Изумрудный свет экстренного портала погас, и я облегченно вздохнула. О Богиня! Какое счастье! Просто до последнего сомневалась, что успеем уйти - прощальный рык Райлена прозвучал слишком близко. Страшно представить, что бы случилось, сумей он поймать Рэйса.

       Правда, самого Рэйса этот момент ничуть не напугал...

       - Добро пожаловать в Орден! - радостно возвестил он. - Как себя чувствуешь?

       Я открыла рот в намерении объяснить, что мне не нравится болтаться вниз головой, и что у их светлости совершенно неудобное, костлявое плечо, но не успела.

       Тишину прорезал оглушающий вой. Парой секунд позже мир озарила яркая алая вспышка. Потом еще одна, третья, четвертая... Я меленько задрожала, попыталась поднять голову, чтобы оглядеться, но не смогла - зелье, подмешанное герцогом, напрочь лишило сил.

       Зато я видела идеально чистый каменный пол с бороздками замысловатого рисунка. Сам рисунок сильно напоминал тот, который вычерчивали друзья Райлена, когда отправляли нас в путешествие по мирам.

       Рэйс решительно двинулся вперед, и серый камень сменился белым мрамором. Воздух посвежел, словно вышли из крошечной комнаты в большой, просторный зал. Герцогские сапоги уверенно топтали мрамор, и замерли лишь тогда, когда оборвался вой.

       Пульсирующий алый свет тоже исчез, уступив место обычному, белому.

       И тут прозвучало изумленное:

       - Рэйслин? Рэйслин из рода Даоров?

       - А вы ждали кого-то другого? - усмехнулся маг.

       Собеседник ответить не успел - в разговор вмешался еще один голос. Далекий, по-стариковски скрипучий.

       - Рэйс?! Какого... - человек осекся. - Что это у тебя?

       В следующее мгновение меня попытались поставить на пол. Безрезультатно. Тело не слушалось, колени подгибались. И если совсем недавно я была несказанно рада, что "сыворотка правды" действует на меня иначе, чем нужно, то теперь стало жутко.

       - М-да... - протянул герцог и легко подхватил на руки.

       Я восторга не испытала, но так несомненно лучше, чем висеть у него на плече.

       - Это госпожа Соули, - объявил Рэйс.

       - Ух! - выдохнул кто-то а, я... я, наконец, смогла увидеть, что творится вокруг.

       О Богиня...

       Огромный зал, выполненный в светлых тонах. Высокие, но узкие словно замковые бойницы, окна. Сводчатый полоток. Замысловатые люстры и светильники на стенах. В целом - красота необычайная, только восхититься ей сложно, потому что стоим в толпе мужчин, под прицелом десятков удивленных взглядов.

       - Госпожа Соули? - переспросил скрипучий голос, и я повернула голову, чтобы увидеть незамеченную прежде лестницу. Огромную, мраморную, явно парадную.

       Говоривший стоял примерно посередине. И хотя нас разделяло шагов пятьдесят, я сразу его узнала - глава Ордена, архимаг Центрус. Только он носит настолько длинные волосы и заплетает бороду в косу, на старинный манер. И только его фотографические портреты печатают в газетах столь же часто, как портреты короля.

       - Именно! - отозвался мой похититель.

       Короткая пауза и архимаг расхохотался. Басистый, жизнерадостный смех прокатился по залу, эхом отразился от стен.

       - Рэйс, тебя сатир боднул? Или как?

       - Второе! - разулыбался герцог и стремительно направился к лестнице.

       Маги поспешили расступиться, пропуская титулованного коллегу. Правда, глядели в этот миг не на него... О Богиня! Надо же было так вляпаться! Первое появление в Ордене и сразу скандал! Впрочем... я не только в первый, но и в последний раз, верно? А маги - люди скрытные, абы кому о своих делах не рассказывают.

       Рэйс легко взлетел по лестнице и остановился перед Центрусом. Лицо архимага было знакомо по фотографическим портретам, но вблизи он оказался несколько иным. В частности - моложе. Никаких морщин, за исключением мелкой сеточки у глаз и уголков рта. Никаких старческих пятен, которые, как мне казалось, проступали на портретах. Да и волосы его отнюдь не седыми были, просто блондинистыми.

       Я невольно перевела взгляд на Рэйса. Герцог точно моложе Центруса. Но волосы моего похитителя блестят серебром, а морщин на порядок больше. И как такое возможно?

       - Где раздобыл такую красотку? - спросил глава Ордена. Причем никакого скрипа в голосе уже не было.

       - Даже не мечтай! - ответил Рэйс. И хотя тон был веселым, я ощутила, как напряглись его мускулы.

       Центрус тоже заметил, ухмыльнулся.

       - Я, конечно, попробую, но... эти иссиня-черные волосы, белоснежная кожа, глаза цвета сапфиров...

       - Цент! - рыкнул седовласый. Ох, как же он в этот миг Райлена напомнил.

       Архимаг выдал глумливую улыбку, спросил:

       - Так кто она тебе?

       Нет! Рэйс, умоляю, не говори!

       - Не... - герцог осекся. - Не здесь.

       В глазах архимага мелькнуло удивление, но спорить Центрус не стал.

       - Мне тоже есть о чем сообщить. Пойдем.

       Глава Ордена развернулся и с медлительностью, достойной самого дряхлого старика, потопал вверх. Рэйсу не оставалось ничего иного, как тащиться следом. Я же всерьез забеспокоилась - как бы мой новоиспеченный "родственник" не надорвался. А вот тот факт, что за нашим восхождением наблюдает немаленькая толпа, почему-то не беспокоил. Видимо, еще один побочный эффект зелья.

       Их было всего шестеро, но в кабинете архимага Центруса стало невероятно тесно. Просто гости были слишком габаритными. Все, как один, высокие, плечистые, хмурые. В представлении эти люди не нуждались - серые форменные камзолы сразу выдавали их принадлежность к королевскому полку. Равно как и звон оружия - только подчиненным короля разрешено разгуливать в таком виде, остальные жители Верилии вынуждены ограничиваться кинжалами.

       Вот только мне было глубоко плевать и на камзолы, и на перевязи с мечами, и на пояса, начиненные ножами для метания. Я изумленно таращилась на предводителя этой шестерки и никак не могла поверить. О Богиня! Неужели...

       Черные кудри до плеч, тяжелый щетинистый подбородок, пронзительно-синие глаза. Твердая поступь, уверенные движения, идеальная выправка. Неизменная привычка задирать нос и смотреть на окружающий мир с толикой подозрительности... Милан, мы никогда не были близки, но видит Богиня - я скучала. И я невероятно рада тебя видеть!

       - И по какому праву вы вторглись в резиденцию Ордена, господа? - спросил Центрус. В интонациях архимага не было недовольства, только насмешка с легким налетом усталости. Словно он этот вопрос раз в сотый задает.

       - У нас распоряжение короля! - вздернув подбородок, отрапортовал Милан. Прежде чем Центрус успел сказать хоть слово, сделал стремительный шаг вперед. На стол, поверх карты, лег лист гербовой бумаги.

       Главный маг нехотя скользнул взглядом по предъявленному документу.

       - И где сказано, что вы имеете право вламываться в мой кабинет?

       Нас окутала тишина. Странная такая... уютная, как домашние туфли. Почудилось, будто тут не пикировка происходит, а старый, всеми любимый ритуал. Ну вроде рюмки аперитива перед торжественным обедом.

       - Господин Центрус, - Милан был спокоен, но поджимал губы в неудовольствии, - вот только не надо рассказывать, про ваше "внутреннее дело". Я уже сыт этими байками.

       Глава Ордена закатил глаза, перебил:

       - Капитан, как же ты мне надоел! Всякий раз, стоит только случиться какой-нибудь мелочи...

       - Вы надоели мне не меньше, - ровно парировал Милан.

       - Я? - возмутился Центрус. - Я в твои дела не суюсь!

       - Вы мешаете оказывать помощь. - Милан сощурил глаза, и точно пародируя интонации мага, добавил: - Всякий раз.

       - Наглец! - беззлобно огрызнулся Центрус. А потом повернулся ко мне и начал жаловаться: - Этот офицер совершенно несносен. Он просто отказывается понимать слово "нет". Раньше к нам разных подсылали, теперь только этого. Ужас, а не человек!

