Рядом, с тихим шорохом шин по обледеневшему асфальту, проехал автомобиль, и Инна четко поняла, что, если она не хочет превратиться, в прямом смысле слова, ледяную бабу, нужно что-то делать. Вот какого черта она сидит в салоне сдохшей «Нексии», вместо подкарауливания беспечного водителя, который, растаяв от девичьих красот, распахнет дверь своего железного коня?

Утерев ладонью бегущие слезы, девушка глянула в зеркало, икнула от ужаса при виде отразившегося там чудовища с исчерченными черными потеками щеками и решительно выскочила на улицу. Во всяком случае, изнасилования можно не бояться – тому, кто все-таки соблазнится настолько сомнительного вида прелестницей, можно сразу выдавать медаль «За отвагу». Ну, или хотя бы упаковку «Виагры». На всякий случай, так сказать…

Но, похоже, на расстоянии ближайших нескольких километров именно сама Инка была единственным представителем разумной жизни. Хотя, и с этим утверждением можно было бы поспорить – будь поумнее амебы, не поехала бы по объездной дороге глубокой зимней ночью. Если она правильно помнила карту, то с того места, где машина неожиданно заглохла и на все призывы одуматься не отзывалась, до ближайшего человеческого жилья километров двенадцать. До самой трассы – около пяти, но через лес, в котором девушка заблудилась бы с почти стопроцентной вероятностью.

Пританцовывая на месте и ежась от порывов ледяного ветра, Инна пыталась выделить во всей этой ситуации хоть одну положительную сторону. Она жива. Но здравый смысл подсказывал, что по такой погоде и безлюдности это ненадолго… Спустя пять минут эти подозрения сменились четкой убежденностью, и девушка, злобно сопя, полезла в салон за вещами. Так, сумка с длинным ремнем – через плечо, более объемная торба с ноутбуком – в правую руку, а виновник всех бед – разрядившийся мобильник - она сунула в карман, видеть не желая продукт труда деятельных финнов. Как и почти все, оказавшиеся в подобной ситуации, Инна пыталась понять – зачем к разным моделям телефонов одной фирмы нужно придумывать оригинальные зарядные устройства? Конечно, её предыдущий мобильник был ещё из тех времен, о которых сама девушка помнила весьма смутно, но все же… Естественно, порадовав себя несколько дней назад новым гаджетом, о необходимости покупки автомобильной зарядки она не подумала – зачем, если есть старая? И теперь в этом горько раскаивалась.

Студеный сквозняк, вольготно гуляющий по дороге, поднимающий легкую поземку и игриво подталкивающий девушку под попу, заставляя скользить по покрытой плотным накатом дороге, уже тоже как-то не особо радовал. Ладно, метели нет, и на том спасибо. Задрав голову, Инна минутку полюбовалась крупными звездами, подмигивающими жертве сговора техники. Красииииво…

Жаль только, что та пропущенная машина была единственной, водитель которой оказался настолько же скудоумен, как и она сама, чтобы поехать в такую пору через лес. Конечно, может, есть и ещё любители экстремального вождения, но больше никто не пожелал таким образом сократить путь до аэропорта и объехать традиционную пробку на выезде из города.

Тем временем холод постепенно пробирался под пуховик, начиная ощутимо покусывать несколько округлые бочка девушки. Вот когда она искренне радовалась тем лишним килограммам, безуспешной борьбе с которыми посвящала все свободное от грызения науки время! Но и они теперь слабо помогали, и Инна веселее поскакала по дороге, напевая про себя песенку Красной Шапочки «Ааа, в Африке горы вот такой вышины…» и размахивая сумкой с ноутбуком, как корзинкой с пирожками. Хотя внутренне при этом и понимала, что в настоящее время больше похожа на Бабу-Ягу, трясущую лукошком с мухоморами. Подумав об этой колоритной представительнице национального фольклора, Инка притормозила в районе разделительной полосы и, решив, что не зря же рыжеволосых считают ведьмами, вслух прошептала:

- Хочу, чтобы сейчас кто-нибудь здесь проехал и отвез меня домой…

Но то ли в её родне не было нечисти, то ли по ещё какой причине, никакого завалящегося Сивки-Бурки не появилось. Даже Серебряное Копытце между разлапистыми елями не мелькнул. Зато где-то совсем рядом злорадно и с душой ухнул филин, напугав несостоявшуюся ворожею до дрожи в коленках. Чувств она не лишилась, зато поскользнувшись, крепко приложилась копчиком, прикусила язык и треснула подозрительно захрустевшим ноутбуком об асфальт.

- Ыыыыыыыыы… - сказать что-либо более информативное девушка не могла ввиду временного отказа функционирования речевого аппарата, но и это мычание отдавало глубокими познаниями в русском народном языке. Инна с трудом встала на четвереньки, сглатывая злые слезы и враз ставшую солоноватой слюну, сразу решив проверить состояние лэптопа. Нет, конечно, страдания собственного организма были для неё намного ближе, но в том и дело, что тельце – своё, а вот комп – брата. Так что, если она ему там что-то изувечила, пострадает опять-таки именно её организм. На первый взгляд с ноутом было все в порядке – ну, разве что крышка чуток перекосилась, но решить этот вопрос мог только детальный осмотр, а проводить его посреди заснеженной лесостепи, освещенной завораживающей луной, на которую так и тянуло повыть, это нужно быть совсем двинутым программером. Хотя, именно им Инна и станет. Если до этого её никто не съест в лесу…

Резко поднявшись и погрозив кулаком в сторону того дерева, на котором сидел так не вовремя заголосивший ушастый птиц, девушка глубоко вдохнула и со все возрастающим энтузиазмом заперебирала ножками. Честно говоря, в биологии она сильна не была, потому состав пищевого рациона филина представляла весьма приблизительно. Вроде бы там было что-то про мышей, но кто его знает, может, он голодает уже которые сутки, вон какие сугробы за прошедшую неделю намело, потому твердо решила, что полакомиться своим окоченевшим тельцем ему не даст…

Об этом вопиющем факте она думала, не переставая, так глубоко погрузившись в пучины собственного разума и беспросветной тоски, что водителю такси пришлось окликать несколько раз, прежде чем Инка разглядела в окно собственный двор. Торопливо расплатившись и натянув на нос немного кусачий шарф, она метнулась к подъезду, над которым уже несколько недель грозилась вот-вот перегореть тусклая лампочка, не столько рассеивающая своим подслеповатым огоньком темноту, как скрадывающая неровности ступенек. На них уже сломалась не одна нога беспечных жильцов и гостей дома, но, проведенный после жалоб ремонт, был настолько косметическим, что его результат, выраженный покраской стен в депрессивный грязно-зеленый, облез уже через неделю.

Но Инну в тот момент занимали совершенно другие мысли, потому она не отвлеклась ни на стойкий подъездный запах, отдающий тем самым ароматом, с которым безуспешно борются кошатники, ни на подозрительное шевеление возле мусоропровода. Живущая там крупная крыса пугала не только девушку - даже местные коты не рисковали связываться с этим, внушающим уважение и опаску, зверем, но сейчас Власова прошла в полуметре от угрожающе встопорщившего усы грызуна, не обратив на него внимания. Крыса от такого пренебрежения даже выронила из лапок окаменевшие остатки выброшенного сухаря, который звонко цокнул, отскочив от бетонного пола.

Все так же, не переставая размышлять, Инна открыла дверь, разделась и прошла на кухню, где, поставив чайник на плиту, уселась за стол. Попавшаяся на глаза зарядка от мобильника напомнила об источнике всех бед, но жаба задушила брякнуть новенький смартфон о стенку, потому девушка просто поставила его заряжаться.

Обращаться в полицию она не собиралась – смысл, если толком не помнит ни номер машины, ни внешность Сергея. Да и Сергея ли?

Эта кража была настолько вопиюще-бессмысленной, что девушка никак не могла понять – зачем? От множащихся, как саранча на колхозной кукурузе, вопросов, у Инки разболелась голова и потянуло запахом паленого. На секунду она даже подумала, что выражение «мозги спеклись» может иметь и медицинское основание, а потом до неё дошла простая истина – прежде, чем ставить чайник на огонь, неплохо было бы проверить его на наличие воды. Исправив это упущение, девушка, глянув на часы, тяжело вздохнула и решила дальше не откладывать неизбежное – самолет из их славного города должен был приземлиться в столице примерно через час, потому пришло время каяться.

Мобильник оттаивал крайне неохотно, и только через несколько минут выдал-таки знакомую многим картинку встречающихся рук. Набрать брату Инна не успела – телефон несколько раз пискнул, уведомляя о количестве пропущенных звонков и сообщений, и девушка в очередной раз поразилась действенности закона подлости – за те несколько часов, пока она была недоступна, её домогалось больше людей, чем за последние пару месяцев. Позвонил даже мальчик, с которым она училась, и видела последний раз на выпускном балу. Этому-то от неё что нужно?

Сообщения от Женьки начинались с жизнеутверждающего:

«Не забудь про аэропорт!».

Потом брат прислал фото того, кому, собственно, и надлежало отдать ценность. На экране появилось настолько мутное изображение, что с уверенностью можно было опознать только пол объекта – мужской. Если уж у парня получилась такая фотка просто так, то его паспорт лучше вообще не открывать.

А вот потом Инна прочла то, отчего села там, где стояла, прямо посреди кухни.

«Отбой! Меня срочно отправляют в командировку, вернусь через две недели, не нужно никуда ничего везти!»

Попытка дозвониться до Женьки ничего не дала – абонент был абсолютно недоступен. Это что же получается, она просто так смоталась ночью в аэропорт, нажила такие приключения, её обворовали, да ещё и все муки были напрасны?!

Злость, которая сейчас полностью завладела девичьим рассудком, немного остудилась пришедшей идеей – нужно за эти пару недель найти того самого Сергея. Как именно она это сделает, не совсем понятно, но план уже сложился - забрать у него лэптоп (пока непонятно как), быстренько починить его (ещё раз вспомнив тот беглый осмотр, Инка пришла к выводу, что проще купить новый – помимо перекоса крышки, перед взглядом отчетливо предстала ещё и широкая трещина на корпусе) и потом, отдав собственность брату, все-все рассказать. Ибо, как известно, повинную голову меч не сечет.

Составив пошаговую стратегию, девушка немного повеселела. Дел, конечно, много, но теперь она четко знает, в каком направлении двигаться дальше. Полностью окунуться в радость торжества здравого смысла над апатией ей не давал завтрашний зачет. Точнее, уже сегодняшний – время неумолимо приближалось к трем часам ночи, а у Инны были ещё не разобраны несколько задач. А если учесть, что преподша у них ранняя пташка и проверку знаний поставила на восемь утра, ложиться просто не было смысла…

И все же Власова уснула. Произошло это уже ближе к шести часам, а подушкой послужил все тот же конспект, зато теперь след отпечатавшихся знаний четко выделялся на девичьем лице – через всю правую щеку шел рубец от пружины, скрепляющей листы тетради, так глубоко впившийся в кожу, что был похож на устрашающий шрам. Только ещё более окрепший мороз не дал Инке попугать прохожих – при минус двадцати пяти замотанные по самые брови личности попадались на каждом шагу, потому девушка безбоязненно скрыла шарфом следы разгульной ночи. Избалованная наличием личного транспорта, она уже несколько подзабыла, как это - стоять одной ногой на ступеньках маршрутки, цепляясь кончиками пальцев за поручень, когда тебе в затылок дышит вчерашним перегаром какая-то сомнительная личность, а в районе коленок ощущается подозрительное шебуршание. Потому Инна выпала из переполненной «Газели» с облегчением, сравнимым разве что с отменой смертной казни для заключенного. Но, вспомнив что ей предстоит, скисла – похоже, что смертный приговор просто заменили на пожизненное.

Коротко кивнув дремлющему на проходной охраннику и сунув в прорезь свою карту-ключ, Власова уныло поплелась в раздевалку. Этот корпус, введенный в строй всего несколько лет назад был гордостью института и, одновременно, его проклятием. Те самые пластиковые ключи терялись через день. Плазменные панели, развешенные в холле, по замыслу руководства, должны были охватывать достижения слушателей, показывая всякие конференции, семинары и КВН, т.е. как те самые студиозусы проводят время в труде и отдыхе. Хотя, примерно это там и демонстрировалось – каждый студик счел святой обязанностью попытаться хакнуть всю сеть и установить там свою программу. Потому, чаще всего на весь холл раздавались латиноамериканские ритмы и хриплые, прокуренные голоса, читающие рэп. За попытку просветить единомышленников в другой области – новинок порноиндустрии, одну светлую голову уже исключили, после чего, между руководством и мечущейся в надежде найти точку приложения талантам молодежью установилось шаткое перемирие. Заключалось оно в том, что опытные программисты писали все более сложные коды и заградительные кордоны для таких вот виртуальных Кулибиных, а студенты, не покладая пальцев на клавиатуре, все это добро взламывали с угрожающей периодичностью. Завкафедры ПММ только разводил руками на претензии ректората и предлагал гордиться такими способными учениками.

Возле двери в кабинет, где и их группе предстояло в очередной раз продемонстрировать «низкую подготовленность, отсутствие логического мышления и полное незнание элементарных основ математики», как, поджав губы, говорила их Стервь – преподавательница матана – уже стояла плотная кучка студиков, столпившихся, как пингвины на льдине. Почему-то проектировщик, замысливший это гениальное сооружение, упорно проигнорировал климатические особенности их региона, и коридор украшали огромные окна от пола до потолка, рядом с которыми даже в самый жаркий полдень тянуло так, что начинали стучать зубы.

- Пришла? – коротко поздоровавшись с другими обреченными, Инка кивнула на дверь аудитории.

- Не-а, - Ленка, подруга Власовой ещё со школы, которая пошла учиться вместе с ней исключительно из стадного инстинкта, не открывая взгляда от конспекта, наугад поцеловала Инну в знак приветствия. Успев увернуться и спасти тем самым правый глаз, подставив щеку, та мельком глянула в тетрадь подруги и не поняла, как она сама разбирает свои каракули – создавалось впечатление, что по листам побегал измазавший в чернилах лапки воробей. – Ещё пять минут.

Пунктуальность, наряду с на диво дурным нравом, была ещё одной особенностью Стеллы Леонидовны, которую студенты сразу переименовали в Стерву Леонидовну, а потом и просто фамильярно в Стервь. Сама она приходила точно вовремя, потому не спускала слушателям опоздания даже на несколько секунд.

- Выучила? – Инка чихнула и передернулась, неуютно чувствуя себя без пуховика, потому поближе притиснулась к Ленке, темные круги под глазами которой просто кричали о бессонной ночи.

- Какое там… У Егорки зуб режется, ни спать, ни учить не дает, дремлет только, пока на руках баюкаю, - молодая мама полугодовалого младенца широко, до щелчка в челюстях, зевнула. – Будешь подсказывать?

- Куда ж я денусь… - Инка успела прикорнуть на плече Лены вымотанная прошедшими сутками так, что даже угроза появления страшной записи «незачет» в ведомости не смогла заставить открыть лекции и попытаться запомнить хоть что-то.

Мысли о вчерашнем происшествии лениво ворочались в голове, как влипшая в варенье муха, не давая о себе забыть, но и не способные полностью разбудить. Ещё вчера Инна поняла одно – либо Сергей полностью двинутый извращенец, которого возбуждают разбитые ноутбуки, либо же он охотился именно за ним. Простая истина, что таким образом он мстил за ночное происшествие и нецелевое использование элитного алкоголя, девушка отмела практически сразу – намного проще и разумнее было бы оставить её в лесу, да ещё и дать по шее, чтобы не пугала одиноких водителей. Сейчас бы поговорить с Женькой и узнать, что там за страшные секреты хранись под корпусом из черного пластика, но брат недоступен, да и рассказывать о ещё неисправленной глупости было бы преждевременно. Конечно, существовал вариант, что он и сам обо всем знает, но тогда получается - Женя сознательно подставлял сестру, а в это Инна поверить не могла, несмотря на всю пакостность братского характера.

- Ты идешь? - Ленка тряхнула плечом, отчего Власова второй раз за прошедшие сутки прикусила язык. Впереди маячила спина преподши, которая, как и все в этой женщине, была монументальной. В прошлом семестре один из студиков параллельной группы пошутил, что бюст Стеллы Леонидовны нужно бы отлить в бронзе, но, увы, не хватит металла. Сдал матан он только пару недель назад, причем, совсем другому преподавателю, ибо, как ни старайся и не глумись, а знала Стервь предмет намного лучше него, потому безжалостно валила на всех пересдачах.

- Угу, - глядя на мир одним проснувшимся глазом, Инка доковыляла до первой парты и облегченно рухнула на стул, нисколько не волнуясь, что придется сидеть прямо перед орлиным взглядом преподавателя. Остальная группа рассредоточилась по всей аудитории и притихла, не решаясь подавать признаки жизни.

Стелла Леонидовна опытным взглядом отметила всех, кто уже пытался незаметно разложить шпаргалки, и выдворила первых вместе со вторыми. Инне в этом смысле бояться было нечего – написать шпоры она не успела, потому продолжала дремать, пока перед её носом на столешницу не спланировал листик с заданиями:

- На решение даю полчаса, - преподша окинула взглядом Инну, на лице которой высшая нервная деятельность не отображалась вообще. – За попытку списать или подсказать – выгоню без разговора.

Впечатлившись речью дамы, которая продолжала бродить между столами, как цапля по болоту, готовая безжалостно карать всех неугодных, народ притих и погрузился в выданные задачи. То тут, то там раздавалось что-то, подозрительно похожее на тоскливое подвывание или предсмертные хрипы, но Инна, машинально строчила что-то в тетради, отстраненно размышляя, как бы узнать номер машины Сергея. Конечно, был шанс, что слесари его запомнили, но крайне призрачный – стоял автомобиль так, что свет фонаря до него почти не доходил, да и сам мужчина с работягами почти не общался, а когда находился рядом, передвинулся в тень гаражных ворот. И вообще поведение парня с каждой прошедшей минутой казалось Инне все более подозрительным.

Девушка чуть не подпрыгнула от неожиданности, когда Ленка, сидящая сзади, просунула листик со своим заданием под её локоть. Инна воровато оглянулась на Стервь, но та отвлеклась на одного из студентов, убеждавшего преподавателя в такой вопиющей бедности, что калькулятор купить себе не может – вот, приходится пользоваться айфоном. Быстро набросав схему задачи, девушка вернула лист Ленке, и вовремя – рядом тут же нарисовалась Стелла Леонидовна, возникшая неожиданно, как прыщ на лбу за сутки до дня рождения.

- Я смотрю, вы уже все сделали, теперь вертеться начинаете, - преподша поджала густо накрашенные перламутровой помадой губы и с легкой брезгливостью выхватила у не успевшей возразить Инки тетрадь. Бегло просмотрев решение задачи, Стервь отобрала ещё и листик с заданием и в раздумье забарабанила длинными ногтями по столу. – Зачетку давайте.

Поставив не верящей в такое счастье Власовой вожделенную закорюку напротив названия своего предмета, Стелла Леонидовна, не дав пожелать удачи оставшимся страдальцам, выгнала Инну, провожаемую завистливыми взглядами, из аудитории.

Оказавшись в пустом коридоре, девушка решила ещё раз попытать счастья, но Женькин телефон упорно не хотел становиться доступным, что Инку пугало все больше – а вдруг все это не случайно, и брат там сейчас сидит в темном подвале, связанный по рукам и ногам?!

Торопливо отогнав от себя это видение, Инна, прихватив верхнюю одежду, уселась в холле под подозрительным взглядом охранника. Но ей было не до тревог блюстителя порядка – обнаружив в сумке маленькую шоколадку, оставленную на черный день и решив, что сегодняшняя действительность как нельзя лучше подходит под это определение, девушка, шурша оберткой, решила составить список версий произошедшего. Да, план у неё есть, но кто его знает, что этому Сергею нужно на самом деле, так что разум, разбуженный матаном, теперь упражнялся в выдвижении подходящих идей. Через несколько минут у неё уже мысленно был готов сценарий для боевика, сюжет для детективного романа и пара страшилок, которыми можно было бы до мокрых штанов напугать детишек, но к нахождению источника проблем Инка не придвинулась ни шаг, в чем честно себе призналась.

Версия первая – ничего ни с чем не связано, и Сергей упер ноутбук исключительно из вредности и желания отомстить. Но если бы темные замыслы и зрели в его голове, то осуществить их можно было бы куда более нехорошими способами. Они были одни на неизвестно сколько километров вокруг, так что никакие крики о помощи Инку бы не спасли. Только теперь до девушки дошло, как она рисковала вчера, шатаясь по дороге и кидаясь под колеса. Ладно, кинулась она только под одну машину, но сам факт…

Едва не подавившись остатками шоколадки, Власова, не желая сама себя запугать до икоты, перешла ко второй версии.

У Женьки там хранились страшные секреты, за которыми охотится и МИ-6, и МОССАД, и прочие ЦРУ. Даже не смешно. Конечно, брат хоть и трудился в жутко загадочной сфере, но никакими тайными знаниями, переданными ему под покровом ночи, рядом с окном, на подоконнике которого стоит горшок с геранью, явно не обладал. Да даже если бы по какому-то непонятному стечению обстоятельств они у него и оказались, уж точно не стал бы забывать у неё вместилище вселенских секретов. Конечно, всякое случается, но сомнительно как-то, что столь ценную вещь можно ненароком оставить, запинав по не совсем трезвому делу под кровать…

Ладно, с натяжкой можно допустить и такое, а вот дальше, пардон, совсем лажа выходит.

Сергей спер ноутбук специально, более того – именно за ним и охотился. Но тогда получается, что поломка её машины была неслучайной – откуда бы мужчине узнать, в каком именно сугробе Инна заглохнет и будет ждать своего спасителя. Да и потом, он худо-бедно дал ей разглядеть себя, что тоже ни в какие ворота не лезло. Хотя… Вот пойдет она сейчас в полицию и что дальше? Девушка поморщилась, представив реакцию на свой рассказ о преступнике, поджидающем своих жертв на дороге, по которой проезжают раз в пятилетку и то в случае крайней нужды, ворующим у доверчивых гражданок компьютеры. Тогда ей светит прямая дорога в ближайшую психушку, вот там её рассказ выслушают с удовольствием.

Было что-то в этой думе такое, что не давало просто забыть о сочиненном бреде. Ощущение можно было бы сравнить разве что с уже зажившей царапиной, которую машинально пытаешься почесать. Вот и теперь какое-то странное почти озарение противно скреблось на периферии сознания, не давая рассмотреть себя поближе.

В этот момент кому-то из её будущих коллег все-таки удалось пробить очередную защиту, потому холл огласился брачными криками обезьяны-ревуна. Мельком посмотрев на панель, висевшую чуть левее, Инка поняла, почему до сей поры мрачный охранник уткнулся подбородком в кулак, симулируя приступ кашля – до этого шла монотонная речь ректора, который с немного замученным видом рассказывал о планах их славного учебного заведения. Теперь же, когда картинка сменилась, надпись, информирующая о личности оратора, осталась прежней, хотя накал смысловой нагрузки почти не уменьшился, да и рыжий примат, вдохновлено вопящий на верхушке тропического дерева, чем-то неуловимо напоминал руководителя института…

И вот тут Инну осенило. Ну, конечно – Женька же всегда боялся, что из-за поломки или «слета» операционной системы может потерять важные данные, потому обязательно делал резервную копию информации, причем, хранил её на сервере. Но он и сам об этом не забывал, значит, в доставке ноутбука в аэропорт нет никакого смысла. Ерунда какая-то…

- Чего киснешь, пойдем по домам, - Ленка, светящаяся от радости, потому что Стервь все-таки не стала придираться и зачет поставила, помогла Инне завязать шарф, но сделала это с таким энтузиазмом, что подруга немного захрипела от удушья. – Ты сегодня странная какая-то… - теперь она внимательнее присмотрелась к Власовой. – Что-то случилось?

Инка уже открыла рот, чтобы рассказать о своих приключениях, но в последний момент передумала. Если все это не случайность, ещё неизвестно, что будет дальше, а у Ленки грудной ребенок, не хватает только их в это впутать. Потому Власова только отмахнулась:

- Не выспалась. Егорку со свекровью оставила?

- Угу, - Лена смерила подругу ещё одним подозрительным взглядом. – Рассказывай, что там у тебя произошло.

Поняв тщетность попыток перевести тему, Инна на ходу упростила историю. Теперь получалось, что она, по просьбе брата, должна была отдать его лэптоп другу, но потеряла по пути.

- Инка, как можно ноут потерять? – Лена остановилась перед парадным входом рядом с урной, полной окурков и жизнеутверждающей надписью над ней «Не курить!».

- Вот так. Машина сломалась, в аэропорт я опоздала, села на попутку и, похоже, замок на сумке сломался. Что ноутбука нет, заметила только дома. Теперь вот думаю, как найти того, кто меня подвозил…

- А если не найдешь?

- Вот когда не найду, тогда и буду думать…

Девушки бодро бежали к остановке, расположенной буквально в паре сотен метров от входа в корпус. Мороз ослабел всего на пару градусов и все также ощутимо покусывал за лицо и сбивал дыхание. Небольшое, но яркое солнышко, словно нехотя, поднималось над крышами домов, вызолачивая снег и заставляя его нестерпимо, до рези в глазах, сверкать и переливаться. Дым от труб ТЭЦ поднимался строго вверх, намекая, что потепления в ближайшие дни ждать не стоит. Нахохлившиеся воробьи скакали возле павильона быстрого питания, остервенело чирикая и устраивая драки за брошенные крошки. Немногочисленные прохожие торопились попасть по месту назначения, спеша убежать в тепло, не было видно даже школьников, у которых как раз заканчивались зимние каникулы.

Успев в последний момент запрыгнуть в уже отъезжающий автобус, девушки, торопливо расплатившись с сонным кондуктором, пробежали на заднюю площадку, где ещё были свободные сиденья.

- Поехали ко мне, - Ленка, пристроив сумку на коленях, рылась в ней в поисках телефона. – С Нового года осталось полбутылки мартини, отметим зачет.

Предложение было довольно заманчивым, но Инна вспомнила о собственном вчерашнем зароке сесть на диету, а подруга, как назло, хорошо готовит, особенно удачной у неё получается выпечка…

- Нет, мне нужно хоть в квартире убрать, а то там такой свинарник после праздников, - Инка не то, чтобы врала – устроить генеральную уборку, конечно, нужно, но ей хотелось ещё раз спокойно все обдумать, а потом наведаться в автомастерскую, где колдуют над её машиной, чтобы попытать счастья с номером «Мазды» Сергея.

- Ну, смотри, моё дело предложить. Тебе что-нибудь из экзаменов сдавать?

- Нет, все три «автоматом», - вот именно в таких случаях Власова радовалась, что ответственность иногда пересиливает желание предаться нормальной студенческой жизни, забив на учебу.

- Везеееет, - абсолютно без зависти протянула Ленка, жмурясь от слепящего солнца, нагло заглядывающего в окна автобуса. Не завидовала она по той простой причине, что прекрасно знала, сколько сил и времени Инна убивает на учебу. Она и сама раньше старательно тянулась за подругой, но замужество и рождение сына сменило приоритеты, так что теперь Лена радовалась хотя бы тому, что Инка, даже освобожденная от экзаменационной кабалы, все равно старательно готовится вместе с ней, исключительно для того, чтобы объяснить непонятные моменты Елене. – Точно не хочешь ко мне? Вчера такой пирог с вишнями испекла…

Перед мысленным взглядом Инки предстал пирог – аппетитно-румяный, пышный, с золотистой корочкой, а если надломить, в воздушном тесте видны красные до черноты вишни, сочные, с терпковатой кислинкой… Следом за этим видением предстали горестно поникшие штанинами джинсы и новое платье, из которого она «выросла» килограмма на три.

- Нет, - девушка тяжело вздохнула и нахмурила брови. – Я и так за эти дни отожралась, теперь только яблоки и капуста.

- Ну тебя, вечно фигней страдаешь, - Ленка была в корне не согласна с самоуничижительным порывом подруги. – Зато у тебя грудь четвертого размера.

- И задница почти пятидесятого… - Инка мрачнела прямо на глазах.

- Н-да, не поспоришь…

Они увлеклись беседой, потому не сразу поняли, что сидящий рядом дедушка, замотанный едва ли с головы до ног с пуховый платок, которым, за давностью лет производства, брезговала даже моль, прислушивается к их разговору.

- Тю, нашла о чем переживать, - старичок, подмигнув выцветшим от старости бледно-голубым глазом, ударился в воспоминания. – Я на своей Клавдии когда женился, еле через порог перенес, такая роскошная женщина была. Свидетеля на помощь звать пришлось…

- Спасибо на добром слове, - Ленка, заметив, что они уже подъезжают к остановке, вскочила, потянув за собой Инну, которая явно собиралась ввергнуться в пучину отчаяния и депрессии. – Видишь, нам, оказывается, есть, к чему стремиться…

Только уже на улице заметив, что по инерции вскочила вместе с подругой, Инна досадливо поморщилась – ей нужно было выходить через три остановки.

- Ты зачем меня оттуда вытащила? – пришлось прижать варежку к лицу – от вдыхаемого ледяного воздуха сразу схватило зубы и запершило в горле.

- А то я тебя не знаю, - Лена, подхватив её под руку, повела Власову за собой, лавируя между участками ничем неприкрытого льда. – Сейчас придешь и начнешь страдать, что толстая, страшная и вообще никому не нужна.

- Это когда я так страдала?! – девушки не шли, а почти бежали – только-только отогревшись в салоне автобуса, они мерзли ещё сильнее.

- Ну, не было, так начнется, - Ленка суетливо рылась в карманах, на ходу отыскивая ключи. – Посидишь у меня часик, отогреешься, с Егоркой поиграешь и пили домой, кто тебя держит?

Искомые ключи, наконец, нашлись спрятанными за подкладку, потому что кое у кого постоянно не доходили руки зашить дырку в кармане.

В отличие от Инкиного подъезда, Ленкин был чуточку светлее и чище, но наскальная живопись, повествующая о присутствовавших тут личностях и ударном эротическом труде некой Светки из двадцать восьмой квартиры, покрывала не только стены и подоконник – даже потолок кто-то использовал, как доску объявлений. Там красовалась надпись, посвященная все той же Светлане, названной словом, которым русский человек мог выражать все эмоции от крайней степени негодования и апатии до феерического восторга.

- Популярная девушка…

- Переехала год назад, но память о ней ещё жива, - Ленке даже не нужно было поднимать голову, чтобы понять, кого именно имела в виду подруга. Миновав пару лестничных пролетов и погремев ключами, хозяйка помещения гостеприимно распахнула дверь:

- Хватит в дверях стоять, - для ускорения Лена подтолкнула Власову в прихожую и, лязгнув напоследок замками, начала торопливо раздеваться. Все убыстряющиеся движения спровоцировал детский вопль, тональность которого постепенно повышалась, отчего Инна даже прикрыла уши ладонями. Все ясно, Егорка услышал, что мама вернулась, и теперь требовал внимания, заботы и молока.

- Дай сюда, - Инка отобрала у Ленки её дубленку и шапку. – Я сама повешу, иди, успокой ребенка, а то опять соседи придут скандалить…

Следовало заметить, что вредная бабка, жившая этажом ниже, регулярно приползала, чтобы высказать молодым родителям свое мнение относительно неправильного воспитания их отпрыска. Убеждать каргу, дружно ненавидимую всем подъездом, было бесполезно, потому Ленка поступила гораздо проще – сунула заходящегося в крике сынишку в руки бабке и предложила показать класс, укачав ребенка. Та вызов приняла, но уже через полчаса трусливо ретировалась, практически оглохнув на оба уха – Егор подобной заменой оказался недоволен, что и выразил в таком визге, что и у его родителей потом пару дней наблюдались признаки контузии.

На то, чтобы успокоить, сменить подгузник, накормить, убаюкать, ещё раз сменить подгузник и т.д. ушло намного больше задекларированного часа, за который Инка подверглась допросу со стороны теть Гали, Ленкиной свекрови – ещё молодой женщины, которая относилась к невестке почти по-дружески, чему завидовали все их замужние подруги.

С вопросов относительно учебы и общих знакомых общение как-то резко свернуло на Иннину личную жизнь, потому девушка предпочла все-таки рискнуть пока ещё не обретенной вожделенной стройностью и сделать вид, что полностью увлечена пирогом, только бы ничего не рассказывать.

- Нечего замужем делать, поверь моему слову, - теть Галя тоскливо посмотрела на дно кружки, в которой плескался крепкий до красноты чай с несколькими мохнатыми чаинками, так и норовившими попасть в рот.

- Да я и не тороплюсь… - с чего женщина решила, что Инна рвется оставить автограф в ЗАГСе, девушка не поняла, но, на всякий случай, поспешила её успокоить.

- Вот и правильно. А твои ещё в своей Мексике?

- Угу, - попытка одновременно жевать и говорить провалилась, потому Инке пришлось затратить некоторое время на то, чтобы прокашляться. – Они же только десять дней назад уехали, вернутся месяца через два.

Дело в том, что чета Власовых-старших занималась раскопками на территории не то ацтекского, не то ещё какого-то инкского города. Приглашение принять участие в экспедиции пришло весьма кстати – папа Витя планомерно закопался в написание очередной книги, проявляя признаки жизни, только если над его ухом громко и неожиданно заорать. Заскучавшая же за период временного затишья мама Тамара уже несколько дней, подметая пол, с хищным интересом поглядывала на горшок притаившегося в углу фикуса, недвусмысленно поигрывая совком. Бедное растение от такого агрессивного внимания начало сохнуть и чахнуть на глазах, потому дочь сочла за благо убедить родителей в том, что и без них вполне справится, все-таки, ей уже двадцать один, и проводила в теплые края, благословляя на лишение последнего пристанища очередной местной мумии.

Черт, она же цветы уже дней пять не поливала! Мысль была немного несвоевременно, зато здравой. Это и послужило благовидным предлогом, который Инна предъявила недовольной Ленке, только-только уложившей ребенка спать. Власова всегда с удовольствием возилась с Егоркой, но сейчас не было ни времени, ни настроения. Да и подругу она знала очень хорошо – ещё бы столько лет дружить! – потому была уверена, что та её рассказу про блудный ноутбук не поверила.

- Мне пора, правда, - она чмокнула хмурую подругу в щеку, и тихо, чтобы не разбудить Егора, шепнула. – Если что-то узнаю, скажу.

- Точно?

- Честно-честно! – про время, через которое она поведает все нюансы этого фарса, Инна предусмотрительно умолчала и поторопилась сбежать, чтобы Ленка не начала ещё что-то выпытывать.

- Нашел?

- Карты памяти там не было.

Сергей повесил куртку на вешалку и небрежно бросил ключи на полку. Для того, чтобы снять перчатки, пришлось отвести телефон от уха, потому он услышал только конец фразы:

- … такого быть! Внимательнее смотри!

- Я твой ноут по винтику разобрал. Карты нет. Думай, давай, где она может быть, - парень разулся и прошел на кухню. Там было не просто холодно – проветривая комнату от сигаретного дыма, он забыл закрыть форточку, поэтому в квартире теперь была хоть и плюсовая температура, но снимать свитер совершенно не хотелось. – Не могла твоя сестренка её к рукам прибрать?

- Нет, Инка не такая. Она и в телефонах не копается. Может, где-то его оставляла?

- Исключено, - Сергей похлопав себя по карманам и не обнаружив зажигалки, парень щелкнул кнопкой электророзжига плиты и прикурил от взметнувшегося, как олимпийский факел, огня. В воздухе, помимо аромата табака, ощутимо запахло паленой шерстью. Судя по тому, как обожгло подбородок – его собственной. Зато бриться теперь не надо… - Её эти три дня, что тебя не было, вели все время. Ноутбук она выносила из дома только вчера. Сначала в институт – если правильно понял, у неё там не то экзамен был, не то ещё что-то похожее…

- Консультация.

- Пофигу. Потом она с ним моталась по городу, но из рук не выпускала. От наблюдения ушла только раз – когда по лесной дороге поехала. Не видели её час, за это время карта пропала, а комп оказался разбитым.

- Может, на неё напал кто-нибудь, а она отбивалась? – по голосу брата можно было ясно проследить дальнейшую судьбу потенциального нападенца – прибьет, предварительно переломав ноги.

- Не было никого, - подумав и включив и остальные конфорки, он отошел подальше. На всякий случай. Но от заледеневшей кафельной плитки, которой было выложено две стены, веяло такой прохладой, что Серый предпочел уйти отсюда. В гостиной было чуть теплее – во всяком случае, здесь он хотя бы, придремав, обморожение не получит. – Может, случайно на него села? – парень покосился на останки ноута, лежащие на журнальном столике. Выглядело чудо техники откровенно жалко. – А почему она по телефонам не шарит? Такая правильная?

- И это тоже. Но Инке проще сервер оператора хакнуть. Оно как-то надежнее…

- Какая нехорошая девочка…

- Серый. Про Инку и думать забудь, чтобы тебя близко не было, понял? – похоже, Женька теперь заволновался по другому поводу.

- Поздно. Нам нужно найти карту за неделю, иначе… Сам понимаешь, - парень улегся на диване, рассматривая что-то за окном невидящим взглядом. – Скорее всего, она осталась в сумке, после того, как ноут треснул. Значит, придется с твоей сестрой познакомиться поближе. В кино сводить, ещё куда-нибудь… Короче, нужно, чтобы она пригласила меня к себе и оставила одного на несколько минут.

- Блин, не нравится мне это. Её точно охраняют?

- Да точно. Успокойся. В этой ситуации как раз ей ничего и не угрожает. Как думаешь, если она найдет карту, что сделает?

- Скорее всего, забросит в мои вещи. Вряд ли полезет проверять, что там именно, - но сомнение все-таки немного проскальзывало.

- Класс. Ты же защиту поставил? – ситуация нравилась Сергею все меньше.

Называется, узнали, кто под них копает! А ведь план-то был хорош, не придерешься. Тут тебе и попытка промышленного шпионажа, и месть бывшему работодателю, и использование этой Инны в качестве подсадной утки... Кто же знал, что эта кряква так все испортит!

- Поставил, - вот теперь Женька отчетливо хмыкнул. Правда, смешок вышел какой-то невеселый. – Но если ей сильно захочется, взломает.

- Понарожали, мать твою, гениев… Ладно, сегодня уже поздно для повторного визита, попытаюсь с ней подружиться завтра.

- Только ты без особой фантазии, а то сейчас придумаешь спасение от напавших бандитов...

- Утихни, просто предложу подвезти. Она же студентка, значит, нужно бежать на учебу, машина в ремонте, а на улице холодно.

- Да? Ну, ладно. Смотри только, осторожнее, я тебя за Инку сам порву, не дожидаясь, когда начальство о нашей лаже узнает.

Пожелав другу спокойной ночи (хотя звучало это несколько иначе, но смысл примерно такой же), Сергей задумался о складывающейся ситуации. А получалась она откровенно дерьмовой. Хорошо, что у них есть в запасе несколько дней, чтобы все исправить, но тут многое будет зависеть от того, насколько быстро получится втереться в доверие к Власовой.

Он ещё раз вспомнил все, что рассказывал о сестре друг. Ну, на первый взгляд, все должно получиться. Диагноз – профессорская дочка. Девочка домашняя, серьезная, немного стеснительная. Тут он сразу вспомнил, как она покраснела сегодня, когда поняла, в каком виде стоит перед гостем. Вот совершенно зря – ножки у неё очень даже симпатичные. А то, что не тощая, так это ещё лучше, не наткнешься на кости, когда обнимешь.

Конечно, он бы предпочел, чтобы она к нему хотя бы симпатию испытывала, но первое впечатление не исправишь, а тогда, в лесу, действительно испугался, что мог её сбить, потому так себя и повел. Вроде, умная девка, а кинулась под колеса. Конечно, нужно было забирать ноут вместе с сумкой, но тогда она могла сразу это заметить и поднять хай ещё в автосервисе. Хотя и ставил он машину так, чтобы на записи с одинокой камеры видеонаблюдения, висящей прямо над воротами, ничего не было видно, но и рисковать напрасно не стоило. Зато теперь придется нарушать закон по-полной.

О том, что первую попытку найти утраченное он предпримет уже завтра, как только Инна покинет дом, мужчина Женьке говорить не стал. Незачем лишний раз светить, что начальство в курсе всего, в том числе и того, какие именно замки стоят на дверях квартир сотрудников. Осталось только дождаться, когда девушка убежит на учебу. Если ничего не получится, вечером встретит её после занятий и будет разыгрывать любовь с первого взгляда…

После двух суток, за которые спала, в лучшем случае, часа три, Инка продрала ясны глазоньки только глубоким вечером, и то не по собственной воле – кто-то очень хотел её услышать, названивая на мобильный.

- Ну? – спросонья девушка была несколько заторможена, а оттого невежлива.

- Добрый вечер. Инна Власова?

Красивый мужской голос был ей смутно знаком, но кто это, Власова не смогла бы сказать даже под угрозой расстрела.

- Да, - приоткрыв один глаз, она посмотрела на часы. Девять часов вечера. И ведь приспичило же кому-то позвонить, такой приятный сон перебили…

- Это Константин Эрмидис, помните такого?

От этих слов дрема слетела с неё, как шелуха с семечки. Помнит ли она?! Да все девчонки их института не только помнят, но и рыдают в подушки по ночам при одной только мысли о молодом, но перспективном во всех смыслах преподавателе! Жаль только, что у них он ничего не вел…

- Да, конечно… - от потрясения она понизила голос и перешла на шепот.

- Простите, что так поздно, хотел с вами поговорить на занятиях, но не нашел, поэтому звоню лично.

- Просто я сессию уже закрыла, - затараторила Инна, пытаясь оправдаться, чтобы, не дай Бог, он не подумал, что она прогуливала. Параллельно девушка пыталась пальцами разодрать спутанные волосы, но потерпела полное фиаско.

- Да, я знаю и хотел поговорить совершенно по другому вопросу. Дело в том, что вы, наверное, слышали об обмене студентами с Техническим университетом Мюнхена? Так вот, у вас, как у отличницы учебы, есть шанс попасть в их число. Но нужно до выходных написать заявление и подать некоторые документы. Насколько знаю, немецким вы владеете?

- Дддда, - она так и замерла, сидя на кровати в теплой пижаме и шерстяных носках. Сказать что-либо более вразумительное Инна пока не могла, разве что восторженно завизжать, но вряд ли это будет правильно расценено.

- Вот и хорошо. Значит, завтра, часика в три подойдите в учебную часть, решим все вопросы и уточним нюансы. Хорошо?

- Конечно. Спасибо большое, Константин Дмитриевич!

- Пока не за что. Всего доброго.

Инка пару минут посидела среди заградительного вала из подушек и одеяла, а потом с восторженным писком начала скакать по кровати. Пружины матраса протяжно и жалобно застонали, не разделяя искренней радости хозяйки. Почему-то она никогда не задумывалась об участии в этом проекте. Да, слышала, но все пропускала мимо ушей, а тут…

Ещё раз счастливо взвизгнув, девушка, бодрая и совершенно проснувшаяся, вскочила. Какой тут сон, когда такие новости! На фоне этого даже проблема с Женькиными вещами и этим подозрительным Сергеем отошла куда-то на второй план.

Поскользнувшись в коридоре и ударившись коленкой о косяк, Инна, уже чуть подрастерявшая щенячий восторг, приковыляла на кухню и заглянула в холодильник. Верная своей навязчивой идее похудеть, вчера после занятий девушка из продуктов купила только три кило яблок, потому, не имея особого выбора, захрустела сочной антоновкой и задумалась.

