверенна.

— Ты стала ею в тот момент, когда зачала моего ребенка! — воскликнул он, медленно приближаясь ко мне.

— Не подходи, — нервно выкрикнула, когда он был в сантиметре от меня.

— Ника, пожалуйста… — ласково произнес он, отчего у меня в горле вновь образовался ком. — Выслушай меня! — попросил он, но я не могла и не хотела этого делать.

— Хватит! — требовательно сказала я, выставляя руку вперед. — Все, что хотел, ты уже сказал, — бросила я и, развернувшись, поднялась к себе в комнату.

— Ника! — взревел Дерок, когда я уже скрылась за дверью.

Положив Тэннора в кроватку, вновь вышла, в дверях столкнувшись с Дероком. Я угодила прямо в его стальные объятия. Он, не медля, прижал меня к себе и судорожно вдохнул мой запах, после блаженно застонал.

— Моя… — пробормотал он.

Я начала вырываться, не желая испытывать тепло его тела. Мое тело само льнуло к Дероку, и я никак не могла этого понять. Он не выпускал меня, еще крепче прижимая.

— Пусти! — прошипела сквозь зубы.

— Выслушай меня! — потребовал он.

— И тогда ты меня отпустишь? — уточнила у него.

— Да, — вымученно ответил Дерок, тяжело вздохнув.

— Я слушаю, — сказала и была вся во внимании.

Любопытно, что он пытается донести до меня.

— Ты должна понимать, что я не умею говорить сладкие речи, не умею делать красивых поступков… — он замолчал и перевел дыхание. — Ты мне… Я тебя… Черт! — воскликнул он, так и не закончив предложение.

Дерок выпустил меня и быстро скрылся в своей комнате. Я стояла ошарашенная и не могла понять, что он такое пытался мне сказать. Я, конечно, могла подставить тысячи слов. Например: «Ты мне противна», «Я тебя ненавижу», «Ты мне безразлична», «Я тебя терплю, потому, что…» В голове родилось множество таких примеров. Но почему-то это казалось глупым. Не думаю, что он пытался сказать мне именно эти слова. Кажется, Дерок пытался вложить в них другой смысл.

Когда в голове промелькнула догадка, я ошеломлено ахнула и посмотрела на дверь, за которой скрылся Дерок. Не может быть… Он ведь не хотел сказать, что любит? Нет… Это абсурд! Да он даже не знает, что это такое. Однозначно, здесь должно было быть другое слово.

Так и не решившись войти к нему в спальню, спустилась на кухню. От переживаний мне жутко захотелось есть. Во время готовки вдруг услышала смех Тэннора, испуганно выронила ложку и схватилась за сердце.

— Ты как? — обеспокоенно спросил Дерок с сыном на руках, подходя ко мне и заглядывая в глаза.

Дыхание сбилось, когда я заглянула в темные омуты. В них я увидела столько любви и нежности, что можно было смело утонуть. Но откуда в нем такие чувства могли взяться? Разве Дерок любил когда-то? Пока я с раскрытым ртом размышляла, он поднял ложку и, поцеловав меня в щечку, вновь сел за стол. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.

— Что это было? — мой голос был неожиданно хриплым.

— Кажется, ложка? — вопросительно ответил он.

Я зарычала и отвернулась, не желая вновь видеть эмоции в его глазах. Мне было тяжело как поверить в их существование, так и свыкнуться с ними. Такой Дерок для меня был новым. Я не понимала его, и боялась еще больше, чем того, предыдущего. От него я хоть могла примерно догадываться, чего ожидать. А от этого? Я и представить не могла, что у него на уме.

Поставив тарелку с салатом на стол, принялась есть, искоса наблюдая за Дероком, который искренне улыбался и сейчас полностью отдал свое внимание сыну. Я словила себя на том, что жадно ловлю каждое их движение, боясь упустить хоть что-то из виду. Обругав себя, уткнула взгляд в тарелку.

— Так ты ездил к Лене? — когда я доела, решила все же спросить.

Дерок напрягся и отвел взгляд. Мне не понравилось это. Показалось, что он пытается от меня что-то скрыть.

— Ну? — когда молчание затянулось, не выдержала и поторопила его с ответом.

— Ездил, — ровно ответил он, продолжая сверлить взглядом холодильник.

— И что дальше? — осторожно спросила, боясь услышать о том, что Лена все же растрепала обо мне и Роне.

— Ее не было дома, — пожав плечами, безразлично ответил он.

— Странно, — я задумалась ненадолго, — ведь я ей с утра отправила эсэмэс, и она уверяла, что дождется тебя.

— Она в дверях оставила записку, в которой написала, что уезжает и ждать ее не надо, — я заметила, как он нервно сглотнул.

— Куда? — удивилась я, так как подруге-то и ехать не к кому, разве что к родителям.

Но и их она не так часто навещала. Мне казалось что-то не так в этой истории. Но, раз Лены не было, я могла спокойно выдохнуть. Выходит, зря нервничала, и Дерок ничего не знает. Вот только…

— А где же ты был так долго? — лишь его отсутствие на данный момент не давало мне покоя.

— Какая разница, где я был? — подскакивая, нервно выкрикнул он.

Я странно покосилась на него, желая понять, с чем связанна эта раздражительность.

— В лесу бегал, — пробормотал он и быстро покинул кухню.

Я лишь проводила его глазами, после чего достала телефон и набрала номер Лены. Увы, абонент оказался недоступен. Ну и ладно. Как объявиться, сама перезвонит.

Пока Дерока не было, я прибралась на кухне. Потом размышляла, что мне делать дальше. Идти в комнату не хотелось. Решила прогуляться по стае. Прекрасно помня о том, что я могу теперь, не боясь, выходить из дома. Вышла в коридор и обувшись, выскользнула на улицу.

Доминика

Пока шла, мне постоянно хотелось оглянуться. Казалось, спиной ощущала чей-то взгляд. Злой, сверлящий, испепеляющий… По коже пробежали мурашки, когда я задумалась над тем, кто это может быть. Не знаю, сколько врагов сейчас имеются у меня в этой стае, но как минимум я догадывалась о двоих. Стремясь не думать о плохом, просто шла, не оборачиваясь и стараясь не привлекать к себе внимания. Было очень сложно, учитывая, что каждый шаг даже для меня, казалось, был настолько громким, что с чутким звериным слухом не услышать его было смешно.

Проходя мимо клеток, повернула голову и взглянула на ту, в которой когда-то сидел мужчина. В горле образовался ком, а сердце замерло, когда перед глазами, как немое кино, пробежали картинки его зверского убийства. Ноги подкосились, и мне казалось, что еще минута, и я упаду на землю. Попытавшись выровнять сбившееся от страха дыхание, подумала о сыне. Внезапно ощутила прилив сил, который не дал мне пасть на колени. Облегченно выдохнув, решила, что с меня хватит прогулки. Я не ощущала себя в безопасности, даже несмотря на заверения Дерока.

Уже достигнув дома, в котором раньше жила Эви, ускорила шаг, пытаясь как можно быстрее пройти его. И когда он оставался позади, встретилась с взглядом темных глаз. Мужчина, который пытался взять меня силой, сейчас взирал убийственным взглядом. Поежившись, в очередной раз сглотнула, вновь ощущая ком в горле. Желудок свело спазмом, когда этот ликан послал мне ехидную ухмылку. Нервно проведя ладонями по джинсам, стараясь стереть наваждение и страх, из-за которых сердце гулко билось в груди. Я просто стояла как вкопанная, не имея возможности пошевелиться. Что-то заставляло меня стоять. Теперь, не на шутку испугавшись, судорожно хватала ртом воздух, чтобы ни дай бог не задохнуться.

Внезапно мужчина начал удаляться и вскоре скрылся в доме. Облегченно выдохнув, стерла испарину со лба и, развернувшись, медленно поковыляла к дому Дерока. У меня не поворачивался язык назвать этот дом своим. Да, наверно, никогда и не смогу этого сделать. Хотя, в последнее время я все чаще стала сомневаться в себе и своих поступках. Пока шла к дому, пыталась анализировать, почему же меня тянет к Дероку. Стоит ему прикоснуться ко мне или посмотреть черными, как ночь, глазами, полными надежды, мое сердце пускалось вскачь, а кончики пальцев дико покалывало, так хотелось мне прикоснуться к его голой коже.

Пока я об этом думала, невольно сердце пропустило удар, сжимаясь от дикой боли. И вновь в ушах зазвенели его слова, которые он так и не смог договорить: «Я тебя…»

— Ника! — воодушевленный женский голос вывел меня из задумчивости.

Остановившись, обернулась и чуть не застонала в голос. Ко мне быстро приближалась Лина. На ее лице отразился дикий восторг, когда она поняла, что я ее жду. А вот я не была так рада. Мне срочно хотелось прийти домой, закрыться в своей комнате и запрятаться под одеяло, как маленькой девочке, которая боится спать ночью, боясь, что из темноты вырвется чудовище.

И пока я об этом думала, Лина уже подошла. Она внимательно посмотрела по сторонам, затем на меня. Что-то проскользнуло в ее взгляде, но я не смогла толком ничего понять, потому как она резко схватила меня за руку. Опешив от такой наглости, я не сразу сообразила, что происходит. Лина молча тянула меня в противоположную сторону от дома Дерока.

— Подожди! — когда я полностью смогла прийти в себя, воскликнула, но Лина не обратила на это внимание.

Она все продолжала тащить меня, а я не могла сопротивляться ее напору. Что я могла против самки ликана? Это все равно, что пытаться сдвинуть автомобиль с места. От понимания, что ничего хорошего она для меня не приготовила, руки задрожали, а ноги стали ватными. В ушах звенело. Казалось, кто-то зовет меня… Внезапно Лина резко остановилась и застыла на месте. Я врезалась в нее и ойкнула от неожиданности. Постепенно ко мне возвращался слух, и я могла видеть происходящее.

К нам приближался отец Дерока, скалясь и рыча. Я перевела взгляд на Лину и заметила, что та стушевалась и попыталась отвести взгляд.

— Альфа, — она склонилась перед ним, когда он подошел и метнул в нее убийственный взгляд.

— Далеко собралась? — железным тоном спросил он, продолжая скалиться.

— Я… Нет… Просто… — промямлила она и тяжело вздохнула.

— Свободна! — рыкнул Альфа, и Лина быстро удалилась.

Я только и успела проводить ее взглядом, как она скрылась в одном из домов.

Вновь повернувшись, склонила голову набок и пыталась понять, что теперь делать. Как не странно, но от отца Дерока я не ощущала никакой опасности. Может, зря? Но это было действительно так. Он перестал скалиться и тоже рассматривал меня, как зверька в зоомагазине. На миг мне даже стало не комфортно от такого пристального, изучающего взгляда, что я отвернула голову, выискивая глазами что угодно, ли бы вновь не поворачиваться.

— Доминика, — после минутной паузы, он прочистил горло и обратился ко мне.

Закусив нижнюю губу, все же мне пришлось вновь посмотреть на Альфу. Вот теперь он уже не сканировал меня. И пока я не успела задать вопрос, он вновь продолжил:

— Как у тебя дела? — когда он спросил, я выгнула бровь, подозревая, что это не тот вопрос, который он хочет задать.

— Не надо начинать издалека, — ответила я, пристально наблюдая за тем, как он вмиг изменился в лице и скрестил руки на груди.

— Ладно, — на несколько секунд повисла гнетущая тишина. — Ты ведь ездила с Дероком, и должна быть в курсе того, что есть еще один ликан, который похож на него, как две капли воды, — я опешила от вопроса и не знала, что говорить.

Не найдя ничего лучше, лишь кивнула.

— Отлично! — воскликнул он и, взяв под руку, потащил в сторону дома Дерока.

И если когда меня тащила Лина, я и не догадывалась куда, то сейчас не было сомнений, что Альфа хочет услышать ответы и ведет к себе домой. И снова я ощутила тревогу. Во мне все так и вопило, вырваться из захвата и заорать что есть мочи о помощи. Я уж и не знала, глупая это идея или нет, но когда мы проходили мимо дома Дерока, решила попытать удачу.

— Дерок! — я заорала так громко, что даже у самой уши заложило.

Мужчина внезапно остановился и пытался понять, что произошло. И только я повернула голову к входу в дом, как оттуда пулей вылетел злой Дерок. На его руках уже удлинились когти, а руки постепенно покрывались шерстью. Сглотнув, попятилась назад, когда он, рыча, надвигался на нас. Сердце екнуло, и было готово прыгать от радости, когда он набросился на отца, вырывая мою руку из цепкого захвата Альфы. Пока я размышляла обо всей ситуации в целом, они оба обратились в ликанов и, дико рыча друг на друга, боролись на моих глазах. Вот сейчас я чувствовала себя неловко. Даже, наверно, где-то отдаленно чувствовала вину. И зачем я только закричала? Мне было невыносимо больно наблюдать за тем, как Дерок нещадно наносит удары лапой, раня кожу своего отца, из которой сочилась кровь. Из глаз брызнули слезы, когда в этой схватке Альфа внезапно взял верх и сейчас нависал на Дероком, который лежал на земле, не имея возможности пошевелиться. Альфа оскалил пасть и медленно приближался к шее Дерока.

Сердце, до этого ликовавшее, замерло, пульс зашкаливал, а перед глазами поплыла картинка, когда до меня дошло, что еще несколько секунд, и острые клыки продырявят шею.

— НЕТ! — из горла вырвался крик боли и отчаяния.

Упав на колени, закрыла лицо руками и продолжала рыдать, не желая видеть, как сейчас убьют Дерока. «Нет, нет, нет! Прошу, не надо!» — как молитву, повторяла про себя, желая чтобы этого момента никогда не было. Пока мое тело сотрясало рыдание, я не слышала ничего вокруг. В ушах стоял дикий шум от пульсации в голове. И лишь когда я ощутила чью-то руку на плече, вздрогнула и, шмыгнув носом, отвела руки от лица. Медленно подняла голову. Из горла вырвался стон облегчения, когда я увидела перед собой, пускай потрепанного, истекающего кровью, зато живого, Дерока. Сердце снова запело, слезы постепенно прекращались, когда я всматривалась в его глаза, в которых явственно читался страх. И я только сейчас поняла, что он боялся за меня. Он был готов убить отца, даже умереть, лишь бы защитить меня. И осознав это, вновь закрыла лицо руками, рыдая все громче. А в голове у меня, как бегущая строка рекламы, всплыли слова, которые Дерок так и не смог закончить: «Я тебя люблю!»

— Ника! — он тряс меня за плечо, а в голосе сквозила тревога.

Я попыталась успокоиться и сказать, что все хорошо, но глупые рыдания лишь усилились, и теперь на меня накатила истерика.

— Черт! — зарычал он, наверняка не правильно истолковав мое поведение.

Но, как бы ни пыталась, не могла успокоить разбушевавшийся огонь внутри. Мне нужно было прийти в себя и лишь потом пытаться поговорить. Я ощутила, как Дерок аккуратно поднял меня с земли и понес. Прижавшись всем телом к нему, наплевав на кровь, обняла шею руками и судорожно вдохнула его мускусный аромат. Через секунду, мышцы Дерока напряглись, и из его груди вырвался гортанный рык.