       Милан все это время глядел исключительно на Центруса, и опять поджимал губы, только на сей раз прятал не раздражение, а улыбку. Ну да, меня эта жалоба тоже забавляла, как и самого архимага. О Богиня! Видимо, права была мамулечка, когда говорила, что мужчины - те же мальчишки, только у них игрушки повесомее.

       А Центрус не унимался:

       - Я ему всегда говорю - Милан, не лезь! Без тебя, головореза, разберемся! Думаешь, слушает? Нет! Медом ему намазано что ли...

       - Я просто выполняю свои обязанности, - встрял объект обсуждения. Он по-прежнему таранил взглядом архимага, а я... я даже пискнуть боялась - вдруг исчезнет? Развеется, как мираж?

       - Обязанности! - передразнил Центрус. - Жениться тебе надо, капитан. Жениться! Тогда и поймешь, что такое настоящие обязанности. И времени на всякие глупости, вроде излишнего служебного рвения, не останется.

       Насчет глупостей не знаю, а вот о женитьбе Милана мы давно, всем семейством мечтаем. В его двадцать пять многие по трое детей имеют, а у этого даже невесты нет.

       - Господин Центрус... - начал было тот, но его снова перебили.

       - Капитан, ты неисправим! Перед тобой такая красивая девушка сидит, а ты даже не взглянул в ее сторону.

       В другой раз я бы непременно смутилась и залилась краской, но сейчас... я была обязана это видеть!

       Лицо Милана исказила не просто кислая - наикислейшая мина! С тяжелым вздохом, явственно намекая, что совершает этот поступок исключительно ради того, чтобы Центрус отвязался, Милан повернулся ко мне. Мазнул взглядом по лицу. Отвернулся. Повернулся снова и застыл. В синих глазах читалась растерянность.

       Прошла целая вечность, прежде чем этот огромный, под стать господину Анрису, мужчина, заговорил.

       - Простите. Ваше лицо кажется знакомым. Мы встречались раньше?

       О Богиня! Ну конечно! - хотела воскликнуть я, и... не смогла. Просто в горле встал ком, к глазам подступили слезы, а губы склеила глупая, но невероятно счастливая улыбка.

       Он меня не узнал! Ну надо же! Неужели я так сильно изменилась? Мы же всего три года не виделись!

       - Так мы встречались?

       Меня хватило на исполненный щенячьей радости кивок и только.

       - Где именно? - голос брата прозвучал очень строго. Он действительно силился вспомнить... О Богиня!

       Эти слезы... они сами выпорхнули из глаз. Я ничего не могла поделать.

       - Госпожа Соули, что с вами? Вам плохо?

       Не знаю, кто это спросил. Может быть Центрус, может быть Рэйс... Неважно, смысл в другом... Лицо брата вытянулось, рот приоткрылся, а глаза... я настолько большие глаза только на иллюстрациях к детским сказкам видела.

       - Соули? Это действительно ты?

       В этот раз слабость, вызванная зельем, не помешала. Я встала, пошатываясь обогнула невероятных размеров стол, и с громким всхлипом бросилась на шею к такому родному, пусть и далекому мужчине.

       - Милан!

       Обнял, подхватил, закружил. И от этого так хорошо, так тепло стало.

       - Ты как здесь оказалась, сестричка?

       - У... - единственное, что смогла ответить.

       О Богиня! Спасибо тебе! Огромное-преогромное!

       Брат отстранился, окинул очень внимательным взглядом. Сказал, согревая улыбкой:

       - Выросла. И похорошела невероятно!

       Я все-таки смутилась. Опустила ресницы и покраснела до кончиков ногтей.

       - Но что ты делаешь здесь? С этими двумя...

       Милан резко напрягся, а в следующий миг я оказалась задвинута за широченную спину. Едва уловимый, непонятный жест, и я уже в пяти шагах и от брата, и от магов. И все бы хорошо, но трое мужчин в серых форменных камзолах взяли в кольцо, а Милан уперся кулаками в столешницу и прорычал:

       - Извращенцы!

       - Что?.. - вторя моим мыслям, выдохнул герцог.

       - Уроды!

       - Э... - Я плохо видела Центруса, но заметила - архимаг выглядит так, словно его лопатой по голове ударили. Причем внезапно.

       - Свиньи! - рявкнул брат. А потом как заорет: - Разве не видите, она еще ребенок!

       Хм... так сам же минуту назад сказал, что я выросла.

       - Да я вас в драконье дерьмо закатаю! - не унимался Милан. - На портянки порву! Кастрирую!

       Маги удивленно переглянулись. Мне переглядываться было не с кем, так что я недоумевала в одиночестве. Мама дорогая, что происходит? По какому поводу бешенство и столь... странные обещания?

       Несколько секунд заполненных лишь грозным сапом брата... и мир взорвался.

       Рэйс хохотал, уткнувшись головой в колени. Центрус просто растекся по письменному столу. А я... я по-прежнему недоумевала. Что за бред?

       Милан на мгновение обернулся, на его лице читалась растерянность. Однако это никак не повлияло на товарищей брата. Они по-прежнему загораживали, хищно сжимали рукояти мечей, и смеяться даже не думали. Равно как и толпа магов, которая набежала на крики.

       - Капитан... - вытирая слезы, протянул Центрус, - за такие предположения и в глаз получить можно.

       - Какие предположения? - не выдержала я.

       - Что поодиночке уже не справляемся! - простонал Рэйс.

       Нет, все равно непонятно, но румянец на щеки прыгнул. Широкий такой, жгучий.

       - А что я должен был подумать? - прорычал Милан. Этот рык звучал куда спокойнее прежних. - Вы же маги! У вас же все не как у людей!

       В следующее мгновение в кабинете стало невероятно тихо. Все замерли, усиленно вглядываясь в полет бумажного журавлика. Он ворвался в распахнутую дверь, держался под самым потолком и двигался столь изящно, что мы невольно залюбовались. Даже рассерженный Милан, глядя на это чудо, успокаиваться начал.

       Идиллия длилась ровно до тех пор, пока крылатый посланник не рухнул вниз в единственном, уже знакомом намерении - клюнуть Рэйса.

       - Да что за..! - возопил герцог, и тут же прыснул. Центрус поддержал громогласным хохотом. Я тоже хихикнула.

       Птичка веселья не оценила - нападала на седовласого с куда большим рвением, нежели ее предшественница. И была гораздо удачливей, потому что даже архимаг смилостивился и принялся помогать эту самую птичку ловить.

       Ну а когда два высокопоставленных, именитых господина закончили, Милан повернулся к своим бойцам и тяжело вздохнул:

       - Ну я же говорил, что они ненормальные.

       - Это письмо от сына! - возмутился герцог. Возмущался, разумеется, не всерьез.

       Одним отточенным движением разрушил магическую печать, развернул журавлика и погрузился в чтение. Центрус в свою очередь окинул Милана долгим, хитрым взглядом и сказал:

       - Рэйс, молись Всевышнему, чтобы капитан и Райлен не поладили. Иначе тебе точно несдобровать.

       Я на миг представила как брат и Райлен работают в паре. Один, могучий, похожий на косматого медведя - держит, второй - уверенно мастерит этих злющих бумажных журавликов. Губы сами собой сложились в улыбку.

       - Кто такой Райлен? - вмиг насторожился Милан.

       - Муж... э... чина, - вовремя, но не слишком уверенно, исправился седовласый.

       У меня сердце остановилось. О Богиня!

       К счастью, брат не обратил внимания ни на странный тон, ни на паузы.

       - Ясно, что не женщина, - пробасил он. - Кто такой?

       - Сын господина Рэйса, - кивнув на седовласого, пояснил Центрус. - В смысле - Рэйслина из рода Даоров. Герцога Даорийского.

       - И штатный маг города Вайлеса по совместительству, - не без ехидства добавил Рэйс.

       Брат стремительно развернулся. Пристальный взгляд синих глаз был подобен тарану. И целилось это орудие, увы, в меня.

       - Что у тебя с ним? - спросил Милан тихо.

       Мне бы ответить что-нибудь внятное, а я... О Богиня! Может не зря я в самом сердце магического Ордена оказалась? Может тут мне какую-нибудь микстурку от скромности дадут? Или пудру волшебную - такую, из-под которой румянец не проступает?

       - Соули? - брат напоминал перетянутую тетиву - столь же прямой и напряженный.

       - Мы... мы с Райленом знакомы, - призналась я.

       - А дальше? - настаивал Милан.

       Я потупилась и закусила губу.

       - Знакомы и ничего больше.

       Повисла напряженная тишина. Я чувствовала, как злосчастный румянец переползает на шею и вообще... В голове крутилась лишь одна мысль - О Богиня! За что?

