Дождь третьи сутки щедро поливал город, то почти сходя на нет, то превращаясь в настоящий ливень, тугими струями, точно хлыстами, разгоняя и без того редких прохожих по домам.

Лиза торопливо шла по ночным улицам. Она стремилась как можно скорее попасть домой, в теплую, а главное — сухую, квартиру. Белое летнее платьице на бретелях (ага, чисто символическое такое платьице!) насквозь промокло и противно липло к телу, становясь дополнительным источником холода. Что, само собой, хорошего настроения не прибавляло.

Вот это называется — заучилась! В последние три дня девушка не только напрочь забыла такое известное и зачастую малополезное сочетание слов, как «прогноз погоды», но даже носу за окно ни разу не показала, отрываясь от учебников только для того, чтобы сунуть что-нибудь съестное в рот или вздремнуть часик-другой. Психолингвистика — это вам не шутки!

Но даже усиленная зубрежка не помогла — в зачетке гордо красовался трояк. Жирный такой, красивенький. И дело вовсе не в том, что Лиза чего-то там не знала. Просто эта Калерия Павловна стерва та еще. При одном только виде любой молоденькой студентки противная преподша начинает аж трястись от злобы (или зависти, что вероятнее). Зато мужская часть группы за свой балл могла быть спокойна.

Обнаружила, что одета несколько не по погоде, Лиза, только когда выпала на улицу. Но было уже поздно. И в самом деле, чего это она? До универа ведь как-то дошла? Дошла. Значит, и домой добраться особых проблем не составит. А что холодно так, аж зуб на зуб не попадает, — это даже хорошо, в следующий раз головой думать будет, а то от нервов мозги совсем атрофировались.

Утешая себя этими мыслями, да еще тем, что экзамен-то был последним и теперь впереди летние каникулы, девушка миновала площадь и свернула в небольшой проулок. Вот сейчас его пройдет, а там и до дома недалеко.

Чувствуя, что добыча от него ускользает, дождь зарядил еще сильнее. Лиза взяла в руки уже начавшие расклеиваться босоножки и припустилась бежать. Заодно и согреется. Если, конечно, в темноте на что-нибудь острое не напорется и ног не поранит… И какая сволочь разбила фонарь?! Он и так был здесь всего один.

— Девушка, осторожнее, — услышала Лиза, прежде чем налететь на что-то твердое и рухнуть прямо в лужу, подняв тучу брызг.

Вот гадство, платье белым было! Ага, было… когда-то…

Лиза прошипела что-то о-очень неодобрительное и яростно воззрилась на так некстати выросшую на пути преграду. Та на поверку оказалась чьей-то спиной. Широкой такой, надежной… Облепленной черной шелковой рубашкой, которая выглядела дорогой, даже несмотря на то что промокла насквозь.

— Ты не ушиблась? — заботливо поинтересовался хозяин спины и рубашки, поворачиваясь к пострадавшей лицом. Которое, кстати, было не хуже.

Сказать, что мужчина был хорош собой, значит не сказать ничего. Этот очевидный факт бросался в глаза, и игнорировать его было просто невозможно. Высок — на целую голову выше Лизки, хоть и она отнюдь не считала себя Дюймовочкой, — прекрасно сложен, в меру мускулист. И движения такие… плавные, вкрадчивые, словно у вышедшего на охоту хищника. Волосы у него были черными, не длинными, но и не совсем короткими. Конечно, они тоже намокли, и он откинул слипшиеся пряди назад, так что стала видна крошечная золотая сережка, украшающая правое ухо мужчины.

— Нет, что ты, — рявкнула девушка. — Только в луже искупалась, но это сущий пустяк!

Почему-то рядом с незнакомцем Лиза чувствовала себя слегка не в своей тарелке. Стоит тут, весь такой расфуфыренный! И глядит на нее сверху вниз.

— Так смотреть надо было, куда идешь, — пожал плечами возмутитель девичьего спокойствия и протянул ей руку.

— Это мне-то смотреть?! — округлила глаза девушка, задыхаясь от возмущения.

Предложенную помощь Лиза решила проигнорировать и встала сама. Но даже несмотря на это, она прекрасно понимала, насколько жалок сейчас ее вид.

— Конечно, я же на месте стоял. Это ты налетела на меня.

Кхм… Ну вот что на это возразишь? Железная логика. И самое обидное заключается как раз в том, что он прав. Целиком и полностью прав. Лиза с трудом подавила желание толкнуть так некстати появившегося на ее пути красавчика в ту же самую лужу, из которой только что вылезла сама.

— В любом случае — с тебя новое платье. — Не то чтобы она это серьезно, просто захотелось проверить, как он отреагирует.

— Хорошо, — невозмутимо согласился мужчина. — Можно еще и колечко.

— Какое такое колечко? — Девушка удивленно вытаращилась на него.

О чем это он? Может, бредит? Ну, под дождем там перестоял, простудился… Кстати! А чего это он вообще тут стоял, когда все нормальные люди домой спешат?

— Какое выберешь.

— Обручальное, что ли? — сдуру решила пошутить Лизка, потихоньку прикидывая пути к отступлению. Незнакомец вдруг перестал казаться таким уж прекрасным, и девушке безумно захотелось оказаться как можно дальше отсюда. От него.

— Нет, обручальное у меня уже есть, — как ни в чем не бывало ответил мужчина и все же ухватил ее за руку. — Это для помолвки.

Господи, да он точно псих! Самый настоящий. Или нет, не псих… Маньяк!!! Не стал бы нормальный человек изображать из себя истукана под проливным дождем!

Небо озарила огромная молния, за которой последовал оглушительный громовой раскат. Но девушка его даже не заметила, настолько заворожило ее лицо стоящего напротив человека. Вспышка выхватила его из темноты всего на какую-то долю секунды, но этого оказалось более чем достаточно. Жесткое, словно высеченное из камня. Притягательно мрачное. Хищное. И глаза… Карие, почти черные. И невероятно холодные. Лизка и не подозревала, что карие глаза могут быть настолько холодными, практически бездушными.

От страха ноги девушки подкосились, и если бы не так вовремя подхватившая ее рука, сидеть бы ей сейчас опять в луже.

Зловещий незнакомец стремительно увлекал Лизу в противоположную от дома сторону. Скованная ледяным ужасом, девушка никак не могла сообразить, куда же они направляются. А тут еще воображение разыгралось не на шутку и принялось рисовать самые жуткие картины, и все с ней в главной роли. И итог почему-то при любом из вероятных развитий событий виделся Лизке одинаково плачевным.

Хорошо еще, если он ее просто убьет. А если не просто…

Можно, конечно, попробовать закричать, но внутренний голос усиленно подсказывал, что от этого большого проку не будет. Прохожих сейчас мало. Поздно уже, да и дождь льет как из ведра. В такую погоду хороший хозяин собаку из дома не выгонит, не то что себя любимого.

Да и не факт, что найдется кто-то, готовый броситься на ее защиту. Уж слишком внушительно выглядит этот «маньяк». Кому нужны лишние неприятности? Правильно, никому. Своя шкура — она дороже будет.

Неоновая вывеска вынырнула из темноты совершенно неожиданно, и Лиза на мгновение ослепла от ее яркого мерцания. А когда наконец проморгалась, они уже стояли посреди торгового зала местного «бутика». Конечно, до столичных магазинов ему далековато, но тем не менее если в их провинции где и можно было купить что-нибудь приличное, то только здесь. Цены, правда, кусались не хуже, чем комары в душную июльскую ночь, но результат того стоил.

Неужели и правда решил на платье раскошелиться?! А как же его маньяческие намерения? Или одно другого не исключает?

Лиза растерянно топталась на месте, не зная, как следует вести себя дальше. Спутник никакой агрессии не проявлял (пока!), разве что сдавил руку девушки, словно собирался немедленно сломать ее. Но в сравнении с прочими пугающими перспективами это казалось сущей мелочью.

В свете электрических ламп мужчина несколько подрастерял свою зловещесть и уже не казался таким пугающим. Скорее наоборот, респектабельным. Со стороны создавалось впечатление, что очередной бизнесмен местного пошиба решил принарядить свою подружку. Мгновенно оценив платежеспособность покупателя, к ним направилась молоденькая продавщица.

От сердца немного отлегло. Интуиция осторожно шепнула Лизке, что это реальный шанс сделать ноги.

— Вам что-нибудь предложить? — сияя искренней улыбкой, пропела продавщица. «Клавдия», — прочитала Лиза на ее бейдже.

— Платье. — Он выпустил руку своей пленницы и устремился к вешалкам с нарядами. Но по пути обернулся, глянул на босые Лизкины ноги и добавил: — И какую-нибудь обувь.

Лиза натянуто улыбнулась, демонстрируя, что полностью одобряет предложенную программу. Вот и хорошо, пускай он думает, что она сдалась и на активные действия уже не способна.

Продавщица порхала вокруг выгодного клиента, словно золотистая пчелка у ароматного цветка. С вешалок снимались все новые платья и, отвергнутые притязательным вкусом Лизкиного спутника, откладывались в сторону. Девушка взирала на это действо с возрастающим интересом, с трудом подавляя желание принять в нем живое участие. Похоже, этот странный красавчик на полном серьезе решил одарить ее обновками.

Наконец было выбрано светло-сиреневое платье из легкой, струящейся материи. Не слишком длинное, но и не короткое. К нему прилагалась пара босоножек в цвет на тонком высоком каблуке.

Соблазн проделать небольшую брешь в кошельке незнакомца в отместку за гибель тысяч и тысяч нервных клеток был велик. Лиза подхватила предложенные вещи и скрылась в примерочной кабинке.

Сейчас или никогда!

Кое-как оттерев грязные потеки с лица и шеи влажными салфетками, выданными услужливой Клавдией, девушка надела платье и сунула ноги в босоножки. Мимолетный взгляд, брошенный в зеркало, подтвердил, что теперь Лизка выглядит вполне прилично для человека, попавшего под проливной дождь. Правда, смоляные кудри слиплись и висели сосульками, но красота ведь сейчас не главное, да? Первым делом надо убраться отсюда как можно дальше, а там и о внешности можно будет подумать.

Одевалась Лиза с рекордной скоростью, поэтому все вышеперечисленные мероприятия заняли минуты три, не больше. И когда желающая угодить выгодным клиентам продавщица в очередной раз заглянула за шторку примерочной, девушка уже ждала ее.

Схватив за руку свою возможность спастись, Лиза дернула изо всей силы, втаскивая блондинку в примерочную. Та даже пискнуть не успела. Только глаза удивленно округлила, но, даже видя явно странное поведение покупательницы, продолжала мило улыбаться. Надо же, как их тут выдрессировали!

— Вам чем-нибудь помочь? — Вопрос был явно неуместным, поскольку Лиза уже успела покончить с переодеванием и была полностью готова к выходу пред ясные очи своего благодетеля.

— Помогите мне незаметно выйти отсюда, — отчаянно зашептала девушка. — Здесь есть служебный выход?

Клавдия продолжала недоуменно хлопать глазами.

— Да… Но зачем вам?

Лиза судорожно вздохнула. Спокойно. Терять самообладания ни в коем случае нельзя. Но и пересказывать ей всю историю их знакомства (да какое там знакомство! Она ведь до сих пор даже имени его не знает) времени нет. Этот парень, конечно, очень странный тип, но вот что полный дурак — это вряд ли. Такого везения даже в сказках не бывает!

Так что придется импровизировать.

— Хочу сделать лапусику сюрприз. — Девушка доверительно подалась вперед и восторженно зашептала на ухо продавщице на ходу придуманную чушь: — Он же мне вон какие подарки покупает! Еще и колечко с большим таким брюликом обещал!

Клавдия завистливо вздохнула и понимающе закивала. Поверила!

— А если я при нем ему подарок покупать пойду — сюрприза не получится. Помоги, а? — Лиза старательно изображала глупенькую подружку обеспеченного «лапусика». И если судить по тому, с какой готовностью продавщица Клавдия согласилась отвлечь ее спутника, пока Лизка сбегает за подарком, со своей ролью девушка отлично справилась.

— Спасибо! — Лизка аж подпрыгнула от радости. — Обязательно уговорю лапусика прикупить у вас что-нибудь еще.

Подстегиваемая маячащей впереди благодарностью богатенькой клиентки, продавщица потопала отвлекать ее спутника. Наблюдающая за этим действом Лиза еле удержалась, чтобы прямо сейчас со всех ног не броситься к спасительной двери. Нет, нельзя. Еще рано.

Клавдия стремительно пересекла торговый зал, грациозно покачивая бедрами, шепнула пару слов мающимся от безделья коллегам, и в следующую секунду не ожидавшего нападения незнакомца окружила стайка продавщиц, которые тут же принялись наперебой предлагать ему самые модные новинки из последних коллекций. Да, к счастью, здесь и мужской отдел имелся!

Вот теперь можно! Лиза на цыпочках прокралась к служебному выходу. Хорошо еще, что примерочные находились в самом дальнем углу торгового зала. Как оказалось, очень удобно.

Выпала на улицу и со всех ног бросилась прочь, подальше от этого злосчастного магазина. Бежать на высоких каблуках было проблематично — все же обычно она предпочитала более практичную обувь, — но Лизка очень старалась. Обидно было бы попасться вновь.

Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем он поймет, что жертва ускользнула? Десять минут? Пятнадцать? На большее рассчитывать не приходится.

Дождь только усилился. Хлесткие струи с шумом били по асфальту. И видимость хромала. Разглядеть что-либо дальше собственного носа было задачей невыполнимой. Передвигаться приходилось по памяти. Вот когда беглянка невольно порадовалась, что живет в небольшом городке. Здесь заблудиться даже топографический кретинизм не поможет!

Тут же встал вполне логичный вопрос — куда податься? До дома далеко. Да и дрожать одной в пустой квартире Лизке сейчас не улыбалось. Внезапное появление подозрительного во всех отношениях незнакомца прямо посреди уютной кухни, конечно, маловероятно, но чем черт не шутит! И родители, как назло, в командировке. Дня через три вернутся, не раньше.

Верное решение было принято в считаные секунды. Девушка юркнула в ближайший проходной двор и понеслась еще быстрее.

Платье промокло насквозь и сильно походило на половую тряпку. Мокрые ступни замерзли и противно скользили в босоножках, отчего Лизка пару раз чуть серьезно не навернулась. Только нос разбить для полноты впечатлений еще не хватало! Тогда можно будет с полной уверенностью заявить, что день удался.

Только бы Слава оказалась дома!

Трясущийся палец прильнул к звонку. Раз, другой, третий… Неужто придется на лестнице ночевать? О том, чтобы добираться до дома под проливным дождем, Лиза не хотела даже думать.

Щелк.

Замок издал долгожданный звук, после чего дверь наконец распахнулась. Заспанная подруга куталась в плед и недовольно морщила нос.

— Слав, кто там?

— Твою ж!.. Лизка… — Теплый плед мгновенно перекочевал на озябшие плечи гостьи. Тонкая ручка настойчиво увлекла девушку в глубь квартиры.

На мгновение Лиза прикрыла глаза. Здесь привычно пахло кофе и совсем немного краской. Всеслава — а для близких просто Слава — была художницей. Девушки еще со школы дружили. Правда, потом Лиза в институт поступила, а Слава, которая к тому времени окончила еще и художественную школу, занялась рисованием. Не сказать чтобы уж очень успешно, но все были довольны.

Дрожащую беглянку тут же затолкали под горячий душ. Только разболеться еще не хватало! Под обжигающими струями девушка стояла, пока окончательно не согрелась. Потом переоделась в сухое, набросила на плечи плед и потопала на кухню.

— А тебе идет. — Ваня, Славкин брат, окинул гостью изучающим взглядом и поставил перед ней дымящуюся кружку.

Лизавета привычно покраснела. Потом опустила взгляд на подкатанные спортивные штаны, широкую майку, вспомнила о мокрых волосах и прыснула со смеху. Все же комплекция у девушек была очень разная. Славка могла похвастаться (что и делала, регулярно щеголяя в супероткрытых нарядах) шикарной фигурой, а Лизка… Нет, конечно, не уродина, но рядом с подругой — так, треска засушенная.

Ну и подумаешь! Не всем ведь грудь четвертого размера нравится. И на ее косточки принц найдется. Так что девушка ничуть не комплексовала.

Иван рассмеялся в ответ и наполнил еще две кружки ароматной жидкостью.

Красавец-блондин с задумчивым взглядом был ее давней влюбленностью. Не то чтобы серьезно… Просто привыкла как-то уже о нем мечтать. С самого детства, как и все их со Славой подружки. Ни одна из знакомых девчонок не удержалась, чтобы не попытаться строить глазки старшему брату Всеславы. И ни одна не преуспела.

Как, впрочем, и сама Лиза. Только ей, в отличие от многих других, хватило рассудительности вовремя сообразить, что там ничего не светит, и вместе с подругой детства беззлобно подтрунивать над более настойчивыми, но отнюдь не более удачливыми воздыхательницами.

— Ну рассказывай. — Художница потянула носом умопомрачительный кофейный аромат и блаженно зажмурилась. Как еще не заурчала! — Что эта мегера с вами делала, раз ты в таком виде заявилась?

Лизка и рассказала. Обо всем — от незаслуженного трояка, первого за три года учебы, до встречи со щедрым маньяком. Ее слушали не перебивая. Подруга вздыхала, поначалу сочувственно, а потом и завистливо. А вот Жан — собственное имя парню никогда не нравилось и, на его взгляд, совершенно не подходило известному (когда-нибудь в перспективе) художнику, вот он и предпочел французский вариант — все больше мрачнел.

— Может, зря сбежала? — задумчиво протянула Славка.

— Это еще почему?

— Не слышал? Она только что сказала: мужик симпатичный был…

Гостья смешливо фыркнула в кружку. Кто про что, а цыган про лошадь. Страсть художницы к красивым парням порой доходила до авантюризма. Нет, Лизавета и сама порой была очень даже не прочь набедокурить, но сегодня на приключения не осталось ни сил, ни желания.

— Расслабься, он женат. Сам про кольцо обручальное говорил.

А что? Ведь правда же говорил!

Раздался разочарованный вздох. Светлая бровь удивленно приподнялась. Только не Славкина, а Ванюшина… И чего это он? Неужто даже не предполагал, что этот мутный тип уже может быть связан узами брака с другой? Когда это кому мешало!

После первой кружки руки перестали трястись, после второй разговор плавно сошел на более приятные темы, а когда была выпита третья, жизнь стала потихоньку налаживаться. Происшедшее отошло на дальний план и казалось теперь чем-то совершенно незначительным. Подумаешь, один неудачный день! Лиза искренне считала себя везучим человеком и расстраиваться из-за ерунды не собиралась.

В конце концов, это именно ее из всех сироток выбрали мама Галя и папа Миша. Тот день девушка до сих пор называла самым счастливым в своей жизни. Правда, и совестно немного было… Ну почему именно она, а? И поступила Лизка с первого раза, бесплатно, без всяких репетиторов. А по возвращении из командировки ее обещали торжественно записать в автошколу. Давно мечтала! Так стоит ли грустить из-за всяких незнакомцев?

Девушка задорно улыбнулась самой себе и упрямо помотала головой. Вот еще, не на ту напал! Сейчас даже сидящая напротив и пристально разглядывающая Лизку блондинистая мечта не казалась достаточным поводом для огорчений. Подумаешь!

Согревшись окончательно, а заодно успокоившись и наговорившись, перебрались в Славкину комнату и устроились на диване. Жан включил какой-то фильм. Вопреки обыкновению, когда парень старался под любым предлогом отвертеться от их девчачьих посиделок, сегодня он уходить не торопился. А время-то уже не детское, спать давно пора.

Первой сдалась Всеслава. Раз пять широко зевнула, и в тот момент, когда экранные влюбленные в третий раз расстались «навек», уложила светловолосую головку на мягкий подлокотник и задремала. Лизка почувствовала настоятельную потребность сбежать. Хоть под дождь!

Хотя нет, под дождь все-таки не хочется…

И чего испугалась, дурочка? Ну сидят они рядом, фильм смотрят. Романтичный и слезливый, не смешной даже. Откуда было взяться напряжению, незримо сгустившемуся в воздухе? От недосыпа, других вариантов нет.

Разве такому парню она нужна? Не-а. При взгляде на его девушек иной раз даже Славка не могла сдержать завистливых вздохов. Ей-то куда?!

Сильная рука вытянулась вдоль спинки дивана. Аккурат за Лизкиной спиной. Ой! Вот вроде и не обнял, а щекам сделалось горячо…

— Лиза? — Голос у молодого человека был таким, будто тот что-то замышлял. Девушка невольно насторожилась. И тут же удивилась самой себе. Что не так? Ведь столько мечтала о таком вечере. Они вдвоем смотрят кино и сидят совсем рядышком. Запах краски слегка раздражает, но это так, ерунда…

Так в чем же дело?

— Мм? — откликнуться все же пришлось.

Девушка подавила зевок и неожиданно поймала себя на том, что в данный конкретный момент хочет спать, а не разговоры разговаривать. Пусть даже с собственной мечтой.

Вот так изменения! Неужели это давешний незнакомец так на нее повлиял? А может, он и не маньяк вовсе…

— Лиз, — блондин вновь привлек явно рассеянное внимание девушки, — а ты замуж хочешь?

Вопрос был задан совершенно серьезным тоном. И от этого было особенно сложно не захихикать. Ну и денек!

Еще и рука совершенно обнаглела — со спинки переместилась на плечо и стала легонько поглаживать. Ух, жарко-то как!

— Какой замуж! — вполне искренне удивилась Лизавета. — Мне еще доучиться надо. Года через два обращайся, тогда и поговорим.

И, поражаясь собственному спокойствию, почти вытолкала молодого человека за дверь. Спать давно пора.

— Но попробовать все же стоило… — донеслось приглушенное.

Лизка с блаженным стоном опустилась на кровать и заползла под плед. Тяжелая после многочисленных стрессов голова вмиг оказалась на подушке. Странный все же денек получился… Сюрпризов столько — успевай удивляться!

Мутный от подкрадывающегося сна взгляд скользнул по двери. А вдруг он это серьезно?..

Время приближалось к девяти утра, когда Лиза все же заставила себя выбраться из-под одеяла. За ночь крепкого сна воспоминания о безумном дне поизгладились. Темноволосый незнакомец больше не казался таким жутким, а вечерний разговор воспринимался не более чем дружеской шуткой. Ну разве Жану она нужна?

Дождь больше не барабанил в окно. За ночь погода переменилась кардинально: мрачные тучи рассеялись, и комнату залил теплый свет. Щурясь от колючих солнечных лучей, Лизка попыталась растормошить подругу, с минуту послушала сонное ворчание Славки и со вздохом отправилась на кухню чайник кипятить.

Увы, робкие мечты проделать это в одиночестве, после чего с двумя кружками в руках потихоньку прошмыгнуть назад в комнату, рассыпались прахом. У плиты вовсю хозяйничал Жан. И не просто какой-то там кофе варил — готовил настоящий завтрак. А запах… м-м-м…

Лизавета вдруг поймала себя на том, что, в сущности, ничего и не знает про объект мечтаний. Ну, красивый, милый, достаточно обеспеченный… И все. Что парень любит, чем интересуется, во сколько просыпается, в конце концов? Надо будет Славку хорошенько расспросить. При этой мысли девушка удивленно хмыкнула и стремительно залилась румянцем.

— Проснулась? Доброе утро, — ослепительно разулыбалась мечта. — Садись, омлет почти готов.

Пришлось устраиваться на краешке стула и, нервно сцепив руки, дожидаться, пока перед носом появится исходящая аппетитными ароматами тарелка. По правде сказать, есть хотелось жутко. Хорошо еще в животе не урчало! Вчерашний день, проведенный вне дома в состоянии сильнейшего нервного напряжения (результат налицо — маньяков уже придумывать стала!), как-то помимо Лизкиной воли превратился в разгрузочный. А худеть она вроде как пока не планировала. Вот кабы наоборот, да в нужных местах… Эх, мечты!

Ели в молчании, поминутно обмениваясь косыми взглядами. В мыслях Лиза успела всеми известными словами обругать одну любительницу подрыхнуть до обеда, когда из недр квартиры послышался шум воды. О, проснулась наконец-то! Можно выдохнуть и успокоиться. Через пару минут придет подруга и спасет от общества своего симпатичного брата.

Но обрадовалась она рано.

— Лиз… — Опять он что-то удумал! — А что ты в ближайшие дни делать думаешь?

Ближайшие — в смысле, до приезда родителей. Ох… Неужели не разыгрывал? Не в плане свадьбы. Красавчик-Жан решил приударить за подругой сестры?

— Ну-у… — глубокомысленно протянула Лизавета, лихорадочно соображая, как бы выкрутиться из щекотливого положения. Особых планов на оставшиеся до выходных дни у девушки не было. Но, кажется, у Жана вдруг ни с того ни с сего возникли планы относительно нее. И это плохо.

Бросит ведь. Насчет их возможного романа Лизка иллюзий не питала. Разные они, слишком разные. Значит, бросит. Достаться с разбитым сердцем, а может, еще и с лучшей подругой рассориться — девушке уж точно не хотелось.

С другой стороны, всю жизнь ведь о нем мечтала!

Бряц! Вилка со звоном покатилась по полу. Это же надо было так задуматься! Не сговариваясь, молодые люди нырнули под стол ловить беглянку. А дальше — как в кино: их глаза встретились, здравые мысли стремительно улетучились, инстинкт самосохранения вообще оказался в нокауте, и Лизавета потянулась к белокурому объекту своих мечтаний за поцелуем. Сколько раз она прокручивала в воображении этот волшебный момент!

Только не то фильм оказался низкопробной комедией, не то под столом было мало места, потому что, неловко повернувшись, вместо губ они соприкоснулись лбами. Ощутимо так соприкоснулись! У Лизки чуть искры из глаз не посыпались.

Чугунный он у него, что ли?! Зато мозги на место встали мгновенно.

— Значит, не судьба, — философски пожала плечами девушка, выпрямляясь. И едва не засмеялась в голос, представив, как они выглядели со стороны.

Жан, покряхтывая и шипя сквозь зубы отнюдь не поэтичные ругательства, делал то же самое.

А вот Славке и воображать ничего не пришлось.

— А что это вы тут делаете?

Смех все же грянул.

Когда веселье прошло, завтрак был съеден, а кофе выпит, созрело решение, что на оставшиеся до возвращения родителей дни Лизавета переберется к друзьям. Так всем будет и спокойнее, и веселее. К тому же Жан между делом обмолвился, что работы у него сейчас много.

Это хорошо. Значит, доставать сильно не будет. И в пределах видимости останется, это вообще замечательно.

Окрыленная открывшейся перспективой, Лизка неслась домой так, будто у нее крылья за спиной выросли. Зубрежка и экзамены позади, впереди лето, солнце и отдых. И целых три дня в одной квартире с Жаном… Может, набраться смелости и попросить художника нарисовать ее портрет? Или лучше пускай себя нарисует ей в подарок. А еще лучше — и то и другое!

Поглощенная строительством планов на будущее, девушка не сразу заметила, что у подъезда ее уже ждали. А когда обнаружила сей прискорбный факт, было уже поздно. Руку выше локтя до боли сжала мужская ладонь.

— Ты?!

Вот как знала, надо было Славку с собой брать.

— Думала, от меня так легко скрыться? — ласково пропел незнакомец, не скрывая, впрочем, недовольных ноток в голосе. — Впрочем, плюс балл тебе за изобретательность. Должен заметить, ты мне уже нравишься.

А что, вчера не нравилась? Чего прицепился тогда?

— Я заору, — воинственно пригрозила пленница. Ничего себе у него хватка! Рука уже неметь начала.

— И опозоришься на всю улицу, — скривился мужчина. И прежде чем Лиза успела воплотить угрозу в жизнь, затащил ее в подъезд.

Вполне логичный вопрос — откуда этому типу вообще знать, где она живет? — даже не пришел в голову девушки. От страха не то что кричать, ноги переставлять с трудом удавалось.

Коварный похититель вытащил ключи из-под коврика (когда он наклонился, Лизка пожалела, что под рукой ничего тяжелого нет), презрительно хмыкнул, выражая свое отношение к такой вот предсказуемости, и втолкнул спутницу в квартиру. Следом вошел сам.

Щелкнул замок, после чего связка канула в кармане незнакомца.

— Не трогай меня, а? — жалко пролепетала Лизка, на неверных ногах пятясь в глубь коридора.

Темные глаза предполагаемого обидчика насмешливо засверкали.

— Даже не думал. Просто поговорить хотел, а ты от меня бегаешь. Нехорошо… Могла бы и поблагодарить за подарок, — и он кивнул на сиреневое платье, в которое была одета беглянка.

Значит, заплатил все-таки. Нести назад не придется.

— Сп-пасибо.

Брюнет окинул заметно трясущуюся девушку темным взглядом и тяжко вздохнул. Мол, не за что.

— Угостишь гостя кофе?

Пришлось топать на кухню и ставить чайник на плиту. А что, так даже лучше. Пускай у него руки будут заняты.

— О чем говорить будем? — Лизавета устроилась напротив незваного и, честно скажем, нежеланного визитера и обхватила озябшими от страха ладонями горячие бока чашки.

— Хочешь познакомиться с настоящими родителями? — Был ей встречный вопрос.

Лизка даже не задумалась. Вот еще не хватало! Выбросили ее, как щенка беспородного, а теперь здрассте, познакомиться им. Обидно до глубины души.

— Спасибо, одни у меня уже есть, и других мне не надо!

Повисло недолгое молчание. Зато страх прошел, и трястись девушка перестала.

— Так ты частный детектив? — решилась она озвучить свою догадку. А что, именно так Лиза и представляла себе представителей этой профессии. Красивый, крепкий, весь такой волевой и слегка мрачный, одевается обязательно в черное и держится чуть отстраненно, будто оценивает. А она, дурочка, испугалась!