Стараясь успокоиться, приложила руку к сердцу ликана и, закрыв глаза, отсчитывала про себя удары. Его сердце колотилось быстро, что я уже не раз сбилась со счета. Но, на удивление, это успокоило меня. Я не заметила, как он уже занес меня в свою спальню. Уложив на кровать, отошел и, бросив тоскливый взгляд, скрылся в ванне. Я даже пискнуть не успела, а его уже не было перед глазами. Хотелось зарычать и, подорвавшись с кровати, броситься за ним, помочь…

Прогнав всю неуверенность и, глубоко вдохнув, встала с кровати и медленно приблизилась к ванной. Я слышала шум воды, и как чертыхался Дерок, наверно промывая раны. Уверенно шагнув внутрь комнаты, пробираясь сквозь туман пара, быстро скинула с себя одежду, включая нижнее белье и, схватившись за ручки душевой кабинки, собралась с силами. Открыв створки, вошла внутрь и, плотно закрыв за собой, приблизилась к мощной спине ликана. Дерок напрягся, отчего его мышцы заиграли на спине. Завороженная этим зрелищем, потянула руки и лишь кончиками пальцев провела по мокрой коже.

Поднявшись до плеч, положила на них свои ладони и прильнула к Дероку, поднимаясь на носочки, оставляя на шее невесомый поцелуй. Дерок шумно втянул воздух, шипя, словно от боли. Закусив нижнюю губу, обзывала себя всеми словами, убрала руки. Было безумно стыдно за свой поступок. Наверно я просто что-то не так поняла. Или просто поняла так, как мне того хотелось. Из глаз вновь покатились слезы, когда я отстранилась, и между нашими телами прошелся холодок.

Я уже собиралась выскользнуть из кабинки, как внезапно меня прижали к кафелю, поднимая руки над головой и прижимая всем телом, не давая возможности пошевелиться. По телу прошелся дикий жар, который остановился ниже живота. Было нестерпимо больно от нужды ощутить плоть Дерока в себе. Хотелось быть заполненной им. Я плохо соображала, когда его горячая ладонь медленно прошлась по бедру вверх, лаская кожу, посылая вслед мурашки. Я дрожала от потребности, дыхание прервалось, а иногда я и вовсе забывала дышать.

— Ника… — прошептал Дерок, и припал губами к моей шее, покрывая ее поцелуями, в то время как рука все продолжала свой путь вверх, к плечу.

Все мысли сейчас были лишь об одном. Мне дико хотелось Дерока. Я ощущала, что уже промокла, но он не спешил трогать сосредоточие моего желания. И когда я готова была хныкать, умоляя его о большем, ощутила на шее давление клыков. Испуганно дернувшись, ойкнула, когда он цапнул ими мою тонкую кожу. Ее опалило болью, и мне хотелось разрыдаться от несправедливости. И лишь когда его язык ласково прошелся по ранке, слизывая кровь, по телу прошелся мощный разряд, от которого лоно сжалось в спазме.

— Больно, — все-таки прохныкала я, когда ощутила спиной восставшую плоть Дерока.

Мне хотелось развернуться и запрыгнуть на него. Боже, я ощущала себя маньячкой в этот момент. Но пульсирующая боль между ног никуда не уходила, поэтому мне было плевать именно в эту минуту на все.

— Где тебе больно? — от хриплого рычащего голоса Дерока я задрожала еще сильнее.

Он отпустил одну мою руку, словно разрешая ею показать. Хитро улыбнувшись, схватила его ладонь и потащила именно туда, где я жаждала его больше всего. Когда пальцы коснулись влажных складочек, мы застонали в унисон.

— Здесь больно? — томно выдохнул он и провел пальцами по припухшей бусинке.

— Да, — хныча от желания, простонала и выгнулась дугой, желая большего…

Ничего больше не говоря, он развернул меня и, приподняв над полом, впился в губы, нещадно глотая мои стоны. Обвив его талию ногами, как-то умудрилась потереться о его достоинство, после чего Дерок резко отстранился от губ и рыкнул. Мне хотелось застонать и вернуть желанные губы. Дерок пристально смотрел мне в глаза, выискивая в них ответ. В его темных омутах я видела желание, дикое, безумное. И не знаю, что он увидел в моих, но уже через секунду я хотела закричать от радости, когда он направил плоть к моему лону. Дерок пытался действовать медленно, осторожно, отчего я чуть не заплакала. В груди защемило, а бабочки вновь стали порхать. Это было безумием. Я не понимала сама себя. Но, тем не менее, это было правдой, и Дерок пытался быть нежным, осторожным, не желая причинить мне вред.

Не выдержав, всхлипнула, после чего Дерок застыл на одном месте, тяжело дыша и заглядывая в мои полные слез глаза.

— Нет, прошу, — умоляла его, когда он хотел выскользнуть из меня.

— Но…

— Ты нужен мне. Умоляю, — не дав ему договорить, простонала я.

Тут же я вновь почувствовала в себе плоть и облегченно выдохнула. Медленно он входил в меня, и когда я ощутила себя полностью заполненной им, радостно застонала. Дерок сильней вжал мое тело в стену и стал медленно скользить. Голова кружилась, из горла вырывались довольные стоны, а по телу проходила мелкая дрожь. Казалось, с каждым толчком я готова взлететь. В какой-то момент он ускорился, и я, уже не стесняясь, кричала в экстазе, ощущая всем телом напряжение мышц. И уже через секунду облегченно застонала, когда натянувшаяся пружина лопнула, послав следом по телу невероятные ощущения. Я содрогалась в крепких руках, которые не позволяли мне упасть.

Сквозь пелену удовольствия ощутила, как Дерок взорвался внутри меня и, победно застонав, тесно прижался ко мне, еще сильнее вдавливая мое тело в стену. Внезапно я начала задыхаться от нехватки воздуха. Он резко отстранился, выскользнув из меня, потом поставил на пол. Каждая мышца приятно ныла. Мне было лень что-то делать. Куда-то идти. Я готова была пасть прямо здесь и, свернувшись в клубочек, отдаться в руки Морфея.

Дерок заботливо смысл с меня все следы недавнего умопомрачительного секса, после чего вынес из кабинки. Поставив на ноги, тщательно вытер тело и, закутав в полотенце, вновь взял на руки и отнес в кровать. Когда я почувствовала под собой мягкость, сладко зевнула и стала засыпать. Уже сквозь пелену сна, ощутила, как прогнулся матрас и рядом прилег Дерок. Я точно знала, что это он. Ведь больше не кому. Придвинувшись ближе, нагло закинула на него ногу и, положив голову на грудь, улыбнулась. И прежде чем провалиться в сон, услышала:

— Никому не отдам! — голос Дерока, не терпящий возражений, заставил меня еще шире улыбнуться.

Уже через секунду я засыпала, ощущая всем телом желанное тепло.

Доминика

Утром я не сразу сообразила, почему мне так легко и хорошо. Казалось, вокруг все цвело и пело. Но, поскольку я еще даже не разлепила глаза, то не могла сказать с уверенностью, весна на меня так действует или что-то другое. Когда я хотела перевернуться на другой бок, потому что в этом положении затекли все мышцы, ощутила, что меня держат в стальных объятиях. Резко открыв глаза, увидела перед собой грудь Дерока. Подняв голову, широко улыбнулась. Он еще спал, но на его лице озарилась улыбка, от которой все во мне трепетало, а бабочки приятно щекотали крылышками. Перед глазами пронеслась картинка предыдущей ночи.

Боже мой… Неужели я это сделала? На миг в голове промелькнуло сожаление. Но, когда я прислушалась к себе, поняла, что слишком долго этого хотела и слишком сильно пыталась подавить в себе эти чувства. Я не понимала, откуда они взялись. Ведь не могли вдруг раз и появиться. Для этого нужно было время…

Аккуратно, чтобы ни спугнуть приятный момент, потянулась пальцами к губам Дерока. Подушечками ощутила его дыхание, которое вырывалось из приоткрытых губ. Я затаила дыхание, так боялась спугнуть момент и легко, практически невесомо, дотронулась до них. Прикрыв глаза, старалась справиться с волной нежности, которая затопила меня в этот момент. И вроде бы я ничего такого не сделала, но это было так удивительно… Так приятно… Трогательно… Губы Дерока дрогнули, и через мгновение они оставили на моих пальцах поцелуй. Медленно открыв глаза, чуть не задохнулась от тех чувств, которые сейчас плескались во взгляде Дерока. Он смотрел так нежно… Страстно… А, главное, я видела в них отражение собственных чувств, которые испытывала сейчас.

Наверное, нужно было что-то сказать, но я не имела ни малейшего понятия, что еще можно говорить в этой ситуации. Молчать было гораздо проще и приятнее. Дерок, казалось, тоже боялся вымолвить хоть что-то. Мы так и лежали, неотрывно смотря друг другу в глаза.

И как только Дерок открыл рот, а я затаила дыхание, ожидая его слов, этот момент нарушил плач Тэннора. Я резко подскочила, застонав от потери тепла, и как была, голая, выбежала в соседнюю комнату. Спиной ощущала горящий взгляд Дерока. Не знаю, откуда во мне взялось столько смелости, но я была рада, что он по-прежнему хочет меня. Ведь предательская мысль, что после этого я буду ему безразлична, все же мелькала в голове.

Войдя в спальню, взяла сына на руки, прижимая его к груди, стала успокаивать. Я думала, что Дерок придет следом, но его все не было. Сын уже успокоился и, уложив его обратно, оделась. Все-таки, осознание, что я больше не нужна, сделало свое дело. Рыдания вновь сотрясали все тело. Мне было плевать, что Дерок в соседней комнате, что, скорее всего, он сейчас потешается надо мною. Все это больше не имело никакого смысла.

Я ощущала, как сгусток теплой, приятной энергии, обволакивал меня, пытаясь успокоить, согреть. Пока это мало помогало, но даже за эти потуги я была благодарна сыну. Постепенно мои эмоции, бушевавшие внутри, утихли. Перестав плакать, вытерла со щек оставшиеся мокрые дорожки и, оставив сына в кроватке, пошла на кухню, готовить ему еду.

Когда я вышла, бросила тоскливый взгляд на соседнюю дверь и быстро, пока с глаз вновь не покатились слезы, спустилась на кухню. Пока готовила себе гречневую кашу, все время старалась прислушиваться к каждому шуму, боясь пропустить момент, когда Дерок будет спускаться.

И лишь спустя десять минут, услышала, как хлопнула входная дверь. Выходит, Дерок все это время, пока я рыдала, был на улице. А, может, именно не желая слышать мои глупые рыдания, ушел. Он вошел на кухню. Я продолжала заниматься своими делами и делать вид, что мне все равно. Я не могла видеть, где он стоит, но каким-то шестым чувством ощущала, что около стола.

Он молчал. И я тоже не желала начинать разговор. Что он может мне сказать? «Спасибо, крошка, это бы великолепная ночь?» Или: «Спасибо, но больше ты меня не интересуешь?» В любом случае, я не хотела слышать подобные слова. Поэтому, когда вымыла все тарелки, и больше мне нечем было себя занять, стала лихорадочно искать что-то в шкафчике. Наверно, со стороны это выглядело очень глупо. Дерок приблизился ко мне. Я натянулась, как струна, не зная, чего ожидать. Тем временем он прижался ко мне и шумно вдохнул. От этого по телу побежали мурашки, а ноги подкосились.

Я перестала дышать, когда его губы коснулись мочки уха, целуя ее.

— Дыши, — прошептал он мне на ушко.

Я сделала судорожный вдох и застонала. Его руки властно обняли меня за талию, а губы вытворяли что-то невероятно, целуя шею. Крепко вцепившись руками в столешницу, искала опору, чтобы не упасть. Рычащие звуки, которые издавал Дерок, когда целовал и посасывал кожу на шее, посылали электрические разряды по телу. Внутри полыхал огонь страсти, вырывающийся наружу. Я не могла сейчас о чем-то думать. Но какая-то предательская мысль крутилась в голове.

— Дерок, ты… — мой голос дрожал и выходил лишь жалкий писк.

— Т-с-с… — прошептал, после чего его губы нежно прошлись от низа шее, вверх, заключая поцелуй. — Я ведь сказал уже, ты — моя! — требовательно рыкнул он, прикусывая место возле сгиба шеи, затем ласково зализал ранку.

Я таяла в его руках, как мороженое на солнце. Что-то такое происходило со мной в тот момент, когда он говорил «моя». Кажется, сердце еще неистовее забилось, по венам распространился огонь, а душа пела. Мое тело вновь зажило прежней жизнью, откликаясь на прикосновения рук Дерока. Я вся принадлежала ему. А он… Наверное, подсознательно я еще не могла поверить в то, что этот жестокий зверь пал, а вместо него появился новый: любящий и заботливый мужчина.

Его требовательные руки опустились к застежке на моих джинсах. Дерок застыл ненадолго, пытаясь что-то понять для себя, либо оставляя мне время для отказа. Но я не хотела… Накрыв его руки, помогла расстегнуть застежку, следом слыша, как завибрировала его грудь. Рык удовольствия вырвался на свободу, когда он полностью стянул с меня джинсы. Я все не решалась повернуться, а он не спешил меня разворачивать.

Слыша, как тяжело дышит Дерок, возликовала. Ему было нелегко справиться со своей животной натурой и взять меня быстро и грубо. Я гордилась им. Он делал это ради меня. Решив помочь, потянулась к краям футболки, желая снять ее. Когда она была снята, отбросила в сторону. Не выдержав, все-таки повернула голову. Сглотнув, наблюдала за горящим взглядом Дерока. В глазах читалась похоть и страсть. Он прожигал взглядом спину, одновременно лаская руками голую кожу спины.

И вот его руки уже ласкают грудь, нежно сжимая, потом вновь лаская, посылая горячую волну страсти по телу. Мне уже казалось, что кровь вскипела. Я горела внутри. Мне нужно было, чтобы он срочно погасил этот пожар. Когда его руки медленно поползли вниз, я готова была умолять поскорее избавиться от лишнего предмета. Но он не спешил, дразня кожу прикосновениями. Я потерлась попкой об его плоть, отчего Дерок зашипел и сильнее прижался ко мне, тяжело дыша над ухом.

— Ну же… — не выдержав, простонала я.

— Ника, — голос Дерока был хриплый и требовательный, — ты сводишь меня с ума! — закончил он, отстраняясь.

Я попыталась сообразить, почему он отошел. Что не так? И пока об этом думала, услышала шорох одежды. Удовлетворенно выдохнув, обернулась, когда он стоял полностью обнажен предо мной. У меня перехватило дух от созерцания его идеального тела. Каждая частичка была словно произведения искусства. Широкие плечи, мускулистая грудь, узкие бедра. Мой взгляд остановился на плоти, которая гордо стояла, указывая на меня. Нервно хихикнув, приблизилась. Дерок не выдержал и притянул меня к себе в объятия, разрывая последнюю преграду на мне в виде трусиков.

— Ты невероятно красива! — воскликнул он и, не дав ничего ответить, жадно припал к губам.

Не сопротивляясь, ответила на поцелуй, обвивая руками его шею, позволяя углубить поцелуй. Внизу живота полыхало, сосредоточие желания болезненно пульсировало от воспоминания, как мне было хорошо прошлой ночью. Теперь я не сомневалась, так будет сейчас и потом. Когда бы я этого ни захотела. Не успев толком насладиться поцелуем, Дерок отстранился и придвинул меня ближе к столу, развернул к себе спиной. Я нагнулась, понимая, чего он хочет. Тут же ягодицу пронзила резкая боль от удара руки. Охнув, даже и не поняла, было ли это больно или мне понравилось. Одно я знала точно, он не пытался сделать мне больно намеренно. Следом он погладил место удара и начал медленно входить.

Больше я не ощущала дискомфорт от размера его плоти. Даже казалось, что она была для меня идеальной. Полностью заполнив меня, облегченно выдохнул и начал медленно двигаться. Сейчас мне уже было мало этого темпа. Хотелось чего-то большего. Безумного. Жесткого. Страстного. Каждый раз, когда он выскользал из меня, я двигалась навстречу, ловя его на полпути, желая таким способом увеличить темп. Дерок все понял и через секунду стал двигаться все быстрее и быстрее, отчего я ртом ловила воздух, вскрикивая и крепко держась за стол.