       Ну ладно перед магами из-за системы оповещения опозорилась. Маги - молчуны! А вот парни, обвешанные оружием, точно проболтаются. Я ж не абы кто - сестра командира. И, зная Милана, могу спорить на деньги - раньше он поводов для сплетен не давал. Так что эту, единственную, будут обсуждать с особой тщательностью.

       - Ты так и не научилась врать, Соули, - резюмировал Милан, снова вернулся к высокопоставленной парочке. - Значит, вы - герцог Даорийский? Интересно... А ваш сын, говорите, в Вайлесе служит? Штатным магом?

       Ух как мне этот тон не понравился. А брат продолжал:

       - Что ж, попробуем сопоставить кое-какие факты. Вы - Рэйслин из рода Даоров, не появлялись в свете последние лет... сто. Вы вообще никогда не покидаете родовой замок. Тем не менее, я нахожу вас здесь, в столице, в кабинете архимага.

       Совершенно ясно, что оказались вы тут недавно. Следовательно, тот жуткий вой, который доносился из резиденции Ордена и докатился до самого дворца, именно с вашим появлением связан. Как и алое свечение, охватившее здание. Нетрудно догадаться, что свечение и вой - реакция системы оповещения. Ваш приход - ЧП. Значит, вы явились экстренным порталом.

       Если учесть, что явились вы в компании моей сестры, становится совершенно очевидно - отправной точкой портала был Вайлес. А если вспомнить о том, что экстренный портал - средство на случай крайней опасности... и если добавить к этому журавлика с повадками убийцы... очень занятная картинка получается.

       Вы покинули Даор и приехали в Вайлес потому что ваш единственный сын и наследник что-то натворил. Это "что-то" напрямую связано с Соули. И так как Соули сейчас здесь, с вами... Вы спасаете сына от неудобной любви. Я правильно излагаю?

       Герцог выдержал паузу и лишь потом ответил:

       - Не знаю. Это же ваша версия. Вам виднее правильно излагаете или не очень.

       Скрежет зубов был слышен столь отчетливо, что я невольно вздрогнула и попыталась вмешаться. Нет, возразить было нечего, поэтому всего лишь попробовала прорваться к брату. Новоявленная охрана не пустила.

       Милан же оперся кулаками о стол, навис над герцогом опасной скалой.

       - Зная магов, могу утверждать: Соули здесь не по своей воле. Вы ее похитили, - процедил брат. - А похищение людей - преступление, господин герцог. И карается оно очень строго. Я вынужден вас арестовать.

       О Богиня! Только не это! Он же... он же... почти родственник!

       Лица брата я по-прежнему не видела, а вот физиономию герцога наблюдала во всей красе. Рэйс задрал подбородок, скривил губы в надменной ухмылке.

       - Вы не можете меня арестовать, господин капитан.

       - Это почему же? - голос Милана стал до того ласковым... что даже бойцы его отряда вздрогнули. - Закон един для всех...

       О Богиня! Что он творит? Даже я знаю - аристократы не терпят таких намеков! Не оттого, что заносчивы, просто слишком высоко ставят честь. Предположить, будто человек такого уровня, как Рэйс, попытается отвертеться, ссылаясь на титул - то же самое, что в лицо плюнуть.

       К счастью, вызова на дуэль не последовало, но в черных глазах мага вспыхнули очень недобрые огоньки.

       - Потому что госпожа Соули находится здесь по собственной воле, - прошипел он.

       Я от такой наглости слегка опешила, и даже бояться перестала. А Рэйс добил:

       - И с разрешения вашего отца!

       С этими словами он протянул Милану листок, который пару минут тому был почтовым журавликом, и лучисто улыбнулся.

       Брат колебался с секунду, после выхватил послание из рук герцога. Кабинет затопила тишина.

       - Воспитанница? - недоверчиво спросил Милан. И уже громко, возмущенно: - Соули ваша воспитанница?! С какой это стати?!

       - А почему бы нет? - пожал плечами Рэйс. - Она милая, талантливая девушка, и заслуживает большего, чем жизнь в каком-то Вайлесе. К тому же, у Соули есть дар, который следует развивать. Самостоятельно сделать этого не сможет, а подходящего специалиста в вашем городишке нет.

       - Какой еще дар? - пробасил Милан. Вот я то же самое спросить хотела. - У Соули минимальные способности к магии и ничего больше.

       - Ошибаешься, капитан, - Рэйс посерьезнел. - Соули обладает повышенной способностью к эмпатии.

       О Богиня! Кажется, Райлен тоже говорил о чем-то подобном. После того, как обратившись невидимкой, подсмотрел наш разговор с родителями.

       - Зубы мне не заговаривайте, - прорычал брат. - Этот журавлик прилетел только что! Разрешение получено постфактум! Похищение - было!

       - Ничего подобного. Просто... мы уходили в спешке, и я опрометчиво забыл разрешительную грамоту на столе в гостиной вашего поместья.

       - Ложь! - процедил Милан.

       Брови герцога взлетели на середину лба. Но Рэйс уже не злился. Я видела - в уголках его губ таится улыбка.

       - Да неужели?

       Тихий рык и Милан вновь обернулся ко мне.

       - Соули? Соули, скажи, это правда? Ты действительно пошла с ним, - кивок в сторону Рэйса, - по доброй воле?

       О Богиня! И что же ответить?

       С одной стороны, оставаться в компании герцога совершенно не хочется. Во-первых - он в самом деле похитил, во-вторых - мне обещан допрос! И хотя Рэйс сказал, что не намерен снова поить "сывороткой правды", что ждет добровольного рассказа, поводов доверять ему - нет. Но ведь у этой ситуации и оборотная сторона имеется...

       - Соули? - требовательно позвал брат.

       Я кивнула. И чтобы сомнений не было, добавила вслух:

       - Все добровольно.

       Показалось, или Милану действительно захотелось меня прибить?

       - Милан, я объясню... - пробормотала виновато. А в сердце, вопреки всему, расцвела радость. Все-таки невероятно приятно, когда за тебя готовы сражаться, невзирая на титул и положение оппонента.

       Брат сделал быстрый жест рукой и парни, которые все еще держали меня в тисках, расступились. Не могу сказать, что охрана напрягала, тем не менее, дышать стало легче.

       - Ну раз мы со всем разобрались... - подал голос Центрус. - Господа из особого отдела могут быть свободны.

       - Нет, - командир отряда вновь оперся кулаками о стол. Только теперь он не герцога взглядом буравил, а главу Ордена.

       Архимаг скривился.

       - Я уже говорил, что ты невыносим?

       - Господин Центрус, - в голосе Милана звучала неприкрытая угроза. Что-то подсказывало - проиграв первую стычку, он ни за что не уступит во второй. - Я бы попросил... выбирать выражения. Я все-таки офицер королевского полка.

       - Ты вломился в мой кабинет как грабитель, - лениво парировал блондин. Он бросил хмурый взгляд на магов, столпившихся у порога, на парней в форменных камзолах, и вновь вернулся к Милану. - Ладно, уговорил. Но информация слишком... специфична. Вели своим подождать за дверью.

       Брат коротко кивнул и дал знак бойцам. Те ретировались бесшумно, как тени. Подчиненным Центруса пришлось отскочить, освобождая выход, так что когда дверь сама собой захлопнулась, нос никому не прищемило.

       - Садитесь, - велел архимаг. Вывел в воздухе сложный символ, и рядом с моим, все еще пустующим креслом, появилось второе. Я безмолвно ахнула.

       О Богиня! Это что? Это как? Я даже не слыхала о такой магии...

       - Госпожа Соули, - позвал Центрус строго. Он совсем посерьезнел, даже намека на былую бесшабашность не осталось. - Вы задерживаете.

       Пришлось захлопнуть рот и отложить удивление на потом. Правда на свое место вернулась явно медленней, чем хотелось собравшимся - ноги все еще подгибались.

       Едва мы расселись, глава Ордена водрузил локти на стол и тяжело вздохнул.

       - Ладно, - пробормотал он. Обращался к Милану. - Скажу, хотя, как вы уже поняли, привлекать к этому делу светские власти не планировал.

       - Господин Центрус. Сколько можно? Мы же уже не раз обсуждали эти моменты. Вы не хуже моего знаете, что неприятности, которые вы считаете внутренними, могут сказаться не только на магах, но и на мирном населении. Если ли бы ни это, мы бы и пальцем не шевельнули.