Гость на миг замешкался, но потом все-таки кивнул.

— Вроде того. Может, все же…

Лизка насупилась.

— Нет!

— Ведешь себя как ребенок, — с недовольством отметил брюнет. — А ведь меня по твоей вине уволить могут…

Жалость проклюнулась робким росточком. А и правда, чего это она? Но встречаться с людьми, предавшими ее, Лизавета не хотела. Разве что высказать им все, что на душе накипело… Нет, все-таки не хочется.

— И что надо лично от меня?

Собеседник одобрительно улыбнулся краешками губ. Глаза оставались безучастны.

— Всего лишь пойти со мной. Просто поговорите. Если хочешь, можешь послать их так далеко, как только сможешь придумать. Идет?

Девушка задумчиво вглядывалась в чашку, будто бы ожидала, что из черной глубины выплывет совет, как же следует поступить.

— Ладно, — отчего-то все-таки согласилась. Наверное, детская обида выхода потребовала. — Но пусть ни на что не рассчитывают. Уж я им все выскажу, что на душе накипело!

Была бы парнем — еще бы и по морде съездила. А так… не плеваться же, в самом деле!

Потом выяснилось, что живут они в другом городе, но недалеко. И прежде чем отправиться в поездку, придется заглянуть в местную гостиницу за вещами сыщика. В пользу Лизкиной догадки и его признания звучали многочисленные сведения из жизни Лизаветы — к работе брюнет подошел с полной самоотдачей и теперь горел желанием поделиться нарытой информацией. Да и собеседником оказался приятным. Так что поднималась на второй этаж местной не слишком презентабельной гостиницы девушка без опаски. Она же теперь не жертва, она теперь работа!

— А ты меня хоть назад потом привезешь? — опомнилась девушка.

— Если захочешь. — Сумка с шорохом закрылась. Странная она какая-то у него. Вместо «молнии» завязки.

— Ой, а еще надо Славке позвонить, а то волноваться будет. — Про друзей-то во всей этой суете она и забыла.

Брюнет, представившийся Крейром (Лизка тогда еще удивилась — иностранец, что ли?), терпеливо ждал. Рука уже набрала нужные цифры и телефон прильнул к уху, когда с треском распахнулась дверь.

— Лиза, не ходи никуда с ним! — В номер влетел Жан со всклокоченными волосами и перекошенным от страха и злости лицом.

Ишь какой, пофлиртовали разок, а туда же — не ходи. Разбежалась! Девушка воинственно вздернула подбородок.

— Сестрой своей командовать будешь. А на меня голос повышать не смей!

Нет, в самом деле, она же не собачка на привязи, чтобы идти куда ведут! Свободная личность, между прочим. Вот и будет делать, как сама решит.

— Что ты ей наплел? — накинулся художник на Крейра, яростно сверкая голубыми глазами.

Лизка предусмотрительно вклинилась между парнями. Не хватало еще, чтобы они сцепились!

— Уйди, не мешайся. Лиза, мы уезжаем. — Рука вновь оказалась в стальных тисках.

— Сам исчезни, — вызверился блондин. — Я первый ее нашел! Она мне доверяет. Лиза, что бы ни говорил этот человек, не верь ему, — теплая ладонь легла на второе запястье.

И тут голову пронзила запоздалая догадка:

— Так вы что, знакомы?!

Дальнейшие события понеслись стремительно. Парни настороженно переглянулись. Лизка рванулась, силясь высвободиться. Безуспешно. Но уже в следующий миг одна рука оказалась свободна — детектив с легкостью отшвырнул противника. Еще бы, он вон какой тренированный! На его фоне даже отнюдь не субтильный Жан подростком кажется.

Блондин отлетел аж в противоположный конец номера. Лизка хотела было возмутиться столь вольным обращением с ее мечтой, да не успела. В руках брюнета блеснуло что-то фиолетовое, Жан с криком бросился к ним, и свет перед глазами померк.

Со смачным «бульк!» Лизавета плюхнулась в неглубокую лужу и поспешила зажмуриться, дабы уберечь глаза от грязных брызг.

— Мамочки! — пролепетала девушка и от души кусанула себя за язык. Потом еще и за руку для верности ущипнула. Чего не сделаешь, чтобы разогнать глюки!

Внеплановый кошмар, явившийся отчего-то средь бела дня и даже не во сне, изгоняться отказался категорически. По-прежнему было холодно и мокро. Еще темно — это даже с закрытыми глазами чувствовалось. И судя по тому, что на макушку и голые плечи непрестанно подали тяжелые холодные капли, шел дождь. Однако, перемены!

Прочувствовав до дрожи весь ужас ситуации, Лизка робко приоткрыла один глаз. Земля. Со всех сторон девушку окружала мокрая темная земля. Только над головой обильно сочилось дождем хмурое небо.

Как, скажите, она умудрилась вместо гостиничного номера оказаться в яме?! Девушка запустила трясущиеся пальцы в намокшие волосы и нервно захихикала. Ну не бред ли?

— Тра-ля-ля-ля-ля, а я сошла с ума, — «обрадовала» начинающая сумасшедшая беспросветное небо.

То, естественно, никак не прореагировало. А могло бы хоть дождем обливать прекратить…

— Какие непослушные глюки, — обиделась Лизка.

Нет, ну в самом деле! Сидит ведь сейчас на полу номера, ваза какая-нибудь разбилась — и потому ей так мокро, а рядом наверняка суетятся испуганные парни. По голове ее ударили, что ли? Надо будет непременно с этим разобраться по возвращении в мир реальный. Так почему не привиделось, скажем, прозрачное озерцо с лебедями?! Нет, лужа, яма, ночь, дождь…

В общем, Лизка всерьез начала сомневаться в своей везучести.

По ощущениям, добрый час девушка тряслась, безуспешно пыталась выкарабкаться на свободу, предавалась самоедству и поминутно поминала отнюдь не добрым словом двух небезызвестных личностей. Ни одно из этих действий особого результата не дало. Теплее не стало, взобраться наверх по размякшим краям не удалось, ругать себя она не любила, а призываемые парни даже и не подумали появиться.

Можно бы с чистой душой плюхнуться на попу, пускай даже в лужу, и не делать совсем ничего. Это же все не по-настоящему, само как-нибудь рассосется! Но некий внутренний червячок упорно мешал Лизе так поступить. Наверное, тот самый, что заставил упрямую мышь сбить из сметаны масло…

Наконец где-то над головой послышались хлюпающие шаги. Лизка вскочила и возбужденно заметалась по своей тюрьме. Конечно, простора для маневров не было абсолютно, но нервное напряжение требовало выхода. Может, хоть наверх взобраться помогут?

— Тепло ли тебе, девица? — бодро гаркнули над головой.

Девушка красноречиво обхватила закоченевшие плечи и запрокинула голову, чтобы лучше разглядеть потенциального спасителя. У края ямы стоял мужчина. Не первой молодости, невысокий, худой, в не слишком чистой, что в такую погоду и не удивительно, одежде. Высокие сапоги покрывал ровный слой грязи, а от дождя спасал тяжелый, хоть и заношенный плащ.

Радость от появления в ее поле зрения живой души сильно омрачалась вопросом — и чего в такой ливень в тепле не сидится? Сама Лизка готова была отдать что угодно, лишь бы только хоть немного обогреться.

— А что, не видно? — возмутилась пленница.

— Зачем тогда разрылась? — вполне искренне удивился этот шутничок.

Только Лизка веселиться была не очень настроена.

— Что стоишь, помоги выбраться! — и протянула руку к мужику.

Вопреки ожиданиям, тот стал пятиться в сторону.

— Еще чего. У вас же когти должны быть, вот сама и карабкайся. — И с этими словами несостоявшийся благодетель развернулся и почавкал прочь. Только ворчливое бормотание еще разобрать удалось: — Я на своем кладбище каждого упыря знаю. А этой чегой-то не припомню. Ох, не к добру…

Лизка чуть не завыла в голос. Естественно, не к добру. Сейчас она замерзнет насмерть, и во владениях сторожа прибавится еще один упырь. Очень злобно к этому сторожу настроенный.

И тут к девушке услужливо потянулась рука.

Намеренно не заморачиваясь на хозяине конечности, Лиза жадно схватилась за предложенную помощь. Минута обоюдного натужного пыхтения — и девушка оказалась на свободе. Только радость была короткой. Наверху царила такая же темнота, ноги утопали в грязи, а плечи исправно поливал дождь. Спасительный выход из затянувшегося кошмара даже не подумал появиться.

Хмурый взгляд заскользил по темным холмикам и невысоким надгробиям. Кладбище. Скорее всего, сельское. Это открытие Лизавету не слишком смутило. Ну погост, ну ночь… И что дальше? Суеверной трусихой она не была никогда. А вот то, что некоторые могилы были разрыты, а по едва различимым сквозь пелену дождя дорожкам неспешно прохаживалось несколько неясных фигур, заставило напрячься.

Шиза прогрессирует!

Напротив вежливо улыбался мужчина. В первый момент Лизка робко попыталась улыбнуться в ответ, но закоченевшие губы слушались с трудом. А потом и желание проявлять дружелюбие отпало напрочь.

В приветливом помощнике девушка опознала хозяина негостеприимной ямы. Местами подгнивший костюм и внушительных размеров черные когти служили тому неоспоримым доказательством.

— А-а-а!!! — со всей дури завопила спасенная и бросилась прочь не разбирая дороги. И не суть, что происходящее — лишь игра воображения. Погибнуть от когтей собственного глюка Лизке совсем не улыбалось.

— А «спасибо» где?! — обиделся упырь.

Бежала долго. Тонкие ветви больно хлестали по щекам, мокрые волосы облепили шею и плечи. Зато наконец согрелась. Сразу за кладбищем начинался лес. Не сказать что густой, да и коряг под ногами было не слишком много, но обзора из-за дождя не было никакого, так что раза два девушка чуть ощутимо не навернулась. Правда, все же удержалась на ногах и тут же в мыслях похвалила себя за то, что никогда не прогуливала физкультуры. Ни в школе, ни в институте. Еще и утреннюю пробежку за правило взяла.

Размеренные, привычные движения притупили страх. Вскоре беглянка решилась слегка притормозить и оглянуться. И была немало удивлена, обнаружив, что «жуткий монстр» даже не подумал гнаться за ней.

Ну, так даже неинтересно!

Дальше двинулась быстрым шагом. Наверное, времени прошло не очень много. По крайней мере, ни устать, ни в очередной раз замерзнуть Лизка не успела, когда за деревьями показалась дорога. Может, Лиза ее вообще не заметила бы, если бы не две здоровенные кареты. Одна, бордовая, была щедро украшена золотом. Вторая, попроще, черная — с милыми сиреневыми шторками на небольших оконцах. К ней-то и двинулась девушка.

Лизавета сама не знала толком — зачем. Ну что она скажет? «Привет. Ты мой глюк. Давай дружить! Только сначала отведи меня туда, где тепло и сухо». Ага, так он и послушал!

Впрочем, стоило только взгляду упасть на… хм… лошадок, как даже эти нехитрые слова выскочили из головы. И язык к небу точно клеем приклеили.

Вместо привычных лошадей в карету были запряжены змеи. Огромные, откормленные, лоснящиеся до блеска, с чуть приплюснутыми головами и квадратными, сильно выдающимися челюстями. Лизка удивленно оглядела маленькие, тощенькие лапки, по четыре у каждой змеюки, и тихонько икнула от испуга. Ведь и не подозревала, что является обладательницей настолько больной фантазии!

Повинуясь неведомому инстинкту, тихонько скользнула на облучок и затаилась. Даже недоумевать не стала, куда это подевался кучер. Поводья и кнут — все на месте, а человека нет. Может, его змеюки сожрали? А что, в видениях еще и не то может быть.

Тут Лизка тряхнула головой, прогоняя глупые мысли. Совсем со страху крыша уехала!

Ветви с шорохом раздвинулись, являя две закутанные в плащи фигуры. По темной непроницаемой ткани стекали потоки воды. Промокшая насквозь девушка невольно позавидовала: внутри, наверное, сухо… Головы неизвестных были низко опущены, дабы по возможности укрыться от того же дождя.

— Надеюсь, мы поняли друг друга? — сквозь шелест дождя пробился высокий голос. Вне всякого сомнения, он принадлежал женщине.

Лиза вжала голову в плечи и постаралась дышать как можно тише, чтобы совсем ничем не выдать своего существования.

Второй отвечать не торопился. Повернулся к карете, приоткрыл дверцу и аккуратно опустил на сиденье большой ларец, который до сих пор держал в руках. После чего так же тихо закрыл дверь и повернулся к даме.

— Будет исполнено в лучшем виде. По возвращении в столицу вы не узнаете своего супруга…

Последняя фраза прозвучала многозначительно, даже зловеще. Лизка почувствовала, как по спине табунами мурашек разбежался страх.

— Ключ у вас? — властно допытывалась заказчица. Чего именно, Лизавета даже знать не хотела.

Плащ кивнул. Определить его половую принадлежность девушке до сих пор не удалось. Голос не высокий и не низкий, с легкой хрипотцой. Такой может принадлежать как мужчине, так и женщине.

И вот тут пришло озарение. Это же не взаправду! А значит, можно все.

«Сейчас или никогда!» — подумала девушка, прежде чем тряхнуть поводьями. Еще и кнутом жахнула на всякий случай. Разумеется, в реальности она бы никогда себе подобного не позволила. Не решилась бы просто. Но коль уж начала сходить с ума, надо держать планку.

Карета резко рванула вперед.

Дальше все слилось в пестрый клубок инстинктивных действий и безумных, самых острых в короткой Лизкиной жизни впечатлений. Далеко за спиной послышались крики, щедро сдобренные цветастой бранью. Эффект неожиданности помешал заговорщикам броситься в погоню сразу. Потом, кажется, они еще и ругаться начали, но звуки до беглянки уже почти не долетали. Да и массивная карета с обилием золота на ней была ходкой. А значит, можно не бояться быть настигнутой.

Однако, несмотря на иллюзорную безопасность, Лизка исправно погоняла зеленых зверюг. Те оказались на удивление быстрыми и практически бесшумными. Счастливо угнанная карета стрелой летела по песчаной дороге.

Хоть в крови и бушевал адреналин, Лизка, не будь дура, сворачивала ровно через один встречный поворот. Погода только ухудшилась, теперь вокруг бесновалась буря. И раскаты грома вдалеке слышались. Но это только к лучшему: время законный владелец кареты упустил безвозвратно, а вскоре дорога превратится в такое месиво, что напасть на след воришки станет практически невозможно.

Совесть ее нисколечко не мучила. Ну зачем глюку карета?!

Удирала долго. Змеи стремительно неслись вперед, едва не вырывая из рук поводья. Холодный ветер щедро бросал в лицо колючие капли. Сумасшедшее возбуждение не давало замерзнуть, но видимость отсутствовала напрочь. Хорошо, «лошадки» умненькие попались и передвигались почти самостоятельно. Беглянке оставалось только задавать темп.

Когда от ливня осталась разве что мелкая морось, а на горизонте занялся хмурый рассвет, Лизавета решила, что петляла достаточно, и изо всех сил натянула поводья. После чего откинулась на спину и крепко зажмурилась. Тело одолевала апатия.

— Боже, я угнала карету, — устало прошептала она и нервно хихикнула. — А еще сошла с ума.

— Поздравляю, — послышался откуда-то снизу насмешливый голос.

Лизка испуганно вскрикнула. Неужели на кого-то наехала?! В ее состоянии немудрено.

Ага, и он теперь лежит под каретой, раздавленный, и ехидничает. И придумается же!

Пришлось отлепляться от скамьи и, противно хлюпая мокрым платьем, спрыгивать наземь. Одеревеневшие от стресса и долгого сидения в одном положении конечности слушались с трудом.

Естественно, под каретой никого не оказалось. В этом месте девушка вздохнула с облегчением: причинять вреда ближнему не хотелось даже в видении. Змеюки выразительно зашипели, будто таким образом выражая свое отношение к новой хозяйке.

А ведь их еще и кормить чем-то надо…

И тут скамья, на которой всю дорогу вполне удобно сидела Лиза, скрипнула и подалась вверх.

— Ой… — пролепетала девушка и хлопнула себя по лбу. И как только не догадалась, что под сиденьем может находиться емкость для хранения всяких нужностей?! Впрочем, откуда девушке двадцать первого века знать, как устроена карета? И вообще, может, в мире ее воспаленной фантазии все совершенно по-другому, нежели в реальности? Лошади-то здесь вон какие!

Из-под сиденья несмело вынырнула всклокоченная голова, огляделась, а затем и все остальное показалось.

— Привет, — нахально улыбнулось явление.

Лизка попятилась, тем не менее с любопытством разглядывая парня. Молодой — лет двадцати пяти, да и то с натяжкой, — худощавый, ростом чуть выше нее самой, русые волосы едва доходят до плеч и слегка отливают рыжиной, светло-зеленые глаза глядят с хитрым прищуром. Добавить сюда синий костюм из тонкой ткани, без всяких изысков — и все становится на свои места.

Кучер!

«Ох и влипла же я! — ужаснулась в мыслях Лизка. — Сейчас точно скрутит и к хозяину оттащит».

Быстрее кошки угонщица метнулась в сторону, туда, где начинался жиденький лесок.

— Ну ты даешь! — восхитился кучер и с комфортом развалился на привычном месте. Даже не подумал догонять беглянку!

— А?

Девушка притормозила и пытливо взглянула на нечаянного спутника.

— Меня Андрус зовут, — обезоруживающе улыбнулся парень.

Может, еще обойдется? В девичьей душе шевельнулась робкая надежда.

— Так ты не собираешься ловить меня и тащить к своему хозяину?

Тот смешливо фыркнул.

— Еще чего! Мне за это не плачено. — И, почесав кончик тонкого носа, добавил: — К тому же этот жмот мне никогда не нравился.

— Тогда Лиза. — И она протянула руку новому знакомому.

Сознаться в своем сумасшествии болезная не решилась. Первому встречному о таких вещах не говорят — себе дороже. Так что пришлось сказаться просто неудачливой путницей, в непогодь оказавшейся на лесной дороге. Тут собеседник хмыкнул, но вдаваться в подробности вежливо не стал. Кражу кареты девушка легко оправдала подслушанным разговором. У бесчестного человека воровать не так совестно. Да и не по-настоящему это все, только об этом Лизавета тактично промолчала.

— А твой хозяин — он кто вообще?

Андрус неприязненно скривился. Логично: любовь к начальству и в реальности встречается нечасто.

— Маг. Вполне заурядный, ничего особенного…

Маг… Пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не выглядеть уж слишком ошарашенной. Вроде сказками никогда не увлекалась… А напридумывала!

Потом Лизка вспомнила про ларец, а заодно и ключ, который, вполне вероятно, мог находиться где-то в карете. Конечно, обшаривать ее посреди дороги было не самой умной идеей, но любопытства начинающая воришка сдержать не смогла. Вдруг, пока найдется укромное место, она успеет прийти в себя и тайна ларчика так и останется неразгаданной? Вот уж нет!

Ларчик красивым оказался и тяжелым — жуть! Огладив узорчатые золоченые бока, Лизка пришла к выводу, что маги нынче живут неплохо. Ключа, как и следовало ожидать, рядом не лежало…

Пришлось с видом первооткрывательницы заглядывать в каждую щель. Несмотря на то что, по определению, новый знакомый должен был знать вверенное ему транспортное средство как свои пять пальцев, Андрус принимал самое активное участие в забаве. Да и наслаждался не меньше Лизкиного. Вон как глаза блестят!

— Нашел! — радостно возвестил парень, потрясая золотым ключиком на короткой цепочке.

Лиза радостно взвизгнула. Но причиной счастья девушки был вовсе не ключ. На небольшой полке, пристроенной к одной из стенок кареты (очень удобно, между прочим), обнаружилась аккуратно завернутая в салфетки еда. Хлеб, копченое мясо, немного сыра и фляга с водой. Живот тут же одобрительно заурчал, заставив хозяйку залиться стыдливым румянцем.

Замок издал едва различимый щелчок. Открыватели чужих тайн дружно ахнули. Открывшаяся глазам картина впечатляла. Внутри ларчик был разделен на два неравных сектора. Больший занимали аккуратно сложенные монеты, в меньшем сиротливо сверкала пара тонких браслетов.

Однако! Подобных сокровищ Лизке видеть не доводилось. За такое ведь и убить не жалко… Тут воришке совсем некстати вспомнился злосчастный разговор. Здоровое чувство самосохранения настоятельно потребовало убраться как можно дальше отсюда. И чем быстрее, тем лучше!

— Примеришь? — Кучер кивнул на браслеты. Тоже из золота, с тонкой черной полосой в центре. Глаза искусителя горели любопытством и предвкушением.

С минуту девушка вглядывалась в переливающуюся полосу, после чего наконец отрицательно мотнула головой. Не возникло даже намека на желание примерить украшение. Странно. Вроде красивые…

— А золотишко поделим? — никак не унимался вынужденный спутник.

Лиза смерила его строгим взглядом и резко захлопнула ларец. И на ключ закрыла. Что-то уж больно раскованно этот Андрус ведет себя для похищенного, пускай и случайно.

— Не думаю, что это хорошая идея. — Несмотря на прогрессирующее сумасшествие, именно Лизавете пришлось стать голосом разума в их случайном союзе. — Вряд ли твой хозяин так быстро свыкся с такой потерей. Нас будут искать.

Нечаянный сообщник недовольно поджал губы и ревниво заметил:

— Бывший хозяин! — Видно, парень уже почувствовал себя полностью свободным от каких-либо обязательств, и ощущение это ему нравилось, так что расставаться с ним Андрус не хотел. Но с тем, что девушка права и сматываться отсюда надо очень быстро, был согласен целиком и полностью. Даже принял посильное участие.

Сиреневые шторки, с первого взгляда приглянувшиеся юной воришке, безжалостно были отброшены в мокрую траву. Лизка испустила печальный вздох, но спорить не стала. Ему виднее. Ведь и правда слишком приметны. Затем на черной карете появилось несколько грязных разводов (вид при этом у парня был ну прямо как у Жана в момент творения очередного шедевра — такой же одухотворенный), после чего конспирацию посчитали завершенной.

Пока возились, дождь прекратился окончательно. Даже солнышко робко высунуло круглую мордашку из-за удаляющихся туч. Лизка, прихватив с полки еду, устроилась на облучке, рядом с приступившим к привычным обязанностям кучером, и вгрызлась в наспех сооруженный бутерброд.

Вскоре усталость взяла свое, глаза стали слипаться, а разум заволокла дрема. По-хорошему — стоило бы забраться в карету и лечь на удобное сиденье, но пачкать обивку до сих пор мокрым и тщательно вывалянным в грязи платьем не хотелось. Тут Лиза вновь завздыхала. Придется теперь ходить замарашкой. В любом случае другой одежки в ближайшее время не предвидится.

Ох, вот бы проснуться в реальном мире, рядом со взволнованными Жаном и Крейром… Что угодно отдала бы за такое счастье!

Резкий толчок едва не швырнул Лизавету на землю. Спина больно стукнулась обо что-то твердое. Девушка сдавленно зашипела, ошеломленно моргая. Рядом неприлично выругались.

От вида обступивших карету молодчиков разом стало как-то не по себе. Неужели?..

— Что происходит? — жалобно пролепетала девушка, стараясь трястись не очень заметно. — Маг нашел нас, и теперь…

— Расслабься, детка, — с едким смешком оборвал ее страхи спутник. — Это всего лишь лесные разбойники.

На «всего лишь», по Лизкиному мнению, пятеро здоровенных мужиков самого недружелюбного вида уж точно не тянули. Скорее, на неприятности. В особо крупном размере.

Преступные элементы напирали, грозно сверкая ножами и прочими опасными железками. Девушке сделалось не по себе. Быть зверски убитой не хотелось даже понарошку. Ограбленной (в этом месте она еле сдержала истерический смех) — тоже.

Спутник же не проявлял ровным счетом никакого беспокойства. С удобством устроился на привычном месте и крайне заинтересованно наблюдал за разворачивающимся действом. Так, словно и впрямь хотел знать, что же будет дальше.

А вот Лизка не хотела. Очень-очень не хотела.

— Хватай девку…

— Наддов хватай! — Ага, так вот как лошадки называются.

В рядах противника наметился разлад. Лизавета же покосилась на расслабленного Андруса с легкой завистью: отчего-то кучеры у бандюг спросом не пользовались.

— Подержи-ка, — шепнул парень, торжественно вручая насмерть перепуганной Лизе поводья. Та механически сжала окостеневшими пальцами кожаные ленты.

Неожиданно тяжелый для тонкокостного молодого человека кулак со смачным звуком врезался в ближайшую рожу. О, как его «наддов хватай!» впечатлило! Или про золото, мирно лежащее в ларце, вспомнил? В то, что спутник защищает ее, почему-то верилось с трудом.

Ага, заступился уже один такой! И где она после этого оказалась? Вот-вот.

Бандюга схватился за обильно кровоточащий и, скорее всего, сломанный нос и потерял к предполагаемой добыче всякий интерес. Зато его товарищи сдаваться так просто не собирались.

Двое подступили к «лошадям» и с разных сторон ухватились за упряжь. Тут Лизка не сдержала возмущенного писка — топать непонятно куда, да еще и пешком, ей совсем не улыбалось. Зря транспорт угоняла, что ли?! Но змеюки оказались на редкость сообразительными и сами, без постороннего вмешательства, прекрасно разобрались с ворюгами, возжелавшими посягнуть на честно прикарманенную собственность. Мелькнули золотистые раздвоенные языки, над дорогой пронеслось жуткое шипение… Юной угонщице осталось только порадоваться, что вместе с каретой чисто случайно «увела» еще и кучера. Иначе лежать бы ей на предпоследнем издыхании, как этим двоим…

Увы, радость продлилась недолго. Чья-то мозолистая рука безжалостно схватила за ногу и потянула вниз.

— Твою же… — Лизавета возмущенно заорала и, не желая преодолевать расстояние до земли в свободном падении, со всей силы лягнула обидчика пяткой в лоб (куда подевались новенькие босоножки, девушка при всем желании вспомнить не смогла) и, не произведя на него должного впечатления, вцепилась в Андруса.

Кучер печально покосился на пятого грабителя, распахнувшего дверцу кареты, тягостно вздохнул, прощаясь с внезапно привалившим богатством, но спасать предпочел все же девушку. Миг спустя любитель чужих конечностей скатился на обочину.

— Спасибо, — шепнула Лиза, выравнивая сбившееся дыхание. И где, интересно, простой слуга научился столь виртуозно драться? Спасенную разбирало любопытство.

Да только в ее благодарностях никто не нуждался. Парень легко соскочил наземь и бросился на последнего разбойника, успевшего любовно прижать к груди ларец. Конечно, о содержимом мужик мог только догадываться, но ведь и пустым ларчик мог стоить о-го-го сколько!

Лизавета восхищенно затаила дыхание, наблюдая за отточенными движениями. Ух ты! Ведь и понять толком не смогла, что именно сделал новый знакомый, а противник уже лежит ничком и жадно хватает ртом воздух.

Во избежание дальнейших посягательств самое ценное было решено запихнуть под облучок. Лизка почти гордилась собой. Вон какое качественное безумие у нее вышло!

— Они хоть живы останутся?

За тех, кого бил Андрус, можно было не беспокоиться, а вот покусанные зелеными змеюками внушали серьезные опасения. Лежали тихо, признаков жизни не подавали, только дышали едва заметно.

Молодой человек тряхнул поводьями, заставляя наддов устремиться вперед, после чего равнодушно оглянулся через плечо.

— Ты за всех, кто пытается тебя ограбить, так волнуешься?

С ответом сердобольная девушка не нашлась, только насупилась обиженно.

— Их яд смертелен. — Кучер со значением указал взглядом на своих подопечных. Опасайся, мол. Но потом все же сжалился над побледневшей спутницей и пояснил: — Но действует очень медленно, больше суток. Так что менее пострадавшие ворюги вполне успеют за это время прийти в себя и оттащить отравленных дружков к знахарю. Не трясись, Лизок! Вот приедешь сюда через годик — и те же самые морды на тебя нападут. Можно будет завести традицию…

Через годик?! Лизка невольно содрогнулась. Сходить с ума на столь длительный срок в ее планы не входило.

— Вы точно меня не разыгрываете? — Вопрос звучал уже, наверное, раз в десятый. Потом взгляд соскользнул на карету, зеленых змей, со вкусом пощипывающих сочную травку, очень кстати вспомнился давешний упырь, и надобность в ответе отпала сама собой.

Все реально. Она в другом мире.

Надо заметить, что ко времени, когда Лизка смогла разговаривать спокойно, старые друзья и новые знакомые пережили красочную девичью истерику. Ради такого случая девушка припомнила все немногочисленные ругательства, которые знала, а художнику так и вовсе по физиономии съездила. Подумаешь, мечта тоже! После всего пережитого блондин несколько упал в ее глазах.

Но больнее всего ранило предательство Славки. Подруга, называется! Это же надо было — все знать и не сказать! Обидно до глубины души.

Так что досталось интриганам изрядно. Лизка изо всех сил старалась.

— Итак… — Девушка грозно уперла руки в худые бока. Смотрелось не особенно внушительно, но чувство вины, легонько терзавшее как минимум двоих из присутствующих, сделало свое дело. Против предстоящего разговора никто возражать не стал. — Я хочу знать ВСЕ. С места не сдвинусь, пока правду не расскажете, так и знайте!

И в доказательство серьезности своих намерений с удобством уселась на мягкую траву. Окружающие дружно вздохнули и, справедливо рассудив, что с ней сейчас лучше не спорить, опустились рядом.

Со времени встречи на дороге прошло часа два. За этот срок стемнело окончательно. Змеюк освободили, карету оттащили с дороги, и даже костер разожгли. Никаких насущных дел, способных отвлечь кого бы то ни было из присутствующих от детального разбора полетов, не осталось.