В любом случае, даже если она воспользуется предложением института, пока будут оформляться документы, виза, утрясаться всякие мелочи, которых в последний момент вылезет целый ворох, разобраться с проблемами брата она успеет. Напутствовав себя подобными мыслями и поняв, что сон ей полностью и окончательно перебили, Инна снова засела за детище, над которым трудилась всю ночь. Результат превзошел все её ожидания – программа не просто работала, Власова, зная алгоритм, и сама не с первого раза смогла правильно подобрать пароль. Но что-то её все-таки смущало, а вернувшееся вдохновение подсказало ещё одну, даже более пакостную, чем уже осуществленная, идею. А что, если не просто защитить данные, но и поставить что-то вроде сторожевой собачки? Конечно, раньше она такими вещами не занималась (во всяком случае, признаваться в подобном не собиралась), но ради правого дела…

О том, что брат может быть замешан в левом деле она предпочитала не думать, вот вернется Женька из своей командировки, она из него всю душу вынет, а пока нужно придержать грызущее любопытство. Одно плохо – за работой снова придется провести всю ночь, а завтра при встрече с Эрмидисом хотелось выглядеть, как можно лучше. Хотя, часиков шесть для работы у неё есть…

Но в шесть она не уложилась, угробив на воплощение коварного замысла почти восемь, зато даже сама, не терзаясь ложной скромностью, могла сказать, что получилась не прога, а конфетка. Хотя, это, конечно, смотря с чьей стороны. От идеи хранить информацию все на той же микроSD Инна отказалась сразу – слишком просто, кроме того, для правильной работы системы безопасности нужно, чтобы карта все время была в устройстве, а обеспечить это было бы проблематично. Хотя, и тут у неё была одна задумка, касательно того, что прятать нужно или на видном месте, или там, где просто не станут искать, потому как только идиоту может прийти в голову такое решение относительно хранения важных данных в условиях жесткой конкуренции. Но мысль захватывала Власову все больше, и она не стала окончательно отказываться от такой идеи. Правда, провернуть все это будет довольно проблематично, но если подойти к проблеме с фантазией…

Утро у неё началось ближе к полудню, и, впервые за долгие месяцы, Инна почти все время, остающееся до судьбоносной встречи, провела в метаниях между зеркалом и шкафом, сопровождающимися сакраментальным женским:

- Мне нечего надеть!

Перемерив большую часть гардероба, включая летние наряды, она остановилась на строгих черных брючках, бледно-зеленой рубашке мужского кроя и серой жилетке, скроенной так, чтобы подчеркнуть все, что нужно, и ненавязчиво увести нескромный взгляд от линий, нуждающихся в шлифовке посредством занятий в спортзале. Волосы Инна стянула в такой тугой пучок, что уголки глаз уползли куда-то к вискам, а сама девушка стала похожа на замаскировавшуюся азиатку.

Конечно, встреча по поводу учебных вопросов не особо располагает к романтике, но Власова решила, что это судьба. Вопросом, на кой черт ей вообще сдался Константин Дмитриевич, если сама она по нему вздыхала больше из женской солидарности, Инка не задавалась, но не могла позволить себе выглядеть на оценку ниже, чем «хорошо».

В последний раз критически осмотревшись и посидев на дорожку – зачем, не поняла, но, на всякий случай, плюхнулась на пуфик в прихожей – девушка, замотавшись в шаль, выскочила из дома.

За почти двое суток, в течение которых она не показывалась на улице, здесь существенно потеплело – минус пятнадцать после двадцати пяти казались чуть ли не предвестниками весны. Зато вместо яркого солнышка по улицам гуляла пока ещё несильная вьюга, заметая мелкими колкими снежинками оставленные следы, заглядывая во все подворотни и топорща перья нахохлившимся воронам, сидящим на ветках дворовой липы. Натянув поглубже капюшон и опустив глаза вниз, чтобы их не залепило снегом, Инна, полная хороших предчувствий, заторопилась на остановку, не обратив внимания на мужчину, который, при виде неё отвернулся, делая вид, что очищает щеткой лобовое стекло…

Успела она почти чудом – торопливо раздевшись и спрятав котенка внутри пуховика, который теперь бережно держала в руках, стараясь не придавить придремавшего зверька, запыхавшаяся девушка влетела в учебную часть, опередив Константина Дмитриевича на считанные секунды. Она уложила одежду на стул и замерла на соседнем в классической позе отличницы – спина прямая, глаза опущены вниз, кисти чинно сложены на коленках.

- Вы уже здесь? Замечательно, пунктуальность - прекрасное качество, особенно для девушки.

Эрмидис благосклонно кивнул вскинувшейся при виде него Инне и отвлекся на беседу с секретарем. А Власова во все глаза рассматривала столь редкого и ценного зверя, охоту на которого вели все институтские красотки. Точный возраст она не знала, но, по виду, чуть за тридцать. Довольно высокий и хорошо сложенный, Константин Дмитриевич являл собой образец ухоженной скандинавской красоты – светлые волосы, всегда лежащие в идеальном порядке, серые глаза, прямой нос, четко очерченные губы и твердая линия подбородка. Инна покосилась на собственное отражение в стеклянных дверях шкафа для документации, по соседству с которым и сидела. Вроде, слюной прилюдно не исходит, что уже радует. А вот волосы немного поправить не мешало бы… Она старалась, как можно более незаметно убрать выбившиеся из прически кудрявые локоны за уши, как рядом кто-то громко чихнул. Потом ещё раз. И ещё.

- Будьте здоровы, - Инна сочувственно посмотрела на резко занедужившего блондина, который как раз прижимал к носу белоснежный платок, накрахмаленный до такой степени, что о его края можно было порезаться.

- Константин Дмитриевич, вы, наверное, простудилась, - тут же закудахтала секретарь, которую любили все студенты за доброту и готовность помочь, что для представителя учебной части было само по себе удивительно. – Давайте я вам чай с шиповником сделаю?

- Нет, - прогундосил несколько утративший свою ухоженность Эрмидис, подозрительно косясь по углам. – Я не болен. Такое впечатление, что в комнате кошка.

- Откуда бы ей здесь взяться? - несмотря на отказ, Нина Ивановна уже вовсю стучала чашками и шуршала в коробочке с чаем. - Вы их так не любите?

- У меня аллергия на шерсть, поэтому этих животных терпеть не могу. - Нимб, которым до этих слов мысленно окружила его Инна, существенно потускнел. – У вас есть дома кошка? – это уже Власовой.

- Нет, - и ведь не соврала, кошка-то у неё была с собой…

- Хорошо, - блондин нашел в кармане блистер с таблетками и, положив одну из них в рот, запил чаем, приготовленным заботливой секретаршей. – Это хорошо, что у вас её нет. Нина Ивановна, узнайте, может, кто-то из уборщиц пожалел и пустил в корпус, пусть на улицу выгонят, дышать же невозможно.

Нимб пару раз мигнул и погас окончательно.

А сама Инна с ужасом покосилась на начавший шевелиться пуховик. Видимо, мелкая киса отогрелась и решила проявить любопытство.

«Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, не показывайся, а то мы с тобой точно вылетим. Только не в Мюнхен, а из кабинета…»

Обернувшаяся Нина Ивановна округлила глаза и с резвостью молодой козочки прыгнула вправо, закрывая обзор Константину Дмитриевичу, который к этому времени справился с проявлениями аллергии и собирался повернуться к ожидающей студентке.

- Инночка, ты садись на мое место, а то тут дует, простудишься ещё, - женщина торопливо подхватила верхнюю одежду Власовой, набросив шарф на выползшую из-под капюшона страшненькую ушастую кису и, с трудом пряча улыбку, незаметно погрозила Инне пальцем.

- Ссспасибо, - девушка с трудом перевела дух. Дааа. Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу…

- Итак, Инна Викторовна, вы принесли документы? – Эрмидис, все ещё прикладывал к лицу платок, но, похоже, таблетка вкупе с вынесенным котенком сделали свое дело, теперь у него хотя бы не текли слезы. – Прекрасно, - он торопливо перелистал стопку бумаг, которую девушка вынула из сумки.

- Извините, вы позволите вопрос?

- Да, конечно.

- Почему сейчас? Ведь обычно учащиеся по обмену уезжают на весь год, а у нас уже зимняя сессия.

- Дело в том, что один из наших студентов был вынужден вернуться по семейным обстоятельствам, так что место освободилось, вот мы и решили поощрить вас за отличную учебу. Вы же знаете, что Технический университет Мюнхена считается одним из лучших учебных заведений Германии? Так что у вас есть уникальный шанс прослушать курс лекций, завести новые знакомства, а то и обеспечить себе будущее место работы. Все зависит только от того, как вы себя проявите, - пока он это говорил, холеные пальцы быстро пролистали её загранпаспорт. – Жаль, что у вас виза просрочена, можно было бы уехать уже через неделю, как раз к началу семестра. Ну что ж, думаю, получить новую не составит труда, так что пропустите совсем немного.

- Константин Дмитриевич, а почему именно я? – девушка поерзала под внимательным взглядом преподавателя. – Да, у меня хорошие оценки, но ведь есть и те, кто учится лучше…

- Вы - одна из лучших студенток своего потока, это верно. Но, помимо того, именно ваша семья пример династической приверженности нашему учебному заведению…

Дальше она уже не слушала. Вся радость, предвкушение и что-то такое, отчего внутри все дрожало и екало, пропало без следа. Все оказалось так просто. Она могла бы не учить вообще, и все равно тащили бы с курса на курс. Ещё бы, дочь Власовых не могут же выгнать за неуспеваемость. Династия, блин!

Инна любила и, безусловно, уважала родителей, но как же надоело такое вот отношение. Даже эта учеба по обмену ей никак не грозила бы, если бы папа Виктор Степанович не обещал прочитать курс лекций по цивилизациям племен Центральной и Южной Америки для гуманитариев их института.

Да уж, если правильно говорят, что на детях гениев природа отдыхает, то на ней она просто оторвалась – Женька ещё хоть как-то подходил под строгие стандарты, выбрав журналистику, а вот она, с любовью и способностями к точным наукам, стала для родителей не то, чтобы разочарованием, но и не гордостью. Мама с папой с удовольствием слушали похвалу в адрес дочери от коллег-преподавателей, но при этом частенько вздыхали, что не сумели привить собственному ребенку любовь к истории, потому придется свои знания передавать чужим детям. Поначалу Инна расстраивалась, а потом свыклась и просто не обращала внимания. Но в этот момент копящаяся внутри обида стала настолько острой, что появилось желание вскочить, разорвать все эти бумажки, которые сейчас только раздражали и, схватив одежду и котенка, сбежать домой, а там закрыться на все замки и нареветься всласть. Но девушка осталась сидеть на месте. Потому что поступить подобным образом было бы неправильно и для неё самой, и по отношению к окружающим. Они же хотят, как лучше, только вот Инне это самое «лучше», таковым не казалось. Ей просто хотелось, чтобы на результаты её учебы смотрели отстраненно, а не через призму родительских успехов.

- Вам все понятно? – Константин Дмитриевич отвлекся от бумаг и поднял глаза на девушку. – Понимаю, что это несколько неожиданно, поэтому все, что я вам сейчас рассказал, есть здесь, - он сунул все ещё молчащей Инне какую-то папку. – Ваши документы мы оформим, так что начинайте собираться, как только получите визу, можно будет вылетать в Германию.

- Спасибо, - она попыталась улыбнуться, но вышло так себе, хорошо, что Эрмидис на неё в тот момент не смотрел, потому как, судя по тому, насколько радостным получился оскал, Власову не на учебу отправляли, а отчислили.

- Не стоит благодарности, Инна Викторовна, вы это заслужили. К сожалению, мне уже пора, через несколько минут начнутся занятия, но мы с вами ещё не раз встретимся.

- Конечно, всего доброго, - девушка встала по давней привычке, как только поднялся преподаватель.

- И вам того же.

Посмотрев вслед вышедшему мужчине, Инна подавила в зародыше желание усесться и пожалеть себя, вместо этого кинувшись на поиски Нины Ивановны с её кошаком. Парочка нашлась в соседней комнате – секретарь пила кофе с печеньем, а котенок оккупировал батарею, на которую заботливая женщина постелила ему какую-то тряпку.

- Заходи, Инночка. Чай хочешь?

- Нет, спасибо. Даже не знаю, как вас благодарить, что не выдали меня, - девушка прикрыла дверь и подошла ближе к своему зверю, который при звуке голоса хозяйки поднял голову и повернулся в её сторону. – Ой!

- Ты не видела? – Нина Ивановна потянулась, чтобы погладить котенка, но, с сомнением посмотрев на грязную шерстку, не стала рисковать и убрала руку. – Я сама сначала удивилась. На улице подобрала?

- Да, - Инна присела на стул рядом с котенком, смотрящим на неё с любопытством и присущим всем представителям этого рода ленивым кокетством.

- Умничка. Он бы замерз совсем. Иди сюда, сама, небось, задубела, пока добиралась. Расскажи, как там Виктор Степанович и Тамара Васильевна? Скоро домой собираются?

Власова машинально отвечала на вопросы, поглаживая за ушами зверька, жмурящего от удовольствия разноцветные глаза – один был ярко-зеленым, а второй – почти оранжевым.

Выпив все-таки предложенный чай, Инна поспешила откланяться. Мало того, что котенку нужно было купить все необходимое для нормального существования, так девушке ещё и стало как-то не по себе. Вроде, все нормально, а такое ощущение, что сзади по шее нет-нет, да и скользнет ледяной ветерок. Было ли это пресловутое предчувствие, или же она все-таки умудрилась простыть, Инка понять не могла, но домой захотелось со страшной силой.

- Нина Ивановна, спасибо вам за чай и за помощь, но мне нужно идти, - девушка поднялась, отчего дремавший котенок тоже вскинулся, глядя на неё с тревогой и ожиданием. – Не бойся, киса, я тебя не брошу.

- Они же все чувствуют и понимают, - женщина убрала пакет с печеньем и поставила на поднос грязные чашки. – Вот и волнуется.

- Поздно волноваться, - Инна с улыбкой дотронулась до носа зверка, который, пару секунд подумав, чихнул.

- Да, кстати, Инночка, Константин Дмитриевич мужчина завидный, только… - она на секунду замялась, не зная, как лучше сформулировать мысль.

- Только что? – Власова отвлеклась от живности и начала заматывать шарф. Нести котенка снова придется на себе – от идеи подвергнуть его риску замерзнуть она отказалась сразу. – Он вывозит девушек за границу и там продает в сексуальное рабство?

- Господь с тобой, нет! - рассмеялась Нина Ивановна, но почти сразу улыбка сменилась озабоченным выражением. – Нехорошо сплетничать и говорить так за глаза, но он очень ммм… самодостаточный человек, который полностью зациклен на себе. Так что не вздумай влюбиться! – секретарша под конец даже сделала суровое выражение лица, но оно вызвало у Инны лишь усмешку.

- Хорошо, буду прилагать все усилия, - девушка, наконец, упаковалась, а вот котенку понравилась батарея, потому в варежку его запихивали общими усилиями. Живность порыкивала и шипела, но грубая физическая сила подействовала, и через несколько минут из манжеты выглядывала только недовольная мордочка зверька. – Все, нам пора.

- Передавай привет родителям, когда позвонят.

- Обязательно! До свидания.

Погода за эти два часа ничуть не улучшилась, наоборот, поземка набирала обороты, закручивая снежное лассо и мешая идти. Свист и гул ветра становились все сильнее, а начавшие сгущаться сумерки намекали, что неплохо бы поторопиться, пока тут не разыгралась настоящая метель, потихоньку переходящая в буран.

Перекинув ремень сумки через плечо и спрятав лишившуюся варежки ладонь в карман, Инна плотнее натянула капюшон и приготовилась брать штурмом маршрутку - начавшийся вечерний час-пик убивал всякую надежду на комфортный проезд. Стоя в очереди, девушка составляла план покупок для своего зверя – лоток, наполнитель для него, корм, шампунь… Конечно, неплохо было бы сначала отнести котенка к ветеринару, но сегодня уже не успеет – очередь в единственную на весь район ветеринарную клинику нужно было занимать с утра, а где находятся другие, она не знала. У Власовой когда-то, в глубоком детстве, была собака, которая на глазах девочки попала под машину, и тогда маленькая Инночка решила, что больше никого заводить не будет. Но в этот раз вопроса выбора просто не было, оставить котенка замерзать она не могла, а пристроить в хорошие руки довольно проблематично – у большинства знакомых питомцы уже есть, да и не станут они брать это тощее беспородное чудо, пусть даже и с разноцветными глазами.

На остановившуюся рядом машину девушка не обратила внимания, поглощенная мыслями, но чей-то окрик заставил оглянуться:

- Инна!

Повертев головой, Власова заметила стоящего в метре от неё Сергея, который кивнул на свое авто:

- Ты домой? Садись, отвезу.

Искушение было велико, но после вчерашнего она доверяла ему даже меньше, чем предвыборным обещаниям кандидатов в президенты, потому осталась на месте.

- Я не домой, так что не стоит беспокоиться, доеду сама, - для верности девушка ещё и головой помотала.

- Что ж ты упрямая такая… У тебя уже губы синие, видно же, что замерзла, - парень укоризненно хмыкнул, а Инка собралась орать «Караул!». Но, вопреки её ожиданиям, он не стал настаивать, а спокойно повернулся к своему внедорожнику, припаркованному совсем рядом. Это и убедило, что, каким бы подозрительным типом ни был Сергей, но использовать его, как бесплатного извозчика вполне можно. А заодно и проверить кое-что…

- Подождите! – он замер, а девушка опасливо приблизилась. – Я передумала.

- Молодец, можешь и головой думать, когда захочешь, - парень открыл пассажирскую дверь и помог Инне усесться, проследив, чтобы она не прихлопнула подол пуховика. – Так куда отвезти? – он плавно влился в почти коматозное уличное движение.

- За пару кварталов до моего дома, на Некрасова, есть зоомагазин. Высадите, пожалуйста, там.

- Хорошо. Мы же, вроде, на «ты» переходили, - Сергей не стал рисковать и выезжать на трамвайные рельсы, чтобы чуть опередить собратьев по пробке.

- Да, точно, я и забыла, - девушка старалась не глазеть на него, во всяком случае, совсем уж откровенно. – А что ты делал в институте? – с каждой минутой он казался ей все подозрительнее. Во-первых, слишком вежливый, Инна больше привыкла к его хамству, потому такое поведение немного сбивало с толку. Во-вторых, слишком вовремя появился. Причем, снова в том же антураже – мороз, сгущающаяся темнота и замерзающая девушка, согласная даже не на принца и коня, а хотя бы на способную передвигаться своим ходом кобылу.

- С чего ты взяла, что я был именно там?

- Ну, ты выехал с его парковки. Хотя, не отвечай, мой вопрос был грубым, извини, - девушка обругала себя за неумение тонко выяснить нужные детали. По степени тактичности, а точнее – её отсутствия, она сейчас даже превзошла своего попутчика, что само по себе довольно сложно.

- Да ничего страшного, тут нет никакой тайны, - он посмотрел в зеркало заднего вида на недовольно бибикнувший джип, едущий следом, но пропускать не стал. – Заезжал по делам. А ты там учишься?

- Разве Женя не говорил? - Инна пыталась незаметно затолкать обратно котенка, которому надоело сидеть на её груди, потому он рвался на волю, пытаясь вылезти из варежки.

- Просто сказал, что ты студентка, но где и на кого учишься, не говорил. Я, кстати, тоже этот ВУЗ закончил, только восемь лет назад.

- А факультет? – бои со зверьком становились все масштабнее, пролилась первая кровь – котенок царапнул её по шее, девушка все ещё не сдавалась.

- Экономика. А ты?

- Прикладная математика.

- С тобой все нормально? - странные ерзанья и ужимки не остались незамеченным, потому Сергей начал подозрительно на неё коситься.

- Да, конечно.

- Точно? – с явным сомнением протянул парень и тут же вздрогнул, увидев, как у неё из-под одежды высовывается что-то страшное до такой степени, что не хотелось даже рассматривать его внимательнее. – Это что?!

- Это котенок, - Инна поняла, что таить свое сокровище бесполезно и вытащила животное, устроив его ладонях.

- На чупакабру похож, - поделился наблюдением уже отошедший от первого стресса Серый, снова сосредоточившись на управлении машиной.

- Да? А мне нравится, - девушка почесала кису по шейке, отчего та прикрыла глаза и громко, практически, с надрывом, замурлыкала.

- Дело вкуса, - так, чтобы она не услышала, пробормотал парень, притормаживая возле зоомагазина. – Ты где его взяла?

- Да так… - почему-то Инна почувствовала смущение, когда представила, что будет рассказывать об их знакомстве. Тем более – ему.

- Давай помогу, - прежде, чем она успела возразить, Сергей обошел машину и распахнул дверь. – Иди, я подожду.

- Не нужно! Ты и так помог, не хочу отнимать время, - девушка отказалась от идеи запихивать себе в декольте кота под пристальным взглядом стоящего рядом парня. – Спасибо.

- Время у меня есть, так что не за что, - не обратив внимания на намек, что ему пора откланяться, он поддержал под локоть поскользнувшуюся девушку. – Вообще-то, хотел извиниться за наши предыдущие встречи. Просто настроение было плохое, да ещё и ты напугала, вот и вел себя, как сволочь.

- Принимается, - Инна уже терялась в догадках и нехороших предчувствиях. Контраст между тем Сергеем, которого она имела счастье лицезреть два дня подряд и стоящим перед ней милашкой был слишком разительным. Либо это его брат-близнец, либо парню таки подобрали правильные таблетки… - Я не в обиде, сама тогда в лесу сглупила.

Он помог открыть тяжелую дверь, и в лицо сразу пахнуло теплом и непередаваемым ароматом магазина для животных, от которого тут же зачесалось в носу. Довольно большой зал был разделен на две зоны – в одной находились прилавки с выставленным товаром, способным удовлетворить все запросы питомцев, в другой же продавались сами зверьки. Пара неразлучников вертела головами, рассматривая покупателей с таким видом, словно были счастливы, что отделены от этих страшных существ прутьями клетки. Целый выводок морских свинок, попискивая, доедал пучок сена, а в большом круглом аквариуме несколько золотых рыбок сражались за право обладания упавшей в воду шальной мухой, вылетевшей на свою беду из укромной щели за стеллажом.

Инна, а точнее – выглядывающий поверх сложенных лодочкой ладоней котенок, тут же завладели вниманием продавца, потому Сергей на некоторое время оказался предоставлен сам себе. Отойдя к особо запашистой клетке, из домика которой выглядывала любопытная мордочка хорька, парень поздравил себя с успешным завершением первого этапа плана. Во всяком случае, теперь она не смотрит на него, как английский дворецкий – на гостя, вытершего руки о край скатерти. Да и сама девчонка очень даже миленькая, а если отдаст карту памяти, так вообще станет для него почти идеалом. Остается надеяться, что по отношению к нему она будет такой же доброй и заботливой, как и для того зверя, которого подобрала, скорее всего, на помойке. Сергей не имел ничего против кошек, даже, можно сказать, любил их, но этот конкретный представитель их племени был на диво страхолюден. Может, тоже попытаться надавить ей на жалость? Но, подумав, все же отказался от этого, хоть и действенного, но малоприятного плана. Ладно, сейчас главное – подружиться с Инной. Тут никаких возражений, девушка оказалась приятной собеседницей, к тому же, после толпы разрисованных, сюсюкающих девиц, томно хлопающих наращенными ресницами, приятно радовала неброской красотой и естественностью. Да и хорошее воспитание имеет свои минусы – если сейчас он поможет ей поднять в квартиру пакеты, то у девушки даже мысли не появится отправить его обратно, не предложив чай.

- Мы закончили, - пока он перемигивался с большим сомом, в поисках еды активно шевелящим усами по мелким камешкам на две аквариума, Инна стала счастливой обладательницей целой кипы вещей, необходимой для новоявленного котовладельца.

- Угу, - Сергей сразу забрал два доверху наполненных пакета, украшенных логотипом производителя кошачьего корма и пошел на выход.

- Только обязательно сходите к ветеринару, малышу нужно сделать прививки, да и вообще проверить здоровье, - крикнула вдогонку продавец.

- Да, я поняла, спасибо, - Инне пришлось вжать голову в плечи и отвернуться, потому что непогода окончательно разгулялась и, не успела девушка оказаться на улице, как сильный порыв ветра едва не сбил с ног.

- Садись, - перекрикивая вой вьюги, Сергей открыл ей дверь, и девушка с удовольствием нырнула в теплую тишину салона. Даже стойкий намек на запах сигаретного дыма ничуть не раздражал, лучше уж чуть помучиться от першения в горле, чем чувствовать себя полярником, пробираясь через сугробы домой. – Теперь домой?

- Да. Спасибо, ты мне очень помог, - она искренне улыбнулась усевшемуся рядом парню.

- Ну, если бы у меня была сестра, Женька бы тоже в такой ситуации помог. Наверное.

- Скажем так, была бы такая вероятность, - хмыкнула Инна. Относительно характера брата и его отношения ко всем представительницам прекрасного пола, за исключением их с мамой, она иллюзий не питала. Женька пользовался огромной популярностью среди девушек, но всерьез их не воспринимал – так, приятное дополнение к хорошо проведенному вечеру. И у его сестренки все чаще мелькала мысль, что однажды его бывшие собьются в стаю и устроят темную, отомстив бросившему их объекту за все свои обиды и страдания.

Сергей не ответил, но кивнул, соглашаясь с высказанным предположением.

Уже через несколько минут он заглушил двигатель машины перед её подъездом. Инна попыталась спрятать котенка хотя бы в сумку - здесь недалеко, замерзнуть не успеет, чтобы освободить руки для пакетов, но парень, не слушая возражений, взялся за пластиковые ручки.

- Я просто пытаюсь исправить сложившееся у тебя обо мне впечатление. Тебе сложно, что ли?

Сложно ей не было, наоборот, было очень даже приятно, когда за тобой ухаживают, но осознание причины, по которой Сергей так старается, расстраивало и обижало. Не показывая этого, девушка кивнула, признавая его правоту, и открыла подъездную дверь, проходя вперед. Лифт, о, чудо, работал, но Инка всегда предпочитала подниматься по лестнице – и зарядка, и не застрянешь, а то в их доме подобные инциденты случаются с завидной периодичностью.

Открывая дверь, Инна сначала не поняла, что именно её насторожило, вроде, все нормально, никаких подозрительных личностей, только когда уже вошла в прихожую, поняла, что нижний замок был открыт. Хотя она всегда использовала все, это уже на уровне подсознания. Она даже закрывала их не сверху, а начиная с самого нижнего. Но в квартире было темно и тихо, потому девушка, хоть и насторожилась, но виду не показала.

- Куда поставить?

От вопроса, прозвучавшего за спиной, Власова подпрыгнула и едва сдержалась, чтобы не взвизгнуть, но быстро взяла себя в руки.

- Проходи на кухню, - почти прошептала она, все ещё пытаясь унять бешеное сердцебиение. Вот ведь напугал, зараза! – Можно не разуваться.

Парень, бросив на неё задумчивый взгляд, последовал совету, а сама Инна, прижимая в груди котенка, который тоже подозрительно притих, продолжала прислушиваться к тишине. Может, и в самом деле, от всех этих тайн и проблем крыша едет, и она просто забыла закрыть этот самый замок?

Почти убедив себя в этом, девушка наклонилась, чтобы расшнуровать ботинки, когда закрытая до этого дверь родительской спальни распахнулась, и оттуда выскочил кто-то большой и черный. Она даже закричать не успела, когда её грубо оттолкнули с прохода, и, падая, Инка ударилась лицом о стену рядом с вешалкой. Так и оставшаяся незапертой дверь хлопнула, а Власова осталась одна в коридоре.

- Что у тебя за шум? – Сергей как раз выходил с кухни, когда перепуганная до потери дара речи девушка поднялась, чувствуя, как засаднившим губам и подбородку стало горячо и мокро. – Твою мать! Ты как умудрилась?! – он бросился к ней, не понимая, как можно было за те жалкие несколько секунд, пока его не было, расквасить нос и получить ссадину на скулу.

Но Инка шарахнулась от него, продолжая одной рукой придерживать выворачивающегося котенка, а вторую прижала к лицу, чтобы остановить кровь.

- Не подходи!

- Тихо, не дергайся, я стою на месте, видишь? – он замер, не решаясь двинуться. Девчонка явно в состоянии шока, мало ли что ей в голову придет. – Что случилось?

- Я начала… А он… Оттуда… - она даже мысленно не могла сформулировать, что произошло, потому замолчала, продолжая таращить перепуганные глаза.

- По порядку, - он ни черта не понял, но появившаяся догадка очень не понравилась. – На тебя кто-то напал?

Девушка заторможено кивнула, продолжая вжиматься спиной в стену рядом с зеркалом.

- Откуда? – подождав, пока она не ткнет в сторону приоткрытой двери одной из комнат, Сергей про себя матерно выругался. Недосмотрели. Конечно, он ещё поговорит с тем, кто должен был наблюдать за квартирой, но нарисовавшейся проблемы это не решит. Нужно срочно все переигрывать. – Инн, посади кота, возьми телефон и выйди на лестницу. Я пока проверю квартиру. Если услышишь шум, сразу вызывай ментов. Ты поняла?

- Да, - она начала пятиться к двери, а потом замерла. – А если там..?

- Ты права, - почему-то простая мысль, что напавший может ждать её в подъезде ему в голову не пришла. – Я сейчас посмотрю.

- Не нужно, я останусь здесь, - она сделала пару шагов, встав за его спиной. Пусть Сергей не вызывал ни капли доверия, но у него было много шансов причинить вред, которыми он не воспользовался. Так что в этой ситуации она предпочла известное зло неизвестному. – Давай сразу полицию вызовем, а?

- Подожди пару минут, хорошо? - он быстро сбросил куртку прямо на пол, чтобы та не сковывала движений. – Дверь прикрой.

Инна щелкнула задвижкой, которую можно открыть за секунду, если нужно будет срочно покинуть квартиру, и поспешила за Сергеем, который уже двинулся вперед бесшумной тенью.

- Не наступай мне на пятки, - прошипел парень, когда в очередной раз девушка слишком приблизилась.

- Извини…

Даже котенок прочувствовал ситуацию и перестал вырываться, прижавшись к груди хозяйки.

Так, быстро, но основательно, они проверили все комнаты, заглянули в кладовки и укромные места.

- Никого здесь нет, - Сергей включил свет в гостиной и повернулся к Инке. – Голова кружится, тошнит?

- Нет…

- Хорошо, я спущусь вниз, хотя, наверное, уже смысла нет, а ты пока проверь, может, что-то пропало.

Прихватив ключи, которые так и остались лежать на полу в прихожей, Сергей выскочил в подъезд. Естественно, ни там, ни на улице уже никого не было. Чертыхнувшись, парень вернулся на третий этаж, где застал Инну сидящей посреди комнаты и в прострации рассматривающей экран мобильника:

- Ничего не пропало, все на месте. Может, лучше вызвать полицию? – похоже, что её заклинило на этой фразе, но Власову никто никогда не бил, тем более, по лицу, поэтому все воспринималось, даже не как страшный сон, а как нелепый фильм.

- Он все равно уже убежал, десять минут ничего не решат. Идем в ванную, нужно посмотреть, что у тебя с лицом. Снимай верхнюю одежду.

Инна слушалась его, даже не потому что в словах Сергея было разумное зерно, она просто не знала, что делать, поэтому делала, как говорили. Тем более, что слова произносились таким спокойным уверенным тоном.

- Потихоньку, не торопись, - он помог ей стащить пуховик и, взяв по локоть, осторожно потянул в сторону ванной. – Ударилась ещё чем-нибудь?

- Нет, только лицом, - кровь продолжала стекать по губам, скатываясь на шею и впитываясь в ворот блузки, которая медленно, но верно покрывалась красными пятнами. Инну начало мутить от железистого привкуса, и девушка старалась не глотать попадающую в рот солоноватую влагу.

- Вот и хорошо, - Сергей потихоньку усадил её на край ванны и открыл холодную воду. – Умойся, чтобы стало понятно, что у тебя повреждено.

Стекающая по белой эмали вода постепенно из ярко-красной стала розоватой, но темные капли периодически ещё падали, оставляя крупные багровые кляксы и потеки.

Девушку начало трясти, пробирая нервной дрожью, но слез пока не было. Это приятно удивило Сергея, который уже готовился к истерике, которая, по его прикидкам, вот-вот должна была начаться.

- Можно я побуду пару минут одна? - Инна не поднимала головы, прячась за распущенными волосами. Тяжелые ярко-алые капли продолжали с неслышным плеском смешиваться с бегущей водой.

- Покажи, - чтобы заставить девушку посмотреть на себя, пришлось приложить определенные усилия. Бегло осмотрев небольшую царапину на щеке, Сергей сосредоточился на уже опухшем носике, из которого все ещё продолжала течь кровь. – Вот так больно? – он положил два пальца на переносицу и слегка нажал.

- Терпимо, - Инна поморщилась, но боль, действительно, не была такой острой, чтобы дергаться или вскрикивать.

- Хорошо, значит, нос не сломан, - он оглянулся и, сдернув с сушилки небольшое бежевое полотенце, протянул его ей. – Прижми к лицу и немного запрокинь голову, скоро остановится.

- Спасибо, - слова через махровую ткань звучали неразборчиво, но Власова продолжила. – Почему ты не хочешь, чтобы я вызвала полицию? Если у тебя какие-то проблемы, иди, скажу, что была одна.

- Не в этом дело, - Серый уже собирался выйти, удовлетворяя предыдущую просьбу, но остановился в дверях. – Просто они тебе не помогут.

- Почему? – Инна уже догадывалась, каким будет ответ, и он не разочаровал.

- Тому, кто был здесь, нужно кое-что, принадлежащее Женьке. И пока они это не получат, от тебя не отстанут.

- Кто это?

- Точно не знаю, но вы вряд ли знакомы лично.

- Что им нужно?

- Карта памяти. Она была в ноутбуке, - он привалился спиной к косяку и скрестил руки на груди.

- Ты его забирал, значит, она у тебя. Отдай её им, - Инна отложила полотенце, сосредоточенно рассматривая стоящего перед ней Сергея.

- Даже если бы захотел, не смог бы. Её там не было.

- Где Женька? – покрытая кровавыми разводами махровая ткань упала на кафель пола, когда девушка начала медленно подниматься. – Что с моим братом?

- Женька живой и здоровый, но он временно недоступен. Я понимаю, как это все звучит, но прошу – помоги мне. Чтобы все устаканилось, нужно найти эту долбанную карту!

- Откуда я могу знать, что ты не врешь? – Власова подошла вплотную и уставилась ему в глаза, хотя для этого и пришлось запрокинуть голову. – Дай мне поговорить с братом.

- Пока нельзя. Ты сможешь поговорить с ним завтра, идет? – Серый с некоторым беспокойством смотрел на Инну. И без того бледное лицо, подчеркнутое не самым выгодным освещением, создавало полное впечатление, что она вот-вот грохнется в обморок.

- Нет. Ты не ответил на вторую часть вопроса. Почему я должна верить, что карты не было в лэптопе, когда ты забрал его? Ты мог вытащить её, а теперь создать видимость поисков.

- Если бы это было так, - Сергей наклонился так, что они почти соприкоснулись кончиками носов, - меня бы здесь не было. Зато тот, что сидел за той белой дверцей и ждал, что милая девочка Инночка придет сюда одна, вряд ли бы так застеснялся и поспешил уйти. А спрашивать можно по-разному. Ещё подсказки нужны?

- Поправь меня, если ошибаюсь. Вы с моим братом вляпались в какую-то мутную историю, в результате которой Женька неизвестно где и в каком состоянии. Меня вы разыгрывали в темную, используя в качестве курьера. А теперь ты намекаешь, что я должна быть благодарна за мифическое спасение моей жизни и чести от тех, кому вы перешли дорогу. Я ничего не упускаю?

- Если не считать того, что твой брат вполне жив, здоров, хотя и несколько недоволен тем, как пошли дела, то да. Ты права.

- Твоя наглость и хамство просто поражают, - Инна качнула головой и постаралась пройти мимо него. Но он поставил руку, загораживая проем. – А теперь, будь так добр, покинь мой дом.

- Хорошо. Собирайся, ты тоже отсюда уезжаешь.

- Наверное, у тебя что-то со слухом, - девушка вздохнула, из последних сил сдерживаясь, чтобы не расплакаться. – Я останусь здесь, а ты уйдешь. И даже не подумаю хотя бы попытаться помочь, пока не буду уверена, что с Женей все хорошо, и ты, действительно, помогаешь ему. Потому что все произошедшее сильно отдает школьным театром – прекрасная дама в беде, а случайно подвернувшийся рыцарь её спасает.

- Солнышко, - терпение было уже на исходе, но стоило постараться все-таки убедить её. В конце концов, вынести на плече со связанными руками и кляпом во рту всегда успеет. Только не факт, что потом девчонка захочет помочь, даже если явится сам Женька и будет валяться у сестры в ногах. – Ты сейчас намекаешь, что того, кто тебя ударил, нанял я?

- Я ни на что не намекаю. Ты сам это только что сказал. И я попрошу воздержаться от прозвищ, типа «солнышко», «зайка» и «детка». Пропусти, - Инна толкнула его ладонями в грудь, и Серому пришлось отступить. И так налажал много, не хватает только, чтобы она его на полном серьезе начала бояться.

- А ты не слишком нагло себя ведешь? Если уж считаешь, что я работаю на другую сторону, - он пошел следом за девушкой, которая замешкалась только на секунду, подхватив котенка, который вылизывался посреди коридора.

- Если бы тебе была выгодна моя смерть, я бы уже три дня была на том свете. Сугробы в лесу глубокие, а место довольно безлюдное, труп не нашли бы довольно долго. А если отогнать машину и столкнуть в какую-нибудь реку, то и вообще бы не искали, просто пропала без вести, - Инна зашла в комнату и, захлопнув дверь, закрылась на ключ.

- Ещё намекаешь, что я думаю, как преступник, а сама уже придумала, практически, способ идеального убийства. Но ты права, если бы Женьке было на тебя наплевать, вполне возможно, что мне не с кем было бы разговаривать. Потому что это он попросил тебя тогда найти, о чем я уже рассказывал, - ломиться в дверь не имело смысла, ему нужно, чтобы она сотрудничала, а не сидела у него взаперти, строя планы мести. – Как мне доказать, что Женька мой друг, и я хочу помочь?

- Это вряд ли возможно, - голос звучал глухо, но одно то, что она его ещё слушала, уже хорошо. – Я поверю в это, только если услышу лично от брата. Не по телефону.

- Блин! – Сергей сел на пол и со злости стукнулся затылком о стену. В принципе, девочка права, но ему от её рассудительности не легче. Если только… - Инн, послушай сюда. Когда тебе было семь, вы с Женькой играли во дворе. Ты поскользнулась на замерзшей луже, упала и сломала левую ногу.

Тишина сменилась несколько ядовитым смешком из-за двери:

- Надеюсь, чтение моей медицинской карты доставило тебе удовольствие.

- Не было никакой лужи, - он сделал вид, что не услышал эту ехидную реплику. – Брат не уследил, ты пошла в парк, который был через дорогу, и тебя сбила машина. Никого рядом не было и водитель, увидев, что ребенок остался жив, уехал. Но родителям вы рассказали совсем другое, потому что иначе они Женьку просто прибили бы.

Пару минут вообще ничего не происходило, потом дверь с легким скрипом открылась, и на пороге показалась Инна, успевшая переодеться в мягкие домашние брюки и объемный пушистый свитер. Девушка замерла, пристально глядя на Сергея, который продолжал сидеть на полу.

- Об этом знали только я и Женька, - она глубоко вздохнула и поморщилась, коснувшись припухшего носа. – На сколько дней придется уехать?

- Примерно, на неделю, - парень не спешил проявлять бурную радость, но, похоже, дело двинулось с мертвой точки.

- Держи, - Инна, не спрашивая мнения Сергея по этому поводу, сунула ему в руки котенка. – Я пока соберу вещи.

И вернулась в комнату, прикрыв за собой дверь, оставив парня, держащего на вытянутой руке грязного всклокоченного зверька.

- Страшен ты, брат… - он взял котенка за шкирку двумя пальцами и приподнял. Тот сразу поник всеми лапками, изображая меховую тряпочку, но мурлыкать не перестал. Серый решил не издеваться над и без того обиженным судьбой зверем и аккуратно поставил его на пол. Киса почесавшись напоследок о его ладонь и пощекотав пальцы колкими обломками усов, развернулась и, гордо задрав хвост, принялась обнюхивать Иннину сумку. – Ой, пардон, ошибся. Леди, вы сегодня не в форме.

Мохнатая дама, никак не прореагировав на принесенные извинения, переключилась на попытку погрызть шнурок на его ботинке.

- Я готова, - девушка поставила рядом с порогом средних размеров темно-серую сумку. – У тебя паспорт с собой?

- Да. На кой черт он тебе нужен? – Сергей отвлекся от наблюдения за котенком.

- Нужен. Можно? – девушка замерла в какой-то напряженной позе, которая ему совершенно не понравилась.

- Ну, возьми, - порывшись во внутреннем кармане куртки, он протянул Власовой бордовую книжицу. – И все-таки, зачем он тебе?

- Скажу через минуту, - она снова исчезла в комнате, откуда донесся едва слышный шорох. Вернулась она довольно быстро и, вернув Сергею документ, прошла в ванную.

- Минута прошла, - парень поймал котенка, смирившись с необходимостью таскать мелкую кошку на руках.

- Я отсканировала твой паспорт, Тихонов Сергей Витальевич, - Инна загремела какими-то флаконами.

- И оставила распечатку под матрасом? – ему стало интересно, каким именно образом девчонка решила использовать эту информацию.

- Нет, приложила к письму, в котором говорится, что я уехала с тобой сегодня, если пропаду, будет понятно, кого искать, - она торопливо сунула пакет с зубной щеткой и прочими предметами первой необходимости в поднятую с пола женскую сумку. – Если в течение 12 часов я не ввожу специальный код, сообщение будет автоматически отправлено в полицию, прокуратуру и ФСБ.

- Шутишь, - он так и замер, нагнувшись за её сумкой. Почему-то настолько простое решение ему в голову не пришло, когда она спросила о документах.

- Нет. То, что ты рассказал малоизвестный факт из моего прошлого, ещё не значит, что я безоговорочно тебе верю. И потом, может, ты решил кинуть моего брата, свалив вину за пропажу карты на нас с ним. А чтобы никто не заподозрил, делаешь вид, что помогаешь мне.

- Ты детективы писать не пробовала? – пора бы уже покинуть оскверненное родовое гнездо Власовых, потому он, прихватив её вещи, пошел к входной двери. – Будут пользоваться бешеным успехом. Ничего не забыла?

- Вроде, нет, - девушка пробежала на кухню, проверяя, выключен ли газ, и захлопнула последнюю открытую форточку.

- Тогда забирай свою мурку, нам пора, - Сергей подождал, пока она подхватит котенка, и закрыл дверь на все замки.

- А почему мурку? – Инна говорила шепотом, хотя кроме них в подъезде никого не было.

- Потому что это девочка, - Тихонов зашипел сквозь зубы, оступившись на выщербленной ступеньке. Не подъезд, а полоса препятствий, ей-богу!

- Хорошо, с этим прояснили. Куда ты меня отвезешь? – в отличие от него, Инна о коварстве лестницы знала не понаслышке, потому переступала аккуратнее. Котенок, не проникнувшись торжественностью момента, попытался поймать шнурок, продернутый в капюшон её пуховика, но никаких попыток слезть с рук не предпринимал – видимо, что такое холод, запомнил на все жизнь.

- В одно надежное место. Приедем – увидишь, - Сергей вышел первым, внимательно огляделся и только после этого пропустил недовольно сопящую девушку, притормозившую за его спиной. – Садись в машину и, по возможности, молча.

Инка нырнула на пассажирское сиденье, тоже не горя желанием общаться с этой ненадежной личностью, лучше уж подумать, что теперь делать. Полностью полагаться на Тихонова она не собиралась ни в коем случае – ещё не выжила из ума, в конце концов. Но и действовать наперекор тоже чревато, кто его знает, насколько сильно его желание вернуть карту памяти… При воспоминании о словах по поводу методов выпытывания информации Власова почувствовала легкую дурноту. Конфиденциальность и хранение секретов это, конечно, хорошо, но боли она боялась и терпела её плохо, так что первая же беседа с применением силы закончится чистосердечным признанием.

О том, что произошло в квартире, она вообще старалась не думать. Было даже не столько больно, сколько страшно, а ещё – Инна теперь не знала, куда бежать. В представлении девушки, дом это место, где можешь спрятаться ото всех, самое теплое, безопасное и уютное, а теперь…

- Во что именно вы ввязались? – она молчала почти всю дорогу, пока Сергей уверенно вел автомобиль через заснеженный город.