       Архимаг неприятно усмехнулся, но спорить не стал.

       - Что вы знаете о текущей ситуации, капитан?

       - По слухам, в Ордене появился отступник.

       - Верно. И сейчас мы усиленно пытаемся определить его мотивы и вычислить, куда он направился, где скрылся. Мы разослали ориентировки штатным магам всех городов и гарнизонов, но нам бы не хотелось привлекать стражу и патрули.

       Заявление блондина Милану явно не понравилось.

       - Почему? В плане обнаружения преступников, патрули куда эффективнее штатных магов.

       - Этот... хм... отступник, обладает очень опасными знаниями. Еще - он вооружен. Обезвредить и задержать его могут только маги. Патрулю точно не справиться.

       Я не сразу сообразила, что впиваюсь ногтями в подлокотники кресла. Лишь когда герцог по руке похлопал. Он вроде бы успокаивал, но мне не полегчало.

       - Уверен, - продолжал Центрус, - наш... хм... отступник не станет нападать на мирное население. Но он непременно ответит на агрессию. Собственно, первая причина по которой я не хочу привлекать вас к этой операции - вы точно не справитесь, и обязательно спровоцируете бойню.

       Милан покачал головой.

       - Арбалетный болт в горло, и ваш отступник совершенно безопасен.

       О Богиня! Мне послышалось?!

       - Нам бы не хотелось его убивать, - сказал Центрус тихо. - Да и вам, капитан, вряд ли захочется.

       - То есть?

       Вместо ответа, архимаг уставился на меня. Душа похолодела, сердце споткнулось.

       - А вы везучая, госпожа Соули. Вы оказались в нужное время, в нужном месте, и в нужной компании, - Центрус кивнул на безмолвного Рэйса. - И так ошарашили своим появлением и статусом, что я отмел возникшие подозрения. Я решил, что еще одно совпадение невозможно. Тем не менее, вы принадлежите к роду Астир, так же как и Милан...

       - Это упрек? - пробормотала я.

       - Ну а вы как думаете? - ответная улыбка архимага была не слишком приятной.

       Я потупилась.

       Да, все верно. По совести, мне следовало предупредить, что знакома с преступником, которого обсуждают в моем присутствии. Я повела себя некрасиво, даже неприлично. Но я не жалею.

       - Господин капитан, - продолжал Центрус, - вы должны понимать, этот разговор состоялся лишь потому, что ваша сестричка уже все выведала. Если ли б не она, я бы отказал, несмотря на распоряжение короля. Потому что вторая причина, по которой я не хочу привлекать ваше подразделение к поимке отступника, заключается в том, что...

       - Линар, - глухо выдохнул брат. Он был бледен, черты лица заострились.

       - Да, именно так, - пробормотал архимаг. - Мы именно Линара ищем.

       Теперь на меня смотрели все, только взгляды очень разными были. В глазах Рэйса застыло любопытство, Центрус демонстрировал укор, а Милан глядел с недоумением.

       - Соули, почему он так поступил? - спросил такой далекий, но такой родной мужчина.

       - Не знаю.

       В наступившей тишине мне стало до того неуютно, что захотелось вскочить и убежать. Просто... я вдруг почувствовала себя очень виноватой. Может быть, если бы я не сдалась тогда, если бы докопалась до правды, выяснила у Линара причину его обиды, все бы сложилось иначе?

       - Почему вы говорите, что вторая причина во мне? - голос Милана звучал глухо. - Сомневаетесь в моем профессионализме?

       - Нет. Просто не хочу ставить тебя перед столь неприятным выбором. Ты может и несносный, но единственный в вашей конторке, с кем можно работать.

       - Надо же, - горько усмехнулся брат. - Польщен.

       И опять тишина, на сей раз зловещая. А оборвал ее не кто иной, как герцог.

       - Ладно, мы с Соули эту историю уже слышали, поэтому мы пойдем.

       Рэйс поднялся, отвесил легкий поклон блондинистому коллеге и столь же небрежно попрощался с Миланом. Я вставать не торопилась...

       - Иди, - шепнул брат. И добавил, обращаясь уже к Рэйсу: - Вы, как понимаю, в резиденции рода Даор остановитесь? Я буду навещать. Часто навещать!

       - Ну разумеется, - ответил герцог. - Даже не сомневаюсь...

       Помнится, два года назад наш досточтимый мэр ездил в столицу по делам. И дочку свою - госпожу Вайю - брал. Ох, столько же было восторгов! Визгов, вздохов, эпитетов! Даже один счастливый обморок случился.

       Белокурая Вайя неустанно нахваливала площади, восхищалась фонтанами и дворцами. Сорокой трещала о нарядах столичных дам, о выправке королевских гвардейцев, о мощеных голубоватым камнем улицах, о ярких витринах...

       В свете этих рассказов, родной Вайлес казался в лучшем случае выгребной ямой. И хотя не слишком жалую наше захолустье, даже мне становилось обидно.

       Может поэтому, очутившись за порогом резиденции Ордена, я никаких особых чувств не испытала? Ну кроме страха...

       Огромные, просто жуткие толпы людей - и это несмотря на вечер! Тьма-тьмущая колясок, повозок, всадников! Шум, гам, гвалт! И рябь в глазах, потому что витрин и вывесок, раскрашенных магическими огнями, слишком много.

       Хорошо коляска подкатила почти сразу, иначе я бы точно мигрень заработала.

       - Привыкай, - сказал Рэйс, помогая одолеть три узкие ступеньки и устроиться на обитом кожей диванчике. - И не забивай свою прелестную головку глупостями.

       Он уселся рядом, коляска тотчас тронулась.

       - Вы считаете, что ситуация с Линаром - глупость? - неверяще, переспросила я.

       - Эта проблема тебе не по зубам, Соули. Поэтому прошу - не лезь. И не паникуй раньше времени. Поверь, Центрус не из тех, кто казнит неглядя.

       В словах Рэйса было разумное зерно, но все равно обидно стало. Я даже отодвинулась.

       - Кстати, спасибо, что поддержала легенду, - продолжал седовласый. - Но если ты сделала это ради того, чтобы быть поближе к Ордену и расследованию, то спешу разочаровать. Я ни слова о Линаре не скажу.

       - Почему? - спросила прежде чем подумала.

       Тут же заработала укоризненный взгляд и притворно-грустное:

       - Значит, все-таки из-за него? А не было б Линара, ты бы меня разоблачила?

       Нет. Причин сохранить похищение в тайне более чем достаточно. Одна только угроза публичного скандала чего стоит! Но вслух сказала о другом:

       - Услуга за услугу.

       - Не понял.

       - Вы не стали рассказывать о моем якобы замужестве, а я поддержала вашу легенду. Все по-честному.

       Мгновение и герцог залился хохотом. Звонким таким, задиристым.

       - Что? - стиснув зубы, спросила я.

       - Соули... ты действительно думала, что я расскажу Милану или Центрусу про ваш с Раем брак?

       Но вы так радовались, когда узнали! - хотела воскликнуть я. Не успела. Одумалась и покраснела жутко. О Богиня! Как я могла помыслить о таком? Кто Райлен и кто я? Герцог своего наследника для другой готовил... как ее? Графиня Ларре?

       - Нет, дорогая, интриги - это не твое, - заключил Рэйс.

       Смущение сменилось обидой. Я ведь не пыталась интриговать. Ну разве что чуть-чуть... Просто иначе с герцогом явно не получится, нужно привыкать к недомолвкам и прочим хитростям.

       - Мне очень хотелось похвастаться вашей свадьбой, милая, - приобняв за плечи, шепнул Рэйс. - Но я не мог. Иначе мне бы пришлось рассказывать про прогулку в седьмой мир. И хотя мы с Центрусом давние, и довольно близкие друзья, он бы непременно начал расследование. Видишь ли, не каждый день маги путем контрабандистов ходят.

       О Богиня! Только этого не хватало...

       - И к чему бы такое разбирательство привело? - голос моего похитителя совсем тихим сделался.

       - К чему? - я тоже шептала.

       Рэйс одарил лучистой улыбкой, а до меня с запозданием дошло - герцог на предстоящий допрос намекает. Вернее, на его продолжение. В этот миг я действительно пожалела, что не ушла с Миланом. Впрочем... в плане допросов, брат может пострашней владыки Даора оказаться.

       - Как вам удалось получить согласие отца? - стараясь свернуть на другую, более безопасную тему, спросила я.

       - Не мне. Райлену.