— Ты! — Стараясь скрыть обиду в голосе, Лиза ткнула пальцем с обломанным ногтем в подругу. Вполне вероятно, бывшую. С этим еще предстоит разобраться.

Всеслава почти по-детски надула губки.

— А что сразу я? Всего-то и знала, что мы с братом из другого мира. Все! Про тебя ни сном ни духом.

И глаза такие честные-честные. В душе шевельнулось недоверие, но Лизка предпочла махнуть на него рукой. Единственной близкой подруге хотелось верить. И тем не менее бросаться на шею художнице со слезами она пока была не готова.

— Пожалуй, начать стоит мне, — спас сестру Жан. — Позволь представиться, Жайдан, третий принц Марианского царства.

Парень встал и легко поклонился. Лиза же никак не прореагировала, только глазами хлопала в немом изумлении. Вот вам и мечта! А ведь с детства (ее детства) знакомы… Тогда девушка даже тайком завидовала подруге. У нее был настоящий старший брат, который защищал, и даже в отсутствие родителей, вечно мотающихся по командировкам, заботился о сестренке. А ведь сам был еще подростком!

Потом даже влюбилась, мечтой блондинистой обозвала, принцем своим считала… А он что? Он этим самым принцем и оказался. Только от этого почему-то совсем не радостно.

— Только от принца у него всего-то и есть, что имя да рожа смазливая, — не смог удержаться от колкого замечания Крейр. — Ни земель, ни короны. Даже дружбы с правящей родней особой нет. Так что, Лизонька, этот жених совсем неперспективный, его из списка претендентов на твою руку можно смело вычеркивать.

Но Жан, точнее Жайдан, на откровенную издевку реагировать не стал и принялся вываливать на бедную Лизкину голову потоки новой, совершенно обескураживающей информации. Девушка слушала затаив дыхание.

Оказывается, она принцесса. Ну точно как в сказке! Дочка правителя одного из соседних царств. И зовется странным именем — Лизанда. То есть для параллельного мира оно, может, и нормальное, но самой Лизке слух резало.

Так вот, не успело дитя родиться, как по местным обычаям была заключена помолвка. Но счастливые родители, видно, забыли договориться, за кого из соседских сыновей дочурку отдавать. Вот и вышло так, что отец обещал дочь Жайдану, а мать — Крейру.

— Но хуже всего то, — втолковывал Крейр, — что оба ритуала провели по всем правилам и со всеми вытекающими последствиями. То есть посмеяться и забыть об этом, как о глупом недоразумении, не получится. Пока узы сильны, жениться на другой ни один из нас не может. А мне, в отличие от этого никчемного, необходимо дать своей земле наследника. Так что, принцесса, поторопись с выбором!

Такое обращение звучало непривычно и, чего уж греха таить, неприятно.

— Ладно, этот, — девушка выразительно кивнула на Жайдана, так внезапно переквалифицировавшегося из художников в принцы, — с ним мы хотя бы знакомы. Да и симпатичен он мне. Был. Тебе-то я на кой сдалась? Ты же меня даже не знаешь, и уж тем более не любишь!

Такое отношение казалось девушке обидным. Нет, ну правда, смотрят на нее как на кобылу породистую!

— Какая любовь, царевна?! — брезгливо скривился жених. — Терпеть не могу всех этих вздохов под луной и проникновенных взглядов. Жена должна быть послушной, мужа уважать и детей рожать. С меня и этого будет достаточно.

Тут не выдержала воспитанная в иномирье Всеслава:

— Может, тебе еще и тапочки в зубах приносить?!

— Не откажусь.

— Нет, Лизка, с этим деспотом каши не сваришь. Его перевоспитывать замучаешься! Иди лучше замуж за моего брата. Он у меня хороший и талантливый.

Уж в последнем новоявленная царевна не сомневалась. Это же надо было столько лет врать с самым одухотворенным видом!

— А разорвать обе помолвки возможно? — Этот выход виделся Лизавете единственным спасением из щекотливого положения. Если нет, тогда…

— Разумеется, — подтвердил Андрус, прежде чем кто-либо из женихов успел рот открыть. — И никаких сложностей здесь нет. Сперва едем к твоей матери — она освобождает тебя от Крейра, потом к отцу — там попрощаешься с Жайданом. И можешь наслаждаться свободой.

Лизка слабо улыбнулась. Такой вариант ее вполне устраивал.

— А домой вернуться я смогу? — дрогнувшим голосом спросила почти уже бывшая невеста.

— Я умею держать слово, — буркнул брюнет.

Вот и чудненько. Путешествие, особенно такое необычное, — это просто замечательно, о подобных каникулах Лизка и не мечтала, но застрять на всю оставшуюся жизнь в мире, где упыри — обычное дело, совсем не хотелось. Ей ведь еще высшее образование получать. А тут что? Слушаться мужа? Нет, спасибо, обойдется как-нибудь. В конце концов, эмансипации для жительниц двадцать первого века еще никто не отменял.

— А ты что расскажешь? — кое-как определившись с собственным будущим, девушка переключила внимание на Андруса. — С каких пор светлостью заделался?

Тот устало потер лицо ладонями. Теперь новый знакомый вовсе не выглядел юношей. А Лизка-то, глупая, решила, что он немногим старше нее! Ан нет. Да и силен для своей комплекции. А еще рассудителен и изворотлив. Вот невеста о двух женихах и раздумывала: доверять или все-таки опасаться?

— Ваше высочество, царевна Лизанда. — Мужчина (назвать его парнем теперь даже в мыслях не получалось) неожиданно поднялся и припал на одно колено. — Должен представиться — Андрус Светорад-младший, личный советник его величества царя Заресского.

— О…

— И вашего отца. Обязуюсь верно служить вам, пока не решите покинуть этот мир.

И зеленые глаза обвели победным взглядом почти уже бывших женихов. Те хранили угрюмое молчание. И на несколько часов девушку без надзора оставить нельзя — мигом обзаведется внеплановым ухажером или, того хуже, защитником!

— Очарован знакомством. — Теплые губы приятно коснулись тыльной стороны ладони. Царевна сейчас же покраснела и в мыслях обругала себя. Чего смущается-то?

— А в карете ты что делал?

Миг советник колебался, не желая раскрывать тайны, но потом все же признался:

— Подслушивал, чтобы потом схватить заговорщиков тепленькими. Но тут появились вы, и… хм… все получилось еще лучше. Появлению дочери царь обрадуется куда сильнее, нежели разоблачению врагов, — в глазах мужчины забегали искорки предвкушения и чего-то еще. Лизка не разобрала.

Собственно, на этом допросы и признания было решено свернуть и залечь спать. Завтра предстоял трудный день.

Утро наступило неминуемо и как-то уж слишком быстро. Кажется, только веки смежить успела и совсем немного задремать, как настырный солнечный луч щекочет щеку, над ухом надрывно щебечет не в меру голосистая птица, а чья-то рука настойчиво трясет за плечо.

— Сгинь, нечисть! — проворчала Лизка, старательно закрывая глаза руками. Просыпаться уставший организм отказывался категорически.

Но внешний раздражитель в виде широкой и, скорее всего, мужской ладони деваться никуда не собирался. Напротив, поняв, что соня внимать приказу по доброй воле даже не думает, ее безжалостно схватили за плечи и с силой вздернули на ноги.

— Я сказал, подъем, — вполне спокойно уточнил Крейр.

Лизка даже не зашипела — зарычала от ярости. Да кто этому грубияну вообще дал право так с ней обращаться?!

— Топай к ручью — и завтракать, — непререкаемо продолжил жених.

Судя по отдельным мокрым прядкам, сам он только что от водоема. Над костром весело булькал котелок. Славка с сосредоточенным видом склонилась над ним и что-то там помешивала. Надо же, запасливые какие, даже о провианте позаботились! Этот плюс царевна с полной уверенностью поставила брюнету, потому что брат с сестрой в лучшем случае приволокли бы с собой краски. В худшем — всю мастерскую и парочку неподвижных клиентов. Нет, точно Крейр!

И ведь хороший мужик был бы, окажись он чуточку мягче. От этой мысли девушка светло улыбнулась и легко коснулась губами гладко выбритой щеки. Второй есть!

— И тебе доброго утра, — хихикнула невеста, с удовольствием понаблюдала, как мужчина растерял всю свою неприступность, слегка отшатнулся и удивленно моргнул, и вприпрыжку потопала к ручью.

По дороге наткнулась на Жайдана и советника с пригоршнями ягод, одарила точно такой же улыбкой и их. Настроение было веселым. Ну и что, что не выспалась? Зато она в другом мире на экскурсии, впереди еще один и, пожалуй, самый ожидаемый поцелуй и преинтереснейшее путешествие.

За завтраком обсуждали маршрут. Брюнет упрямо настаивал, чтобы первым делом посетили матушку. Из чего Лизавета сделала вполне логичный вывод: их неприязнь хоть и легкая, но взаимная, и мужчина хочет скорее избавиться от неугодной помолвки.

Андрус был активно против. Естественно, первым пунктом в его плане дальнейших действий являлся царь-отец. Тут уж его светлость и в средствах не постеснялся: быстренько напомнил, что карета принадлежит ему, змеюки слушаются только его, и даже поддержкой Лизанды заручился. Самой Лизавете было в общем-то без разницы, какое из царств разносить первым, так что соглашалась она с легким сердцем.

Ох и покажет же она царственному папочке, как от неугодных детей избавляться!

— Заняться мне больше нечем, как только по всем царствам за вами таскаться, — тут же разворчался Крейр.

Лизка раздраженно повела плечиками и уже собралась было напомнить, что кое-кто обещал доставить ее домой в целости и сохранности, но ее опередили:

— Так никто сильно и не зовет, — с ухмылкой заметил советник. — Можешь ехать своей дорогой и дожидаться невесту у Алиссы. Скучать не станем. Правда, Лиз?

От радости, что Рус прекратил наконец «выкать», девушка согласно закивала.

И без того не шибко радостный брюнет помрачнел еще больше.

— Вот уж нет, — процедил он. — Пока вот эта, — тонкий длинный палец невежливо ткнулся в Лизанду, — моя невеста, я некоторым образом за нее в ответе. За очаровательную парочку фееричных оболтусов, так и быть, тоже. Твоя светлость, думаю, и так не пропадет.

Глаза советника нехорошо блеснули, но голос звучал ровно:

— Несомненно. В покровительстве служителя тьмы не нуждаюсь.

И одинаково недовольные друг другом, мужчины разошлись в разные стороны.

Правил каретой Андрус. Пребывающая в молчаливом офигении Лизка устроилась рядом. Сразу видно было, что с брюнетом не все чисто. Ай да мамочка, удружила!

Мимо неспешно, с ездой в машине или даже автобусе не сравнить, проплывали огромные лиственные деревья. Низко висящие ветви с шумом оглаживали крышу кареты. По широким стволам рыжими молниями сновали любопытные белки. Изредка из травы выглядывали зайцы, а однажды гостья иного мира углядела грациозную олениху. Свежий воздух, пропитанный запахами трав и цветов, заливистый птичий щебет и умиротворяющие картины перед глазами быстро помогли привести нервы в порядок. Настолько, что царевна даже поддержала начатый спутником разговор.

— Не вздумай верить колдуну, — предостерег советник. — От подобных ему ничего хорошего не дождешься.

— Думаешь?

По правде сказать, Лиза и сама была далеко не в восторге от этого мутного субъекта, но привыкла как-то помнить, что первое впечатление легко может оказаться ошибочным.

— Я в этом мире всю жизнь живу и говорить зря не стану. Его дед — тот вообще настоящим монстром был. Бесов вызывал, с демонами якшался, кровавые ритуалы проводил. Всего однажды его видел, мне тогда лет семь было. Старый колдун к твоему батюшке с визитом явился, а мой отец при заресском царе советником состоял. Ну я и просочился в тронный зал, хоть одним глазком на чудище злобное поглядеть… Брр, до сих пор, как вспомню, дурно становится!

— А Крейр что? — Не сказать чтобы ей уж очень хотелось знать, но зачем-то Лиза все же спросила.

Нет, ну точно сказка сказкой! Еще и злобный колдун нарисовался.

— Да ничего особенного. В явных пакостях пока не замечен. Дедов дар унаследовал, а как тот дуба дал — к внучку и престол перешел. Теперь им срочно требуется сумасшедшая, которая согласится стать его женой.

Лизавета в собственной вменяемости больше не сомневалась, а потому желанием связать судьбу с такой подозрительной личностью, как Крейр, не горела. Обойдется как-нибудь! Он же богатый и при положении, следовательно, за брюнетом наверняка бегает толпа желающих прогуляться с ним под венец. Не столь важно, в каком ты мире. Корыстные особы, которым плевать на репутацию, найдутся везде.

В остальном дорога была однообразной. Все те же деревья, редкая живность — и ни одной полянки, ни одного поселения. Если бы Рус не развлекал ее разговором, Лизка уже взвыла бы от скуки.

А так узнала много нового и интересного. Самым крупным государством здесь было Заресье. Собственно, в нем они сейчас и находились. У восточной границы, недалеко от владений черных колдунов. В целях защиты мирного населения от их злобных сил граница тщательно охранялась воинами и магами. И никто из вредоносных соседей не мог пересечь ее без особого на то разрешения царя Константина. Так что по всему выходило, что Крейр сейчас сильно рискует.

— Какой он из себя, этот ваш царь? — Назвать незнакомца отцом у девушки язык не повернулся.

— Константин? Да вроде нормальный мужик. Мудрый, рассудительный, основательный такой. С детства его знаю, а ничего плохого припомнить не могу. Не трусь, Лизок, он тебе точно понравится.

Самой девушке в это верилось с трудом. Как же, хороший человек! Такой родную дочь неизвестно куда не сбагрил бы. А этого, поди, даже совесть не мучает. Обидно до глубины души!

Так вот, собственно, по причине богатства и процветания Заресья много лет назад рука новорожденной царевны и пользовалась бешеной популярностью. Андрус тогда и сам был еще ребенком, но отлично помнил, сколько соседей понаехало в женихи проситься. Но из всех царь-отец счел наиболее достойными северного соседа и его сына Жайдана. Пускай и не наследник, а приглянулся чем-то мальчик его величеству. К тому же дочери Константин еще тогда подарил замок и земли, так что достаток будущего мужа имел далеко не первостепенное значение.

Каким чудесным образом была заключена вторая помолвка, советник понятия не имел. Матерью Лизанды была не нынешняя царица. С Алиссой будущий советник никогда не встречался и вообще почти ничего интересного припомнить о ней не смог. Не исключено, что мерзкий колдун оморочил бедную женщину, вот она глупость и сделала.

В общем, брюнет нравился царевне все меньше…

Дальше разговор стек на магию. К удивлению, волшебство вовсе не было легким делом, о котором Лизка читала в книжках. И научиться ему было невозможно. По словам Руса, в их мире каждому роду соответствовал определенный дар. Заложенный от рождения, с возрастом он просыпался, давая определенные способности. Вот и все.

Тут гостья из другого мира вздохнула с разочарованием. Она-то думала, взмахнул волшебной палочкой или еще что в этом роде — и дело в шляпе. А оказывается, все зависит от наследственности. И возможности совсем не безграничны. Ну, так даже и неинтересно!

К вечеру стало совсем душно. Раскаленный воздух обжигал легкие, тело покрылось липкой испариной, и ни намека на ветерок. Скорее всего, ночью будет дождь. Местность, по которой ехали путники, неуловимо изменилась. Теперь дорогу обступали деревья с прочными, широкими листами наподобие лопуховых. Стволы окружали непролазные заросли кустов, среди которых частенько проглядывали папоротники. Влажный воздух пах прелью.

Вскоре показалась почти черная, набрякшая дождем туча. Заискрила молния. Послышался первый, еще далекий, раскат грома. Змеи недовольно зашипели, сбились с шага.

— Ночевать придется прямо здесь, — без особой радости сообщил Рус, соскочил с облучка и принялся торопливо освобождать наддов от упряжи. — В грозу они становятся просто неуправляемыми.

От перспективы провести ночь среди зачарованной дороги, с обоих боков от которой раскинулось болото, никто в восторг не пришел. Лизке просто было страшно — без конкретных оснований, зато до дрожи. Слава громко беспокоилась, как бы в карету молния не ударила. Ее брат тихонько ворчал, что и без того чувствует себя, как корнишон в банке, а когда внутрь еще и Лизка и Русом заберутся, вообще не продохнуть станет.

Некое подобие спокойствия сохранил только колдун.

— Не стой столбом, — велел он невесте и даже дверь приоткрыть соизволил. Царевна чертыхнулась, но последовала дельному совету. Даже на том, что дан он был приказным тоном, внимания заострять не стала. — И в окно постарайся не выглядывать. На болоте ночью будет весело.

Отпущенные на свободу змеюки с жутким шипением скрылись в зарослях. Затуманенный страхом мозг тут же выдал Лизке несколько не самых веселых картин их дальнейшего существования. Вернее, болезненного прекращения этого самого существования. Бьющей тело крупной дрожи уже даже скрыть не удавалось, не то что унять.

Судя по бледным лицам, большинство ютящихся в карете посетили примерно те же мысли.

Девушка втиснулась между Жаном и Славой, мстительно проигнорировав свободное место возле Крейра. Его она боялась едва ли не больше, нежели того, что сейчас происходило с обеих сторон дороги. А там творилось нечто неладное. Лиза не видела, но каким-то непостижимым образом ощущала. И от этого делалось особенно жутко.

Рус брезгливо хмыкнул, но все же занял место рядом с ненавистным злодеем. Все равно иных вариантов не было.

— Теперь главное, чтобы они не поубивали друг друга, — тихонечко шепнула художница. Лизка хихикнула и прижалась носом к плечу подруги.

Грохотало прямо над головой. На землю упали первые тяжелые капли.

Потянулись бесконечные минуты, во время которых путешественники честно пытались задремать. Кое у кого даже получилось. Пофигизм натуры победил страх, и светловолосый художник прижался щекой к стенке кареты и мерно засопел. Лизка косилась на жениха со смешанным чувством легкой зависти и досады. Ну вот как так можно, а?

Всеслава нервно ерзала под боком. Но трясущаяся подруга доставляла ей куда больше неудобства, нежели раскаты грома за окном и странные чавкающие звуки, долетающие с болота. Возможно, если бы не замечание брюнета, Лизке и дела не было бы до происходящего вокруг. Но сейчас расшалившееся воображение рисовало жуткие картины.

Что может твориться ночью на болоте? Отчего-то сразу красочно представились вылезающие из трясины утопленники. Брр! А еще кикиморы, болотники и зачем-то царевна-лягушка. И все зубастые и крайне агрессивно настроенные к заночевавшим поблизости путникам. Даже за разбежавшихся змеюк как-то боязно сделалось.

Наконец она не выдержала:

— Что там происходит? — Голос испуганно дрогнул, а полный недовольства взгляд вонзился в Крейра. Будто бы он один был виновником всех ее страхов.

— Нечисть развлекается, — буднично проговорил жених. — Хочешь, сходим поучаствуем?

Несмотря на вполне мирный и не обещающий никаких гадостей тон, Лизанда нашла повод обеспокоиться:

— А в окно смотреть почему нельзя? — подозрительно уточнила она.

Колдун выразительно заскрипел зубами.

— Потому что не в цирке, — ядовито прошипел он и сделал вид, что мгновенно отключился.

У царевны руки так и чесались стукнуть нахала чем потяжелее. Еще с первой минуты знакомства! Обычно она испытывала к мужчинам либо полное равнодушие, либо сдержанное любопытство: а это что за зверь неведомый? Кусается? А если вот так… Долгие годы исключением был Жан, но после недавних событий блондин свергся с пьедестала, на который девушка водрузила его. Зато появился Крейр. Деспотичный, грубый и опасный. До неприличия уверенный в собственном превосходстве. У-у-у, вот так бы и вцепилась в темную шевелюру!

Добрый час Лизка усиленно боялась. Рядом тихо дремала Славка, через некоторое время сморило и советника. К ней спасительное забытье все не шло. А взглянуть в окно не хватало смелости.

Дальше вообще начались странности. В душе медленно поднималось нестерпимое, непреодолимое желание прекратить, остановить происходящее, чем бы оно ни оказалось на поверку. Сейчас же. Немедленно! Подчиняясь внутреннему зову, царевна медленно подалась к окну…

Болото ослепительно полыхнуло зеленью и замерло в мертвой, совершенно неестественной тишине.

Нехило! Девушка ощутила, как челюсть настоятельно тянется к полу. Если бы не успокаивающе теплая рука, неожиданно сжавшая дрожащие ладошки, непременно перебудила бы всех изумленно-напуганным писком.

— Лиз? — Карие глаза смотрели изучающе.

Лизавета с трудом перезела дыхание и от души вцепилась в руку жениха.

— Что случилось? Это я, да?

Колдун перевел задумчивый взгляд на окно и медленно кивнул.

— Сиди тихо, сейчас вернусь, — и выскользнул под дождь, прежде чем девушка успела рот открыть.

Лизка страдальчески вздохнула и приготовилась ждать. А потом и огребать, если вдруг набедокурила больше положенного.

Долго мучиться неизвестностью не пришлось. Мужчина и десятка шагов не успел сделать.

— Ли-иза… — пробулькало болото. — Ли-иза-анда-а-а…

Крейр коротко ругнулся и поманил девушку за собой.

— Идем. Кажется, тебя приглашают в гости.

Делать нечего, пришлось подчиниться. Уж больно повелительно звучал его голос. А смысл ерепениться? Если сильно захочет, за шкирку схватит и куда надо отволочет.

— Мне страшно, — заканючила девушка, вцепляясь в теплую руку и старательно подлаживаясь к широкому шагу спутника.

Вокруг раскинулось обыкновенное, разве что чуть светящееся зеленью болото. Чертенята не прыгали, утопленники из-под кочек не выныривали, кикиморы за лодыжки не хватали. И чего тряслась битый час, спрашивается?

— Уж кому-кому, а тебе кикимор бояться не стоит, — хмыкнул жених. — Они своих не обижают.

Лизка едва не задохнулась от возмущения и, само собой, поскользнулась. Еще и этот подлец руку выпустил в самый неподходящий момент!

— А-а-а! — заверещала царевна, бултыхаясь в липкой трясине.

Увы, на Крейра ее прочувствованный вопль особого впечатления не произвел. Мужчина расслабленно сложил руки на груди и выдал весьма дельный совет:

— Расслабься и получай удовольствие.

Какой гад, а! Потенциальная утопленница принялась молотить конечностями по густой жиже с утроенным рвением.

— Сволочь! Ты специально заманил меня сюда, чтобы утопить! Решил, не досталась мне — так не доставайся никому, да?!

Противный колдун горько хохотнул.

— Сдалась ты мне… — Голос звучал странно, но в правдивости сказанного сомнений не возникало. — Тони давай, не отвлекайся.

Не успела девушка возразить против столь бесславной кончины, как в ногу вцепилась холодная и до противности скользкая рука, и ее стремительно увлекло в трясину. Сверху раздался громкий бульк. Это Крейр решил утопнуть за компанию.

— Ты кто? — прокашляла утопленница, с трудом отплевываясь от противной жижи. Заляпанное платье неприятно льнуло к телу. В свете этого относительно сухой и идеально причесанный брюнет вызывал почти болезненное желание притопить его где-нибудь по второму кругу.

— Идемте. Госпожа давненько вас дожидается. — Зеленоватая девица с длинными спутанными волосами и выпирающими ребрами уверенно увлекала утопленников вперед.

Лизка завистливо покосилась на жениха и послушно ускорила шаг.

— Женщины, — страдальчески простонал Крейр. — Неужели так трудно заткнуться и просто делать, что тебе говорят?!

Отвечать царевна не стала. Отчасти потому что не желала блеснуть знаниями нецензурщины, отчасти оттого что боялась — вдруг у оппонента эти самые знания окажутся куда глубже. Кто его знает, как там у злобных колдунов принято с демонами договариваться! И вообще, если начинаешь спорить с недалекой личностью, считай, что таковых уже двое.

Стараясь заглушить рвущиеся наружу проклятия в адрес угробившего ее мерзавца, девушка принялась озираться по сторонам. Невероятно, но внутри болота оказалось сухо и жарко. Правда, пахло отвратно, и над головой вместо неба плескалась трясина.

Остановились у кособокого терема, полностью заросшего мхом. Провожатая поднялась по высоким ступеням и скрылась в темноте дверного проема. Относительно гостей никаких распоряжений не было, но Лиза предпочла подождать снаружи. Брюнет последовал примеру невесты.

От философских раздумий на тему «В какой подвид болотной нечисти себя записать» девушку отвлек злобный рык. Лизка вскинула голову, да так и обмерла. На нее со всех лап несся громадный, мохнатый, похожий на медведя рыжий пес. Миг — и она оказалась буквально размазана по земле тяжеленной тушей. Как еще косточки не захрустели! И никто в злобном лице посмеивающегося колдуна даже не подумал спасти бедную царевну от жестокого покусания… э-э-э… в общем, ослюнявливания, вот.

— Спокойно, Бантик, это не Алисса, — раздался где-то над головой глубокий гортанный голос, и твердая рука легко оттащила от Лизки радостно ворчащую псину. — Эта милая девушка всего лишь похожа на нее.

Зверь жалостливо вздохнул, забавно прижал маленькие ушки к огромной голове и состроил печальную физиономию. Лизавета в жизни не подумала бы, что собачья мимика настолько выразительна. Казалось, по мохнатой морде вот-вот покатится одинокая слеза.

— Лишь внешне, к сожалению, — с прискорбием заметил Крейр. — Здравствуй, Кариша.

Невесть откуда взявшиеся зеленоватые девушки аккуратно поставили Лизку на ноги.

— Так вот ты какая, племянница… — протянула Кариша, полностью проигнорировав мужчину. — И правда похожа.

Девушка во все глаза разглядывала неожиданно образовавшуюся родственницу и в очередной раз задавалась любимым вопросом: а не поехала ли у нее крыша? Если и нет, то очень на то похоже.

Смуглая красавица взбила непослушную копну отливающих зеленью волос, радостно сверкнула глазами и прижала вновь обретенную племяшку к пышной груди. Лизка жалобно трепыхнулась.

— Постойте, постойте! Объяснит кто-нибудь, что здесь происходит, или я должна сама догадаться?!

Колдун и хозяйка болота многозначительно переглянулись и скептично хмыкнули в один голос. Видно, в способность царевны делать самостоятельные выводы не уверовали. Даже Бантик и тот издал весьма подозрительный рявк.

— Ты только что обездвижила целое болото, — не без гордости сообщила хозяйка оного, увлекая гостей в мшистый терем. — Точнее, тех, кто был на поверхности.

— О-о… — Такой прыти от себя Лизанда как-то не ожидала.

Скользкая лестница осталась позади, и ступни погрузились в мягкий мох. Гостья не сдержала улыбки. Неужели хоть несколько минут не придется шлепать босыми ногами по чему-то мокрому и холодному! Вскоре ее усадили на мягкий мшистый диван и сунули в руку кружку с квасом. Сама девушка предпочла бы выпить чего-нибудь горячего (или крепкого), чтобы быстрей согреться, но привередничать не стала.

Тетка окинула Лизавету внимательным взглядом, понимающе вздохнула и повела рукой. Платье мигом сделалось сухим и чистым.

— Так-то лучше, — удовлетворенно отметила хозяйка болота и нежно потрепала Бантика по холке. Пес издал нечто сродни одобрительному урчанию. — А теперь приведи в чувства моих подданных.

Лизка, ощущая себя едва ли не главным вселенским злом, испуганно вжалась в мягкий диван.

— Я бы с радостью! Только расскажите как…

Болотница метнула в брюнета полный негодования взгляд.

— Крейр?!!

Увы, усовестить паршивца не удалось. Мужчина болезненно скривился, проглотил парочку колючих фраз, рвавшихся с языка, и неопределенно пожал плечами.

— Ее магия еще только просыпается. Как водится, без казусов не обходится.

— Какая еще магия?! — встряла Лизка. — Нет во мне никакой магии!

Женщина недовольно фыркнула.

— Так позаботься, чтобы она просыпалась быстрее. Я знаю, ты можешь. А с зачарованной нечистью, так и быть, сама справлюсь. — И, повернувшись к племяннице, продолжила: — Очень даже есть. Наследственная, по линии отца, и та, что тебе дала Алисса, чтобы защитить. Неужели никогда не замечала, что чуть удачливее многих других?

Девушка задумчиво закусила губу. Бывало, конечно. Но неужели ее везение обязательно объяснять какой-то там магией?

— Хороша защита, в другой мир сплавить! — Накопленная за годы сиротства обида все же прорезалась.

— Заметь, ты все еще жива, — едко одернул Крейр, не отрывая взгляда от пляшущего в очаге огня.

А вот родственница снизошла до более детальных объяснений:

— Никто из родителей тебя в другой мир не сплавлял. Другие желающие нашлись. Я редко выхожу на поверхность и мало чем могу помочь, поэтому держись Крейра. Он один из немногих, кто действительно может и хочет помочь.

Лизавета осторожно скосила взгляд на мужчину. Да уж, подсунули помощничка! На одно только выражение лица глянешь — и вера в его благие намерения начинает медленно улетучиваться. А если еще вспомнить славу злобного колдуна…

— Неужели никого посимпатичней не нашлось? — Девушка не без удовольствия отметила, как заходили на лице мужчины желваки. Злится.

— Выбор был невелик, — ухмыльнулся колдун и поспешил вернуть подачу: — Неужели такой противный? Что ж тогда это не помешало тебе целовать меня?..

Царевна уже открыла рот, чтобы ответить такой же колкостью, но вовремя вспомнила о присутствии поблизости старшей родственницы и предпочла сдержаться. С этим странным семейством ей еще только предстоит разобраться. Не стоит позориться раньше времени.