Внезапно лоно опустело, и я всхлипнула. Но уже через секунду довольно зашипела, когда он перевернул меня на спину, вновь вошел и продолжил неистово двигаться. Дерок крепко держал меня, не позволяя шевелиться. Наконец, ощутив, как мои мышцы напряглись, выгнулась дугой и облегченно закричав, развалилась на миллион осколков. Через несколько толчков Дерок громко взвыл и кончил, опускаясь на меня.

Я обняла его за шею. Мы пытались выровнять дыхание. Во всем теле ощущалась приятная истома. Мне было так хорошо, что не хотелось думать о дальнейшем.

Пока я приходила в себя, Дерок отстранился и поднял меня на руки. Я была безумно признательна ему. Мы было лень даже моргать, что уже говорить за то, чтобы встать и пойти в комнату? Приложив голову на грудь Дерока, облегченно выдохнула. Мне было так уютно в его крепких руках. Наверно сейчас я тайно мечтала, чтобы он никогда не выпускал меня.

Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Мы уже пришли в спальню и Дерок положил меня на кровать. Мои глаза были закрытыми, но я думала, что он ляжет рядом, поэтому широко улыбнулась и просто ждала, когда прогнется матрас. И лишь спустя минуту осознала, что он не собирается ложиться. Ощутив сильный укол боли в самое сердце, горько вздохнула и свернулась калачиком. Отчаянно старалась не заплакать. Но боль отчаяния захлестнула меня с головой. Было сложно с ней бороться.

И тут я ощутила рядом с собой желанное тепло. Затаив дыхание, ждала дальнейших действий Дерока. Он нерешительно притянул меня к себе и легонько обнял. Вот теперь я сделала вдох, следом удовлетворенно выдыхая, опуская голову на грудь Дерока. Полностью расслабившись, с головой ушла в приятные ощущения. Я молчала и не знала, о чем говорить. Хотелось задать несколько вопросов, но сомневалась, что сейчас они уместны.

Ощущая, как неистово бьется сердце ликана, подняла голову и взглянула на него. Он был полностью расслаблен, глаза закрыты и на губах застыла полуулыбка. Дерок, словно почувствовав мой взгляд, открыл глаза. Я находилась в плену. Невозможно было оторваться. Его взгляд завораживал. Тяжело дыша, неотрывно смотрела в темные омуты. Когда он поднял руку и кончиками пальцев прочертил контур моих губ, зажмурила глаза. Боже… что он делает? Это было безумие. Каждая частичка моего тела желала ласки.

— Ника, я… — начал Дерок, но замолчал, когда я открыла глаза и внимательно посмотрела на него.

Обругав себя, отвела взгляд и уже не ждала, что он продолжит.

— Надеюсь, ты не жалеешь о том, что произошло, — внезапно выпалил он. — Потому что больше я не намерен тебя отпускать! — последние слова он прорычал, поворачивая руками мою голову, и всматриваясь в глаза. — Я люблю тебя.

Я чуть не задохнулась от его последних слов. Сердце радостно запело. Бабочки стали энергичнее махать крылышками. Боже мой… Он сказал, что любит… Шок сковал мое тело, я даже не дышала. Мне нужно было понять, говорит он правду или нет. Но когда смотрела Дероку в глаза, понимала, что он не врет. Да и не собирался этого делать.

— Любишь? — испуганно переспросила и закусила нижнюю губу.

Он кивнул, но ничего больше не сказал.

— И как давно ты это понял? — не унималась я. — Но ведь ты не знаешь, что такое любовь, откуда тебе знать… — мне пришлось резко оборвать фразу.

Дерок прожигал меня взглядом. Его ноздри раздувались и, казалось, он пытается совладать с собой. Решив, что я перешла дозволенную черту, попыталась высвободиться.

— Не нужно! — требовательно рыкнул он, прижимая меня еще крепче. — Я понимаю твое сомнение, — уверенно начал разговор. — Не знаю, как давно я понял, что люблю тебя. Может быть, это произошло, когда ты родила, а может… — замолчав, он задумался. — Знаешь, только сейчас мне кажется, что все то время, когда я презирал тебя, обманывал себя. Наверно, я боялся чего-то нового в своей жизни. А ты, несомненно, была именно тем, чего я всегда боялся.

Я не решалась вставить слово. Он еще не все высказал. Но его слова были необходимы мне. Я хотела понять его. Неужели Дерок может чего-то бояться в этой жизни?

— Ты так резко перевернула мою жизнь с ног на голову, что я был дезориентирован. Как видишь, мне понадобилось много времени, чтобы понять, как ты важна мне. Да и потом… я еще сомневался в этом. Но то, что произошло вчера… — рык прошелся по комнате эхом, и я вздрогнула. — Когда я услышал твой крик, был готов убить любого, кто посмел причинить тебе вред.

— Прости, я не должна была вести себя как истеричка, — не желая заглядывать ему в глаза, опустила взгляд.

— Что вообще произошло? — его теплый и полный переживания голос согрел сердце.

— Просто твой отец хотел узнать у меня про Вульфа, а я не знала, что говорить, вот и решила закричать… — выпалила на одном дыхании, не заметив, как по щекам покатились слезы. — Прости! Когда я увидела, как он пытается вонзить в твою шею клыки… — мой голос дрогнул, когда эта картинка вновь встала перед глазами.

Дерок крепче обнял меня, гладя меня по голове. От этой ласки я быстро расслабилась и перестала плакать.

— Все позади, — прошептал он, заключая поцелуй на виске. — Ты все правильно сделала! Ни я, ни Вульф, не хотим, чтобы отец знал правду.

— Но почему? — подняв на него взгляд, недоуменно спросила.

— Еще рано. Мне нужно поговорить с матерью, прежде чем отец все узнает.

— Ты еще не говорил с ней? — удивилась я.

— Нет, я… — он тяжело вздохнул. — Наверно пришло время исправить это, — но в его голосе я не услышала уверенности.

— Ты боишься? — догадалась я.

— Даже не знаю, — слова давались ему тяжело. — Что я могу от нее узнать? Мне страшно даже взглянуть на нее. Вдруг я ничего не почувствую? Вдруг она расскажет что-то такое, из-за чего я возненавижу ее? — выпалил он, а я успокаивающе погладила его по руке.

— Ну никто ведь не говорит тебе, что ты должен сразу принять ее. Хотя бы выслушай, — он улыбнулся, когда я говорила.

Забыв обо всем, что я еще хотела сказать, просто притянула его к себе и поцеловала. Он властно обнял меня за талию, боясь, что я вот-вот выскользну из рук. Обняв Дерока за шею, углубила поцелуй, глотая его рык, вырвавшийся из груди. Мне казалось, что зверь внутри него пришел в восторг.

— Ладно, ты права, — отстранившись от меня, довольно проговорил он.

— М? — пытаясь выровнять дыхание, не поняла его слова.

— Я поговорю с ней. Да вот прямо сейчас! — воскликнул он, быстро спрыгивая с кровати.

Я рассмеялась, смотря на его шикарное тело, метающиеся по комнате. Как завороженная, следила за каждым взмахом руки, поворотом тела. Мне нравилось наблюдать, как он суетится, что-то бубня себе под нос. Он сейчас выглядел таким домашним…

— Может, я поеду с тобой? — увидев, как он одевает Тэннора, поинтересовалась.

Дерок метнул в меня обжигающий взгляд, от которого дыхание сбилось.

— Оставайся, отдохни, — послав мне хитрую улыбку, сказал он.

И когда до меня дошел смысл его слов, густо покраснела. Ох… Я уже молила всех богов, чтобы он быстрее вернулся. Дерок подошел ко мне и, оставив на губах легкий поцелуй, быстро покинул комнату.

Улегшись на кровать, потянулась и решила воспользоваться предложением Дерока. Глаза сами закрылись и через несколько минут я уже крепко спала.

Кто-то тряс меня за плечо. Нехотя разлепив глаза, увидела перед собой испуганное лицо Лины. Мне понадобилась минута, чтобы окончательно проснуться и сообразить, что происходит.

— Ника! — ее голос дрожал и, казалось, она вот-вот заплачет.

— Что? — нервно выпалила, заглядывая в испуганные глаза.

— Там… Драка… Дерок… — что-то мямлила она, а я никак не могла сообразить.

Лишь на слове «Дерок» напряглась, ощущая дикую тревогу.

— Успокойся и нормально объясни! — потребовала я.

— Некогда, ты нужна ему, ну же, пойдем! — Лина схватила меня за руку и пыталась стащить с кровати.

— Куда? — все-таки встав, попыталась выяснить.

Сердце колотилось, руки тряслись. Я никак не могла сообразить, что такого могло произойти. Ведь все же было хорошо, он поехал к матери…

— Блин, пока ты тут глупые вопросы задаешь, он кровью истекает! — упрекнула она меня, после чего я быстро оделась.

Лина схватила меня за руку и потащила за собой. С каждым шагом я дышала все тяжелее. Сердце сжималось от боли, когда я представляла любимого, который истекает кровью. В висках стучало, а на глазах образовалась пелена слез.

Я не видела, куда Лина меня ведет, доверчиво следуя за ней. Мне хотелось побыстрее увидеть Дерока, прижать его к груди, сказать, что тоже его люблю, несмотря на все, что было раньше. Все это казалось сейчас таким глупым пустяком. «Лишь бы выжил!» — билась мысль в голове. Я не хотела его терять. Не сейчас, когда все только начало налаживаться.

— Она ваша! — сквозь дикий шум в ушах распознала я довольный голос Лины.

Что? Что происходит? Куда она привела меня? И только сейчас я поняла, что мы вошли в дом. Проморгав несколько раз, ощутила, как меня подтолкнули вперед, и увидела перед собой троих мужчин. Одного из них узнала. Это бы тот самый, который пытался взять меня силой. Он смотрел на меня победно, словно теперь мне нет пути к отступлению. Взглянув на остальных двоих мужчин, съежилась от страха. Они были высокие, с крепким телосложением. Черты лица хищные. Взгляд горящий. Я понимала, что все они ликаны, хотя до этого видела лишь того, первого.

— Попалась, крошка, — ехидно бросил он.

От его голоса все во мне оборвалось. Дышать стало трудно. Пульс зашкалил. Я начала быстро пятиться к выходу, но мои попытки пресекла Лина, встав у меня на пути. Она звонко рассмеялась. От ее смеха желудок свело диким спазмом. Я поняла, что попалась на глупую уловку. Могла ли я надеяться на Дерока в этой ситуации? Наверно, нет. Он далеко и не знает, что со мной. Из глаз брызнули слезы отчаяния.

— Я же говорила тебе, что Дерок мой! — прошипела Лина, толкнув меня в сторону мужчин.

Не удержав равновесия, упала на колени и, закрыв глаза, зарыдала в голос. Они все громко рассмеялись. Мне до жути хотелось проснуться и понять, что все это кошмарный сон.

— Что ж, Кейн, — довольно протянула Лина, — я свою часть договора выполнила, теперь надеюсь на твою! — более требовательно закончила она.

— Не волнуйся, больше она не станет на твоем пути, — голос первого мужчины больно резанул по сердцу.

Что они теперь со мной сделают? Когда я услышала удаляющиеся шаги Лины, резко подскочила на ноги и кинулась бежать. Но не успела я сделать и пары шагов, как крепкая ладонь больно впилась мне в руку, дергая на себя, из-за чего я оказалась в стальном захвате Кейна.

— Н-е-е надо, — пискнула я, когда он потянулся рукой к моей груди.

— И кто меня остановит? — гоготнул он. Ему вторили еще два басистых смеха.

В горле образовался ком. Руки вспотели, а сердце пропускало удары, когда мужчина разорвал на мне кофту и кинул меня на рядом стоящую кровать.

— Я возьму ее первый! — поставил он в известность остальных.

Его железный тон убил во мне последнюю каплю надежды. Я брыкалась и царапалась, когда он полностью опустился на меня, лапая своими противным руками. Я задыхалась от боли внутри. «Дерок! Ну где же ты! Помоги!» — про себя я звала его на помощь. Хотя понимала, что это глупо и бессмысленно. Кейн уже разорвал на мне джинсы и нижнее белье. Довольно рыкнув, чуть отстранился. Осмелев, я подорвалась, и бросившись бежать, заорала:

— ПОМОГИТЕ! — крик эхом прошелся по всей комнате.

Меня тут же схватили остальные двое мужчин и вернули на кровать.

— Держите эту суку! — прошипел Кейн.

Мужчины взяли меня под руки. Пока могла, брыкалась, но вскоре мои попытки пресек Кейн. Он уже полностью разделся и, навалившись на меня, послал похотливую улыбку. Все внутренности болезненно сжались, когда он направил свою плоть в меня. Я была обездвижена и могла лишь слегка метаться из стороны в сторону.

— Люблю строптивых лошадок, — когда он наполовину вошел в меня, довольно выдохнул слова в шею.

Я рыдала и кричала от боли и омерзения. Казалось, больше мне неоткуда ждать помощи. Глаза застилала пелена отчаяния. И уже когда казалось, что мой мир прекратил существование, возле дома услышала грозный рык. Все трое мужчин напряглись. А я лишь надеялась, что меня спасут. Из последних сил вновь закричала:

— Помогите! — теперь уже голос не был громким, скорее наполненным отчаяния и муки.

Дерок

Я ехал в стаю Вульфа в приподнятом настроении. А с лица не сползала идиотская улыбка. Я скалился во все тридцать два зуба. Не волновало то, как косились на меня люди, перед тем, как я сел в машину. Не волновало ничего, кроме Ники. Вспомнив все то, что произошло между нами за эти два дня, мечтательно прикрыл на секунду глаза. Образ Ники, которая стонала для меня, навсегда врезался в память. Ее тело было податливым, и я боялся одним неверным движением причинить ей боль. А мне хотелось подарить наслаждение. Неимоверных сил мне стоило, чтобы не иметь ее всю ночь. И было мало того, что между нами произошло. Зверь дико скулил, умоляя отметить пару. Но я не мог. До этого я должен был поговорить с ней.

Мне нужно было точно знать, что она не жалеет о том, что сделала. Хотя ее поведение утром говорило об обратном.

Уже проехав большую половину пути, вынул телефон из кармана и набрал номер брата. Я и сам не понимал, в какой момент он стал важной частью моей жизни. Зверь во мне радовался воссоединению. Мы часто бегали в лесу, загоняли дичь, дрались…

— Алло, — приподнятый голос брата вывел меня из воспоминаний.

— Я скоро буду у вас, — коротко известил его.

По телу прошла дрожь волнения. Мне было дискомфортно в данную минуту. Желудок свело, когда я думал о разговоре с матерью.

— Отлично! — радостно воскликнул он. — Мы тебе всегда рады, — добавил он, после чего послышался тихий смешок Эви.

— Послушай, — сказал я и тяжело вздохнул.

Брат молчал, а я набирался смелости для того, чтобы произнести то, зачем, собственно, собирался к нему.

— Я хочу поговорить с матерью, — выпалил на одном дыхании.

Выдохнув, немного расслабился. Я заметил, что когда говорил, сильно сжал руль. Расслабив хватку, ждал ответа.

— Ты уверен? — после минутной паузы, поинтересовался Вульф.

— Думаю, да. Пришло время во всем разобраться! — пытался говорить, как можно уверенней.

— Ну что ж, я рад! Тогда я сообщу маме. Она будет рада… — Вульф замолчал.