       Я закусила губу, но сдержать улыбку не сумела. Не знаю почему, но едва представила, как наш штатный маг сообщает господину Анрису, что его дочь похищена герцогом Даорийским, так весело стало.

       - Рай написал, что господин Анрис грозится оторвать мне я... э... в общем, твой отец очень зол, - заговорчески шепнул Рэйс.

       - Кто бы сомневался.

       - Но обещание господина Анриса - мелочь, - продолжал седовласый. - По крайней мере, на фоне того, чем грозит Рай.

       Наверное, все дело в "сыворотке правды". Точнее - в неправильной реакции моего организма на эту дрянь. Иначе с чего мне так улыбаться? Ведь ситуация совсем не смешная!

       - Что было в том письме? - тихо спросила я. Все еще пыталась придать лицу серьезное выражение, но тщетно.

       - О!.. - герцог откинулся на спинку диванчика, улыбка стала запредельной. - Знаешь, Соули, я бы сказал... но ты вряд ли поймешь.

       А схлопотав полный возмущения взгляд, добавил загадочное:

       - Даже для меня эти позы сложноваты.

       Несмотря на нежелание Рэйса выдавать подробности, я все-таки решила настоять. Жаль не успела. Коляска подкатила к ухоженному трехэтажному особняку и остановилась.

       - Резиденция рода Даор, - объявил герцог и, с легкостью достойной юнца, выбрался из экипажа, а я... Я вдруг растерялась.

       Только теперь поняла, что все всерьез. Что мне в самом деле предстоит жить в доме рода Даор и изображать из себя воспитанницу седовласого интригана. И какие сплетни поползут, догадалась. О Богиня... Во что же я вляпалась?

       - Соули! - нетерпеливо позвал Рэйс.

       Пришлось очнуться, подобрать юбки и присоединиться к герцогу. Тот галантно подставил локоть, я тут же уцепилась и спросила:

       - А Райлен? Когда он все-таки приедет?

       - Раю понадобится пара недель на устранение последствий грозы, еще неделька на восстановление кладбища, а потом...

       - Что потом? - мне совсем дурно сделалось.

       - У... - и снова запредельная улыбка, а взгляд хитрый-хитрый. - Райлен у нас где? На службе. Вот пока со службы не отпустят, будет сидеть в Вайлесе.

       - Как?

       - А каждую внеплановую отставку рассматривает лично Центрус, - продолжал нагнетать седовласый. - И я не уверен, что архимаг захочет удовлетворить просьбу этого пройдохи.

       Я не сдержалась.

       - Да как вам не стыдно!

       - Дело не во мне, - перебил собеседник. - Я на решение Центруса влиять не собираюсь. Он, вероятнее всего, сам поквитаться захочет.

       Мне оставалось только ресницами хлопать. Нет, не понимаю.

       - Видишь ли, Соули... Цент - человек занятой. У него нет возможности следить за кадровыми назначениями в города вроде твоего Вайлеса. К тому же, до недавних пор, отдел подбора столь явных глупостей не делал, причин проверять и не доверять, не было. Но случай с назначением Райлена - вопиющий. Магу такого уровня нечего делать на юге. Поэтому Цент обязательно проведет расследование. И поверь, узнав о взятке, он не порадуется.

       М-да... Райлен, кажется, перемудрил. Хотя не уверена, что брюнет не учел такой поворот...

       Увлекшись разговором, даже не заметила, как взошли по широким каменным ступеням и оказались нос к носу с тощим, одетым в форменный синий камзол дворецким.

       - Ваша светлость, - слуга учтиво поклонился.

       - Верс, - сдержанно поздоровался седовласый.

       Я же опять удивилась. Если верить Милану, Рэйс в столице не бывает. Откуда же он знает дворецкого?

       Удивление усилилось, когда в холл высыпала прислуга. Мама дорогая! Зачем держать столько людей в доме, где никто не живет?

       - Добрый вечер! - воскликнул Рэйс. - Позвольте представить вам госпожу Соули.

       Я едва сдержалась от неуместного реверанса. Просто... голос властителя Даора звучал столь торжественно, будто не с челядью, а с палатой Парламента здоровается. Да и сами слуги мало от аристократов отличались - прямые, строгие, надменные.

       - Соули - моя воспитанница. Прошу отнестись к ней с должным вниманием и уважением, - продолжал седовласый. - И учтите, что от мнения госпожи Соули может зависеть... многое.

       О Богиня...

       Я невольно покраснела, зато прислуга осталась невозмутима, как перекормленный дракон. Более того - обитатели особняка, в отличие от того же Центруса, совсем не удивились. Словно Рэйс пять раз на дню новых воспитанниц приводит.

       - Вопросы? - заломив бровь, осведомился герцог.

       Вопрос был только один и принадлежал он дворецкому.

       - В какие покои селить... госпожу?

       - Пожалуй, в сиреневые, - выдержав задумчивую паузу, ответил Рэйс. - И распорядись, чтобы подали выпить.

       С этими словами меня подхватили под локоток, и повели вглубь дома. И все бы ничего, но прощальные взгляды прислуги... О Богиня! Люди герцога смотрели так, словно Рэйс сказал нечто дикое.

       - То есть, тот факт, что у вас появилась воспитанница, их не удивил, а цвет покоев...

       - Соули, не загоняйся, - отозвался мой похититель. - Это всего лишь слуги.

       Я поморщилась. Просто вспомнился отец - он на дух не переносит магический сленг. Линару, когда приезжал на каникулы, часто за подобные словечки влетало. Но делать замечание герцогу, конечно, не осмелилась.

       - Сложно не обращать внимания на такие вещи.

       - Да неужели? - он изумился слишком громко, слишком "искренне". А не дождавшись ответной реплики посерьезнел, добавил почти шепотом: - Соули, ты - будущая герцогиня Даорийская, тебя эта возня не касается.

       О Богиня! Лучше бы он смолчал! Лучше бы оставил меня наедине с сомнениями и страхами!

       - И не красней. Впрочем... тебе идет румянец.

       После такого заявления покраснела еще гуще и едва не споткнулась о порожек - мы как раз входили в малую гостиную. Взгляду предстал интерьер в темных тонах. Добротные кресла с кожаной обивкой, ковер тончайшей работы, тяжелые напольные светильники, массивный барный шкаф...

       - Присаживайся, - герцог указал на одно из кресел, сам поспешил к узкому письменному столу.

       Скрип пера отрезвил. Я очень пристально следила, как Рэйс пачкает бумагу и, вопреки всему, сильно забавлялась выражением его лица. Не человек - воплощенное ехидство!

       Когда послание обернулось почтовым журавликом, их светлость зажмурились и начали выводить сложные пассы. Пространство заискрилось. Вскоре, перед Рэйсом возник мерцающий белый круг, размером с блюдечко. Журавлик взмахнул крыльями и резво в этом свечении скрылся. Круг в тот же миг погас.

       - Портал? - неверяще переспросила я.

       Мне подарили снисходительную улыбку.

       О Богиня! Рэйс и Райлен - точно сумасшедшие. Создание любого, даже малюсенького, портала требует колоссальных сил.

       - Поверь, оно того стоит, - угадал мои мысли Рэйс. - Тем более, другого способа связаться с Вайлесом быстро, все равно нет.

       Да уж. Обычное письмо будет идти полторы недели как минимум.

       - А мне журавлика отправить можно? - понимаю, что нагло просить о портале, но родителям будет куда спокойней, если к заверениям Райлена добавится письмо, написанное моей рукой.

       - Завтра, - сказал седовласый.

       В следующее мгновение дверь отворилась, в гостиную вошел слуга - он держал поднос с парой бокалов и пузатой, запечатанной бутылкой. Следом еще один - этот катил уставленную закусками тележку.

       Рэйс одобрительно улыбнулся, мне же снова вспомнились слова Милана о том, что ехидная светлость в столице не бывает. Тем не менее, прислуге его вкусы явно известны. Неужели хозяин настолько строг, что его предпочтения помнят с последнего визита?

       - Я думал, после аспирантуры Райлен будет служить в столице, - заметив мое недоумение, пояснил Рэйс. - Велел привести дом в порядок и прислал сюда слуг из родового замка.

       - Понятно... - пробормотала я.

       С сомнением приняла наполненный до краев бокал. Тот факт, что бутылку откупорили на моих глазах, дарил надежду, что на сей раз действительно без "сыворотки правды" обойдемся. Впрочем, с зельем или без, врать герцогу не намерена...