Остаток визита прошел вполне мирно. Тетушка долго расспрашивала о ее жизни в другом мире и местами бурно удивлялась. Жених периодически вклинивался с язвительными уточнениями, но больше не раздражал. Потом их накормили и выдали корзину со снедью для оставшихся в карете друзей. Тут брюнет долго отнекивался и пытался всучить оную Лизке: мол, друзья-то ее. Но девушка держалась до последнего и в итоге все-таки победила нахала в словесном поединке.

Самой Лизке досталась пара удобных ботинок из мягкой кожи и… четырехлистный клевер.

— Владей! — торжественно объявила Кариша. — Любое желание исполнит. Только помни: использовать сможешь всего раз.

Лиза задумчиво повертела в пальцах тонкий стебелек.

— Зачем? Вы же только что сказали, что я и так не в меру везучая…

— А еще наивная и недальновидная, — просветил девушку Крейр. — Тоже не в меру.

— Бери, — настаивала тетушка, — не тебе, так другому кому пригодится.

Потом еще от всех щедрот попыталась всучить новообретенной племяшке Бантика, но этот дар Лизка отказалась принимать категорически. Что она делать будет с такой зверюгой? Ладно еще в этом мире, а когда домой вернется?

На поверхность вела обыкновенная дорога, щедро посыпанная желтым песком. Самое невероятное, что даже из трясины выныривать не пришлось. В какой-то момент их просто выбросило на кочку. Пути обратно видно не было.

Но удивиться толком девушка не успела. Болото ожило. Странные булькающие звуки сливались в грубоватую мелодию. Зеленоватые утопленницы без малейших признаков одежды отплясывали что-то зажигательное. Водили хоровод кикиморы, тут и там скакали забавные чертенята с малюсенькими рожками и умильными кисточками на концах хвостов. Как пояснил Крейр, в этом мире они что-то вроде мелкой нечисти. Шкодливой, но совершенно не опасной и пугливой до жути. На кочках квакало с десяток упитанных лягух с золотыми, сверкающими в темноте ночи глазами. Все они тянули перепончатые лапы к Лизкиному жениху, но тот перспективой обзавестись квакающей питомицей совершенно не вдохновился. По словам колдуна, одной ему было более чем достаточно.

Впереди показался еле различимый просвет. Девушка ускорила шаг, желая как можно скорее оказаться в сухой и относительно удобной карете. Не так важно, что тесно, главное — сверху не капает и поспать можно. Глаза так и слипались, и только необходимость двигаться вперед мешала погрузиться в уютные объятия Морфея сию же секунду.

Поэтому сильный рывок, в результате которого девушка оказалась прижата спиной к широкому мокрому стволу, оказался неожиданностью.

— Ты что делаешь?! — Сон мгновенно слетел.

Колдун плотоядно разулыбался.

— Справедливость восстанавливаю. Ты же не собираешься советника в щеку целовать?

Ошарашенная Лизка медленно покачала головой. Чтобы она еще раз отправилась ночью с колдуном гулять по болоту?! Ну уж точно нет!

Горячие твердые губы прижались к ее губам всего на мгновение. Но этого оказалось достаточно, чтобы и без того размякшая земля качнулась под ногами, а руки, совершенно не считаясь с мнением хозяйки, крепко обхватили мужчину за шею.

— Где этот паршивец?! — прорычала Лизка, выскакивая из зарослей неизвестного куста, сплошь обсыпанного крупными красными ягодами.

Славка оторвалась от аппетитно булькающего котелка и смерила подругу полусонным взглядом.

— Колдует что-то за деревьями. Просил не мешать.

На самом деле Крейр в приказном порядке запретил шастать поблизости, но своевольная Всеслава самым наглым образом перевела его приказ в вежливое пожелание. Так ей куда больше нравилось.

Лиза замерла и недовольно насупилась.

— Он-то здесь при чем? Я уже битый час за советником гоняюсь.

На самом деле, если отбросить лишнее лукавство, темный колдун был очень даже при чем. Девушка инстинктивно облизала пересохшие губы. Еще как при чем! Ночной поцелуй до сих пор являлся слишком живым воспоминанием. Ей все время мерещился запах брюнета, сильный и терпкий, даже плескание в ручье не спасло. Это злило просто до бешенства. Вот Лизка и решила перебить одно воспоминание другим. В конце концов, Рус нравился ей куда больше. И в темных делишках замечен не был. Чем не суженый?

Осталось только поймать.

— Целовать будешь? — проницательно прищурилась художница.

На что Лизанда только плечами пожала. Неплохо бы для полноты картины. Но совсем не обязательно. Она и так для себя уже все решила. Детская восторженная симпатия к Жайдану тихо загнулась. Не из-за обмана даже. Просто в памяти то и дело всплывали его смазливые подружки, в то время как сам царевич прекрасно знал, что под боком у него растет невеста. Нечестно это. Неправильно.

Колдун вообще на редкость неприятная личность. Доверия в девичьей душе не вызывает совершенно. Еще и деспотичные замашки его… Нет уж, если и влюбляться, то только в советника. Он сильный, смелый и добрый. Защищать опять же обещал…

— Царевна… — Предмет ее размышлений вынырнул из-за деревьев и протянул девушке пригоршню красно-зеленых ягод. Ну вот, а она-то решила, будто мужчина специально от нее шарахается. Лиза доверчиво склонилась к предложенному угощению.

— Ты-то хоть свободен, рыцарь благородный? — под руку спросила художница, отчего Лизка чуть не подавилась.

Рус вздрогнул. Несколько ягод улетели в траву.

— Для вас, моя госпожа, всегда, — галантно поклонился Андрус, аккуратно пересыпая уцелевшие ягоды в подставленные ладони.

Девушка мимо воли расплылась в счастливой улыбке. Тут и без поцелуев все ясно!

— Ужин готовишь ты, — предупредила подруга, когда путники расселись у костра и принялись за еду.

Остаток ночи прошел вполне спокойно. Утром Андрус отловил змей, и теперь, убравшись от болота на безопасное расстояние, все дружно вспомнили про припасы, выданные Каришей. Под тяжелым взглядом колдуна Лизка путано рассказала о ночном происшествии. И удивиться про себя не забыла: как это никто из друзей не заметил их отсутствия? Неужели и к этому Крейр приложил свою темномагическую руку?!

— Так, значит, ты счастливо миновал обручение в детстве? — не то с завистью, не то с подозрением поинтересовался Крейр, когда тема ночных приключений была исчерпана.

На лицо его светлости легла тень.

— Не миновал. Но она умерла. Еще вопросы будут? — Брошенный из-под золотистых ресниц болезненный взгляд отбил желание задавать эти самые вопросы напрочь. Даже у колдуна.

Когда настала пора двигаться в путь, случилась еще одна странность. Лизка привычно уселась на облучке, рядом с печальным советником. Хотелось его как-то утешить, но подходящих слов не находилось. Да и что значат какие-то там слова? Уж кто-кто, а она это понимала. Поэтому просто пожала теплую ладонь, сжимающую поводья, и выдавила ободряющую улыбку.

Брат и сестра с комфортом устроились внутри кареты. А вот колдун вывел из гущи леса черного лоснящегося надда. Лизка едва с облучка не свалилась. Он же не любит их! И, по первому впечатлению, слегка побаивается. Да и заставить подчиняться не может… Да и откуда взяться бесхозной змеюке в лесу?! Вывод напрашивался только один. Но произнести его вслух или хотя бы четко осмыслить девушка не решилась.

— Это то, о чем я подумала? — высунувшись в окно едва ли не по пояс, с явным неодобрением вопросила Всеслава.

Колдун посмотрел на нее со значением и ухмыльнулся. Мол, знать не знаю, какие мысли у тебя в голове бродят. Да и дела мне до этого нет.

Его зверь издал утробный не то рык, не то хрюк. Надды испуганно взвились, едва не вырывая поводья из рук Андруса.

— Прокатить? — насмешливо предложил брюнет, ни капли не сомневаясь в отказе. И Лизка не подкачала: затрясла головой так, что едва шею себе не свернула. — Трусиха.

— Хватит пугать девушку, — прикрикнул на него Жайдан, выныривая из второго оконца. — Она и так в шоке. Думаешь, легко поверить в происходящее?

Крейр скривился, но от невесты отстал, ударил коленями бока змея и устремился вперед. Советник, насилу призвав наддов к порядку, последовал его примеру.

Дорога мало чем отличалась от той, по которой ехали вчера. Лес, лес, лес… Разве что было не так жарко и редко, но попадались мелкие селения. Останавливались в каждом. Колдун отлавливал кого-нибудь из местных и как бы между прочим интересовался, есть ли у них сильные маги. Потом расспрашивал о специализации, если таковые все же находились. После чего разыскивал оных, скептически разглядывал, иногда перекидывался с ними парой слов, но дело заканчивалось неизменно: брюнет разворачивался и топал прочь. И путь продолжался.

— Что же тебе неймется-то все? — шипел принц, раздраженно поглядывая на соперника. Бешеная активность конкурента его настораживала.

Вопреки обыкновению и собственной привычке, колдун язвить в ответ не стал.

— У Лизанды дар пробуждается. Срочно нужен кто-нибудь с похожей магией для инициации. Кстати, я бы на твоем месте и о сестре подумал.

Жайдан внял совету, сделал глубокомысленное лицо и скрылся в недрах кареты.

— А почему его не можешь разбудить ты? — Снедаемая любопытством Лизка даже вперед подалась в ожидании ответа.

И тот не замедлил появиться.

— Потому что я сильнее. Намного. Если и останешься цела после обряда, рискуешь пополнить ряды темных магов. Оно тебе надо?

Царевна, а вместе с ней почему-то и советник, дружно затрясли головами. Не надо, совершенно не надо.

— У меня родственница здесь недалеко живет, — неожиданно сообщил Андрус. — Ведунья. Думаю, она могла бы помочь.

О том, откуда у говорящего со змеями в родне ведунья ходит, почему-то никто не спросил.

Видя, как реагируют на его «транспортное средство» надды, колдун выбился вперед. Ровно настолько, чтобы не раздражать лишний раз змеюк, но при этом, в случае надобности, слышать, что там советник Лизке нашептывает. А то доверь этому слизняку девицу! Потом лапшу с ушей замучаешься снимать.

С тех пор как впереди появилась хотя бы промежуточная цель, дорога больше не казалась такой нудной. Двигались быстро, чтобы поспеть к темноте и не ночевать в лесу. Андрус охотно отвечал на бесчисленные Лизкины вопросы длиннющими, захватывающими рассказами. О самых знатных семьях и их магии, о царе Константине и белоснежной столице, о многочисленных придворных заговорах, о том, как, прознав о последнем, сам лично несколько дней прочесывал лес, выслеживая парочку мерзавцев…

Тут Лизавета завздыхала печально.

— Что не так? — мгновенно всполошился внимательный спутник.

— Я тебе все дело запорола! И царь до сих пор в опасности. Прости…

Советник заливисто рассмеялся и ласково взъерошил ей волосы.

— Не ерунди, — Рус тихонько щелкнул царевну по носу, — дело сделано. Но на подробности не рассчитывай.

Девушка согласно кивнула, усилием воли задавливая любопытство. В конце концов, за выбалтывание государственных секретов его царь по головке не погладит.

После третьего окрика, предупреждавшего Крейра, что скоро надо будет свернуть направо, показалось довольно большое, обнесенное частоколом село. Очень вовремя, потому что пурпурное солнце уже разлеглось на кромке горизонта.

Лизка с любопытством вытянула шею, разглядывая бревенчатые, такие непохожие на те, что ей доводилось видеть в дачном поселке, домики. Возле каждого обязательно зеленели сад и огород. Заливистым лаем приветствовали гостей рвущиеся с цепей псы. Пахло яблоками и, кажется, тестом…

— Явился, змееныш? — прорычала рыжеволосая женщина, выбегая на крыльцо. И тут же застыла в удивлении. Взгляд зеленых глаз сделался настороженным и заскользил по нежданным гостям.

— И тебе здравствуй, Мирита, — усмехнулся мужчина, легко спрыгнул на землю и заключил родственницу в крепкие объятия.

Затем последовало знакомство с каждым и детальный рассказ о причинах неожиданного визита. Последний уже велся за щедро накрытым столом и при свете лучины.

Ничего нового здесь Лизанда услышать не могла, вот и стала с упоением разглядывать хозяйку, а заодно и окружающую обстановку. Мирите на вид можно было дать лет тридцать с хвостиком. Худощавая, смуглая, с разметавшимися по плечам рыжими, как морковка, волосами и вечно прищуренными зелеными глазами. Совсем не похожа на Андруса, вынесла вердикт царевна.

Дом почему-то напомнил чайный магазин. В родном мире Лизка забрела однажды в такой. Простая деревянная мебель, колокольчик над дверью и повсюду зелья, сборы в склянках и полотняных мешочках, а то и просто пучки трав, развешанные по всей горнице для запаха. Который, кстати, оказался таким обалденным, что голова шла кругом.

— Значит, царская дочка… — задумчиво протянула ведунья, отрывая гостью от созерцания местного антуража.

Лизка утвердительно кивнула, но вслух ничего добавлять не стала. Сама еще к новому статусу не привыкла. Да и не собиралась, если честно. Вот посмотрит родителю в глаза, с женихами распрощается — и домой, в привычный мир.

По коже прогулялся незнакомый холодок. Мирита внимательно вглядывалась в нее. Лизка непроизвольно поежилась, чувствуя себя как на рентгене.

— А этот дар обязательно будить? — тихо спросила Лизавета. По ней — так пусть бы и дальше дрых преспокойненько. Желания становиться ведьмой, или кем там еще, у девушки не было никакого. Ну на кой ей волшба в техногенном мире?

— Даже без вариантов, — сочувствующе произнес советник и незаметно сжал ладошку царевны под столом. — Семейная магия уже разбужена, и если ты не овладеешь ею как можно скорее, ситуация, происшедшая прошлой ночью, повторится. И никто не знает, какими окажутся последствия. Неконтролируемый выброс силы — это тебе не шутки.

Лизка недовольно засопела, но пререкаться не стала. Надо — значит, надо.

— Возьметесь? — деловито уточнил Крейр.

Ведунья, являющаяся хранительницей знаний и носительницей малой толики каждого вида магии, подходила для обряда идеально.

Женщина задумчиво поцокала языком.

— Думаю, должна справиться. Но у меня есть одно условие…

Брюнет напряженно подобрался и вопросительно выгнул бровь. Как чувствовал, что от советника и его родственничков ничего, кроме проблем, не будет!

— У нас в селе завелся темный маг. Силы не контролирует, проблем создает много. Мимо кладбища уже и не пройдешь спокойно. Упыри под солнцем разгуливают, на людей кидаются, вчера у моего помощника кошель отобрали. Еле ноги унес! Паскудника надо вычислить и обезвредить. Сама не справлюсь. Возьметесь? — испытующий взгляд метнулся в колдуна.

С минуту Крейр напряженно молчал, словно припоминая, не прошляпил ли кого из подданных. Но мыслительная деятельность результатов не дала.

— Должен справиться, — кивнул брюнет под смешок Жайдана.

Ночь пролетела быстро. Лизка настолько устала, что отключилась мгновенно, едва только голова коснулась подушки. Сознание погрузилось в крепкий глубокий сон. И кого волнует, что где-то совсем рядом шастают агрессивно настроенные чудища? Определенно не ее. В дом ведуньи обитатели кладбища войти не посмеют. А если и посмеют… да пусть хоть сожрут — главное, чтобы не будили!

Поэтому когда в плечо вцепилась чья-то настойчивая рука и принялась нещадно трясти сонную царевну, девушка едва утерпела, чтобы не вгрызться в наглую конечность зубами. Ну кому там неймется в такую рань?! Еще же и светать толком не начало… У-у-у, на подобное издевательство даже ожившие мертвецы не способны!

А вот Мирита — еще как!

— Немедленно просыпайся, — велела ведунья и встряхнула соню посильней. Так что у Лизки челюсти друг о дружку стукнулись. — Пойдем дар твой к порядку призывать.

Делать нечего, пришлось подчиниться. В конце концов, это ей самой надо. Объяснил бы еще кто зачем… Мысленно ворча, Лизка натянула выданное новой знакомой длинное домотканое платье, неловко заплела длинные волосы в кривую косу и поспешила к завтраку. На столе уже поджидали сложенные горкой блины и плошка со сметаной.

Девушка бегло оглядела пышущее жаром изобилие и тут же скривилась. Желудок отказывался просыпаться категорически. Опутанный дремой мозг настоятельно требовал традиционной утренней кружки ароматного кофе. И был немало раздосадован осознанием того, что придется обломаться.

Нет, чужой мир определенно нравился Лизавете все меньше…

— Поешь обязательно, — правильно расценила перекошенное выражение лица царевны Мирита. — И так после обряда весь день отлеживаться будешь.

Перспектива малоприятная. Лизка страдальчески вздохнула, опустилась на скамью и усердно заработала челюстями.

— А мне с вами можно? — в дверь просунулась всклокоченная голова Славки.

От удивления Лиза чуть блином не подавилась. Вот что с людьми дружба делает! По крайней мере, никакая другая сила поднять художницу в такую несусветную рань уж точно бы не смогла. Проверено неоднократно.

— Иди, — милостиво разрешила ведунья.

Мирита Лизке скорее нравилась, чем нет. Не красивая, но чем-то притягательная, спокойная и уверенная. Даже не верится как-то, что такая женщина добровольно выбрала жизнь в глуши. И домотканое платье смотрелось на ней совершенно неуместно… Скорее ей подошел бы мужской костюм наподобие тех, что Жайдан с советником носят.

Покончив с завтраком, двинулись в путь. Мирита настояла, чтобы Лизка шла босиком, и теперь утренняя роса непривычно холодила ступни. Зато сон как рукой сняло.

— А как же твоя инициация? — шепотом спросила Лизанда, придерживая подругу за локоть, чтобы дать ведунье возможность хоть на несколько шагов уйти вперед.

Ожидалось, что Жайдан заговорит об этом еще за ужином. Но блондин должной активности не проявил.

— Без сучка без задоринки, — смешливо хихикнула Славка. — Вот с тобой разберемся, и Жан разбудит мой дар. Зачем мне чужая тетка, когда рядом родной брат бездельничает?

И то правда. Но Лизавету вполне устраивала и Мирита. Раз родственница Андруса — значит, доверять можно. Рус плохого не предложит. Да и какая разница, кто именно разбудит совершенно ненужный ей дар?

Только бы не Крейр! От одной мысли о колдуне Лизку начинало нервно трясти.

Шли совсем недолго. Только околица позади осталась, свернули в лесок — и уже минут через пять остановились на небольшой полянке. Инициируемая нервно поежилась и оглянулась на подотставшую подругу. Славка подбадривающе улыбнулась и затихла, дабы ненароком не помешать.

Мирита неспешно расхаживала по поляне, разминая руки.

Девушка почувствовала легкое разочарование. И вот это — магия?! Где сверкающие пентаграммы и горящие свечи, колдовские атрибуты и напевные заклинания на неведомых языках? Ну-у, так просто скучно… В кино такие вещи куда интереснее показывают.

Ее усадили прямо на траву. Мокро и холодно. Еще только застудить себе что-нибудь не хватало! Ведунья встала у нее за спиной и принялась выводить неспешные пассы. Несколько минут спустя, когда царевна только упрямством сдерживала зевки, к ним добавилось неясное бормотание.

Глаза закрылись сами собой. Но сон не пришел, даже напавшая вдруг дремота испарилась без следа. Реакции обострились до предела. Птичий щебет отдавался в ушах настоящим оркестром с голосовым сопровождением. От неестественной громкости слегка мутило. Тело просто пульсировало напряжением и, казалось, готово было взорваться в любой миг.

Внутри поднималась, бурлила, стремилась вырваться неведомая сила. Вот он — дар. Откуда-то царевна точно знала: его надо удержать во что бы то ни стало. И даже не сомневалась — она может. Ведь способность сдерживать, обезвреживать, вбирать в себя чужую магию — это и есть «наследство» от отца.

Усилие воли — и рвущимся из-под контроля даром удалось овладеть. Оглушающие звуки пошли на убыль. Тело обмякло. Но если верить удовлетворенному хмыканью ведуньи, все прошло успешно.

Обратная дорога от Лизкиного сознания благополучно ускользнула. Девушка только помнила, как зависла между Миритой и Славкой и как последняя напряженно бурчала что-то о не в меру упитанных подругах. Потом ее подхватили сильные и определенно не женские руки, щека прижалась к прохладной ткани, обтягивающей чье-то плечо, нос уловил почти выветрившийся запах краски. И наступила блаженная темнота…

Весь оставшийся день благополучно продрыхла, открывая глаза разве что за тем, чтобы поесть или выпить заботливо приготовленный Миритой отвар. Окончательно в голове прояснилось только к вечеру. Правда, легкая слабость еще сохранялась, но чувствовала себя Лизка очень даже неплохо. Тело постепенно привыкало к новым, пусть и незначительным, возможностям.

— Чтобы съела все до последней крошки, — строго велела ведунья, вручая подопечной миску, доверху наполненную вареной картошкой, грибами и овощами. Живот одобрительно заурчал. Девушка устроилась в подушках поудобнее и принялась за еду. — Завтра будешь учиться пользоваться даром.

Рядом, пододвинув к кровати стул, уселся Жайдан и поминутно бросал обеспокоенные взгляды на невесту. У окна, независимо сложив руки на груди, стоял Крейр. Лизка даже зарделась от такого внимания к своей скромной персоне. И что у них в голове — не разберешь! Но вот в том, что нет в сердцах женихов нежных чувств, Царевна была уверена. Про Жайдана и говорить нечего, а колдун… разве такие вообще влюбляются?

А вот отсутствие советника задевало. И где бродит, спрашивается? По родственнице соскучился? Или в одиночку с упырями разбираться рванул? С этого станется. Перед мысленным взором тут же возникла памятная встреча с разбойниками.

Но спросить, куда женишки задевали Андруса, Лизка так и не решилась. Подумают еще чего! Доказывай потом, что ты без всякой задней мысли. Вот разорвут обручения — тогда и о личной жизни подумать можно.

Когда тарелка опустела, царевна картинно вздохнула, напустила на себя самый измученный вид, на который только была способна с учетом переполнявшей ее бодрости, и собралась примерить на себя роль спящей красавицы. Ладно, красавицу, так и быть, опустим. Как показывает опыт, не главное это. И без того женихов двое — популярностью пользуется нехилой. Жаль только, не у тех…

Заботливый Жайдан аккуратно подоткнул тонкое одеяло, забрал посуду и неслышно ретировался. Колдун скептически хмыкнул — считай, поверил — и последовал примеру соперника.

Лизка с трудом сдержала победный клич.

Теперь дело за малым: разыскать Андруса. И надо проделать это так, чтобы никому из женихов на глаза не попасться.

Ни одного из платьев в пределах видимости не нашлось. «Боятся, что сбегу, что ли?» — проворчала Лизанда, заворачиваясь в одеяло, и на подгибающихся ногах подковыляла к окну. Выглянула и проглотила второй вопль за последние несколько минут. О радость, Рус оказался во дворе! Один!

Лизка с энтузиазмом заколотила по стеклу, привлекая его внимание. Грохот стоял такой, что не услышать мог только глухой. Коим, видимо, и являлся советник. Реакции ноль. Царевна раздраженно зашипела. Взбалмошную голову вдруг посетила запоздалая мысль: так ведь и кто не надо привлечься может!

Выждала минутку, но возмущенные обманом женихи являться не спешили. Что ж, спасибо матушке, везучесть работает безотказно. Попытаться открыть окно? Створки с легкостью подались, впуская в комнатку прохладный вечерний воздух.

— Рус… — зашипела девушка. Мужчина сидел с ногами на лавке, жевал длинную травинку и выглядел сущим мальчишкой. Заходящее солнце играло в его волосах, придавая им рыжины. — Рус!!!

Оба оклика благополучно пролетели мимо ушей разомлевшего советника.

— Оглох он там, что ли? — обиделась Лизавета. На губы тут же выплыла хитрая усмешка. Ну нет, от нее так легко не отделаться!

Настроение было шкодливым, и мириться с таким вопиющим невниманием Лизка не собиралась.

— Ай!!! — Советника с лавки точно ветром сдуло. Полный праведного возмущения взгляд зеленых глаз устремился на аккуратный женский ботиночек, только что вполне ощутимо приложивший его светлость по затылку. Лизка смеялась уже в голос, не таясь. — Ты чего кидаешься?

— Внимание привлекаю! — рявкнула царевна и многообещающе поманила его к себе.

Андрус судорожно сглотнул, мотнул головой, но все же послушно шагнул к окну. Только вид у него был до того обреченным, будто не к девушке, а к гильотине приближается.

Лизка фыркнула от рвущегося наружу смеха и потянулась взять советника за руку, но тот ловко увернулся. В ладошку лег ботинок.

— Возвращаю собственность, — нахально осклабился советник.

О, каких же трудов ей стоило не приложить его этой собственностью по холеной физиономии! Еще и дразнить вздумал!!!

— Рус, дай я тебя поцелую. — Для пущего эффекта Лизка надула губки и кокетливо взмахнула ресницами. Глядишь, и договорятся до чего-нибудь. Вываливаться из окна и ловить улепетывающую светлость по всему двору девушка была сегодня не настроена. И так на ногах с трудом держится.

— Зачем? — задал тот очень «умный», а главное, уместный, по мнению Лизки, вопрос.

Царевна чуть не взвыла в голос. Да она с первого дня знакомства только и делает, что дает понять, насколько он ей симпатичен! А этот чурбан придворный так до сих пор и не заметил! А еще советник! С таким окружением не удивительно, что у царя дочь из-под носа умыкнули и в другой мир забросили!!! Странно еще, как сам на троне остался.

— Хочу на вкус попробовать, — едко ответила Лизанда. — Если понравишься — съем.

Холеная физиономия медленно вытянулась. Да-а, не такого ответа он ожидал…

— Эй, я пошутила! — на всякий случай решила уточнить девушка. А то еще подумает, чего доброго, что она с упырем в могиле свела близкое знакомство… — Просто мы со Славкой поспорили, что я вас троих поцелую. Ты последний остался…

— А-а-а… — с видом полной покорности судьбе протянул Рус и склонился к царевне. Но не предупредить не смог: — Только Константину это точно не понравится.

Лизка презрительно скривилась. Вот еще, будет она об его мнении беспокоиться! Вот познакомятся, объяснит царь, чего это у него дети по параллельным мирам разбросаны, тогда и подумает, как дальше быть. А пока он ей никто, вот так вот!

Но все вновь пошло наперекосяк. Полная предвкушения, девушка перегнулась через подоконник и… Вместо ожидаемого удовольствия на нее накатило такое острое отвращение, что Лизка, совершенно не заботясь о том, что подумает Андрус, резко отпрянула обратно в комнату и рывком захлопнула окно, больно стукнув советника по носу. Снаружи послышалась завуалированная ругань. Вроде ни одного нецензурного слова не произнес, но общий смысл понятен.

Сама же Лизка бухнулась прямо на пол и принялась жадно хватать ртом воздух, силясь справиться с подступающей к горлу тошнотой.

Не сразу, но получилось.

— Крейр… — почти с ненавистью прошипела Лизанда.

И почему-то ни капли не удивилась, когда тотчас же распахнулась дверь, являя ее взбешенному взгляду брюнета.

— Крейр? — Голос отчего-то казался совсем тоненьким и напуганным. Для полноты ощущений царевна вдруг вспомнила, что сидит прямо на полу, в одном нижнем белье, прикрытая тонким одеялом… Щекам стало горячо. А ведь раньше скромницей себя не считала!

— Ты позвала — я пришел, — невозмутимо изрек колдун, плотно прикрывая за собой дверь.

«Ой-ей», — пронеслось в девичьей голове. Черта вспомнишь… и дальше все как в народной мудрости.

Темный взгляд, крайне заинтересованный степенью ее раздетости, медленно заскользил по сжавшейся на полу фигурке. По загорелому лицу расползлась довольная усмешка.

Ну уж дудки, не выйдет! Лизка в мыслях обругала не к месту прорезавшуюся скромность и поднялась на ноги, продолжая прикрываться одеялом. Сейчас она ему все выскажет!

— Сволочь! — Всего не получилось, получилось только это.

Усмешка трансформировалась в довольную улыбку, а возмущенно сопящая Лизавета невольно залюбовалась изгибом его губ. Хорош, мерзавец, и сам это знает. Еще и давешняя ночь в лесу в памяти всплыла совершенно не вовремя. Вернее, один ее момент…

— Даже спорить не собираюсь.

В глазах потемнело от злости. Он еще издевается?! Что же, сейчас и станет видно, кто кого…

— Ты меня приворожил. — Девушка подлетела к бессовестному, по ее мнению, колдуну и обвиняюще ткнула пальцем в грудь. И припечатала: — Свинтус!

На лице мужчины явственно отразился мучительный мыслительный процесс.

— Первое определение мне нравилось больше, — наконец выдал Крейр.

Лизка так и заскрипела зубами.

— То есть от обвинений в совершенной пакости ты открещиваться не собираешься? — на всякий случай уточнила она.

Обвиняемый заинтересованно приподнял бровь.

— Какой пакости, Лиз? Я всего лишь блюду твою честь. На правах жениха, заметь. Имею полное право. Для нашего мира это вполне нормально.

Нет, этот мир ей уже совсем не нравится. Не потому, что надо «честь блюсти». Лизка и дома-то редко позволяла себе лишнего. Родители у нее строгие, да и собственные принципы имеются. Но вот то, что едва знакомый мужчина позволяет себе так запросто указывать ей, как поступать, просто бесило.

— Ах, ты право имеешь?! — всплеснула руками Лизавета. — Ах, жених?! А кто же тогда Жайдан, разреши поинтересоваться?