Почти пустые улицы с редкими прохожими, предпочитавшими прятать лица в воротники и шарфы, мутноватый свет фонарей, оставлявших в окружающей темноте ровные желтоватые круги, наполненные танцующими снежинками, закручиваемыми ветром в бесконечный хоровод. Несмотря на довольно ранний час, даже общественный транспорт, казалось, не степенно проезжает, шурша шиповаными шинами по обледеневшему полотну, а стыдливо шмыгает от одной остановки до другой, торопливо заглатывая и отпуская на волю пассажиров.

- Знаешь, что такое промышленный шпионаж? – парень даже обрадовался, когда она заговорила. Да, ответить на многие из вопросов он не мог, но и это напряженное молчание ничуть не лучше. А ещё Сергей явно видел, что тот адреналин, благодаря которому Инна оставалась хладнокровной и собранной, постепенно тает, уступая место поджидающей своего часа панике. Тут и винить-то её не за что, понятно же, что испугалась, но поведение девчонки вызывало уважение, в подобной ситуации не всякий мужик сможет так быстро взять себя в руки и думать головой, а не метаться по комнате, впадая в истерику и заламывая руки.

- Господи… - Инна почему-то сразу представила, что Женька решил таким образом пробиться наверх, завоевать уважение и имя среди других борзописцев. Пусть это и не в его характере, все-таки, умом брат не совсем обделен, но он всегда любил рисковать, говорил, что драйв держит в тонусе.

- Нет, с нашей стороны как раз ничего противозаконного, - Сергей, видимо, догадался о мыслях, которые у неё появились после его слов. – То, что на карте, принадлежит компании, в которой мы работаем. Несколько месяцев назад кто-то начал активно интересоваться новым проектом. Причем, нехорошо так интересоваться, даже ведущего специалиста смогли переманить. Для того, чтобы узнать, кто это был, решили спровоцировать…

Перед внедорожником из снежной круговерти показался шлагбаум и будка охранника. Только теперь Инна поняла, куда они приехали. До элитного коттеджного поселка «Радуга» не дотягивала, но именно здесь находились дачи и загородные домики местных шишек. Отсюда и охрана на въезде, плюс все коммунальные чудеса.

В ожидании, пока Сергей переговорит с неохотно выползшим из теплой сторожки охранником, девушка машинально поглаживала кошку, которую почему-то решила назвать Машкой, и понимала, что ничего не понимает. Либо Тихонов врет, что, в принципе, не удивительно, либо же она много не знает о собственном брате. Какая компания, какой проект? Понятно, что брат крутится в довольно интересной сфере, связанной с высокотехнологичными научными исследованиями, но Инна смотрела на вещи реально – Женька неплохой журналист, и словом владеет, и умеет в доверие втереться… Но где он, и где те самые секреты! Тем более, что она-то знала, что именно записано на микроSD. Никаких нанотехнологий, там как раз её, Иннин, профиль, а именно – разработки в сфере IT.

- Чем именно занимается мой брат? – она не стала отвлекать своего несколько ненадежного рыцаря и дождалась, пока Сергей не только покажет собственное личико хранителю сей благословенной долины, но и продемонстрирует свою спутницу. Это казалось не лишним – вдруг девушке захочется прогуляться, и она нарвется на охрану? Доказывай потом, что гостишь тут по приглашению, а не тайком проникла через особо законспирированную дырку в заборе… - Он ведь не журналист?

- Нет. Во всяком случае, последние восемь месяцев, - парень притормозил перед довольно высокими воротами. – Не выходи из машины.

У неё и до этого не было особой тяги выскочить в метель, а после слов о работе брата и вовсе пропало всякое желание что-то делать. Конечно, в последнее время они несколько отдалились – Женька уехал в столицу, сама Инна постоянно учила и готовилась, но это… Почему-то её всегда казалось, что он откровенен с сестрой, а вышло вот так.

- Недостойны мы с тобой, Машка, высокого доверия, - девушка чуть крепче прижала к груди дремлющего котенка. - Наверное, рожицами не вышли…

Она попыталась проглотить ком в горле, который давил с каждой минутой все сильнее. Все, что сегодня произошло, плюс Женькино вранье о месте работы, да и поведение Сергея, вызывали желание позорно расплакаться, но Инка сдерживалась изо всех сил. Не хватало только разреветься на глазах у Тихонова! Но сдерживаться становилось все труднее. А ведь ещё утром она была так счастлива, даже несмотря на неясности и проблемы брата.

Пока девушка, сжав зубы и глубоко, размеренно дыша, давила подступающие слезы, Сергей открыл ворота и загнал машину во двор. Чтобы хоть как-то отвлечься, Инна, получив дозволение от водителя, вышла на улицу и осмотрелась.

Довольно большая территория, огороженная крепким забором, казалась участком леса, а не дачей – мощные старые ели в некоторых местах так густо переплетались ветвями, что за ними не было видно неба. Неширокая подъездная дорога вела к прячущемуся в глубине участка двухэтажному дому.

- Иди пока открой дверь, - Сергей сунул ей в руку связку ключей. – Я поставлю машину в гараж и тоже приду.

- Хорошо.

С каждым шагом к деревянному коттеджу Инна все четче понимала, что Тихонов не простой смертный. Конечно, есть шанс, что дом принадлежит какому-то знакомому, но вряд ли – слишком уж привычными и уверенными движениями он открывал ворота, да и на самом участке прекрасно ориентировался даже в темноте.

- Маш, как ты думаешь, во что ввязались эти двое? - Кошка хранила молчание, но с интересом поглядывала по сторонам. – Вот и я не знаю. Только кажется мне, что Сергей врет…

Поскольку диалога со зверенышем не получилось, Инна поднялась по высоким ступенькам на крыльцо, и, погремев ключами, открыла тяжелую металлическую дверь. В поисках выключателя пришлось изрядно повозиться, но даже в темноте она могла сказать, что в настоящий момент в доме никто не живет. Нет, там было довольно тепло, никакого запаха затхлости и запустения, но и того самого духа, присущего жилому помещению, она не почувствовала. Вспыхнувший свет только подтвердил её предположения, в прихожей было стерильно чисто – никаких тапок, оставленной у порога обуви или прочих мелких бытовых мелочей. Только огромный, во всю стену шкаф-купе цвета молочного шоколада, висящее напротив зеркало и пара обтянутых кожей пуфов.

- Чего на пороге стоишь? Иди внутрь, - хорошо, что шел Тихонов, не таясь, а то под конец насыщенного дня девушка все-таки могла получить инфаркт. Инна торопливо разулась и, зябко поджимая пальцы в теплых носках, сделала пару шагов внутрь помещения.

- А чей это дом?

- Моих родителей. Их сейчас нет в городе, так что мы никому не помешаем. А территория охраняется, чужих сюда не пропускают, - Сергей снял куртку и помог девушке освободиться от верхней одежды. – Лучше места, чтобы отсидеться, просто не найти. Пока будем разбираться с теми, кто сегодня проник к тебе, поможешь мне найти карту памяти. Идем, покажу дом.

Парень провел краткую экскурсию по обоим этажам, но Инна мало что запомнила. Узнала, где находятся стратегически важные места, типа, санузла, кухни и спальни, и хватит, все остальное можно изучить завтра.

- Спать будешь здесь, - Сергей толкнул одну из дверей на втором этаже. Комната была небольшой, но довольно уютной – бежевые стены, медового оттенка деревянный пол и огромное, почти во всю стену окно, за которым угадывались перила балкона. Кровать стояла так, что, лежа, можно было смотреть в окно. Конечно, когда на улице бушует метель, любоваться особо не на что, но когда там ясное небо с крупными звездами, наверное, красиво…

Инна присела на чуть жестковатую постель, чувствуя, что ещё пару минут и все – просто рухнет. И усталость была не физической, а моральной, слишком уж много всего произошло. Машка завозилась, собираясь слезть с рук и исследовать неизвестную территорию, а Сергей понял, что, если сейчас девушку не отвлечь, начнутся слезы и жалостливые подвывания, которые могут затянуться на всю ночь.

- Ин, есть хочешь?

Девушка, не сводя отрешенного взгляда с припорошенных снегом перил балкона, медленно покачала головой.

- Понятно. Тогда бери это, - он поставил рядом с кроватью пакеты, - и чеши мыть свою зверюгу, - парень кивнул на все отчаяннее извивающегося в её руках котенка. – Ты её кормила?

- А? Да, поила молоком, - Инна вздрогнула, отвлекаясь от невеселых мыслей. – Где можно взять полотенце, чтобы потом её завернуть?

Тихонов показал, где лежат полотенца и прочие постельные принадлежности и удалился. Все равно, все, что мог, уже сделал, а вытирать девичьи слезы он не собирался по той простой причине, что просто не умел утешать.

Пусть лучше сейчас поревет, пожалеет себя, а к утру успокоится, и можно будет заняться делами. И так из-за этой мутотени два дня потеряли, а сроки поджимают. Да, если карта в надежном месте, то ничего страшного, но если она попадет не в те руки, можно огрести нехилых проблем. Остается надеяться, что девчонка её куда-то спрятала, причем, так, что никто посторонний не найдет.

Сергей спустился на первый этаж в свою комнату и, сбегав в душ, попытался самостоятельно взломать защиту на забранных у Инны микроSD. Через полтора часа бесплодных усилий парень признал, что, как программист, девочка весьма хороша. Конечно, сам он не мог считаться гениальным хакером, но кое-то тоже умел, однако, тут его ждал полный провал. Периодически Тихонов прислушивался к доносящимся со второго этажа звукам – шум воды в ванной и звонкое возмущенное мяуканье указывали, что Инна послушалась и теперь приводила в порядок свое животное. Это его полностью устраивало – и девчонка делом занята, и кошка станет хоть немного чище. Хотя, котенок был настолько страшненьким, что вымытая шерстка вряд ли что-то исправит. Наконец, наверху все стихло, и через полчаса Сергей пошел на разведку. Нужно же знать, что там делает его гостья.

Прекрасно ориентируясь в темноте, Сергей поднялся на второй этаж, не потревожив ни одной скрипящей половицы. Все, вроде, было тихо, но проверить все равно не помешает, потому он осторожно приоткрыл дверь комнаты Инны. Кстати, девчонка не заметила, но только в этой комнате невозможно было запереться изнутри – замок некоторое время назад сломался, вставить новый все никак не доходили руки.

Через секунду раздался грохот и звон, от которого, скорее всего, проснулись и соседи. Видимо, Инна отсутствие замка все-таки заметила… Ладно, ни матери Сергея, ни его отцу стоящая в комнате ваза особо не нравилась, так что невелика потеря.

В следующий раз он проснулся уже почти в полдень от запаха чего-то вкусного, который, наплевав на препятствие в виде закрытой двери, проникал во все щели. На кухне, расположенной через холл, слышался какой-то шум и приглушенная музыка. «Если она там слушает Диму Билана, придется все время ходить в берушах. Или отобрать у неё ноутбук», - парень зевнул, потянулся и понял, что вполне выспался. От этого он сразу повеселел и, совершив утренний моцион, тихо подошел к арке, ведущей на кухню.

Инна сидела на диване, свернувшись в самом углу и уткнувшись в лэптоп, рассеянно подергивая свисающей ногой, на которую охотилась повеселевшая Машка. Котенок вставал на дыбы и угрожающе топорщил коричневато-серую шерстку, нападая на носок, пытаясь прогрызть плотное полотно, чтобы добраться до самого вкусного – кожи хозяйки. Девушка мало обращала внимания на попытки покусания, занятая восстановлением системы после форматирования, отвлекаясь только на негромко фыркающую кастрюлю, которая и являлась источником соблазнительного запаха.

- Маш, не кидайся под ноги, наступлю же, - Инна слезла со своего места и, шикнув на разыгравшегося котенка, выключила плиту, видимо, закончив готовить. – Как думаешь, нужно будить хозяина помещения или пусть спит дальше? Вот и я не знаю…

Власова села на пол, по-турецки перекрестив ноги в свободных брючках, кошка не упустила этот момент и тут же залезла на руки, норовя подпрыгнуть, чтобы потереться мордочкой о её подбородок.

- Я уже проснулся, - Сергей решил больше не подглядывать, зная, что когда Инна его заметит, смутится. Хотя ему и нравилось вгонять её в краску, но сейчас нужно объединить усилия, а не изучать феномен под названием «Инна Власова». – Привет.

- Доброе утро, - как он и думал, девушка тут же вскочила, придерживая на локте котенка. – Я не слышала, как ты встал. Завтракать будешь?

- Да, спасибо, - Тихонову стало интересно, неужели она ещё и готовить умеет? Не девчонка, а клад. Только подозрительная очень и недоверчивая. Хотя, это даже к лучшему – значит, не совсем дурочка. Пока он наблюдал за немного суетливыми и дергаными движениями Инны, Машка решила и его приобщить к их игре, потому, недолго раздумывая, укусила за мизинец на ноге. Только в отличие от зябкой девушки, Сергей был в тапках на босу ногу.

- Блин! Убери эту заразу, она кусается! – парень отдернул конечности, чтобы не появилось желания пнуть котенка, который затаился под его стулом в ожидании, когда ноги подлого труса окажутся в зоне прямой досягаемости.

- Маш, иди сюда, - призыв хозяйки не нашел отзыва в разуме охотящегося зверька. – Просто она выздоровела, теперь разыгралась. - Инна поставила перед ним тарелку тушеной с мясом картошки и салат. – Извини, я тут в холодильнике немного похозяйничала…

- Да нормально все, хватит извиняться, - к некоторому его удивлению, все было очень вкусно. – Я тебя и не собирался голодом морить.

Власова, выдав ему порцию завтрака, вернулась на облюбованное раньше место, снова погрузившись в электронные недра. Во всяком случае, попытавшись это сделать – пальчики машинально выполняли привычную работу, пока мысли метались, разрываясь между беспокойством за брата и всю ситуацию в целом, и парнем, который смущал одним своим видом, не говоря о присутствии. Инка так и не могла понять, зачем он утром полез к ней с поцелуями. Конечно, она не была нецелованной девочкой-ромашкой, но такие резкие перемены в настроении настораживали – кто его знает, что у него на уме? А они одни в этом доме, причем, неизвестно, сколько все это продлится… Инне очень хотелось посоветоваться с кем-нибудь, более подкованным в совместном проживании с мужчиной, не являющимся твоим родственником, но Ленка из неё вынет не только душу, но и все подробности, а посвящать её в это мутное дело она категорически не желала. Других же настолько близких подруг просто не было, так что и поговорить-то не с кем…

- А ты почему не ешь? – Инна вздрогнула, слишком глубоко задумавшись над двусмысленностью положения.

- Я уже позавтракала, - она выключила проигрыватель, обрывая одну из своих любимых песен группы Scorpions. – Ты сказал, что сегодня я смогу поговорить с братом.

- А утро начиналось так хорошо… - Сергей отодвинул тарелку и сжал в ладонях поставленную перед ним кружку, от которой поднимался одуряющий аромат свежесваренного кофе. Причем, парень был уверен, что Инна сама не сознает своих действий – просто, как приготовившая завтрак хозяйка, ухаживает за гостем. Девушка села напротив, внимательно глядя на Тихонова и поджав губы, отчего приобрела немного обиженный вид.

- Это было моим условием, ты на него согласился, - попыталась надавить Инна, немного наклоняясь вперед. Проследив за его взглядом, тихо фыркнула и поправила слегка сползший с плеча ворот приталенной под грудью туники.

- Да. Как твоя нога?

- Замечательно. Спасибо за беспокойство, - она оттолкнулась от столешницы и оперлась на спинку стула. – Итак?

- Давай сначала проясним кое-что, - если не обращать внимания на то, что он предпочитал кофе без сахара, в остальном завтрак его полностью устроил, отчего Сергей немного подобрел и теперь готов был на определенные уступки. – Ты находила в сумке карту памяти?

- Где мой брат? – в тон ему ответила девушка, не собираясь идти на компромисс.

- Ясно. Наверное, нужно начать с самого начала. Ты не в курсе, но Женька уже несколько месяцев работает в пресс-службе концерна «Антиква».

- Это который занимается выпуском оборудования для металлообработки? – Инна не стала демонстрировать полную осведомленность, но как-то прореагировать было нужно.

- Да. Что ты знаешь о нем? – пока она сосредоточенно хмурилась, вертя в пальцах кончики своих собранных в толстую косу волос, Сергей пересел поближе к девушке, прячась от возобновившихся атак Машки на его ноги.

- Не особо много, просто слухи… Некоторое время назад говорили, что там, вроде, собираются наладить выпуск новой линии, которая будет дешевле и надежнее импортных аналогов. Но потом все заглохло… - она обратила внимание на его маневр, но отодвигаться не стала – никакого ущерба для девичьей чести от такого сидения рядышком не будет, тем более, что она и так на самом краю, не на пол же сползать…

- Все верно. Только ты не права в одном – ничего не заглохло, проводился подготовительный этап. И теперь линию вот-вот должны запустить.

- И как это связано с моим братом? Насколько знаю, он ни разу не металлург, - Инна все-таки встала, выбрав в качестве предлога закипевший чайник.

- Нет. Но он имеет нужные связи. Кроме того, в умении втереться в доверие и завоевать расположение, Женьке нет равных, - он наблюдал за точными, выверенными движениями маленьких кистей рук, пока она заваривала чай.

- Знаю. Он очень обаятельный… Ладно, с этим прояснили, - девушка вернулась к столу, но теперь села напротив. – Он не только скрыл, что сменил работу, но и о возвращении сюда умолчал?

- Нет. Все эти месяцы он был в Москве. Сама понимаешь, что продвижение новой продукции занимает много времени и сил, вот он и сотрудничал с нашими рекламщиками.

- А ты там кем работаешь? – Инна отвлеклась от рассматривания дна чашки через красновато-коричневый напиток и подняла глаза на Сергея.

- Это принципиальный вопрос?

- Ну, мы, вроде бы, пытаемся откровенно поговорить… - почему-то сейчас она уже не чувствовала такого стеснения, снова оказавшись почти в своей тарелке. Лучше уж обсуждать насущные проблемы, чем краснеть под его пристальным взглядом.

- Хорошо. Работы с заказчиками от техзадания до отгрузки готовой продукции.

- То есть, ты хочешь сказать, что логист и сотрудник, отвечающий за связи с общественностью, решили заняться тем, что составляет труд и хлеб службы безопасности? А более правдоподобной версии нет?

- Извини, но эта единственная, и я не вру, - Сергей теперь изучал Инку более внимательным и цепким взглядом. Значит, не обманули преподаватели, девочка умненькая, такую провести довольно сложно. Так что к лучшему, что он сейчас говорит правду.

- Хорошо, допустим, это на самом деле так. Тогда скажи, почему вы в это влезли? Насмотрелись шпионских фильмов, и тоже захотелось погеройствовать?

- Потому что к Женьке обратились с предложением продать кое-что из наших разработок. А поскольку в последнее время у нас постоянно происходят какие-то странные вещи, то участие службы безопасности было решено сократить до минимума.

- «Тиха украинская ночь, но сало надо перепрятать…» - пробормотала Инна, пытаясь понять, что именно её в этом смущает. Точнее – больше всего, потому что сам рассказ звучал настолько бредово, что может быть и правдой. – Но ведь вы должны были действовать с высокого разрешения, значит, в курсе все равно довольно много народа. Найти утечку информации будет очень сложно. Узнали?

- Нет. Пока. Потому что должны были взять того, кто подойдет к тебе в аэропорту…

Повисла настолько многозначительная пауза, что даже разбуянившаяся Машка притихла, отвлекшись от попытки стащить висящее на спинке стула кухонное полотенце.

- Ну, уж извините, - девушка пожала плечами, задумавшись об одной вещи, которая все никак не давала ей покоя. – Ты сказал, что вы не знаете того, кто пытается украсть ваши разработки?

- Да, - Сергей наблюдал за тем, как Инна отстраненно смотрела на котенка, и пытался понять, почему так и тянет подтащить её поближе и прижаться лицом к разлохматившейся косе, из которой выбились пряди, сразу же начавшие виться вокруг лица девушки.

- Но ведь то, чем занимается концерн, настолько специфично, что простому обывателю ваши секреты просто не нужны, а тех, кто в них заинтересован, вы и так должны знать. Не так уж много в этом бизнесе серьезных игроков, а идти на подобное – большой риск.

- Совершенно верно. Поэтому мы и пытались понять, зачем и кому это нужно, но тут в игру вмешалась ты…

- Вы же не были настолько идиотами, чтобы записать на карту памяти реальный проект?

- Спасибо на добром слове за комплимент, - парень даже обиделся. Он тут всячески её защищает и развлекает, а вместо помощи получил пока только оскорбления. – Нет. Там кое-что другое.

- Но оно для вас тоже важно, - это было, скорее, утверждением, чем вопросом.

- Да. Догадаешься почему? – он проследил, как аккуратные, коротко остриженные ноготки побарабанили о теплую керамику с остывающим чаем.

- Ну, на месте того, кто хочет добраться до информации, я бы сразу проверила, что именно привез курьер.

- Умница. Поэтому хоть сами расчеты и программы работать и не будут, но в них содержится кое-что от настоящих…

- … и на их основе можно воссоздать прототипы, - закончила за него Инна. – Поздравляю, вы сами себе создали проблемы.

- Взаимно. Потом что ты теперь в этом тоже участвуешь. Как говорится, в горе и радости… - усмехнулся Сергей, поймав её недовольный взгляд.

- Надеюсь, что закончится все не на строчке про смерть… Сколько с вашей стороны человек полностью в курсе происходящего? – девушка поймала себя на том, что неприлично долго рассматривает салфетку, которую вертят длинные мужские пальцы и торопливо отвернулась, делая вид, что поглощена наблюдением за Машкой. – Подожди, ты говорил, что у вас сманили ведущего специалиста.

- Когда это я такое говорил?

- Вчера в машине.

- А, точно. Да, есть такое дело, - чтобы сдержаться и не начать гладить её по волосам, к которым так и тянулись руки, он встал и подошел к окну. Уже гораздо более крупные лохматые снежинки медленно опускались на землю, заметая любые следы и возвращая ощущение прошедшего Нового года.

- Тогда почему ты говоришь, что вы не знаете, кто под вас копает? Ведь наверняка же проследили, куда он устроился.

- Проследили. Только той организации, в которой этот человек теперь работает, как ты недавно сказала - наши секреты без надобности. В результате мы вернулись туда, откуда пришли.

- Как все запущено…

- А ты думала… Поэтому мне сейчас очень нужна твоя помощь, - Тихонов быстро подошел к задумавшейся девушке и присел перед её стулом. Инна, которая как раз раздумывала, говорить ему, куда она спрятала карту или нет, заметила его в последний момент и успела только поддернуть ноги, прижимая колени к груди и почти влипнув в спинку стула. – Карта у тебя?

- Нет.

Если рассматривать этот вопрос фактически, она не врала – микроSD у неё уже не было.

- Черт! Хорошо, спрошу так – ты знаешь, у кого она может быть? – он обхватил ладонью за шею, положив пальцы на нежную теплую кожу под волосами, наклонил её лицо к себе, чтобы Инна не могла отодвинуться.

- Например, у тебя…

- Мне казалось, что мы решили доверять друг другу. Я тебе все рассказал, жду ответного жеста, - Сергей усилил нажим, чувствуя, как она упирается кулачками ему в плечи, но сил, чтобы оттолкнуть, явно не хватало.

- А я сказала, что помогу только после того, как увижу брата, - девушка постаралась говорить максимально ровно, не выдавая страх и непонятное волнение. Видя прямо перед собой его глаза цвета горького шоколада, Инна попыталась зажмуриться, но все-таки не посмела отвести взгляд. Это как когда прямо смотришь на хищника. Стоить разорвать этот контакт, показать свою слабость, и тебя растерзают в клочья. Конечно, ей очень хотелось верить, что это просто такая неудачная ассоциация, но поверять не стоит...

Злость, которая требовала припугнуть, и желание снова поцеловать эту рыжую были почти равносильны, поэтому он никак не мог склониться к чему-нибудь одному и просто держал, не давая отодвинуться. Под пальцами он чувствовал хрупкие позвонки, стоит сжать чуть-чуть сильнее, и она закричит от боли. Вместо этого Сергей продолжал поглаживать её затылок, наклоняя к себе, так, что в конце концов, она оказалась прижата щекой к его виску.

- Я прошу помочь, не нужно мешать мне, Ин. Все равно же узнаю, и если окажется, что карта у тебя, а ты молчала… - от горячего дыхания, пошевелившего волоски за ухом, и того, что его губы при этом почти касались мочки, мгновенно покрасневшей от такого внимания, девушка вздрогнула, но сдвинуться с места не смогла. Почему-то было даже не страшно, а жарко, душно и неудобно. Хотя, в этом Инна сама себе призналась, почти приятно.

Сергей специально не стал договаривать, зная, что неизвестность пугает намного больше самых изощренных угроз. Он слегка подул на сережку-цепочку с маленькой подвеской в виде ажурного листика. Мелкие прозрачные камешки засверкали, дробя свет на лучики, которые тут же заметались по белой коже её шеи.

Вот зря он утром полез будить её поцелуем. Черт дернул, ведь сам за пару минут до этого говорил себе, что нельзя в Инке видеть девушку, пусть так и остается Женькиной сестрой, а сорвался. И теперь обращал внимание на все мелкие жесты – и как она держала чашку, сжимая горячую керамику небольшой, чуть пухленькой ладонью, и что широкий вырез туники нет-нет, да и сползет, на секунду приоткрывая ключицу и округлое плечо. И как, задумавшись, начинает прикусывать нижнюю губу. И что, когда нервничает, сама того не замечая, накручивает прядь волос на указательный палец.

Вроде, ничего такого, но симптомы тревожные…

Инна же сидела, боясь шевельнуться. Кто его знает, этого маньяка, как он отреагирует на её движение. Но отвлечь все-таки следовало – пусть ей и нравилось ощущение от его щекочущих кожу губ, идти на что-то большее девушка не собиралась.

- Я и не отказываюсь, - говорила она очень тихо, поэтому как срывается голос, не было слышно. – Просто хочу знать, что с моим братом все в порядке.

- Ладно, - он отодвинулся на несколько сантиметров, но руку не убрал. Вынув из кармана мобильник, быстро нашел нужный контакт. Пока в трубке слышались гудки, Сергей, тяжело, недовольно выдохнул и отпустил свою жертву. Инна этим тут же воспользовалась, вскочив со стула, словно тот загорелся. Да, а девочка-то неприрученная…

- Привет. С тобой тут кое-кто хочет поговорить, - Тихонов, не выслушав ответ друга, протянул телефон Власовой. Хотя это было и не то, на чем она настаивала, но Инна сразу схватила мобильник.

- Женюш, у тебя все хорошо?

- Да, все в порядке, не переживай. Ты как? – голос у брата был встревоженный, что девушку совсем не успокоило.

- Нормально, - она покосилась в сторону стоящего рядом Сергея, но тот не отошел, поэтому ей самой пришлось выйти с кухни. – Жень, во что ты ввязался?

- Ничего особо серьезного, - хмыкнул он, но сестру не убедил. – Зато ты нам все поломала…

- Ну, знаешь! – теперь, когда острая до слез тревога за него немного отступила, Инка почувствовала, как её охватывает злость. – Ты ничего мне не объяснил, использовал втемную, ещё и претензии высказываешь?!

- Ин, если бы был выбор, я бы тебя ни в коем случае в это не впутал, но ты единственная, кому настолько доверяю, вот и пришлось. Ты мне другое скажи – где карта памяти?

- Очень приятно, что так обо мне переживаешь, даже ни о чем другом говорить не можешь! – девушке стало до того обидно, что захотелось расплакаться – она тут места себе не находит, да ещё и вынуждена жить с какой-то темной личностью, которая так и норовит подсесть поближе, а брата интересует только этот носитель!

- Когда все закончится, ты на меня будешь орать, сколько захочешь, честно. А пока мне очень нужно, чтобы ты отдала ее Сереге, - Женька был расстроен и не скрывал этого, но и тему не менял.

- Да нет её у меня! Ищи там, где оставлял, - краем глаза она заметила стоящего, прислонившись к косяку, Тихонова и с трудом сдержалась, чтобы не кинуть в него чем-нибудь. Хоть тем же телефоном, например.

- Я её в сумке оставлял, - теперь и он повысил голос. – Думай, может, вынимала из неё что-то, случайно уронила?

- Что мне могло понадобиться в твоих вещах? Но там рылся твой друг, поэтому спроси у него – вдруг он случайно забрал, а потом память отшибло! – Инка хотела показать своему личного раздражителю язык, но воспитание не позволило. Как, впрочем, и чувство самосохранения.

- Исключено, Сереге это ни к чему, - Женька тяжело вздохнул. – Главное, чтобы она не попала в чужие руки.

«Уж это я тебе гарантирую», - про себя подумала Инна, вспоминая, какие муки вытерпела, чтобы спрятать эту, так всем необходимую вещицу.

- Жень, где ты сейчас?

- Не могу сказать, но со мной все в порядке, через пять дней вернусь, и мы увидимся.

- Я буду звонить тебе каждый день, чтобы убедиться, что у тебя все хорошо, - девушка потерла занывший висок, собираясь с мыслями. – Если не ответишь, подниму на ноги всех, кого смогу.

- А вот этого не нужно, - Власов теперь заговорил жестким тоном, которого она от него никогда не слышала. – Ин, не вздумай никого в это вмешивать, я сам разберусь со своими проблемами, от тебя нужна только помощь в поиске карты.

- Ладно, вернешься, мы с тобой один на один поговорим, - девушка зло нажала на «Отбой» и повернулась к хозяину телефона.

- Убедилась? – Сергею хотелось как-то успокоить расстроенную Инну, но он не стал рисковать и подходить близко, вдруг его опять переклинит? Девчонка и так уже шарахается, да и для его спокойствия лучше держаться подальше, незачем испытывать собственное терпение.

- Нет. Я говорила о личной встрече. Пока я знаю только, что мой брат жив, - она отдала мобильник и развернулась в сторону кухни.

- Не понял, - Тихонов взял её за локоть, не давая уйти. – Ты же мне вчера сказала, что поможешь, после того, как поговоришь с братом. Хочешь, пообщайся с ним через скайп.

- А за монитором будет стоять кто-нибудь с оружием? – выдернуть у него свою руку она не смогла, поэтому осталась на месте, только воинственно вздернула подбородок.

- Паранойя. Надеюсь, это лечится… И что ты теперь собираешься делать?

- Так или иначе, но Женька у тебя. Буду искать вашу карту памяти. Хотя и не представляю – где, - близость к Сергею начала действовать ей на нервы, к тому же снова вызывая приступ смущения, и девушка сделала шаг назад, намекая, что неплохо было бы её отпустить.

- И с чего ты собираешься начать? – он попытался не отвлекаться на ощущение её тела под пальцами, но все равно получалось не очень хорошо. Так что единственное, что сделал - старался не сильно сжимать мягкую кожу, подозревая, что синяки на ней появляются чуть ли не от одного взгляда.

- С того, что помою посуду. А потом нужно забрать из автосервиса мою машину. И спросить у тех, кто в ту ночь её принимал, не заметили ли они выпавшей ерундовины.

- Иди собирайся, сам помою, - девушку все-таки пришлось отпустить, вон как недовольно глазищами сверкает. – А почему ты не спрашиваешь, где именно спрятали Женьку?

- Потому что ты все равно не ответишь, - напоследок огрызнулась Инна, вприпрыжку поднимаясь по лестнице и морщась от боли.

- Правильно понимаешь, - хотя для того, чтобы она его услышала, приходилось кричать, ответил Сергей.

Наверху все было тихо несколько минут, а потом послышались торопливые шаги, и девушка высунулась через перила, опасно свешиваясь вниз.

- А что он там говорил о пяти днях? Почему вы ограничены во времени?

Тихонов вытер тарелку и повернулся к Инне:

- Потому что через пять дней произойдет одно знаменательное событие. А именно – заключение договора с крупным заказчиком.

- Значит, сумма контракта большая… - девушка почесала нос и о чем-то задумалась.

- Несколько сотен миллионов долларов, - он не мог понять, что именно насторожило рыжую, но решил ответить на вопросы – кто знает, может она свежим взглядом увидит что-то, упускаемое ими.

- А срок?

- Полтора года.

- Но тогда попытка сейчас перехватить у вас эти документы вообще не имеет смысла. За это время даже линию не настроить, не то, что выйти на производство. Если только… - Инна ещё пару секунд поразмышляла, а потом тряхнула кудряшками. – Нет, бред, - и скрылась на втором этаже.

- И что это вообще было? – на его вопрос никто не ответил, поэтому Сергей последовал примеру рыжей – мотнул головой и ушел собираться.

- А почему ты не на работе? – Инна старалась не смотреть на водителя, упрямо разглядывая покрытые инеем деревья, словно ничего более захватывающего в жизни не видела.

- Потому что сегодня суббота, - Сергей же, наоборот, постоянно наблюдал за расположившейся на соседнем кресле девушкой. Власова на такое пристальное внимание никак не реагировала, а может, просто не замечала.

- Ааааа…

- Тебе в институт сегодня идти? – до автосервиса оставалось буквально несколько сотен метров, но наметенные за ночь сугробы не давали нормально проехать, поэтому пришлось плестись черепашьим шагом в общей веренице.

- Нет. В понедельник нужно, - Инка вспомнила, что со всеми этими доморощенными тайнами не сказала брату о своем отъезде в Мюнхен.

- Хорошо. Значит, все выходные будем заниматься делом.

Девушка никак на это заявление не отреагировала, размышляя о том, что ей показалось странным ещё вчера днем. Просто все произошло так быстро, что нормально задуматься об этом она смогла только сейчас. Тот самый грабитель, который на неё напал. Почему он рылся в комнате родителей? Понятно, что мог просто заглянуть в первую попавшую дверь, но если его так интересовали Женькины вещи, разумнее было бы перевернуть все в его комнате. Или у самой Инны – у кого ещё искать карту памяти, как не у студента-программиста? Однако незваный гость упорно копался в вещах родителей…

- Приехали, - Сергей заметил, что она о чем-то глубоко задумалась, и во время движения отвлекать не стал, мало ли какие там думы бродят в девичьем разуме…

Власова оглянулась и с трудом узнала автосервис, который видела всего один раз и то глухой ночью. Однако ядрено-красные ворота, поразившие её воображение ещё в прошлый визит, не давали усомниться.

- Говорить буду я, ты пока с машиной разберись. Кстати, лучше бы поставить её в гараж и пока особо не отсвечивать, - он открыл пассажирскую дверь и помог ей выйти.

- Позволь, я сама решу, что делать со своим вещами, - попытка распоряжаться её собственностью девушке не понравилась, о чем она сразу и сообщила.

- Так будет удобнее и безопаснее. Все равно одной тебе лучше нигде не появляться, - Тихонов обнял Инну за талию, удерживая на скользком тротуаре. Не сказать, что она была счастлива от такой близости, но и не отдергивалась, что уже радовало.

- Я подумаю.

В самом помещении было довольно тепло, и грохотала музыка, из-за которой они все никак не могли докричаться до перемазанного в машинном масле молодого человека, планомерно разбиравшего убитую «копейку» под творчество группы Rammshtein.

Когда же любитель немецкого тяжелого рока, наконец, обратил на них внимание, Инну ждало разочарование – её машина ещё не была готова, и в ближайшие несколько дней такое вряд ли возможно. Как выяснилось, что-то случилось с двигателем (что именно, она не смогла бы понять даже под угрозой расстрела), нужную деталь заказали, привезут только послезавтра. Плюс, время на сам ремонт, короче, увидеть свой автомобиль ей грозило, примерно, через неделю.

- Но мне сказали – два дня… - Инна жалобно посмотрела на механика, но тот только развел руками, мол, в этом случае автомедицина бессильна.

Пока девушка общалась с чумазым слесарем, Сергей успел отыскать одного из добрых молодцев, дежуривших в ту ночь. Здесь тоже ничего не обломилось – парень сначала долго не мог понять, что именно от него хотят, а потом, пожав плечами, предложил поискать на полу – если что-то выпало, оно до сих пор там. Оглядевшись вокруг, Тихонов понял, что тут может найтись практически все, что угодно – от флешки до прикопанного трупа – ибо последний раз убирали пол здесь так давно, что, за давностью лет, об этом событии смогут вспомнить только старожилы.

Присоединившаяся расстроенная девушка показала, где именно она вытаскивала сумку, но, естественно, ничего похожего на объект поисков там не было.

- Значит, не здесь, - Инна вышла на улицу, и задумчиво посмотрела вверх, наблюдая за тем, как дым от трубы ТЭЦ опускается вниз, словно прижатый к земле чем-то тяжелым. Наверное, все-таки потеплеет…

- И где ещё будем искать? - Сергей отвел прядку, лезущую ей в глаза и заправил её за ухо. – Где ты ещё была?

- Дома. В институте. Все. Предлагаю начать с дома. Только сначала нужно заехать в хозяйственный магазин, купить замок, - девушка хоть и боялась увидеть, что в её отсутствие там кто-то побывал, но проверить квартиру нужно было обязательно. – Где-то у меня был телефон мастера… - она закопалась в контактах мобильника в поисках номера умельца.

- Поехали, я тебе его сам сменю, а ты пока хорошо все осмотришь, вдруг вчера что-то с перепуга не заметила, - не то, чтобы ему так хотелось заниматься сменой замка, но лучше это сделает он, а Инна пусть ищет микроSD. И хотя уверенность в том, у кого находится искомый объект, росла с каждой минутой, что ж он сыграет по её правилам. До тех пор, пока его это будет устраивать. А вот потом правила поменяются, и Инночке придется их принять.

На то, чтобы добраться до её дома ушло ещё больше времени и нервов, потому, Инна, наученная горьким опытом проживания в одном помещении с отцом и братом, под руку не лезла и советы не давала, предоставив Сергею, выбравшему какую-то устрашающую конструкцию повышенной надежности, самостоятельно прибивать себе пальцы. Пока парень, вполголоса перебирающий родословную изготовителя замка, пытался присобачить его на место, Власова симулировала бурные поиски флешки. На самом же деле она занималась укладкой вещей, которые понадобятся, когда придет пора улетать в Мюнхен. Неизвестно, сколько ещё будет продолжаться этот дурдом, потому лучше подготовиться заранее.

Ещё раз проверив все, Инна снова пожала плечами – ничего не пропало. Была выброшена одежда из маминой секции шкафа, явно копались в комоде с постельными принадлежностями, но стоящая почти на самом видном месте шкатулка с её украшениями никаких потерь не понесла. Особо дорогих изделий у них и не было – ни мать, ни дочь страсти к шедеврам ювелиров не испытывали, предпочитая серебро и качественную бижутерию, но и они остались нетронутым.

Торопливо уложив в пару тайком притащенных из кладовки чемоданов то, что могло понадобиться на время учебы, Инка села перебирать всякие мелочи, все ещё делая вид, что ищет Женькину карту. Сергей время от времени отрывался от своей разрушительной деятельности по встраиванию замка и заглядывал, чтобы проконтролировать, чем занята его подопечная. Девушка решила не расстраивать своего соглядатая, сосредоточенно копаясь в мелком хламе и периодически вставляя какую-нибудь флешку в специально для этого захваченный ноутбук.

- Что-нибудь нашла? – Сергей приоткрыл дверь и засунул голову, внимательно осмотрев кучку всякой электронной дребедени на ковре, посреди которой восседала мрачная, как идол на капище, Инна.

Поскольку этот вопрос прозвучал в пятый раз, у неё появилось огромное искушение, дотянуться до двери – пусть даже и больной ногой – и хорошенько так по ней пнуть, крепко приложив Тихонова по шее. Но она смогла побороть этот соблазн, только метнула недовольный взгляд, выражающий все обуревавшие её чувства и эмоции.

- Понятно. Ну, не буду отвлекать, - голова втянулась обратно в коридор, и Инна снова осталась наедине со своим программерским богатством. Пользуясь тем, что он в ближайшие пару минут точно не заглянет, девушка поспешила проверить, как там её тщательно хранимое и лелеемое детище. Все было в порядке, датчик показывал циферку «0» в графе «Попытка несанкционированного доступа», и Власова, облегченно вздохнув, закрыла программу. Нет, все-таки тот, кто первым придумал прятать вещи на видном месте, был гением. Интересно, за тем, куда она заходит, уже присматривают, отслеживая через IP, или нужно будет давать подсказки? Не хотелось бы, но для исполнения её плана придется рискнуть. Хотя, ещё сутки на самостоятельные поиски она им даст, а потом…

Пока Сергей уродовал входную дверь, Инна нашла всю необходимую информацию и вот эти следы тщательно подтерла. Некоторые вещи лучше не светить, пусть считают, что она примерный и послушный ребенок, выполняющий все распоряжения и веления взрослых.

В это время Тихонов, наконец, закончил насилие над дверным полотном, и теперь гордо рассматривал свою работу. Ну, если смотреть, чуть наклонив голову, то вполне даже ровно… Вымыв руки и заглянув в холодильник, он с некоторым недоумением нашел там только целый пакет яблок настолько зеленого цвета и вида, что у него сразу скулы свело, довольно богатый выбор сырых овощей, чуть подвявший большой пучок петрушки (или это сельдерей?) и мааааленький кусок сливочного масла. Странно, она что, только этим силосом питается? Ведь умеет же готовить…

Чтобы прояснить этот момент, он снова вернулся в комнату девушки и застал интересную картину – рыжая лежала на полу, почти полностью засунувшись под кровать, и что-то там тихо, но злобно бормотала. Бороться с любопытством сил не было, потому Сергей тоже полез в подкроватье, заинтригованный её странными действиями. Там было вполне чисто, только далеко в углу, за ножкой, спряталось что-то вроде носка. Именно к нему и тянулась Власова. Встретившись в такой интимный момент взглядами с Тихоновым, Инна замолчала, только округлила в удивлении глаза.

- Ты что тут делаешь? – почему-то говорила она шепотом.

- А ты? – Сергей тоже понизил голос, подползая к ней чуть ближе. Девушка завозилась всем телом, пытаясь выбраться оттуда задним ходом, но он успел ухватить её за плечо.

- Браслет уронила, он под кровать закатился, - Инна продемонстрировала тускло сверкнувшее в полумраке украшение. – Ты чего сюда полез? Следишь за мной?

- Конечно, - отрицать смысла не было, она и так это прекрасно знает, просто нужно уточнить и четко обозначить позицию. А вот проверить, что там спрятано в носке, обязательно нужно. Конечно, маловероятно, что именно туда рыжая спрятала карту памяти, но женская логика вообще замысловата…

- Понятно. Пусти, - девушка кивнула на его ладонь, переместившуюся ближе к её шее. От его теплых пальцев тут же поползли мурашки по спине, и Инне это не нравилось. Точнее, нравилось, но не так. Или не тут. Или не с тем. А, блин, как же все это странно и не вовремя!

Пока она пыталась упорядочить мятущиеся мысли, Сергей придвинулся ещё ближе, положив вторую ладонь ей на щеку, и поцеловал. Мягко, без напора, просто осторожно касаясь ртом нежных губ. Конечно, если бы она попыталась оттолкнуть, он бы отпустил. Наверное. Но Инна не отдернулась, хотя и не подалась к нему, замерев на месте. Не встретив сопротивления, Сергей усилил нажим, заставляя разжать сомкнутые губы, лаская их, пробегая кончиком языка по краю зубов, ныряя глубже…

Инка же вообще не совсем поняла, что это было – ещё пару секунд назад она переглядывалась с ним, а теперь целуется со своим врагом! Которого надо оттолкнуть и вообще прекратить это безобразие! А, ладно, вот ещё минутка-другая и обязательно начнет вырываться… Браслет, тихо звякнув, выпал из разжавшихся пальцев, а сами они через пару секунд легли ему на скулу.

Когда желание стиснуть в ладони рыжие кудряшки и потянуть девушку на себя, лишая возможности отодвинуться и малейшего расстояния между ними, стало особенно сильным, таким, что кисти рук стали подрагивать, Сергей отодвинулся, напоследок проведя носом по виску, глубоко вдыхая исходящий от неё запах. Почему-то пахла Инна молочной ириской. И хотя он никогда не любил сладкое, её хотелось если не съесть, то хотя бы попробовать. Например, провести языком по ключице и выше, к шее, прикрытой обычно пушистыми прядями, а потому, когда девушка поднимала волосы, собирая на затылке, казавшейся особенно уязвимой и беззащитной.