       - Так-так-так... - зловеще протянула тетушка. - Так-так-так...

       Тут же вспомнилось первое появление Тьяны. В ту ночь она таким же тоном говорила, и закончилось все плохо. Вернее - ужасно.

       - Что? - робко поинтересовалась я. Знаю - отпираться без толку, но вдруг?

       - Ничего, - процедила гостья. А потом как заорет: - Где ребенок?!

       Я потупилась и закусила губу. Смотреть в глаза призраку сил не было.

       - Соули! Отвечай немедленно!

       Глупо, конечно, но мне вдруг так стыдно стало.

       - Я и Райлен... мы... у нас...

       - Ну! - взревела тетка.

       - Между нами ничего не было, - сказала тихо-тихо. И голову в плечи втянула - так, на всякий случай.

       Ответом стал громкий сап и пугающе ласковое:

       - Уверена?

       - Да.

       Сказала и приготовилась к порке. Тетушка не из тех, кто легко переносит обман. При жизни за малейшую ложь уши драла. Даже нашему отцу, который не многим младше сестры, доставалось. А тут мы не просто обманули - полной дурой выставили.

       - Но я же видела слияние ваших аур, - настаивала Тьяна. - И постель. Она была разворочена!

       - Не было ничего, - сглотнув, повторила я. - Не было.

       Спальню затопила очень неуютная тишина, а потом тетушка сказала:

       - Молодец, Соули. Так ему и надо.

       - Кому "ему"? - глупый вопрос, но все-таки.

       - Магу твоему пронырливому, - охотно пояснила Тьяна.

       Я тихонечко выдохнула. О Богиня! Какое счастье! Обошлось!

       - Но ситуации это не меняет, - добавила призрачная гостья. - Знакомство с родом Даор все равно состоится. Так что будь добра подготовиться.

       - В смысле?

       - Беременность, Соули.

       Я подарила собеседнице недоуменный взгляд - он-то и стал последней каплей. Терпение тетушки лопнуло.

       - Чтобы через три дня на двухнедельном сроке была, ясно?! - закричала Тьяна. - И только попробуй не выполнить! Лично, вот этими самыми руками, задушу!

       - Но...

       - Никаких "но"! Беременность в две недели и точка! Я из-за вас позориться не намерена! Тем более перед Рупертом!

       О Богиня...

       Ясно, что похитив из родного дома, герцог был обязан озадачиться вопросом одежды. Но тот факт, что он даже не поинтересовался, согласна ли я принять платья, покоробил. Поэтому к завтраку вышла в своем, старом. И тут же услышала:

       - Милая, тебе что-то не понравилось? Другого портного вызвать?

       Вопрос обезоружил, а тон, которым он был задан, добил. Столько искренности, столько неподдельного беспокойства. О Богиня!

       Я осторожно примостилась на краешек стула, окинула взглядом столовую - столь же мрачная, как малая гостиная. В интерьере заметен мужской вкус и некий... холостяцкий шарм. Думаю, останься Райлен служить в столице, он бы чувствовал себя в этом доме очень комфортно. А вот госпожа Ларре...

       - Рэйс, могу я попросить другую горничную? - спросила, едва лакей, прислуживавший за столом, отошел.

       Герцог заломил бровь, уставился вопросительно. Я же с пояснениями не спешила, зато краснела вовсю. Жаль, не от смущения.

       - А чем не угодила эта? - вопрос сопровождался хитрым прищуром.

       - Проблемы с памятью, - сама не ожидала что скажу такое. - Ранний склероз.

       Лицо властителя Даора слегка вытянулось. Он отставил чашку, наполненную незнакомым ароматным напитком, спросил:

       - А поподробней можно?

       Она забыла, что Райлен разорвал помолвку! - едва не выпалила я. От позора спасла прокушенная губа и сжатые до боли кулаки.

       - Нет, поподробней нельзя.

       Рэйс хмыкнул, окинул хитрющим взглядом и приступил к завтраку. Я тоже вилку схватила, проковыряла некрасивую дыру в омлете и чуть не подавилась, услышав:

       - А как насчет переезда в другие покои?

       Если честно, обсуждать этот вопрос не хотелось. Еще вчера, проваливаясь в сон, решила, что возмущаться и предъявлять претензии не стану. Не знаю, зачем Рэйс отправил в комнаты, которые готовили для госпожи Ларре, но переселяться не намерена. Не сейчас.

       - Не стоит. Мне очень нравится сиреневый цвет, - бодро соврала я. И лишь вернувшись к омлету, позволила себе чуточку покраснеть.

       Кажется, мой новый почти родственник хотел спросить о чем-то еще, но не успел. В столовую вошел прямой, как палка, дворецкий.

       - Господин Рэйслин, вы просили доставить газеты.

       Спустя мгновение на белоснежную скатерть легла стопка типографских листков. Глаза герцога сверкнули нездоровым весельем, а я напряглась. Что еще?

       - Светская хроника, - пояснил седовласый и, словно невзначай, всю эту стопку ко мне подвинул.

       В Вайлесе газета всего одна - впрочем, больше нашему городку и не нужно. Тут мне предложили, по меньшей мере, дюжину. Долго сомневалась какую выбрать, в итоге взяла верхнюю и, пролистав до колонки светской хроники, чуть со стула не упала.

       О Богиня!

       Половину газетной страницы занимал фотографический портрет. Мой портрет! И мало что цветной, так еще и свежий. Всего полгода тому, сразу после праздника Осени, сделанный!

       - Откуда?! - ошарашено воскликнула я.

       - Ловкость рук, толика смекалки и чуть-чуть удачи, - отозвался Рэйс.

       Герцог был невероятно доволен. Не газетой - собой. Я же смотрела во все глаза, потому что напротив сидел первый (и, вероятнее всего, единственный) представитель высший аристократии, который действительно гордился столь недостойным поступком, как кража!

       Хотя... не единственный. Есть еще один - столь же черноглазый, но, в отличие от папочки, брюнет!

       - Рэйс, вы совершенно несносны.

       - Да ладно, - властитель Даора подмигнул и, кивнув на газету, добавил: - Читай.

       Заголовок был более-менее нейтральным - "Воспитанница герцога", а вот дальше... дальше шла полная импровизация.

       "Как стало известно нашей газете, - писал журналист, скрытый под псевдонимом Викс Сиятельный, - один из самых загадочных и влиятельных аристократов королевства, решил обзавестись воспитанницей. Портрет сей милой девушки вы, дорогие читатели, можете лицезреть выше.

       Кто она? Поверьте, наша редакция делает все, чтобы установить личность незнакомки. В настоящий момент ясно лишь одно - девушка обладает выдающимися талантами в области магии. Помимо удивительной красоты, разумеется.

       И хотя делать выводы рано, но интуиция шепчет - перед нами портрет будущей хозяйки Даора."

       - Ну как? - осведомился герцог.

       Я пожала плечами. Статья вызвала смешанные чувства. С одной стороны - приятно, что назвали красавицей, с другой - обидно, что напомнили про отсутствие магических способностей, а с третьей...

       - Глупый намек, - пробормотала я.

       Рэйс перегнулся через стол, отобрал газету.

       - Зато правдивый, - пробежавшись глазами по тексту, хмыкнул он.

       - Но ведь люди могут подумать...

       Меня одарили лучезарной улыбкой и радостным:

       - Привыкай!

       - Рэйс, вы не поняли! Они намекают, что между мной и вами...

       И снова улыбка, на сей раз снисходительная.

       М-да... странное ощущение. Кажется, за восемнадцать лет жизни в маленьком городке, где сплетни - единственное развлечение, должна была привыкнуть. Ан нет, все равно удивляюсь. Особенно, собственному спокойствию.

       - Райлену это не понравится, - возвращаясь к омлету, сказала я.

       Седовласый ответил еще одной улыбкой. Нехорошей - слишком загадочной. А после заявил:

       - Сегодня у тебя свободный день. Можешь заниматься чем вздумается, только на улицу выходить не советую.

       - Почему? - удивилась я. И тяжело вздохнула, когда герцог стукнул пальцем по фотографическому портрету.

       - Жители столицы не менее любопытны, чем жители Вайлеса. А ты, на ближайшие пару недель, сплетня номер один.

       О, да... именно этого мне и не хватало!

       - Маг по имени Райлен, который с недавних пор известен в вашем мире, как Отчаянный, заказал создание нелегального междумирного портала. Ситуация не самая обычная, но довольно распространенная.