Мужчина остался невозмутим.

— Досадное недоразумение, с которым ты распрощаешься навсегда уже через несколько дней. И я прекрасно помню, что ни оставаться в родном мире, ни выходить замуж за меня ты не собираешься.

Лиза даже слегка опешила. Итак, никаких планов у него относительно ее наследной особы нет. Чего тогда неймется, спрашивается?!

Эх, а она-то уже позволила разгуляться воображению…

— Как можно хотеть замуж за того, кто не верит в любовь и промышляет темной магией? — Это она еще про отвратительный характер не упомянула. И почему вопрос прозвучал так жалобно?..

Крейр подался вперед и легонько подцепил пальцами подбородок невесты, вынуждая ее поднять глаза. Лизка забыла дышать.

«Это все магия, просто магия! — как мантру повторяла она про себя. — Он мне совсем не нравится!»

— Зато я верю в семейные ценности. Этого мало? — Непроницаемые глаза завораживающе поблескивали. — И причиняю зло только в ответ. Будь добра, оденься, потому что целовать тебя мне понравилось. Без всякой магии…

Лизанда резко рванулась из его рук и опустила пылающее от стыда лицо, обозревая лежащее у своих ног одеяло.

Кажется, колдун только что победил с разгромным счетом.

«Ничего, мы еще повоюем!» — горячо утешала себя Лиза, лежа ночью без сна и стараясь не потревожить прикорнувшей неподалеку Славки. Состояние было взвинченным. Достать поганца виделось делом чести.

Ишь какой, честь он ее блюдет! Вот никогда Лизка не догадывалась, что приворот может быть способом сохранения оной… А то, что она теперь ни о чем, кроме вредного колдуна, думать не может, — это, значит, мелочи?! Сущий пустяк!

Но как же хочется сейчас встать и тихонько прокрасться…

— А, была не была! — шепотом разрешила себе царевна и, привычно завернувшись в одеяло, осторожно выскользнула за дверь.

Дом спал. Ни единого звука не слышалось, ничто не тревожило покоя. Мимоходом Лизка заглянула в приоткрытую дверь. И Крейр, и Жайдан оказались на месте. Видимо, отлов отбившегося от рук мага назначен не на сегодня. На губах заиграла пакостная улыбка. Спит, голубчик! Ну да ничего…

Стараясь ступать как можно тише, пакостница прокралась к выходу. Только предварительно забежала в кухню за ведром. Любопытство настоятельно желало узнать, куда девался Рус, но жажда мщения оказалась сильнее.

— Подожди, — шипела Лизавета, натужно крутя ворот, — побултыхаешься ты у меня!

Повезло еще, что колодец оказался почти у самых ворот. И так еле дотащила!

Но оно того стоило! С минуту Лизка пыхтела, переводя дыхание, и украдкой любовалась спящим мужчиной. Смуглое лицо разгладилось, исчезло обычно мрачное выражение. Рука умильно подложена под щеку. Отчего-то подумалось, что Крейр, наверное, прилично младше Жайдана. Хоть по характеру и не скажешь. А еще нестерпимо захотелось пощекотать колдуна, чтобы хоть раз увидеть, как он улыбается.

«Это все его магия, — в очередной раз напомнила себе Лизавета. — И вообще я сюда за другим пришла».

Как ни странно, помогло.

Поднатужившись, царевна подняла ведро с холодной колодезной водой повыше и от всей своей обиженной души выплеснула его содержимое на мирно почивающего колдуна. Да только либо мама, либо удача у нее с юмором оказалась. Силы не подрассчитала, и часть воды вылилась на пол.

Брюнет с противным хлюпаньем закопошился в насквозь промокших простынях. Лизка вознамерилась уже дать деру, но соблазн хоть одним глазком поглядеть на выражение его лица оказался слишком велик. Или она просто не умеет отказывать себе в удовольствиях?.. Немного подалась вперед, обозревая дело рук своих. Ноги противно заскользили по мокрому полу…

Плюх!

Лизка опомниться не успела, как оказалась верхом на колдуне. Злосчастное одеяло белой кучей валялось на полу. И вот тут взгляд карих глаз стал осмысленным… Первым порывом было подорваться и драпать со всех ног без оглядки. Но интуиция пессимистично подсказывала: все равно догонит. Да и теплые руки, как-то неожиданно оказавшиеся на бедрах, вряд ли отпустят легко…

А значит, действовать надо нестандартно.

— Ква-а! — хрипло сообщила Лизанда, склоняясь к жениху. — Ква-а-а!!!

Распростертое под царевной тело сотрясалось от смеха.

— Так и знал, что однажды гены прорежутся, — с трудом выдавил Крейр. — Сухим я тебе даже с приворотом не нравлюсь?

Теплые руки ласково скользили вдоль бедер, оставляя за собой стайки мурашек. В конце концов Лизка не выдержала — рухнула к нему на грудь и искренне расхохоталась.

— Психи, — завистливо проворчал со своего лежака разбуженный Жан. — Лиз, а выходи за него замуж, ему как раз лягушачьи лапки для черномагических ритуалов нужны…

— КВА!!! — рявкнули на него два возмущенных подобным предложением голоса.

Увы, веселье, как, впрочем, и все хорошее, длилось недолго. Через минуту в дверях мрачной тенью возникла хозяйка дома, злая спросонья и до крайности возмущенная учиненным безобразием. Лизка была безжалостно выдернута из насиженного болота и осчастливлена тряпкой. Пришлось приниматься за уборку.

Парням пришлось и того хуже. Не вникая, кто прав, а кто виноват, Мирита принялась, не стесняясь в выражениях, выговаривать им все, что она думает по поводу полураздетых невест в комнате сразу двух не больше одетых женихов. Провинившаяся старательно прятала смеющийся взгляд в луже воды, с которой ей предстояло справиться. А трясущуюся спину очень даже можно принять за покаянные рыдания!

На самом деле пристыженным выглядел разве что Жан. Лицо блондина окрасилось совершенно неестественным для него румянцем, глаза сверлили мокрый пол. Еще и сопел так, будто сейчас зарычит и покусает! Кого именно, царевна предположить не рискнула.

Крейр слушал молча и почти равнодушно. Только в карих глазах бешено скакали смешливые искры. Впервые за все время знакомства он не выглядел угрюмым. И Лизка невольно ловила себя на том, что очень бы хотела узнать его ближе.

Вот что с наивными девицами делает черная магия, помноженная на веселую месть!

В конце концов нарушителю девичьего спокойствия надоело изображать молчаливое раскаяние — все равно получалось из рук вон плохо, — так что он пристроился невесте в помощь.

— Ну что, — тихонько шепнул, сверкая вдруг потеплевшими карими глазами, — будем обживать совместное болото?

Лизавета смешливо фыркнула и отвечать не стала. Надо еще на его поведение посмотреть. А то кто их, этих колдунов, знает!

Окончательно уверившись, что как минимум двое из троих присутствующих безнадежны и взывать к их совести бессмысленно, ибо даже зачатков оной не наблюдается, Мирита наградила женихов и невесту недовольным взглядом и гордо удалилась. Спать.

Лизка вгрызлась в сочную грушу и блаженно вытянула ноги. Не сказать чтобы широкая деревянная лавка отличалась удобством, но в иномирье, да еще в доме сельской ведуньи, комфорта предполагалось мало. Еще и усталость эта! Вот никогда не мечтала обзавестись сверхъестественным даром — так нет же, свалились на ее голову родственнички!

— А вы на кладбище откуда взялись?

Феерики многозначительно переглянулись. Но с ответом медлили.

— Решили облегчить мне задачу и явились самостоятельно. Вот бы еще собственными силами умертвились и прикопались… — размечтался колдун.

Только наличие боевых ранений спасло его от воспитательного пинка под столом. Но стукнуть о-очень хотелось!

— Не отпускать же приличную девушку с тобой, — возмутился Жайдан. — А потом по ночам от нее шарахаться!

Едва не прослезившаяся от радости, что близ ее дома наконец воцарились мир и покой, Мирита строго шикнула на девушек и решила сама исполнить роль лекарки. Намазала обожженную щеку охлаждающей мазью, через некоторое время нанесла заживляющую, после чего заявила, что на лице следов остаться не должно. С ногой оказалось сложнее. Одна из огненных стрелок угодила прямо в голень. Рана выглядела жутковато, до сих пор кровоточила, а по краям изрядно припухла.

Здесь пришлось повозиться. Но примерно через час пострадавшая конечность была туго перебинтована, а сам болезный позволил себе выдохнуть с облегчением.

— Очень больно? — сочувственно пискнула Лизка.

— Только когда смеюсь, — серьезно ответил Крейр.

Учитывая, что последние несколько часов с лица брюнета не сходило мрачно сосредоточенное выражение, шутку оценили все. А у Лизаветы вновь зачесались руки нанести ему очередное тяжкое телесное.

Пока лечила, ведунья коротко пояснила, что когда-то, еще до ее рождения, это село принадлежало одному влиятельному роду. Но потом их наследницу жених бросил, а замуж за другого она идти отказалась наотрез. Вот род и угас, один только фамильный склеп и остался.

— Так этот самый жених был твоим дедом! — выдала внезапную догадку Лизанда. — А Ринда, стало быть…

— Не был он этой чокнутой женихом! — зло оборвал Крейр. — Никогда. И не его вина, что она себе любовь придумала. У деда еще с колыбели другая невеста была.

Тихие слова колдуна были пропитаны такой горечью, что настойчивое желание стукнуть сменилось не менее сильным — обнять.

— Но Ринда не отступила? — дрогнувшим шепотом спросила Всеслава.

— Вот тогда-то Дирсен и стал развивать свой дар. Он собрал величайшую темномагическую библиотеку, о нашем хранилище артефактов до сих пор слухи не утихают, но спасти жену так и не смог. Ринда убила Евридику, едва та успела родить дочь. Моей матери повезло больше. Долгое время Дирсену удавалось скрывать существование наследницы. Даже свадьбу с одним из заресских принцев сыграли тихую, совсем не королевскую. Но ведьма все равно прознала. И меня воспитывал дед.

Тонкая ручка робко сжала под столом горячую ладонь.

— Зато ты отомстил! — горячо выпалила царевна. — Эта гадина больше никому жизни не испортит!

Колдун невесело хохотнул.

— Нет, Лиз, — большой палец легонько прошелся по тыльной стороне ладони, — мы разрушили лишь физическую оболочку. Призрак до сих пор где-то здесь. Пройдет немного времени — она поднаберется сил и опять воплотится. Игра еще не окончена!

Тут отмер Рус, доселе молчаливо сидевший в углу и в разговоре не участвовавший.

— И с такими проблемами у тебя хватает наглости царевну обхаживать? Может, ты сам смерти ей желаешь?!

Отвечать Крейр не стал. Видно, чувствовал свою неправоту. Но по-другому не мог.

— Тенька, отстань.

— Ну что тебе, жалко, что ли?! — заканючила наемница.

— Конечно, жалко!

— Их же все равно двое. Выбор непростой… А так я убью одного — ты выйдешь замуж за второго.

— Царевна, я сейчас сам ее прибью, — угрюмо предрек советник. И почему-то ни у кого не возникло сомнений, кто именно окажется жертвой его кровожадности.

Тенфьяль насупилась и затихла от беды подальше.

За деревьями послышался хруст шагов и приглушенные голоса. Надды отозвались испуганным шипением, учуяв нечисть. Девушки — радостными возгласами при виде парней. Оба жениха были целы и невредимы. Разве что Крейр весь перепачкался чем-то черным, а Жана шатало от усталости. Но это мелочи. Бантик вышагивал рядом и радостно скалил измазюканную в крови морду.

— Мой герой, — с придыханием прошептала Лизавета и бросилась навстречу.

Женихи дружно приосанились и распахнули объятия.

Пес тихонько взвизгнул и принялся с упоением облизывать ухо повисшей на нем царевны.

На феерика тут же налетела сестра, дабы удостовериться, что с ним действительно все в порядке. А вот Крейру пришлось скрывать смущение за красноречивым выражением лица под названием «А не очень-то и хотелось!». Не с советником же ему обниматься в самом деле!

— Тень?! — Колдун все же нашел достойный объект для своего внимания. — А ты как тут оказалась?

Мужчина присел на корточки рядом со связанной по рукам и ногам убийцей и внимательно заглянул ей в глаза.

В Лизкином сердце робко заворочалась ревность. При ближайшем рассмотрении Тенфьяль показалась ей даже красивее Славки. Высокая, стройная, постоянные тренировки с оружием как нельзя лучше сказались на фигуре. Золотистые волосы забраны в высокий хвост. В черных глазах затаилась угроза.

А ну как колдун решит, что рядом с такой фифой ему никакая невеста не нужна? Пусть она трижды царевна!

Лизка больно прикусила губу и отвернулась. Подумаешь! Ей, может быть, тоже всякие там темные личности без надобности! Тем более с такими связями.

— С магами она явилась, — сдал плененную Андрус. — Ниадора наняла ее Лизанду убить.

— Это правда? — строго рыкнул колдун.

Наемница обреченно кивнула и попыталась отползти от правителя Угодий как можно дальше. Увы, с веревками на лодыжках и запястьях она в этом не очень преуспела.

— Вот тварь! — смачно выругался Крейр. И, опомнившись, уточнил: — Не ты, Тень.

Дальнейшие события понеслись так стремительно, что Лиза с трудом успевала осознавать происходящее.

С минуту колдун раздумывал над сложившейся ситуацией. Потом объявил во всеуслышание:

— Как правитель Темных Угодий я беру эту женщину под свою защиту.

Поначалу в правдивость его слов не поверил никто. Сама наемница едва в обморок не свалилась. Судя по упрямо поджатым губам, остановило ее только понимание того, что ей вроде как не положены подобные слабости. Феерики благоразумно предпочли остаться в стороне, дабы не огрести ненароком. А вот советник пылал здоровым негодованием:

— Тебе что, последние мозги затемнило?! — В голосе заклинателя все более отчетливо слышалось змеиное шипение. — Это же самая опасная преступница шести ближайших царств! Она будет доставлена в столицу и публично казнена на площади.

Но колдун остался непреклонен.

— Я сказал свое слово, ты услышал. Решишь прекословить — вспомни, кто я и кто ты. А заодно представь, как зачитаешь своей арестантке прилюдно обвинение в сговоре с царицей с целью убить незаконнорожденную дочь царя. Вот Ниадора и Константин порадуются!

Андрус скуксился и демонстративно отвернулся. Крыть ему было нечем.

Зато Лизке стало невмоготу молчать.

— Если ты вдруг не понял, она только что пыталась меня убить. — По мнению царевны, услышав эти слова, темный должен был любыми способами поспособствовать обезвреживанию коварной злодейки.

Что он и сделал. Только способы у него оказались странными.

— Верно. И вновь попытается, как только мы ее развяжем. Поэтому придется прибегнуть к радикальным мерам. Тень, клятву помнишь?

Кровавая опять кивнула. В этот раз еще более обреченно.

— А без нее никак? — попыталась наемница ускользнуть от печальной перспективы.

Колдун радостно покачал головой.

— Нет уж, дорогуша. Сейчас же клянись, что не причинишь вреда царевне Лизанде ни словом, ни делом, а также будешь всеми силами защищать ее.

От такого расклада даже сама Лизавета впала в легкий шок, что уж говорить про наемницу.

— Еще и защищать?! — едва не подавилась возмущением Тенфьяль.

— Вот именно.

Выбирать не приходилась. Тень сквозь зубы процедила нужные слова. Лиза, с трудом сдерживая истерические смешки, с подсказками Крейра произнесла положенный в таких случаях ответ.

Небо осветила зарница. Клятва была принята.

— Какая магия у моей мачехи? — медленно озвучила давно вертевшийся в мыслях вопрос царевна Лизанда.

К этому времени они успели вымыться с дороги и перекусить и теперь втроем развалились на широкой кровати. Конечно, за невозможностью побыть в одиночестве можно было хотя бы Тень переселить в выделенные царевне покои, но Лизке было просто лень. И втроем как-нибудь уживутся.

С темным не придется наедине оставаться опять же…

— Такая же, как у Константина. — Колдун заложил руки за голову и лениво прикрыл глаза. — В нашем мире, когда люди женятся, проводят специальный обряд, и жена перенимает силу мужа.

— Лизок, обязательно выходи за него замуж, — вклинилась Тенфьяль. — Темной владычицей будешь!

Девушка нервно фыркнула, но от ответа воздержалась.

— Кста-а-ати… — мечтательно затянула убийца. — А ты сильно на папика зла? Может…

— Маньячка! — единогласно восхитились жених с невестой.

В скором времени заявился домоправитель и вежливо, но отстраненно сообщил, что у царя все расписано и вклинить срочную аудиенцию удалось только через два дня. И перечислил несколько развлечений, которые предлагались гостям, дабы скрасить ожидание. Однако ни верховая езда, ни вечерние балы, ни обзорная экскурсия по подвалам дворца привередливых постояльцев не заинтересовали.

Потом появились феерики вместе с вяло маячащим за их спинами Одиком и заявили, что отправляются творить. С дворцовых террас открывались чудесные виды…

— А что стало с той колдуньей, к которой царица обратилась? — Лиза и так и этак прокручивала в мыслях сложившуюся ситуацию и то и дело задавала темному очередной вопрос, восполняя недостающие сведения.

Крейр лениво перекатился на бок, но под сверлящим взглядом девушки робкая надежда вздремнуть часок-другой растаяла очень быстро.

— Жанну еще мой дед казнил. Только наведенные ею чары крепки до сих пор.

И дабы предотвратить новый виток расспросов, спешно увел девушек на прогулку.

Сначала долго катались на лодке по каналу вокруг дворца. Под ласковыми лучами летнего солнца все мысли глобальных масштабов стройными рядами покинули голову царевны, и она просто наслаждалась несколькими часами спокойствия. И старательно прогоняла временами проклевывающееся предчувствие.

Что может произойти рядом с околдованным царем и его злобной женушкой? Да все что угодно!

Вот и нечего раньше времени панику разводить. Произойдет — тогда и выпутываться станут.

Колдун вел себя вполне прилично. Не командовал, не язвил, вроде бы даже расслабился немного. Только взгляд его временами становился особенно печальным.

Когда Лизанда вдоволь налюбовалась на белоснежный дворец со всех ракурсов и даже помахала развернувшим на одной из террас художественную мастерскую феерикам, отправились гулять по городу. Наемница вновь сделалась незаметной, но пресловутое шестое чувство подсказывало Лизке, что связанная клятвой новоявленная охранница неукоснительно следует за ней.

Немного побродили по тенистому парку, тонко благоухающему цветами, посидели у журчащего фонтана в форме улитки. Дело близилось к вечеру. Лизавета обнаружила смену времени суток совершенно неожиданно, когда выскользнула под руку с колдуном из тенистого парка. Теперь улицы освещались плавающими в воздухе и загадочно мерцающими фонарями. Вывески на дверях все еще работающих лавок и харчевен призывно сверкали, а попадающиеся навстречу люди поражали воображение роскошью нарядов.

Разумеется, Лиза отлично понимала, что так живут только в центральных кварталах, приближенных к царскому дворцу. Да и мрачные спутники услужливо проинформировали девушку, что расслабляться не стоит. Мало ли кто может шастать поблизости.

Ниадора на выдумки хитра.

— Зайдем, — Крейр кивнул на лавку готовой одежды и шагнул к крыльцу.

— Зачем? — притормозила его царевна.

Брюнет остановился и окинул ее досадливым взглядом. Лизка внутренне хихикнула, прекрасно понимая, как чешутся руки у колдуна хорошенько треснуть своевольную суженую. И кто ему только привил понятие, будто женщина — существо бессловесное? Неужели дед?

— Жан купил мне платье для встречи с царем, — пояснила Лиза, пока он не сказал чего-нибудь обидного. — Думаю, одного будет достаточно.

На смуглое лицо набежала тень.

— Вот как? — недовольно переспросил колдун и, не дожидаясь ответа, зашагал в сторону пристани.

Лизанда пронзила непонимающим взглядом удаляющуюся спину и заторопилась вдогонку. И чего она такого сказала?!

За спиной тихо посмеивалась Тень.

Следующее утро выдалось нервным.

К тому времени, когда Лизанда изволила проснуться, колдун уже был затянут в парадный костюм теплого коричневого цвета и застегнут на все пуговки. Он сидел за столом и задумчиво пролистывал свою книгу.

Не прошло и несколько минут, как его напряжение передалось невесте. Руки сделались холодными и меленько задрожали. Оставленный у кровати поднос с завтраком интереса не вызывал. Встреча с беспамятным родителем приближалась, а Лиза к ней совершенно не была готова.

А ну как он ничего так и не вспомнит? Или вспомнит, но решит, что она ему не нужна? Может, Константину и с Ниадорой неплохо живется! Его же она убить не пытается. Ага, только подчинить.

Девушка передернула плечами, разгоняя глупые страхи. Нашла время трусить! Даже если царь откажет в расторжении помолвки, ничего смертельного не случится. Все равно ведь она собирается вернуться домой. Вот пусть тогда папочка сам с женихами и расхлебывает!

— Да, — Крейр оторвался от своего талмуда и устремил пронзительный взгляд на суженую, — забыл предупредить: будь осторожнее с Андрусом.

Лиза удивленно воззрилась на мужчину. Это еще что за новости?!

— Помнится, несколько дней назад он то же самое говорил о тебе. Решили обменяться любезностями?

Темный недовольно скривился и надолго замолчал. Не любит, когда ему перечат!

Пользуясь возникшей в разговоре паузой, Лизавета повернулась к зеркалу. Неплохо! Изящное платье идеально подчеркивало достоинства и скрывало недостатки. Длинные черные волосы волнами разметались по плечам. Карие глаза возбужденно блестели. Последнее, конечно, совсем не радовало, но ничего не поделаешь. Она и так с трудом сдерживалась, чтобы не убежать подальше от отца, дворца и всего этого безумного мира с его магией, помолвками и половинками.

— Лиз, я не шучу. — Колдун был настроен решительно. — Когда тебя отравили, я первым делом обратился к нему. Думаешь, советник помог?

Царевна вся похолодела. Неужели Андрус заодно с мачехой? А притворялся другом…

— Хочешь сказать…

— Всего лишь — что тебе не следует доверять кому попало, — резко перебил Крейр и подошел ближе. — И надень это. В случае необходимости он тебя защитит.

Шею опутала витая цепочка из черненого серебра, с которой свисал крупный кулон с фиолетовым, почти черным, камнем.

Красиво… Если отвлечься от мыслей о том, чем в действительности могло оказаться украшение. Лиза выдавила слабую улыбку в знак благодарности.

Скоро комната наполнилась настоящей кутерьмой. Возбужденные феерики метались туда-обратно, расцвечивая пространство вокруг себя летящими во все стороны искрами. Лизка только диву давалась. Умеют же люди красиво беспокоиться. Прис мячиком скакал по полу и обиженно порыкивал, возмущенный невниманием хозяйки. Только ведун и Крейр умудрялись сохранять некое подобие хладнокровия.

Наконец в дверь деликатно постучали.

— Их величества готовы принять вас, — торжественно провозгласил Таурус.

Та-ак, значит, Ниадора тоже будет присутствовать… Это уже серьезно.

Еще раньше было решено, что на встречу с царем пойдут только Лизанда и Крейр. И незаметная Тень, но об этом его величество вряд ли когда-нибудь узнает. Ясно, что разрывать обручение будут не сегодня, у Славки и Одика тем более к заресскому правителю никакого дела нет, а для моральной поддержки и колдуна достаточно. Признаться, втайне Лиза еще и на Руса надеялась, но доверие к советнику приказало долго жить.

Сейчас главное, чтобы отец поверил ей. В идеале — начал хоть что-нибудь вспоминать.

— Что это у тебя? — с интересом спросил Крейр, глядя ей куда-то за спину.

На миг Лиза задумалась, но быстро поняла, что именно могло вызвать такой интерес.

— Татуировка, — пояснила царевна с гордостью. И правда, крупный черный цветок на плече выглядел эффектно. — Еще на ноге похожая есть.

Крейр ошеломленно замер и тут же наградил невесту яростным взглядом. А Лизка только лукаво улыбнулась. Оказывается, у них здесь женщинам и этого нельзя, по его мнению. Вот это повезло с суженым! Хорошо еще дышать не запрещает.

Но ни один, ни другая высказаться не успели. Резная двустворчатая дверь распахнулась, и домоправитель громогласно назвал имена визитеров. Времени на пререкания не осталось.

Крепко вцепившись в руку колдуна, Лиза решительно шагнула в зал.

Просторное помещение заливал яркий свет. Окна были распахнуты настежь, и с улицы долетал разноголосый щебет птиц. По всему залу в высоких кадках зеленели неведомые растения.

У противоположной от входа стены на возвышении разместились два золоченых трона. Лиза специально замедлила шаг, чтобы иметь возможность лучше разглядеть царственную чету.

Константин одним своим видом внушал доверие. Мужчина средних лет, высокий, статный, каштановые волосы спускаются к плечам. И глаза умные, лучистые, ни за что не подумаешь, что на него воздействует колдовство.

Может, выветрилось все давно?

Или не было никаких злобных чар, и он сам…

Мачеха оказалась примерно такой, как Лиза себе представляла. На вид лет сорока, худощавая, с вьющимися каштановыми волосами и хищно прищуренными карими глазами. Многолетняя борьба с судьбой за место рядом с Константином наложила яркий отпечаток на ее внешность.

Рядом с ними неясно маячил Рус. Уже одно то, что советник предпочитал держаться ближе к царице, нежели к ее супругу, ясно говорило, на чьей он стороне. В Лизкиной душе всколыхнулась обида. Она же ему поверила, другом считала. А он!..

Жутко было и подумать, что он тут нарассказывал.

Вот Лизка и решила действовать нестандартно. В очередной раз.

— Папочка!.. — взвизгнула радостно и, не оставляя себе времени трезво оценить ситуацию, метнулась к трону и повисла на шее у царя. Тот страдальчески что-то замычал.

— Да как ты смеешь?! — разъяренной коброй прошипела Ниадора.

Возникшие словно из ниоткуда стражники легко оторвали от величества новообретенную дочь. Но испаряться не торопились. Мало ли что этой странной особе еще в голову взбредет?

— Тетя, не мешай семье воссоединяться, — заявила царевна, поражаясь собственной наглости.

Ниадора побагровела от негодования. А что, в конце концов, сама выставила падчерицу из родного мира. Пускай теперь наслаждается результатом.

— Константин… — Очень вовремя опомнившийся Крейр перехватил Лизу у стражников и попытался задвинуть себе за спину. Только воинственно настроенная царевна никуда задвигаться не хотела. — Я знаю, что вы ничего не помните, но эта невоспитанная девушка — ваша дочь.

Осчастливленный отец скептически склонил голову набок. Не то не поверил, не то «дитятко» ему просто не понравилось.

Тем временем колдун кратко пересказал всю историю, начиная с помолвки Константина и Ниадоры и заканчивая недавней попыткой ее величества избавиться от неугодной дочери супруга. Правитель Заресья слушал не перебивая и в меру сил своих пытался осознать услышанное.

— Всем известно, — вклинился в установившуюся после монолога колдуна тишину Рус, — что дочь ундины имела особую примету. Пусть девушка предъявит ее.

Лизавета вскинула непонимающий взгляд на жениха. Что еще за примета? И с какой это стати про нее все знают?

Царь с царицей выжидательно уставились на девушку.

— Приподними подол, — негромко попросил Крейр. — У тебя на левой лодыжке должна быть родинка в форме морской звезды. Это семейный знак правителей Океании.

Лизка смущенно потупилась. Был у нее там знак, только другой. Некрасивое, по ее мнению, пятно Лизавета свела, едва только ей восемнадцать исполнилось. И, утверждая свою самостоятельность, нанесла татуировку. Парную к той, что красовалась на плече.

На ее ногу устремились заинтересованные взгляды. Девушка даже смутилась немного: такого интереса к своим конечностям она отродясь не ощущала.

Естественно, искомого там не обнаружили.

— Что и требовалось доказать, — с чувством полного триумфа заявила Ниадора.

Царевна честно попыталась объяснить, что к чему, но ее оправдательный писк потонул в нарастающем гомоне.

— Стража! — окликнула мачеха. — В темницу этих заговорщиков.

Полные решимости исполнить приказ стражи повернулись к вцепившейся друг в друга паре. Вернее, это Лиза испуганно жалась к спутнику в надежде на защиту. Колдун же оставался невозмутим.

— Не сметь. — Константин сказал тихо, но его прекрасно услышали и подчинились незамедлительно.

Лизавета широко распахнутыми глазами смотрела на отца, ожидая от него дальнейших действий.

— Девочка, подойди. — Царь рассматривал ее изучающе. — Ты так похожа на… не могу вспомнить имени…

Шаг вперед. Внутри все дрожало от напряжения. Неужели память возвращается к нему?..

— Ваше величество… — попыталась встрять Ниадора, но была прервана жестким приказом:

— Оставьте нас. Андрус, ты тоже. И стражу с собой прихвати.

Зал мгновенно опустел. Даже Крейр отодвинулся к выходу, чтобы не мешать. Лиза, мягко сказать, была удивлена. Не ожидала как-то, что околдованный царь может иметь такой авторитет. Думала, его здесь в грош не ставят. А оказалось, даже Ниадора подчиняется.

Долгое время совсем ничего не происходило. Лизка стояла перед троном и чувствовала себя крайне неловко. Константин пронзительно вглядывался в нее, будто ожидал разглядеть в смутно знакомых чертах ответы на все неожиданно возникшие в голове вопросы.

И, кажется, преуспел.

На миг его взгляд затуманился, но правитель Заресья быстро справился с собой.

— Дар, — медленно произнес он. — В тебе должен быть наш дар.

Конечно же Крейр не выдержал и вмешался. В девушку полетел клубок тьмы.