— Ладно, я уже близко, до встречи.

Сбросив вызов, положил телефон в карман. Что-то волновало моего зверя, но сейчас я списывал это на предстоящий разговор. Ему было тревожно. Видимо, что-то неприятное сегодня ждало меня. Стараясь меньше думать о матери, вновь вспомнил Нику. Улыбка снова расплылась на лице. Я еще не знал, затмил ли я кошака, или она все еще что-то чувствует к нему. Рык недовольства вырвался из груди. Ну уж нет. Я не собираюсь отдавать ее! Ни за что! Никогда! Она — моя. Только моя.

По телу разлилось тепло, когда вспоминал ее поцелуи, нежные прикосновения. Я поразился сам с себя, когда, наконец, смог признаться ей в своих чувствах. Увы, услышать ответного признания мне не посчастливилось. Ну что ж… я был реалистом. Навряд ли она могла так быстро испытывать ко мне те же чувства, которые к ней питал я. Ну ничего. Сдаваться не входило в мои планы. Хитро улыбнувшись, намечая горячие планы, когда вернусь домой, припарковал машину и, взяв Тэннора на руки, направился к Вульфу. Каждый шаг давался тяжело. Я не понимал, откуда появляется нарастающая паника. Что-то было не так. Все это я списывал на разговор. И как только переключился вновь на Нику, что-то больно кольнуло прямо в сердце. Я даже тихонько взвыл.

Стоя возле двери дома, не решался войти. Все время оглядывался, словно ждал нападения сзади. Вообще мое поведение было очень странным. Страх проскользнул по телу, когда я повернул ручку и шагнул в дом. Руки подрагивали. На лбу проступила испарина.

— Дерок, ты в порядке? — спросил Вульф.

Я рассеяно взглянул на брата. Тяжело сглотнув, мотнул головой, прогоняя наваждение. Вульф подошел ко мне и тревожно заглянул в глаза. Я отдал ему сына.

— Что-то не так… не могу понять, — пробормотал я, не в силах больше здесь находиться.

Меня тянуло обратно в стаю. К Нике… Зверь рвался к ней.

— Прости, мне нужно вернуться, присмотри за Тэннором! — крикнул я, подбежав к двери и дрожащими руками схватившись за руку.

— Может тебе, помощь нужна? — Вульф догнал меня, когда я уже хотел открыть машину.

Я не знал, нужен он мне сейчас или нет. Да и думать было некогда. Казалось, что в этот самый момент я необходим Нике.

— Нет, я сам, — бросил слова и, сев в машину, погнал на полной скорости.

Пока ехал, чувства страха и тревоги лишь усиливались. В какой-то момент я просто заскулил. Это было невыносимо. Я еще никогда не ощущал себя так подавленно. Казалось, что сейчас кто-то вырвет сердце из груди. И когда я представлял, что вот именно сейчас, когда я еду, моей паре причиняют вред… Дикий рев распространился по салону. Запах ярости пропитал воздух. Дышать было трудно. Открыв окно, вдохнул весенний воздух и немного расслабился.

Уже подъезжая к стае, выскочил из машины и кинулся к дому. По дороге принюхиваясь и пытаясь понять, что могло произойти.

— Дерок! — окликнула Лина.

Я обернулся и зарычал на нее. Мне некогда было вести с ней разговор. Пулей влетев в дом, вдохнул запах. В нос ударил противный запах туалетной воды. Он был настолько резкий, что я не мог из-за него учуять запах моей пары. Ощущая тревогу, забежал в комнату. Ее не было. Резко втянув в себя воздух, вновь ощутил лишь запах духов. Зарычав, выскочил из спальни. Оббежав весь дом, уже скулил, как раненный пес. Я не мог понять, что произошло, и куда она делась. Может, я сделал что-то не так? Мысли путались. Одна была хуже другой. Ника меня бросила, я причинил ей вред, она игралась со мной…

Уже спустившись, увидел, что в гостиной стоит Лина. Она призывно улыбалась мне. Что-то показалось странным в ее взгляде. Втянув носом воздух, чихнул. Она была надушена теми духами, которыми пропитался весь мой дом.

— Где Ника? — я грозно зарычал, приближаясь к ней.

Почему-то не было сомнений, что во всем замешана эта сука.

— Ох, Дерок… — она тяжело вздохнула.

Остановившись, присмотрелся к ней. Казалось, что сейчас она расскажет мне что-то такое, что никак не мне понравится.

— Ну! — гаркнул, когда молчание затянулось.

— Я говорила ей… но она не слушала меня… — Лина несла какую-то ахинею.

Сложив руки на груди, попытался прислушаться к себе. Тревога не ушла. В голове пульсировала боль.

— Где она? — преодолев между нами расстояние, схватил Лину за горло, не боясь задушить.

Она уже порядком надоела. К тому же, имела виды на меня. Не стоило списывать ее со счетов.

— Пусти, — еле прохрипела она.

Лина уже задыхалась, а ее лицо начало синеть. Все же, расслабил хватку, выпустил когти. Она покосилась на мою руку и тяжело сглотнула.

— В последний раз спрашиваю, где Ника? — использовав силу Альфы, заставил ее склониться.

Лина упала на колени, упираясь ладонями в ковер. Она тяжело дышала. Ее сердце учащенно забилось, и по комнате распространился едкий запах страха.

— Это не я, честно! — вскрикнула она, поднимая на меня заплаканные глаза. — Он заставил меня помочь! Слышишь?! — все кричала она.

— Кто — он? — схватив ее за волосы, потянул голову вверх.

— Кейн… — пробормотала Лина.

Зверь зарычал, а я ощущал, как по телу прошла дикая тревога.

— Где моя женщина?! — заорал я, частично превращаясь в ликана.

— Здесь не далеко в лесу есть домик…

Она не договорила, как я схватил ее за руку, таща за собой. Мне некогда было думать, что сделать с этой сукой. Не найдя ничего лучше, притащил ее к охране отца.

— Запомни, лучше тебе не иметь к этому отношения. И не дай Бог с ней что-то… — я резко осекся.

«Дерок! Ну где же ты! Помоги!», — голос Ники ворвался в мое сознание.

Зверь зарычал. Ее голос был полон муки и отчаяния.

— Убью… — прошипел я сквозь зубы, обращаясь к Лине.

Если не тупая, сама все поймет.

— Следите за ней! — отдал приказ охране и вылетел из дома.

Разрывая на себе остатки одежды, полностью обратился в ликана и быстро побежал. По дороге принюхивался. Запах Ники был очень слабый. Он перебивался едким запахом туалетной воды. Но именно по этому запаху я бежал. Рыча все громче и громче, молил лишь об одном, чтобы Кейн ничего не успел с ней сделать. Нужно было убить подонка еще в первый раз! Какого хрена я так не поступил? Черт! Эта любовь выбила меня из привычной колеи.

Вскоре я увидел дом. Услышав крик Ники, зверь зарычал. Я бросился туда, сорвал дверь с петель и откинул в сторону. Ворвавшись в комнатку, откуда доносились звуки, на один короткий миг заскулил. Моя пара лежала голой, а Кейн уже вошел в нее. Руки Ники крепко держали еще двое. Подонки! Из того, что эти самые ликаны в прошлый раз были в заговоре с Марком, я понял, чего сейчас они все хотели вновь от моей женщины. Волна ярости распространилась по телу. Часто задышав, оскалился. Дикий и отчаянный рев зверя эхом прошелся по комнате.

Мужчины стояли скованные страхом и не могли даже пошевелиться. Кейн слез с Ники и отошел подальше. Сейчас в его глазах я видел страх и обреченность. Метнув взгляд в остальных, вновь зарычал. Они отпустили руки моей пары и подошли к Кейну. Никто не решался заговорить. Я услышал, как Ника истерически зарыдала. Страх, который исходил от нее, больно уколол в сердце. Я считал себя мудаком. Ведь сейчас она оказалась здесь из-за меня.

Подойдя к ней, взял на руки и вынес из дома. Обратившись, прижал к себе, позволяя выплакаться. Она доверчиво обняла меня и зарыдала еще горше. Мне было невыносимо. Сейчас я не знал, что мне делать. Оставлять ее здесь не хотел. Но и отпускать ублюдков, посмевших ее обидеть, не собирался.

— Постой здесь минутку, — ласково обратился к ней, отстранившись.

Она кивнула. Войдя вновь в дом, зашел в комнату. Вновь используя силу Альфы, дышал глубже, чтобы ни кинуться на них прямо здесь.

— Даю вам фору, — прорычал сквозь зубы. — Но не надейтесь, что скроетесь от меня!

Я вышел и вновь обратился в ликана. Ника продолжала трястись от страха, но когда я поднял ее лапами, стараясь не ранить нежную кожу когтями, доверчиво прижалась, вдыхай мой запах. Стараясь не рычать, чтобы еще больше не напугать ее, сдерживал зверя. Он и сам понимал, что сейчас лучше вести себя тихо.

— Спасибо, — сказала она дрожащим голосом.

Все-таки не выдержав, зарычал. Ника дернулась, но я сильнее прижал ее к себе, мысленно пытаясь успокоить. Как ни странно, она расслабилась и тяжело вздохнув, перестала плакать.

Когда мы были возле дома, поставил ее на ноги. Она неуверенно начала топтаться на одном месте. Обняв себя руками, затряслась от холода. Тихо рыкнув, указал лапой на дом. Но Ника, словно не поняла или не хотела понимать. Я подтолкнул ее лапой к двери, она, наконец, схватилась за ручку и уже спустя мгновение скрылась в доме.

Мысленно связавшись с братом, попросил его немедленно вернуть Тэннора домой. Вот теперь я вышел на охоту. Безошибочно находя направление, по которому скрылся Кейн, довольно взвыл и отправился по запаху.

Уже через десять минут нагнал его. Он обратился и бежал так быстро, как только мог. Но прекрасно понимал, что от меня не скрыться. Нагнав ублюдка, повалил на землю. Кейн зарычал и начал выворачиваться из моего захвата. Но сейчас, когда пелена ярости застилала глаза, меня вела неведомая до сих пор сила. Казалось, я стал еще сильнее, способный нанести один единственный смертельный удар. Но мне нужно было не это.

Окутав Кейна энергией Альфы, подавлял его волю, заставляя обратиться в человека. Он заскулил, но уже через минуту обратился. Вот теперь я мог приступить к делу. Повалив его на землю, подошел поближе и резко наступил ногой на пах. Он закричал, а из глаз брызнули слезы. Я не убирал ногу, упиваясь болью урода. Он понял, что быстрой смерти не получит и теперь был в отчаянии. Я ощущал его эмоции. И мне это нравилось. Когда я убрал ногу, Кейн облегченно выдохнул, но тут же чуть не задохнулся от новой боли. С размаху я пнул его в живот. Он перекатился на бок и согнулся пополам, продолжая скулить.

Выждав немного, взял в лапы его руку, и ломал, как в прошлый раз, так, что кость выпирала наружу. Дикие вопли Кейна разносились по всему лесу. А мне было насрать. Я хотел, чтобы он, прежде чем сдохнуть, мучился. Обойдя его, довольно рыкнул, заметив, как его лицо перекосила гримаса боли. По телу пробежали мурашки, когда я представил его боль. Вновь склонившись, взял вторую руку, и проделал с ней то же самое. Кейн был уже на гране обморока. Но я упорно не желал останавливаться. Следом я ломал каждый долбанный палец на руке, которым он касался Ники. Моим разумом полностью завладел зверь. Я не контролировал ситуацию. Опомнился уже тогда, когда мои зубы вонзились в шею Кейна. Он был уже мертв.

Возвращая себе ясность мысли, посмотрел на то, что осталось от Кейна. Его руки были вырваны, живот вспорот, а лицо исцарапано и все в крови. Я понимал, что зверь действовал инстинктивно, желая причинить врагу боль. Оставив все, как есть, пошел за остальными. Мне не составило огромного труда найти сначала одного, а затем и второго. В этот раз я не стал попросту терять время и убил их быстро и без мучений.

Возвращаясь домой, на сердце было тяжело. Вульф связался со мной и сообщил, что уже вернул Тэннора Нике.

Я понимал, что произошедшее было далеко не в последний раз. Кто-то вновь попытается выкрасть Нику. С этим нужно было что-то делать. Но вот только что? Раз несмотря на мой запрет, они все равно решили рискнуть, то не было сомнения, что такой случай произойдет вновь и вновь… Я не мог снова допустить такого.

Решение принял, когда оказался перед домом. Оно далось не просто, но сейчас я не видел другого выхода. Собравшись с духом, обратился и вошел в дом. Ника лежала на диване. Когда я приблизился, она вскочила и подбежала ко мне. Крепко обняв меня, снова расплакалась. Я позволил себе еще несколько минут радости. Прикоснувшись к спине, начал гладить, пытаясь успокоить.

Зверь не желал отпускать ее, но он тоже не хотел, чтобы что-то подобное произошло вновь. Отстранившись от нее, отвернул голову. Не хотелось всматриваться в ее полные слез и отчаяния глаза. Мне хотелось видеть в них счастье.

— Ты мне больше не нужна, — заявил я, стараясь придать голосу безразличия.

Стоять на одном месте было сложно. К тому же сердце сжалось, когда я произнес это.

— Как? — Ника была ошарашена моими словами.

Ее сердце забилось быстрее. Она была в отчаянии. Чуть не сорвавшись с места, желая притянуть ее к себе и успокоить, просто сжал руки в кулаки.

— Возвращайся к кошаку! — потребовал я и повернулся к ней.

Ее нижняя губа задрожала, и я чувствовал, как Ника запаниковала. Она стала медленно подходить ко мне. Наверно, я залюбовался ею, поэтому пропустил момент, когда она подошла вплотную и, подняв голову, всматривалась в глаза. Мне нужно было срочно изобразить безразличие. Но я не мог. Меня сильно волновало ее присутствие. А запах сводил с ума.

— Почему? — всхлипнув, спросила она, подняв руку и пытаясь приложить ее к моей щеке.

— Потому что мне не нужны проблемы, а ты их неплохо создаешь! — укоризненно выпалил, схватив ее руку.

Ника пискнула от боли, когда я намеренно сжал запястье и отпихнул от себя.

— Зачем ты так говоришь? — в голосе скользнула обида. — Ведь все было хорошо… — она осеклась и опустила взгляд.

— Ника, просто забирай сына и уходи! — потребовал я, не в силах больше бороться с собой.

Я чувствовал себя отвратительно от того, что сейчас делал. Не представлял, как буду дальше жить без нее и сына… Но теперь я уже ничего не мог поделать. Хотел лишь одного, чтобы ей было хорошо. Чтобы ей не пришлось каждый день просыпаться в страхе, что ее вновь похитят.

— Зачем ты это делаешь с нами? — полный отчаяния голос заставил моего зверя внутренне взвыть.

— Уходи! — нервно закричал я, отходя подальше.

Своими словами она причиняла невероятную боль. Почему она просто не послушается меня? Зачем мучает?

— Дерок! — взмолилась она, упав на колени.

Я сглотнул, не веря в происходящее. Тем временем она горько зарыдала, не решалась заговорить.

— Не делай этого с нами, молю! — все не унималась она.

Ника дрожала. Ее страх заполнил всю комнату. Я не мог вдохнуть. Казалось, каждая ее эмоция отдавалась у меня на душе. А сердце обливалось кровью, когда я смотрел на то, как Ника пытается умолять меня.

— Не хочешь по-хорошему, значит?! — выкрикнув, подбежал к ней и схватил за руку.

Подняв Нику на ноги, встряхнул, призывая к вниманию.