       Все шло нормально ровно до тех пор, пока ваши контрабандисты не увидели его спутницу, госпожу Соули.

       Знакомство с моей воспитанницей заставило нелегалов обратиться к вожаку стаи, выдав тем самым и свой род занятий, и свое инкогнито. Для теневого сообщества поступок очень жесткий. Он возможен лишь в случае крайней, вернее - наикрайнейшей необходимости. Вывод? Он прост. Госпожа Соули невероятно ценна для вашего народа. Настолько ценна, что преступники согласились рискнуть жизнями. Ведь в вашем мире нарушение законов, а точнее - приказов вожака, карается смертью. Так?

       - Допустим, - нехотя согласился господин Осток. Залпом выпил содержимое нетронутого ранее бокала.

       Ревуш был сдержанней - опорожнил половину, но Рэйсу все равно пришлось прерваться.

       Герцог что-то шепнул, начертал в воздухе простенький символ. Через мгновение в кабинете появился лакей. Не произнося ни звука, наполнил бокал Остока, освежил бокалы Ревуша и самого герцога. Я, сжимающая чашечку с чаем, осталась не у дел.

       Едва слуга исчез, седовласый глубоко вздохнул и продолжил:

       - Но все куда сложней, чем может показаться на первый взгляд.

       Насколько мне известно, портал находился на территории стаи Вольных и контрабандисты обратились к Белому. Отношение Белого к стае Кровавых... - герцог заметно поморщился, - оно известно далеко за пределами седьмого мира. Но! Что мы видим? Белый-таки призвал Кровавых и более того... он позволил учинить на своей территории еще одно преступление.

       Вы цените свободу больше чем что бы то ни было. Брак по любви - нерушимая традиция вашего мира. Выбор, сделанный самкой - единственно верный, и вы никогда не принуждаете женщин. Вот только с Соули решили поступить иначе. Стоит ли задавать вопрос "почему"?

       Оборотни промолчали. Я, разумеется, тоже. А властитель Даора не выдержал, поднялся. Он сделал несколько шагов, вновь пригубил из бокала и выпалил:

       - Она слишком ценна. - Слово "слишком" Рэйс подчеркнул. - Настолько ценна, что на нарушение закона согласились не только Вольные, но и Кровавые. То есть те, кто эти самые законы создал. И хотя Кровавые давно утратили позиции главенствующей стаи, они по-прежнему являются гарантом. На них оглядываются, на них ровняются, им доверяют. Заявив права на Соули, Кровавые покусились на самое ценное - свободу. Такой поступок могли простить многим, но не им. Именно поэтому... поднялся бунт.

       Какой еще бунт? - хотела выпалить я, но вовремя прикусила язык. Нет, вмешиваться в мужские разговоры точно не стоит.

       - Допустим, ты прав, - сказал Ревуш. - Допустим, появление госпожи Соули и впрямь спровоцировало... хм... некоторые проблемы. Но это наши проблемы, Рэйс. К твоему миру, герцогству, Ордену, они не относятся.

       - А к моей воспитаннице? - спросил Рэйс, вновь усаживаясь в кресло.

       Ревуш заметно скривился, Осток громко фыркнул. И именно Осток ответил:

       - Госпожу Соули никто не тронет. Ее человеческую семью - тоже.

       - Почему я должен вам верить?

       - Это решение Большого Совета. Что бывает за нарушение таких приказов, ты знаешь.

       - Знаю, - седовласый кивнул, - но в то, что Кровавые подчинятся, не верю.

       Остока передернуло так, словно речь не о какой-то там стае, а лично о нем.

       - Рэйс! - с укором воскликнул "правый".

       Герцог и ухом не повел.

       - Мне нужны настоящие гарантии, - уверенно заявил он. - И чем раньше, тем лучше. В противном случае, я буду вынужден принять меры.

       - И что же ты сделаешь? - прошипел Осток.

       Губы седовласого растянулись в невероятной улыбке. Герцог расслаблено откинулся на спинку кресла и заявил:

       - Господа! Вы не первый день в нашем мире. Вы скрупулезно собираете информацию обо всем, что происходит в Верилии. И вам отлично известно: пустые угрозы - не мой профиль.

       Клыкастые гости зарычали, а я... я окончательно запуталась. Что происходит?!

       - Мы подумаем, - процедил Ревуш. Стремительно поднялся.

       Осток тоже вскочил, окинул герцога убийственным взглядом. Второй взгляд, куда более жуткий, полетел в меня. Попрощаться оборотни забыли...

       О Богиня! Я опять влипла, да?

       Завтрак, вопреки опасениям, прошел нормально. Только есть пришлось быстрей, чем поднятому по тревоге кадету. А вот едва чашка с чаем опустела, началось...

       Герцог самолично накинул на плечи плащ из тонкого темного сукна, надвинул на глаза капюшон и потащил к черному ходу.

       - Попадаться газетчикам сегодня не стоит, - на ходу пояснил седовласый. Сам он тоже книжного шпиона напоминал, тоже кутался в плащ. - Да и остальным видеть нас не следует.

       Я невольно улыбнулась - секретность, о которой говорил Рэйс, никак не вязалась со слепящим утренним солнцем. Закрытая коляска без гербов, поджидавшая у стен особняка - тем более. По мне, на фоне других экипажей, она будет заметней, чем парадная королевская карета. Но высказываться вслух не стала. И от вопросов воздержалась - уже поняла, что к чему.

       Оборотни! Мы именно к ним едем!

       - Боишься? - шепнул Рэйс, когда коляска тронулась.

       - Нет.

       Глупо, наверное, но после утренних событий, бояться перестала совершенно. Райлен любит, а остальное неважно. С остальным я справлюсь.

       Улицы столицы оказались на удивление пустынны. Не прошло и четверти часа, как коляска остановилась. Рядом тут же возник паренек в неприметном сером одеянии. Поклонившись, протянул руку в намерении помочь. Рэйс глухо рыкнул и оборотень отскочил. Выбираться пришлось без всякой помощи.

       - Ты - жена Отчаянного, не забывай! - шикнул седовласый.

       Я удивленно вздернула бровь, но промолчала.

       Оглядевшись, обнаружила, что стоим в крошечном внутреннем дворике. Ворота, в которые въехала коляска, уже заперты.

       - Прошу следовать за мной, - сказал парень в сером и, отвесив легкий поклон, поспешил к приоткрытой двери.

       Тот факт, что мы снова воспользовались черным ходом не озаботил, а поведение Рэйса - наоборот. В общении с оборотнями есть какие-то особые правила? И почему же герцог не предупредил раньше?

       Миновав узкий коридор и пару роскошно обставленных комнат, мы оказались в мрачном кабинете. За столом черного дерева сидел незнакомец. Такой же косматый и клыкастый, как виденные раньше, но совершенно седой.

       - Господин Рэйслин! - хозяин кабинета учтиво привстал. - Госпожа Соули!

       По герцогу взглядом скользнули, а по мне... в меня буквально впились.

       - Господин Сивый, - поздоровался Рэйс в свою очередь. И уже обращаясь ко мне: - Милая, позволь представить главу дипломатической миссии, уполномоченного посла, одного из сильнейших магов седьмого мира.

       Губы Сивого дрогнули. Усмешка получилась несколько зловещей.

       - Несказанно рад встрече, - таким тоном сообщают о намерении убить. - Вы не передумали?

       Рэйс отрицательно качнул головой, и Сивый скривился еще больше.

       - В таком случае не смею задерживать.

       Оборотень поднялся, спешно обогнул стол и открыл еще одну неприметную дверцу. Моя уверенность несколько поугасла. Честно говоря, думала, что встреча с вожаком Кровавых в нашем мире произойдет...

       Пока глядела на выведенные на каменном полу символы, Сивый прошептал слова заклинания. Магическая вязь вспыхнула голубоватым светом, закружилась. Пришлось задрать подбородок повыше, отбросить сомнения и смело шагнуть навстречу неприятностям. В конце концов, оборотни для меня уже не опасны, ведь так?

       Наш Вайлес ничем не примечателен - обычный провинциальный городок, каких сотни. У нас даже магических происшествий не бывает, потому что фон спокойный. Раз в год какой-нибудь упырь из болота выползет, или приведение расшалится, или... а вот об этом "или" никто никогда не задумывался.

       Магов среди жителей Вайлеса нет. Людей, вхожих в высшие политические круги - тоже. Да и вообще... звезды и те ближе, чем чужие миры! Вот и приравняли оборотней, приходящих из древних дольменов, к упырям и иже с ними. Даже не задумывались, что блохастые разумны. Вот и били, как простых волков.