Поняв, что сейчас не лучшее время, Сергей попытался отшатнутся от все ещё зажмурившейся девушки, но забыл, что и место тоже, мягко говоря, мало способствует романтике – от удара его макушки о перекладину, удерживающую матрас, пошел гул и подозрительный треск. Инна резко распахнула глаза, удивленная таким звуковым сопровождением и имела удовольствие понаблюдать, как Тихонов, прикусив губу, чтобы не выругаться, остервенело трет затылок.

- Ты… Ты зачем..?

- У тебя кровать низкая, не развернуться!

Вообще-то она спрашивала совершенно о другом, но такой ответ дал возможность выйти из неловкой ситуации с минимальными потерями для её «эго», потому Инна сразу ухватилась за предложенную тему, стараясь напрочь игнорировать сам факт поцелуя.

- Вот и не нужно было под неё лезть, - фыркнула она, схватив носок и браслет, и шустренько покинув место свершения их первого настоящего поцелуя. Ветеринарка не в счет, она там его чуть не покусала, к тому же – находилась в почти бессознательном состоянии. И вообще – ей уже двадцать один, а из-за такой ерунды краснеет, как двенадцатилетняя! Девушка натянула на левое запястье украшение, кинула носок на покрывало и, пользуясь заминкой Сергея, все ещё выползающего из-под кровати, юркнула в ванную.

Перехватить он её не успел, потому замер перед захлопнувшейся дверью.

- Ин, выходи.

- Отстань, - девушка поплескала в лицо холодную воду, тщетно пытаясь остудить огнем горящие щеки. Вот что она за неумеха – целоваться и то толком не научилась, не говоря уже обо всем остальном, теперь краснеет от его малейшего прикосновения. Другие в её возрасте уже детей имеют, вон та же Ленка, например, а Инночка так ушла в науку, что по части интима продвинута чисто теоретически и то исключительно благодаря сопливо-розовым дамским романам, которые в юности читала тайком от мамы, прикрывшись учебником по ядерной физике.

- И не подумаю, - Сергей устроился на полу, прислонившись спиной к двери. – Все равно долго там сидеть не сможешь.

- Здесь есть вода, канализация и можно спать в ванне, постелив полотенца и накрывшись халатом, - не успела Инна договорить, как спина заныла, уже заранее не согласная с такими жесткими условиями. Её недовольство поддержал ушибленный копчик, на котором все ещё красовался довольно крупный синяк.

- Но нет еды.

- Заодно и похудею, - ну вот, теперь и есть захотелось…

- Зачем? Делать тебе нечего… - Тихонов ещё раз поскребся в дверь. – Слушай, серьезно, выходи давай. Что ты, как маленькая?!

- Выйду, если пообещаешь больше не приставать, - хотя Инке и безумно нравилось с ним целоваться, но у неё важная миссия, значит, нужно взять себя в руки и прекратить это безобразие. Потому что время и объект были совершенно не подходящими.

- Да кто к тебе приставал?!

Ему ответом была тишина.

- Господи, дите дитем… Ладно, обещаю, - Сергей на всякий случай перекрестил пальцы, чувствуя, что и сам скатывается до уровня школьника.

Дожил, после его поцелуя девчонка сбежала и заперлась в ванной. Если она там чистит зубы, вообще со стыда сгореть можно. Наверное, теряет квалификацию…

Дверь распахнулась так неожиданно, что парень рухнул на пол. Хорошо, что Инка стояла прямо за ней, так что хоть не ударился многострадальным затылком, вместо этого он улегся им ей на тапки.

- Кидаться мне в ноги совсем не обязательно, - переступать через лежащего Тихонова она сочла некультурным, потому проползла по стеночке, обходя это непредвиденное препятствие. – Мы договорились, поэтому держи руки при себе.

Девушка шмыгнула обратно в комнату, не став проверять состояние здоровья пострадавшего. Нафиг-нафиг, он вызывал у неё слишком яркие и противоречивые эмоции…

Чем занимался следующие полчаса Сергей, она не знала, заставив себя закончить разбор завалов в шкафу, хотя и продолжала прислушиваться. Но за дверью было подозрительно тихо, что нервировало ещё больше. Не переставая машинально ловить посторонние звуки, Инна, пытаясь успокоиться, полезла в мобильник. Ничего нового там, конечно, не было, но лучше ковыряться в нем, чем прилипнуть ухом к двери. Машинально включив аську, она на секунду замерла, заметив зеленую ромашку напротив единственного контакта. Дело в том, что в ICQ у неё было два профайла, один – на ноуте, второй в мобильнике. И о существовании второго знал только один человек – Женька. Она вцепилась в сотовый, боясь обмана зрения, но привычный возглас и значок письма, содержащего нелепые, на первый взгляд, слова, убедили в реальности происходящего.

- Иди ты! – Ленка от изумления даже не обратила внимания, что Егорка, ползающий по комнате, загнал в угол персидского кота, и теперь с радостной улыбкой тянулся, собираясь вцепиться махонькой ладошкой в длинную шерсть Митрона. Животное, и так довольно пучеглазое от природы, в ужасе вытаращилось, и попыталось забиться в щель за диваном, но пятисантиметровый зазор при всем желании не смог бы вместить его почти семь килограммов живого веса. – Ты серьезно?!

- Да, - Инна в последний момент подхватила на руки кота, чем вызвала недовольное хныканье мальчика. – Я сама долго поверить не могла, поэтому вчера ничего и не сказала. Но, похоже, все серьезно, документы у меня уже забрали, сейчас оформляют визу. Так что, как минимум, на полгода уеду в Германию.

- Вот даже не знаю, что сказать. Я за тебя очень рада, а вдруг ты там и останешься… - Лена вздохнула, и выдала сыну большой твердый бублик, который он предпочитал всяческим прорезывателям зубов.

- Я тоже буду по тебе скучать, - Власова отпустила Митрона, который тут же поспешил спрятаться от испытывающего к нему нездоровую страсть Егорки. Девушка обняла подругу, не зная, как ещё выразить свои чувства. – И по тебе, - она погладила малыша по крохотному пухлому кулачку.

- Ты только не вздумай из-за нас отказаться! – Лена отклонилась, грозно глянув на Инку. – А то хватит ума! Ты у нас самая умная, так что хоть справедливо, а то вечно каких-нибудь профессорских выдр отправляют.

- Вообще-то я тоже профессорская выдра, - умение подруги подбирать эпитеты и прозвища в который раз повеселило и немного разрядило мрачную атмосферу.

- Ты – умная выдра, потому не считается. Подожди, это ты с Константином Дмитриевичем поедешь?! – Лена сейчас, как никогда стала похожа на собственного кота – глаза, как блюдца, короткие волосы встопорщены.

- Да. А почему – вместе?

- Так он же тоже уезжает на этот семестр, а к нам кого-то из их педсостава пришлют. Подрууууга… Представь – вы будете несколько месяцев почти неразлучны. У тебя такой шанс!

- Угу, - Инна кисло улыбнулась, вспоминая холеного красавца-преподавателя. Но вместо этого почему-то постоянно представляла Сергея. Вот что за напасть, а? И ведь он ей даже не нравится! Ну, почти…

Внешне Тихонов, конечно, очень даже ничего, но он наглый, вредный, и вообще – хам!

А Костик (так она называла препода исключительно в мыслях и почему-то от этого внутренне морщилась) - настоящий джентльмен. Вежливый, обходительный.

Маятник предпочтений качнулся в сторону Эрмидиса.

И потребовал выгнать на мороз кошку, а Сергей ночью без разговоров повез их с Машкой к ветеринару…

Равновесие снова было восстановлено.

И Тихонов курит! Это минус. Зато целуется классно…

Ааааааа, блин!!!

- Ин, ты меня сейчас реально пугаешь, - Ленка настороженно смотрела на подругу, которая остекленевшими глазами рассматривала что-то в углу. – Прям хочется медицинскую энциклопедию полистать, чтобы узнать, что с тобой…

- Не нужно, - Власова тряхнула головой, отгоняя видение и Эрмидиса, и Тихонова. – Вспомни про героя Джерома.

- Вот теперь верю, что все хорошо, если ты умничать начала, - Лена немного успокоилась. – Я понимаю, что ты пока немного в шоке, но ведешь себя странно…

- Слушай, вот как понять, когда мужчина врет? – решилась Инна. Этот вопрос не давал ей покоя со вчерашнего дня.

- Ну, ты спросила… Тому, кто найдет ответ, может, Нобелевскую и не дадут, но по гроб жизни обеспечат. А с чего такой вопрос? Ты с кем-то встречаешься?! Инка… Колись!

- А почему ты так удивляешься? Что мне, нельзя с кем-то встречаться?!

- Тебе не нельзя, а жизненно необходимо начать с кем-то встречаться, - Ленка вскочила, уже на чистом автомате приглядывая за пытающимся поймать мячик сыном. – Глянь на себя. Красивая девка, а одеваешься, как монашка. Сейчас исправим!

- Лен, не надо!

Но возражение опоздало – если Леночка что-то надумала, переубедить её было крайне трудно. Чаще других в этом убеждался её, ныне находящийся на работе муж, но его спасала только искренняя любовь со стороны супруги, которая ради него могла пойди на уступки.

Следующие полчаса молодая мама заставляла подругу примерять все вещи, которые, как говорила Ленка, «после её родов как-то подозрительно усохли»...

- Тебе же в понедельник на экзамен идти, - канючила Инна, пока подруга шнуровала на ней топ-корсет. – Давай лучше по билетам пробежимся, а?

- Молчи и живот втяни! – резкий рывок заставил Власову подавиться следующей фразой и в ужасе вытаращиться на свою грудь, которая почему-то мигрировала в район ключиц. – Ой, наверное, перестаралась… Но смотрится классно.

Ответный взгляд Инны заставил поспешить расшнуровать корсет и дать жертве пару минут передышки.

- Ты так и не сказала, кто он, - Егорка начал капризничать и тереть глазки, потому стилистическая пауза затягивалась.

- Да нечего рассказывать, я ни с кем не встречаюсь, просто поинтересовалась, - ведь, действительно, нельзя сказать, что они с Сергеем встречаются.

Просто в одном доме живут.

Да, так звучит ещё хуже…

- Ну, не хочешь рассказывать, дело твое, - Лена надула губы, перейдя на шепот в попытке убаюкать сына. Но Егорка продолжал хныкать, не желая засыпать.

- Не говори глупостей, сказала же, что нет никого. Давай я попробую, - Инна осторожно, как и всегда, когда касалась крестника, перехватила тяжеленькое тельце в расписных ползунках и начала что-то напевать, укачивая малыша. – Иди пока обед готовь, - пришлось шикнуть на жаждущую продолжения рассказа Ленку, которая все ещё стояла рядом. Она уже давно доверяла подруге и убаюкивать, и переодевать своего сынишку, но все равно предпочитала быть рядом. С материнским инстинктом не поспоришь…

- Ладно, все равно расколешься, - фыркнула Лена, погладила Егорку по щечке и ушла на кухню греметь кастрюльками.

- Мама у тебя суровая, да? – Инна наклонилась к посасывающему пустышку мальчику, который перестал плакать, но и засыпать не спешил. – Вот, делай выводы.

Выводы он делать не стал, зато сделал кое-что другое, отчего ей пришлось искать влажные салфетки и менять ему подгузник. Инне нравилось возиться с Егоркой, но каждый раз, когда девушка думала о том, что и у неё когда-то будут свои дети, почему-то цепенела от страха и плохих предчувствий. Слишком уж большая ответственность. И вообще – рано, вот ближе к тридцати…

В конце концов, она переупрямила своего крестника, но не торопилась идти на кухню, точно зная, что Ленка устроит ей допрос с пристрастием. Продолжая сидеть, свернувшись, в кресле-качалке, Инна про себя хмыкнула на высказанное некоторое время назад предположение подруги о крайней степени романтизма. Причем, прозвучало это примерно, как «кретинизма». Власова так и не смогла тогда переубедить Лену, что не ждет того самого единственного и неповторимого. И хранить целомудрие до первой брачной ночи тоже не намерена. Просто не встретился ещё человек, которого бы она действительно захотела, а ложиться в постель просто для «галочки», было противно, да и унизительно с точки зрения собственного достоинства.

И назвать её романтичной барышней тоже можно было бы только, если сильно польстить. Или поиздеваться. Вот, казалось бы – тот же Константин Дмитриевич. Идеальный на первый взгляд кандидат, влюбляйся на здоровье. Так нет же, начала проводить исследования и выделять какие-то плюсы и минусы… Будь на её месте любая другая девчонка с их потока (кроме, разве что Ленки – и та на него по привычке слюни пускала) уже строила бы планы охмурения и неделю не мыла руку, которую он пожал.

Нет, романтики в ней все-таки серьезный недобор.

Глянув на часы, Инна уложила уже давно уснувшего Егорку в кроватку и на цыпочках вышла из его комнаты. Ленка, негромко подпевая включенному радио, готовила плов, сосредоточенно помешивая вкусно пахнущее содержимое довольно большого казана.

- Уснул?

- Да. Лен, мне скоро идти нужно, - Инка присела на табурет, стараясь держаться подальше от деятельной подруги. Та, когда готовила, всегда полностью погружалась в процесс и могла ненароком наступить на ногу или чуть-чуть ошпарить. Были прецеденты.

- Значит, не хочешь рассказывать, с кем так зажигаешь, что дома не ночуешь… - разочарованно и даже немного обиженно протянула Ленка, сосредоточенно вылавливая разбухшую ягодку барбариса.

- С чего ты взяла, что я дома не ночую?!

- Я тебе звонила вчера в половине одиннадцатого. Ладно, не желаешь делиться, дело твое, - она чуть повысила голос, не давая себя перебить. – А, возвращаясь к твоему вопросу, хочешь что-нибудь узнать у мужика – напои, накорми…

- … в баньке попарь, - продолжила Инка, включаясь в декламирование сказки.

- Нет. Рядом с собой уложи, - хмыкнула Ленка и показала подруге язык.

- Тебя не исправишь, - Власова покачала головой и быстро набрала Сергею сообщение, что готова отчаливать. Через минуту пришел ответ, являющий шедевр эпистолярного жанра: «Ок».

- Меня не надо исправлять, я как раз вполне исправная. А когда в твоем возрасте…

- … и при моей красоте… - подсказала Инна вошедшей в раж подруге.

- … и при твоей красоте, - Лена замахнулась на неё полотенцем за попытку присвоить себе её слова и лавры, - девчонка сидит дома и гробит здоровье за компьютером, это ненормально!

- Все поняла и прочувствовала, сделаю, - Власова разве что честь не отдала, так горячо соглашалась, кивая в такт каждому звуку. – А теперь сними с меня эту сбрую, - она показала подбородком на все ещё ощутимо стискивающий ребра корсет.

- Зачем? Тебе и так хорошо.

- Шнуровка сзади, кто его мне расстегивать будет? – Инна попыталась дотянуться до застежки сама, но потерпела неудачу – она могла коснуться её кончиками пальцев, но о том, чтобы освободиться из этого пыточного приспособления самостоятельно и речи идти не могло.

- Вот и я о том же, - проворчала Лена, но послушно зашла за спину и проворно ослабила шнуровку. – Теперь сможешь?

- Да, - Власова вернулась в комнату, проверила сладко спящего крестника и быстро переоделась в свое. Да, тот наряд ей, конечно, шел, делая талию подозрительно тонкой, грудь высокой, а глаза – большими (они расширялись сами собой, когда девушка пыталась вдохнуть, но встречала непреодолимое препятствие), и все же, одеваться таким образом чревато. Сама только несколько часов назад стребовала с Тихонова обещание не приставать, а теперь явится в таком виде. Хотя, узнать его реакцию было бы интересно…

- Тебе кто-то звонит, - заглянувшая в комнату Ленка говорила шепотом, чтобы случайно не разбудить свое солнышко.

- Сейчас посмотрю.

Звонил Сергей, но ответить Инна уже не успела.

- Лен, мы с тобой материал к экзамену так и не просмотрели… - в телефоне раздавались длинные гудки. Странно, почему трубку не берет?

- Да и так сдам, не зря же весь семестр у тебя в конспектах паслась, - подруга помогла застегнуть пуховик и обернула шею Власовой шарфом.

- Да? Ну, смотри… - в этот момент абонент перестал её игнорировать, и девушка отвлеклась на Тихонова. – Звонил?

- Да. Я у подъезда, - такая немногословность могла бы насторожить, но Инна была слишком занята своими мыслями, чтобы обратить на это внимание.

- Хорошо, я уже спускаюсь.

Ленка стояла рядом и ловила каждое слово, недовольно хмурясь от того, что в новом телефоне подруги был слишком тихий динамик и понять, о чем говорить её собеседник, не представлялось возможным.

- Это кто? – все-таки не вытерпела Ленка.

- Это Женькин друг.

- Таааак… А почему я о нем раньше не слышала?

- Потому что сама о нем узнала несколько дней назад, - Инна наклонилась, пряча лицо под предлогом надевания обуви.

- И он тебя уже встречает? Иннусь, ты не так безнадежна, как кажется, - выражение глаз Лены было настолько довольным, что Власова поспешила немного развеять её эйфорию:

- Ничего романтического, честно. Я для них кое-какую работу по профилю делаю, поэтому такая забота.

- Уууу… Жалко… Халтура хоть хорошо оплачиваемая, или Женька тебя развел на благотворительную деятельность?

Инка только рукой махнула, не желая обсуждать размер премиальных. А в том, что она с братика их стрясет, девушка не сомневалась. И теперь какой-нибудь ерундой он не отделается. И дело даже не в корысти, просто, когда в следующий раз решит ввязать её в сомнительное дело, пусть сразу представляет, чем ему это грозит. Жадным Женька никогда не был, но и в транжирстве его тоже не обвинишь, так что этот урок должен пойти исключительно во благо.

- Все, пора, пока меня не оставили дожидаться автобуса, - Инна чмокнула Ленку в щечку на прощание. – Если завтра не позвоню – не нужно объявлять розыск, значит, работаю. Ну, ни пуха, ни пера тебе в понедельник.

- Поняла. К черту!

Спускаясь по лестнице, Власова подумала, что неплохо бы проверить «следилку» программы. Не просто так же она рассказала обо всем брату. Если Сергей на самом деле его друг, Женька уже передал все Тихонову, то есть, с минуты на минуту можно ожидать первую попытку взлома. И намекать не пришлось, красота!

Но делать это при том, кто стоял, прислонившись к обледеневшей стойке детских качелей, которые нет-нет, да и поскрипывали на ветру, выдавая такой леденящий душу звук, что начинали разом ныть все зубы, девушка не рискнула.

- Извини, немного задержалась, - Инна остановилась, не доходя до него пары метров. Интересно, если сказать, что те, кто не носит шапку в мороз, рано лысеют, это будет уместно или нет? Так и не решив, она, на всякий случай, промолчала.

- Наобщались? – Сергей отбросил окурок в соседний сугроб и окинул её каким-то странным взглядом с ног до головы.

- Да… - девушка попыталась вспомнить – может, после переодевания что-то забыла? Вроде, все на месте… Ладно, в мужских странностях можно разбираться долго. Скорее всего, это Сергей молча психует от её самоуправства. Что ж, тем интереснее будет понаблюдать, что именно он сделает. Есть, конечно, риск нарваться на какие-нибудь нехорошие последствия ранения мужского самолюбия, но на такой случай у неё было, чем ответить на агрессию. Пока же Тихонов вел себя вполне разумно и пристойно.

- Садись, - он открыл ей дверь, пропуская в салон. Инна тут же расчихалась, но говорить ничего не стала – в конце концов, машина его, имеет право здесь курить, если уж так хочется угробить здоровье. – Больше никуда не нужно?

- Нет, - она искоса посмотрела на устроившегося за рулем мужчину. Даже странно как-то, почему он так спокоен? Или Женька не стал закладывать сестру? Сомнительно как-то… Это не совсем мирное затишье нервировало намного сильнее, чем если бы он начал на неё орать.

- Тогда едем домой.

Инна всю дорогу думала о том, что происходит, но ничего путного в голову так и не шло. Лезть с разговорами она не рискнула, предпочтя, может, и несколько трусливую позицию, но к проявлениям характера Сергея девушка готова не была, потому решила не задевать. И вообще сам план, ещё час назад видевшийся едва ли не гениальным, сейчас уже представлялся сомнительным. Хорошо рассуждать о том, на что пойдет мужчина, когда дома и в безопасности, но когда тот самый мужчина сидит рядом и как-то предвкушающе молчит…

Тихонов же молча радовался, что не стал сразу устраивать разборки. Как выяснилось, Инна намного больше нервничала, если ничего не говорить, зато многообещающе смотреть. Вон, уже изъерзалась вся. Значит, выбрал правильную тактику.

Их программисты уже занимались проблемой, так что, скорее всего, к вечеру можно будет начать разъяснительную беседу о недопустимости таких действий. Тоже Мата Хари нашлась – ведь не знала, куда лезет, и все равно сунулась! Хорошо, что за ней присматривали, а если бы не поднялся тогда вместе в ней? И вообще, что за манера – трогать вещи брата? Ну, лежала себе карта спокойно у Женьки в сумке, так обязательно нужно влезть!

Чувствуя, что снова начинает злиться, Сергей хотел взять сигарету, когда вспомнил о реакции девушки. Черт, даже покурить уже спокойно нельзя! Хорошо, что до дома осталось всего ничего, можно и потерпеть, но желание взять её за плечи и хорошенько так, до клацающих зубов, встряхнуть, усиливалось обратно пропорционально оставшемуся расстоянию. И останавливало его отнюдь не Женькино требование не лезть к его сестре, а понимание – она все равно ни в чем не признается, только будет молча таращить на него свои глазищи, пока Сергей не почувствует себя последней сволочью и совратителем несовершеннолетних.

Только благодаря этому они доехали, не начав выяснять отношения в машине, пусть и с существенным превышением разрешенной скорости. На въезде снова повторилась та же процедура личного приветствия с охраной и, наконец, когда у Инны нервы уже натянулись до состояния гитарной струны, внедорожник остановился на подъездной дорожке. Все так же молча ей вручили ключи, и девушка не стала особо задерживаться на улице.

В прихожей её поджидала изнывающая от тоски по хозяйке Машка, которая спала прямо на придверном коврике.

- Привет, хорошая моя, заскучала? - Инна поспешила снять верхнюю одежду и подхватить ластящегося котенка. Зверюшка от радости просто исходила мурлыканьем и мяла лапками плечо хозяйки, на которое тут же забралась, оставив на свитере пару затяжек. – Я тоже тебе рада, киса…

В мисочке у Машки не было даже признаков еды, но девушка теперь строго следила за тем, сколько ест котенок, все-таки не хотелось бы снова подвергать его здоровье опасности, поэтому она старалась не перекармливать.

Быстренько, пока Сергей возился на улице, Инна разогрела обед, покормила Машу и, торопливо поковырявшись в своей тарелке, сбежала наверх. Что-то ей совсем не нравилось поведение Тихонова…

Покурив и немного успокоившись, парень поставил авто в гараж и зашел в дом. Судя по тишине, девчонка слиняла наверх, прихватив своего плешивого зверя. Может, и к лучшему, ему нужно было кое-что обдумать и выработать стратегию, а когда она рядом, мысли уходили абсолютно в другую сторону, что бесило ещё больше. Хотя то, что она позаботилась о подогретой еде, все-таки добавляло ей плюсов.

Поев и походив туда-сюда по гостиной, Сергей решил нарушить покой Инки. В конце концов, он тут мечется, не зная, что предпринять, неплохо бы узнать, чем она там занимается. Постаравшись идти, как можно бесшумнее, Тихонов поднялся на второй этаж и прислушался. Тишина почти гробовая. Интересно, что же она там делает? Может, сидит, кусает губы и думает, что делать дальше? Тихо-тихо постучав в косяк и не дождавшись ответа, он приоткрыл дверь. Ага, как же – прямо сидит и нервничает!

Инна спала, свернувшись клубком под тонким пледом, придавлена сверху растянувшейся на её боку Машкой. В другой ситуации Сергей бы усомнился, решив, что она притворяется, но девушка не шевельнулась, когда он провел ладонью по её щеке, коснувшись кончиками пальцев приоткрытых губ. И что ему теперь с ней делать? По-хорошему, выпороть бы за то, что лезет, куда не просят, да ещё и врет потом, но и жалко, и какая-то правота в её действиях тоже есть. Да и сама идея с ремнем сразу уводила мысли в область эротических фантазий. Вот за что ему это, а?!

Будить её он не собирался, девчонка и так почти всю ночь не спала, да и встала намного раньше него, поэтому имеет право немного отдохнуть. Так и не решив, что предпринять, Сергей мотнул головой, прижался напоследок к распущенным прядям, огненной волной разметавшимся по подушке и глубоко втянул в себя её ирисочный аромат. Нормально, блин, это его уже от запаха рыжей плющить начинает… Неохотно поднявшись и погрозив пальцем проснувшейся и начавшей мурлыкать кошке, Тихонов собрался уходить, когда под ладонью Инны коротко завибрировал мобильник. Хотя в чужих телефонах рыться и не комильфо, но сейчас ему нужно было как можно больше информации о девушке, поэтому Сергей осторожно вытянул из-под чуть поджатых пальцев аппарат и посмотрел пришедшее сообщение.

В другой ситуации он, конечно, сдержался бы, но копившаяся полдня злость вместе с неудовлетворенным желанием составили гремучий коктейль.

- Это что?!

Инна вскочила, перепуганная раздавшимся над ухом рычанием, случайно стряхнув с себя недовольно заворчавшую Машку. Власова спросонья не могла понять, что ему нужно. И вообще, понятно, что это его дом, но должно же быть хоть какое-то уважение к личному пространству – какого черта Сергей делает в её постели, когда сама девушка спит?!

- Ты обещал стучаться! – Инка сдула со лба лезущую в глаза прядь и зло уставилась немного заспанными глазами на нарушителя своего спокойствия, не забыв натянуть плед по самую шею. Пусть она в обычной домашней одежде, которую даже имеющий самое бурное воображение не смог бы назвать соблазнительным неглиже, но все равно…

- Я стучал, у Машки спроси, - издеваясь, хмыкнул Сергей, не впечатленный метаемым в его адрес взглядам и сжатыми в кулачки руками. – Повторяю – что это такое?

Он развернул мобильник так, чтобы девушка могла прочесть сообщение. Инна чертыхнулась про себя. Нужно было его совсем отключить! Но что-то ответить нужно, поэтому она выбрала чисто женскую тактику.

- Это называется вторжением в личную жизнь! По какому праву ты трогаешь мои вещи, более того, читаешь не предназначенные тебе сообщения?! – она откинула покрывало и рывком приблизилась к немного опешившему от такого напора парню, почти столкнувшись с ним нос к носу.

- Нормально… - протянул Сергей. – Ты ещё меня хочешь сделать виноватым? Это при том, что взяла тебе не предназначавшееся, отмалчивалась и врала, а теперь ещё и высказываешь претензии?

- Ты это сначала докажи! – отступать было уже некуда, Тихонов явно знал об их с Женькой разговоре, и Инна в очередной раз усомнилась в правильности такой провокации. Вдруг у него нервы совсем ни к черту, прибьет её под горячую руку, а потом прикопает в сугробе… Тут никакие дружеские чувства не спасут, если довести его до бешенства. Но и терпеть подобное хамство она уже не могла.

- А это что, по-твоему?

- Ничего особенного, - Инна независимо дернула плечом. - У меня много всяких проектов, связанных с программированием, с чего ты взял, что это имеет отношение к тебе? – она быстренько удалила смс-ку с компрометирующей надписью: «Попытка несанкционированного доступа. Активирована первая ступень защиты».

- Да? Хорошо, - Сергей подхватил её одной рукой под грудью и усадил повыше на кровати, прислонив спиной к изголовью, и сам устроился рядом, положив одну ногу ей на колени, когда Инна затрепыхалась, пытаясь освободиться. – Тихо!

Девушка замерла и немного сжалась, не зная, чего ожидать от этого буйно помешанного. Ох, зря она остановилась именно на этом плане… Но кто же знал, что придется постоянно находиться под присмотром Тихонова?! По её задумке, Инка должна была оставаться в собственном доме. На худой конец, на время переселиться к кому-то из родственников, и этот приступ бешенства пережить на расстоянии. Но без этой составляющей, ничего бы не получилось – заинтересованные лица продолжали бы трясти её, пытаясь забрать карту памяти. А так – все заняты делом и не думают, с чего бы ей так легко признаваться, где у неё что спрятано. Главное, чтобы защита продержалась ещё хотя бы трое суток…

Пока Власова костерила себя за излишнюю самонадеянность и почти молила о скорейшем возвращении брата, наблюдая, как Машка, поняв, что эти большие странные существа не дадут ей поспать на хозяйке, улеглась на ковре возле батареи, Сергей набрал на своем телефоне номер их местного кудесника-программиста.

- Да, это я. Как успехи? Да ты что? И сколько минут назад? – при этом он не сводил глаз с Инны, которая в это время с предельным любопытством изучала плетение своего браслета. – Все ясно. Если будут какие-то новости, сразу звоните.

Девушка и так прекрасно понимала, что именно он ей сейчас скажет, но не стала мешать моменту его триумфа, больше похожего на позор.

- Представляешь, ровно пять минут назад, когда тебе пришло сообщение, наши работники пытались взломать защиту на твоей разработке. Ин, сколько там дают за создание и распространение вредоносных программ?

Так, значит, до вируса уже доковырялись. Плохо. Но терпимо, если учесть, что именно он поражает – на то, чтобы восстановить испорченное и найти антидот для её программки уйдет немало времени. Остается только надеяться, что до последней – четвертой ступени - они не долезут…

- Статья 273 УК. До трех лет плюс штраф до двухсот тысяч рублей. Только одно маленькое замечание – моя программа не может рассматриваться, как вредоносная, по той простой причине, что у неё нет необходимых и достаточных признаков вируса. Она не распространяется, не пытается незаметно проникнуть на контактирующие с ней ресурсы, более того – если кто-то захочет её внимательно просмотреть, это будет просто немного необычная программка защиты. В том числе от подбора паролей.

- То есть, она становится агрессивной…

- … только, когда её пытаются взломать. Но ты, конечно, можешь попробовать меня обвинить. Так в заявлении и напиши: «При попытке взлома, программа, разработанная госпожой Власовой, нанесла ущерб содержимому моего компьютера». Кстати, хакерство – это статья 272 УК, до двух лет. Но у вас отягощение – произведено группой лиц по предварительному сговору, да ещё и пользуясь служебным положением. Потянет на все пять, - поскольку Сергей и так собирался обвинить её во всех грехах, Инна решила, что это подходящий случай для принципа «помирать, так с музыкой». Но, на всякий случай, напомнила. – Если в течение часа я не отправлю подтверждение, то самое письмо с копией твоего паспорта будет отправлено адресатам.

- Иногда у меня руки чешутся тебя удушить, - признался Тихонов, наблюдая за девчонкой. Ведь боится, а все равно старается не показать. Молодец. – Ты предусмотрительная девочка. Что будешь делать, если информация будет у меня, а твой брат ещё не вернется? Ах, да – почему ты думаешь, что то письмо ещё не нашли и не обезвредили?

- Потому что оно будет отправлено с пары десятков компьютеров. Стоит вам пропустить хотя бы один, и все насмарку, - отодвинуться он ей так и не дал, но, странное дело, Инна уже пригрелась у него под боком и чувствовала себя вполне комфортно. В конце концов, если сразу шею не свернул, скорее всего, не тронет вообще. Тем более с такими мерами безопасности, которые она предприняла. – Твои программисты могут попробовать изъять информацию с виртуального носителя. Но ты сам видел, что это была первая ступень защиты. Если продолжите лезть, как медведь в малинник, при активировании последней сработает система оповещения, и вас поймают за руку хозяева сервера. Мне бы этого не хотелось, поэтому честно предупреждаю. Просто привезите Женьку. Если с ним все в порядке, я сама вам все отдам, мне эти секреты не нужны.

- Понимаешь, что если бы я был врагом, ты бы подписала себе смертный приговор? – Сергей сейчас даже больше психовал от того, насколько она подставляется. А если бы он, и в самом деле, был не на стороне её брата?! То, что она умная, парень и не сомневался, но безбашеннаяяяяя… Кто же так рискует?

- Понимаю. Только тебе нужно содержимое той карты памяти, поэтому разумнее меня не трогать…

- Да? Дура ты. Клиническая. Если учесть, сколько денег стоит на кону, через тебя переступят, даже не задумываясь. И через меня тоже. И письмо тут только в помощь нашим врагам – тебя достаточно даже не убивать, а просто изолировать. Меня заберут в предвариловку, а вот твоими защитными вирусами вполне можно пользоваться. Двойное удовольствие для плохих мальчиков. Так что карьера будущей великой программистки закончится, в лучшем случае, в каком-нибудь арабском борделе, ты как раз в их вкусе. Ну, или в другом укромном месте, настолько тихом, что даже труп не надут.

Чем больше он говорил, тем яснее становилось Инне, что Сергей прав. Это пока она разрабатывала стратегию, ситуация казалась ясной и предсказуемой, а сейчас все как-то представилось в гораздо более мрачных красках. От нарисованных картин девушку немного зазнобило, поэтому она попыталась съежиться, подтянув колени к груди, но Тихонов не дал это сделать.

- Дошло, наконец? Ну, слава Богу, значит, не зря день прожили. Учти, я тебя не пугаю, просто объяснил реальное положение дел. Не хочешь мне помогать – дело твое, но мешать не нужно. Поняла? Если защита настолько надежна, хорошо. Значит, отдашь все Женьке через три дня. Но до этого времени ты будешь безвылазно сидеть в этом доме, под моим присмотром, - он сжал её подбородок, не давая отвернуться. – Все ясно?

- Да. Но мне нужно в понедельник попасть в институт, - Инна, хоть и поняла всю глубину неприятной ситуации, в которую так неразумно сунулась, но и менять из-за этого свои глобальные планы не собиралась.

- Это так важно? – сам того не замечая, он сгреб её волосы и теперь пропускал пряди между пальцами.

- Да. Мне предложили учебу по обмену. Не хочу упускать такой шанс.

- Где именно? – почему-то мысль, что она в любой момент может исчезнуть на длительное время, ему очень не понравилась. Стокгольмский синдром, только наоборот, ё-моё…

- Германия, - Инна прикрыла глаза от удовольствия. Все-таки, приятно, когда тебе потихоньку перебирают волосы.

- Ты видела то, что не предназначено для посторонних глаз. Не боишься, что я могу сделать тебя невыездной на пару лет? – угрожать не хотелось, но ему стало интересно – на что готова девушка ради выполнения задуманного.

- Если бы концерн «Антиква» был предприятием, чьи разработки составляют государственную тайну, тогда – да. Но вы частная, пусть и огромная организация. И потом, могу повторить ещё раз – попробуй докажи, - от его слов стало неприятно и горько, поэтому Инна решительно оттолкнула его руки и попыталась встать. – Пусти.

- Не дергайся, - Сергей и не подумал освободить затрепыхавшуюся девушку. – Если пройдет гладко, я не собираюсь тебе мешать. Но пока ты все не вернешь, не то, что из страны не выедешь – из поля моего зрения не выйдешь.

Пока Инна не начала возражать, он наклонился и поцеловал в недовольно сжатые губы, удержав, когда рыжая дернулась от неожиданности. Сопротивления она не оказывала, но и не расслаблялась, демонстративно замерев. Сергей хмыкнул про себя – глупая, для него это повод, чтобы усилить нажим на гладкие губы. Нельзя бросать такие вызовы, если не хочешь, чтобы на них ответили. Он потянул её на себя, продолжая крепко придерживать под затылок.

Если бы Сергей попытался лечь на неё, Инна бы его искусала, честно. Но, вместо того, чтобы придавить к кровати своим весом, он опустился на матрас сам, уложив её на себя, но ладони не убрал, потому возможности вскочить все равно не представилось. Да и ничего насильственного в его поцелуе не было, только медленная ласка. Вроде бы, сдержанная, но иногда прорывалось что-то такое, что у Инки в голове стало пугающе пусто, а пульс заколотился где-то в горле. Постепенно он отпустил её рот, переходя на шею, заставив девушку зажмуриться и с трудом сглотнуть, ощутив влажные губы, замершие возле мочки уха.

- Ты обещал не приставать… - тихо, как будто не желая, чтобы он её услышал, прошептала девушка, у которой в голове билась только одна мысль – накаркала! Ведь только сегодня думала, что не встретила того мужчину, которого бы захотела… Выходит, встретила.

- Кто сверху, тот и пристает. Так что сейчас жертва домогательств – я, - пока она не успела ничего ответить, Сергей снова вернулся к её рту, только теперь никакого вопроса или сдержанности не было и в помине. Особенно, когда она начала ему отвечать, поначалу немного скованно, с каждой секундой все увереннее откликаясь на выпады его языка и каждое движение губ.

Черт, подозрения-то подтверждались – это только с виду рыжая такая тихоня, а темперамент у неё под стать цвету волос. Сам того не заметив, парень отпустил шею, с нажимом гладя ладонями её спину, и расположил их, в конце концов, на упругой попе, которую так и хотелось сжимать и тискать. Инна что-то протестующе промычала, но её губ он так и не отпустил, потому она сама, взяв его за запястья, передвинула нарушившие границы допустимого конечности обратно на поясницу.

А вот когда они, воспользовавшись этим, скользнули под одежду и начали уже более откровенно гладить горячую кожу, постепенно задирая мягкую ткань, девушка резко пришла в себя.

Какого черта они с Сергеем творят?! Вот и поспорили… Хотя прерывать поцелуй очень не хотелось, но, при всей неопытности, Инка прекрасно понимала, к чему все идет, потому оттолкнулась, уперев ладони ему в грудь.

- Прекрати! – голос сильно осип, но прозвучавшие панические нотки отвлекли Сергея от попытки ненавязчиво избавить её от туники. – Перестань сейчас же!

Он поймал её взгляд и сразу понял - девушка не кокетничает, её, правда, что-то испугало. Хотя, по тому, как она, сама того не замечая, облизывает покрасневшие, чуть припухшие губы, а дыхание стало быстрым и поверхностным, ничего такого, что не понравилось бы, Инна не испытывала.

- Не надо, - она попыталась встать с него, но Тихонов не дал, снова переместив руки на её бедра, удерживая на себе. – Так будет только хуже, отпусти.

- С чего ты взяла? – ого, а у самого голосок тоже существенно сел. Да и уделять внимание разговору, когда рыжая сидит на нем, было предельно трудно. Но и идти на что-то против её воли он не собирался.

- Сереж, это неправильно, - она снова завозилась, пытаясь встать, заставив его зашипеть сквозь зубы. – Пусти, пожалуйста…

Ну, не может она не понимать, что с ним делает, когда вот так ерзает! Или может? Почему-то сразу вспомнилось, что она постоянно краснеет, стоит ему на неё посмотреть пристальнее… Да ну, бред, ей двадцать один год, какая там девственность! А вдруг… Можно, конечно, спросить напрямую, но тогда есть вероятность, что Инка его покусает, девушки – народ непредсказуемый…

Пока он размышлял, возможен ли тут почти очевидный, хотя и немного невероятный случай великовозрастной невинности, Власова сумела сползти с него, правда, попутно наступив коленом куда-то не туда – слишком уж Сергей взвился и громко скрипнул зубами. Проверять свою догадку – какой именно орган травмирован – она не стала, отступив к окну и схватив проснувшуюся Машку, закрылась ею, как щитом. Щит был таким обращением не особо доволен, что и выразил в противном гундосом мяуканье.

- Положи её на место, - парень, наконец, встал, хотя и продолжал морщиться. – Успокойся, не собираюсь я тебя насиловать. - Ну, если быть предельно честной, то изнасилованием бы это не было в любом случае, но Инка предпочла держать умные мысли при себе. – И не вздумай от меня шарахаться, - закончил свою речь Тихонов и покинул поле брани.

Власова ещё немного постояла, по очереди поджимая мерзнущие голые ноги, но никто не возвращался с целью надругаться над невинной девой. Выждав пару минут, она выглянула в совершенно пустой коридор, закрыла дверь и, опершись на неё спиной, стекла на пол. Вот. Это. Да…

От обилия мечущихся, как пчелы на пасеке, мыслей, аж в глазах потемнело. Что это было вообще? Нет, попытку вызнать у неё секреты она как раз узнала, но потом… Инна попыталась проглотить комок в горле и закрыла алые щеки ладонями. Конечно, можно было бы успокоить себя тем, что Сергей сильнее, и он просто воспользовался этим, так и она сама не особо сопротивлялась. Наоборот, очень даже активно участвовала. У неё до сих пор не прошло возбуждение, от которого внутри все сжимается и хочется выгибаться и ластиться. Девушка стиснула дрожащие пальцы в кулак и прижала их к ноющей груди.

Кошмар какой-то – они знакомы пять дней, а она на него так реагирует! Понятно, что это чистая физиология, так-то он её просто бесит, но все равно неприятно. Точнее, как раз приятно, но неправильно. Сейчас, как никогда, ей захотелось поговорить с кем-то из более умудренных опытом дам, но Инна уронила руку, которой потянулась к телефону. Она и в уме-то сформулировать свои мысли не может, а тут – говорить вслух. И вообще, не хотелось задумываться, потому что, чем больше об этом размышляла, тем страшнее становилось. Не готова она пока к этому! По крайней мере, морально…

Инна до самого вечера просидела в комнате. Хотя, сидела – неправильное выражение. К тому моменту, когда окончательно стемнело, девушка успела намотать по комнате такой километраж, какой и на физкультуре никогда не делала. Ни сидеть, ни лежать, ни, тем более – спать, Инка не могла, пытаясь проанализировать происходящее. Это самое происходящее пару раз стучало в дверь с вопросом все ли у неё нормально, потому что, судя по доносящемуся грохоту и потопу, она тут мебель двигает.

- Решила спортом позаниматься, - эта мысль первой пришла в голову, её Власова и озвучила.

Сергей скептически хмыкнул, но границы комнаты не пересек, более того – даже на глаза не показался.

- Ну, смотри… Через час спускайся ужинать.

Можно было бы, конечно, сказать, что она на диете, а вечерняя трапеза крайне вредна для талии и девичьей самооценки, но Инна промолчала. Почему-то она была уверена, что если начнет игнорировать Сергея, тот насильно потащит её на кухню. Ведь предупреждал же, чтобы и не думала его избегать. Конечно, если смотреть на это с точки зрения взрослого человека, то ничего такого и не произошло. Ну, повалялись вместе на кровати, поцеловались… Только то ли саму Инну можно было смело считать ребенком, то ли ещё что, но девушка не знала, как теперь смотреть в глаза Тихонову.

Единственным счастливым существом в доме была Машка – мало того, что хозяйка поступила в полное расположение, перевыполнив норматив по почесываниям и поглаживаниям, так можно было играть, нападая из-под кровати на ноги и ловить прядь волос, которой Инна рассеянно дразнила питомицу.

Так и промаявшись всякими разными мыслями и глупостями все отведенное время, девушка разозлилась на саму себя, и на кухню спустилась мрачная, как демон, узнавший, что все люди вдруг резко стали праведниками. К её удивлению, там было тихо и не воняло ничем горелым, что неизменно сопровождало кулинарные потуги Женьки и папы. Например, после того, как родитель в прошлом году приготовил своим девочкам на восьмое марта завтрак, перекошенные от «счастья» дамы драили пищеблок дня три – все, что можно было испачкать, было испачкано, все остальное - просто разбито.

Наверное, Сергей все-таки понял, что ей неуютно, потому разговорами не донимал, никаких намеков не делал, даже старался особо пристальными взглядами не смущать. Инна это оценила, мысленно возблагодарив всех, кто отвечает за распределение душевных качеств, за то, что иногда чувство такта у него все-таки просыпается. А потом засыпает обратно, но суть в другом – он её сейчас не трогал и на том спасибо.

- Ешь, - он поставил перед ней тарелку с салатом и немного странноватым на вид мясом, но Инка, как воспитанная девушка, могла бы с милой приветливостью на лице сжевать даже пучок сена.