— Хорошо, сейчас я расскажу тебе такое, после чего ты сама не захочешь жить с таким животным, как я! — гневно высказал и отошел.

Она непонимающе посмотрела на меня.

— Лена не уехала, — я специально сделал паузу. — Я ее убил, — сказав это, послал Нике ехидную улыбку.

Она ошарашено смотрела на меня, а затем замотала головой.

— Нет… — прошептала Ника и попыталась найти ответ в моих глазах. — Нет! Ты не мог! — закричала, видимо не нашла опровержения в моем взгляде. — Скажи, что ты соврал! — требовала она.

Я лишь молча пожал плечами. Это было именно то, чего я боялся бы утром. Но не сейчас. Больше мне терять нечего. А так она сама уйдет.

— Дерок! Умоляю, — она плакала и смотрела на меня. — Просто скажи, что ты соврал, я поверю! — отчаянный голос полоснул по сердцу.

— Да, Ника, я убил. Жестоко. Упиваясь ее страхом и муками, а затем бросил в лесу тело на растерзание животным! — говорил все это с сарказмом, от чего Ника скривилась и отошла подальше.

— Животное! — заорала она.

Я лишь вздохнул. Кажется, мой план сработал. Но от того, что она вновь стала ненавидеть меня, на душе заскребли кошки.

— Ненавижу! — она вновь упала на колени и, обняв себя руками, принялась раскачиваться.

Я чувствовал ее дикую боль. Она была на грани нервного срыва. Как мог, держал зверя в узде, чтобы не кинуться к ней. Я не мог. Она должна уйти. Так продолжалось еще десять минут. У Ники началась истерика. Она кричала, била кулаками по полу. Затем и вовсе упала на ковер, свернувшись в клубок и воя от боли. Все это время я наблюдал за ней, стиснув зубы. Каждый ее крик, каждое движение отдавалось болью на сердце. В ушах звенело, а перед глазами расплывалась картинка.

Вскоре все стихло. Ника поднялась с пола и посмотрела на меня пустым взглядом. Это не на шутку испугало меня, что невольно я подался вперед.

— Я а уж думала, что ты изменился, — она говорила ровно, безо всяких эмоций. — Дура… — усмехнувшись, добавила она и поднялась наверх.

Пока я отходил от пережитых ранее эмоций, она уже спустилась, крепко прижимая сына к груди. Я отошел, не желая стоять у нее на пути.

— Ненавижу тебя! — прошипела она. — Надеюсь, сегодня я вижу тебя в последний раз! — зло выпалила она и вышла из дома.

Мысленно связавшись с отцом, попросил его отвезти Нику в стаю пум, пообещав, что потом объяснюсь с ним. Громко зарычав, подошел к двери и сильно саданул по ней кулаком. Теперь я ощущал пустоту на душе. Больше мне не для кого жить. Как я вообще собирался существовать в этом мире без нее? Отойдя от двери, избегая искушения выбежать за Никой, поднялся в ее комнату и, повалившись на кровать, обнял подушку, глубоко вдыхая аромат, который она хранила.

Доминика

Выйдя из дома, глубоко втянула воздух. Он мне сейчас был нужен, как никогда. Казалось, я задыхалась там, внутри. Боже мой… До сих пор не могу поверить, что я не сплю, и все слова, сказанные Дероком, правда.

Взгляд был пустой. Я просто смотрела вперед. Мне нужно идти. Далеко, не оглядываясь, чтобы он не догнал меня. Хотя, это было глупо. Он мог это сделать, как бы быстро ни шла. Я ощущала огромную дыру в сердце. Как будто кто-то продырявил его. Оно кровоточило, причиняя мне неимоверную боль. Одинокая слезинка скатилась по щеке, когда в голове вновь пронеслись слова Дерока: «Лена не уехала, я ее убил». Эта фраза перечеркнула все то, что произошло хорошего между нами. Я не понимала, за что можно было убить Лену? Как не пыталась понять, так и не нашла оправдание его ужасному поступку.

Сейчас я даже не задумывалась о том, как мне выбраться из леса. Не задумывалась и о том, куда идти. Я просто шла и все. Не было желания оборачиваться и смотреть, не бежит ли за мной Дерок. Шестое чувство подсказало, что это была наша последняя встреча. На глазах появились слезы, из-за которых я не видела ничего перед собой. Тэннор притих и даже не пытался успокаивать меня. Наверно, он тоже чувствовал ту боль, которая пронзила все тело.

— Доминика! — требовательный, властный голос Альфы заставил меня резко остановиться.

Сглотнув, прижала сына. Я боялась, что он заберет его. Ведь изначально Дерок был против того, чтобы возвращать мне сына. Медленно я повернулась и столкнулась с удивленным взглядом коричневых глаз Логана. Он молча смотрел на меня, поджав губы, и усердно о чем-то думал, отчего меж бровей пролегла складка. А я все это время старалась дышать глубже. Сейчас я ощущала мощный поток силы от Альфы. И прекрасно понимала, ему не составит труда забрать внука и прогнать меня прочь.

— Я не понимаю, что между вами произошло, — он покачал головой и вздохнул. — Ты ведь мне не расскажешь… — он сам ответил на свой вопрос.

Я молчала, все время прижимая к груди Тэннора. Это не укрылось от отца Дерока. Он мне улыбнулся, отчего внутри что-то оборвалось. Став пятиться назад, тяжело задышала.

— Нет! — вскрикнула я, когда он стал приближаться. — Я не отдам вам сына! — мой голос был тверд и полон решимости.

— Доминика, — он протянул ко мне огромную ладонь. — Я не буду забирать у тебя сына! Лишь хочу подвезти, — я с сомнением глянула на него и немного расслабилась.

Все же я не ощущала от него агрессии. К тому же, он мог уже давно забрать Тэннора, но до сих пор этого не сделал.

— Мне не нужна ваша помощь! — заверила его и уже собиралась уходить, как он остановил меня:

— Не будь глупой! Куда ты пойдешь? — насмешливо спросил он, указывая рукой на лес. — Поверь, я лишь хочу помочь тебе, вот и все, — заверил он.

Поколебавшись с минуту, все же согласилась. Конечно, мне было не комфортно от такого общества, но он был абсолютно прав. Куда я могла пойти? Близилась ночь, а в лесу я вообще не ориентируюсь. Да и у меня на руках маленький ребенок. Пусть и ликан, но чем он мог помочь в случае чего?

Пока я размышляла об этом, мы уже подошли к машине. Сев на заднее сидение, поудобнее устроила сына на руках. Вскоре мы поехали. Не выдержав, все же оглянулась. Дерок не вышел из дома. Уезжая, я ощущала себя одинокой. Потерянной. И пускай знала, что Рон примет меня, но почему-то больше это не казалось мне идеальным вариантом. Прислушавшись к себе и своим ощущением, поняла, что мои чувства к нему теперь лишь дружеские.

Всхлипнув, закрыла глаза и попыталась ни о чем не думать. На миг я представила себе море, солнце, желтый песок и мы с Дероком… Черт! Обозвав себя идиоткой, открыла глаза. Отец Дерока молчал, но иногда бросал заинтересованные взгляды в мою сторону, через зеркало заднего вида. Поймав мой взгляд, хмыкнул.

— Может быть, ты все же расскажешь, что произошло? — вновь попытался он выведать правду.

— Думаю, вам лучше спросить все у Дерока! — гневно бросила ему.

Я не хотела говорить о том, как Дерок все разрушил. Мне было плевать в какой-то момент на его слова об убийстве Лены. Скажи он мне, что соврал, я бы поверила и забыла обо всем. Но нет… Что-то показалось мне странным во всей этой истории. И если быть честной с собой, то пусть лучше так. Поверить то я, может, и поверила, но как бы вела себя дальше, понятия не имею.

— Надеюсь, вы не совершаете сейчас глупость, — очень тихо вымолвил он, что я еле расслышала.

На миг мне показалось, что он тяжело вздохнул. Но уже через секунду полностью уверилась в этом.

— Знаешь, однажды я тоже был так глуп, как сейчас мой сын. — Начал он откровенничать, а я принялась слушать. — Я не понимал, что мое счастье было рядом и всячески избегал его… — он замолчал и тихонько заскулил.

В этот самый момент я была поражена. Поверить не могу, что сам Логан сейчас скулил от боли. Я могла поклясться, что он страдает от потери матери своих детей. И, если я правильно поняла, ею была Тамара.

— Я ведь даже не догадывался о том, что у меня было двое сыновей… — продолжил он, а я навострила уши.

Мне было интересно все, что он скажет. Как бы это ни звучало глупо, но хотелось знать, что же произошло на самом деле.

— Так вы догадались? — поинтересовалась, когда молчание затянулось.

— Это было не сложно понять. — В зеркале заднего вида я увидела его улыбку, — Они ведь похожи, как две капли воды. Сила воли, характер, порода… это все мне говорило о том, что он мой второй сын! — он говорил с гордостью.

Прижав к себе Тэннора, поцеловала в лобик. Мне стало жаль Логана. Столько лет прожить и не знать, что у тебя есть еще один сын. Я могла даже представить, как ему тяжело.

— Но самое ужасное, я понимаю, что уже ничего нельзя вернуть назад. Я не виню Тамару, у нее была причина так поступить. Мне лишь жаль, что мои мальчики так долго не знали о существовании друг друга.

И все. Больше он ничего не сказал. А жаль. Мне жутко хотелось выведать, что же такого он сделал, что Тома решилась на отчаянный шаг. Но вспоминая все поступки Дерока, понимала, что и сама бы сделала так же. Вскоре машина затормозила. Альфа заглушил двигатель. Я не решалась еще выйти, собираясь с мыслями. Мне хотелось что-то сказать, но что, не знала.

— Приехали, — повернувшись ко мне, оповестил он.

Кивнув, взялась за ручку, собираясь открыть двери.

— Я понимаю, как вам тяжело. Ведь недавно и я не имела возможности даже видеть сына. Как видите, сейчас он со мной. Кто знает, может и вам повезет. — Выпалила я и быстро выскочила из машины, не желая слышать ответ.

Логан не заехал на территорию пум, поэтому мне предстояло пройти некоторое расстояние пешком. Пока шла, тело сотрясала мелкая дрожь от волнения. А что если Рон не примет меня? Вдруг у него уже есть другая. Или вдруг ему не нужен будет мой сын? Вопросы сменялись один за другим. И с каждым шагом волнение лишь росло. Когда уже стали виднеться дома, мои коленки заметно потряхивали. Как я еще не упала, сама удивлялась.

Впереди уже маячил дом Рона. Закусив губу, втянула в себя побольше воздуха и более уверенной походкой зашагала к нему. Вот уже оставалось буквально несколько метров, как за спиной я услышала гневный голос Риты:

— Чего приперлась? — я обернулась.

Она стояла в воинственной позе, скрестив руки на груди. Метнув в меня убийственный взгляд, зарычала и уже собиралась кинуться. Но, пискнув, попятилась назад и вскоре спиной наткнулась на чью-то грудь.

— Рита, какого черта! — грубый бас Рона, казалось, прошелся по моему телу, не хуже электрического тока.

Расслабившись, выдохнула. Рита стушевалась и виновато взирала на него сквозь меня. Хмыкнув, пожала плечами. Через секунду Рон положил на них свои ладони и немного сжал, успокаивая.

— Прости, — пробормотала Рита, опуская голову.

— Пошла вон! — она вздрогнула, словно от пощечины.

Подняв голову, тихо рыкнула и ретировалась. Пока я смотрела ей в след, Рон обошел меня.

— Не могу поверить своим глазам! — в его взгляде блеснул довольный огонек.

— Ну да, как видишь, я вновь здесь.

Я должна была радоваться этому, но увы.

— Что-то случилось? — видимо мой печальный тон он воспринял по-своему.

— Да так… — отмахнулась я и посмотрела на дом. — Я жутко устала и хочу есть, — только и вымолвила, после чего тронулась к дому.

Рон ничего не сказал, лишь пошел за мной. Естественно я понимала, что он задаст вопросы. Но сегодня не могла на них ответить. Слишком горько было снова вспоминать все то, что произошло несколько часов назад. Когда я вошла, сразу направилась в кухню. В доме ничего не изменилось. Войдя, присела за свое место, устроив сына на руках. Тэннор удивленно разглядывал все вокруг. Он нервно ерзал у меня на руках. Я догадывалась, что ему не нравится запах пум.

Рон облокотился спиной о столешницу и наблюдал за мной. С его лица не сползала довольная улыбка. Раньше я бы все отдала за нее. Но сейчас хотелось лишь тяжело вздохнуть и отвернуться.

— Ну и чего скалишься? — спросила его, не выдержав.

Смотреть на его довольное лицо было неприятно. Особенно когда у меня на душе скреблись кошки. Хотелось закричать на весь дом и спросить, почему судьба так не справедлива со мной.

— Просто я рад, что ты вновь со мной! — от его довольного тона я поморщилась.

— Может, покормишь меня? — сделав жалостливое лицо, спросила его.

— Конечно, все что хочешь! — воскликнул он и тут же кинулся к холодильнику.

Дальше я не особо следила за ним. Он готовил, а я вновь ушла в себя. Было очевидно, что к Рону я больше не испытываю ровным счетом ничего. Рано или поздно он и сам это поймет. Но, все же, я решила попытаться возродить ту любовь, которая жила во мне до недавних времен. Наверно, для этого просто нужно время. Именно так я и считала. Убедив саму себя, что вскоре все вновь встанет на свои места, благодарно посмотрела на Рона, который поставил предо мной тарелку с жареным мясом и тушеной картошкой.

Ела я долго. Тэннор все время мешал мне. К Рону он отнесся враждебно. Поэтому держать малыша долго не смог. Мне пришлось сильно постараться, чтобы угомонить этого чертенка. А иначе я его никак не могла назвать. Наконец, закончив с едой, отставила тарелку.

— Спасибо! — поблагодарила Рона, отчего на его лице улыбка стала еще шире.

Ох, еще чуть-чуть и рот треснет… Мне хотелось скривиться, но я одернула себя. Так нельзя!

— Не за что! — он взял тарелку и отнес в раковину.

— Наверно, надо будет купить кроватку и прочие мелочи для Тэннора, — устало проговорила, прикрыв глаза.

Жутко клонило в сон. Да и все события, произошедшие сегодня со мной, порядком вымотали. Поэтому все, что мне сейчас хотелось, это лечь в кровать и спокойно поспать. Рон приблизился и, обойдя, встал сзади. Положив руки мне на плечи, опустил голову.

— Мы обязательно все это купим завтра, — прошептал он.

Я рассчитывала, что хотя бы от этого по телу поползут мурашки. Но ничего. Передернув плечами, скинула его руки. Встав, заглянула в удивленные глаза.

— Давай поговорим обо всем завтра, — попросила я.

Он понимающе кивнул.

— И еще, — пока он не ушел, я решила уточнить, — сегодня я посплю в другой комнате, ладно? — когда я это сказала, Рон разочарованно вздохнул.

— Хорошо. Если тебе нужно время, я готов ждать.

Улыбнувшись ему, двинулась на выход из кухни. Войдя в комнату, сразу подошла к кровати и присела на нее. Оглядевшись, поняла, что все вещи были на своих местах. Тут тоже ничего не изменилось. Внезапно, мне стало интересно, как Рон жил все время без меня. Что с ним было после битвы с Дероком? Вновь вспомнив его, застонала. Ну сколько еще я могу его вспоминать? Сын окутал меня теплой энергией, и я успокоилась. В эту минуту мне было так хорошо, что все дурные мысли вылетели из головы, оставляя после себя лишь неприятный осадок.

В дверь постучали.

— Входи, — крикнула Рону.