Не испугайся Лизка так сильно — точно бы проворонила! А так заклинание растаяло у самого ее носа. Даже кончик слегка обожгло.

— Убедились? — Девушка поднесла ладонь к пострадавшему месту. У-у-у, коварный колдун! Ну она ему еще покажет!

Царь тепло улыбнулся.

— Вполне. Стража!

Словно сказочные «двое из ларца», в зал ступили два светловолосых блюстителя царского покоя.

— Проводите моего дорогого соседушку в темницу. Пускай посидит, подумает, как без спросу по чужому царству шастать да в царских дочерей всякой пакостью кидаться.

Лизка даже язык прикусила от возмущения. Издевается он, что ли?!

Ну и семейка!

— Стойте!!! — наконец обрела голос царевна. — Он мой жених. Суженый к тому же.

Нет, Лизанде, конечно, и самой хотелось темному нос прищемить, но остаться без его защиты было страшновато. Мало ли что мачехе в голову взбредет! Да и не сажать же его в камеру только за одно малюсенькое заклинаньице!

— Вот как? — заинтересовался царь-отец. — А Жайдан тогда кто?

О, да его память и впрямь проясняется, раз уж Константин даже про марианского принца вспомнил!

— Тоже жених, — признала девушка. — Пока еще. Потому мы и пришли…

— Понятно, — изрек правитель заресский, хотя его лицо отражало обратное. — Вот мы это и проверим. А там решим, что с вами всеми делать.

И красноречиво сжимая виски, удалился в неизвестном направлении. Видно, венценосная голова пухла от новой информации.

Лиза проводила отца задумчивым взглядом.

— Хорошо еще, что он тебя не засек.

Рядом кивнула визуализировавшаяся Тень.

Вернувшись в свои покои, Лизавета пересказала дожидавшимся ее друзьям все, что происходило в зале. Даже всплакнула немного и попыталась отправиться спасать безвинно заточенного в темницу колдуна.

— Зачем? — Жайдан преградил путь царевне. Славка беспокойно всплеснула руками. — Константин прав, ему только на пользу пойдет. К тому же заточение вряд ли окажется долгим. Уже к утру твой драгоценный Крейр окажется у тебя под боком.

Несмотря на звучавшую в голосе блондина насмешку, Лизка остановилась. Умеет эксцентричный феерик временами рассуждать здраво. А ведь он прав! Крейра уже, конечно, вряд ли исправишь, но щелчок по носу колдуну просто необходим. Да и постоять за себя темный и без посторонней помощи способен.

Но внутри все по-прежнему сжималось от беспокойства.

— Тенька, присмотри там за ним, а? — жалобно попросила девушка и с надеждой взглянула на наемницу. Та безразлично пожала плечами и скрылась за дверью.

Вот так-то лучше.

Ночь тянулась бесконечно долго. Поначалу феерики порывались остаться с подругой, но Лиза быстро отговорила их от совершенно ненужной затеи. Не украдут же ее! А если и покусится кто, Тенфьяль обязательно почувствует, да и подаренная Алиссой удача всегда настороже. Повезло с наследственностью, ничего не скажешь. Причем с обеих сторон.

Устроилась в подушках, вытянулась поудобнее и приготовилась ждать. В голове постоянно крутились мысли о минувшем дне.

Не считая выходки с колдуном, встреча с отцом прошла куда лучше ожидаемого. Впечатления от родного незнакомца остались исключительно положительные. Да и чары почти рухнули. Константин и околдованный-то с женой прекрасно управляется, а спадет волшба — и Ниадора больше не сможет представлять реальной угрозы. Возможно, и вовсе займет камеру, в которой сейчас колдун томится. Такой вариант развития событий нравился Лизе больше всего.

А Константин, вероятно, пожелает воссоединиться с ундиной. С этим тоже будет немало проблем. В том, что разрушить и то колдовство удастся, Лиза не сомневалась. Должна же хоть в этом мире быть справедливость! И значит, родители обязательно будут вместе.

Признаться, предстоящее знакомство с матерью пугало куда больше, нежели недавнее с отцом. Все постоянно твердят, что они похожи как две капли воды, а сама Лизанда ее даже не знает. И себя не воспринимает дочерью царевны морской. Но свидеться придется.

И как потом она скажет ундине, что собирается вернуться в привычный мир без магии и суженых половинок? Этого Лизка даже представить себе не могла. Но отказаться от любимых, хоть и приемных, родителей и привычной жизни казалось и вовсе невероятным. Просто абсурдным.

Так что же делать?

От мучительных поисков ответа на один из вечных и неразрешимых вопросов отвлекла возня под боком. Крейр! — взорвалась в мозгу радостная мысль. Исполненная предвкушения, Лиза приподнялась на локте… чтобы подставить щеку под влажный язык.

— Бантик! — возмутилась девушка.

Все прошедшие ночи пес провел у Славки с Одиком. Наверное, следил, чтобы художница окончательно не затискала беднягу-приса. Или ведуна, потому что у парочки все, на сторонний взгляд, шло неплохо.

Лизаться-обниматься девушка настроена не была — уж слишком состояние нервозное, поэтому ласково спихнула обиженно ворчащего зверя с кровати и расправила одеяло, стряхивая с него налипшие шерстинки. Не до него сейчас.

— Гав! — высказал свое собачье мнение Бантик.

Протянула было руку, чтобы потрепать пса по холке, но в пальцы ткнулась изрядно погрызенная бумажка. Так, что тут у нас?

Рассказы об элайнах оказались более чем правдивыми. Прошло уже три дня, а от посольства не было ни слуху ни духу.

За это время Лиза успела в обществе брата и сестры — почему-то Льяну она воспринимала именно так — осмотреть дворец и прилегающие к нему постройки, совершить верховую прогулку на жутком надде и даже потанцевать на балу. Славка и Одик были слишком заняты друг другом, и беспокоить их она не решалась. Пускай себе налаживают отношения. Кто знает, что из этого может получиться!

С Константином встречались только в столовой. Царь был неизменно вежлив, но никакого видимого интереса к вновь обретенной дочери проявлять не пытался. Чему Лизка про себя радовалась: видеть в этом человеке отца получалось с трудом.

Единственным, что ее интересовало всерьез, оставались его воспоминания, но прояснить данный вопрос как-то не представлялось возможности.

Мачеха тоже вела себя почти незаметно. Нет, то есть непрестанно язвила при каждой встрече, порой даже доходило до откровенного хамства, но активных действий не предпринимала. Даже дружбу со своими отпрысками пресечь не попыталась ни разу. Лизанда тихо удивлялась и бдительности не теряла, но выяснять причины такого попустительства со стороны врага не торопилась. По ее мнению, эта особа вообще была похожа на кусок угля; не жжет, так чернит. Вот девушка и старалась держаться как можно дальше от жены царя. Чтобы не запачкаться. Как минимум.

После памятного вечера колдун Лизавету избегал. Причем делал это так мастерски, что и не подкопаешься. То у него с Константином межгосударственные дела образовались, то пригласили посмотреть новую породу наддов, которых он терпеть не может, а то и вовсе нечисть в соседнем лесу расшалилась. А другого темного поблизости, увы, не сыскалось. Кто бы сомневался. Лизка тихо бесилась и с трудом сдерживалась, чтобы не вцепиться паршивцу в лицо. Эдак он ее точно из родного мира выкинет, еще и платочком вслед помашет!

Хм. А разве не этого ей надобно?

В общем, в девичьем сердце наступил разлад.

Только этим утром Крейр изменил своим новым принципам. Или просто Лизавета проснулась раньше обычного?

Волос едва уловимо коснулась шершавая рука. Царевна сонно заворчала и разлепила глаза, выныривая из зыбкого утреннего сна.

— Доброе утро, — пробормотала Лизавета и отвернулась от бьющего прямо в глаза солнечного лучика.

Но смущение жениха от нее не укрылось.

Крейр сидел рядом с ней на кровати. Он был уже полностью одет и, очевидно, вот-вот вознамерился удрать по очередному «внезапно» возникшему делу. Очень важному, разумеется.

— Доброе, — кивнул мужчина, поднялся с насиженного места и торопливо шагнул в направлении двери.

— Может, хватит уже от меня бегать? — вспылила Лизка. Она резко села в подушках и пронзила суженого недовольным взглядом. У того аж желваки на щеках заходили. — Нужен ты мне очень! Не хочешь жениться — никто и не заставляет.

Повисло напряженное молчание. Казалось, еще немного — и между ними молнии засверкают. Колдун избегал смотреть на невесту, но и уходить не торопился. Лизка же в который раз боролась с собой. Желание пристукнуть его чем-нибудь тяжелым для прояснения мозгов крепло с каждым днем.

— А если, наоборот, хочу? — еле заметно ухмыльнулся суженый и все-таки скрылся за дверью.

Лиза только фыркнула недоверчиво.

Несколькими часами позже она возлежала в россыпи оранжевых подушек и вяло наблюдала, как Льяна пытается выбрать самый феерический из своих нарядов.

— Как думаешь, ему понравится? — Дочь Ниадоры приложила к себе что-то шелковое, наподобие комбинезона ярко-пурпурного цвета.

С полной уверенностью Лизавета отрицательно мотнула головой.

— А это?

В руках сестрицы возник костюм той же расцветки. Судя по удобному крою и выуженным за компанию с ним из шкафа сапогам, предназначался он для верховой езды. Но цве-э-эт…

Из груди Лизаветы вырвался полный мучения вздох. Издевается она, что ли? А может, все дело в том, что Жан — феерик?

Пришлось брать дело в свои руки. Оттеснив Льяну в сторону, Лизка принялась копошиться в огромном шкафу и сундуках. Раз за разом на свет извлекались все новые предметы одежды и безжалостно отметались в сторону. Все же вкус у почти родственницы оказался несколько своеобразным. Или же иномирная гостья до сих пор не привыкла к местной моде.

Хозяйка пестрого изобилия возбужденно приплясывала неподалеку. От легкого флирта Жайдан перешел к более серьезным мерам и предложил старшей царевне нарисовать ее портрет. Естественно, та не смогла устоять. Еще бы! Творения рук феериков в этом мире ценились неимоверно. К тому же Жан не был рядовым магом цвета и иллюзий, он был членом царской семьи. Пусть отверженным, это ничего не меняло. Семейная магия в нем оставалась очень сильной.

— Вот это сойдет. — Лизавета наконец вынырнула из шкафа, сжимая в руках нежно-лазурное платье свободного кроя.

Льяна спорить не стала и послушно приняла выбранный наряд из рук компетентной советчицы. А как иначе? Все же Лизка куда лучше знает Жана.

В итоге на утопающую в растительности террасу, выбранную художниками под мастерскую, мелодично постукивая каблучками, входило дивное видение в развевающемся шелковом одеянии, с россыпью милых кудряшек.

— Что это? — Лизка остановила спутницу прямо в дверях и аккуратно подцепила пальцем висящий на шее Льяны кулон. С длинной цепочки свисало золотое сердце с пустой серединой, в которую был вделан кусочек прозрачного кристалла. Почти прозрачного — где-то в глубине камня солнечные лучи высвечивали единственное темное пятнышко.

Девушка и сама толком не поняла, чем ее привлекло не слишком приметное украшение. Ведь ничего необычного! Но чем-то зацепило, притом настолько, что возникла внутренняя потребность выяснить его происхождение, не сходя с этого места.

Льяна тоже вынуждена была остановиться. Тонкая бровь взметнулась, выражая недоумение. Очевидно, интерес к простенькому украшению царевну удивил.

Но другого способа заставить Лизу двигаться вперед не было. Пришлось отвечать.

— Подарок матушки. Единственный. — Последнее слово прозвучало с легкой тенью затаенной обиды. — Теперь даже и не вспомню, когда она надела его на меня. Всю жизнь ношу. Всего один раз оставила его в покоях — так такой нагоняй получила, жуть…

Вот, значит, как? Лиза не двигалась с места, медленно сопоставляя только что полученную информацию с уже имеющейся. Константин, Алисса, Ниадора… дар, колдовство, кулон… Кулон.

— Застряли вы там, что ли? — ворчливо поинтересовался Жан. На самом деле он давно заметил девушек и терпеливо ждал, когда же они наконец наговорятся. И вот, кажется, терпение феерика лопнуло.

Сопоставить разрозненные сведения так и не удалось. Лизка досадливо тряхнула головой и шагнула вперед. Времени подумать будет достаточно. Позже.

Жаль только, что колдун от невесты шарахается, аки черт от ладана. Уж он бы живо во всем разобрался!

Все время, пока длился творческий процесс, Лизка терпеливо сидела рядом. Оставлять эту парочку наедине было страшновато. Пусть Льяна и утверждает, что ее сердце занято рыцарем, имени которого Лизанда пока узнать не сподобилась, но было заметно, что пофлиртовать с феериком царевна Заресская совсем не прочь. Да и сам Жайдан активно источает обаяние.

И это все при том, что ночи блондин проводил по-прежнему с Тенькой. Которая, естественно, была не слишком довольна сложившейся ситуацией и уже раз пять ненавязчиво так поинтересовалась, опечалится ли Лизавета, когда у нее на одну почти родственницу станет меньше. Лизка, конечно, как могла, сглаживала углы, только толку от этого было мало. Тенфьяль безропотно сносить обиды не привыкла.

А высовываться ей сейчас никак нельзя. Прознают — и никакое заступничество Крейра не спасет.

— Вот вы где. — Из тени густой растительности выступил правитель Угодий.

«Черта вспомнишь…» — пронеслось в голове Лизанды. Но несмотря на обострившиеся в последнее время взаимоотношения, его появлению она была рада.

Коротким кивком пригласила присесть на кованую скамью рядом с собой. На счастье, мужчина послушно исполнил безмолвную просьбу невесты. Феерик и старшая царевна были полностью поглощены друг другом. Точнее, он — любимым делом, а она — им.

Можно было спокойно поговорить, не опасаясь быть услышанными.

— Сегодня прибыл вестовой от элайнов, — опередил ее темный со своей новостью. — Завтра до Зеленицы наконец доедет посольство.

Лизка вскинула на жениха полный интереса взгляд. А сама тем временем попыталась припомнить, что именно она слышала об этих визитерах. Не затесалась ли среди них какая-нибудь свободная девица?

— Совсем скоро у тебя останется только один жених, — не обращая внимания на выражение лица суженой, подытожил Крейр.

Не поддразнить Лиза не смогла.

— Доволен?

— По правде сказать, да. — На смуглое лицо набежала довольная улыбка.

Поди его пойми. Лизка даже пытаться перестала.

Бросила беглый взгляд на царевну и феерика — те по-прежнему были заняты своими делами — и торопливо поведала Крейру про кулон. Думала, жених только посмеется над ее мнительностью, но, вопреки ожиданиям, тот заинтересовался. Даже попросил повторить все еще раз, надеясь обнаружить в рассказе Лизанды какой-нибудь скрытый смысл.

И обнаружил! Не напрасно Лизка в него верила.

Стремительно подлетел к Льяне и, невзирая на бурные протесты художника, долго вертел в руках многострадальное украшение. Поворачивал и так, и эдак, просматривал на свет, тряс, только что на зуб не попробовал.

Наконец остался недоволен. Правда, просветить окружающих, чем именно, и не подумал. Вместо разъяснений выдвинул настойчивое требование:

— Ваше высочество, мне нужна эта побрякушка, — и протянул загребущие руки к шее царевны Заресской.

Со стороны выглядело это несколько двусмысленно, так что наблюдающие за действиями колдуна Лиза и Жайдан не смогли скрыть смешков. А вот Льяна юмора не оценила и резко шарахнулась в сторону.

— Не смей! Мне матушка за такие дела голову открутит!

Ко всеобщему удивлению, колдун внял испуганным речам царевны и руки к занимательной вещице тянуть передумал.

— Что же, тогда пойдем другим путем, — бросил он загадочную фразу и направился к выходу с террасы.

Лизка заторопилась следом, боясь пропустить что-нибудь интересное.

«Другой путь» лежал в отведенные гостям покои.

Лизка нагнала нареченного у самой двери и в тот же миг наградила растерянным взглядом. Умеет этот колдун удивить! Однако жених оставался невозмутим.

— Ты что удумал? — Терпение быстро подошло к концу.

Мужчина таинственно улыбнулся и увлек Лизанду в комнаты.

— Возникли кое-какие подозрения. Не мешай, и сама все увидишь.

Девушка скептически поморщилась, но возражать не стала. Ибо бесполезно. Все равно он по-своему сделает и, скорее всего, окажется прав.

Опустившись в кресло, Крейр стал сосредоточенно пролистывать свою книгу. Лиза набралась смелости, уселась на подлокотник и тоже заскользила любопытным взглядом по пожелтевшим от времени страницам. Чтобы тут же отшатнуться со смешанным чувством ужаса и омерзения.

Пожалуй, если бы не удержавшая ее рука, Лизавета имела все шансы шмякнуться на пол.

— Чего испугалась? — хохотнул правитель Угодий. — Это всего лишь рисунки.

Зато какие! При одном только взгляде на детально прорисованных монстров оторопь берет. Бесы. Неужели Крейр всю жизнь имеет дело с этими чудовищами? Неужели?..

Видимо, выражение лица у нее вышло более чем красноречивым.

— Да. Это и есть специфика моего дара. — В балансирующую на своем насесте девушку вонзился испытующий взгляд. — После свадьбы он станет и твоим тоже.

Хорошенькая перспектива! Тут и про судьбу забудешь: десять раз задумаешься — нужно ли оно тебе? Вот и Лизкины мысли повернули в сторону сомнений. Но единственный вывод, к которому удалось прийти, был таков: как же повезло царской семье Заресья с магией! Не то что некоторым.

Но, чтобы окончательно понять, стоит ли связываться с этими «некоторыми», необходимо наконец встретиться с Алиссой. Отчего-то Лизанда была твердо уверена в том, что ундина может сильно повлиять на ее решение.

— Но почему…

— Поверь, я тоже не испытываю от общения с ними запредельного удовольствия. Это всего лишь очередная обязанность, как суд над провинившимися темными или поддержание дипломатических связей с соседями. Ничего личного. К тому же врага лучше держать на виду.

Такое объяснение Лизавету вполне устроило, она даже содрогаться от отвращения перестала.

Крейр торопливо зашептал заклинание призыва. И девушку вновь пронзило изумление. Она понимала каждое слово. Ладно, пусть почти каждое. Тайной на короткое время осталось лишь то, кого именно призывает колдун, да еще некоторые специфические словечки.

Но факт оставался фактом: Лиза понимала совершенно незнакомый язык. Как же это объяснить? Память этого мира? Магия? Очередное свойство семейного дара?

Определиться с наиболее приемлемым вариантом помешал неприятный треск, будто кусок материи разорвали, и в руках колдуна изогнулась что-то… кто-то. Длинный, хвостатый, с горящими глазками-бусинами. Рассмотреть подробнее времени не хватило. Миг — и с тонких пальцев свисает кулон.

Точь-в-точь как у Льяны.

— Ты шутишь?! — ошарашенно выдохнула Лизанда, ни капли, впрочем, не сомневаясь, что колдун серьезен, как всегда.

Темный загадочно улыбнулся.

— Льяна не будет носить это… этого… — Сориентироваться в определениях было непросто.

— Да куда она денется! — философски уточнил Крейр и, полностью проигнорировав затравленный взгляд невесты, вышел за дверь.

Видимо, надеялся, что у старшей царевны нервы окажутся покрепче.

О, все оказалось куда проще! Когда Лизавета наконец совладала с собой и влетела на террасу, правитель Угодий как раз застегивал на шее дочери Ниадоры подменный кулон.

— По счастливой случайности, можно сказать, у меня оказался точно такой же. Ваша матушка ни за что не заподозрит подмены.

Вот же враль! Пришлось в очередной раз бороться с желанием хорошенько стукнуть одну темную личность. Теперь уже в целях пробуждения совести, а то как бы она окончательно в летаргический сон не впала.

Льяна оглядела уверенного темного, живописно кривящуюся Лизку и хватающегося в притворном отчаянии за голову Жана и равнодушно пожала плечами. Мол, ну вас всех!

— Позвольте полюбопытствовать, ваше высочество, сколько вам лет? — От Крейра оказалось не так-то просто отделаться. Царевна даже взглядом попыталась испепелить нахала — не вышло. Пришлось довольствоваться мерами словесными.

— Неужели вам не говорили, что интересоваться у дамы ее возрастом неприлично?

Правитель Угодий картинно развел руками и с мрачной усмешкой сообщил:

— Некому было. Так все же сколько вам лет, Льяна? Не стоит смущаться, здесь все свои.

Девушка залилась не то стыдливым, не то яростным румянцем. Но с ответом все еще медлила. Небось придумывала, как бы послать поганца вежливо, но при этом далеко.

Тут уж и феерик не выдержал.

— Крейр…

— Не встревай! — резко осадил его колдун и демонстративно повернулся спиной, пресекая дальнейшие попытки заговорить.

Жайдан обиженно окутался лиловой дымкой и даже открыл рот для повторной попытки, но Льяна его опередила:

— Через месяц двадцать пять исполнится, — холодно сообщила царевна и скрестила руки на груди. Так, словно пыталась защититься, ожидая от спросившего язвительных комментариев. — Так что, если вы вдруг и впрямь собрались интересоваться мной как невестой, — не советую. Для вас я уже слишком стара.

Темный смущенно улыбнулся.

— Да я не о том. Получается, вы примерно на четыре года старше Лизанды. И когда именно Ниадора подарила вам кулон, не помните? — Девушка мотнула головой. — Та-ак, очень интересно…

Лизку тоже полоснули сомнения. Злость на суженого как рукой сняло.

— Ну и что все это значит? — нарушил глубокомысленную тишину феерик, сияя теперь уже золотистым ореолом. — Объяснит мне кто-нибудь?

Девушки тоже были очень не прочь получить нормальные объяснения, поэтому в едином порыве уставились на колдуна. Тому было просто некуда деваться.

— И даже наглядно покажет, — не растерялся темный.

Дальнейшие его действия поначалу повергли собравшихся в легкий шок. Крейр осторожно выковырял камень из золотой оправы и некоторое время молча вертел его в руках. Что он там высматривал, так и осталось тайной, но, судя по удовлетворенному кивку, кое-что все же обнаружил.

Потом опустился на колени, приподнял скамью, на которой еще недавно они с Лизой сидели, и подложил камень под кованую ножку.

Хрусь!

По полу рассыпались крошки, сердцевина оказалась пустой. То есть не совсем пустой. От пола к потолку устремилась тоненькая темная дымка.

Зрители издали дружное «ах!». Иных слов не нашлось ни у кого.

— Вот где чары замыкались, — самодовольно пояснил Крейр и победно улыбнулся. — Теперь память Константина окончательно прояснится. Осталось только узнать, удалось ли освободить Алиссу.

Но опомнившийся Константин не торопился бросаться к Лизке с пробудившимися отцовскими чувствами. День плавно клонился к вечеру, а о царе девушка даже не слышала.

Волей-неволей проклевывались сомнения: а те ли чары они разрушили? Ниадора — женщина разносторонняя. Неизвестно, кому еще она могла напакостить магически.

А может, правитель Заресья давно позабыл ундину, и внебрачная дочь ему без надобности? Ей же теперь замок с землями отдать придется. Вдруг его величество уже пожалел о своей щедрости!

Ожидание тянулось бесконечно. Ангельское терпение Лизке уж точно по наследству не досталось, потому что она места себе не находила. Металась от стены к стене, точно пойманная в силки птица, и то и дело пыталась пристать со своим беспокойством к колдуну. Но тот о моральной поддержке и не думал. Попросту не реагировал.

В конечном счете Лизанда не выдержала и удрала к Льяне. Может, хоть там с сочувствием к испереживавшимся царевнам дела обстоят лучше?

До искомой двери добралась без приключений. Даже не встретила никого, за исключением нескольких слуг и пары-тройки придворных. И не заблудилась: за прошедшие дни Лизавета научилась неплохо ориентироваться во дворце.

Уже занесла руку, чтобы постучать, но услышала тихий всхлип и передумала. Не хотелось бы вломиться в неподходящий момент.

— Немедленно прекращай реветь! — Голос старшей царевны звучал строго, но участливые нотки все равно прорезались. — Успокойся, кому говорю! Не стоит этот гад ползучий твоих слез.

Так, значит, слезоразлив устроила не Льяна. Уже хорошо. Но кто тогда?

Вежливость тихо загнулась в неравной борьбе с любопытством.

— Можно? — Лизка сунулась в приоткрытую дверь, всем своим видом показывая, что в случае отказа готова испариться сей же миг.

— Входи, — устало махнула рукой сестрица.

На белоснежном диване свернулась калачиком и тихо всхлипывала девушка. Тоненькая, вся какая-то прозрачная, русоволосая, с огромными, в пол-лица, синими глазами и… странной формы заостренными ушками, на кончиках которых подрагивали в такт рыданиям голубоватые кисточки.

— Ух ты! — прибалдела Лизка. Впрочем, тут же отмерла, подлетела к незнакомке и схватила ее за руки, вынуждая встать. — Живая эльфийка!

Ответом Лизкиным восторгам послужили две пары вытаращенных глаз. По всему выходило, что это слово здесь слышали впервые. Да и сама Лизавета представляла себе книжного персонажа несколько по-иному. Не хватало красоты неописуемой и какой-то грации, что ли, да и забавные кисточки на ушах в этот образ совершенно не вписывались.

— Кто?! — переспросила неопознанная особа, стараясь всхлипывать как можно реже.

— Мьянти — элайна по матери. И моя подруга, — прояснила ситуацию хозяйка покоев. — А это и есть царевна Лизанда, моя сестра.

Девушки еще несколько дней назад решили не заморачиваться на кровных связях и остановиться на этом определении. В конце концов, Льяне казалось несправедливым, что у Вьяра новая родственница появилась, а у нее нет. Вот они и восстановили внутрисемейный баланс.

— Представляешь, — всплеснула руками старшая царевна, — эта дуреха взяла и влюбилась в советника! Теперь вот слезы льет.

Лизка представила. Хорошо так представила! Сама ведь едва не угодила в змеиные сети.

— А Рус что? — Пожалуй, за бедняжку стоило беспокоиться.

— А Рус ничего! — звенящим голоском воскликнула Мьянти. — Андрус у нас давно и прочно женат.

Женат? Стойте, как женат?! Лизка медленно выпала в осадок. Нет, ну точно змееныш!

Посовещавшись, девушки решили, что такого рода информацию надо закусывать, и Льяна попросила служанку принести поднос с воздушными пирожными и травяной чай. Устроившись среди оранжевых подушек и с аппетитом поглощая угощение, Лизанда постепенно приходила в себя.

Вот и еще один обман вскрылся. Гад ползучий! А с виду таким искренним казался…

— И кто же та счастливица? — после второй порции сладкого лакомства заинтересовалась Лизавета.

Подруги переглянулись.

— Сама бы с удовольствием на нее глянула, — отозвалась наконец Льяна. — Но Светорад скрытничает. Единственное, что доподлинно известно, так это что она ведунья и живет в дикой глухомани. Где-то возле границы с Угодьями.

Как интересно… От внезапно озарившей ее догадки Лизка чуть чашку с чаем на себя не вывернула. Мирита!

Хм. А вот любопытно, жена может считаться родственницей? Или к списку обманов советника стоит приписать еще один пункт?

И что он в ней нашел? Ведунья старше Руса лет на десять. Минимум. Особой красотой не блещет, утонченным воспитанием похвастаться не может, да и происхождение подкачало. Насколько помнила Лизавета, женщина была единственным потомком давно обедневшего аристократического рода. Совсем не ровня господину советнику.

Половинки?

Но как тогда объяснить тот факт, что дара мужа Мирита не переняла? Это сомнению не подлежит, Лизка на себе испытала. Интересно, в их мире такое вообще бывает?

Опять концы с концами не сходятся.

Прийти к правдоподобному выводу самостоятельно так и не удалось. Пришлось кратко пересказать свои измышления двум благодарным слушательницам. Те внимали открыв рты, а когда Лиза наконец замолчала, долго не могли поверить в услышанное. Увы, оно было правдиво.

Жалость к Мьянти легонько сжала сердце. Как же так! На первый взгляд здесь все просто. У каждого есть назначенная судьбой «половинка». Казалось бы, это должно избавить местных жителей от многих трудностей. А на деле что? Ниадора, Константин и Алисса. Мирита, Мьянти и Рус. Льяна, у которой вообще нет пары. Да и мало ли еще таких!

Лизке уже начало казаться, что этот мир куда более безумен, нежели привычный ей, без семейной магии и «половинок».

— Тебя тоже судьба женихом обделила? — спросила Лизанда у элайны, когда они уже окончательно отчаялись понять, что к чему. Внутри тихо тлела надежда, что это Мьянти влюбилась не в того и где-то совсем рядом бродит предначертанный ей мужчина.

Тонкие губы девушки дрогнули в улыбке.

— Как сказать, — печально вздохнула элла. — Придворная сваха говорит, что Андрус — моя судьба. Только он не верит.

Остаток вечера прошел за разговорами. Тема советника и «половинок» была в срочном порядке закрыта, пока у всех настроение не испортилось окончательно. Ну его! Будет еще время.

Девушки долго расспрашивали новую знакомую про Крейра. Темная личность колдуна вызывала трепет и одновременно интерес. Лизка так и не смогла понять, завидуют ей или все-таки сочувствуют. Да и сама не знала, как относиться к своему нынешнему положению. Правитель Угодий ей определенно нравился. Больше, чем кто-либо другой за всю жизнь. Но… Слишком много этих самых «но» стояло между ними.

Тут уже не факт, что и предначертание что-либо исправит.