Жаркое, на её вкус было несколько пересолено, но так – вполне ничего. Значит, голодная смерть им не грозит, даже если девушка откажется готовить. Правда, гипертонический криз вполне возможен…

- Спасибо, было очень вкусно, - быстренько, насколько позволяли правила приличия, она поужинала и, вымыв посуду, собиралась вернуться к себе, как Сергей перехватил её за руку.

- Подожди. Сядь, - он кивнул на диван, отпустив её, но встав так, что проскользнуть мимо него Инка не могла бы при всем желании.

Девушка настороженно присела, так, чтобы при малейшей угрозе стартануть сразу со второй космической скорости, но Тихонов не стал давить ей на нервы, тактически отступив к креслу. Сразу стало легче дышать, но она постаралась этого не показать.

- Давай сразу все обговорим, - Сергей уселся напротив неё, поставив локти на журнальный столик и уткнувшись в них подбородком. – Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, так что хватит отсиживаться в комнате. Все ясно?

- Да, конечно, - как она умудрилась произнести это ровным тоном и даже не покраснеть, Инка и сама не знала.

- Хорошо. Тогда спокойной ночи, - он поднялся и, проходя мимо продолжающей сидеть с прямой спиной девушки, быстро наклонился и поцеловал в шею.

- Ты же обещал!!! – Власова аж подпрыгнула от возмущения.

- А я разве к чему-то принуждаю? Приятных снов…

И ушел.

Хотя, даже если бы и остался, Инна от такой неприкрытой наглости дар речи потеряла, потому смогла только раздраженно фыркнуть и, уже не обращая внимания на ещё побаливавшую ступню, взлететь по лестнице так, словно за ней гнались.

- Нет, ты только представь, какое хамство, - возмущалась она шепотом и под одеялом, но Машка все равно внимательно слушала, периодически почесываясь и вылизывая белую манишку. – Можно подумать, сплю и вижу, чтобы меня начала домогаться такая личность, как Сергей!

Чем именно её не устраивал Тихонов в качестве домогателя, она бы вряд ли смогла сказать, потому и изливала душу котенку, а не Ленке. Машка просто молчит и слушает, а от подруги можно услышать такие наводящие вопросы, на которые отвечать ну, очень бы не хотелось. Например, понравилось ли ей происшествие на кровати? Кстати, этой самой. Подумав об этом, Инка начала ворочаться с новой силой, пытаясь свернуться в удобное положение, но, даже улегшись на живот и обхватив обеими руками подушку, привычного умиротворения не испытала.

Кожу немного покалывало, а дыхание само собой сбивалось. А ещё она постоянно принюхивалась к подушке и могла поклясться, что та пахнет Сергеем. Хорошенько помяв её кулаками, девушка чуть успокоилась, но сон все равно не шел. Вот за что ей это, а? Лучше уж, в самом деле, попробовать охмурить Константина Дмитриевича. Эрмидис, по крайней мере, предсказуем, у неё в его присутствии не замирает воздух в груди и не хочется исподтишка рассмотреть, как под футболкой перекатываются мышцы. Как ни не хотелось в этом признаваться, но за ужином, она чуть косоглазие себе не заработала, наблюдая за спокойными неспешными движениями Тихонова. И худощавым он кажется только на первый взгляд – сегодня она его не только увидела по-новому, но и пощупала, причем, не руками… При воспоминании о том, как прижималась к нему грудь, Инна замычала и прикусила уголок подушки, почти жалея, что не может вот так же легко загрызть Сергея. Пожеванный хлопок ей на вкус не понравился, и она с омерзением выплюнула наволочку.

- Машка, вот что мне делать, а? – поскольку никого из возможных советчиков рядом не наблюдалось, пришлось спрашивать у котенка. Конечно, был ещё вариант спуститься на первый этаж и уточнить то же самое у того, кто нарушил покой и сон, но тогда ответ она рисковала не услышать. Потому что ей бы показали наглядно и обстоятельно, со всеми подробностями. Она была хоть и девственницей, но довольно продвинутой, потому, и как он на неё там, внизу, смотрел, не пропустила, да и чуть раньше здесь почувствовала, что он к ней неравнодушен, можно сказать, всем телом. И у неё до сих пор периодически сами собой пальчики на ногах поджимались, когда вспоминала, как он её стискивал и целовал.

Машка на поставленный вопрос ответила своеобразно – широко зевнула, показав свои мелкие острые зубки и, немного повертевшись, улеглась рядом с хозяйкой, всем видом намекая, что пора спать.

- Предательница ты, - обиженно заключила Инна и в сердцах бросила ту самую подушку, о которую, сама того не замечая, иногда терлась щекой, через все комнату. От приглушенного звука падения кошка встрепенулась и, подумав, спрыгнула на пол. Внимательно осмотрев и обнюхав предложенное мягкое место, Машка забралась на неё и с видимым удовольствием начала потягиваться. – А ещё – ренегатка…

Когда и через пару часов уснуть все равно не получилось, девушка поняла, что если она провертится ещё хотя бы пять минут, постель просто загорится от трения. Шастать по дому совершенно не хотелось, вдруг у Сергея тоже бессонница, не хватает только встретиться где-нибудь в темном коридоре, но тут вмешалась сила, перед которой падали ниц все не только умные, а мысли вообще – страшное женское «хочу!». Инка поняла, что вот прямо сейчас умирает, так хочет теплого молока. На кой черт оно ей сдалось, если этот продукт уже несколько лет употребляет только в чае и кофе, она бы не ответила, но желание только усиливалось.

Шепотом дав наставление Машке беречь в неприкосновенности девичью постель, Власова, крадучись, пошла на дело. В темноте все бытовые шумы казались гораздо громче, потому она периодически замирала, прижав руки к груди, когда рассохшаяся половица вдруг звонко треснула за углом, а за окном начинала поскрипывать под порывами ветра вековая ель. Уже попав на место назначения, девушка едва не получила инфаркт от звука внезапно загудевшего холодильника. К тому времени и молока-то уже совсем перехотелось, но это уже было делом принципа – получается, что вытерпела такие ужасы, и все зря?!

Сергей сидел в кресле и пытался понять, что там рыжая такого навертела, потому что их программисты рвут и мечут: сначала пошли страшные глюки, а потом полетела операционка. Во всяком случае, главный по компьютерной безопасности уточнил, не собираются ли они взять Инну на работу, и предложил в противном случае сразу пристрелить. Чтобы, доучившись, к конкурентам не ушла. И с каждым часом Тихонов все четче понимал, что, в принципе, здравое предложение… Нет, не убить, а сразу взять к себе – ждать, пока доучится, чревато, может успеть заключить контракт с кем-то ещё. Да и эта поездка в Германию…

Черт, а ведь она его действительно заводила, причем, совсем не по-детски. И он в этом не одинок, достаточно вспомнить, как сама девчонка дергалась за ужином. В то, что она начала его бояться, Сергей не верил, поведение совсем другое, чем при страхе. Вот только нужно ли ему наживать проблемы, связываясь с сестрой друга. В другой ситуации ответ был бы совершенно однозначный – нет! Но с ней… Чем-то она притягивала так, что мозги отключались полностью, и это плохо. Управлять собой он ей не даст, а как тут можно о чем-то думать, когда стоит ему посмотреть на неё, все мысли пропадают?! Дернул же его черт согласиться впутать в это девчонку.

«Она послушная, сделает, как скажу» - от воспоминаний о Женькиных словах его немного перекосило. Ага, прям, как сказали… Ладно, это все поправимо, главное, чтобы на ней никто не захотел отыграться, придется некоторое время присматривать, мало ли, вдруг их враги затаят обиду на ту, которая нарушила им все планы. Лучше всего было бы отправить Власову в надежное место, в котором скучает её брат, но Инна не согласится, не силой же тащить. Да и ему не хотелось лишаться общества рыжей. В конце концов, это едва ли не единственный случай, когда находящаяся рядом девушка не раздражает бессмысленной болтовней и не надоедает каждые пять минут по пустякам. Эта, наоборот, как мышка, спрячется и не выходит из своей норы. Как бы её немного растормошить?.. Нет, у него был не один план по соблазнению девчонки, но сам ведь обещал не приставать, значит, сделает так, чтобы она сама начала его домогаться. Единственный минус – они очень ограничены во времени. Женька вряд ли одобрит, если узнает, что он спит с его сестрой, но уж другу он сумеет внушить, что не нужно лезть в их с Инкой дела.

Ничего путного он надумать не успел и уже собирался идти спать – на часах почти два часа ночи, когда рядом раздался легкий звук шагов, и Сергей узнал в любителе ночных прогулок рыжую. Конечно, выбор был небольшой – либо Инна, либо Машка, но как-то сомнительно, что кошка может чертыхаться, запнувшись о край ковра.

Желание идти спать сразу пропало, теперь стало интересно - куда его красавица собралась глухой ночью? Сбежать отсюда она не сможет, дверь заперта, ключи у него, поэтому на уме у неё явно что-то другое. Вот только что именно?

Свет включать она не стала, пробираясь на ощупь, причем, проведя рукой по спинке кресла, буквально на несколько сантиметров разминулась с его плечом. Если поначалу он хотел дать о себе знать, то теперь, наоборот, замер, стараясь даже дышать, как можно тише. Может, она выдумала какую-нибудь новую каверзу?

Но все оказалось намного проще – девушка включила маленькую тусклую лампочку на вытяжке, и ему хорошо было видно, как она налила молоко в стакан, подождала, пока оно согреется в микроволновке и утопала со своей добычей наверх. Смешная она все-таки – ну, кто в своем уме будет вставать ночью, чтобы согреть молоко котенку? Почему-то мысль, что она могла греть его для себя, у него не возникло.

Кому скажешь, что его как током прошибает при виде пухленькой девчонки в на редкость закрытой и асексуальной пижаме, засмеют. Но так и есть – чем более строгой была её одежда, тем сильнее ему хотелось стянуть с неё эти тряпки и провести по всем изгибам маленького тела…

Когда Инна прошлепала босыми ногами обратно, снова не заметив притаившуюся в тени фигуру, Сергей напомнил себе, что нужно будет купить ей тапки, нечего мерзнуть, полы деревянные, потому не очень теплые, простынет ещё. Лечи потом ей насморк… Тьфу, что за глупости в голову приходят?! При чем тут вероятная сопливость?! Им нужно информацию обезопасить, а он на рыжую слюни пускает. Капец просто. Зло тряхнув головой, Сергей плюнул на попытку разобраться в ситуации и ушел спать.

- То есть как это – останусь здесь? – Инка даже про стеснение забыла, возмущенная таким произволом.

- Ты сама сказала, что ничего срочного нет, мне нужно уехать по делам, поэтому остаешься дома, - Сергей чудом не споткнулся через кинувшуюся ему под ноги Машку. – Блин, убери её, наступлю же.

- Она тоже не согласна с твоим решением, - пробормотала девушка, но котенка на руки подняла. – Я соберусь за пять минут, завезешь ко мне, буду там, пока не заберешь.

Тихонов отрицательно мотнул головой.

- За три минуты, - девушка приготовилась бить все рекорды скорости, но он был неумолим.

- Сидишь здесь и не высовываешься. Территория охраняется, никто сюда не проникнет, - смерив её подозрительным взглядом, добавил. – Я поговорю с охраной, отсюда тоже никто не выйдет.

Более точного объяснения не потребовались, потому Инна только недовольно нахмурилась, но в спор предпочла не вступать – смысл, если своего мнения он не изменит?

- И что мне здесь делать?

- Да что хочешь, - Сергей уже застегнул куртку и накинул капюшон на голову. – Кстати, пока не забыл, если тебе вдруг придет смс, что прогу ломают, позвони мне, хорошо? Потому что это могут быть и не наши сотрудники… Дом полностью в твоем распоряжении. Хочешь, ложись спать, хочешь - развлекись чем-нибудь.

- Хорошо. А если внезапно приедут хозяева дома, что мне им говорить? – улыбка Инки получилась кисловатой. Хоть и не особо ему доверяла, да и самой себе в его непосредственной близости, если быть совсем честной, но понимание, что он где-то недалеко, буквально за стенкой, все-таки успокаивало. И потому, сейчас, несмотря на то, что ноги, пусть и в теплых носках, но все равно мерзли на холодном полу прихожей, она продолжала стоять, глядя, как Сергей проверяет, взял ли ключи и документы.

- Не приедут. Их сейчас и в стране нет, так что не переживай, рыжая, - он улыбнулся насупившейся девушке.

- Я не рыжая! Я - шатенка…

- Ну, ладно, будешь шатенкой, - согласился Тихонов подозрительно быстро, чем насторожил ещё больше. Девушка фыркнула и развернулась, чтобы уйти, потому что на её условия он не соглашался, а упрашивать она не собиралась. Пока Инна не успела вернуться в гостиную, он поймал её за рукав кофты и, подтянув ближе, коротко поцеловал в полные губы. Все произошло настолько быстро, что она и возмутиться не успела. – Все, мне пора. И не буйствуйте не пару. За старшую ты… рыжая.

Оставаться и дальше в прихожей, чтобы помахать ему вслед белым платочком, она не стала, ретировавшись в гостиную. Про себя девушка твердила, что никакое это не трусливое бегство, а тактическое отступление. И ещё раз убедилась, что врать самой себе не умеет. И этот… гад! Вот зачем он её постоянно смущает?! Вчера в шею поцеловал, сегодня в губы… Которые до сих пор легонько горели, как будто она потерла их грубой тканью.

И как тут можно бороться с влечением, когда от любого его прикосновения у неё все волоски на теле дыбом встают? С одной стороны – можно, конечно, этому взаимному притяжению поддаться, но с другой… Они сейчас одни, практически отрезаны от цивилизации – ну, во всяком случае, она-то точно от неё изолирована – поэтому так остро на все реагирует. Организм переживает стресс, вот и пытается от него избавиться с наименьшими потерями для себя, переводя все в инстинкт размножения. А если они окажутся в привычной обстановке, сразу станет так, как раньше. И потом, ей уезжать дней через десять, и переспать с Сергеем просто потому, что вдруг проснулось либидо – совсем уж как-то отчаянно. Тьфу, аж самой тошно от таких мыслей стало!

- Все беды от лишних рассуждений, - получилось настолько жалостливо, что Машка, к которой и обращалась Инна, поспешила утешить хозяйку громким мурлыканьем. – Вот вырастешь большой красивой кошкой, сразу вспомнишь мои слова!

Как и всегда, когда получала в распоряжение уйму свободного времени, Власова растерялась – не хотелось ни читать, ни спать, ни чего-то ещё. Вместо того, чтобы предаваться лени и праздности, девушка, пошуршав на кухне и обнаружив все необходимые ингредиенты, начала печь шоколадно-ореховое печенье. Котенок стремление хозяйки к полезной деятельности полностью поддерживал, крутясь рядом и клянча если не сметаны, то хотя бы поглаживания по худенькой спинке.

- Угу, вот так всегда – запрут в четырех стенах, отправят на кухню, а потом удивляются, когда женщина от сидения дома звереет, - тугое эластичное тесто с трудом поддавалось вымешиванию, но Инночка всегда была упорной девочкой, потому у продукта просто не оставалось шансов. Скатав шар и положив его на час в холодильник, она убрала за собой рабочее место и снова задумалась, чем бы себя занять. Можно, конечно, устроить уборку, но шарить по углам в чужом доме… Вместо этого она позвонила Женьке, хотя такой тревоги за него уже не испытывала – если бы он был в руках врагов, Сергей вчера вел бы себя совершенно иначе. Брат долго не отзывался, чем заставил Инна немного подергаться, но потом все-таки соизволил взять трубку.

- Ты почему со своего телефона звонишь?!

- И тебе доброе утро. Да, взаимно, тоже очень скучала и переживала, - язвительно отозвалась Власова, несколько обиженная таким неласковым приемом.

- Инка, не злись. Я просто о тебе беспокоюсь. Почему не с телефона Сереги?

- Потому что он куда-то уехал, - она прижала телефон к уху плечом, отмывая руки от теста. – А я осталась на хозяйстве, пироги пеку, скотину кормлю… - Женька как-то странно мекнул в трубку. – Да шучу. Не пироги, а печенье с шоколадом и грецким орехом.

- А скотина, которую ты кормила - это Тихонов?

- Ну, можно, конечно, сказать и так. Я котенка взяла, - Машка, словно поняв, что речь идет о ней, попыталась залезть по ноге девушки, которую спасли только довольно плотные брючки – не достигнув даже колена, киса обреченно повисла, зацепившись за ткань когтями.

- Понятно. У тебя все хорошо?

- Да, все в норме. Жду не дождусь, когда увижу тебя…

- Это я и так знаю… - голос брата звучал с легкой ноткой обреченности, видимо, тот хорошо понимал, ЧТО ему устроит сестра за подставу. – Серега сказал, что ты, вроде, уезжать собралась, почему я об этом ничего не знаю?

- Потому что сама узнала два дня назад. Все так быстро получилось, до сих пор не верится, что буду учиться в Мюнхене.

- Ты родителям говорила? Кстати, когда общалась с ними в последний раз?

- На той неделе мама звонила, сказала, что они дней десять будут недоступны – там какие-то катакомбы нашли, они сейчас в них, поэтому связи нет. Буквально захлебывалась от восторга, кричала, что они на пороге грандиозного исторического открытия, - вспоминая о том разговоре, Инна почувствовала, насколько соскучилась по родителям.

Пусть они не могли считаться образцовыми воспитателями, часто оставляя дочь на попечении сначала бабушки, а потом, после её смерти - старшего сына, но девушка всегда знала, что мама и папа любят её. Просто вот такие они, страстные археологи и почти безумные ученые. Удивительно, как это они решились завести двоих детей – наука отнимала почти все свободное время, потому Инна подозревала, что о беременностях они узнавали оба раза месяце так на шестом, когда замечали растущий живот. И сейчас, хотя ей и очень хотелось посоветоваться с мамулей, но, даже будь такая возможность, не стала бы звонить. Они дали ей уникальную возможность заниматься тем, чем она хочет, не давили и не считали великовозрастным ребенком, признавая право на самостоятельность, потому, чувствуя ответственность, девушка хотела и в этот раз разобраться во всем сама.

- Ты ещё здесь?

- Извини, немного задумалась. Да, я тут.

- Ладно, не буду отвлекать, скоро встретимся и обо всем поговорим. Да, и ещё… Если со стороны Сереги будут какие-то… - Женька замялся, пытаясь подобрать выражение, максимально точно передающие его опасения, - поползновения, сразу скажи. Договорились?

- Спасибо за заботу, но я как-нибудь и сама разберусь, - Инна едва смогла сдержать смешок. Ага, поползновения. Как же, скажет она брату, что последние сутки только о Тихонове и думает. Причем, некоторые мысли были крайне далеки от приличных.

- Инка.

- Жень!

- Ладно, приеду, разберемся, - недовольно проворчал парень, чувствуя, что там происходит что-то, чему он не очень обрадуется. – Я знаю, что свинья, но я тебя люблю.

- И я знаю, что ты свинья, но тоже люблю тебя. Не пропадай, хорошо? – каким бы гаденышем ни был брат, но Инна прекрасно понимала, что если – тьфу-тьфу-тьфу – на следующий день после возвращения он снова во что-то вляпается, она все равно наизнанку вывернется, но поможет ему. Так же, как и он – ей.

- Не буду. Все, пока.

Как ни странно, но этот разговор смог улучшить не самое радужное настроение Власовой, потому оставшуюся часть дня она, напевая, моталась по дому, то готовя всякие вкусности, то все-таки убирая. В конце концов, это неприлично – поселиться, можно сказать, без ведома и разрешения хозяев и оставить за собой грязь. Правда, в те комнаты, которые стояли закрытыми, Инна не стала заходить. Да, было очень интересно, что же там, но сказку про Синюю Бороду девушке в детстве читали, потому она решила не идти на поводу у собственного любопытства. Никаких необычных открытий, вроде тайных комнат и прочей ерунды, она не сделала, но, провозившись весь день и капитально перепачкавшись в обнаруженной под диваном и кроватью пыли, устала настолько, что к вечеру сама чувствовала себя половой тряпкой.

Чем темнее становилось на улице, тем чаще Инка поглядывала на часы, а Сергея все не было. Да, звонил пару раз, узнать, все ли у неё в порядке, но спросить напрямую, во сколько он вернется, она не решилась, потому теперь нервничала. А вдруг у него что-то случилось? Или он сейчас у своей девушки? От этой мысли она почувствовала такую злость и обиду, что чуть не уронила на пол маленькую вазу, которую как раз протирала. Ведь должна у него быть постоянная любовница – ему же почти тридцать, взрослый мужчина.

Испортив себе настроение такими мыслями, она уже без прежнего задора домыла полы и, спрятав швабру в предназначенную для этого каморку под лестницей, пошла набирать себе ванну. Хотя аромат клубники никогда не был её любимым, но, решив побаловать себя, девушка плеснула в воду пену и, ругаясь про себя на всяких необязательных, которые заставляют нервничать, улеглась в горячую воду.

О том, что задвижку неплохо было бы закрыть, Инна подумала только тогда, когда дверь распахнулась, а в проеме возник немного растрепанный и злой Сергей. Девушка от неожиданности тихонько взвизгнула и с головой ушла под воду, только потом догадавшись, что тело полностью прикрыто плотным слоем душистой пены. Вынырнула она быстро – с детства не умела надолго задерживать дыхание. Видимо, Сергей не обратил внимания на эту маленькую деталь, потому что она услышала уже середину фразы.

- … пугать! Я тебя зову – не откликаешься! В комнате никого нет, везде тишина, только твоя блохастая спит посреди обеденного стола.

- Машка не блохастая! – несмотря на крайнюю двусмысленность ситуации, Инна посчитала необходимым защитить котенка.

- Это единственное, что ты услышала?! – он наклонился к девушке, которая начала тереть жгущие от попавшего мыла глаза.

- Нет, просто… Ты не мог бы выйти? – она, плюнув на неприятные ощущения, напрямую уставилась на недобро прищурившегося Сергея. Когда он не ответил, продолжая наблюдать за медленно краснеющим лицом рыжей, Инка попыталась подгрести к себе пену, которая почему-то начала стремительно таять.

- Хорошо, - неизвестно, о чем он думал эти растянувшиеся на целую вечность пару минут, но глуховато прозвучавшие слова обрадовали Власову до глубины души – неуютно как-то сидеть вот так, когда оседающая пена постепенно приоткрывает шею, плечи… На уровне верхней части прикрытой скрещенными руками груди, Тихонов отвернулся, бросив через плечо. – Закрой дверь, - и стремительно покинул помещение.

Выждав минуту, она пулей выскочила из ванны, оставляя лужицы мыльной воды, пробежала до двери и с такой силой провернула задвижку, что чуть не прибила себе палец.

Господи, позорище!!!

А если он подумал, что она специально не стала закрываться?! Ведь знала же, что Сергей может вернуться в любой момент, и так ступила. Вот на самом деле, как бес попутал, словно из головы вылетело… Готовая зарычать от смущения и злости на себя, Инна, которая ещё полчаса назад предвкушала ленивое валяние в теплой водичке, почти с отвращением посмотрела на ванну. Все, отныне – только душ!

Настолько быстро, насколько это вообще возможно, она вымыла голову, устранила организованный ею небольшой потоп и, натянув пижаму, выглянула за дверь. К счастью, никого там не было. Девушка, сжимая в руках одежду, ужиком скользнула в свою комнату и рухнула в постель, накрыв пылающее лицо подушкой. Да уж, достойное окончание дня. Вчера – поцелуи и обжимания, сегодня она перед ним практически предстала в чем мать родила, а завтра? Конечно, Инна собиралась держаться, сколько хватит сил, но динамика настораживала…

От пережитого унижения с некоторой долей предвкушения, ужинать не хотелось вообще. Так же, как и все прочее, разве что желание провалиться сквозь землю от стыда и смущения возрастало в геометрической прогрессии. Чтобы хоть как-то успокоиться и отвлечься от мыслей о произошедшем, девушка занялась тем, что всегда помогало успокоиться и начать мыслить логически – думать, используя математические модели. Ведь не зря математику называют гимнастикой для ума. Поначалу ничего не получалось, она постоянно возвращалась к тому моменту, когда Сергей молча смотрел на неё в ванной. И взгляд у него…

Ох, думаем об алгебре, а ещё лучше – о математическом анализе!

Постепенно Инна смогла если не успокоиться, то хотя бы устать до такой степени, что метаться, как физически, так и душевно, уже просто не было сил. Вот тогда и поняла, что именно может отвлечь – нужно попробовать развить ту мысль, которая пришла ей в голову вчера утром.

Итак, примем, как данность, что Сергей не врет.

Что мы в этом случае имеем?

Первое - попытку незаконно получить конфиденциальную информацию, которая составляет коммерческую тайну. Ладно, пусть это будет константой. Но для тех, кто хочет её выкрасть – неизвестная.

Для чего воровать то, о чем имеешь крайне смутное представление? Может, они там аэродинамику полета валенка в картинках изучают?

Второе – неизвестные личности, пытающиеся получить тот самый софт и разработки. И снова тот же вопрос - зачем?

Ведь продать её будет довольно сложно – в «Антикве» вряд ли работают настолько наивные люди, которые понятия не имеют о патентах. Да и юридическая служба там тоже явно есть, значит, могут начать судиться только за косой взгляд в свою сторону.

И, наконец, третье - кто-то внутри компании, работающий на врага.

Классическое уравнение с несколькими неизвестными. Да ещё и с вопросом после знака равенства. То есть – почти бесконечное количество возможных значений переменных. Плохо. Нужно его хотя бы немного упростить…

И снова та же догадка. А что, если дело не в самой информации? Что, если, как таковая, она никому не нужна? И является только предлогом для…

Мысленно закончив фразу, Инна подскочила на месте и метнулась к ноутбуку. Господи, благослови хозяина этого дома за мудрость – интернет-розетка находилась рядом с обычной возле изголовья кровати. Пока загружалась система, девушка приготовила ручку и блокнот для записей. Ну что ж, значит, начнем…

Через некоторое время она получила подтверждение паре своих догадок, одной из которых было то, что Тихонов все-таки не врет.

Припахавшись на работе, Тихонов до двух часов дня не беспокоился, что Инка не звонит. Учеба дело времязатратное, наверное, сидит на паре. А вот ближе к вечеру тревога начала усиливаться. К тому же рыжая не отвечала на его звонки. Ну, это тоже объяснимо, может, поставила на беззвучный режим, чтобы не злить преподов, но ведь есть же перемены, неужели так трудно посмотреть на мобильник?! Ругаясь про себя на девчонку, мысли о которой не давали ни на чем сосредоточиться, Сергей ещё раз напомнил программистам о предупреждении Инны, поэтому их айтишники теперь пытались понять, как именно и с помощью чего написана программа. Если раньше девушку только ругали так, что у неё должны были начать гореть уши, то теперь работники клавиатуры жаждали пообщаться с кудесницей лично, чтобы выразить восхищение и задать кое-какие вопросы.

Сам Тихонов тоже был бы не прочь поговорить со своей рыжей один на один, но его продолжали игнорировать. В голову сразу начали лезть всякие нехорошие мысли о том, что её могли перехватить прямо в корпусе. Ну, какое там сопротивление она может оказать? Ткнуть пилкой для ногтей в глаз?

Бросив дела на помощника, он метнулся к её институту. И где эту заразу искать? Не будет же он бегать по всем аудиториям и орать раненым бизоном…

Когда парень уже почти созрел для этого шага, на его очередной звонок соизволили ответить:

- Ууу?

- Ин, ты где?! – Сергей постарался не орать сразу, может, у неё уважительная причина.

- Это не Инна, она сейчас не может подойти, - незнакомый женский голос был спокойным и даже радостным, поэтому беспокойство чуть отпустило, но до конца не пропало.

- А где она вообще находится?

- А кто вы такой, чтобы задавать этот вопрос? – похоже, что девица никуда не спешила, а вот у него терпение заканчивалось.

- Это её… - и как себя обозвать? - … парень, - так будет ближе всего к истине, он же не девочка, в конце концов, так что даже правду сказал. – У неё все хорошо? А то уже несколько часов найти не могу…

- У неё все отлично! Ну, если парень, то должен знать её подругу Лену. Мы у неё. Знаете, где это?

- Знаю, - ответ получился с легким скрежетом зубов. – Девушка, только у меня просьба – вы пока Инночке не говорите, что я еду. Хорошо?

- Ну, ладно, - похоже, что незнакомка пожала плечами на его просьбу.

- Вот спасибо.

Как только он отключил телефон, спокойствие резко закончилось, зато начала работать фантазия. Это она так решила отомстить за вчерашнее. Ну, какая месть, такое и наказание. Ведет себя как ребенок, значит, выпорет, как соплюшку! Твою мать, тут такие дела творятся, а она решила поиграть в оскорбленную гордость?! Вот бывает же так, вроде умная девчонка, а иногда ведет себя, как малолетка…

До места назначения он добрался довольно быстро, хотя и задержался внизу, чтобы покурить и немного успокоиться. Незачем её пугать раньше времени, вот приедут домой, там и устроит разбор полетов.

В дверь пришлось звонить довольно долго, видимо, обитатели квартиры были чем-то так заняты, что никак не могли оторваться. Наконец, с той стороны что-то зазвенело, загремело, и Инкин голос что-то у кого-то спросил. Слов Сергей не разобрал, но уже от одного того, что она там и жива, немного отлегло от сердца. Зато злость только увеличилась. Неужели так трудно просто позвонить и предупредить?!

Но все вопросы отпали при виде того, как его рыжая выглядит. И где её кудряшки?! Нет, выглядела она эффектно, слов нет, но какого черта отрезала волосы?! Вместо облака мелких кучеряшек у неё теперь были прямые пряди, чуть не доходящие до плеч.

На озвученный вопрос Инна не ответила, только как-то странно улыбнулась, и у него появилось новое сомнение.

- Ты пила?

- Ну, немного, - рыжая хихикнула и посмотрела на него одновременно строго и игриво. – А все из-за вас, - тут она погрозила пальчиком, чем вогнала в подобие ступора и попыталась уйти вглубь квартиры. Только когда Инна развернулась, он обратил внимание, что одета она не так, как была утром. А ещё, что сзади волосы намного короче и полностью открывают шею.

- Так, все, - на то, чтобы перехватить немного пошатывающееся тело, много времени не потребовалось. Мельком осмотрев обувь, количество которой навевало ассоциации с проживающей тут семьей сороконожек, Сергей, наконец, углядел её ботинки. – Обувайся.

К его удивлению и облегчению, Инна безропотно выполнила его распоряжение, хотя немного и запуталась в шнурках. Так же молча он протянул её пуховик, но теперь рыжая уперлась:

- На мне Ленкино платье. Хочу свои вещи!

Пришлось верхнюю одежду на неё напяливать насильно, в результате чего идеальная прическа немного растрепалась, а Инка начала становиться похожей на саму себя.

- Елена! – на его крик из комнаты выбежала невысокая девушка с ребенком на руках. – Платье вам вернем завтра. Где её сумка?

Хозяйка квартиры смерила Тихонова каким-то подозрительным взглядом, но требуемое выдала.

- Ин, как приедешь, отзвони, - видимо, доверия он ей не внушил, поэтому та самая Елена решила подстраховаться.

- А колготки? – похоже, рыжая решила его совсем довести, потому что приподняла ногу и ткнула себя пальцем в голую коленку. – Видишь?

- Вижу, - терпение уже почти кончилось, поэтому, пока Инна не вспомнила, что ей нужно ещё что-то, наклонился, подхватывая под так возмутившую девушку часть её же собственного тела, и перебросив через плечо, повернулся к Лене и ещё какой-то девице, которая уже несколько минут наблюдала за этим спектаклем, но комментарии не вставляла. – Всего доброго, завтра завезем платье и заберем колготки. До свидания.

Мысленный призыв слабо помог. Хотя, нет, он-то как раз дал однозначный ответ, но вот полученный результат настолько не понравился Инне, что она предпочла не делать поспешных выводов. Может, она все-таки что-то забыла, а?

Но привыкший к складываю логических цепочек и не жалующийся на провалы в памяти разум снова выдал тот же результат.

Сергей бывал в её квартире трижды. Первый раз, когда привез якобы Женькин ноутбук. Тогда он прошел через коридор на кухню. Все. Больше не заходил никуда.

Второй – тот вечер, когда она подобрала Машу. В тот раз он был во всех комнатах, но Инна неотлучно находилась рядом, так что это тоже отпадает.

Третий – днем в субботу. Менял замок, пока она собирала вещи. Целовал её под кроватью. И это был его единственный шанс. Но вот только до того, как начать собирать вещи, Инна практически на его глазах перебирала шкатулку с флешками, микроSD и прочими мелочами. После этого она сунула её в один из чемоданов. Этой карты памяти там не было уже тогда, Власова могла поспорить на что угодно. А в первый вечер, когда ваяла программу, она точно лежала вместе с остальными.

Подняв с ковра носитель, девушка ещё раз убедилась, что это её собственный – на логотипе изготовителя был почти незаметный при беглом взгляде перламутровый мазок. След от лака для ногтей. Чтобы окончательно подтвердить подозрения, Инна быстро вставила карту в смартфон. Господи, пусть она ошибается!

Потому что в её присутствии Сергей и близко не подходил к той шкатулке.

Информация загружалась одновременно и слишком быстро, и слишком медленно, но…

Это была она.

И из всего этого можно сделать только один вывод – тот, кто ударил её в коридоре, приходил с двумя целями.

Первая – забрать из дома все, что хоть отдаленно напоминает так наивно утраченное. Вот поэтому вор ничего и не тронул – он приходил за строго определенной вещью. Даже остальные флешки не взял, потому что они не были похожи ни внешне, ни по объему.

Вторая - чтобы Сергей начал выглядеть не хамом и сволочью, которым и является, а спасителем. И не просто так напали на неё, когда его рядом не было, ведь тогда получилось бы, что Тихонову придется вступать в драку с тем, кого сам же и нанял. Зато после этого он под предлогом защиты увез её из дома, лишив даже иллюзии свободы и возможности перепрятать информацию.

С силой выдернув карту памяти из слота, так, что едва не сломала мобильник, Инка зло бросила её на столик рядом с той самой вазочкой, которую так старательно вытирала чуть больше суток назад. И ключами от «Мазды».

Нет, она не дура. До этого звания просто не доросла. Идиотка. А ведь вчера она ему поверила. Нет, правда, поверила. Что в глазах мужчин она не просто не пойми что, умеющее писать хитрые программы, а женщина. Тогда правильнее будет – наивная идиотка.

Почему-то сейчас стало даже больнее и противнее, чем вчера после разговора с Константином Дмитриевичем. И ещё была чем-то недовольна… Эрмидис хотя бы честно признался, что ему от неё нужно, а Сергей же… Черт, только не реветь!!! Нельзя сейчас.

Чтобы отвлечься от желания свернуться прямо тут и начать скулить и плакать, Инка попыталась придумать, что делать.

Самое главное – нужно отсюда уйти. Дверь закрыта, с территории её не выпустят. Значит, придется действовать жестко. Видимо, прав был Тихонов, у неё преступный склад ума. Потому что поэтапный план сложился почти сразу. И даже средство для воплощения у неё было.

Итак, после того, как Сергей будет временно неспособен помешать, у неё останется около сорока минут, чтобы успеть спрятаться. Мало, очень мало. Значит, придется поторопиться…

Был большой соблазн выбежать прямо так, а ещё лучше – выцарапать ему глаза ногтями, но это было бы слишком просто. Да и не сможет она. Посмотрит на него и разревется.

Брать все вещи нет ни времени, ни смысла – глупо мотаться по городу с баулами, тем самым она только привлечет внимание. Теперь стало плевать, где у неё там что болит, время играло против Инны, потому пришлось собираться в экстренном режиме. Хорошо, что волосы у неё сохнут быстро, не нужно тратить время на поиски фена.

Все необходимое на первое время уместилось в средних размеров спортивную сумку. Если все пройдет, как надо, больше тридцати часов ей прятаться не придется. Ластящаяся Машка была не очень довольна, когда её посадили в переноску, о чем и сообщила жалобным мяуканьем.

- Киса, потерпи немного, поверь, мне намного хуже, - то ли от того, что последние несколько дней она постоянно нервничала, то ли ещё от чего, но плотновато сидевшая ещё несколько суток назад одежда теперь немного болталась, и девушка выглядела, как ребенок, примеряющий вещи старшей сестры.

Торопливо экипировавшись, Инна вынула из потайного кармана своей сумочки Женькин подарок. Интересно, её братишка знал о планах своего друга? Если да – то на одного родственника станет меньше, такое предательство она прощать не собиралась.

Вещи и Машкино временное пристанище пришлось поставить в прихожей у порога, чтобы не терять время, возвращаясь наверх. А вот теперь самое сложное… Можно конечно, обойтись и без этого, но она так и не нашла ключи от дома. И форы у неё не будет вообще – он довольно чутко спит, звук заведенного двигателя брошенной прямо под окном машины точно разбудит.

Сергей все ещё не проснулся, потому не ведал о собственном провале и кровожадных намерениях Инки, которая все-таки начала плакать, глядя на Тихонова.

Сволочь!

Девушка опустилась на корточки у кровати, уткнувшись лбом в смутно белеющую простыню. Гладкая ткань приятно холодила кожу, но нужно было спешить. Уже половина седьмого утра, нужно успеть, пока не рассвело, иначе охранник на выезде может её узнать.

Но и сделать то, что собиралась, она тоже не решалась.

А вдруг ему станет плохо?

Какая же дурь лезет в голову! При чем тут его физическое состояние, когда он её не просто подставил, а разыграл, как дурочку. Ещё и в постель затащил! Ладно, туда она сама легла, но суть не в этом.

- Иннусь, тебе что, нехорошо? – чуть хрипловатый голос, от которого у неё кровь от лица отхлынула, раздался совсем рядом. А теплые пальцы легли сзади на шею, поглаживая затылок. – Зачем ты вскочила? Ещё рано, иди ко мне… - Стараясь не поднимать глаз, девушка встала, но отступила на шаг от кровати. – А одевалась зачем? Ты что… Та плачешь, что ли?

- Нет, - кто его знает как, но у неё получилось ответить совершенно ровно. – Сереж, у тебя сердце здоровое?

- Да. А с чего такой вопрос? – Тихонов спросонья не мог понять, чего она так заинтересовалась его недугами. Ладно бы вчера, до того как в постель легли, но сегодня… И вообще, странная она какая-то, голос неестественный. Похоже, все-таки плачет. Чтобы проверить предположение, он потянулся к лампе на прикроватном столике, но свет включить не успел.

- Извини.

Что-то прикоснулось к его пальцам и все тело скрутило от сильнейшей боли, такой, что зубы заскрипели, а его всего заколотило. Но, как ни странно, несмотря на продолжающие пробегать по телу судороги, от которых темнело в глазах, сознания он не потерял.

Инка спрятала в карман электрошокер и, скрутив петлю из заранее приготовленного ремня, туго прикрепила его левое запястье к изголовью кровати. Если она правильно помнит инструкцию, да и школьные знания БЖД по электротравмам, пальцы правой руки, на которые и пришелся удар, некоторое время будут плохо слушаться, поэтому, для того, чтобы освободиться, ему потребуется какое-то время.

Больше всего в эту минуту ей хотелось дать ему пощечину и устроить скандал, топать ногами, кричать, но узнать – ЗА ЧТО?!

Только он не ответит. И не потому что не может после удара током. Потому что никто перед ней отчитываться не собирается. Захотел – поцеловал и приласкал, захотел – отдал приказ, и её ударили лицом о стену. Наверное, быть сыном очень небедного человека хорошо, никому не нужно ничего объяснять, зато можно брать то, что хочешь. Даже если это чье-то самоуважение…

Вместо того, чтобы ударить или ещё как-то выместить зло, Инна дрожащими пальцами погладила щеку, под которой были сведенные, словно каменные, мышцы, и коснулась пальцами стиснутых губ.

- Всего хорошего. Искать меня не нужно, когда придет время, свяжусь сама. Но не с тобой. И не смей отыгрываться на моем брате.

Задерживаться возле постели она больше не стала, притормозив только, чтобы забрать мобильник, лежащий на столике, и ключи из верхнего ящика. Телефон пришлось прихватить, чтобы не мог раньше времени вызвать подмогу, но увозить его с собой не стала - оставила в гостиной, рядом с картой памяти, к которой теперь и притрагиваться не хотелось.

На то, чтобы открыть дверь и, забросив на заднее сиденье сумки, завести внедорожник, ушло ещё несколько минут. Господи, только бы успеть!

Непривыкшая к АКПП, Инна смогла тронуться не с первого раза, но постепенно приспособилась, каждый раз напоминая себе, что торчащий справа пимпулик трогать не надо, а то станется его вообще оторвать.

Как она и думала, заметив знакомую машину, охранник не стал проверять, кто там сидит за рулем, а сразу поднял шлагбаум, выпуская «Мазду» на волю.

Так, первая часть прошла хорошо, теперь нужны деньги, пользоваться картами некоторое время будет нельзя, значит, нужно иметь при себе наличку. А ещё – засветиться в системе.

Интересно, а какие последствия от удара током? А вдруг ему и в самом деле станет плохо…

- Идиотка, он тебя использовал, а ты готова перед ним упасть, чтобы удобнее было ноги вытирать! – звук собственного голоса хоть и не успокоил, но как-то отвлек. – Нужно действовать.

А на самом деле, больше всего хотелось к маме. Выплакаться и услышать, что все будет хорошо. Что никто её девочку больше не обидит. И что её можно просто любить, а не пользоваться…

То, что любые контакты, о которых известно Женьке, использовать нельзя, было понятно изначально. Потому Инна не стала бросаться домой или к Ленке. Правда, написала и брату, и, сменив сим-карту, подруге. Дело в том, что прошедшим летом Власовой предложили пару месяцев поработать в одной из крупнейших компаний сотовой связи, и у девушки осталось несколько «чистых» симок, не оформленных ни на кого, с ограниченным количеством средств на счету, но вполне рабочих. Одну из них она и использовала. Несмотря на ранний час, Лена уже не спала, хотя и была в несколько полусонном состоянии.

- Ты почему вчера не позвонила?! Ведь просила же…

- Извини, я была немного не в форме, - чтобы не привлекать внимания бродящего возле железнодорожного вокзала народа, Инна поспешила покинуть гулкое здание, продуваемое сквозняками. – Лен, у меня мало времени, слушай внимательно. Я на некоторое время уеду, буду полностью недоступна, не пугайся.

- Я уже испугалась, - подруга перестала звенеть посудой. – У тебя что-то случилось?

- Можно сказать и так. Ничего особо страшного, но несколько дней со мной не будет связи.

- Инка, завязывай на меня жуть нагонять. Этот придурок тебе что-то сделал?! – Ленка повысила голос, и теперь вполне могла бы обойтись без телефона вообще – всего-то семь кварталов, и так бы дооралась.

- Нет, - признаваться в чем бы то ни было она не собиралась, потому сконцентрировалась на предстоящей задаче. – Просто немного не сошлись во взглядах. Говорю сразу – меня никто не бил и ни к чему не принуждал! Так что хватит дергаться. Пожалуйста, сделай так, как я прошу, ладно?

- Хорошо, - Ленка была мрачна и недовольна, но больше никаких вопросов не задавала. – Все сделаю. Ты надолго пропадешь?

- На пару дней, - Инне пришлось перехватить кошачью переноску, потому что Машке не нравились такие резкие изменения в её судьбе, и зверек порыкивал и метался внутри сумки. – Все будет хорошо, не волнуйся. И не смей за меня переживать, а то ещё молоко пропадет!

- Или свернется от неудовлетворенного любопытства, - все-таки пробухтела вдогонку Лена. – Ладно, все сделаю, а что мне этому чернявому сказать, если будет про тебя спрашивать?

- Ничего. Если он не дурак, то сам все понял. Все, мне пора. Не болейте.

После самоуничижительного утреннего порыва, желание жалеть себя постепенно переросло в здоровую злость. Значит, решили, что наивная девочка ничего не заметит? Это зря! Мстить она не собиралась, но сделать так, чтобы не видеть Сергея вообще, а Женьку – хотя бы временно, вполне по силам.