На пороге показалась его фигура. В руках он держал постельное белье. Протянув руку, хотела его взять. Рон подошел поближе и сам положил белье на кровать. Присев рядом на корточки, спросил:

— Он обидел тебя? — в голосе слышались рычащие нотки.

— Пожалуйста, не сейчас! — раздраженно выпалила я.

Рон все понял. Он еще посидел некоторое время рядом, а затем ушел. Держа сына одной рукой, второй пыталась застелить простынь. Лишь через десять минут удовлетворенно выдохнула и положила Тэннора на середину кровати. Надев наволочку, разделась до нижнего белья. Из дома Дерока я не взяла абсолютно никаких вещей. В тот момент не думала о таких мелочах. Лишь побросала некоторые вещи сына и наспех покинула дом.

Когда я легла, придвинула моего малыша поближе и, обняв, тихонько заплакала. Сейчас вновь вспомнила, как замечательно начался этот день и как паршиво закончился. Через некоторое время успокоилась и провалилась в тревожный сон.

Проснувшись утром, не сразу поняла, где нахожусь. И когда вспомнила, захотелось взвыть. Тэннор уже ворочался. Я понимала, что нужно учиться жить дальше. Без Дерока. Можно подумать, на нем свет клином сошелся! Кивнув своим мыслям, подорвалась с кровати и наспех оделась. Теперь я уже немного отошла от шока и была готова поговорить с Роном.

Переодев сына, подняла его на руки и вышла из комнаты. В нос тут же ударил приятный аромат кофе. Боже мой, сколько же я его не пила? Войдя на кухню, застала Рона сидящим за столом с чашкой кофе. Рядом с ним дымилась еще одна.

— Доброе утро! — и снова его улыбка озарила лицо.

— Доброе, — буркнула и присела рядом.

— Не выспалась? — удивленно спросил он, неотрывно следя за мной.

— Выспалась, — пробормотала и отодвинула чашку от края стола.

Я молчала. Но ощущала, что Рон сверлит меня взглядом.

— Спрашивай, — с обреченностью в голосе сдалась я.

— Мне просто интересно, что произошло.

— Дерок убил Лену, — выпалила и взглянула на Рона.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице, когда я это сказала. Казалось, он даже знал об этом. И даже более того, был этому рад.

— Почему у меня такое ощущение, что ты не удивлен? — сузив глаза, поинтересовалась я.

Взяв чашку, аккуратно отпила. Приятный кисловатый вкус появился во рту. Зажмурившись от удовольствия, улыбнулась, забывая обо всем, что сказала минуту назад.

— Для меня это действительно не новость.

Когда я открыла глаза, он пожал плечами и сделал глоток.

— То есть как это? — недовольно пробормотала и поджала губы.

Не хотелось бы мне сейчас еще узнать, что и Рон в этом замешан.

— Знаешь, после всего того, что узнал Дерок, не мудрено, что он так поступил.

Черт, после такого объяснения у меня возникло еще больше вопросов.

— И? — нервно выкрикнув, чуть подорвалась со стула.

— Лена рассказала ему о нашем поцелуе, — и только я хотела вставить слово, он продолжил: — Да и наша встреча была не случайной. Она все подстроила. Думала, после этого заполучит себе Дерока, а от тебя избавится.

Я широко раскрыла рот от удивления.

— Она даже пыталась меня в это втянуть, но я отказался. А еще хотела тебя устранить. Уж не знаю как, но, по крайней мере, ее желание было твердым, и отступать Лена не собиралась.

Я тяжело сглотнула. В горле образовался противный ком. Тяжело задышав, старалась не расплакаться. Неужели это правда? Взглянув на Рона, все поняла. Он не врал. Да и какой смысл? По щекам покатились колючие слезы. Все-таки Лена предала меня. А ведь я слепо продолжала верить ей. Идиотка! Какая же я глупая. Правильно Дерок сказал однажды, что вместо мозгов у меня желе.

— И ты ушла лишь из-за этого? — печально уточнил Рон.

— Ну не совсем… — я виновато опустила взгляд. — Он меня выгнал… — неопределенно добавила.

Больше я не хотела продолжать бессмысленный разговор. Теперь стало понятно, почему Дерок так поступил с Леной. Конечно, было жаль ее. Все-таки такой смерти даже она не заслуживала. Но что теперь делать мне? Возвращаться? Глупо. Он сам меня выгнал. Знать бы еще, почему. Решив отложить размышления на потом, вновь взглянула на Рона.

— А ты можешь меня отвезти в соседнюю с ними стаю ликан? — внезапно мне захотелось поговорить с Эви.

Возможно, и с Вульфом. Мне необходим совет. Хотелось понять, что двигало Дероком в тот момент, когда он выгонял меня.

— Ладно, — согласился Рон.

После чего, мы вышли. Тэннор заворочался у меня в руках, словно понимал, куда мы сейчас поедим. Уже по дороге я лишний раз убедилась в правильности своих действий. И не сомневалась, что сегодня найду нужные ответы. И только после этого решу, есть смысл возвращаться или нет.

Доминика

Пока мы ехали, в машине царила тишина. Я была безумно рада этому. Даже Тэннор и тот притих, видимо понимая, что сейчас мне необходимо помолчать. И подумать. Меньше всего сейчас хотелось объясняться с Роном. Я заметила, как он хмурился и изредка порыкивал. И пускай я прекрасно понимала его поведение, но ничего не могла изменить.

С каждым проеденным километром во мне разгорался огонек надежды. Теперь я была уверенна в том, что Дерок специально меня выгнал. Оставалось лишь понять причину. Как бы там ни было, но я убеждена на все сто процентов, что не безразлична ему. Тогда, что могло послужить толчком, чтобы он так себя повел? Как ни старалась, ответа не нашла.

— Может, хотя бы объяснишь, зачем тебе в стаю ликан? — недовольно пробурчал Рон, неотрывно следя за дорогой.

Тяжело вздохнув, перевела на него взгляд. Он продолжал хмуриться. Руки крепко сжимали руль в напряжении.

— Рон, послушай… — резко замолчав, попыталась сообразить, что можно сказать.

— Зачем ты ко мне приехала? — прорычал он, еще сильнее стиснув руль.

Я сглотнула ком в горле. #286540082 / 01-янв-2016 Таким я его видела впервые. Вернее, когда вся его злость была прямиком направлена на меня.

— Но… я думала… — промямлила, я но, все же, не решилась закончить фразу.

Дикий рык пумы помешал мне. Он понял все то, что я собиралась сказать. Но от осознания ситуации легче не становилось. По телу прошла дрожь, когда я представила, что мы сейчас одни. Конечно, сказать точно, сделает мне что-то Рон или нет, не могла. Но до последнего старалась верить в лучшее.

— Выходит, он лучше? — ехидно бросил он слова.

Сжав крепко зубы, решила промолчать. А что тут можно сказать? Каждый из них по-своему хороший. Ну не виновата же я, что сердцу не прикажешь! На какое-то время вновь повисло молчание. Прижав к себе сына, глубоко втянула воздух, затем облегченно выдохнула.

— Надеюсь, ты потом не пожалеешь о своем решении, — буркнул Рон, все не решаясь взглянуть на меня.

— Понимаю, что обидела тебя своим поступком, но думаю, ты достоин знать правду. Я сама не понимаю, в какой момент полюбила Дерока. Ведь если посудить логически, должна была ненавидеть его всеми фибрами души. Но с каждым днем он открывался для меня с другой стороны. Неосознанно я сама тянулась к нему. Хоть и пыталась все время отрицать это. Да и он сам уже давно не тот ужасный зверь, которым был раньше. Думаю, он тоже пытался отрицать притяжение между нами, но в какой-то момент плюнул. И вот теперь, кажется, все наладилось, — пока говорила, довольная улыбка не сходила с лица.

Наконец-то я призналась себе в том, что люблю Дерока. Он далеко еще не идеален, да и не хочу, чтобы становился им. Ведь именно таким я его и полюбила. Если он полностью изменится, это будет уже совсем другой человек.

— Почему же он тебя тогда выгнал? — я вздрогнула от неожиданности вопроса.

Рон говорил спокойно, но мне на миг показалось, что еще чуть-чуть и он зарычит.

— Вот этого я не знаю, — пожав плечами, выпалила я.

Не хотелось об этом говорить. Прекрасно понимаю, как это выглядит со стороны. И Рон, видимо, именно так и понял. Но я в это не верила. Мне хотелось узнать правду. И только сейчас я подумала, что лучше было наверно сразу поехать к Дероку. Что я могу выяснить у Вульфа? Да… Глупый поступок. Но менять что-то было уже поздно. Мы как раз подъезжали к стае. Пока он парковался, я размышляла, что сказать. Было ясно, что возвращаться к Рону я больше не буду. Ничего хорошего из этого не выйдет. А мучить и себя и его не хочу.

— Я так понимаю, больше ты не вернешься? — повернувшись ко мне, Рон заглянул в глаза.

И не успела я хоть что-то ответить, как он выпалил:

— Вижу, что не вернешься… — он опустил голову.

Мне внезапно стало стыдно за свой поступок. Хотелось найти подходящие слова, утешить его, но ничего не приходило в голову. Подняв руку, провела ею по его темным волосам. Рон тяжело вздохнул и вновь посмотрел на меня.

— Иди. Не знаю, зачем тебе сюда, но я надеюсь, ты будешь счастлива! — он отвернулся.

На глазах образовались слезы. Как бы мне не нравилась эта ситуация, по-другому не выйдет. Кто-то все равно будет страдать.

— Ты еще встретишь достойную девушку, которая будет любить тебя! — выпалила я и вышла из машины, в который раз крепче прижимая к груди сына. Слезы катились ручьем. Руки мелко подрагивали. Я ощущала себя мерзко и противно. Мне не стоило вообще приезжать. Тогда не пришлось бы вот так расставаться. Но, с другой стороны, я была рада, что поставила точку, и больше Рон не будет ни на что надеяться.

Пока рассуждала, уже дошла до дома. Вытерев слезы, повернула ручку и вошла. Здесь уже не было той разрухи, которая была не так давно. Зайдя в гостиную, стала ждать. Через несколько минут по лестнице спустилась Эви. Увидев меня, нахмурилась.

— Ника? — удивленно спросила она, приближаясь все ближе. — Что случилась? — в ее голосе проскользнула тревога.

— Даже и не знаю… — шмыгнув носом, присела на диван.

Эви скрестила руки на груди и пристально смотрела на меня.

— От тебя воняет кошкой… — она сморщила нос.

— Что мне делать? — уходя от темы пум, выпалила и вновь заплакала.

Она подскочила ко мне и присела рядом, забирая из рук Тэннора.

— Дерок выгнал меня, и я не понимаю, за что?! — не прекращая рыдать, продолжала говорить. — Ведь у нас только все наладилось и вдруг бац… — я замолчала на некоторое время.

Эви все время молчала, а я пыталась успокоиться. Выходило плохо. В голову пришли картинки, как меня чуть не изнасиловал Кейн. Догадка мелькала в голове. Мне показалось, что он выгнал меня именно из-за этого. Наверно, ему теперь будет противно вновь ложиться со мной в постель. От осознания этого факта слезы вновь брызнули из глаз, и теперь я зарыдала в голос.

— Ну, тише! — Эви прижала мою голову к плечу и пыталась успокоить. — Объясни мне, что конкретно произошло? — спросила она, гладя мою голову.

Подождав, когда слезы закончатся, села ровно и посмотрела в одну точку перед собой. Мысли путались. Теперь я уже сомневалась в своих догадках. Но больше идей не было.

— Он признался мне в любви, — выдавила из себя, горько улыбнувшись. — Он собирался поехать поговорить со своей мамой. Но потом все пошло наперекосяк. Лина отвела меня к Кейну и еще двоим оборотням. Я уж думала, что мне ждать помощи неоткуда, но Дерок спас меня. Уж не знаю, как он успел… — я замолчала на некоторое время. — А потом он просто меня выгнал. Да еще и сказал, что убил мою подругу. Это была последняя капля моего терпения.

— Боже… — выдохнула Эви. — Он когда приехал, почти сразу же и уехал. Вульф все порывался отправиться за ним, но потом Дерок велел вернуть его сына домой… Короче, я даже и не думала, что все было так ужасно… — всхлипывая, говорила она.

— Есть соображения, из-за чего он мог меня выгнать? Ведь еще утром он намекал на продолжение нашего… — я осеклась.

— На Дерока это не похоже, — она помотала головой, подтверждая свои слова. — Здесь точно есть еще что-то! Вот только что? — повернувшись ко мне, вопросительно посмотрела.

— Хотелось бы и мне знать, что, — пожав плечами, вытерла слезы.

Эви напряглась и втянула носом воздух.

— О, кажется, Тамара пришла, — и не успела она договорить, как в гостиную вошла мать близнецов.

Она покосилась на меня, затем перевела теплый взгляд на Тэннора. Подойдя к нам, нахмурилась.

— Ну и по какому поводу потоп? — пожурила она нас. — Вон, смотрите, у Тэннора уже нижняя губа дрожит, сейчас и он с вами заревет!

Я тут же вытерла слезы и снова попыталась взять себя в руки. Понимала, что веду себя глупо, но как здесь можно иначе? Когда все, о чем могу думать, это о поступке Дерока.

— А где Вульф? — спросила Тома, после чего втиснулась между нами.

— Так он… это, — Эви шмыгнула носом, вытирая заплаканные глаза. — К Дероку поехал.

— Ну ладно, позже с ним поговорю. — Она похлопала Эви по бедру и повернулась ко мне. — Ну а ты чего расстроенная? — Тома тяжело вздохнула и прикрыла глаза, — Неужели Дерок что-то натворил?

— Ну, он… я… — так и не смогла толком сказать.

— Знаешь, — она положила свою ладонь поверх моей, — чтобы он не натворил, я уверенна, он это сделал не со зла. Просто запутался. Ему не с кем посоветоваться или поговорить. Его отец не в счет! — строго отчеканила она, когда я хотела возразить.

И как только Тамара поняла, что я собиралась упомянуть Логана?

— Его отец не способен ни на что, кроме жестокости. Все у него решается одним способом — убить. — Она горько вздохнула. — А Дерок… он ведь и мой сын. В нем точно есть любовь и понимание. Просто эти чувства нужно вытащить наружу, — она говорила четко и уверенно. — Он любит тебя, не сомневайся! Об этом говорит его поведение.

Тома приобняла меня и улыбнулась. А я все время сидела, не шевелясь, боясь пропустить хоть что-то из ее рассказа.

— Ты должна набраться терпения и помочь ему. И вместе вы все сможете преодолеть! Вот увидишь, вскоре Дерок сам поймет, что делать дальше. А сейчас он просто не понимает, что обрел в жизни и что с этим делать, — она усмехнулась.

Кивнув, полностью была согласна с ее словами. Оставалось лишь понять, действительно ли Дерок запутался, или я ему надоела.

— А почему Вульф поехал к Дероку? — внезапно вспомнила я и нахмурилась.

Что-то было странное в этом.

— Ну-у-у, — протянула Эви и прикусила нижнюю губу.

— Говори! — требовательный голос Тамары заставил меня вздрогнуть.

— Я точно не знаю, что произошло. Вульф почувствовал сильную боль и решил сам проверить, что с Дероком, — виновато выпалила она.

По спине прошелся холодок, а на сердце поселилась тревога. Неужели с Дероком что-то случилось? Представив, что его могли ранить или даже убить, я застыла в немом оцепенении.

— Мне нужно… — я резко подскочила и хотела забрать Тэннора, как меня схватила за руку Тамара.