Следом посыпались вопросы про привычный Лизавете техногенный мир. В основном от эллы, потому что Льяна уже имела возможность порасспросить названую сестру. Тут уж Лизка насмеялась вволю! Надо было видеть лицо элайны, когда она впервые услышала о том, что неведомый «зверь» компьютер может думать и имеет память, «царями» не всегда становятся по наследству, а путешествовать можно не только на шипящем надде или телепортом, но и удобно устроившись в машине. Или, менее удобно, в общественном транспорте.

Когда жительницы дворца вдоволь утолили свое любопытство, настал черед гостьи. В первую очередь объектом ее интереса стала Мьянти. Как оказалось, девушка воспитывалась при заресском дворе с ранних лет. Отцом ее был старший казначей, а матерью — заезжая элайна, которая, повстречав суженого, так и не вернулась больше в родное царство. Оба они умерли, едва девочке исполнилось пять, оставив малышке титул и богатое наследство. Естественно, на Мьянти тут же налетела свора бедных родственников, жаждущих «позаботиться» о ней до совершеннолетия. Тогда-то и вмешался Константин.

В итоге богатая наследница взрослела под защитой короны.

Слушая все это, Лизанда негласно поставила отцу очередной плюсик. И не забыла удивиться: как это хитрый Рус пропустил мимо такую лакомую добычу?

Потом Льяна рассказывала про свои дела сердечные. Рыцаря звали Найф. И если бы не запрет Ниадоры, давно бы ему быть мужем старшей царевны. Константин строг, но в глубине души очень добр. Его уговорить было бы не так сложно. Возможно, царь на радостях мог бы и титул какой почти зятю пожаловать. Но маменька и слышать ни о чем подобном не хотела.

Да и сам жених, видя, как настроена будущая теща, к активным действиям переходить не торопился. Нет, намерения у него были вроде серьезными. Цветы носил, записочки характерного содержания через подружек передавал. Пару раз даже в окно влезть пытался, чтобы выяснить в конце концов отношения, но был безжалостно вытолкан вон.

Заслышав это, Лизка специально поднялась и выглянула в окно, с целью оценить высоту совершенного подвига. Оценила. И твердо решила помочь парочке.

Правильно — не себе, так хоть людям. Вот появился и еще один стимул призвать к порядку мачеху.

Но обдумать план дальнейших действий прямо сейчас не вышло.

В дверь негромко постучали, и, не ожидая ответа, порог перешагнул царь собственной персоной.

— Доброй ночи, девушки, — кивнул Константин. За разговорами они и не заметили, как время перевалило за полночь.

— Здравствуйте, ваше величество, — ответил нестройный хор голосов.

— Прогуляемся, дочь?

В первый миг Лиза так опешила, что даже сил в себе не нашла ответить. С минуту простояла соляным столбом, внимательно глядя на мужчину и изо всех сил пытаясь осознать, как он только что ее назвал.

Получалось с трудом. Слишком неожиданно, слишком быстро, слишком близко… Просто слишком! Как выяснилось, не готова она вот так вдруг обзавестись еще одной парой родителей. С женихами и то проще оказалось!

Не произнеся ни слова, Лизанда подхватила мужчину под руку, и они выпали в полумрак коридора.

Некоторое время так и шли в молчании. Ни один не торопился начать разговор. Изредка встречающиеся толстые свечи во вделанных в стену подсвечниках мало разбавляли тьму опустившейся на дворец ночи. Выражения лица Константина девушка разглядеть не могла.

А хотелось. Было интересно узнать, что он чувствует теперь, когда в голове прояснилось.

Вопреки ожиданиям, их путь закончился не в кабинете. Это крыло дворца было Лизанде незнакомо. Узкая лестница была покрыта ковровой дорожкой, которая полностью заглушала шаги. Спустившись, отец и дочь буквально уткнулись в узкую дверь. Та отворилась без малейшего скрипа, выпуская их в сад. А оттуда и до канала рукой подать…

— Я знаю, что вы все вспомнили, — начала Лизавета, когда они опустились на широкую деревянную скамью. Молчать больше не было сил. Хотелось покончить с этим разговором как можно скорее. И в то же время нужно было столько всего сказать…

Слова лились бурным потоком. Уже через несколько минут царь узнал, каково его дочери было чувствовать себя брошенной все эти годы, как проходило путешествие до столицы, кем в итоге оказались Крейр, Рус и Жан, что проклятие все это время мирно висело на шее старшей царевны, а также то, что его новообретенная дочь всерьез намерена после всех приключений вернуться в привычный ей мир.

Константин не перебивал. Слушал молча, и только внимательные карие глаза время от времени меняли свое выражение. Впрочем, Лизка была слишком взвинчена, чтобы обратить на это внимание. А когда слова иссякли, девушка сама не заметила, как оказалась в крепких отцовских объятиях.

Захотелось уткнуться в обтянутое бархатом плечо и разреветься, почувствовать себя маленькой девочкой. Чтобы он гладил по волосам и шептал что-нибудь успокаивающее.

Сдержалась.

Нет, нельзя. Слишком рано.

— Красиво тут у вас, — медленно проговорила девушка, отстраняясь. Потребовалось несколько глубоких вздохов, чтобы окончательно взять себя в руки.

В зыбком свете ночных светил оставшийся за спиной сад таинственно мерцал, темная вода в канале казалась серебряной, а раскинувшегося по ту сторону города и вовсе не было видно. Он потонул во тьме.

— Именно здесь я и встретил твою мать… — Глаза Константина затуманились воспоминаниями.

Получилось! Лизке стоило огромных усилий не показать ликования.

— В молодости я часто брал удочку и незаметно пробирался сюда. В те редкие моменты я чувствовал себя по-настоящему свободным. Волей-неволей станешь дорожить и такими крохами, когда живешь под постоянным контролем. Думаю, твои брат и сестра это отлично понимают.

Хороший он все-таки… Как ни искала, Лизка так и не смогла найти, к чему можно придраться. Вон даже падчерица ему почти как дочь. И Льяна о царе хорошо отзывается.

— Скажи еще, что ты ее поймал. — Лизанда издала тихий смешок. А что, могло бы получиться забавно!

— Не ее, — усмехнулся царь Заресский, — а золотую рыбку.

Однако… Лизка с выражением покосилась на улыбающегося воспоминаниям мужчину.

— Что, настоящую?! Ту самую, которая желания исполняет?

Теплые карие глаза напротив уже откровенно смеялись.

— Какую же еще! — Казалось, Константина ничуть не удивила осведомленность дочери относительно плавающей волшебницы. — Язва жуткая. Общался с ней пять минут от силы, а по сей день вспоминаю с содроганием.

— И ты попросил ундину? — вернула повествование в нужное русло Лизавета.

Царь совершенно по-мальчишески замотал головой.

— Шутишь? Тогда я даже не знал о ее существовании. Правитель Океании редко к кому с визитами являлся, да и то все больше в Угодья. Они с Дирсеном еще с молодости дружили. А меня на тот момент заботила совсем другая проблема. — Последовала короткая пауза, но Лиза так и не рискнула вклиниться с предположением. Пришлось Константину продолжать: — Ниадора. Вернее, как отделаться от обязанности жениться на ней. Видишь ли, у твоей мачехи уже в молодости характер был не сахарным.

В это верилось с охотой. Уж кем-кем, а нежным цветочком сия особа не представлялась совершенно.

Меж тем отец продолжал говорить.

С Ниадорой они выросли вместе. Соответственно неплохо изучили один другого. Во всяком случае, точно знали, что взаимной… хотя бы симпатии между ними нет и не предвидится. Константин считал будущую жену расчетливой стервой, она его — бесхребетным тюфяком. Разница же между ними состояла в том, что невеста готова была терпеть кого угодно ради того, чтобы однажды назваться царицей. А вот будущего царя «кто угодно» категорически не устраивал.

И получив в свое распоряжение знаменитую золотую рыбку, он решил срочно спасаться из цепких рук Доры. Даже желание загадать успел.

Но как только заветные слова были произнесены, из глубин канала вынырнула Алисса и потребовала вернуть ей подругу. Так произошла судьбоносная встреча.

Потом были два года тайных встреч, перемежающихся попытками уговорить родителей с обеих сторон. Ситуацию спас придворный маг, назвавший наследников предназначенной друг другу парой. Обручение с Ниадорой было разорвано, новое заключено. Счастью влюбленных не было границ.

Увы, бывшая невеста не собиралась сдаваться легко. Пока Алисса в подводном замке готовилась к свадьбе, Константин принимал дары и поздравления от собственных подданных. В одном из сундуков с дорогими безделушками нашлась шкатулка. Как гласил перечень, с драгоценностями. Первым порывом было оставить ее для будущей жены, но любопытство пересилило, и царевич приподнял крышку. Из образовавшегося просвета в лицо швырнуло облачком темной пыли.

Это был первый и последний раз в жизни правителя Заресья, когда дар подвел его.

Дальнейшее — все, что касается Алиссы, — помнится с трудом. Даже теперь, когда в голове прояснилось, некоторые события приходится едва ли не с боем вырывать у собственной памяти.

Помолвка с ундиной была разорвана. Что заставило мага пойти на это, до сих пор оставалось загадкой. Смерть родителей, затем коронация — все как в тумане. Единственная яркая вспышка — дочь. Отчаявшаяся Алисса отдала девочку Дирсену, чтобы тот отвез ее в Заресье и показал отцу. Она надеялась, что Константин увидит Лизку, и нужные воспоминания всколыхнутся.

Не случилось. То есть какие-то струны в одурманенной колдовством душе царя задеть все же удалось, но Ниадора быстро сообразила, что к чему. В срочном порядке была заключена помолвка с марианским царевичем, а после девочка и вовсе исчезла из дворца. Первое время Константину говорили, что она в своем замке, в окружении заботливых слуг. Мол, не дело это ребенку воспитываться при дворе, с его интригами.

А вскоре он перестал спрашивать. Чары выжгли из его памяти и образ дочери…

— Все эти дни с твоего появления я думал, что с ума схожу. — Мужчина устало потер лицо ладонями. — Умом понимал, что ты моя дочь. Никак иначе объяснить наличие дара нельзя, братьев, сестер или иных родственников у меня нет. Но никак не мог взять в толк, откуда ты взялась…

Представив все эти душевные терзания, Лиза невольно посочувствовала венценосному родителю. Да что там! Уже за одно то, что он столько лет прожил с Ниадорой, ему можно памятник ставить.

— Теперь знаешь. — Как-то незаметно они перешли на «ты».

На несколько минут повисла звенящая тишина. Лизавета откинулась на деревянную спинку скамейки, прикрыла глаза и вдруг поймала себя на мысли, что, вернувшись в привычный мир, будет скучать не только по колдуну.

Светало. Пора было возвращаться. Нехотя поднялись и неспешно побрели через сад к неприметной боковой двери.

— Тебе больше нечего бояться. — Константин проводил Лизу до покоев. Пытался оттянуть момент хоть и короткого, но расставания с недавно обретенной дочерью. — Завтра же утром прикажу заточить Дору в темницу. Скрывать ее проступков я не намерен. Вряд ли кто-нибудь осудит меня, если решу казнить мерзавку.

По справедливости это было бы правильно. И разумно: так мачеха больше никому не сможет причинить вреда. Но, к собственному удивлению, Лизанда была против.

— Не торопись. — Губы сложились в предвкушающую улыбку. — У меня есть идея получше.

Лизка опрометью вылетела на лестницу, притаилась среди ветвей неведомого растения и, перегнувшись через перила, принялась разглядывать входящую во дворец процессию.

Человек двенадцать, не больше. То есть конечно же элайнов. Изящные, с тонкими чертами и забавными заостренными ушками, на кончиках которых умильно подрагивают синие кисточки. Словно игрушечные существа. И голоса мелодичные, напевные.

У подножия лестницы теперь уже не слишком-то и жданных гостей встречала царская чета. Ради такого случая они даже скандал прервали. При мысли о том, какая злость сейчас, наверное, бурлила у мачехи в груди, на губы набегала невольная улыбка. Так ей! А поделать уже ничего нельзя. Константин слово дал при нескольких сотнях свидетелей. Таких обещаний не нарушают.

За спинами величеств маячил Рус. С самого приезда Лизка и десятком слов не перекинулась с советником, а ведь за дни пути он сделался для нее почти другом. Защищать обещал, в верности своей заверял. А получилось что?

Обидно до глубины души!

Чуть поодаль, с толстым свитком в руках, стоял Таурус и громко представлял каждого визитера. На именах девушка сразу решила не заморачиваться. Потом разберется, если понадобится. Но кто есть кто, вроде вычислила.

Молодая пара — парень и девушка с насыщенно-синими шевелюрами — брат и сестра, царевич и царевна эллов вежливо приветствовали Константина и Ниадору. За их спинами маячило по телохранителю. Если верить безумному блеску в глазах — оба с даром убивать. Однако… Вот Тень обрадуется! Еще был седовласый мужчина — кто-то вроде временного регента — и несколько сопровождающих более мелкого ранга.

Само собой, с ходу сообщать, что жених Льяне уже без надобности, Константин не стал. Вежливо поприветствовал гостей, поинтересовался, как доехали (что прозвучало почти как «Где же вы так долго шлялись?»), и распорядился устроить их с максимальным комфортом. А сам отправился придумывать наиболее безболезненный способ избежать конфликта. А то нехорошо получается: сами пригласили на невесту посмотреть, небось еще и богатое приданое посулили — а теперь на попятную.

Хотя, по Лизкиному мнению, эллы сами виноваты. Быстрее ехать надо было!

— Шпионишь? — только успела вынырнуть из зарослей, как наткнулась на довольно улыбающегося колдуна. Будто не самый хороший поступок суженой ему только в радость.

— Всего лишь хочу оставаться в курсе событий.

— Отличная привычка для будущей повелительницы Угодий. У нас без этого никак.

В голове тут же закружился рой вопросов. Напомнить ему, что обручение будет разорвано? Или не стоит? Знать бы, что вообще в голове у этого темного.

— А этот принц ничего. — Когда не знаешь, что сказать, надо срочно менять тему. — Я уж подумала, что там будет змееныш вроде Руса.

Взявшись за руки, они петляли по коридорам. Следовало предупредить счастливую невесту о прибытии посольства. Хотя… громогласный ор Тауруса, пытающегося перекричать вопящую Ниадору, наверняка весь дворец услышал. По крайней мере, за соседним растением Лиза явственно слышала шуршание и перешептывания. Не ей одной пришла в голову светлая мысль незаметно понаблюдать за приемом гостей.

— Веред? Ты права, не самый плохой вариант. И сестра его, Альбина, очень милая девушка.

Конечно! Как правитель Темного царства, Крейр частенько бывал в гостях у соседей. Но добрые слова в адрес другой и потеплевший тон колдуна отозвались в девичьей душе глухим раздражением.

— Вот и сватался бы к ней, — буркнула Лиза, без стука врываясь в покои сестры. Услышать ответ нареченного она боялась куда больше, чем увидеть Льяну без косметики.

Старшая царевна была при полном параде: облачена в воздушное бледно-розовое платье, с серебристой диадемой в волосах. Нет, это она не для соседского принца нарядилась — платье для помолвки выбирала! Вопросом наряда Льяна была озабочена со дня турнира и до сих пор никак не могла определиться.

На семейно-дружеском совете было решено, что Славу с Теодом и Льяну с Найфом обручат в день расторжения помолвки Лизы и Жана. Чтобы к свахе лишний раз не ходить. Возражать, само собой, никто не стал. Пользуясь всеобщим брачным настроем, Константин предложил заодно и Лизанду с Крейром поженить, но они оба оказались против. Лизка очень громко против, Крейр — скорее из солидарности с невестой. Мол, все равно жена нужна. А где он потом бесхозную девицу искать будет? Да и кто на него по доброй воле позарится?

Только быть раком, который на безрыбье сойдет за хиленькую рыбешку, Лизка не желала, о чем и сообщила суженому. На том и порешили.

Приезду посольства Льяна не обрадовалась — кто бы сомневался.

— Не хотелось бы, чтобы по моей вине Константин с эллами разругался, — печально вздохнула девушка. — Они те еще гордецы, и характер — похлеще, чем у феериков. А ситуация для принца оскорбительная…

— Вот и выходи за него замуж, — посоветовала свернувшаяся в одном из кресел Мьянти. — Все будут счастливы и довольны. Кроме тебя.

Ее собственные отношения с советником так с мертвой точки никуда и не сдвинулись, вот элайна и ворчала потихоньку. Друзья ее отлично понимали, потому относились к подобным репликам со снисхождением. Лизавета же твердо решила пообщаться со свахой, дабы выяснить, действительно ли этой девушке предназначен Андрус. А после и к Русу сунуться можно будет.

— Даже думать об этом не хочу! — Льяна удрученно опустила голову, и диадема упала на ковер.

Да уж, выбор таков, что для всех хорошей не останешься.

— Вот если бы он сам не захотел на тебе жениться… — мечтательно протянула Мьянти и тут же махнула рукой, отвергая эту мысль. — Нет, такого точно не случится.

— Почему же? — Лизавета засияла многообещающей улыбкой. — Можно устроить!

Молчавший все время разговора колдун в притворном ужасе схватился за голову. Уж он-то знал, что на «нестандартные» выходки его половинка горазда.

Утро наступило слишком быстро. Кажется, только глаза закрыла, а уже просыпаться. Да разве же выспишься, когда прямо под дверью такой крик стоит?! Сонно пошевелилась и с трудом поборола желание сунуть голову под подушку. Не спасет. Захотят — и оттуда достанут.

— Изверги, — сонно пробурчал Крейр. — И они еще темных всемирным злом называют!

Лизка невольно разулыбалась. На большое и страшное зло лежащий рядом встрепанный и заспанный мужчина походил мало. Скорее вызывал желание обнять, прижаться щекой к плечу и… спать дальше. Уютный он, домашний. Надежный опять же. Вредный, правда, но этот недостаток в процессе воспитания должен исправиться.

Может, ну его, этот параллельный мир? Тут такой жених пропадает…

Додумать ценную мысль, как всегда, не дали. Дверь резко распахнулась, и на пороге появился бледный Жан.

— Спят, голубчики! — вознегодовал блондин и принялся нервно метаться по комнате. — Я тут о помощи кричу, а они дрыхнут внаглую!

И скорчил обиженную мордочку: глаза влажно поблескивают, уголки губ опущены, — даже камень бы почувствовал себя виноватым и слезно раскаялся.

— Помнится, что-то подобное мы уже проходили… — Колдун окончательно простился с надеждой поспать и медленно сел.

Ага, точно. Лизка тоже прекрасно помнила то утро. Жайдан сходил налево, и взбешенная Тень всерьез вознамерилась его убить. Двойное удовольствие, так сказать: и дело любимое, и месть подлому предателю. Однако тот инцидент давно исчерпан. Чем же феерик умудрился вновь накликать гнев наемницы?

— Тенфьяль, мы же договаривались, — крикнула Лизавета. — Жана не трожь! А не то…

Появившийся в спальне Амон заставил царевну осечься. А этот тут откуда?! Разве элайны не должны были отбыть еще на рассвете? Девушка стыдливо натянула одеяло до самого подбородка и широко распахнутыми глазами уставилась на попечителя ушастых наследников.

— Хм… — Старый элл окинул открывшуюся ему картину оценивающим взором и сжал губы в тонкую нитку, выражая недовольство. — Доброе утро. Прошу прощения за неурочный визит. Ни в коем случае не ожидал застать вас в постели… По-видимому, моральный облик царевны Лизанды не намного чище облика царевны Льяны.

От обиды Лизка чуть не разревелась. Можно подумать, это ее вина, что в их сумасшедшем мире половинки в самом буквальном смысле притягиваются!

— Еще один выпад в адрес моей невесты, — холодно предостерег правитель Угодий, — и то, что от вас останется, в Эллалию доставят мои потусторонние подданные. Не советую рисковать…

Даже Амон впечатлился, не то что Лизка с Жаном. Вот он, главный темный колдун, во всей красе. Нарываться попечитель не стал. Пробурчал что-то отдаленно похожее на извинения и продолжил испепелять взглядом Жайдана.

Лизка тоже настороженно сверкнула глазами в сторону друга. Неужели и там успел?!

— Так что же вас привело в наши покои с утра пораньше? — скрипнул зубами Крейр. Видно, чужие проблемы на завтрак ему уже изрядно поднадоели.

Попечитель вздохнул и зыркнул на художника так, что тот предпочел укрыться за кадкой с фикусом. Авось пронесет!

Выяснилось следующее. Даже несмотря на потерю одного из телохранителей, элайны планировали покинуть Зеленицу на рассвете. Крис, конечно, являлся ценным кадром, но отнюдь не незаменимым. По пути были все шансы подобрать кого-нибудь на его место.

Памятуя о женской привычке долго собираться, Амон решил разбудить Альбину пораньше. И что же он увидел, заглянув в покои синеволосой царевны! Вернее, кого… Картина оказалась более чем красноречивой. Два обнаженных тела сплелись в страстных объятиях. Сомнений в происшедшем возникнуть не могло.

— Совсем страх потерял?! — зашипела Лизка, отчаянно борясь с желанием прибить этого бабника. Неужели другой подружки на ночь не нашел? Обязательно было эллу соблазнять?

Жайдан виновато вздохнул, но из-за растения выйти и не подумал.

— Да я сам не понял, как оно все получилось, — развел руками иллюзионист. — Просыпаюсь ночью, а под боком она… Ну, у меня инстинкт и сработал!

Нет, это уж слишком! В феерика полетела подушка.

— Лучше бы у тебя мозг сработал, — скрипнула зубами Лизавета. — Или чувство самосохранения включилось.

Ладонь разбушевавшейся царевны успокаивающе сжала горячая рука. Лизка мгновенно расслабилась. Сейчас Крейр все уладит, он это умеет.

— Проснулся в одной постели с Альбиной, говоришь? — хитро прищурился темный. — Поздравляю, ты наконец отыскал ту самую, единственную.

Однако сам Жан был совсем не рад такому известию. Блондин выскочил из своего укрытия и с негодованием воззрился на злобного колдуна.

— Как — единственную? Я не хочу!

Откинувшись на подушки, Лизка звонко рассмеялась. А кто его спрашивать станет? Она вон тоже поначалу не хотела, а теперь ничего, смирилась. Даже привыкла к колдуну вредному.

— Ничего страшного, — решил подбодрить несчастного темный. — У тебя есть примерно три часа, чтобы захотеть.

И в ответ на непонимающий взгляд Амона Лиза пояснила:

— Мы сегодня все равно к свахе собирались. Присоединяйтесь!

— Он такой хорошенький! — Льяна никак не могла справиться со своими восторгами.

Старшая царевна — этого статуса Константин приемную дочь так и не лишил — трепетно прижимала к груди вяло ворчащего приса. Найф взирал на жену с умилением.

«Плавали, знаем», — с ухмылкой подумала Лизавета. Помнится, Всеслава реагировала на пушистого питомца не менее бурно.

Расставались, по традиции, на пристани. Льяна и Мьянти дружно всхлипывали и лезли обниматься. Пришлось пообещать им наведаться в гости в самое ближайшее время. Вот уляжется все — тогда и отдохнуть с чистой совестью можно будет. Благо не так много дел осталось: всего-то окончательно освободить Алиссу и разделаться с Риндой. Ничего невыполнимого, главное — поторопиться. Каникулы все-таки не резиновые…

Спокойствию Константина можно было только позавидовать. Царь осторожно обнял дочь и, видно с непривычки, тут же выпустил.

— Ровного пути. Доберетесь — пришли кого-нибудь из своих… хм… питомцев. — Последние слова относились к колдуну.

Тот хмуро кивнул, пожал протянутую руку и запихнул Лизку в ожидающую лодку. Сам тоже стал спускаться, но оступился и едва не повторил давешнего заплыва.

— Не слишком ли часто с тобой стали происходить такие вот казусы? — настороженно уточнила царевна, когда жених наконец устроился напротив нее.

Еще несколько дней назад понятно стало, что с колдуном творится неладное. Каждое утро теперь Крейр выходит из купальни с новым порезом. Сегодня так вообще сам себя переплюнул — зеркало разбил, ладонь поранил. Добавить сюда несколько почти падений на ровном месте, опрокинутый на себя утренний кофе и едва не вырвавшегося из-под контроля «питомца» — и сразу становилось понятно, что расслабляться не стоит.

— На тебя засмотрелся, душенька моя, — попытался отговориться темный.

Лиза состроила недоверчивую мордашку, но расспросы спешно свернула. Толку? Если сам не захочет, слова лишнего не скажет. Гордый! Не привык своими проблемами делиться. Тем более с заведомо слабой, по его мнению, женщиной. И плевать, что у невесты по поводу этих глупых заморочек прямо противоположное мнение!

От раздражения и собственного бессилия хотелось рычать.

— Бедные. Слишком часто им приходится с кем-то прощаться. — Крис очень вовремя переключил всеобщее внимание на оставшихся на берегу девушек.

Услышать подобное от человека, наделенного даром отнимать жизнь самыми разными способами и получающего от процесса удовольствие, не ожидал никто. Так что Лизкины мысли вполне предсказуемо оставили колдуна в покое. Будет еще время с его странностями разобраться.

По другую сторону канала угрожающе шипел и сверкал отполированной до блеска чешуей новый сюрприз. И не сказать чтобы приятный.

— Кажется, это мы уже проходили, — протянула Лизанда и на всякий случай отступила обратно к воде. — Я на него не сяду!

Темный дух — или кого там способен призывать колдун? — жутко зашипел и придал морде обиженное выражение. Все понимают, гады! И от этого приближаться к фальшивому надду хотелось еще меньше.

А вот наемники, не колеблясь и минуты, устроились на спинах предназначенных для них черных монстров. Лизку аж передернуло всю.

— Вариантов все равно нет, — пожал плечами колдун, подойдя к невесте вплотную. — Не пешком же тебе идти…

Уж лучше пешком, чем неизвестно на ком.

— Я их боюсь, — что скрывать, когда и так все видно.

— И совершенно напрасно. — Теплые пальцы аккуратно заправили выбившийся локон за ухо, не преминув легонько коснуться нежной кожи. Лизка поежилась, ощутив, как разбегаются от одного простого прикосновения непрошеные мурашки. Может, все-таки от страха?.. — У меня все под контролем.

В самоуверенное заявление даже с очень большим трудом не верилось. Стоит только вспомнить «везучесть» колдуна в последнее время… Везучесть? Мысли зацепились за что-то важное.

— Ты что творишь?! — Раздумья прервали на самом интересном месте, всего чуть-чуть не хватило, чтобы вывести причину творящегося безобразия.

Но где уж тут мысль додумать, когда обнаруживаешь себя сидящей верхом на потустороннем существе? Делать правильные выводы мигом расхотелось. Ну, колдун! Ну, зараза!

— Помогаю одной несговорчивой особе принять верное решение, — ухмыльнулся Крейр, запрыгивая в седло. — Учись слушаться мужчину, лягушонок. В нашей совместной жизни такое умение тебе очень пригодится.

Расчет оказался верным: уже к полудню вдалеке показалась лазурная гладь моря. И это при том, что они раза три останавливались, потому что вернувшей бодрое расположение духа Лизавете хотелось попробовать незнакомых ягод или заглянуть в одну из лавок в небольшом городишке.

После примирения ехать тоже стало куда веселей. Наемники позволили им с Крейром догнать себя и теперь травили веселые байки, которыми, без сомнения, была полна их бурная жизнь. Особенно много таких припомнила Тенфьяль. С самого начала же ясно было, что она без царя в голове.

Крейр рассказывал про Угодья и другие миры. Сам он в последних, разумеется, не был, но много читал о них. Техногенные, развитые и не очень, с магией и без, населенные людьми, духами, ангелами, демонами, эльфами, гномами, вампирами, а то и совершенно неведомыми существами. О многих из описанных колдуном реальностей даже в самых древних фолиантах упоминания отсутствовали. Но помимо книг у темного была возможность общаться с духами, а уж им-то не нужен телепорт, чтобы шастать где вздумается.

Так что время Лизавета провела интересно и с пользой.

— А чем тебе надды не угодили? — Нет, за минувшие дни царевна притерпелась к тому, что ехать приходится неизвестно на ком. Но прояснить этот момент все равно было любопытно.

— Скорее я им, — печально вздохнул мужчина. — Чувствуют темную силу. Боятся.

Да уж, при таком раскладе далеко не уедешь. Лизка невольно прониклась добрыми чувствами к потустороннему «транспорту». Не пешком — и на том спасибо.

За разговорами девушка даже не заметила, как «далеко» превратилось в «совсем рядом». Быстро добрались! Воздух стал заметно более влажным, легкий ветерок приятно обдувал разгоряченную кожу. Уже с неделю жара стояла, о дожде даже мечтать не приходилось.

— Жаль, Славки здесь нет, — опечалилась Лиза. — У нее наверняка нашелся бы запасной купальник.

Колдун хмыкнул, но смолчал. Видно, тоже разомлел под палящим солнцем и оттого поленился напоминать суженой, где она находится и какие здесь царят порядки. Вот и умница. Лизка и без его замечаний все отлично помнила. Но помечтать-то можно!

Впрочем, в расслабленное состояние путников быстро вклинились недобрые подозрения. Что-то здесь нечисто… Лес живет своей извечной жизнью: шумит листва, пахнет цветами и совсем немного хвоей, зреют ягоды, щебечут птицы, хрустят под лапами животных ветки.

Но чем ближе к берегу, тем меньше живого. Трава бледная, вялая. И ни одной букашки не видно. Песок сухой, много камней. А море… голубая гладь искрилась серебром, но стояла спокойно, будто огромное зеркало. Даже легкой ряби не видно.

— Магия Ниадоры здесь еще сильна.

Царевна заметно побледнела и в отчаянии обернулась к жениху. В ее глазах застыла мольба. Крейр сильный и умный. Он обязательно что-нибудь придумает.

— Во дворце чары замыкались в кулоне Льяны, — медленно начал размышлять колдун. — Что же стало их средоточием здесь?

И начались поиски.