Для того, что Инна задумала, необязательно оставаться в городе, но лучше все же далеко не уезжать, мало ли какие неожиданности случатся, она должна быть не больше, чем в часе езды. И девушка не сразу, но все же поняла, где лучше спрятаться.

Ещё когда ей было лет двенадцать, родители года три подряд отправляли дочь на период каникул в пансионат, расположенный в паре десятков километров от города. Но ехать в сам дом отдыха неразумно – теперь пользоваться паспортом нежелательно, ей ли не знать, как легко отследить человека по документам? А вот в расположенной совсем рядом с пансионатом деревушке жила одна старушка, с которой Инночка, ещё будучи ребенком, подружилась. И теперь, повзрослев и научившись водить машину, старалась приезжать к бабе Дусе хотя бы раз в месяц.

Одинокая пожилая женщина всегда до слез радовалась этим визитам, все звала погостить хоть недельку, а то «личико бледненькое, сама вся измученная». Было стыдно так использовать радушие бабушки, но там точно искать никто не додумается. Да и потом – Машка. Отдавать котенка на передержку Инна не хотела, это опасно и с точки зрения того, что Тихонов может догадаться, где их со зверюгой можно подстеречь – гостиниц для животных в их городе было всего две, и неизвестно, как за ней будут ухаживать. Можно попробовать найти тех, кто занимается этим не официально, но где эти самые загадочные люди, берущие на постой домашних любимцев, обитают, девушка просто не знала.

Ехать на автовокзал нельзя – именно там будут искать в первую очередь. Так что придется добираться самой, причем, на частнике. Такси отпадают. И вот это как раз не паранойя – она-то знает, чего стоит информация, к которой незадачливые игроки в шпионов так рвались. Уж ради такого случая можно и постараться.

Хотя… Именно сейчас тот самый подходящий момент, чтобы перетянуть на свою сторону сильного союзника.

Девушка оглянулась. Нет, слишком пустынно. На улицах уже, конечно, появился народ, все-таки, вторник, рабочий день, но все равно… Придется ждать пару часиков, а потом звонить оттуда, где можно не просто затеряться - исчезнуть на глазах множества людей. Как ни странно, это отнюдь не цирк или комната иллюзий. Все гораздо проще – гипермаркет. Не просто так ведь и прятать лучше на видном месте, и теряться в толпе легче всего.

Вот только Машке нежелательно находиться столько на морозе… Пусть сегодня всего-то минус двенадцать, но котенок за эти два часа, пока Инне нужно переждать в укромном месте, может просто замерзнуть. О том, чтобы вернуться в здание ж/д вокзала, и речи идти не может. Так же, как и об отъезде к бабе Дусе прямо сейчас. Даже с учетом того, что на этой сим-карте стоит АнтиАОН, отследить разговор будет не так уж и сложно, просто нужно знать некоторые хитрости. А в том, что СБ «Антиквы» ими владеет, сомневаться не приходится.

- Машуль, а помнишь милую девушку Алёну, которая хотела тебя забрать? – разговаривая на улице с кошкой, Инка чувствовала себя несколько неуверенно, но девушка давно заметила, что мыслит лучше, если проговаривает идеи вслух, или набрасывает их от руки на листе бумаги. – Как думаешь, она нам поможет припрятать тебя на несколько часиков?

Кошка не ответила, что, в принципе, было как раз понятно, вот если она молвила человеческим голосом, это испугало бы гораздо сильнее.

Плохо только то, что салон, в котором работала Алена, находится недалеко от института. А хорошо – далековато от остановки и можно перебежать через дорогу из парка, расположенного напротив. Там ещё пару лет назад предприимчивый народ, не желающий делать крюк, проделал дыру в заборе, и, что самое замечательное, знали об этом исключительно жильцы того района и студики их ВУЗа. Лохматые в любое время года кусты – летом по причине листвы, а зимой из-за того, что дворника там днем с огнем не найдешь – прикрывали тайную тропу от нескромных глаз. Ограждение поставили всего года три назад, и о существовании секретного лаза, по идее, не должны бы знать ни Женька, ни Тихонов.

Как Инка преодолевала эту полосу препятствий – отдельный разговор. Для начала девушка пробежалась несколько кварталов пешком, не рискнув ни садиться на общественный транспорт, ни ловить такси в непосредственной близости от оставленного на произвол судьбы внедорожника Сергея. Втиснувшись в маршрутку, Власова пожалела, что вообще не пошла пешком – утренний час-пик набирал обороты, и в переполненной «Газельке» на девушку с двумя объемными сумками посмотрели, как на врага народа.

С трудом пробившись к выходу и едва не получив в лоб от какого-то невнимательного парня, не оглянувшегося, перед тем, как попытаться закрыть за собой дверь, Инна вывалилась на улицу уже не в злости, а в состоянии холодного бешенства. Даже появился искус сделать обидчикам какую-нибудь пакость, но почти сразу же пропал – все эти гадости ударят, в первую очередь, по тем, кто работает на производстве. Уж совет директоров вряд ли глобально обеднеет от её попытки мелочной мести.

Машка начала помяукивать, намекая, что кошечке хочется молочка и в тепло.

- Уже скоро, лапулька, - Инна совершила последний рывок и остановилась перед дверьми того самого салона связи. Через большие окна можно было заметить зевающего охранника и какую-то полусонную девушку с собранными в высокий хвост светло-русыми волосами, меланхолично протирающую зеркальную стойку с телефонами. Темноволосой же нигде не было видно. Понадеявшись, что Алена может быть где-то в подсобке, Власова толкнула дверь, вновь окунаясь в тот самый мир не очень приятных ароматов новой техники, только подчеркнутый душноватым теплом помещения.

- Здравствуйте, я могу вам чем-то помочь? – светленькая голова повернулась, отчего хвост взметнулся и хлопнул хозяйку по плечу.

- Да, наверное, - метнув взгляд на охранника и убедившись, что тот продолжает мужественно зевать, стараясь не разжимать рот, Инна наклонилась к девушке, уже вставшей за стойкой и растянувшей губы в приветливой, хотя и не особо теплой улыбке. – Мне очень нужно поговорить с Аленой. Она сегодня работает?

Улыбка чуть померкла.

- У Алены сегодня выходной. Я и сама могу проконсультировать вас по любому интересующему вопросу.

- Дело в том, что мне нужно не по работе с ней поговорить, - Инка замялась, не зная, что ещё сказать, потому как светленькая уже начала хмуриться. – Она вам не рассказывала о котенке, которого хотела подобрать?

- А какое это имеет отношение к нашему разговору? – консультант уже подняла голову, собираясь позвать охранника. Мало ли сумасшедших по улицам шатается, хотя осень уже прошла, а до весны ещё далеко, может у этой, с подозрительно блестящими глазами и выбившимися из-под шапки рыжими волосами, свой цикл обострений?

- Пожалуйста, выслушайте меня, - Инна приподняла переноску, сквозь решетчатую часть которой тут же сверкнул любопытный зеленый глаз. – Я и есть та, кто подобрал котенка, и мне очень нужно поговорить с Аленой. Это действительно важно…

Как ещё уговорить продавца, она не знала. Почему-то такая простая мысль, как то, что девушки может просто не быть на рабочем месте, ей в голову не приходила.

- Хорошо, давайте я посмотрю, что у вас там с телефоном. Хотя для этого нужно обращаться в сервисный центр, - блондинка зачем-то повысила голос и снова заулыбалась Инке. Что все это означает, до Власовой дошло не сразу. Но когда поняла, что именно так консультант хочет ей помочь, не привлекая внимания – а охранник уже очнулся от своей летаргии и начал все чаще посматривать в их сторону.

Торопливо покопавшись в сумке, Инна протянула девушке свой старый мобильник, который продолжала таскать с собой даже после покупки нового. Блондинка немного скривилась, увидев допотопный агрегат, к которому разве что провода не хватало для полноты картины, но быстро потыкала аккуратным нежно-розовым ноготком в клавиши:

- Вот видите, вы поставили запрет на входящие вызовы. Просто нужно было восстановить настройки.

Услышав привычные слова, охранник снова успокоился и на девушек внимания больше не обращал. Торопливо попрощавшись с не то поверившей на слово, не то просто желающей отделаться малой кровью блондинкой, Инна выскочила на улицу и замерла, не зная, что лучше сделать. В принципе, на поиски координат Алены она убила столько времени, что вполне можно уже ехать в торговый центр, но все же таскать с собой Машу не хотелось – периодически мяукающий котенок привлекает ненужное внимание, а весь успех затеи зависит как раз от умения девушки стать незаметной.

Набрав номер, который ей забила консультант, Власова не сразу поняла, что время раннее, а человека – выходной, и уже хотела нажать «Отбой», как в трубке все-таки раздался чуть хрипловатый, явно заспанный голос.

- Да?

- Алена?

- Это я. Кто вы и что хотели? – похоже, что разбуженная поутру, темноволосая была не столь доброй и радушной, как тогда в салоне.

- Меня зовут Инна, помните, в пятницу я у вас на работе была с котенком?

- Помню, - чуть помолчав, отозвалась Алена. – А откуда у вас мой номер? То есть – у тебя?

- Мне его на вашей… твоей работе дали. Я знаю, что это нагло и вообще…

- Короче. У меня сейчас сессия, я вчера учила до половины третьего, поэтому давай самую суть, - Алена зевнула на середине фразы, потому слова прозвучали немного невнятно.

- Мне нужно где-то на пару дней оставить Машу. Ну, котенка, - Инна отошла подальше от проезжей части и отвернулась. Мало ли, вдруг там как раз кто-то из недругов проезжает…

На том конце провода несколько секунд помолчали.

- Знаешь, я думала, тебя на дольше хватит, - теперь в голосе девушке появились новые нотки. Разочарование. Легкое презрение. – Где ты? Я сейчас подъеду. Только не выбрасывай его на улицу!

- Да я… Я никого не собираюсь выбрасывать! – Власова даже повысила голос. – Ещё раз говорю – мне нужно ненадолго уехать. Если бы собиралась просто выбросить, не звонила бы!

- Ладно, не ори, - Алена немного подобрела, видимо, признав правоту этих доводов. – Ты возле моей работы?

- Стою рядом.

- Пройди к площади по стороне храма. Там будет арка, сразу за свадебным бутиком. Как зайдешь во двор, справа подъезд, на домофоне наберешь тридцать четвертую квартиру. Поняла?

- Да. Сейчас подойду.

На то, чтобы найти нужный дом, много времени не потребовалось – все-таки училась Инка совсем рядом, потому окрестности знала неплохо. Арка, как арка, немного обшарпанная и покрыта неведомыми надписями местных граффитистов. То ли по причине холодной погоды, то ли от того, что буквально через пару сотен метров располагалось местное отделение полиции, но никаких неприятных запахов девушка не уловила. Хотя дом и выходил на одну из центральных улиц города, но двор был удивительно уютным, и, что удивляло больше всего – чистым. На расположенной посредине детской площадке возилось несколько малышей под присмотром притопывающих на месте от порывов холодного ветра мамочек. Аккуратная темно-серая подъездная дверь сверкала новым домофоном и была с виду совершенно неприступной. Ткнув в кнопочку с номером «34» Инна ещё раз оглянулась. Как ни странно, но здесь было тихо и как-то умиротворенно. Возможно, это все от того, что через несколько минут она сможет пристроить Машку, и нужно будет снова окунаться в свои проблемы, потому и хотелось запомнить последние минуты относительного спокойствия.

- Кто? – искаженный динамиком голос прозвучал совершенно не так, как ещё десять минут назад по телефону.

- Это Инна, я тебе недавно звонила…

- Третий этаж.

Немного режущая ухо мелодия, и дверь открылась. Подъезд был настолько обычным, что, даже если бы девушке нужно было припомнить особенности, никогда бы не смогла этого сделать.

Алена стояла в тамбуре возле двери в квартиру, немного ежась от холода, хотя и была одета в плотный велюровый костюм и пушистые тапки в виде щенков.

- Давай быстрее, холодно же, - темноволосая окинула Власову подозрительным взглядом. – Котенок где?

- Здесь, - она приподняла переноску, в которой сидела укутанная в её свитер Машка. – Я все её вещи принесла – и лоток, и миски, и корм…

- Не тарахти. Зайди в коридор, - Алена посторонилась, пропуская девушку в квартиру, но Инка замялась на пороге, опасаясь проникать на чужую территорию. Да, скорее всего, никого страшного там нет, но природная осторожность не давала вот так, сходу, довериться незнакомому человеку. – Да не бойся, я одна живу. Не на пороге же разговаривать. И потом – я тебя не знаю, поэтому рискую ничуть не меньше.

- Даже больше. А если я тебя оглушу и обворую?

- Во-первых, силенок не хватит, - хозяйка смерила Власову сомнительным взглядом и усмехнулась. – А насчет обворовать и вовсе облом – у меня красть нечего. Так что заходи, расскажешь про котенка, что она ест, какие прививки сделали. Я тебя чаем напою, а то нос уже посинел.

Против такого искушения Инна не устояла и бочком, косясь по сторонам, протиснулась в коридор. Алена не соврала – квартира была почти пустой. В прихожей, кроме вешалки для одежды и прикрепленного на стене круглого зеркала, не было даже полки для обуви.

- Раздевайся. Извини, тапок нет, - брюнетка забрала у Власовой Машкину сумку и выпустила на волю зверька. Засидевшийся в тесноте котенок, выпрыгнув из переноски и припадая на лапки, начал обнюхивать пол.

- Ой, помоги достать лоток, а то случится коммунальная авария, – Инна уже знала, что означает такое поведение питомицы, потому торопливо вынула все нужные причиндалы. Машка, повертев ушами и с опаской оглянувшись, почти ползком метнулась к такому знакомому и ныне необходимому предмету.

- Это хорошо, что она приучена, - Алена улыбнулась, наблюдая, как кошка, ничуть не смущаясь присутствием наблюдателей, сделала свои дела и, закопав такое сокровище, брезгливо отряхивала и вылизывала лапки. – Бери её, и идем на кухню.

Пищеблок носил все ту же печать некоторой аскетичности, как и прочие помещения, но выглядел более обжитым, наверное, из-за сочетания золотисто-желтой плитки и мебели цвета корицы. Солнечное настроение только подчеркивалось почти оранжевыми занавесками с вышитыми по нижнему краю подсолнухами.

Присев на один из двух имеющихся в наличии стульев, Инна по привычке сложила руки на коленях, наблюдая за неспешными движениями Алены.

- Ты надолго уезжаешь?

- Дня на два-три. Но бросать её одну боюсь, - девушка чуть покрепче сжала вертящуюся в попытке слезть на пол Машку, за что и поплатилась. Оскорбленный такой несвободой котенок куснул её за мизинец и все-таки спрыгнул на пол.

- Понятно. В ветеринарке была? – брюнетка поставила чайник и теперь доставала из навесного шкафчика блюдца.

- Да. Там сказали, что котенок здоров, дали какие-то таблетки. Наверное, от глистов… Противоблошиным шампунем я её искупала, но прививки делать пока рано, врач сказал, что Машка пока слабенькая, пусть немного отъестся.

- А почему Машка?

Чайник начал выводить, посвистывая, тихую песню, и в сочетании со звуками обычной кухонной жизни это казалось даже каким-то странным. Слишком уж много всего произошло за последние несколько суток, и теперь эти привычные бытовые звуки вызывали почти приступ ностальгии.

- Не знаю. Потому что она похожа на Машку, - Инна поерзала. В квартире, действительно, было тепло, и она, в толстом шерстяном свитере уже покрылась испариной. – Ты не против, если я немного разденусь?

- Если не до белья, то ради Бога, - Аленка поставила на стол, накрытый бледно-кремовой скатертью чашки и вазочку с печеньем.

- Спасибо, - Власова торопливо стянула жаркую, чуть кусачую ткань. От соприкосновения с воротом свитера, её, доселе кое-как собранные на затылке волосы, тут же распушились и образовали вокруг немного бледного от событий последних нескольких дней лица что-то вроде нимба.

- Ты на одуванчик похожа, - Алена спрятала улыбку за краем чашки, не желая обидеть новую знакомую. Почему-то эта девушка вызывала симпатию и расположение, хотя, учитывая опыт прошлого, брюнетка не так-то просто сходилась с людьми, а уж доверие…

Инка только обреченно вздохнула. Если до стрижки их ещё можно было как-то скрутить в пучок, то теперь и это было невозможно, придется ждать, пока отрастут.

- Не обижайся, тебе идет, - хозяйка попыталась как-то сгладить собственную неловкость, но Власова, понимая, что сейчас время работает против неё, поторопилась закончить разговор:

- Я оставлю деньги на корм. Ну, и за уход, - она полезла в сумку за кошельком, но стушевалась под взглядом Алены. Карие глаза глянули на неё с таким неодобрением, что Инка даже немного отшатнулась, не заметив, как от этого движения прикрывающие шею волосы колыхнулись.

- Так, стоп. Ты зачем уезжаешь? От парня прячешься, что ли?

- С чего вы… то есть, ты взяла?

- Просто след у тебя на шее очень уж говорящий.

Инна дернулась, машинально прикрывая синяк от засоса, вновь вспомнив Сергея недобрым словом. Неужели нельзя было поставить его на менее видном месте?! Что за примитивная привычка метить все, до чего дотягиваются руки…

- Ну… Вообще-то да, - получается, что прячется она как раз от Тихонова. И попадаться ему на глаза не хочется совершенно. Мало того, что он её обидел и обманул, так не совсем романтичное утро вряд ли существенно улучшило их отношения и его настроение. Во всяком случае, как говорил один одногруппник, получивший когда-то удар электрошокером, это удовольствие ниже среднего.

- Ясно. Надеюсь, ничего криминального? – рука, державшая чашку, так и замерла в воздухе.

- Нет, просто поругались, - Инна очень не любила врать, но другого выхода не было, рассказывать о себе незнакомому человеку она не собиралась.

- Все понятно. Ладно, за котенком присмотрю. Есть, где остановиться на эти дни? – Алена шикнула на Машку, которая начала активно охотиться на её ногу.

- Да… И все равно я хотела бы заплатить, ты же будешь тратить свое время…

- Сейчас выгоню вместе с котом!

- Это кошка, а не кот.

- Тем более. Извини, но мне учить нужно, поэтому беги прячься, а я пойду решать сопромат, - судя по гримасе, нелюбовь с этой наукой у них была взаимной и давней.

Уже собравшаяся уходить Инна повернулась.

- Может, тебе помочь? Хоть так отплачу за помощь, - девушка остановилась на пороге, а потом мотнула головой. – Извини, я слишком навязчива.

- Подожди! А ты что, разбираешься в механике?

- Ну, да… Я на ПММ учусь, там с этим строго, хоть и буду программистом, но сопромат тоже учила.

- Давай так, ты мне решаешь контрольные, а я посмотрю, чем тебе можно помочь в смысле места, где бурю переждать, – Алена поставила грязные чашки в раковину и убрала все со стола. – И хватит глаза таращить, я раньше тоже была милой воспитанной девочкой. Поверь, чем скорее научишься это ото всех прятать, тем будет меньше желающих въехать на твоем горбу в рай. Родители - врачи?

- Нет, преподаватели… - при чем тут её родословная, Инна сразу не поняла, но немного грубоватая прямота новой знакомой ей понравилась. Было в Алене что-то такое, притягивающее взгляд.

Хотя внешне она была вполне обычной – невысокого роста, ни худая, ни полная, так, посерединке. Никакими формами она тоже не блистала. Темные, коротко обрезанные волосы не прикрывали мочки, отчего все пять сережек-колец в левом ухе демонстративно поблескивали и позвякивали, когда она встряхивала головой. Лицо… Ничего поражающего воображение, небольшой, чуть вздернутый нос, обычные губы, смуглая кожа. Разве что глаза красивые – темно-карие, и ресницы длинные. А так – похожих на Алену девушек у них половина института.

- Тогда все понятно. Махровая интеллигенция.

Что именно ей стало ясно и при чем тут такая характеристика, хозяйка не уточнила, оставив Инну на пару минут в одиночестве, если, конечно, не считать азартно заглядывающую в каждый угол Машку, а вернувшись, сгрузила перед Власовой несколько методичек, тетради и полный набор канцелярских принадлежностей.

- Ты серьезно в этом шаришь? – видимо, мысль, что кто-то может понимать и разбираться в этой бесовской науке, никак не хотела укладываться в её голове.

- Да. Это не так сложно, как кажется, - Инна мельком посмотрела на объем предстоящих работ. Часа полтора уйдет. Ладно, так даже лучше – в торговом центре будет больше народа. – Просто нужно выделить основный принцип. Все задачи в чем-то схожи, вопрос только в том, какие данные известны изначально.

- Вот теперь точно верю, что родители – преподаватели, - Алена отловила котенка и начала дразнить его, щекоча мохнатое пузико кончиком карандаша. – Скажи, ты из тех чокнутых, которые начинают готовиться к сессии с самого начала семестра?

- А почему сразу – «чокнутых»? Ведь проще сдавать контрольные постепенно, чем потом, за день до зачета, пытаться вспомнить все то, что учили несколько месяцев назад.

- Вот именно об этом я и говорю.

- Можно личный вопрос? – Инка отвлеклась от вычерчивания эпюры. – Где ты учишься?

- Политех. Управление качеством на производстве. И если ты спросишь, зачем нам сопромат, этот вопрос к тому, кто составлял учебный план.

Эти слова напомнили Власовой, что вопрос с её поездкой в Мюнхен теперь, похоже, повис в воздухе. Интересно, удастся ли ей избегать Эрмидиса все это время? Почему-то Инна была уверена, что Константин Дмитриевич не привык к долгим раздумьям со стороны женщин, и будет ждать ответ на свое брачное предложение в ближайшее время. Может, и к лучшему, что пришлось отключить телефон, не хватало только его звонка для полноты картины сегодняшнего дня…

Чтобы отвлечься от вновь захлестывающих невеселых мыслей, девушка снова обратила внимание на Алену.

- А вообще – нравится твоя специальность? – словно без ведома самой девушки, пальцы вырисовывали точки приложения сил и моментов.

- Не очень, - усмешка получилась невеселой. – Но я смогу по ней работать. Потому что по первому диплому здесь не устроишься.

- Для тебя это второе образование? – Инна теперь внимательнее присмотрелась к хозяйке. А ведь действительно – Алена при более пристальном взгляде была старше, чем показалось сначала, не двадцать лет, а ближе к двадцати пяти.

- Да. По первому я - лингвист-востоковед со специализацией по японоведению.

Власова уронила линейку с карандашом.

- И ты ещё удивляешься, что я понимаю механику?!

- Ну, когда общаешься с носителями языка, это не так сложно, как кажется, - Алена снова улыбнулась так, как тогда в салоне – открыто и заразительно, так, что при одном взгляде на её ямочки на щеках и сияющие глаза поднималось настроение. – Но ты права, у нас у каждого свои способности.

- Ты его здесь изучала? – Инна вновь сосредоточилась на решении задачи, справившись с удивлением.

- Нет. Во Владивостоке, - она никак не продемонстрировала, что это интерес её раздражает, но Власова сразу почувствовала, как атмосфера стала гораздо более прохладной и менее доверительной.

- Извини, что расспрашиваю. Не обращай внимания. Я скоро закончу.

- Ничего страшного. Не спеши. Я тебя оставлю на несколько минут.

Инна сразу же насторожилась, побаиваясь оставаться в чужой квартире, когда хозяев не видно. Спасибо, она уже пожила несколько дней в доме родителей Тихонова, и добра ей это не принесло.

- Да не дергайся, - Алена, похоже, поняла, с чем связан настороженный взгляд мгновенно вскинутых на неё зеленых глаз. – Я только стиралку загружу. Ничего я тебе делать не собираюсь. Кроме, разве что… Бутерброд хочешь?

- Нет, спасибо, - от нервотрепки Власова совсем лишилась аппетита, что, конечно, благотворно повлияет на фигуру, но начинающая потихоньку кружиться голова была первым сигналом о недопустимости такой диеты.

- Не переживай ты так, - похоже, брюнетка решила, что испуг Инны связан с тем самым парнем, от которого, по легенде, она пряталась. – Мы с тобой практически не знакомы, он тебя здесь не найдет. А съесть что-нибудь нужно, вон какие круги под глазами, того и гляди, упадешь в обморок.

- Спасибо за беспокойство, но я, правда, не хочу есть, - Власова вернулась к незаконченной задаче, в которой полученный ответ почему-то не соответствовал логическому рисунку эпюры.

- Ну, смотри, мое дело – предложить, - Алена не стала настаивать, отправившись заниматься своими делами, временно оставив девушку наедине с самой собой.

Да уж, ещё сутки назад Инка и подумать не могла, что окажется в такой ситуации – в чужой квартире, прячется ото всех, включая собственного брата, да ещё и все болит после… Тут она мысль оборвала, потому что бледное до этого лицо начал заливать отчаянный румянец. Ладно, в конце концов, ничего катастрофического не произошло. Да, потеряла девственность с человеком, который для этого совершенно не подходил. Но если верить рассказам знакомых, хоть той же Ленке – это явление для девушек почти обычное, так что тем самым она только подтвердила статистику…

- Все, я закончила, - минут через сорок она потерла немного пощипывающие от недосыпа глаза и защелкнула колпачок на ручке. – Только в одной не уверена, там, скорее всего, ошибка в задании.

- Спасибо, - Алена, которая периодически проверяла, как там её неожиданная помощница, отвлеклась от развешивания мокрого белья на балконе и, зябко ежась после мороза, уселась с ногами на стуле. – Слушай сюда, математик. Если тебе нужно где-то переночевать, у меня есть свободная комната. Никаких изысков, типа дивана или кровати там нет, но в кладовке где-то был надувной матрас. Одеяло с подушкой я тебе дам, накормлю-напою, спать уложу. Условия – не курить, не шуметь, на меня не кидаться, и отдашь мне вечером свой паспорт.

- Зачем? – Инна была в некотором обалдении, потому просто хлопала глазами, глядя на невозмутимую брюнетку, рассеянно перебирающую позвякивающие сережки.

- Затем, что пару лет назад я приехала в город, где не было ни одного знакомого. Ни жилья, ни денег, чтобы его снять. Мне помогла одна пожилая женщина, которая не взяла за это ни копейки. Можно сказать, возвращаю долг. А паспорт отдашь, потому что я тебя тоже побаиваюсь - может, у тебя где-нибудь припрятана справка из психушки? Обе комнаты закрываются на замки, я лягу в одной, ты – в другой. Пару дней перекантуешься, потом решишь. Родители в розыск не подадут?

- Нет, - ничего уточнять Инна не стала. Такое предложение от совершенно незнакомого человека обескураживало. – А ты не боишься вот так пускать к себе кого-то с улицы?

- Боюсь, я тебе про это уже сказала. Только котенок там сидел около получаса, мимо прошло несколько сотен человек. А ты оказалась единственной, кто его подобрал. Вот и кажется мне, что ты не самая последняя из сволочей в этом мире. Как тебе такое объяснение?

- Ты странная, - честно призналась Власова. – Но я подумаю.

- Ну, думай. У меня первый экзамен послезавтра, до этого времени буду дома. Извини, ключи по понятной причине не дам.

- Я понимаю… Только мне сейчас нужно уйти на пару часов…

- Да иди, - Алена пожала плечами. – Я же тебя не собираюсь тут силой держать.

- Хорошо. Так я пойду?

- Иди уже. Если надумаешь вернуться, купи пакет молока и хлеб.

Все ещё никак не определившись со своим отношением к неожиданному приглашению от Алены, Инка поднялась по эскалатору на второй этаж. Чем хорош конкретно этот торговый центр – здесь есть ещё и обычная лестница, но покупатели ленились ею пользоваться, предпочитая спокойно ехать, чем перебирать ногами. Остановившись рядом с огромным павильоном, в котором продавалось все для растительности, начиная от семян и заканчивая брошюрами по обращению с компостом, девушка укрылась в тени роскошной пальмы и, задержав дыхание, набрала номер, на поиски которого затратила определенное количество времени и нарушила пару статей Уголовного Кодекса. Сначала долго не брали трубку, и когда Инна уже собралась отключаться, раздался мужской голос, в котором явно сквозило недовольство:

- Да?

- Извините, это Виталий Николаевич? – почему-то от сознания, что она сейчас говорит с отцом Сергея, появилось неприятное ощущение в животе, словно она не общалась по телефону, а каталась на американских горках.

- Да, это я. Кто это, и откуда у вас этот номер? - теперь к недовольству добавилось ещё и нетерпение, похоже, что она отрывала его от какого-то важного дела.

- Простите ещё раз, вы, скорее всего, обо мне не слышали. Меня зовут Инна Власова. Мой брат…

- Стоп! – Девушка перестала частить и послушно замолчала. Ещё бы не послушаться, когда в голосе появились такие властные нотки… - Я о вас слышал, и представляю, кто вы. Хотя, немного удивлен этим звонком.

- Это хорошо, что вы в курсе происходящего, - Инна поглубже засунулась под укрытие растения, жалея, что не умеет мимикрировать. Даже то, что она находится в центре толпы, не особо успокаивало. Наверное, нужно будет попить валерьянки, а то скоро так от нервов ничего не останется. – У меня к вам деловое предложение.

- Даже так?

- Да. Вы же знаете, что я спрятала кое-что, принадлежащее вам?

- Конечно, - теперь никакого нетерпения, только заинтересованность. А он интересный собеседник, этот Виталий Николаевич. Было бы любопытно пообщаться напрямую, но как раз этого Власова и пыталась избежать. – И что вы предлагаете?

- Я все верну, завтра в одиннадцать позвоню вам и скажу, как это забрать.

- Хорошо. Но обычно деловое предложение предполагает, что вы тоже будете иметь какие-то выгоды. Условия?

- Не нужно меня искать. Я не обману. И держите подальше от меня своего сына и моего брата. Если это условие не будет соблюдено, у вас могут возникнуть проблемы.

- Милая барышня, вы мне угрожаете?

Черт, как же неприятно ощущать себя толстеньким лопоухим щенком, пытающимся скалиться на матерого волка…

- Нет. Вы можете и без моей помощи забрать то, что хранится на сервере. Будет трудно, и, вполне возможно, вы привлечете внимание его хозяев, да и получится не с первого раза, но это возможно.

- Тогда зачем мне соглашаться на ваши условия?

Так, они говорят уже минуты две, ещё одна, максимум полторы, и нужно отключаться и уходить.

- Потому что у вас нет даже намека на место, где хранится вторая половина содержимого той карты памяти. Я не настолько наивна, чтобы не разделить информацию и не спрятать её в разных местах, - Инна потихоньку двинулась на выход, старательно огибая места особо плотного скопления покупателей.

- Признаться, вы меня приятно удивили, - Виталий Николаевич выдержал паузу, прежде чем ответить. – И это все ваши условия?

- Да, - она оглянулась и, скользнув за автоматически раздвигающуюся дверь, заторопилась вниз по лестнице.

- Вы на удивление скромны.

- Нет, извините, забыла ещё одно условие – завтра в одиннадцать, когда я позвоню, Сергей должен быть возле вас.

- Вы хотите променять меня на него? Инночка, вы разбиваете мне сердце, - смех у Тихонова-старшего был приятный, без злой насмешки или иронии, хотя и с некоторой ноткой снисходительности. – Хорошо, мой сын будет рядом, если это вас успокоит. Может, вам нужна помощь? Скажите, где вы, и уже через несколько минут приедет мой шофер и привезет вас в безопасное место, там мы сможем нормально поговорить.

- Виталий Николаевич, то, что я молодая, ещё не делает меня полной дурой. Вы, скорее всего, уже знаете, где я, звонок отследить несложно. Так вот – не нужно никого отправлять, к тому времени, как они приедут, меня тут уже не будет. Всего хорошего и до связи через сутки, - последние слова она выпалила скороговоркой, после чего прервала разговор и, вообще отключив мобильник, нырнула в первую попавшуюся маршрутку.

Только оплатив проезд и усевшись на свободное место, Инна обратила внимание, что едет автобус совсем не туда, куда ей нужно. Что ж, это даже к лучшему, если кто-то и запомнил, куда она делась, пусть ищут её в том районе.

Выскочив на конечной остановке, девушка невольно передернулась, увидела, что стоит, практически, посреди чистого поля. Ну, относительно чистого – выглядывающий из замешанного на песке снега асфальт был покрыт пятнами от машинного масла, какими-то обрывками газет, мелким пластиковым мусором… Невдалеке темнел приземистый комплекс гаражного кооператива да пара забегаловок быстрого питания для водителей.

Чтобы эта поездка не получилась совсем уж бессмысленной, Власова включила обратно свой доисторический мобильник и набрала номер службы поддержки. Потому что это был единственный абонент, дозвонившись до которого, можно было с успехом провисеть на линии в ожидании ответа оператора хоть полчаса. Мысленно поблагодарив аппарат за долгую и безотказную службу, Инна подошла к источающей даже в такую погоду удушающие миазмы помойке и бросила его в самый заполненный контейнер, постаравшись сделать так, чтобы сотовый провалился поглубже. После чего быстренько вернулась на остановку и запрыгнула в маршрутное такси, собираясь ещё чуть-чуть попетлять по городу.

Некоторое потепление вновь принесло осадки, причем, не банальный снежок, а самую настоящую метель. Видимо, довольно поздно пришедшая зима решила сразу реабилитироваться, утопив город и окрестности в сугробах. Поэтому поездка к бабе Дусе начала отчетливо отдавать авантюрой – ещё неизвестно, расчищены ли дороги, или Власовой придется прорываться через заносы и наметы. Так что теперь приглашение Алены пожить у неё стало именно тем, что нужно и наиболее рационально – даже с учетом того, что Женька старше на восемь лет, и когда сестра отдыхала в том пансионате, уже вовсю жил взрослой жизнь, вдруг все-таки вспомнит, куда родители сплавляли Инну на каникулы.

Немного поплутав по городу, девушка, наконец, выпрыгнула на нужной остановке, уставшая и вымотанная до такой степени, что хотелось упасть и проспать суток двое. Но, как выяснилось, «дивный» день ещё не закончился, преподнеся очередной сюрприз.

- Инна, постойте.

Черт! От этого голоса ей захотелось не остановиться, а рвануть, не особо глядя под ноги. Может сделать вид, что она ничего не слышала, и пойти своей дорогой? Так ведь с него станется посмотреть, куда направилась «невестушка». Не имея особого выбора, Власова повернулась, даже не пытаясь симулировать улыбку.

- Здравствуйте, Константин Дмитриевич.

- Добрый день. Я все никак не могу до вас дозвониться, - Эрмидис и сейчас был настолько элегантен и картинно красив, что у Инки свело скулы, словно она лизнула лимон. Темно-серое кашемировое пальто, лежащие в тщательно продуманном порядке волосы, лицо, от которого просто веяло уверенностью в себе и своих действиях. А девушка поблагодарила себя за то, что отказалась от Аленкиного бутерброда – при одном взгляде на институтский секс-символ её начало ощутимо подташнивать.

- Наверное, проблемы со связью, - она не собиралась поддерживать светскую беседу, торопясь сбежать из-под взгляда ледяных светлых глаз.

- Возможно. Мы с вами так и не договорили, вы так поспешно ушли, - мужчина никак не высказал своё недовольство, но Инне хватило ровно одной секунды, чтобы окончательно увериться – лучше её вообще отчислят, чем прожить хоть час рядом с ним. Если Сергей заставил почувствовать себя просто дурой, то при одной мысли о совместной жизни с Эрмидисом она совершенно отчетливо ощутила себя проституткой. Какая разница, за что продаваться – за деньги или что-то другое?

- Да, я помню. Мне, безусловно, лестно, что вы обратили на меня внимание, но, к сожалению, вынуждена ответить отказом.

- Могу я узнать причину? - Инка даже не смутилась, открыто встречая его взгляд, в котором было удивление, недоумение, и, она могла в этом поклясться, злость:

- Это не имеет отношения к вам. Решение связано с моей личной жизнью.

Интересно, если бы она сказала, что её воротит от одной мысли о нем, это стало бы уважительной причиной для отказа? А уж подумав про то, что потом пришлось бы лечь с ним в постель, девушка и вовсе судорожно сглотнула, стараясь сдержаться и не испачкать ему пальто.

- Что ж… Жаль. Не смею вас больше задерживать, - Константин Дмитриевич резко развернулся и быстрым шагом пошел в сторону корпуса института.

Почему-то Инна была уверена, что только что её исключили из программы обучения по обмену. И поняла, что не жалеет об этом. Да, возможность прослушать курс лекций в Мюнхене, конечно, заманчива. Более того – это решило бы некоторые её проблемы, до девушки все четче доходило, что Сергей вряд ли милостиво забудет такое унижение, которому она его подвергла. Да и плюс то, что ему ещё предстоит… Ладно, она найдет, как справиться со всем этим. Зато сейчас она чувствовала себя именно женщиной, которая пусть и допускает ошибки, но принимает решение сама.

Забежав в магазин и купив то, что просила Алена, Власова поспешила в свое временное пристанище – усиливающийся ветер никак не прельщал медленной прогулкой. Немного запыхавшись, Инна поднялась в квартиру, на пороге которой, как и в прошлый раз, её уже ждала хозяйка.

- Вот и молодец, что вернулась, - Аленка, у которой к предыдущему наряду добавился фартук с изображенным на груди улыбающимся смайликом и простая белая косынка, захлопнула за ней дверь, отсекая холодный сквозняк, так и норовивший прорваться из подъезда. – Раздевайся, мой руки и иди на кухню.

Все ещё чувствуя себя в присутствии брюнетки скованно и неловко, Власова стащила не только верхнюю одежду, но и, наученная предыдущим опытом, свитер, оставшись в футболке и джинсах. Быстро смыв мыльную пену с ладоней и стряхнув капли воды, она прошла на кухню.

- Вареники делать умеешь? – Алена деловито вымешивала тесто и пыталась не дать любопытной Машке запрыгнуть на стол.

- Да, конечно, - выложив в холодильник покупки, Инна присела на стул, наблюдая за быстрыми движениями небольших, но, как выяснилось, сильных рук хозяйки. – Какая начинка?

- Творожная, - девушка шикнула на котенка, попытавшегося в очередной раз подсмотреть, чем там все так заняты, что не обращают на него внимания. – Решила свои дела?

- Надеюсь, - Власова присоединилась, раскатывая комочки теста в аккуратные кружочки. – Машка тут не безобразничала?

- Все нормально. Правда, стащила и спрятала под кровать мою перчатку. Еле достала потом, - несмотря на «серьезность» проступка, Аленка улыбнулась, глядя на игривую любопытную кошечку. – Может, расскажешь немного о себе? А то как-то неуютно – вместе готовим, а ничего друг о друге не знаем.

- Ну, меня зовут Инна Власова. Двадцать один год. Учусь на программиста. Не замужем, детей нет, не состою, не привлекалась, - что ещё рассказать, она как-то не особо представляла, потому выдала такую сухую и официальную версию.

- Исчерпывающе. Алена Герман. Двадцать пять лет. Где учусь, уже говорила, последняя характеристика такая же, как у тебя, - брюнетка протянула испачканную мукой ладонь. Инна хмыкнула, но ответила тем же. После чуть запоздалого приветственного рукопожатия, девушки вернулись к кропотливой работе по лепке вареников. – Ты какую музыку любишь?

- Разную. В основном – рок, фолк. Иногда слушаю классику.

- Понятно. Хорошо, что хоть не попсу. Тогда сейчас кое-что включу, может, тебе и понравится, - быстренько сполоснув руки, Алена на минуту вышла, вернувшись с МР3 и небольшими колонками. Красивый, чуть низковатый женский голос запел о чем-то по-французски под звуки рояля и гитары.

- Никогда не слышала, но нравится… - Инна молчала, пока не началась третья песня, вслушиваясь в звучание музыки с легкими блюзовыми переливами. – Кто это?

- Это Zaz. Мне вообще нравится французский шансон. К сожалению, у нас само понятие этого музыкального направления свели к блатняку, - проворные пальцы ловко защипывали тесто, не давая творожной начинке даже шанса на побег.

Так, занимаясь домашними делами и периодически делясь впечатлениями от просмотренных фильмов и прочитанных книг, девушки успели не только приготовить еду, но и многое узнать друг о друге.

Как выяснилось, Алена родилась и выросла во Владивостоке, но после каких-то непреодолимых разногласий с родителями, оказалась в этом городе. И хотя отец с матерью уже простили блудную дочь, возвращаться она не спешила.

- Знаешь, иногда, особенно в первые полгода, очень хотелось уехать обратно, - поужинав и убрав за собой кухню, они переместились в комнату, которая предназначалась для Инны, и теперь сидели рядом на том самом, с трудом найденном в недрах кладовки, надувном матрасе, негромко переговариваясь и шурша пакетом семечек. Утомленная изучением нового жизненного пространства Машка свернулась рядом с ними, оккупировав выданную хозяйкой подушку. – Потом привыкла и мне понравилось, жизнь там была бы намного легче и гораздо более обеспеченной. Только тут я сама себе хозяйка, там – одна из членов семьи Герман. А здесь - сама совершаю ошибки, сама несу за них ответственность.

- Ты молодец, - Инна стряхнула с пальцев шелуху и подняла кружки с чаем, стоявшие на небольшом подносе рядом с койко-местом. – А я трусиха. Там, где нужно остаться и разобраться, предпочитаю убежать… Давай за знакомство.

Они стукнулись глухо отозвавшейся керамикой и пригубили уже чуть остывший ароматный чай.

- А ты от чего убежала? - Не успела она договорить, как мигнувший пару раз свет погас. Судя по тому, что за окном тоже стало темно – электричество вырубилось во всем квартале. – Похоже, какая-то авария…

- Наверное, обрыв проводов, - Власова передернулась.

- Боишься темноты?

- Угу…

Ещё минуту назад казавшийся почти уютным вой ветра сразу приобрел какие-то зловещие нотки, словно кто-то огромный и страшный заглядывал в окна, стараясь высмотреть их сквозь полупрозрачные шифоновые шторы.

- Я тоже… - сама того не заметив, Алена пододвинулась ближе к Инне, почти прижавшись плечом.

- Давай, как в том мультике – бояться вместе, - пусть смешок был и немного нервным, но это отвлекло, и брюнетка тоже хмыкнула, чуть успокаиваясь.

- Точно. У меня тут где-то были свечи, сейчас найдем.

Искать долго не пришлось – из мебели комната могла похвастать только большим, почти во всю стену книжным шкафом, комодом у противоположной стены и толстым ковром. Пошуршав на полках, Алена нашла декоративную свечу с ароматом кофе и зажигалку.

Как только темнота отступила, сгустившись по углам густыми тенями, словно и ждущими, когда же погаснет этот наглый огонек, пляшущий от легкого сквозняка, сразу стало намного спокойнее.

- Видишь, не ты одна тут трусиха, - Герман снова уселась на матрас, прикрывая ноги пледом. – Теперь твоя очередь. Почему убегаешь?

Наверное, сработал эффект попутчика, но Инна рассказала её почти все. Хотя и с купюрами – ни о какой карте памяти не упоминала, просто сказала, что брат попал в нехорошую ситуацию и попросил друга присмотреть за ней. А сегодня у девушки появились подозрения, что этот самый друг связан с неприятностями Женьки намного теснее, чем кажется сначала.

- Ясно… - протянула Алена, о чем-то задумываясь. – Только зря ты парня шокером ударила и связала. Он теперь будет ещё злее. Подумай сама – вместо «ах, дорогой, это было великолепно», ты выкинула такой финт. Так что тебе бы не просто спрятаться, а в эмиграцию убегать на пару лет, как раз мужское самолюбие чуток подживет.

- Думаешь? – такие мысли и у неё появлялись, но Инна списывала все на собственную неопытность. А тут такое нехорошее подтверждение собственным подозрениям…

- Почти уверена. Может, тебе согласиться за этого белобрысого замуж сбегать, а как только выедешь из страны – прости, милый, я передумала?

Свеча сгорела уже почти наполовину, а они все никак не могли прийти к единому мнению относительно мужской реакции на некоторые женские поступки.

- Тогда он точно добьется, что меня выгонят из института.

- Ты же сказала, что родители из почтенной профессуры, неужели не защитят доченьку? – Алена заглянула в кружку, но чай остыл уже настолько, что разве что не покрылся коркой льда, потому таким напитком она не прельстилась.