— Без паники! — требовательно воскликнула она. — Стой здесь, я скоро вернусь!

Пока я соображала, что произошло, она уже покинула дом. Я осуждающе зыркнула на Эви, и она опустила взгляд.

— Прости, — промямлила та.

— Ну почему ты не сказала мне раньше? — упрекнула ее, продолжая сверлить злым взглядом.

— Ну ты пришла вся в слезах… у меня совершенно вылетело из головы, — оправдывалась она.

Ситуация с каждой минутой все накалялась. Я мерила шагами комнату, заметно нервничая. Томы все не было. Я готова была хоть сейчас сорваться с места и бежать в соседнюю стаю. Но постоянно одергивала себя. Пешком мне нет смысла идти, а подвезти не кому. Поэтому покорно ждала. Но чем больше проходило времени, тем сильнее нервничала.

Вскоре я услышала из коридора гневные звуки. Эви встала и подошла ко мне. Через минуту в гостиную вошла Тома с Альфой этой стаи.

— А я все равно не понимаю, почему ты тоже должна ехать? — он говорил твердо.

— Ну это же мой сын, как ты не понимаешь! — не уступала она ему.

— Думаю, Вульф во всем разберется! — отчеканил Альфа.

— Тогда я сама поеду! — воскликнула Тома и двинулась на выход.

— Не смей! — взревел он. — Ладно, уговорила, — сдался он.

Тома развернулась и, мило улыбнувшись ему, поманила нас с Эви к себе. Меня не нужно было просить дважды.

— Блейк, пойми, рано или поздно, но это случилось бы! — Тома погладила его по руке.

Мы уже вышли из дома и направились к соседнему дому. Я старалась не вникать в их разговор, но это было просто невозможно.

— Лучше бы вообще не произошло, — пробурчал он, снимая машину с сигнализации.

Когда мы расселись, и Блейк тронулся с места, я облегченно выдохнула. Тэннор так и оставался на руках у Эви. Наверно, сейчас это было самым идеальным вариантом. Когда мы проехали половину пути, я разволновалась не на шутку. Уже и сама ощущала, что Дероку плохо. Не знаю, как это поняла, но сердце болезненно сжалось. Мне даже показалось, что оттуда вырвали частичку. Прикрыв глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. Мне нужно было успокоиться. Но что-то мешало. И я не могла сейчас понять, что именно.

— Не волнуйся так, все будет хорошо, — тихонько сказала Эви.

Блейк фыркнул, Тома отвесила ему подзатыльник.

— За что? — пробурчал Альфа, но больше для показухи.

Мы с подругой захихикали. Это было так… я даже не могла толком описать все то, что почувствовала, наблюдая за ними. Как бы и мне хотелось, чтобы со временем все наладилось у нас с Дероком. Сейчас я не могла точно сказать, что будет дальше, одно знала точно, что хочу быть с ним, несмотря ни на что.

Повернувшись к Эви, увидела, как она смотрит на Тэннора. Черт! За всеми своими переживаниями совсем о ней забыла. А ведь мне безумно интересно, наладились у них отношения с Вульфом или нет. Как теперь она себя чувствует? Может, ей не комфортно с ним… Но задавать эти вопросы сейчас было, по меньшей мере, глупо. Поэтому я решила оставить их на потом.

Вскоре мы въехали на территорию стаи. Хотелось уже на ходу выскочить и побежать. Эви, словно разгадав мои мысли, схватила за руку и крепко сжала, приободряя. Я с благодарностью посмотрела на нее. Вскоре Блейк припарковал машину, и я быстро выскочила из нее. Следом за мной Эви, держа на руках Тэннора. Она вроде что-то говорила, но я не слышала ничего. Мне нужно было убедиться, что с Дероком все хорошо. Добежав до дома, открыла дверь и тихонько ахнула. Да, когда я думала, что в доме Вульфа они постарались на славу, сейчас уже не была так уверенна. В коридоре вся мебель была разрушена, на стенах отпечатки когтей, стекла выбиты. Я боялась идти дальше. Но сердце радостно запело, когда из гостиной послышался грозный крик Дерока:

— Пусти меня! — обрадовавшись, что он жив, минуя преграды в виде сломанной мебели, пошла на голос.

— Тебе мало того, что ты уже натворил?! — в тон ему ответил Вульф. — Ты посмотри на себя! В кого ты превратился! — продолжал он орать. — Какого черта ты устроил?!

— Не твое дело! — возмутился Дерок.

Я вошла и увидела, как он, наполовину обращенный в ликана, пытался вырваться из захвата Вульфа. Вокруг была такая же обстановка, как и в коридоре. Вся мебель полностью разрушена, словно он пытался превратить ее в пыль. Вокруг валялся поролон и обивка от дивана.

Я даже боялась загадывать, что сейчас творится в моей спальне. И пока разглядывала обстановку вокруг, Дерок выскользнул из захвата Вульфа и схватил настольную лампу, которая еще чудом осталась цела, замахнулся, желая навредить Вульфу.

— Дерок, не надо! — воскликнула я, заходя в гостиную.

Он застыл на месте, не решаясь повернуться. Его рука застыла в воздухе, отчего я спокойно выдохнула.

— Ну же, посмотри на меня, — ласково произнесла и шагнула навстречу.

— Не подходи! — прорычал он, не желая поворачиваться.

— Почему? — я не слушалась.

Тело само вело меня. Мне не хватало Дерока. Я жутко соскучилась по нему. И ни за что не отступлюсь. Пусть хоть пинками выгоняет.

— Ника… — огорченно застонав, он медленно развернулся.

Я ласково посмотрела на него и, улыбнувшись, потянула руку к его щеке. Он выронил лампу и заскулил. Подойдя в плотную, приложила ладонь к щеке. Он накрыл ее своей огромной лапой, зажмурив глаза. Сейчас, когда он тянулся за мой лаской, я обрадовалась. Дерок не оттолкнул, значит, еще не все потерянно. Постепенно он стал успокаиваться и уже через пять минут был полностью человеком.

Притянув меня к себе, шумно втянул запах и блаженно застонал. Он обнимал меня крепко, властно, что было немного больно. Но я готова терпеть, лишь бы этот момент не заканчивался никогда.

— Почему ты вернулась? — отстранившись, обнял мое лицо руками, всматриваясь в глаза. — Я ведь…

— Я люблю тебя! — перебив его, выпалила на одном дыхании.

Дерок застыл на месте. Он молча смотрел на меня. Прикусив нижнюю губу, пыталась не разрыдаться в голос. Я не видела в его глазах ничего. Да и молчание слишком затянулось. Это все сбивало с толку. Выходит, я действительно ему не нужна?

— Ты… — хрипло начал он. — Правда, любишь? — добавил, не веря в мои слова.

— Да! — горько воскликнула, отходя. — А ты? Ты любишь? — всплеснув руками, продолжала возмущаться. — Зачем ты выгнал меня? Я что, игрушка, чтобы передавать меня из рук в руки? — я взглянула на Дерока и горько усмехнулась. — Ну, что молчишь?

— Ты не понимаешь, — рыкнул он и хотел притянуть меня.

— Так объясни! — оттолкнув его, вновь отошла, но зацепившись за что-то сзади, упала и больно ударилась.

— Ника! — Дерок в один прыжок оказался рядом, поднимая меня и заключая в объятия. — Я знаю, что вел себя как идиот, и мне нет оправдания, но я боялся, что здесь тебе вновь может грозить опасность и…

— Что? — отстранившись, заорала я. — И из-за этого ты выгнал меня? — я недоверчиво посмотрела на него. — Да ты… ты…

И не успела я ничего договорить, как он притянул меня и впился поцелуем. Все дурные мысли тут же покинули голову. Схватившись за плечи Дерока, отчаянно тянулась за его поцелуем. Он жестоко сминал мои губы, отчего голова кружилась, а кровь кипела. Он подхватил меня на руки и собирался подняться на второй этаж, как нас остановило покашливание за спиной.

Дерок

Медленно туман в голове рассеивался, и я мог трезво размышлять. Ника! Она действительно была здесь, со мной. Я не мог поверить в свое счастье. Ведь буквально сутки назад думал, что она для меня потерянна навсегда. Мне на миг показалось, что это лишь сон и стоит проснуться, как я вновь окажусь в пустой кровати. Посильнее прижав ее хрупкое тело к груди, услышал писк. Нервно сглотнув, отстранил Нику от себя, но поставить на пол не решился. Я ощущал тепло, манящий запах. И было мало этого. Я хотел ее всю, целиком! Прямо сейчас! Плевать на всех вокруг. В голове вновь пронеслись ее слова: «Я люблю тебя». Внутри что-то взорвалось в тот момент, когда она произнесла их. Дышать стало тяжело. Тогда я не мог в это поверить, не после всего того, что наговорил ей.

Но теперь, после жаркого поцелуя, и когда она так доверчиво прижималась ко мне, я готов вознестись к небесам. Но что-то мешало мне. По-прежнему в голове царил небольшой хаос из мыслей, и я не мог полноценно задуматься над тем, почему я просто не могу отнести мою женщину наверх и любить ее до тех пор, пока она не будет умолять прекратить эту пытку.

Хитро улыбнувшись своим планам, сделал шаг. Из-за спины вновь раздалось покашливание. Тихо рыкнув, не выпуская мою женщину из рук, повернулся.

На меня сейчас смотрели озорные черные глаза брата. На губах сияла ехидная усмешка, которую мне хотелось стереть. Но я понимал, что он рад за меня.

— Чего тебе? — недовольно пробурчал, опуская голову к лицу Ники и вдыхая ее аромат.

По телу расплылось тепло от осознания, что больше она не уйдет. Но кое-что до сих пор волновало меня.

— Да мне ничего, ты, похоже, даже не заметил, что у тебя гости? — многозначительно высказал он, я выгнул бровь.

Стоило лишь повернуть голову левее, как я увидел еще троих. У Эви на глазах были слезы, и сейчас моя мать пыталась ее успокоить. Так же она держала на руках Тэннора, который пытался тянуться к нам с Никой. Хмыкнув, перевел взгляд на рядом стоящего с ней мужчину. Я уже видел его однажды. Он устремил на меня тяжелый взгляд. Выдержав его, улыбнулся. Мне не к чему были конфликты. Сейчас настало время решить все раз и навсегда. И теперь я надеялся, что мне в этом ничего не помешает. Альфа заметно расслабился, видимо не найдя в моих действиях агрессии.

— Ну, коль больше мы здесь не нужны, — сказал он и, взяв Тамару под руку, собирался уходить.

— Не так быстро! — строго произнес, отчего Альфа непонимающе посмотрел на меня.

— Что еще? — в его тоне были угрожающие нотки. — Мы итак здесь задержались слишком долго! Отдай ребенка и пошли!

— Блейк, перестань! — упрекнула его Тамара.

Я неотрывно следил за ее теплой улыбкой. Отчаянно вдруг захотелось подойти к ней, обнять… Тяжело вздохнув, лишь продолжил наблюдать. Мог ли я сейчас вот так на все плюнуть и раскрыть для нее свое сердце? Мне было тяжело, но зверь продолжал твердить, что нам двоим это необходимо. Я ощутил нежные прикосновения теплых рук Ники на груди, где неистово стучало сердце. И разрывался между двух огней. Никак не мог выпустить любимую из рук, но мне не терпелось, наконец, поговорить с женщиной, которая когда-то означала для меня многое. Еще тогда, ребенком, я не знал ее, не видел, как выглядит, но точно помню, что не раз ее образ приходил ко мне во снах.

Она плакала и просила прощения. Тогда я не понимал смысл этих снов, но сейчас, кажется, истина доходила до меня.

— Ну же, иди к ней, — прошептала на ухо Ника, тело мигом отреагировало на ее горячее дыхание.

Мурашки проползли по спине, а в штанах стало немного тесно. Пытаясь отодвинуть пошлые мысли подальше, сконцентрировался на ее просьбе. Нахмурившись, отрицательно помотал головой. Я не собирался ее выпускать! А вдруг это сон, и стоит ее поставить, как она испарится? Нет, я не мог так рисковать. Или, не дай Бог, пока я потеряю бдительность, кто-то захочет причинить ей вред?

— Ну что ты вцепился в меня? — осуждающе прошипела Ника, я усмехнулся. — А ну выпусти, сейчас же! — и ударила своим крошечным кулачком мне в плечо.

Мой звонкий смех эхом прошелся по всей комнате. И уже через несколько секунд ему вторили еще четыре. Лишь Ника гневно сопела у меня на руках. Ну как? Как я мог выпустить ее? Все же мне пришлось поставить ее на пол, но тут же прижал крепче к себе, вновь боясь потерять ту хрупкую связь, которая образовалась между нами. Пока я наслаждался объятиями с любимой, Эви подошла к Вульфу. Обратив на него взгляд, и сам улыбнулся. Вроде у них отношения тоже начали налаживаться. Я был безумно рад, что брат обрел свое счастье.

— Может, соизволишь все же рассказать, почему мы не можем уйти? — Блейк нарушил тишину.

Он бросал на меня убийственные взгляды. Его ноздри раздувались и, могу поспорить, он собирался кинуться в бой с минуты на минуту.

— Я должен поговорить с матерью! — тоном, не терпящим отлагательств, произнес и ненадолго выпустил Нику из объятий.

Она шумно вдохнула воздух, после чего расслабилась. Я сделал шаг вперед, собираясь взять маму за руку, но Альфа преградил мне путь, дико зарычав.

— Нет! — взревел он так, что если бы я не выбил стекла днем ранее, они точно завибрировали бы.

— Да ну? — ехидно выпалил, выгнув бровь. — С чего это вдруг я не могу поговорить с собственной матерью? — уже более жестко добавил, метнув в него строгий взгляд.

Меня уже бесила подобная реакция. Я бы ни хотел с ним конфликтовать, но сейчас он сам откровенно провоцировал меня.

— Что-то ты особо не спешил с ней говорить до этого. Что же изменилось сейчас? — в тон мне ответил он, скрестив руки на груди. — Ты далеко не ушел от своего папаши! Такой же законченный эгоист! — продолжал он гневную тираду, от которой мои руки сжимались в кулаки. Они так и чесались, чтобы двинуть ему в морду.

Пока я сдерживался. Ради Ники, брата и матери. Но и мое терпение было не бездонным.

— Боже, что ты такое говоришь? — мама ахнула и вышла чуть вперед.

— Я говорю лишь то, что видел и знаю! — строго отчеканил он, вновь пряча ее за своей широкой спиной.

— Ты не прав! — она твердо стояла на своем. — Он — мой сын. И не важно, кто его воспитывал, и каким он вырос… От этого он не перестанет быть мне родным.

Ника подошла ко мне и приобняла за талию. Ощутив рядом ее тело, бушевавшая во мне злость начала потихоньку испаряться.

— Отец, какого черта? — вмешался Вульф. — Почему ты против их разговора? — недоумевал он.

— Я не против, — тяжело вздохнув, сдался Блейк. — Просто здесь я не намерен задерживаться. И если он хочет, пускай приезжает к нам!

— Нет, мы поговорим здесь и сейчас! — моему возмущению не было края.

Что он себе позволяет? Я двинулся на него, но Ника потянула меня за руку, останавливая.

— Не нужно, — она умоляюще взглянула на меня, когда я повернулся к ней.

— Короче! — воскликнул Альфа, — мы уходим.

И, развернувшись, выхватил из ее рук Тэннора и протянул Эви. Затем подхватил опешившую Тамару за руку, таща ее прочь из дома. Только Блейк собирался покинуть гостиную, как я услышал шаги. Втянув носом воздух, уловил запах отца. Дверь отворилась и на пороге возникла его фигура.