Сперва облазили окрестный лес, но ничего хоть сколько-нибудь подозрительного не нашли. Колдун для такого случая решил прибегнуть к своей силе и призвал еще пару духов. С ними дело пошло быстрее — ведь кому чувствовать злое колдовство, как не темным сущностям?

Увы, от этой идеи быстро пришлось отказаться. Во-первых, самому Крейру было тяжело контролировать троих одновременно, уже через час он с трудом на ногах держался. А в-главных, такая концентрация темной силы в одном месте оказалась опасной. В том смысле, что лесная нежить стягивалась на нее едва ли не скорее, чем на запах крови. И отнюдь не с мирными намерениями.

После того как угомонил двух упырей — Лиза предпочитала не думать, откуда они здесь взялись, да еще такие агрессивные — и еще кого-то пушистого, но жутко зубастого и голодного, духов решено было отправить туда, откуда, собственно, они и явились. Трудоемко, зато хоть безопасно.

Время тянулось невыносимо медленно. Лиза вздрагивала от каждого шороха, хруста сухой ветки под ногами, крика животного или птицы. Ниадора ненавидела Алиссу, пусть и не осмелилась убить соперницу. Мало ли какой сюрприз приготовила мерзавка ундине на берегу!

— Далеко забираться не вижу смысла, — проговорил правитель Угодий, выводя спутников обратно к воде. — Слишком большое расстояние получается. Плюс еще глубина до Подводного царства. Не-эт, то, что мы ищем, должно находиться у самой воды. В крайнем случае у кромки леса…

Четыре взгляда в единодушном порыве заметались по сторонам. И результат получился у всех одинаковым — то есть нулевым. Нет, ну в самом деле, как можно что-то найти, если ты понятия не имеешь, что именно ищешь?

В отсутствие духов от колдовской силы Крейра тоже толку было чуть. Единственное, он чувствовал, что часть чар еще в силе. И что с того? Лиза и без него это прекрасно видела. И наемники тоже.

— Попробовать лешего дозваться, что ли? — попытался предложить хоть какой-то вариант дальнейших действий Крис.

Царевна чуть не подпрыгнула от совершенно детского восторга. Не потому, что идею сочла стоящей. Хоть и могла предположить, что от этого будет толк. Но взбудоражило девушку совершенно другое: до сих пор ей доводилось слышать только про магию в различных ее видах, элайнов и духов, которых время от времени призывал Крейр. Доказывается, еще и лешие существуют! И, наверное, водяные, домовые и… и… дальше фантазия Лизаветы была бессильна. Разве что сказочная Баба-яга припомнилась, но это явно не сюда.

Только все равно чувство было такое, будто героиней волшебной истории стала. Внутри прочно поселилась вера в лучшее. Все обязательно сложится хорошо!

— Не вариант, — угрюмо отмахнулся Крейр. — Ко мне он не выйдет, к вам двоим и подавно. И на Лизанду надежды мало, непривычно это все для нее.

Лизка хотела было заявить, что готова попробовать — все лучше, чем топтаться по каменистому берегу в бездействии, — но Тенфьяль ее опередила.

— Чую, еще и звать этого пня придется едва ли не дольше, чем подарочек царицы искать. Кстати, о ней, родимой… Крейр, может, пошлешь кого из своих, пусть проведают женщину, пообщаются… — Судя по тону, Тень с удовольствием сама бы и проведала, и пообщалась. Но, увы, сейчас не до этого.

И тут царевну посетила простая и оттого еще более неожиданная догадка.

— Знаю! — вскрикнула девушка и, дождавшись, когда окружающие переключат внимание на нее, уже спокойнее продолжила: — Ниадора — от пяточек до макушки царица. Значит, и предмет должен быть соответствующим, все же на него мачеха возлагала большие надежды. Вспомните хоть Льянкин кулон…

— Хочешь сказать, она и сюда брюлики притащила? — неверяще покривилась Тенька.

Судя по тому, что Лиза успела о ней узнать, убийца была холодна к так милым женскому сердцу штучкам. Роскошным платьям она предпочитала удобные штаны, а драгоценности могла терпеть разве что на оружии. Желательно заговоренные.

— Хм… — Впервые за последние несколько часов Крейр улыбнулся. Едва-едва, но все же. — Зачем приносить то, чего здесь и так хватает? Жемчуг! Знаешь, дорогая, я всегда подозревал, что из тебя выйдет отличная правительница для Угодий… Интриги на раз щелкаешь!

Лизавета польщенно зарделась. Не так часто суженый на комплименты разоряется.

В следующие несколько минут Лиза узнала, что до того, как Ниадора вмешалась в естественный ход событий, это место называлось Жемчужная бухта. Отчасти из-за блестящих серых камешков, усыпающих берег. Тут девушка с опаской глянула под ноги — м-да, о чем-то особенном теперь говорить не приходится. Блеклые, совершенно обычные, покрытые сухим серым песком. Зрелище навевало тоску.

Но в основном — потому что здесь, с позволения владычицы морской, добывали жемчуг.

— Надеюсь, ты не собираешься туда нырять? — с внутренним содроганием уточнила Лизанда и на всякий случай вцепилась в рукав жениха. Мало ли какая шальная мысль посетит его темную голову!

У ног царевны жалобно заскулил пес.

— Не трусь, лягушонок. Чары уже не настолько сильны, чтобы причинить мне вред.

Правда, нырять не стал. Вошел в воду по щиколотку и принялся шарить руками в мутной жиже. А ведь еще совсем недавно вода казалась вполне нормальной, даже искрилась от падающих на нее солнечных лучей. Лиза и наемники следили за процессом, затаив дыхание. Неужели все окажется так просто?

Именно так и вышло. Пару минут спустя темный выпрямился, в ладони он сжимал тусклую ракушку, больше похожую на некачественно сделанный сувенир. Одно неловкое движение, несколько слов, произнесенных едва различимым шепотом, — и находка рассыпалась прямо в руках колдуна. Крейр мотнул головой, словно отгоняя дурноту, и пошатываясь вышел из воды.

Первым порывом было броситься к нему, все же тактильные ощущения очень хорошо передают тепло и поддержку. Одним коротким прикосновением можно сказать так много… Но Лиза не успела.

— Свободны! — долетел из глубин вопль ликования. В окружении золотых искр из воды вынырнула крупная рыбешка, перекувырнулась в воздухе и тут же плюхнулась обратно. Потом повторила свой маневр еще раз и еще…

Бантик быстрее всех сориентировался. Влетел в воду и сцапал волшебную рыбешку за хвост.

— Совсем очумели, спасители?! — разнесся над побережьем капризный женский голосок.

Пес тем временем вышел из воды, отряхнулся, окатив людей брызгами, и шлепнул вопящую рыбину у ног царевны. Та сразу же начала задыхаться.

— Приятно познакомиться, Луилит, — блекло усмехнулся Крейр. Потом наклонился, едва при этом не завалившись на каменистый берег, подхватил волшебную живность и сунул в котелок. Лиза торопливо наполнила емкость морской водой.

— Колдун! — припечатала морская диковинка. — Вечно от вас одни проблемы…

— С тебя три желания, — напомнил мужчина и указал взглядом на Лизанду. — Для нее.

Девушка ошеломленно разглядывала высунувшуюся из котелка рыбешку. Золотая рыбка! Настоящая! Ну просто как в сказке…

И колдун хорош. Это он так за отданный клевер рассчитался.

Чего бы такого попросить?

Лизке-то теперь вроде и не надо ничего. Для себя…

— Вот еще, размечтались, — фыркнула вредная живность и даже хвостом от негодования по воде плеснула. — Меня вообще-то пес поймал… А он, если что, Алиссе принадлежит.

— Сейчас зажарю, — строго цыкнула на пойманную Лизавета. — Точнее, сварю!

И в самом деле, котелок ведь в руках. Угроза подействовала безотказно, рыбешка враз присмирела, только подозрительно косила на царевну искристым взглядом. Побаивается!

— Ладно уж, желай, — смилостивилась золотая рыбка.

Э-э-э! Не при всех же!

— Позже, — отмахнулась царевна и спешно переключила внимание на Крейра. — Опять топиться?

Тот кивнул.

— Можешь смело выпускать ее, теперь Лули никуда от тебя не денется.

Первым в море сиганул пес. Самый смелый! А может, просто по хозяйке соскучился.

Погружаться в только что освобожденное от чар море оказалось еще более противно, чем в болото. Пусть колдовство и разрушено, но его последствия исчезнут не так скоро. Вода по-прежнему мутная и стоит неестественно спокойно. Несмотря на ярко палящее солнце и многодневную жару — ледяная. Холод до костей пробирал.

Еще и хвост этот! Оно, конечно, забавно, но жутко неудобно. Лизка никак не могла наловчиться управляться с новой конечностью и, вместо того чтобы уйти ко дну вместе со спутниками, так и норовила уплыть куда-то в сторону. Пришлось наемникам хватать девушку под руки и служить балластом.

Только царевне все равно не по себе было. А ну как эта милая ее особенность и после возвращения в привычный мир не исчезнет? Что тогда? В море уже не покупаешься, однозначно.

Лиза невесело рассмеялась, выпуская множество пузырьков. Да разве же хвост будет самой большой ее бедой после возвращения в обжитую реальность? Вот уж точно нет.

Так, надо срочно на что-то переключиться, а то так ведь и окончательно запутаться недолго. Разглядеть что-то в мутной воде было затруднительно, но Лизка старалась. То тут, то там прищуренный глаз выхватывал всяческую морскую живность. Рыбы, осьминоги, рачки, коньки… В Подводном царстве стояла суматоха. Все радовались свершившемуся освобождению.

Чем глубже опускались, тем разнообразнее становились виды. И в самом деле, царство! Чего здесь только не было: водоросли невероятных расцветок, некоторые даже живые, самые настоящие горы, обломки давно затонувших кораблей, а далеко внизу сквозь толщу воды виднелся город с домами, садами, куполами и шпилями административных зданий. На улицах тоже было оживленно. Видно, ни от кого не ускользнула весть о недавнем событии.

Встречали гостей девушки, такие же хвостатые, как и Лиза. Окружили, восторженно приветствовали и устремились вниз, указывая дорогу. И при этом не забыли руки тянуть к мужчинам. Старая привычка, видать, сработала — топить понравившихся мужиков. Перетаскивать в свои ряды, так сказать.

Но тут чешуйчатым красоткам ничего не обломилось. Спутницы конкретно этих экземпляров были сильно против. И если Тень, которая вместе с Крисом и Крейром вынуждена была задерживать дыхание, ничего сделать не могла, то Лизавета молчать не стала:

— Руки прочь! Он мой, — рыкнула так, что русалки едва до цвета болотных утопленниц не позеленели. — И этого тоже не трогать.

Девушки повиновались неукоснительно. Ничего, будет еще время разгуляться, они ведь теперь свободны! Пускай потом Алисса с подданными разбирается.

Дальше все было как некогда с болотом. Вода осталась далеко вверху, теперь она заменяла небо. Гости Подводного царства плюхнулись на посыпанную желтым песком дорожку. Наемники и колдун принялись жадно хватать ртами влажный воздух, а Лизавета, которая еще в процессе утопления заметила, что вода ей таких неудобств не доставляет, только ушибленное место потерла.

Навстречу спешил с полотенцами мужичок с круглым прозрачным брюхом, в котором, словно в аквариуме, плескались мелкие серые рыбешки. Через несколько минут тщательного растирания Лиза была избавлена от хвоста. Еще и одежда совершенно непостижимым образом сухой оказалась. Странная у них здесь магия…

Только сейчас царевна заметила, что русалки сюда не спускались. Девицы остались в воде. Вот и славно, нечего перед занятыми мужчинами хвостами вертеть.

Дорога, на которой они стояли, вела к белоснежному дворцу с огромным куполом. Весь какой-то тонкий и изящный, он утопал в разноцветной, не виданной на суше, растительности. И этим здорово напомнил Лизавете обиталище Константина в Зеленице. Сразу видно, половинки!

Царевна вцепилась ледяной рукой в горячую ладонь суженого и специально старалась двигаться как можно медленнее. Сердце отчаянно колотилось где-то в горле. Теперь ее трясло уже не от холода. И даже не в преддверии предстоящей встречи.

Помолвка. Очень скоро она будет разорвана. Лиза не передумала, хоть и, чего уж теперь скрывать, полюбила.

Без сомнения, Крейр стал бы идеальным мужем для любой жительницы этого мира, если бы только она смогла смириться с его родом деятельности, так сказать. Лиза-то смирилась. Но беспрекословного подчинения, которого хотел колдун, дать ему не могла.

А еще всерьез собиралась жить на два мира, как Славка с Одиком. Чтобы ни одной паре родителей обидно не было. Девушка даже представить боялась, сколько сил придется потратить на то, чтобы уравновесить свою жизнь.

Примет ли он ее решение? Лизанда очень хотела в это верить. На крайний случай, теперь у нее три желания есть. Так что быть помолвке расторгнутой. Все равно его фамильная ценность у нее на пальце останется! Так куда же они друг от друга денутся!

Но пульсирующий клубок из сомнений и страхов все равно катался в душе. Правильно ли она поступает? Как бы чего не вышло…

Алисса дожидалась гостей на крыльце. Царственная, грациозная, красивая и одновременно… Лиза точно в зеркало смотрелась. Разница лишь в одежде и возрасте. Да еще во взгляде ундины плескалась мудрость и еще не забытая боль.

Все глупости из головы мгновенно вышибло. Девушка замерла как вкопанная, пожирая взглядом мать. Нашла о чем волноваться, в самом деле! Она же теперь не одна. И нерешаемых проблем, как известно, не существует. Губы дрогнули в несмелой улыбке.

— Рад личной встрече, Алисса, — с улыбкой произнес Крейр, когда пауза стала уже просто неприличной. Здесь он обходился без официальных формулировок, да и смотрел на царевну морскую куда теплее, чем на кого бы то ни было на Лизкиной памяти.

Только в словах темного царапнуло что-то неуловимое. Личной встрече? Неужели первой?! А до этого они как общались?.. Лиза решительно ничего не понимала.

— Спасибо тебе за все! — выдохнула ундина и сбежала вниз по ступенькам.

Одарила темного лучезарной улыбкой, блеснула слезами и тут же вся подобралась. Теплый взгляд карих глаз устремился на притихшую Лизавету. Девушка едва голову в плечи не вжала от волнения.

Ундина медленно обошла дочь по кругу, пристально вглядываясь в нее. В определенный момент Лизке даже почудилось, что она сомневается. Крейр же колдун, ему по определению положено быть подлым. А по статусу — тем более! Мало ли кого мог подсунуть…

Но когда девушка окончательно решила, что встреча не задалась, ее сгребли в теплые объятия и всхлипнули в макушку:

— Дитятко мое! А похожа-то как…

— Гав! — радостно сообщил Бантик и полез лизаться. К обеим, чтобы никому обидно не было. А может, просто определиться не смог.

— Конечно, похожа, — проворчал из-за спины капризный голосок. — Такая же настырная, своего не упустит. Только нос из воды высунула — уже три желания должна!

Ой, а про рыбку-то все и забыли… Не до нее как-то оказалось: сначала тонули, потом шли. И каждый был занят своими мыслями. Вот и пропустили превращение.

Теперь за спинами гостей маячила женщина примерно одних лет с Алиссой. Высокая фигура была затянута в пышное платье из золотой парчи, по округлым плечам струились рыжевато-золотистые волосы, и глаза странного цвета… на камешки авантюрина похожи. Был у Лизы когда-то такой кулончик, с искорками. Добавить еще украшения на шее, запястьях, в ушах и даже на лбу — и облик золотой даже в человеческом обличье рыбки можно считать завершенным.

— Стало быть, уже познакомились. — Ундина нехотя выпустила из объятий дочь. — А ты, Лули, не жадничай! И так почти двадцать лет от прямых обязанностей отлынивала.

У, строгая какая! Рыбка вмиг присмирела, хоть и продолжала дуть подкрашенные губки в недовольстве. Прав был царь, характер у этой особы еще тот.

— Так она — твой придворный маг, так? — решила все расставить по местам Лизанда. Должна же она ориентироваться в подводном мире. А начать лучше с дворца.

— Сваха, если уж быть до конца точной, — подтвердила Алисса, увлекая гостей во дворец. — Это она тебя с Крейром обручила.

Обручила? Отлично! Значит, она же и освободит. Только мысли эти Лизка озвучивать не стала — зачем травмировать нежную психику колдуна?

— А желания как же? — поинтересовалась вместо этого, с интересом оглядываясь по сторонам. Обидно будет, если возможности Лули только соединением половинок и ограничиваются. У Лизаветы на все три пункта уже имелись большие планы…

Внутреннее убранство дворца было выполнено преимущественно в белом и многочисленных оттенках синего. Волей-неволей вспомнишь, что находишься под водой. Чувство создавалось такое, будто не идешь — плывешь.

— Это мы в детстве с моей магией везучести баловались, — рассмеялась ундина. — Вот рыбка и получила на свой хвост дополнительные обязанности. Ты не трусь, она вообще добрая. Только вре-е-едная…

Вышагивающая в самом конце небольшой процессии Луилит скептически хмыкнула, но облекать свои мысли по данному поводу в слова не стала.

Первым делом загнали отдыхать Крейра. Колдун отчаянно сопротивлялся, но долго спорить с будущей тещей не рискнул. Правильно, с матерью дражайшей половины лучше дружить, уж это-то Лизка точно знала. Папа Миша вот испортил отношения с бабушкой Аней — до сих пор свою дурость добрым словом поминает.

Наемники, которые с момента погружения вели себя предельно тихо и старались быть как можно менее заметными, тоже отправились в удобные покои по соседству с темным. Алисса, конечно, не пришла в восторг от таких гостей, но оставалась с парочкой милой, за что Лизка в уме приписала ундине крошечный плюсик.

В итоге, пока дошли до небольшой гостиной с камином, пухлыми голубыми диванами и разбросанными по полу подушками, мать и дочь остались вдвоем.

— Как он? — Не успела Лиза толком усесться, как Алисса впилась в нее отчаянным взглядом.

Видно, не хотела касаться болезненной темы при свидетелях. Дожидалась, пока наедине останутся.

— Я думала, ты уже и не спросишь, — улыбнулась царевна, пока мать устраивалась рядом с ней.

— А я думала, он вместе с вами явится. — В голосе женщины сквозило разочарование. И Лиза ее прекрасно понимала: слишком долго ждать пришлось.

Под водой было прохладно — все же прямые солнечные лучи не проникали сюда. Свет давали специальные заклинания, а холод большинству местных обитателей не так уж страшен. Но ради гостей по всему дворцу пылали камины.

— Уже оправился от чар и с Ниадорой навсегда распрощался. Вот казнит ее сестрицу, еще одному злоумышленнику наказание организует — и к тебе.

— Долго… — грустно вздохнула ундина. И решительно добавила: — Вечно все самой делать приходится!

Потом еще долго болтали о разном. За потерянные почти двадцать лет набралось немало тем, требующих обсуждения. Лиза как-то привыкла уже считать, что родным людям до нее дела нет и она одна в целом мире. Нет, конечно же были в жизни Лизаветы мама Галя и папа Миша, любящие, но приемные родители. О последнем она никогда не забывала, да никто и не стремился вытеснить это знание из девичьей головы.

И вот теперь… так много еще предстояло наверстать!

Алисса рассказала часть истории, ускользнувшей от Константина. Как узнала, что с любимым злокозненная Ниадора сотворила, чуть рассудка не лишилась от переживаний. Хотела было рвануться к нему, помочь хоть чем-нибудь, но обнаружила себя запертой в собственных владениях. Вода сделалась мутной, тяжелой и ни в какую не желала выпускать ундину на поверхность. А повсюду эти чары, Алисса чувствовала их и первые месяцы сходила с ума от бессильного отчаяния. Даже родители ее — правители Океании — не смогли пробиться к плененной дочери.

— Так у меня еще и бабушка с дедушкой есть? — робко вклинилась в рассказ Лизанда. Вот всегда она о большом дружном семействе мечтала! Родственников много не бывает!

Хотя… не стоит сильно надеяться, двадцать лет с описываемых событий прошло.

— Есть, есть, — светло улыбнулась Алисса и потрепала царевну по темным, таким же, как у нее, волосам. — Думаю, скоро должны нагрянуть. Сама жуть как по ним соскучилась!

И продолжила свой плавный рассказ.

У ундины родилась дочь, лучик света в ее ставшей вдруг совсем темной жизнь. И несколько месяцев Алисса была занята только ею. Пока Лули не наэкспериментировала чего-то с магией — вынужденные затворницы получили переговорное зеркало.

Благодаря рыбке появилась возможность получать хоть какие-то известия с поверхности и изредка связываться с родителями. Жить стало легче, но возможности освободиться на горизонте даже не маячило. Пока однажды, очередным серым днем, прямо на крыльце замка не появился Дирсен.

Сильнейшему магу своего времени были не страшны какие-то там чары. Однако сила колдуна распространялась лишь на него самого. Вытащить Алиссу не удалось, зато план уничтожения обнаглевшей родственницы Ринды темный придумал. Лизанду быстренько обручили с его внуком и под присмотром самого Дирсена отправили в Заресье. Чары еще не успели окрепнуть, и, увидев дочь, Константин мог вернуть себе волю. Память. Свою жизнь.

Но что-то пошло не так…

— Хвала Силе, эта мерзавка тебя не убила! — порывисто выдохнула ундина и часто заморгала, удерживая слезы. — Прости меня за все… До сих пор себя кляну, что рискнула тобой!

Лиза улыбнулась и придвинулась к матери, чтобы обнять ее. Она простила. Давно, еще когда слышала кусочки этой истории от отца и Крейра. Теперь вот и последний фрагмент к пазлу добавился.

— В том мире все сложилось хорошо, твоя удача мне всю жизнь помогала. А с Ниадорой мы в расчете. Я тоже ее… хм, не убила.

Потом Лиза, чувствуя себя попугаем, пересказывала по третьему кругу историю своей жизни в другом мире, знакомства с колдуном и остальных событий последних недель. Алисса слушала внимательно, а когда рассказ подошел к концу, принялась дотошно выспрашивать оставшиеся для нее непонятными подробности иномирной жизни.

— Ты не волнуйся, — ундина успокаивающе похлопала дочь по руке, — разорвать обручение труда не составит. Завтра же Лули этим займется, хватит ей бездельничать. Запомни, помолвка ни на кого из вас особых обязательств не налагает, и…

Лизка тихо прыснула в кулачок. Никаких обязательств? Слышал бы это колдун!

— А вот это как же? — Девушка почти с гордостью продемонстрировала родовое кольцо правителей Угодий.

— Вот ведь паршивец! — задохнулась от возмущения царевна морская.

Даже с дивана вскочила с твердым намерением сей же час объяснить одному темному, что нельзя на кого попало свои ценности семейные развешивать. Нашел елку новогоднюю!

— Мы суждены друг другу, — поторопилась прояснить щекотливый момент Лизавета.

Алисса замерла и неверяще воззрилась на дочь.

— Понятно, — кивнула женщина через несколько секунд. И, устроившись на прежнем месте, резюмировала: — Ох и получит же у меня эта интриганка по хвосту! Все плавники пообрываю за такие дела. Поздравляю, девочка моя!

Вполуха слушая угрозы, которым никогда не суждено воплотиться в жизнь, Лизка только посмеивалась. Всего несколько часов в подводном дворце, а она уже чувствует себя как дома. Будто бы всю жизнь прожила между Заресьем и Подводным царством.

— Только помолвку мы все равно разрываем, — поделилась планами на ближайшее будущее дочь.

— Зачем? — вздернула тонкие брови Алисса. Ей, проведшей двадцать лет в разлуке с любимым, сложно было понять извилистую логику Лизанды. — Не любишь? Или замуж не хочешь? Так с этим и повременить можно. Не переживай, я все устрою…

Предложение выглядело соблазнительно.

— Люблю и хочу, — созналась девушка. — Только мне доучиться еще надо, с жизнью между мирами разобраться и как-то объяснить второй паре родителей все происходящее. Такие дела быстро не делаются. А еще хочется свиданий, цветов и романтических признаний, чтобы все как у людей. И руки чтобы он сам у меня попросил, потому что ему это самому нужно, а не из-за того, что так вы с Дирсеном наши судьбы решили. Вот так вот.

Во взгляде ундины появилось недоумение.

— Какая ты основательная… Я в твои годы такой не была… — Но отказать новообретенной дочери в просьбе Алисса не смогла.

Вне всяких сомнений, это лето оказалось самым радостным за всю Лизкину жизнь. Столько событий произошло, что просто дух захватывает! Она узнала о существовании параллельных миров и невероятных существ, обрела большую, дружную и, что самое главное, родную семью и встретила мужчину, ради которого даже перебраться в иномирье насовсем было не страшно. А еще стала участницей опасных приключений, вмешалась в освобождение родителей от злых чар и придумала кое-кому из злодеев достойное наказание. На досуге вот хвостом обзавелась.

Просто сказка! Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Чтобы произойти именно с ней.

Может, она все же сошла с ума? Или попросту спит?

— Поторопись, завтрак уже подают, — сунулась в дверь темноволосая голова.

Девушка тепло улыбнулась и спрятала зевок. Не выспалась. Но разговор с рыбкой прошел продуктивно, сейчас это важнее всего. Лизавета пристроила в волосах последнюю заколку, расправила складки на новом костюме сочного синего цвета и протянула ладонь колдуну. Без него она теперь не представляла своей жизни.

Время, которое они могли позволить себе гостить в Подводном царстве, закончилось до обидного быстро. Уже сегодня предстояло выдвигаться в путь. Лиза отправлялась в Угодья вместе с колдуном. Крейр, конечно, поначалу противился, но под напором Лизаветы сдался еще прошлым вечером, хоть и ворчал что-то насчет еще одной заботы на его бедную голову. Ринда-то все еще поблизости ошивается! И ни за что не угадаешь, откуда злодейка выскочит на этот раз.

— Может, все же останешься? — вместо приветствия с надеждой спросила Сианна.

Царевна упрямо качнула головой. Нет. Она уже приняла решение, и изменению оно не подлежит.

— Оставьте девочку в покое. — Алисса с самого начала встала на сторону дочери. — Должна же она посмотреть, где придется жить. И с кем.

Это уж точно. Напрасных иллюзий по поводу обитателей Угодий Лизавета не питала. Надеялась только, что сможет как-нибудь сосуществовать с подданными мужа без взаимного вредительства.

— Вот именно, — и проказливо улыбнулась. — Вам еще родную дочь замуж отдавать.

Живот тихонько заурчал, тонко намекая, что пора бы свернуть разговоры и подкрепиться. Лизка вняла призыву и принялась нагребать в тарелку воздушный омлет.

И все равно нотка печали осталась. Особенно это чувствовалось, когда, провожаемые родственниками, они вышли из дворца. Уезжать было тяжело. Лиза постаралась напомнить себе про обещанные колдуном порталы — помогло мало. Когда то еще будет!

— Не теряйте времени понапрасну, — прошептала Лизавета, уткнувшись в плечо матери.

— Вода камень точит, — загадочно произнесла ундина и хитро подмигнула.

Сразу сделалось понятно: задумала что-то.

— Надеюсь, костюм переживет появление хвоста? — обеспокоилась Лизанда. Вынырнуть на поверхность с голой попой не хотелось.

— Нет, — тут же разочаровала ее бабушка и спешно добавила: — Поэтому хвостов сегодня не будет.

Повелительница Океании шепнула несколько слов, и прямо от ног путешественников устремилась вдаль удобная дорога, посыпанная желтым песком.

Крейр покосился на смущенно переминающихся с ноги на ногу наемников и разом оборвал затянувшееся прощание:

— В путь!

— Вам обязательно уходить? — Лиза знала Дирсена всего несколько дней, а поди ж ты — не могла сдержать слез.

Портал, открытый совместными усилиями двух правителей Угодий и Ялы, загадочно мерцал. Сколько царевна ни вглядывалась в него, ничего, кроме клубящейся тьмы, разобрать так и не смогла. И от этого беспокойство только нарастало.

— Так нужно, девочка, — тепло улыбнулся призрак. Вновь воплощенный, при всем желании от живого не отличишь. Знать, и правда сильный колдун был… — Ты же не хочешь, чтобы в доме неупокоенный призрак поселился? — и состроил зверскую рожу.

Молодое поколение темных дружно прыснуло.

— Но Ринда… — робко начала Яла, да так и не решилась продолжить.

— А что Ринда? Ее там нет. — Лицо «дедушки» сделалось задумчивым. — Понятия не имею, как вам это удалось, но теперь ее вообще нет. Будто и не было никогда.

Крейр с Лизкой многозначительно переглянулись и осветили мрачный зал улыбками. Жизнь явно налаживается.

Потом все дружно ринулись обниматься и долго висели на Дирсене, словно гроздья на виноградной лозе. Призрак собрался было разразиться прощальными наставлениями, но быстро махнул на это дело рукой. Они не пропадут! И, отодрав от себя блестящих влажными глазами наследников, скрылся в темноте портала. Навсегда.

Темная дымка мгновенно развеялась.

— Теперь с вас пышное торжество по случаю свадьбы, — требовательно ткнула пальцем в будущих супругов Ялисса, утирая слезы. Пришло время вытеснить тягостные воспоминания чем-то приятным. — И многолюдное. Глядишь, там и я свою судьбу встречу…

Будущая правительница темных земель закивала с воодушевлением. Праздник — это хорошо, это очень даже хорошо!

— И как вы себе подобное представляете? — скептически уточнил колдун, увлекая размечтавшихся девушек за собой прочь из зала с порталами. — Кто в здравом уме в Угодья поедет?

— Вот и я говорю: давно пора подчистить твою репутацию.

Ну что тут возразишь? Крейр только глаза к потолку возвел и покрепче перехватил руку суженой, чтобы не вздумала куда-нибудь деться от него.