- Понимаешь, не хочется, чтобы родители как-то помогали с учебой, на меня и так одногруппники косятся… - настроение становилось все хуже. А ещё, как ни обидно и, чего греха таить, страшно, но она испытывала что-то вроде тоски по Тихонову. Днем, пока металась по городу, пылая от обиды и отвращения к собственному слабоволию, это почти не ощущалось, теперь же… Пусть он козел и обманщик, но все равно с ним было уютно и спокойно. Да и уверенность, что это он нанял того, кто её ударил, становилась не такой уж незыблемой. Сергей ведь не дурак, если бы и в самом деле указания исходили от него, не стал бы так непредусмотрительно бросать улику на видном месте…

- Понимаю, - голос Алены отвлек Инку от грустных мыслей, в которые она погрязла так глубоко, что сначала даже не сообразила, о чем говорит новая соседка. – Уже поздно, давай ложиться спать.

- Хорошо, - Власова потянулась за лежащей рядом сумочкой и вынула из неё паспорт. – Держи.

- Ты извини, но, сама понимаешь…

- Не извиняйся, все нормально. Если бы ты просто пустила и не спросила никаких гарантий, мне было бы только страшнее, - отдав ей ту самую, воспетую Маяковским, красную книжицу, Инна взяла полотенце и зубную щетку с пастой. – Я в ванную, потом спать.

- Давай, - Алена снова зевнула. – Тебя завтра во сколько разбудить?

- Я поставлю будильник.

- Ладно. Тогда спокойной ночи.

О чем он говорит, пояснять не нужно было. Но девушка все равно затравленно оглянулась по сторонам, готовая смотреть куда угодно, только не на Сергея. Потом все-таки подняла глаза, но, присмотревшись к выражению его лица, сразу об этом пожалела. Ох, права была Аленка…

К сожалению, со стороны они смотрелись, как обычная парочка, тесно прижавшаяся друг к другу и о чем-то разговаривающая. Потому никто на помощь будущей жертве мужской злости не спешил, просто не замечая её бедственного положения.

- Солнышко, ты бы хоть поздоровалась, а то могу решить, что не рада меня видеть, - пользуясь временной немотой Инны, Тихонов, не отпуская её руки, обнял за плечи и подтолкнул к низкой темной машине, стоящей буквально в двух шагах от арки.

- Я не хочу! – наконец-то дар речи прорезался, но уже слишком поздно – Сергей успел открыть заднюю дверцу и втолкнуть рыжую в салон.

- Инка, не зли меня. В смысле – ещё сильнее, - к сожалению, сегодня он был с водителем, потому Власова просто не успела попытаться выскочить через противоположную дверь, стиснутая рукой своего вероломного любовника за талию. – Артем, давай на работу.

- Хорошо, Сергей Витальевич, - сидящий за рулем мужчина невозмутимо отъехал от тротуара, стараясь не особо пялиться в зеркало заднего вида на парочку, которая, судя по виду, могла в любой момент начать убивать друг друга.

- Я сейчас буду орать, - честно предупредила Инка, чувствуя, как горло сводит от страха и чего-то, подозрительно похожего на предвкушение. Показалось, наверное…

- Не сможешь. И вообще – лучше помолчи, - Сергей повернул её к себе, взяв за подбородок пальцами, обтянутыми черной кожей перчатки. – Мы с тобой позже поговорим.

А взгляд такой многообещающий, что ей захотелось выпрыгнуть из машины, несмотря на довольно приличную для городского движения скорость. Правда, подумав пару секунд, Власова немного успокоилась – если они едут к нему на работу, значит, там будет и Женька, и другие люди. Да хоть его отец, в конце концов! Вот если бы он повез её в более уединенное место, тогда совсем плохо. Но попытку отодвинуться все равно предприняла. Продолжавшая неподвижно лежать на талии рука, казалось, совсем не напряглась, но дышать стало как-то ощутимо тяжелее, и больше подобных телодвижений девушка не совершала.

Через несколько минут Инна почувствовала, что готова заговорить хотя бы для того, чтобы немного развеять эту густую и вязкую, как переваренное варенье, тишину. Да и от ощущения твердого тела, прижатого к ней так близко, как только позволял салон автомобиля, стало совсем уж жарко и неудобно. Почему-то вместо того, чтобы накрутить себя, вызывая приступ здоровой злости от самого факта предательства Сергея, ей припомнилось совсем другое.

Что руки, которые сейчас держали её, не причиняя боли, но и без особой нежности, могут быть осторожными и ласковыми. И как она сама гладила его затылок, перебирая пальцами короткие темные пряди, и касалась языком чуть впалых щек и подбородка, жмурясь от удовольствия при ощущении грубой шершавости отросшей за день щетины. И хотя сейчас Тихонов был гладко выбит, все равно, при одном воспоминании об этом Инна с трудом сдержалась, чтобы не начать ерзать. Наваждение какое-то… Тело до сих пор побаливало, хотя уже и намного меньше, чем вчера утром. Ей же совершенно не понравился секс, как таковой. И что в нем находят люди, девушка не понимала. Но почему-то появлялась стойкая уверенность, что скоро ей все объяснят и растолкуют на конкретных примерах. Если, конечно, Сергей её до этого не удушит. Хотя, глядя на него сейчас, сложно сказать, в каком Тихонов настроении, слишком уж невозмутимое выражение лица. Правда, присмотревшись, она заметила, насколько быстро у него бьется пульс на шее, значит, не такой уж собранный и холодный. Вот только хорошо это или плохо, Инна не знала.

- Как ты меня так быстро нашел? – когда терпеть стало совсем невмоготу, она решилась все-таки задать этот вопрос. Не то, чтобы было так уж интересно, но следовало учесть свои ошибки, вдруг, когда-нибудь придется снова прибегать к таким мерам.

Сергей не стал повторять угрозы, видимо, это напряженное молчание тоже сильно действовало на нервы:

- Я знал, где ты, ещё вчера вечером. У тебя явный талант к криминальному мастерству, только опыта мало.

Говорил он так же тихо, как и сама Инна спрашивала, не собираясь посвящать в их разногласия водителя.

- И все-таки – что я сделала не так? – она чуть повернулась, не пытаясь сбросить его ладонь, и решилась посмотреть на мужчину. То ли от того, что она нашлась, то ли ещё по какой причине, но того бешеного выражения глаз уже не было. Хотя то, что до сих пор сильно злится, было понятно и по стиснутым зубам, и по недовольно нахмуренным бровям.

- Перестанешь дергаться - скажу.

Инка мысленно возмутилась от такого неравноценного обмена. Это он намекает, что не хочет пугать, или что все равно дергаться бесполезно? Нет, нормально – заставил прятаться по всему городу, а теперь ещё такие «успокаивающие» заявления! Девушка хотела уже независимо фыркнуть и отвернуться, выражая всю степень презрения и недоверия, а потом передумала. Или это неловкая попытка уйти от заданного вопроса?

Ладно, не дергаться, так не дергаться. Власова замерла соляным столбиком, стараясь даже дышать через раз.

- Я сижу неподвижно, - она вздернула подбородок, пряча за насмешкой собственную неуверенность и нервозность.

- Вижу… - Сергей, который говорил совсем о другом, с трудом сдержался, чтобы не тряхнуть её, убирая это упрямое выражение с лица. Это теперь его рыжая хочет показать, какая она взрослая и умеет драться на равных? Смешная, ей-богу. Ладно, на первый раз прокатит, тем более, что Инна, действительно, перестала шевелиться. То есть - вообще. – Можно отследить даже телефон с антиопределителем.

- Я знаю, но… Черт! - Инна прикрыла глаза и выругалась про себя. Она забыла, что именно с этого номера звонила Алене. Значит, выяснив личность абонента, они просто нашли её по прописке. Девушке стало почти жаль, что Герман не оставила в качестве официального адреса свой старый на Дальнем Востоке.

- Догадалась. Я всегда знал, что ты умная девочка. Только слишком уж рисковая. То спрячешь, что не нужно, то подбросишь, куда не следует… - последние слова он произнес уже совсем на ушко, касаясь губами ставшей горячей от прилившей крови кожи.

Она судорожно сглотнула, пытаясь убедить себя, что это все от страха. И сердце так заколотилось, и в горле пересохло, и пальцы задрожали. И грудь напря… Стоп, вот об этом думать точно не нужно! Инна дернулась, почувствовав, как горячий язык обвел контур оставленного той ночью синяка, и вообще готова была вспыхнуть от смущения. Да, ей все это нравится, но не на глазах же у шофера!

А вот Тихонова, похоже, присутствие постороннего нисколько не напрягало, потому что вторая ладонь легла ей на колено, причем, девушка могла поклясться, что даже через несколько слоев одежды чувствует, насколько теплые у него пальцы.

К счастью, ехать оказалось недолго, потому Сергей не успел окончательно смутить Инну более смелыми прилюдными ласками.

- Вас вечером отвезти? – вопрос Артема отвлек их от противоположных по направленности действий – Тихонов пытался заставить её повернуться, чтобы нормально поцеловать, а Инка изображала черепашку, втянув голову в плечи и сжавшись всем телом.

- Нет, я на своей, - Сергей плюнул на попытку как-то сгладить первое впечатление от сегодняшней встречи и просто вытащил рыжую из машины. Водитель стоял рядом с дверью и так внимательно рассматривал что-то поверх крыши автомобиля, что девушка почти поверила – он и в самом деле ничего не заметил. Хотя и понимала, что глубоко не права.

На подземной парковке было намного теплее, чем на улице, но нервная дрожь все равно периодически пробегала по телу, и Инке отчаянно захотелось задать стрекача. Но, как и в первые минуты нынешнего рандеву, никто такого шанса не предоставил.

Небольшая стоянка, предназначенная исключительно для руководства, была совершенно безлюдна. Да и, даже появись тут кто-нибудь, вряд ли бросились бы на защиту девичьей жизни и чести, увидев, кто Власову сопровождает.

- К сожалению, у меня сегодня ещё много дел, - Сергей завел её в небольшой чистенький лифт и нажал кнопку пятого этажа. – Поэтому посидишь в кабинете. И не надейся, что получится удрать.

- Слушай, я понимаю, что доставила неудобства вмешательством, но это уже чересчур, - девушке надоело, что он собирается таскать её с собой, как багаж. К тому же нервы, и без того напряженные событиями последних нескольких дней, уже натянулись до предела. – В конце концов, я свободный человек и не обязана выполнять твои распоряжения!

- Вот об этом мы и поговорим вечером, - почему-то Тихонов был на удивление спокойным, что пугало гораздо больше крика и угроз. Да и потом, Инна его уже почти не боялась – если бы собирался что-то сделать, прибил бы сразу, когда психоз в стадии обострения. Если уж не тронул её в машине, то вряд ли решится на что-то подобное позже.

Но все равно чувствовала себя в его присутствии неудобно. А взгляд в зеркало, которое занимало одну из стен лифта и вовсе повергло в уныние. Даже рядом с самим Тихоновым она выглядела совершенно невыразительно – обычная девчонка в джинсах. Похоже, что от сравнения с местными красотками у неё и вовсе разовьется острый приступ комплекса неполноценности.

- Хватит вертеться, - он только крепче сжал её ладонь, не давая отодвинуться ни на шаг. – У тебя есть часа четыре на размышления о том, что ты сделала, и чем это могло грозить.

Почему-то именно эта фраза окончательно выбесила Инку:

- Это я сделала?! Между прочим, я ничего ни у кого не воровала и не нанимала каких-то уголовников, чтобы они кого-то избили! – в запале она даже не заметила, что дверь лифта открылась, а с площадки на них с Сергеем смотрит несколько человек, с нескрываемым любопытством прислушивающихся к эмоциональной беседе.

В отличие от озверевшей рыжей, Тихонов сослуживцев увидел, потому, не желая продолжать скандал в расширенном составе, без усилий преодолев её сопротивление, вытащил девушку из кабинки, поприветствовав сотрудников кивком и загадочной фразой:

- У нас сегодня был трудный день.

Не став выслушивать слова сочувствия, он повел Инну по коридору, немного снизив скорость, заметив, что ей приходится за ним почти бежать.

- Если бы ты хорошенько подумала, то поняла бы, что никого я не нанимал. Да, в квартире был. Но до прихода того придурка. Ты ушла в институт, в это время я забрал флешки, - Сергей мимоходом поприветствовал вскочившую секретаршу. – Татьяна Александровна, меня не беспокоить, если только что-то совсем срочное, - не став слушать открывшую было рот блондинку средних лет, которая и ведала распределением его рабочего времени, Тихонов втолкнул временно притихшую Власову в кабинет и закрыл дверь. – Раздевайся.

- Ты… Ты в своем уме?! – Инна обхватила себя руками и попятилась от этого маньяка. Почему-то сейчас она была уверена, что он вполне даже может кинуться на неё прямо на рабочем месте. А что, уязвленное самолюбие лечить нужно? Нужно. Так что девушка приготовилась к сопротивлению, уже набрав воздуха в грудь, чтобы закричать изо всех сил.

- Это у тебя все мысли не о том. Я имел в виду – сними верхнюю одежду, здесь тепло, - Сергей с усмешкой наблюдал, как рыжая начала краснеть, поняв свою ошибку. – Шанс раздеться полностью тебе представится чуть позже.

Расстегнув своё пальто, он быстро стянул с Инки пуховик и шапку с шарфом, определив вещи на затаившуюся за дверью вешалку. Девушка же в это время пыталась понять, с чего бы это вместе с облегчением при мысли, что насиловать её никто не собирается, ощутила и легкое сожаление. Наверное, именно так и проявляется стокгольмский синдром. А что – он же её насильно удерживает, вот и начала испытывать сочувствие и тягу к собственному тюремщику. Почему-то мысль, что Сергей её привлекает, как мужчина, она не стала рассматривать всерьез. Ещё чего, от него одни только проблемы, не хватает только начать вздыхать по наглому типу, которому плевать на её мнение и не знакомому с элементарными основами хороших манер!

Успокоив себя такими мыслями, Инна оглянулась. А ничего так, приятное место. Кабинет, хоть и довольно просторный, но уютный. Сергей, уже устроившийся в кресле за столом, кивнул ей на диванчик, стоящий рядом с овальным столом чуть в стороне.

- Располагайся, - после чего окончательно перестал обращать внимание на переминающуюся с ноги на ногу девушку. Хотя, стоило ей сделать пару шагов к выходу, не отвлекаясь от набора документа, предупредил. – Подойдешь к двери, на самом деле раздену до белья. Посмотрим, как ты попробуешь сбежать отсюда почти голая. Да, чуть не забыл, - Тихонов встал и направился к насупившейся от обиды рыжей. – Дай сюда свой телефон.

Если до этого Инка ещё и худо-бедно мирилась с проявлениями деспотичности, то теперь, решив, что иногда нужно опускать маску приличной девушки, молча показала ему сложенную из пальцев аккуратную фигу.

И начала пятиться от медленно подходящего Сергея. Что у него за дурная привычка пытаться подавить живой массой?! Ладно, метод действенный, но ей он совершенно не нравился, особенно, когда выяснилось, что, прежде чем отступать, неплохо было бы смотреть, куда именно идешь – как оказалось, Власова сама себя с успехом загнала в угол. Упершись спиной в стену, зажмурилась, не желая видеть, как Тихонов делает последний шаг. Так, что она невольно прижилась щекой к его груди. И что теперь делать?

- Все проблемы от того, что ты не учитываешь свою слабость, - тяжелые ладони, скользнув по плечам, легли на её ключицы, затем, слегка сжав обтянутую тонким кашемиром грудь, опустились на талию. Пальцы, пробежав по краю свитера, забрались под него, поглаживая гладкую кожу поясницы. – Я же все равно его заберу. Или тебе заводят такие игры? – теперь Сергей обеими руками стиснул её ягодицы, приподнимая Инку и с силой прижимаясь свои телом. – Нравится?

Чтобы появилось четкое представление, о чем именно её спрашивают, он прижался жадным, немного грубоватым поцелуем к губам рыжей. Таким, чтобы у неё и сомнений не осталось, что искал он её не для наказания. Во всяком случае, не только для этого. Девушка дернулась, словно желая избежать прикосновения его рта, а потом просто замерла, не отвечая, но и не отталкивая.

И хотя такая реакция заставляла послать к черту все планы и выработанную стратегию, Сергей все-таки вспомнил, для чего все это затевалось. А вот Инна не сразу поняла, зачем он сунул руку в карман её джинсов. И только когда почувствовала, что Тихонов вытаскивает припрятанный там мобильник, попыталась хоть как-то запротестовать, если уж сказать в этот момент ничего не может. Не успев задуматься о том, что делает, она прихватила зубами его нижнюю губу, но укусить, как и собиралась, не рискнула. Слишком уж эротичным получился бы этот жест. Так уж получилось, что кусалась она только в моменты возбуждения. И что хуже всего – он это знал. Ни к чему давать Сергею лишнее преимущество, у него и так их слишком много – начиная от банального перевеса физической силы и заканчивая самим фактом, что, несмотря на его поведение и всю сомнительную ситуацию в целом, её к нему тянет. И тянет так сильно, что это Инку пугало. Слишком уж похоже на своеобразную зависимость, а быть кем-то вроде наркоманки, ей категорически не хотелось. Даже вчера ночью, будучи почти уверенной в его двуличности и беспринципности, скучала, а это уже показатель, причем, нехороший. Поэтому девушка замерла, не мешая лишать себя средства связи.

- Давно бы так, - Сергей напоследок медленно провел языком, обводя контур нижней губы, и отодвинулся, стараясь как-то выровнять сбившееся дыхание и подавить желание сдернуть с неё эти тряпки, обнажая манящее изгибами тело. Почему-то больше всего хотелось прижаться губами к родинке под левой грудью. Это темное пятнышко, только подчеркивающее белизну кожи, он заметил, когда вытирал после памятного ледяного душа, и теперь не мог забыть. Бред какой-то, его, помимо тела и ума Инки возбуждают уже её родинки. Полный капец. – Рыжая, давай заключим временное мирное соглашение. Ты не отвлекаешь меня, а я не применяю к тебе жестких мер удержания. Согласна?

- Что ты имеешь в виду под «жесткими мерами»? – отодвигаться очень не хотелось, но и стоять на цыпочках, почти влипая в его тело, тоже не есть хорошо, поэтому девушка опустилась на пятки, не сразу заметив, что так только сильнее прижимается попой к его ладоням.

- Например, у меня до сих пор остался твой ремень. Предпочитаешь, чтобы я привязал тебя к креслу им, или попросить у охранников наручники?

- Не надо ничего! – Инка резко пришла в себя. А ведь он не из тех, кто легко спустит с рук такие издевательства. От понимания, что Сергей все равно как-то, но замстит, ей стало неуютно. – Как долго ты собираешься меня удерживать в заложниках? И да – с какой целью?

- Все решим вечером. А пока, будь добра, сядь на диван. Если хочешь, Татьяна Александровна принесет тебе какой-нибудь журнал, чтобы не заскучать.

- Нет, спасибо. Женька здесь? – после того, как мужчина отпустил её и отошел на пару шагов, Власовой стало холодно без тепла его тела. Чтобы как-то убрать это неприятное ощущение и не выглядеть неуклюжей девчонкой, Инна обхватила себя руками и отошла к тому самому дивану.

- Он сейчас где-то тут. Скорее всего, создает видимость работы и следит за моей машиной, - Тихонов вернулся за стол.

- Зачем?

- Чтобы я не поехал за тобой, - поняв, что два раза прочитал один и тот же пункт документа и все равно ничего не понял, Сергей поднял глаза на оглядывающуюся по сторонам рыжую. – Сядь и не отвлекай меня.

- Я хочу увидеться с ним, - теперь страх прошел окончательно, и Инна решила морально додавить своего похитителя. Если она ему мешает, может, отправит под присмотр брата? Не то, чтобы после такой подставы со стороны родственника ей сильно хотелось его видеть, но и сидеть в одном помещении с Сергеем тоже не могла. Слишком уж яркими были воспоминания об их прошлой встрече, поэтому она постоянно ловила себя на том, что невольно обращает внимание на каждое его движение. Это смущало и сбивало с толку, потому для них обоих будет лучше, если она на что-то отвлечется.

- Помнится, одним из условий твоего сотрудничества было – не видеть брата.

- А вторым – не видеть тебя. Если уж нарушил одно, значит, ни к чему выполнять и второе. Кстати, я была лучшего мнения о твоем отце. Похоже, что страсть к двурушничеству у вас семейная черта, - Власова подошла к окну, выглядывая на улицу. Ничего интересного – окна выходили на внутреннюю территорию, где, помимо расчищающей снег техники, никого не было.

- Зря ты так. Он мне не помогал, - мысленно пообещав себе ещё пару минут отвлечься на маячащую перед глазами девушку, а потом вернуться к непосредственным обязанностям, Сергей подошел к Инне и обнял со спины, ставя подбородок ей на плечо. – Не ты одна имеешь навыки хакера.

- Ты попросил кого-то влезть в историю звонков своего отца? – она повела плечами, намекая, что неплохо было бы её отпустить, но этот жест остался без внимания.

- Да. Удивлена? – пришлось отвлечься, потому что в это время на столе звякнул телефон. – Что?

Что ему там говорила секретарша – а это был именно аппарат внутренней связи, Инка не слышала, но воспользовалась моментом, чтобы отойти подальше.

- Вот и тот, о ком ты так переживала.

Нельзя сказать, что Сергей был прямо-таки счастлив, когда в кабинет, чуть не снеся дверь, ввалился Женька.

- Инка, ты как?! – Власов подлетел к сестре так, что девушка едва не отпрыгнула от неожиданности. – Все нормально?

Она только вздохнула, понимая, что даже будучи сильно обиженной, не может отвернуться от одного из самых близких человечков. Пусть он рядом с ней и выглядит человечищем. Особенно ярко это проявилось, когда Женька сгреб её в медвежьи объятия, крепкие настолько, что она пискнула, опасаясь смерти через удушение.

- Пусти! Ты в порядке? – теперь уже выпущенная из тисков братской любви Инна с тревогой заглянула в его глаза.

- Да.

- Хорошо, - пристав на цыпочки, девушка, широко размахнувшись, отвесила брату душевный подзатыльник.

- Ай! У тебя рука тяжелая… - Евгений потер загривок, но протестовать против такого насилия не стал, ибо знал – наслужил.

- А нога ещё тяжелее. Спасибо, хоть не спрашиваешь, за что тебя так, - девушка снова внимательно осмотрела брата и, не заметив признаков физических увечий, решила их все-таки нанести самостоятельно. – А теперь быстро рассказал - куда и с какой целью влез?!

Кровожадно сверкая зелеными глазами, Инка загнала Женьку в тот самый угол, где ещё недавно сама стояла, чуть не размазавшись по стене. Правда, момент семейной разборки немного испортил смех, который Сергей безуспешно попытался замаскировать под кашель.

Ему было интересно посмотреть, как именно рыжая собирается устраивать разбор полетов его другу, но что эта мелкая зашугает шкафоподобного Власова и будет его морально гнобить, даже представить не мог. Так вот какая она в минуты гнева… Нужно будет запомнить. Но сама картина того, как Инна, которая была брату по плечу, наступала скользящей походкой хищника из породы кошачьих, немало повеселила Тихонова. Даже захотелось на минутку оказаться на месте Женьки, чтобы узнать как это, когда рыжая вот так психует и высказывает все в лицо, а не пугается и прячется. Его вообще задолбало, что с другими она такая, как есть, а с ним – молчаливая и отстраненная. Может, тоже попробовать довести, чтобы показала истинное личико?

- Вы продолжайте, не стесняйтесь, - поскольку оба повернулись к нему, Сергею пришлось как-то обозначить свое присутствие.

- С тобой мы потом поговорим, - почему-то Женька посмотрел таким взглядом, как будто прикидывал – сразу прибить или сначала помучить? – У нас семейная разборка, поэтому сестру я забираю, - Власов аккуратно отодвинул Инку с пути и подошел к столу Тихонова. – Если узнаю, что синяк поставил ты, урою.

- Я. Мне объяснить, как именно? – ответил он так же негромко, чтобы стоящая в нескольким метрах рыжая ничего не разобрала. – И она отсюда не выйдет, пока мы с ней не поговорим. Если нужно побеседовать, я вас отставлю на несколько минут.

- Извините, ничего, что я здесь стою, пока вы там шепчетесь? – Инну уже достали все эти тайны и заговоры. Девушке захотелось уйти домой, причем, к себе, и просто отдохнуть от идиотских поступков некоторых представителей мужского пола. Полежать в ванной, не опасаясь, что кто-то может вломиться. Почему-то сейчас не хотелось ни говорить, ни видеть ни одного из этих «шпионов». Но при этом она прекрасно понимала, что лучше выяснить все раз и навсегда, чтобы потом не возвращаться к этой теме.

У девушки возникло ощущение, что её вообще не услышали. Во всяком случае, никаких изменений она не заметила. Разве что Сергей как-то странно на неё посмотрел и снова что-то тихо сказал её брату. А потом поднялся и пошел к двери.

- Я скоро вернусь.

- Это что сейчас было? – Инна с недоумением посмотрела вслед Тихонову.

- Я попросил поговорить с тобой один на один, - Женька подошел ближе и отвел её волосы, обнажая шею. – Это откуда?

- Отстань.

- Инка, какого хрена у тебя лицо разбито?!

- Жень, - она отдернулась и отошла на пару шагов. – Ты когда полез в эту авантюру, вообще думал о том, что подставляешь меня? Или так захотелось выслужиться перед новым руководством, что на свою семью стало плевать? Я даже не спрашиваю, почему ты не рассказал о смене места работы. Обидно знать, что ты пустое место для собственного брата, но это уже мои проблемы. Наверное, слишком много требую от окружающих…

- Да не так все! И ты как была, так и останешься моей любимой сестренкой, - он все-таки обнял её, хотя девушка и попыталась увернуться. – Просто ничего до конца было не ясно с работой, вот и промолчал. Да ещё и эта ерунда со скупкой акций… Серега попросил помочь, мы все-таки уже много лет дружим, я согласился. Честно, если был способ не вмешивать в это тебя, никогда бы не впутал. Но ты, и правда, едва ли не единственная, кому я могу верить, как себе.

- А я тебе – теперь нет. Жень, я устала от вашей мышиной возни. Что ты, что он, - она кивнула в сторону двери, - вы меня душите. Мне надоело, что кто-то постоянно решает за меня, как поступать, с кем говорить и где сидеть, - Инна почти с отвращением махнула рукой в сторону дивана. – И я тебя люблю. Только видеть или общаться пока не хочу. Извини.

- Блин, я понимаю, что подвел тебя, - он все равно не убрал руки, поглаживая сестру по плечам. – Мы все решим, честно. Только скажи, ты и Серега… То есть он…

- Если ты меня спросишь, спала ли я с Тихоновым, ударю, - Инна все-таки вырвалась, отступая от брата.

- Если сильно хочется – ударь. Только один вопрос – все было добровольно? – Женька чувствовал себя совсем не в своей тарелке, расспрашивая её о личной жизни. Блин, он же всегда считал сестру ребенком, а тут выясняется, что дите уже выросло и теперь мутит с другом, которого сам Власов, будь его воля, никогда бы не рассматривал, как парня для Инки. А то он не знает, сколько у него девок! Не просто так же говорил, чтобы не лез к его мелкой. Но, то ли бес попутал, то ли ещё что, а теперь нужно что-то решать.

- Жень, это первый и последний раз, когда у нас заходит такой разговор, - девушка почувствовала, что начинает краснеть. – Никто никого ни к чему не принуждал. А теперь я хочу домой. Решайте свои проблемы без моего дальнейшего участия.

- Ин, подожди тут, хорошо? – Женька быстро метнулся за дверь, пока она не успела запротестовать.

Нормально…

Девушка уже хотела последовать его примеру и, пользуясь моментом, уйти, только вот то самое обещание раздеть, если попытается сбежать, все-таки останавливало. Если учесть, сколько времени и сил Сергей затратил, чтобы отловить её, скорее всего, так просто не отпустит.

Инка прошлась по кабинету, старательно обходя стороной включенный компьютер. Хватит, один раз уже заглянула в недра чужой техники, до сих пор разгрести не может. Зато, уходя, Тихонов не взял с собой её мобильник, чем девушка и воспользовалась. Нет, звонить в полицию она не стала, просто не верила, что ей грозит реальная опасность. Да и Женька, может, все-таки разберется с этим нелепым лишением свободы.

Вместо этого она набрала номер Алены. Герман некоторое время не отвечала, и только больше, чем через полминуты взяла телефон.

- Да?

- Ален, это я – Инна, - за дверью послышался подозрительный шум, поэтому Власова заторопилась. – Со мной все в порядке, но ночевать, скорее всего, не приду. Машку завтра заберу.

- Точно все нормально? Смотри, если что – я могу вызвать ментов.

- Нет, не нужно, здесь мой брат, так что спасибо за беспокойство.

- Ну, ладно. Если что – звони. Только меня завтра не будет с утра и часов до двух, - Алена зашуршала листами очередного вместилища знаний.

- Я поняла. Ни пуха, ни пера.

- К черту!

Инна стояла спиной, потому не видела, что и Женька, и Сергей уже зашли в кабинет и теперь с интересом прислушиваются к её разговору.

- Все, пока и до завтра, - девушка закончила общение и, развернувшись, встретилась взглядом с прищурившимся Тихоновым. Делать вид, что ничего она не трогала, Власова не стала, молча убрав телефон в задний карман джинсов.

- Надеюсь, теперь я могу идти? – она направилась за одеждой, но остановилась, услышав ответ брата:

- Ин, давай так, ты с ним поговоришь, - Женька кивнул на продолжавшего молчать Сергея. – И если тебя что-то не устроит, вечером скажешь мне. А пока разберитесь между собой, - с этими словами он покинул их, не рискнув подходить к сестре для прощального поцелуя, справедливо опасаясь, что тот и в самом деле станет последним в его жизни. Слишком уж многообещающий взгляд был у девушки. А ещё – разочарованный.

- Рыжая, успокойся. Он знает…

- У меня есть имя!!! – она сама от себя не ожидала такого крика, но не сдержалась. В конце концов, сколько можно?!

- … что я тебе не наврежу. Я помню твое имя, - похоже, до него начало доходить, что с ней не все так хорошо, как девчонка хочет показать. Было бы все нормально, не трясло бы так, что у неё даже губы задрожали. – Как ты себя чувствуешь?

- Замечательно, - Инна вернулась к дивану и села, массирую виски. Что-то ей и, в самом деле, стало нехорошо. Хотелось оказаться в месте, где никому ничего не нужно доказывать, и нет нужды прятаться или недоговаривать. Короче, где угодно, но только подальше отсюда.

- Одевайся, я отвезу тебя домой, - Сергей подошел к ней с одеждой девушки, терпеливо ожидая, пока она встанет.

- Ты же сам сказал, что у тебя много работы, - рыжая продолжала сидеть неподвижно, похоже, и не собираясь ему помогать.

- Возьму с собой. Ты собираешься идти или нет? - Власова пожала плечами, но поднялась. Если уж ему пришла такая блажь, пусть работает хоть всю ночь, ей без разницы. Наверное. Проворные пальцы быстро застегнули все замочки и замотали её в шарф. – Есть хочешь?

- Нет… - Инна подняла свою сумку, невольно поморщившись – запястье, которое он с силой сжал пару часов назад, отозвалось ноющей болью под тяжестью спрятанного ноутбука и прочих жизненно необходимых предметов, таскаемых ею с собой.

- Ладно, если передумаешь – скажи, - убедившись, что рыжая запакована по всем правилам, Сергей быстро оделся сам и взял у неё сумку. – Что ты там таскаешь?! – по самым скромным прикидкам, сумочка тянула килограмм на пять-шесть.

- Какая разница? Я могу доехать сама…

- Лучше помолчи на эту тему, - он закрыл кабинет и пристроил девушку в кресло для посетителей, приткнувшееся в углу небольшой приемной. Вскинувшаяся при виде уходящего начальства секретарша защебетала, видимо, намекая, что у него есть более важные дела, чем сопровождение всяких девиц. Инна к их разговору не прислушивалась, занятая анализом недавнего разговора с братом. Женька точно уверен, что Сергей не причинит ей вреда, иначе никогда не оставил бы, тем более, после того, как Власова сама попросила забрать себя отсюда. Это немного успокаивало, но все равно оставаться наедине с тем, при виде кого вспоминаешь отнюдь не рабочие моменты, а нечто гораздо более интимное, не очень разумно. Хорошо, хоть сам парень никак не демонстрировал свою заинтересованность. Ну, кроме разве того поцелуя, и то, что в кабинете, что немного раньше – в машине, это же были не проявления страсти, а, скорее, демонстрация собственного могущества. Своеобразная «метка территории». Хоть у неё весь опыт заканчивался той ночью, но до этого дойти смогла. И теперь она не знала, чего ждать дальше. Ладно, убивать он её не собирается, да и просто бить – тоже, но все равно как-то волнительно, мало ли какие у него там фантазии на тему мести…

А вот совсем недавно Тихонов удивил, причем, приятно – значит, не настолько занят собой, чтобы не заметить, как ей неуютно в его кабинете. И дело не в физическом комфорте. Просто столько всего навалилось, что Инка сейчас, как никогда, нуждалась в тишине и покое. Не хотелось обдумывать никакие схемы, взвешивать слова и продумывать ходы.

- Идем, - пока она отстраненно рассматривала узор обоев, он закончил беседу с подчиненной и теперь протягивал ей ладонь. Решив, что показать свой характер можно и в другой раз, Инна положила ему на руку пальцы и позволила помочь себе встать.

- До свидания, - хотя девушка с каждой минутой все больше ощущала себя обезьянкой в клетке, разве только надписи «Не кормить, пальцы сквозь прутья не совать!» и не хватало, но все же нашла в себе силы вежливо попрощаться с пристально рассматривающей её женщиной.

Если бы не разница в возрасте, Инка бы предположила, что секретарша имеет какие-то виды на своего начальника – слишком уж оценивающе и почти с неприязненно она на неё смотрела. И от этой мысли стало как-то совсем неприятно, словно изнутри в груди что-то противно царапнулось. Даже захотелось крепче прижаться к Сергею, чтобы эта грымза перестала так пялиться. Девушка уже подняла ногу, чтобы сделать этот шаг, после которого неминуемо прижалась бы грудью к руке Тихонова, но успела себя одернуть. Господи, это что – ревность?! Да с какого перепугу? Он же ей практически никто – не парень, ни, тем более, жених, чтобы испытывать такие сильные эмоции. Она и знает-то его неделю…

К счастью для неё, Сергей этой заминки не заметил, только вопросительно кивнул, уточняя, все ли у неё нормально. Почему-то сейчас рыжая казалась ему особенно бледной и уставшей. И хоть работы, действительно, непочатый край, но держать Инну здесь он не собирался. И отпустить тоже не мог.

Как ни паршиво, но когда она выходила из поля его зрения, становилось как-то не по себе. Наверное, это все от новизны ощущений. В конце концов, она у него тоже в каком-то роде первая – до этого у Сергея не было ни одной девственницы, поэтому он искренне надеялся, что это все пройдет. Хотя пока это ощущение только усиливалось. Почему-то именно сейчас ему пришло в голову, что через одну, максимум, две недели, рыжая уедет из страны. И сразу захотелось совершить какую-нибудь глупость. Например, сделать так, чтобы ей не дали визу. Или просто попытаться уговорить остаться здесь. Хотя бы на пару месяцев, а там посмотрим. Да, эгоистично, но Сергей никогда не скрывал, что именно такой.

Крепче сжав её локоть, Тихонов прибавил шаг, выходя на стоянку. Пользоваться служебной машиной он не собирался, потому подвел Инну к своему внедорожнику. Сняв с сигнализации и открыв перед девушкой пассажирскую дверь, он забросил её сумку на заднее сиденье и ещё раз уточнил:

- Точно есть не хочешь?

- Я ничего не хочу. Пожалуйста, отвези меня домой, - девушка отвернулась, глядя на заснеженные улицы и ничего не замечая. Ещё вчера ей очень хотелось, чтобы все это закончилось, а теперь… Было грустно, зябко и немного обидно. Потому что Сергей так свято уверен в собственной правоте, что и думать не хочет о её желаниях.

Пока она размышляла и лелеяла свои обиды, автомобиль подозрительно быстро остановился, и Тихонов заглушил мотор.

- Мы на месте.

Инна с недоумением осмотрелась. Этот район она знала не очень хорошо, а уж квартал новостроек и вовсе был ей неведом.

- И где мы?

- У меня дома, - когда он открыл дверь, рыжая упрямо осталась сидеть на месте. – Пока не узнаем, кто и зачем пробрался в квартиру, для тебя опасно быть там одной.

- И ты предлагаешь пожить у тебя? Спасибо за щедрое предложение, но все-таки откажусь, - девушка не стала упираться дальше и выбралась из салона. – Где здесь остановка?

- Мы с Женькой договорились, что вечером он отвезет тебя домой. До этого времени будешь у меня.

- Похоже, спросить моего мнения опять никто не догадался… - Инна прикинула шансы разобраться в ситуации мирным путем. М-да, видимо, придется все-таки посмотреть на жилище Тихонова.

- Идем, - ему надоело стоять посреди двора, потому парень, забрав из машины её сумку, сделал шаг к ближайшему подъезду. – Давай, рыжая, хватит мерзнуть.

Девушка даже не стала протестовать против обращения – толку? Все равно называть по имени он не собирался. Ладно, от осмотра его жилплощади вряд ли кто-то умирал, а оставаться на улице без денег, документов и ключей – спасибо Тихонову, по-джентльменски прихватившему её сумочку – Инне не улыбалось.

Честно говоря, Власова даже не поняла, на каком этаже у него квартира. Лифт тихо гудел, совсем не издавая уже привычный уху российского обывателя холодящий кровь скрип, и Инна чувствовала, как с каждой минутой становится все тяжелее держать открытыми глаза. И ведь выспалась, но сейчас, когда адреналин, державший её в тонусе последние дни, начал потихоньку растворяться, она ощущала себя не просто уставшей, а разбитой почти в прямом смысле слова.

- Проходи, - Сергей, звякнув ключами, открыл массивную металлическую дверь, пропуская девушку в прихожую. Инка так и осталась стоять сразу у порога – коридор был довольно темным, не хватает только, не зная особенностей расположения предметов, растянуться, зацепившись за что-то.

Яркий свет включенной лампы неприятно резанул по глазам, но так стало хотя бы понятнее, куда идти. Судя по размерам прихожей и количеству выходящих в коридор дверей, квартира трехкомнатная. Но особенности интерьера Власову волновали слабо, даже присутствие Сергея за спиной воспринималось, как немного досадная помеха.

- Дай помогу, - он быстро расстегнул на ней пуховик и помог снять верхнюю одежду. – Ванная и туалет там, - Тихонов кивнул куда-то вглубь помещения. – Кухня прямо по коридору. Давай в душ, сейчас принесу, во что переодеться.

- Ааа… Зачем?

- Ты собираешься спать прямо в этом? – Нет, конечно, джинсы и свитер с пижамой она никогда не путала, но… - И не нужно так смотреть, я не планирую на тебя набрасываться. Хотя всыпать хорошенько за все твои проделки нужно бы. Одна подстава с телефоном чего стоит… - Сергей успел снять пальто и обувь, пока негромко перечислял её прегрешения. – Флешки в субботу поменяла?

- Да, - для Власовой было непривычно видеть его настолько спокойным. Почему-то девушка, скорее, ожидала сцены в стиле Отелло и Дездемоны, а тут такая покладистость. Даже странно. И немного настораживающе…

- Я так и понял, особенно, когда вспомнил, что утром телефон разряжен был, - он взял Инну под руку и повел к одной из дверей. – Это спальня. Я пока буду работать на кухне, если хочешь, можешь отдохнуть.

Искушение было весьма велико, да и спать хотелось так, что она начала тереть глаза, забыв о нанесенном утром макияже.

- Хорошо. Я могу просто подремать на диване…

Сергей только бессильно закатил глаза и что-то тихо неразборчиво пробормотал. Инка не стала уточнять, подозревая, что ничего для себя лестного она там не услышит.

- Иди, сейчас принесу какую-нибудь футболку, - рыжую пришлось подтолкнуть в правильном направлении, иначе препираться пришлось бы ещё очень долго.

Пока Тихонов искал для неё спальный туалет, девушка успела немного ознакомиться с территорией, четко уверившись, что они с Сергеем совершенно по-разному понимают само определение домашнего уюта. Инне нравились теплые тона и всякие пледы и мягкие безделушки. А сейчас её окружал стопроцентный хай-тек – сплошь металл, резкие линии и серо-стальные оттенки.

Поежившись от такого прохладного интерьера, она скользнула в ванную, быстро разделась и нырнула под душ. Хорошо, хоть стены кабины из матового стекла, иначе Инка вряд ли решилась бы на совсем уж откровенное обнажение. Быстро ополоснувшись, Власова опасливо выглянула – хоть и пыталась постоянно прислушиваться, но шум воды все-таки заглушил посторонние звуки. Свидетельством этого было большое полотенце и белая футболка, лежащие на стиральной машине.

Его одежда была чуть свободна, хотя и неприлично обтягивала грудь, прилипнув к влажной коже, зато с длиной никаких проблем – немногим ниже середины бедра. Торопливо приведя себя в порядок и пальцами расчесав мокрые волосы, Инна вышла в коридор. Со стороны кухни тянуло холодом и запахом сигаретного дыма. Значит, скорее всего, Сергей сейчас там. Прокравшись босыми ногами по холодному полу в сторону уже показанной ранее спальни, девушка приоткрыла дверь и заглянула в комнату. Никого. И снова то же изобилие металлических предметов и цветов. Такое впечатление, что находишься внутри какого-то прибора. Неприятное чувство, что и говорить.

Покрывало на кровати, где с успехом могло бы разместиться человек пять, было откинуто, и Инна нырнула под одеяло, непроизвольно вздрогнув от прикосновения к нагретому горячей водой телу холодной простыни. Свернувшись клубочком, девушка накрылась с головой – во-первых, чтобы было теплее, а во-вторых, плотных штор она не заметила, а через тонкую органзу свет проникал прямо-таки замечательно, и это никак не способствовало сну. Несколько минут Власова потратила, чтобы комфортно угнездиться среди подушек, стараясь не думать о самом факте нахождения не только в квартире, но и в кровати Сергея.

От постельного белья исходил только слабый аромат кондиционера, что её одновременно и порадовало, и огорчило. Вроде, сама же старалась всячески забыть о нем, считая предателем и едва ли не последней сволочью, а и вчера, и сегодня, осматриваясь на улице, нет-нет да и ловила себя на мысли, что с надеждой ищет его фигуру.

«Ну, и дура», - непонятно почему обиделась на себя Инка и закрыла глаза с четким желанием уснуть.

Уже на границе сна и яви, когда веки стали неподъемно тяжелыми, а тело, наоборот, почти невесомым, дверь чуть скрипнула, и через несколько секунд матрас прогнулся под тяжестью севшего рядом человека.

- И что мне с тобой делать, рыжая? – Сергей чуть откинул одеяло, стягивая с её лица. Девушка уже спала, вся свернувшись в плотный комочек, просто теряясь на просторе кровати. Влажные волосы прилипли к скуле, отчего казалось, что её щеки измазаны чем-то темным. И вообще она выглядела милой девочкой, намного младше своего возраста. – Так недолго и до славы педофила… - он наклонился, убирая мешающие смотреть на неё пряди.

Тихонов всегда старался судить объективно, потому понимал, что любому другому, даже тому же Женьке, за половину проблем, доставленных Инной, отомстил бы не по-детски. Уж чем-чем, а даром всепрощения он не обладал никогда. Так же, как и плохой памятью. А за унижение перед отцом должен был устроить такую ответную гадость, что навеки отбил бы желание снова повторять эту ошибку. И говорить, о снисходительности к рыжей потому, что она – девушка, тоже глупо. Не пожалел бы. Вот только именно ей он мог сколько угодно мысленно грозить, строить планы жестокой мести, а причинить любой вред не был способен. И это начинало реально бесить.

Лучший выход – просто отправить девчонку домой, и постараться о ней вообще забыть. Блин, тоже мимо, ему её на пару часов от себя отпускать не хочется, а тут насовсем… Наверное, просто ещё не наигрался.