— Что здесь… — не успел он договорить, как тут же осекся и посмотрел на Тамару.

Его глаза расширились, а уголки губ опустились, из-за чего на лице застыла гримаса тоски и печали. Удивившись, хмыкнул и перевел взгляд на маму. Она испуганно тряслась, прячась за спиной Блейка. И если бы я не знал, каков мой отец на самом деле, эта ситуация могла показаться мне странной. Было жутко интересно, что предпримет теперь отец, и как поведет себя Альфа соседней стаи.

Ника крепче прижилась ко мне. Она и сама немного дрожала. Я взглянул на нее и, тепло улыбнувшись, поцеловал в лоб. Ника подняла на меня серые глаза, и я тут же утонул в них.

— Тома… — меня отвлек поникший голос отца.

Он сделал шаг вперед, но его остановил рык Блейка. Отец все понял и горько улыбнулся.

— Я уже понял, что теперь вы пара, — голос отца предательски дрожал, я больше не узнавал в нем прежнего Альфу. — Тома, мне безумно жаль за свое поведение. Знаю, что глупо сейчас об этом говорить, но…

— Нам не нужны твои извинения, — пророкотал Блейк, сильно сжимая руки.

От него исходила сильная агрессия, в то время, как отец был на удивление спокоен.

— Пусть договорит, — тихий и неуверенный голосок мамы заставил отца вздрогнуть.

Он тяжело сглотнул и на миг прикрыл глаза. Я неотрывно следил за ним, стараясь понять, что он чувствует.

— Какой-то он подавленный, — Ника приподнялась на носочки и прошептала мне на ухо свою догадку.

На миг потеряв бдительность, вновь прогнал пошлые мысли из головы и кивнул. Взгляд вновь привлекло поведение отца, когда он заметил Вульфа. Впервые за всю жизнь я видел слезы в его глазах. Это изумило меня настолько, что я стоял, как вкопанный, не зная, что делать и как поступить. В идеале я не должен был вмешиваться. Но поведение Блейка волновало меня. Отец был слишком уязвим и слишком спокоен, чтобы принять отпор в случае чего. А я не собирался позволять кому бы то ни было, причинять вред отцу. И пусть я знал, он непосредственно виноват в том, что я долгие годы не знал свою мать, но он растил меня, любил по-своему, и учил. В этом я был ему благодарен.

— До сих пор не могу понять, как так вышло… — пробормотал отец, неотрывно смотря на Вульфа.

Брат был спокоен и не подавал виду, что ему есть дело до слов Логана. Тем временем отец продолжил:

— Так вот, сначала я был рад, что ты сама ушла, хоть и порывался найти тебя и…

— Хватит! — заорал Блейк, схватив отца за горло.

Неожиданно Вульф бросился к ним и освободил Логана от захвата. Отец опустился на колени и жадно хватал ртом воздух.

— Почему он не защищался? — удивленно пробормотала Ника, закрывая рот рукой от ужаса.

Я слышал, как быстро билось ее сердечко. Как же мне хотелось успокоить Нику, укрыть от всей этой грязи… А ведь когда-то и я поступал с ней, как скотина. От осознания собственных поступков, внезапно вспомнился разговор с отцом. Еще до того, как Ника родила, он мне что-то говорил о том, что его желания уже расходились с желаниями зверя, и что он поздно понял об этом. Когда уже потерял… Тогда его голос уже был тоскливым. Он говорил о Тамаре. Теперь я мог понять, что сейчас ощущает отец, видя свою пару рядом с Блейком. Он не мог никак оправдать свои действия, поэтому просто решил не сопротивляться и позволить себя убить.

Сглотнув подступивший ком к горлу, посмотрел на отца. Его взгляд был пуст. Черт! Я явственно ощущал его боль. Казалось, что в сердце воткнули кол.

— Отец веди себя прилично! Мы вообще-то на чужой территории! — когда Блейк немного успокоился, Вульф начал его отчитывать.

— Ты что, защищаешь этого… — он всплеснул руками, следом тыкая пальцем на Логана. — Эту мразь? Теперь ты считаешь отцом его? Ну? — требовательно выспрашивал он. — Чего ты замолчал? — он тяжело дышал, пытаясь совладать со своим зверем, рвавшимся наружу.

— Нет! — громко воскликнул Вульф, отчего мой отец тяжело вздохнул. — Но это не повод убивать его! Тем более что он не проявлял и капли агрессии, — не уступал брат.

— Прекратите! — голос мамы, полный отчаяния заставил в комнате повиснуть тишине.

Она вышла чуть вперед так, чтобы видеть отца. На глазах появились слезы, которые быстро смела.

— Логан, я вижу, что ты раскаялся, но не нужно приносить себя в жертву! Что было, то прошло. Больше мне нет смысла винить тебя. Ты вырастил Дерока, и за это я хочу сказать тебе спасибо. Но так же ты должен понимать, что у меня не было другого выбора, как забрать одного из сыновей и скрываться с ним. Это было нелегко, но ты ничего не заподозрил и не кинулся меня искать. — Матери слова давались нелегко.

Отец неотрывно следил за ее губами, пока она говорила. Ника все время вздыхала и старалась сама не заплакать.

— Ну и почему ты сбежала? — все же решился я подать голос, когда все дошло до самого волнующего момента.

И только мама попыталась заговорить, как отец перебил ее.

— Я сам все расскажу.

Пожав плечами, я перевел заинтересованный взгляд на него и приготовился слушать.

— В свое время я был точной копией тебя, Дерок. Вел разгульную жизнь, все мне было нипочем. Мне нравилось брать девушек силой. Их страх пьянил меня. Когда я встретил Тому… — он замолчал, переводя дыхание. — В общем, с того момента жизнь изменилась. С ней я поступил так же, как и с остальными, попросту бросил и ушел. Но мой зверь каждый день порывался в город, искать ее. От этого я еще больше злился и продолжал наслаждаться жизнью, отодвигая его желания. Как-то раз я случайно наткнулся на нее и учуял запах щенка. — Отец улыбнулся, а я удивленно выгнул бровь. — Я тогда был сам не свой, и чуть было не убил ее… — его голос дрогнул.

В комнате повисла гнетущая тишина. Лишь всхлипы Ники и Эви резали слух. Сын, все время покойно сидевший на руках Эви, теперь тоже расплакался. Ника немного успокоилась и, подойдя к подруге, забрала его.

— …Я бил лишь в живот, надеясь, что это поспособствует выкидышу, после чего ушел. Ее запах остался на мне, и когда я вернулся в стаю, отец потребовал, чтобы я немедленно привез ее. Проклиная всех на свете, вновь отправился за Тамарой. С тех пор все время срывался на ней. Иногда бил, иногда просто кричал… — отец опустил голову.

Я не верил своим ушам… Был готов ко всему, но это… Правда стала слишком жестокой. Ника дрожала рядом со мной, отчего Тэннор вновь стал плакать. Я забрал сына, крепче прижимая к себе, успокаивая своей силой. Когда он успокоился, отец продолжил:

— Я ненавидел ее так, что готов был убить. Каждую ночь приходил к ней в комнату и начинал душить. Но когда она открывала глаза и смотрела на меня пустым отрешенным взглядом, отступал. Зверь во мне рычал и требовал прекратить, но чем больше он пытался что-то донести до меня, тем больше мне хотелось ее смерти. Я не скрывал этого и каждый день говорил ей о том, что после того, как родит, я ее убью. Не раз говорил и том, что она испортила мне жизнь своим появлением.

Он снова замолчал. Я держался из последних сил, чтобы ни кинуться на него. В груди поднималась ярость за мать. Мне хотелось вцепиться в его горло, причинить адскую боль…

— В день родов я был в приподнятом настроении. Наконец, должно было свершиться то, чего долго ждал. Сидя дома, с нетерпением ожидал рождение ребенка. И вот через несколько часов мне сообщают, что Тамара сбежала. Конечно, сначала я порывался броситься по следу и, уже находясь в ипостаси ликана, без проблемно убить ее. Но услышав из коридора плач младенца, мигом забыл обо всем. Тогда я не знал, что вас было двое. До сих пор для меня загадка, как так вышло? Ведь я точно помню лишь одно сердцебиение, и запах был один… Но теперь, кажется, я понимаю. Вы оба пахните одинаково, а ваши сердца могли биться в унисон. Мне очень жаль, что все так вышло. Мне нет оправдания и сейчас я готов понести за свой поступок любое наказание, — после его слов я скривился и взглянул на Вульфа.

Он вторил мне и тоже брезгливо смотрел на Логана. Мне нужно было что-то говорить, но я не мог. Во мне кипела ярость вперемешку с болью. Я столько лет ставил его в пример, но сейчас вижу, что он поступал намного хуже. Мои поступки по сравнению с его казались мне детским лепетом.

— Мне нечего тебе сказать, Логан… — я специально не назвал его отцом. — Больше ты для меня никто.

Отец вздрогнул, как от пощечины, заглядывая мне в глаза. Кивнув, поднялся с пола и, бросив тоскливый взгляд на Тому с Вульфом, произнес:

— Я ухожу. Больше вы меня не увидите. Боль от моих поступков слишком сильна, и я не могу с ней справиться. Мне было бы легче, если бы меня убили. Но никто из вас этого не сделает, — он горько улыбнулся. — Прощайте!

И не успели мы сообразить, как он быстро покинул дом. В комнате воцарилась тишина. Каждый сейчас думал о своем. Я приобнял Нику, вдыхая ее запах, радуясь, что не совершил таких ошибок, как Логан. Язык все не поворачивался вновь назвать его отцом. Когда все немного пришли в себя, я отдал Тэннора Нике и приблизился к маме. Поколебавшись с минуту, плюнул на все и обнял ее. Она заплакала и крепче прижалась ко мне. Сердце затрепетало, а на душе стало легче, словно я сбросил сто килограмм груза. Ее тепло согревало меня, успокаивало. Было так хорошо, как после долгого путешествия вновь вернуться домой.

— Я рада, что ты снова есть в моей жизни! — она, всхлипывая, отстранилась.

— Я тоже! — улыбнувшись, ответил и вновь обнял.

После она рассказывала, как ей тяжело жилось первое время, как вздрагивала каждый раз, слыша посторонние звуки. Слушая ее, крепко стискивал зубы, чтобы ни кинуться искать Логана. Но быстро успокаивался. Он сам себя наказал. И быстрая смерть не для него. Так пролетел весь остаток дня. Когда они уехали, я поднялся в спальню и, раздевшись, лег рядом с Никой. Она сладко спала и даже не заметила, что теперь находится в моих объятиях. Вдохнув ее родной запах, тихо прошептал:

— Больше никому тебя не отдам!

Ника заворочалась, но не проснулась. Улыбнувшись, положил голову на подушку и сам уснул.

Сидя на мягкой траве, я вдыхала летний воздух. Солнце ласкало оголенную кожу на ногах и руках. Я радовалась новому дню и переменам в жизни. С того момента, как Логан все рассказал, прошел год. Он так и не вернулся в стаю. Дерок предполагал, что он уже давно покинул этот мир. Но я не верила. Даже несмотря на то, что натворил Логан, мне хотелось верить, что и он найдет еще на этом свете свое счастье.

Дерок первое время вел себя очень странно. Пытался не выпускать меня из объятий, не позволяя и шагу без него ступить. Это очень раздражало и злило. Но, поговорив с ним, поняла, что он боится за меня. Сердце в который раз растаяло, пока я слушала его слова о том, что любит и не хочет, чтобы повторилась история с Майком. Лину он не убил, хоть и порывался несколько раз. Но от этого ей не легче. Теперь она стала живой игрушкой в лапах охраны Логана. Видя ее синяки и потрепанный вид, я лишь вздыхала. Не было ее жаль. Ведь она пыталась причинить мне вред. И кто знает, что было бы, не явись Дерок вовремя.

Постепенно наша жизнь стала налаживаться. Любимому пришлось занять место Альфы, хотя он всеми силами пытался отказаться от него. Но ничего не поделаешь.

Услышав приближение быстрых шагов, напряглась и стала ждать. Дерок, в ипостаси ликана, приближался ко мне. Когда его высокая фигура показались из-за деревьев, я улыбнулась и, еле поднявшись, медленно пошла навстречу. Он застыл, пораженный тем, что я здесь, в лесу. А я все приближалась к нему, продолжая мило улыбаться. Подойдя, запрокинула голову, всматриваясь в его бездонные темные глаза. Зверь теперь не казался мне таким страшным. Он менялся, только ради меня. Приблизившись насколько могла, прикрыла глаза. Зверь тихонько рыкнул и, закинув лапы мне за спину, приобнял, боясь причинить вред когтями.

Через несколько минут он отстранился и стал оборачиваться в человека. Как завороженная, наблюдала за ним. И вот предо мной уже стоял Дерок. Засмотревшись на его крепкое подтянутое тело, не заметила, как он подхватил меня на руки и понес прочь.

— Эй! — возмутилась я, тыкая в его прекрасную грудь пальцем. — Я хочу сама пойти! — капризничала, не хуже маленького Тэннора.

Дерок мягко рассмеялся, но на землю не отпустил. Надувшись, спрятала лицо у него на груди, вдыхая родной аромат.

Вскоре мы добрались до стаи, в которой фактически ничего не изменилось. Дерок не горел желанием заниматься делами, лишь следил за территорией и изредка наказывал непослушных ликан. А в последнее время он и вовсе вновь уделял мне все свое внимание.

Когда он занес меня в дом, посадил на диван и удалился. И только я вновь хотела возмутиться, как в гостиную вошла Эви, ведя за руку моего сына. Она сияла как начищенная монета. А Тэннор, увидев меня, вырвал свою ручку и быстро, как только мог, подошел ко мне и, кряхтя, упал возле ног. Подняв его, посадила к себе на колени.

— А ну признавайся, что случилось? — сузив глаза, поинтересовалась я.

— Я беременна! — выпалила она, а я улыбнулась. — Ты представляешь? До сих пор не верю, что это произошло.

Тут же из ее глаз брызнули слезы. Я пересадила сына на диван и приобняла подругу. Она положила руку на мой огромный живот и улыбнулась. И только я хотела что-то сказать, как со второго этажа послышался крик Вульфа:

— Ты что спятил?! — возмущался он.

Эви напряглась, затем вздохнула.

— Ну и зачем мне это? — голос слышался уже ближе.

Вскоре мужчины спустились, горячо о чем-то споря.

— А если я не справлюсь? — Вульф был задумчив.

— Справишься! Это не мое. Я уже давно говорил об этом, но Логан твердил одно и то же. Такая жизнь не для меня.

— Милая? — Вульф посмотрел на Эви, словно спрашивая о чем-то.

— Это замечательная идея, — ответила, пожав плечами.

— Ну и что происходит? Может, мне объяснит кто-то? — грозно спросила я, вставая с дивана и уперев руки в бока.

— Иди сюда, — ласково позвал Дерок, я тут же оказалась в его объятиях. — Ничего такого, просто теперь у стаи новый Альфа.

— Как? — ахнув, выпалила я. — Кто?

Он кивнул в сторону Вульфа. Рассмеявшись, я легонько хлопнула себя по лбу, прижимаясь к любимому.

— Думаю, теперь стаю ждут перемены! — воскликнула я, после чего моя девочка толкнулась внутри меня, будто подтверждая слова.

Через две недели я родила замечательную малышку, в которой души не чаяла. Вульф справился со своей обязанностью, и постепенно стая преобразовалась. Больше не было тех ужасных законов, которые вносил Логан. Все были счастливы. Я не знала, что нас ждет впереди, но в одном была уверенна, Дерок сделает все, чтобы защитить свою семью.