Пока он рылся в собственном подсознании, Инна повернулась и попыталась снова натянуть ускользнувшее одеяло. Может, в другой ситуации Сергей бы и внимания не обратил, но на фоне белого хлопка начинающий наливаться темнотой синяк на запястье был виден особенно хорошо.

«Какая скотина её за руки хватала?!» - у него даже внутри как-то все обожгло, стоило только понять, что эта сволочь – он сам. Наверное, днем, когда тащил в машину, слишком сильно сжал кисть. Сразу стало так противно, как будто ребенка обидел. А ведь ей точно было больно, но промолчала… Вот какого хрена ничего не сказала?! Он что, отморозок какой-то, чтобы не понять и не ослабить хватку? Партизанка-подпольщица, блин.

Рыжая заворочалась, устраиваясь удобнее, и повернулась, ложась на спину. Широкий ворот футболки сполз, обнажая ключицу и плечо. Но Сергей смотрел не на него. Теперь стала видна не только широкая темная полоса на запястье, но и засос на шее. И какие-то синие пятна возле локтя, наверное, следы от пальцев. Твою мать… Это же, получается, она из-за него вся в кровоподтеках. Все-таки, прав был Женька, когда собирался набить морду за сестру. Будь она его сестрой, вообще убил бы за такое. Хотя, тогда и проблемы не возникло бы.

Он наклонился к спокойно спящей девушке и поцеловал, едва коснувшись губами кончика вздернутого носика. Чудная она, неужели на самом деле считает себя некрасивой? Да, в ней нет броскости, и с первого взгляда, вроде, ничего особенного, а вот если присмотреться… Хотя, не надо присматриваться, все равно он её никому не отдаст. Естественно, пока не разберется, кто и зачем влез в квартиру. Все исключительно с заботой о самой рыжей, конечно! А до этих пор она будет жить с ним – у Женьки сейчас ремонт, сам на служебной перебивается, ну, куда ещё и Инку подселять? К подругам тоже не отпустит, мало ли, если претензии связаны не с их работой, а с какими-то делами девочки, найдут и там. Поэтому и ей будет удобнее здесь, да и самому Сергею спокойнее, когда она на глазах…

Желание раздеться и залезть к ней под одеяло, чтобы беспрепятственно обнимать и, как бы невзначай, касаться губами теплой кожи, стало совсем уж нестерпимым. Вот только дел никто не отменял, и то, что он сбежал из офиса, ещё не означает окончание рабочего дня. Тихонов пригладил слегка взъерошенные кудрявые пряди, заправляя их ей за ухо. Хватит, он и так чуть не сорвался, когда принес ей одежду в ванную. А все дело в этом проклятом матовом стекле. Сергей был уверен, что Инна его не заметила, зато он смог вдоволь полюбоваться на контуры женственной фигуры, смутно виднеющиеся сквозь преграду и потоки воды.

Честно говоря, он понял, что делает, когда уже почти полностью расстегнув пуговицы на рубашке. Ещё полминуты, и присоединился бы к рыжей, только тогда она бы тут вот так не спала. Уж они бы нашли намного более интересное применение этой кровати. Наверное, Сергей так бы и сделал, но тут вспомнил, какой измученной и уставшей была девушка. И, чертыхнувшись, быстро привел в порядок свою одежду и сбежал на кухню. Там, почти высунувшись в форточку, выкурил три сигареты подряд, зная, что это вряд ли поможет, но все-таки надеясь, что ледяной воздух и никотин немного прочистят мозги.

Это хоть и не сразу, но подействовало, и следующие несколько часов парень занимался всеми теми мелкими делами, которые обязательно выползают в самый последний момент. Вроде, ведь все уже готово, предварительное соглашение заключено, так ведь нет же – обязательно появляются какие-то, на первый взгляд, совершенно незначительные вопросы, но из-за них впоследствии могут возникнуть проблемы.

Мелкие строчки уже начали скакать перед глазами, сливаясь в одно непонятное размытое марево, а от выпитого для прояснения мозгов кофе – мутить, когда явился Власов. Обычно Сергей был рад другу, но сегодня… Рыжая все ещё спокойно спала, он время от времени проверял, что она там делает – хватит с него и одного её побега, потому, не успел сработать звонок домофона, как Тихонов уже открывал дверь квартиры.

- Где она? – Женька сбросил капюшон, стряхивая прилипший снег, но раздеваться не спешил. После всех прояснившихся обстоятельств сам факт дружбы между парнями оказался под большим сомнением.

- Не ори. Она спит, - Сергей кивнул в сторону спальни, что не понравилось Власову ещё больше.

- Тогда я её разбужу и заберу домой, - он сделал шаг в сторону нужной комнаты, но на плечо легла тяжелая рука.

- Пойдем на кухню, нужно поговорить, - какие именно доводы привести, чтобы Женька отвял и перестал к ним лезть, Тихонов не особо представлял, но готов был стоять до конца в вопросе безопасности Инны. Ну, и нахождения её с ним, само собой.

Власов хоть и недовольно нахмурился, но, раздевшись, приглашение хозяина принял. Правда, перед этим на пару секунд заглянул в спальню. Инка продолжала безмятежно дрыхнуть, высунув из-под одеяла только нос, и пополнения в их с Сергеем дуэте не заметила. Хорошо, что хоть синяки и ссадины не было видно, иначе появился бы риск, что Женька уволочет сестру прямо в одеяле. Видимо, осмотр его временно успокоил, потому парень перестал строить из себя строгую дуэнью, чахнущую над своей подопечной, и присоединился к Сергею.

- Что ты хотел сказать? – от любезного предложения присесть Евгений отказался, предпочтя прислониться плечом к дверному косяку.

- Слушай, я знаю, что у нас с тобой разногласия, но давай думать, как сделать лучше для Инны.

- Кроме того, что ты тр*хнул мою сестру, спорных моментов нет, - похоже, идти на компромисс Женька не собирался.

- Не начинай все сначала. Ей двадцать один год! Если уж так переживал за неё, какого хрена предложил во все это впутать?! – видя ярое нежелание конструктивной беседы Сергей и сам оставил дохловатые попытки поиграть в дипломатию. – Пусть она пока поживет у меня, нужно разобраться, кто и зачем в квартиру влез.

- Ты прекрасно знаешь, что я этого не хотел! - Власов повысил голос, но, вспомнив, что объект их спора спит совсем рядом, немного притих. – Но вина моя, тут не спорю. Только прежде чем тащить её в койку, подумал бы головой, а не членом! И за каким чертом ей жить с тобой? Я просто на время перееду в квартиру родителей, присмотрю за мелкой.

- А пока ты на работе, кто за ней присмотрит? – Сергей немного пощелкал зажигалкой, пытаясь успокоиться. Трудности он предполагал, но не думал, что все будет настолько запущено. И вообще ему было не совсем понятно, почему Женька так протестует. Сам факт их прелюбодеяния уже выяснили, чего теперь психовать?

- Тогда направлю тебе тот же вопрос.

- У меня её точно никто не тронет. Здесь даже въезд во двор по спецпропускам, так что чужой просто не проскочит. Со мной Инка будет в безопасности.

- Давай я тебе скажу, как думаю, а вы уже решайте сами, - Женька перестал стоять столбом и сел напротив Тихонова. – Чем вы там занимаетесь, сугубо ваше дело, но, как мужик, Инке ты не подходишь совершенно. Объясняю почему – ты поиграешь и забудешь, а она не такая. И я не хочу, чтобы сестра потом плакала, это тебе понятно?

- Вот тут ты прав. Мы сами между собой разберемся, и это не твое дело. В свою очередь могу пообещать – если она захочет вернуться домой, удерживать силой не стану. Все остальное тебя не касается.

- Козел ты, Серый. Хоть и мой друг, - Власов встал, негласно соглашаясь с предложением. – Только учти, сделаешь что-нибудь Инке - горло порву.

- Понял и запомнил.

- Я на это надеюсь.

Провожать Женьку Сергей не вышел, оставшись на кухне и немного повертев в голове слова Власова. Нет, не похоже, чтобы рыжая собиралась в него влюбляться, никаких признаков нет. И это, наверное, к лучшему. Во всяком случае, так будет для них обоих проще. А все-таки, интересно было бы посмотреть, какая она, когда не держит дистанцию. Настоящая, нежная, без всяких защитных слоев. Ведь к ней не подойдешь, такое впечатление, что проще черепаху из её панциря выманить, чем нормально, откровенно поговорить с Инкой. Так что все замечательно, не нужно им этой лишней эмоциональной близости…

- Ин, выходи оттуда!

Сергей, немного прихрамывая, прошел по коридору к двери ванной, за которой продолжало царить все более настораживающее безмолвие. Конечно, если бы она его временно не ослепила, Тихонов успел бы перехватить девчонку до того, как она заперлась, но в тот момент был слишком занят попытками проморгаться. К лицу пришлось прикладывать лед, чтобы хотя бы сегодня, во время подписания, выглядеть цивилизованно, но синяк, скорее всего, все равно будет. Хотя, как раз проблема внешности беспокоила его меньше всего – все там уже давно обговорено и согласовано, потому сам процесс ритуального брачного танца между корпорациями предназначен для журналистов.

Бешенство, которое все ещё гуляло в крови диким количеством адреналина, не прошло, но все же разум начал потихоньку пробиваться через мутную пелену. И теперь хотелось не отшлепать засранку, а взять за плечи и хорошенько тряхнуть, чтобы мозги на место встали. А ещё сильнее – вернуться в кровать и показать, что, какая она ни крутая, но он легко может перевести её злость и обиду в совершенно другое, приятное для обоих, русло. И не «сомнительное»!

Хотя, сейчас это будет, скорее всего, чересчур, и так много дел наворотили. Инка может вообще решить, что это насилие, а ещё больше обижать девочку совершенно не хотелось. Но от желания сделать так, чтобы она не разъяренно шипела, а стонала и шептала низким неразборчивым голосом что-то вроде «Да», аж дыхание перехватывало.

А вот эта тишина беспокоила все сильнее. Если она там строит планы мести, ещё ничего, но вот если плачет… Сергей всегда относился к женским слезам философски – все равно непонятно, по какой причине рыдания, так что сами собой успокоятся. Но ему почему-то очень не хотелось, чтобы плакала именно Инка. Вот неспокойно от той мысли и все тут! И хотя сам ещё пятнадцать минут назад был готов выпороть её, как сидорову козу, теперь понимал, что немного перегнул палку.

Да, если смотреть со стороны, за такие проделки другие бы и шаловливые пальчики переломали бы, не пожалели молодое дарование. А стоит вдуматься – она ведь своего брата защищала. На пару секунд Тихонов даже зависть к Женьке испытал. Уж если бы Власов попросил её никуда не ехать, вполне возможно, что согласилась бы. А его вон как послала. Интеллигентно, а оттого ещё более обидно. Но и противопоставить что-то её доводам тоже трудно.

Это в первую минуту, когда насмешливые слова, как по живому, резанули, он постарался не остаться в долгу, а подколоть в ответ, но если задуматься… Она ведь ему ничем не обязана, это факт. Но отпускать Инку куда бы то ни было не хотелось до такой степени, что хоть кулаком в стену долбись. То ли дело в том, что он у неё первый, и так срабатывает инстинкт собственника, то ли ещё в чем, но самому Сергею это категорически не нравилось. Только вот против подсознания не попрешь.

- Ин, хватит дурить, выходи. Ничего я тебе не сделаю.

Только договорив, он понял, что тут нужно бы наоборот акценты расставить – ведь больше пострадал как раз он сам. Но, стоит признать, бить её, пусть и просто ладонью по попе, мужчине совершенно не понравилось. Остается надеяться, что поводов для этого больше никогда не появится.

Неизвестно, до чего бы он тут ещё додумался, но Инна, наконец-то показалась из ванной, полностью одетая, но, вопреки ожиданиям, не пылающая жаждой мести, а, скорее, сосредоточенная. И теперь, когда он немного ближе столкнулся со своеобразным, но, безусловно, почти гениальным разумом девушки, от этого становилось немного не по себе. А ещё Сергей отметил, что даже мысленно перестал называть её «рыжей». Как говорится, главное – вовремя и правильно попросить.

Власова с тревогой покосилась на прислонившегося плечом к двери спальни мужчину и постаралась обойти его, почти прижавшись к противоположной стене коридора. Хотя и знала, что и по скорости, и, тем более, по физической силе намного ему уступает, но мириться с подобным отношением к себе не собиралась.

- Отвези меня, пожалуйста, домой.

- Присядь, нормально поговорим, - Сергею совершенно не понравился этот настороженный взгляд. Она что, думает, что он собирается её избивать, что ли?! – Надо же, ещё полчаса назад такая смелая была…

- Сереж. Серьезно, хватит. Я хочу домой, - Инке даже бояться уже осточертело. Если захочет что-то сделать – прячься или нет, разницы не будет, потому она, хоть и с некоторой опаской, но подошла к Тихонову, успевшему натянуть на себя джинсы и майку. Правый глаз пока ещё не опух, но, судя по покраснению, синяк все-таки будет. Н-да, неудобно получилось. Но и терпеть, что её шлепают, как малолетнего ребенка, тоже не собиралась. При воспоминании об этом эпизоде, и без того слегка зудящая кожа на попе зачесалась ещё сильнее. – И так уже настроение друг другу испортили.

«И не только его», - мысленно добавила девушка, вспомнив, как укусила его. Наверное, не нужно было говорить о запасном плане действий, оказывается, мужчины намного более остро реагируют на такие вещи.

- Мне сейчас нужно ехать на работу. Поэтому предлагаю тебе остаться здесь, вернусь, и мы все решим, - хоть она и не дернулась, но когда он положил ей ладонь на плечо, как будто одеревенела. Даже моргать перестала.

- Тогда вызову такси. Пойми, это не блажь – я хочу домой. К себе. Одна, - Инна все-таки сбросила с себя его руку, хотя и приятно было ощущать, как мужские пальцы осторожно гладят её тело, пусть и через плотную ткань свитера.

- Да ё-моё… Ты меня вообще слышишь или нет?!

- Не кричи на меня.

Так, ладно, нужно успокоиться, а то они опять начнут скандалить. Вот что за фигня, а? Сергей так и не понял, что именно так возмутило Инку. Ну, предложил остаться с ним, причем, очень корректно и осторожно, а что получил в ответ? Нельзя было просто сказать «Нет»? Хотя, если бы она так отказалась, точно начал бы переубеждать. И не обязательно словами, в конце концов, его девочка ещё нифига о сексе не знает, нашел бы способы уговорить. Твою мать, вот только возбудиться во время тихой ссоры и не хватало…

- Хорошо, не буду больше повышать голос, - Тихонов пододвинулся ближе, без труда преодолев не особо активное сопротивление, и обнял Инну, нажимая ладонью на затылок, заставляя прижаться лбом к его груди. – Очень больно? – вторая рука осторожно легла на её ягодицы, поглаживая обиженную им попу.

- Терпимо.

Передвинув ладонь на талию, Сергей приподнял девушку, продолжая прижимать спиной к стене, и остановился только, когда их лица оказались на одном уровне.

- Извини. Ты уедешь?

Инна невольно облизнула губы под каким-то непривычно серьезным взглядом.

- Это мой шанс…

- Ясно.

Девушка пошатнулась, оказавшись резко опущенной на пол, и для равновесия схватилась за его плечи. И хотя внешне он казался вполне спокойным, но напряженные почти до состояния окаменения мышцы и бьющаяся с пугающей быстротой выступившая на виске венка намекали, что эта расслабленность немного не соответствует реальности.

- Не думаю, что в подобной ситуации ты сам поступил бы по-другому, - почему-то сейчас Инке стало как-то не по себе. Нехорошее такое ощущение, если учесть, что не все понимаешь, а рядом с тобой находится мужчина, чье эмоциональное напряжение можно было заметить невооруженным взглядом. И хорошо, если в этот раз все обойдется поркой, уж больно взгляд у него странный… Какой-то одновременно злой и растерянный. Власовой даже стало его немного жаль, но потом она вспомнила обо всем, что пришлось перенести из-за его самомнения и нежелания нормально объяснить, что вообще происходит.

- А ты поменьше думай и побольше смотри по сторонам, - смысла этой фразы он не уточнил, а она не стала переспрашивать.

Но девушке пришлось одернуть себя, когда поняла, что начала гладить его затылок, слегка скользя пальцами по напряженным мышцам шеи. Злость на него из-за шлепков уже почти прошла, все-таки, если рассуждать здраво, он выбрал самый невинный и безболезненный способ наказания. Уж сама Инна за подобное придумала бы что-нибудь гораздо более действенное, пусть и не связанное с применением физических мер воздействия.

Но все равно было очень обидно. И за это непонимание, и за сам факт позорной и унизительной экзекуции. А ведь если вдуматься, то получается, что Сергей считает себя вправе решать что-либо за неё. Нет, духа оголтелой феминистки в Инке никогда не было, но и становиться безмолвным существом, по первому же распоряжению исполняющему желания господина, девушка категорически не хотела. Видимо, как и многие другие, он решил, что если Власова предпочитает не повышать голос и избегает использования нецензурной брани, то это признак слабости характера. От этого становилось ещё неприятнее.

И в этот момент она на полном серьезе хотела вернуться домой и все обдумать ещё раз. И все, что вольно или нет, но натворила, и эти невнятные угрозы со стороны Эрмидиса, и слова Сергея.

Ну, почему в жизни не так, как в той же математике – тангенс прямого угла равен бесконечности, а котангенс – нулю? И никак по-другому. На цифры не влияет настроение. Они не изменяются от твоего желания хотя бы на несколько минут закрыть глаза, спрятаться, прижавшись к крепкому плечу, и отодвинуть все проблемы и вопросы… А этого хотелось, очень. Только вот если проявишь слабость, кто его знает, как отреагируют составляющие реальной жизни, так непохожие на константы…

- Тебе тоже пора, - раз уж на просьбы, касательно её возвращения в родные пенаты, он особо не реагировал, может, хотя бы тот факт, что опаздывает на подписание контракта, хоть как-то придаст ему скорости? Но и это не подействовало, что Инку глубоко в душе даже порадовало – неприятно, когда мужчина бросает такое напряженное выяснение отношений и мчится на работу.

- Сейчас ты идешь завтракать, - через минуту он все-таки соизволил проявить хоть какую-то реакцию. – А я одеваюсь. Потом отвожу тебя домой, до приезда Женьки с тобой посидит человечек из службы безопасности. Вечером я приеду, и мы закончим этот разговор.

- Не надо! В смысле – человечка, и заканчивать. Я могу побыть у кого-нибудь из друзей. И дай мне время.

- Зачем? – ни одно, ни второе встречное предложение Тихонову категорически не нравились. Он вообще предпочел бы взять её с собой на работу, но это равносильно издевательству над Инной – она же явно устала, да и переодеться ей не во что. Хотя, как раз второй вопрос решается проще всего – можно заехать в первый попавшийся магазин, но вряд ли она согласится. А Сергею не хотелось, чтобы она уезжала куда-то одна. И дело ведь не только в безопасности – с этим проще всего, вчера её квартиру поставили на охрану и поменяли все замки. Но раз уж она так твердо настаивает на своем отъезде в этот Мюнхен, то все оставшееся время он хотел бы провести вместе. Вот только не факт, что сама девушка будет от этого в восторге…

- Мне нужно. Пожалуйста, - она не видела ничего унизительного в том, чтобы попросить Сергея о чем-то. Это у него явно проблемы с формулировкой собственных желаний, Инне же сейчас было жизненно необходимо побыть вдали от него, чтобы ещё раз все взвесить и обдумать.

- Хорошо. Но я приеду вечером.

И снова никакого вопроса, просто констатация. Да уж…

- Делай, что хочешь, - девушке показалось более правильным согласиться, а потом, по собственному настроению скорректировать эти планы. В конце концов, она ведь может и уехать куда-нибудь вечером. Например, за той же Машкой или повидаться с Леной и Егоркой…

- Я быстро.

Он наклонился, поцеловав Инку в лоб, и скрылся за дверью спальни, а Власова едва сдержалась, чтобы облегченно не сползти по стене на пол. Утро оказалось слишком богатым на события, и разум отчаянно буксовал, не понимая, как расценивать те или иные поступки и слова.

Да, то, что он её отшлепал, сильно злило девушку, но, положа руку на сердце, еще, когда придумывала этот план, она знала о таком вероятном развитии событий. Более того, месть могла быть намного серьезнее и болезненнее. И все равно обидно! Хотя теперь они были почти квиты – Инна ведь его тоже приложила электрошокером. Наверное, ощущения были не самые приятные… Но спрашивать она об этом не станет, нечего давать лишний повод задуматься – а хватило ли пары шлепков для выражения его несогласия с женскими методами подпольной борьбы?

Даже не для того, чтобы выполнить распоряжение, а просто из любопытства девушка ушла на кухню. Помимо не до конца выветрившегося сигаретного дыма, от которого снова зачесалось в носу и нестерпимо захотелось чихнуть, ничего примечательного тут не было. Все прочие особенности Инна успела рассмотреть во время ночного водопоя. Тот же стиль, что и в остальных помещениях, от которого у самой Власовой мурашки по коже побежали – сплошь металл и стекло. Интересно, а отмывать это как?

Тряхнув головой в надежде, что непонятно как попавшие дурные мысли разбегутся сами собой, девушка вернулась в коридор с твердым желанием больше на его территории не появляться. Конечно, все это ещё требует тщательного анализа, но Инна крайне скептически относилась к его предложению остаться. И не потому что плохо его знала или по другой причине, просто была убеждена – если она начнет с кем-то встречаться, то это должны быть нормальные отношения, основанные на доверии и уважении. А возможность такого с человеком, который не скрывает собственного эгоцентризма, крайне мала. Значит, не нужно и начинать.

Сама Инка серьезно ни разу не влюблялась, но на примере той же Ленки, ещё в школе рыдавшей по какому-то парню, убедилась, что любить кого-то безответно слишком больно, и теперь всячески старалась не допустить такого для себя.

Пока Власова скромно сидела на пуфике в прихожей, ожидая, когда же её доставят по месту назначения, Сергей машинальными движениями затягивал на шее удавку, в народе именуемую галстуком. Сам он этот атрибут терпеть не мог, но имидж делового человека обязывал. Мельком посмотрев на собственное отражение, он только хмыкнул. Дорогой костюм, белая рубашка и наливающийся фингал под глазом составляли очень интересное сочетание. Ладно, там не на его красоты любоваться будут, а деньги зарабатывать, так что потерпят его почти разбойничий вид. Однако, у Инки хорошо удар локтем поставлен… Интересно, Женька её ещё чему-то учил? Хотя, зная раздолбая-друга, можно предположить, что и этот прием она разучила как раз для использования в бою с братом.

Времени с трудом хватило на душ и бритье, Сергей хотел проверить квартиру Инны перед тем, как запускать туда девушку, так что придется напроситься к ней на кофе, заодно и проверить, все ли там в порядке.

- Идем, - быстро набросив пальто и прихватив ключи от машины, Тихонов крепко взял о чем-то задумавшуюся Инку за теплую ладошку. – Все нормально?

- Да, конечно, - она вздрогнула, видимо, слишком глубоко задумавшись. И судя по невеселому виду, что бы она там не решила, ему и самому выводы не понравятся. Но об этом они поговорят вечером, сейчас нужно разобраться с насущными вопросами. А ещё – предупредить Власова, чтобы не вздумал распускать перед сестрой язык о предыдущих любовницах друга. Не то, чтобы Серегу это напрягало или же он чего-то стыдился, просто с Инки станется провести аналогии и сделать вывод, что нужна ему только для секса. Хотя, если бы кто-то спросил его, зачем, собственно, терпеть такие лишения, приручая его рыжую, сам бы не ответил. Только точно знал, что тому, кто попытается на неё позариться, морду разобьет. И нечего его девушке с утра пораньше названивать! Надо бы узнать, с чего этот её преподаватель так радеет за свою студентку…

На путь до её дома ушло чуть больше часа, даже с учетом того, что большинство утренних пробок уже рассосалось. Но непредсказуемая зимняя погода вносила свои коррективы, потому приходилось то тут, то там стоять, объезжая неправильно припаркованные машины. За время пути Сергею звонили не меньше десяти раз, напоминая, что почетные гости вот-вот появятся, и интересовались, где это черти носят главного логиста. Последним домогался Виталий Николаевич, возжаждавший родственного общения.

- Ты на работу собираешься, или писать приказ на твое увольнение? – в голосе Тихонова-старшего хоть и звучали приветливо-насмешливые нотки, но среди подчиненных не зря гуляла слава о нем, как о суровом и иногда безжалостном начальстве.

- Да, к двенадцати буду, - Сергей, постукивая пальцами по чуть шероховатой поверхности руля, искоса наблюдал за Инной, которая, одними губами подпевала словам группе Skillet, наверное, даже не замечая их символичности:

Поглубже натянув капюшон и прикрыв нижнюю часть лица шарфом, чтобы ледяной ветер не кусал и так припухшие после утренних поцелуев губы, Инна выскочила из подъезда, тревожно оглянувшись по сторонам. Во дворе была такая благодать и тишина, что девушка невольно почувствовала себя параноидальной истеричкой. Размеренно шкрябающий снег лопатой дворник вряд ли затевал в её отношении что-то недоброе, из приоткрытой двери подвала вырывались клубы пара и зловещий кошачий мяв, свидетельствующий о переделе территории между местными котзиллами.

Успокоившись насчет своей безопасности, Власова бодренько побежала в сторону остановки, не ведая, что в одной из припаркованных машин все-таки сидел тот самый человечек, которым грозился Сергей. Заметив объект своей заботы, без предупреждения и разрешения покинувший охраняемую территорию, он сразу же отзвонил Тихонову-младшему. Начальство не сильно удивилось, хотя и немного разозлилось, после чего дало указания следовать за девушкой, не отставая, но и особо не приближаясь.

Корпус был наполовину пуст, все-таки сессия медленно, но верно перевалила за середину – кто-то уже все сдал и теперь на радостях даже изменил привычный маршрут движения, не желая видеть альма-матер до начала следующего семестра. Другие же, стеная и клянясь со следующего семестра не прогуливать и прилежно учиться, стачивали остатки зубов о гранит знаний. Потому в холле наличествовали только немного сонный охранник, чье внимание было полностью поглощено игрой «Angry Birds» на мобильнике, и кучка студентов голов в десять, сосредоточенно шушукающихся в углу.

- Здравствуйте. Извините, а Эрмидис ещё здесь? – Инна притормозила возле поста охраны, терпеливо ожидая, когда молодой мужчина соизволит поднять на неё глаза. Так и не дождавшись контакта взглядов, но получив рассеянный кивок, девушка нехотя поплелась на второй этаж. Обидно будет, если Эрмидис все-таки «зарезал» её учебу в Мюнхене. Но и соглашаться на его предложение она не собиралась – есть поступки, после которых ни о каком самоуважении и речи идти не может. И продаться за такую услугу – один из них.

К некоторому её разочарованию, Константин Дмитриевич находился на своем месте, хотя и должен был через десять минут проводить у каких-то несчастных предэкзаменационную консультацию.

- Добрый день, - Инка замерла в дверях, не решаясь пройти в комнату. Нины Ивановны, как назло не было, а разговаривать с Эрмидисом наедине не особо хотелось.

- Здравствуйте. Вы не особо торопились, - блондин недовольно хмыкнул, мельком посмотрев на Власову. – Проходите и закройте дверь.

Выбора не осталось, да и не кинется же он на неё прямо на рабочем месте, потому девушка, горестно, хоть и тихонько, вздохнув, прошла в комнату и присела на стул, чинно сложив ладони на коленках.

- Вы говорили о каких-то проблемах. Что именно не так?

- Инна Викторовна, давайте поговорим начистоту. Мое предложение не имеет ничего общего с этой поездкой. Просто возникли некоторые проволочки…

- То есть, моё место займет та, кто согласится? – Инка брезгливо передернула плечами, уже не скрывая своего отношения к преподавателю.

- Нет, вы не так поняли. Неприятности вам устроил не я. Какие-то проблемы с получением визы, - это звучало настолько фальшиво, и девушка с трудом сдержалась, чтобы не рассмеяться. Пусть смех был бы невеселым, зато точно передавал отношение к такой «правде». – И все же, я надеюсь, что вы передумаете относительно моего предложения. Вы ещё очень юны, потому – порывисты…

- Я все поняла, - не желая и второй раз бежать по коридору, сдерживая тошноту после расписываний им преимуществ их союза, она вскочила со стула. – Теперь я могу идти?

- Жаль, что вы торопитесь, - Эрмидис тоже поднялся. – Я провожу вас до выхода из корпуса.

- Не стоит так беспокоиться, я знаю дорогу, - вот только этого и не хватало. А потом поползут слухи, что и в программу она попала через постель. Пока что через этот предмет мебели Инка могла только устроиться на работу в «Антикву». И то, справедливости ради, пригласили её ещё до памятного момента превращения из девушки в женщину.

- И все же.

Решив не портить окончательно отношения с представителем педсостава, Власова выскочила за дверь и прислонилась спиной к выкрашенной темно-розовой масляной краской стене. Да уж, привалило счастье… И ведь большинство студенток за этот шанс готовы были бы драться ногтями и зубами… А Инку Константин Дмитриевич мало того, что вгонял в тоску и отвращение, так ещё и совершенно не возбуждал. Вот вообще! Теперь-то она могла сказать это точно. Не было и намека на то самое ощущение на грани удовольствия и неудобства – никакого затруднения дыхания, ни кровь к щекам не приливала, ни в груди не становилось одновременно горячо и холодно. Ладно, говоря откровенно, это она ощущала только с одним человеком. А ведь насколько все было бы проще, если бы именно Константин Дмитриевич мог одним взглядом доводить до покрасневших щек и болезненно-приятного напряжения внутри.

Поскольку та самая минута уже явно прошла, Инка решила тихонько удрать, не дожидаясь появления Эрмидиса, но не успела – стоило только сделать шаг в сторону лестницы, как рядом тут же нарисовался красивый, как полотно Рафаэля, блондин. Правда, тепла и сердечности в нем было примерно столько же.

- Простите, что заставил ждать, - мужчина взял Власову под локоть, отчего та едва заметно поморщилась, но вырываться не стала – ни к чему демонстрировать неприязнь на глазах у нескольких десятков людей. А на них с Константином Дмитриевичем таращились так, что она почувствовала себя скоморохом на ярмарке. На редкость противное ощущение.

До холла они дошли в напряженном молчании, больше бы подошедшем для грядущей перестрелки, чем для такого мирного времяпрепровождения. Чтобы не замечать, какими взглядами их провожают встречные, девушка низко опустила глаза, с похвальным рвением рассматривая пол. Уже выйдя на улицу, Эрмидис слегка придержал Инну за локоть, заставив повернуться к себе лицом:

- Я дам вам время до понедельника ещё раз все обдумать. Надеюсь, в этот раз вы примете верное решение, - не дожидаясь реакции девушки на свои слова, мужчина поднял её стиснутую в кулачок ладонь и как-то безлико поцеловал руку.

Наблюдая за тем, как блондин исчезает за вращающейся дверью, Инка боролась с двумя желаниями – в голос расхохотаться от бредовости ситуации и вытереть след его поцелуя. Да уж, то ни одного парня, то сразу два претендента…

- А я ещё удивлялся такой заботе со стороны преподавателя. И что именно он тебе предлагал? Какое это верное решение ты должна принять?

Девушка не стала поворачиваться, потому что совершенно точно знала, кто стоит за её спиной. Вот только встречи с Тихоновым в такой момент и не хватало…

- Я рада, что ты смог удовлетворить любопытство, - объяснять что-либо, да ещё здесь, она не собиралась. В конце концов, Сергей ей не родственник и не муж, чтобы иметь право требовать посвящения в тонкости этого муторного дела.

Вот только, судя по всему, сам он так не считал.

- Ну что ты, какое там «удовлетворил»… - мужчина все-таки развернул Власову к себе и теперь смотрел каким-то совсем уж нехорошим взглядом. – Что он от тебя хотел?

- Давай потом? Мне ещё нужно забрать кошку, - Инна попыталась отступить, но вместо того, чтобы отпустить, Сергей только немного напряг руки, и девушка поняла, что не может двинуться с места. – У меня и так настроение не очень, мы сейчас только поругаемся.

Предупреждение не особо подействовало – свободы она так и не получила. Зато, не утруждая себя вопросом, хочет ли Инка в его машину, Тихонов, практически не давая ей дотянуться ногами до земли, оттащил от двери и силой усадил на заднее сиденье внедорожника. Припаркован автомобиль был так, что сразу было понятно – покидал его владелец в расстроенных чувствах. Во всяком случае, вряд ли Сергей всегда оставлял машину одним колесом на ступеньках.

- Тогда мы в равных условиях, потому что у меня сейчас настроение хуже некуда. Что от тебя хотел белобрысый?

Инна на секунду заколебалась, не решаясь сказать причину встречи с Эрмидисом. Хоть сама она себя собственностью Тихонова и не считала, но, похоже, их взгляды на этот вопрос оказались диаметрально противоположными.

- Замуж звал.

Сергей, ожидавший практически любой ответ, от такого впал в подобие прострации. Может, конечно, это у неё чувство юмора такое, но никакой веселости или предвкушения его реакции в голосе девушки не было. И все равно переспросил:

- В каком смысле – замуж?

- В прямом. Кольца, роспись и «в горе и в радости», - Инна перестала делать попытки вырваться, все равно не получится. – А что ты здесь делаешь?

- За тобой приехал. - У него в голове не укладывалось, что какой-то блондинистый придурок попытался увести его девушку. Нет, нормально, блин! И какого черта она молчала до сих пор?! Ведь, судя по утреннему звонку, рыжая уже до этой встречи знала, что именно от неё хочет этот скандинав. Сразу вслед за этим появилась и другая, намного более злая мысль, которую Сергей сразу же и озвучил. – И давно ты в курсе его планов?

- Слушай, отстань, а? Самой от всего этого тошно… - девушка на секунду прикрыла глаза и тут же тихонько пискнула от испуга – её довольно грубо дернули, усаживая на себя верхом. – Ты что творишь?!

- Это я-то что творю?! Моей женщине какой-то урод предлагает замужество, а я сам об этом узнаю последним. Тебя в этой ситуации ничего не напрягает? – сильные пальцы стащили с неё шарф и капюшон, мигом распустив сколотые на затылке рыжие пряди и сжав их так, что отвернуться Инна не могла при всем желании. – Повторяю вопрос. Когда он тебе это предложил? – ему не хотелось вот так давить, но злость не отпускала, хотелось что-нибудь разбить. В идеале – рожу белобрысому уроду, но сначала нужно кое-что прояснить.

- В понедельник, - Власова попыталась отодвинуться, но её тут же приблизили так, что ей ничего не оставалось, кроме как смотреть прямо в темные глаза, в которых не просто плескалась, а бурлила ярость.

- А напилась ты от горя или с радости? У нас уже давно замуж по принуждению не выходят, так что между вами явно что-то было. Блондинчик слаб оказался или просто не захотел с неопытной возиться? – не очень-то приятно знать, что ещё до того, как Инна стала его, кто-то другой зарился на девушку. И не просто внимание уделял, тут все явно серьезнее. – Или тебе просто разнообразия захотелось?

Прикусывать язык было поздно, хотя до него сразу дошло, что лучше бы промолчать – девушка судорожно, сквозь зубы, втянула воздух и отшатнулась, уже не обращая внимания на неприятные ощущения в натянутой коже головы. На фоне огненных волос и зеленых глаз и без того бледная кожа стала настолько белой, словно Инка могла вот-вот рухнуть в обморок.

- Знаешь, хватит. Я терпела твои барские замашки и хамство, но оскорблять себя не позволю. Не нужно обо всех судить по себе, - теперь она начала вырываться всерьез, и Сергею пришлось отпустить её, не хотелось причинить ещё и физическую боль.

Отбившись от его попыток успокаивающе обнять за плечи, девушка выскочила из машины, не обратив внимания, что её вещи остались лежать на сиденье, а стылый январский ветер тут же начал играть с распущенными волосами.

- Ин, подожди! – он с силой хлопнул дверь, понимая, что только что лажанул по-крупному. Пусть для него и самого настолько сильный приступ ревности был неожиданным, но и вываливать это на неё тоже неправильно. В конце концов, он же сам видел, как Инка отшатнулась, когда тот хрен взял её за руку. Если бы у них что-то было, девушка так точно не прореагировала. – Извини, я не хотел тебя обидеть.

- Ты тоже прости, но мне от твоих извинений ни холодно, ни жарко. Сначала научись признавать свою неправоту и думать, перед тем, как говорить, - Власова и сама не заметила, как повысила голос, невольно привлекая к ним внимание, но обида была такой острой, что захотелось вообще сделать какую-нибудь глупость. Например, устроить громкую ссору или дать ему пощечину. Может хоть тогда станет не так больно от его слов, которыми Сергей ударил, как наотмашь. – Не нужно ко мне приезжать ни сегодня, ни завтра. Я вообще тебя видеть не хочу!

Обнаженные пальцы, сжимающие ручку сумки, мгновенно заледенели, но возвращаться за оставленными в салоне его авто шапкой и варежками она не собиралась. Хватит, наигралась. Не зря сегодня думала, что у их отношений никакого будущего нет, но одно дело просто спать с кем-то для взаимного удовольствия, а совсем другое – терпеть унижения.

- Твою мать! – Тихонов все-таки саданул кулаком по крыше своей машины, даже не обратив внимания на оставшуюся вмятину.

Инна не стала ждать его ответа, просто развернулась и почти бегом помчалась на остановку, где запрыгнула в желтую «Волгу» с характерными шашечками на боках.

Вот и поговорили.

Тихонов вообще-то собирался просто немного поругать её за такое пренебрежение даже не его словами, а собственной безопасностью – ведь просил же позвонить, если куда-то соберется. Так нет, она же умнее всех, и на просьбу наплевала. А тут ещё и эта новость…

Блин, он же так и не узнал, собирается Инна замуж за того придурка или нет. Ну, этого он точно не допустит, свою женщину никому не отдаст. Но тут нужно действовать с умом, а не так, как только что. Сначала выяснит все об этом Константине Дмитриевиче, благо, связи это позволяют, а уж потом решит, как действовать. Хрен ему, а не Инку. Пусть Сергей ещё и сам не до конца понимал, зачем ему эта головная боль с постоянной девушкой, но и отпускать её не собирался.

А после этого останется только сущая мелочь – помириться с Власовой. А судя по тому, как именно она его покинула, это будет не намного проще, чем найти карту памяти…

- Вот так… - Инна закончила грустный рассказ и ещё раз шмыгнула носом. Слез уже не было, зато соплей – в изобилии.

- Перестань тереть лицо, - Алена сунула ей носовой платок, пытаясь представить, что можно в такой ситуации сказать. – И успокойся уже, на тебя смотреть страшно. Ну, поругались, бывает, ничего непоправимого не произошло. Или ты его на полном серьезе послала?

Власова только обреченно кивнула, не поднимая глаз. Те уже не особо и раскрывались, делая девушку мало того, что совсем не красавицей, так ещё и похожей на Вия.

За полчаса, которые Герман провела рядом с ней, Аленка развила бурную деятельность – успокоила Инну до такого состояния, чтобы та могла внятно объяснить, по какому поводу устроила плач Ярославны, шуганула пасущегося в коридоре Женьку, похоже, не доверявшего новой знакомой сестры, и отправила Власова за чем-нибудь вкусным. Ибо нет более действенного средства для лечения женской сердечной раны, чем скушать какой-то тортик, на ночь глядя.

- А чего тогда плачешь? Если уже все решила, значит, просто выброси из головы и не возвращайся к прошлому. Ин, так нельзя, ты себя только до нервного срыва доведешь. Хочешь? - Опухшее создание отрицательно качнуло головой. Вот нервного припадка ей точно не хотелось. – Тогда по какому поводу слезы?

- Обиииииидно, - провыла Инка, у которой, как оказалось, запас жидкости в организме ещё не иссяк. – И больно…

- Вот блин…

В этот момент в дверь комнаты постучали – судя по звуку, даже не кулаком, а ногой, и обе мужененавистницы притихли. Власова почему-то сразу же решила, что это приехал Сергей, и теперь разрывалась между желанием посмотреть на него хоть одним глазком и спрятаться в кладовку.

- Это я, - Женькин голос немного успокоил судорожно зашебуршившихся девушек. – Чтоб ещё раз в середине января мороженое вам покупал… На меня в магазине, как на дебила, смотрели!

Теперь и Инна, и Алена на пару хрюкнули от смеха. И ведь реакцию продавца можно понять – на улице минус пятнадцать, а он выбирает летний деликатес.

- Будешь? - Аленка кивнула в сторону двери.

- Да. - Как ни странно, но сладкого захотелось со страшной силой, не пугала даже возможность застудить горло.

- Тогда жди здесь, сейчас принесу.

Инка благодарно кивнула, потому что к такому подвигу, как покидание своей норки готова не была. Ну, разве только в туалет…

Женька как раз раскладывал покупки на кухне, пребывая в редком для себя состоянии – парень не знал, что предпринять. То есть – совсем. Нет, конечно, можно было бы позвонить Серому, тот за пятнадцать минут примчится, а потом оставить их разбираться наедине, но поступать так с сестрой не хотелось. Он её уже и так подставил, теперь нужно постараться реабилитироваться. И сочувствие другу решено было безжалостно подавить. Тем более, что он сам виноват – нечего было на Инку наезжать, на девок своих пусть орет. Хотя, Власов не смог припомнить, чтобы Тихонов вот так срывался на кого-то из пассий. В лучшем случае, раздраженно одергивал, если его пытались заставить ревновать. А обычно просто не обращал внимания. Так что у Инки получилось его задеть за живое, практически не прилагая к этому никаких усилий.

От размышлений о причинах странного поведения Сергея его отвлекло появление Алены. Девушка остановилась на пороге, перекрестив руки на груди, и задумчиво посмотрела на замершего на месте Женьку.

- Он ведь ваш друг?

Уточнять, о ком идет речь, смысла не было.

- Да.

- Понятно.

Выскочившая вслед за ней Машка просочилась на кухню и теперь вовсю знакомилась с территорией. Особенно её заинтересовали мужские лапищи, стоящие возле стола. Они были обнюханы особо тщательно, после чего, коротко фыркнув, кошка отвернулась и метнулась за холодильник. Чем именно ей так не понравился Женька, осталось невыясненным, но свое отношение к этому представителю прямоходящих мохнатая девушка высказала предельно ясно.

- Вот зараза…

- Это она уловила общую направленность женских эмоций в отдельно взятой квартире, - Алена все-таки подошла ближе. – Я за мороженым.

- Держи, - Женька передал ей два больших пластиковых стаканчика и ложки. – Как сестра?

- Расстроена, обижена и пытается замкнуться в себе.

- Не надо! Может, пусть он приедет, поговорят, она ему все выскажет и успокоится?

- Нет, она не станет с ним разговаривать. Во всяком случае, сегодня, - девушка удобнее перехватила стаканчики, обжигающие ладони ледяным прикосновением. – И потом, если ему хочется поиграть, лучше пусть вообще не показывается. Инна пока сама не понимает, но для неё все серьезно. Надеюсь, это останется между нами?

- Да, конечно. Спасибо, что помогаешь. И тогда, и теперь.

- Так я не ради тебя стараюсь. Она хорошая, хоть и со своими тараканами. Таких людей, как Инна, очень мало, - Алена кивнула ему и ушла обратно к добровольно заточившей себя в четырех стенах. Машка за ней не последовала, но из-за холодильника показалась. Похоже, котенок пролез по всем темный углам, судя по налипшей на усы паутине.

- Иди сюда, страх божий, - Женька поманил кису, но та осталась непреклонной, только улеглась удобнее, положив ушастую голову на передние лапки. – Колбасу хочешь?

Как оказалось, принципиальность зверька легко преодолевалась предложением чего-нибудь не полезного, но вкусного. Уже через пару минут котенок, урча, поедал кусочек вредности, милостиво позволив погладить себя по спине. Но стоило Женьке позволить себе такую вольность, как попытку взять на руки, Машка вывернулась, царапнула его по пальцам и шмыгнула в коридор. Чем только подтвердила, что сегодня у него отношения с прекрасным полом не складываются.

Конец апреля