       Штатным магам всегда докладывались, но те интереса не проявляли. Наверное потому, что знали - оборотни не просто так в наш мир идут. Они идут умирать!

       Стены пещеры были покрыты рисунками. Древними, как само мироздание. Слева от арки, в которую мы вошли, был изображен младенец. Чуть дальше - ребенок. Еще дальше - подросток. Следом тот же подросток, но в стадии трансформации - со звериной головой и неестественно выгнутыми ногами. Дальше - зверь, чем-то напоминающий волка, и вновь человек, но уже взрослый, с огненным взглядом.

       Сильный, гибкий, он постепенно старел. В конце вставал на четвереньки и обращался в зверя. И именно этот зверь уходил в черноту второй арки, расположенной в противоположном конце пещеры.

       - Это что? - пробормотала я.

       - Родовое святилище, - пояснил Быстрый.

       Пришлось помотать головой и указать на арку.

       - Ах это... Это, госпожа Соули, ворота смерти. Путь за Грань.

       Не выдержав, уставилась на Вожака. Он в своем уме?

       - Мужчины нашего рода, - вмешался в разговор Жнец, - редко доживают до седин. Мы предпочитаем умирать в схватке. Но если случилось несчастье, негоже ждать костлявую в постели. Мы приходим к ней на своих ногах.

       - То есть? - Нет, я все поняла, просто... просто не верилось.

       - Чувствуя дыхание смерти, мужчины нашего рода принимают истинный облик и уходят за Грань, - пояснил красноглазый.

       Нет. Нет, погодите!

       - Они спускаются сюда, в это святилище, и идут... - договорить не смогла, горло перехватила судорога.

       - Ну да, - усмехнулся Быстрый. - А что такого? Это лучше, чем угасать день за днем.

       Вот теперь мне совсем дурно стало. Но не от того, что где-то в глубине пещеры есть естественный междумирный портал, а потому что... О Богиня! Жители Вайлеса сами того не зная, убивают стариков!

       Я сделала шаг вперед, повернулась, чтобы различить еще один ряд рисунков. На правой стене пещеры изображались посмертные странствия души. Преображение - умерший сбрасывает оковы старости, вновь становится молодым. Покой - он встречает тех, кто ушел за Грань. Перерождение - душа забывает прошлое и входит в новое тело. Впрочем... телом это назвать пока нельзя. Это эмбрион.

       Эмбрион растет, обретает черты младенца. Последнее изображение ряда - собственно младенец и есть, только он перевернут... как в чреве, перед родами. А сразу за рисунком - арка выхода. Та самая, через которую можно попасть наверх, в замок, в мир живых.

       - Соули?

       Я вздрогнула.

       - Соули, ты почему дрожишь? - спросил Быстрый. - Тебе плохо?

       Да. Плохо. Вернее - очень плохо! Оборотни уверены, что души тех, кто вошел в "ворота смерти" возвращаются, перерождаются, а на деле...

       - И много мужчин вашего рода ушло за Грань таким способом? - спросила тихо-тихо, потому что голос по-прежнему не слушался.

       - Много, - помедлив, отозвался Вожак. - Последние пять веков, мы живем довольно мирно. Мало кому везет встретить смерть в бою.

       Ясно. Все ясно, но нужно убедиться.

       - Рэйс говорил, когда-то Кровавые правили седьмым миром. Это правда?

       Лицо Быстрого исказила гримаса боли. Жнец и вовсе отвернулся.

       - Правда. Мы утратили власть потому что...

       - Хелга считает это проклятьем, - вмешался тот, кто едва не стал моим мужем. - Говорит, род испортили. Мы ищем...

       - Глупости! - рыкнул Быстрый. - Хелга ошибается!

       - Отец, но это единственное объяснение! - вскинулся Жнец.

       Я тоже в стороне не осталась:

       - Кто такая Хелга?

       - Мать рода. По-вашему - главная жрица.

       О Богиня... только главной жрицы нам и не хватало.

       Знаю, благовоспитанные девушки так не поступают, но сил стоять уже не было. Я молча вернулась к арке и села. Прямо на пол.

       - Ваш род вырождается, - тихо сказала я. - Именно поэтому стая утратила власть. И именно эту проблему предлагал решить Рэйс.

       Оборотни молчали, но смотрели слишком пристально.

       - И Рэйс действительно способен помочь, но как он посмел требовать за это плату? Это же... это кощунство.

       Пещеру затопила тишина. Я обняла колени, уткнулась носом. Во всей этой истории не клеилось только одно - неужели за все время оборотни из стаи Кровавых не распознали, что арка ведет не за Грань, а в наш, в первый мир? И если оборотни разумны, то почему нападали на людей? На моего деда, например...

       - Почему ты хотел на мне жениться? - вскинув голову, спросила я.

       Жнец потупился, скосил взгляд на отца.

       - Я приказал, - не стал отпираться Быстрый. Посуровел. - Видишь ли, Соули... В твоих жилах течет кровь нашей стаи. Я не мог отпустить тебя. Я должен был попробовать.

       Попробовать? Это он на детей намекает?

       - Но я - человек!

       - У тебя душа человека, - с нажимом сказал Вожак. - А в остальном... Пойми, той толики оборотнической крови достаточно. Ты совместима с любым из нас. Ты можешь дать хорошее потомство. И я решил, что если души предков не хотят перерождаться в детях, выношенных нашими женщинами, то в твое чрево...

       - Хватит! - Нет, я действительно не намерена это слушать. - Вы знаете, откуда во мне кровь оборотней?

       - Мы даже знаем, кому она принадлежит, - заявил Быстрый.

       Много позже, когда мы забрались по винтовой лестнице, миновали несколько коридоров и очутились в личном кабинете старшего Вожака, мне показали портрет.

       Косматый широкоплечий мужчина с тяжелым взглядом и телом, покрытым золотыми и серебряными узорами, вызвал странное чувство узнавания. Нет, никогда прежде этого оборотня не видела, но...

       - Это мой отец, - сказал Быстрый. - Это он укусил кого-то из твоих родственников, Соули. И именно его кровь почувствовали те, кто встретил вас с Отчаянным в лесу.

       - Почему ваш отец напал на человека? - вглядываясь в портрет, спросила я.

       - Я думал, про это ты расскажешь, - отозвался Вожак. А потом вздохнул и пояснил: - Я даже предположить не могу, где и при каких обстоятельствах они встретились. Отец никогда не покидал пределы седьмого мира.

       Оспаривать этот факт я не стала. Зато в голову пришла интересная мысль, которую и поспешила озвучить:

       - А мужчины вашего рода... они в трезвом уме за Грань уходят?

       Оборотни переглянулись.

       - Странный вопрос, - протянул Быстрый. - Но я отвечу. Нет. Перед тем, как уйти, мы принимаем отвар волчьей ягоды. Это часть ритуала.

       О Богиня! В таком случае даже предположить боюсь, что в их головах в момент перехода творится!

       - Соули? - позвал Вожак. Он явно ожидал пояснений.

       - Простите, я не уверена.

       - Но ведь там, внизу, ты сказала, что разгадала замыслы даорийца.

       - Да, но кое-что по-прежнему не ясно. Мне нужно время. Я должна подумать.

       Нет, в том, что предмет сделки - души заплутавшие в нашем мире, я не сомневалась. Меня настораживал цинизм властителя Даора. Мы с герцогом знакомы всего ничего, но за это время не раз убеждалась - Рэйс не так плох, как может показаться. Возможно, корысть не единственный мотив. Возможно, я не понимаю чего-то важного. А раз так - лучше промолчать. По крайней мере пока.

       Вожак поджал губы, одарил неприязненным взглядом.

       - Соули...

       Я помотала головой.

       - Нет. И не просите. Один раз я уже приняла поспешное решение, и знаете чем все закончилось? Мы с сестрами едва не погибли.

       И вновь поджатые губы, а во взгляде буря.

       Ох, зря я девчонок помянула.

       - Им сейчас по пятнадцать? - спросил Быстрый.

       Кивнула. А что еще оставалось? В том, что врать Вожаку бесполезно, уже убедилась - оборотень чует мои эмоции. Впрочем, это взаимно, только для меня ощущения в новинку, и доверять им пока не спешу.

       - Не бойся, - усмехнулся красноглазый. - На твоих сестер мы не претендуем.

       - Почему? - Вопрос вырвался раньше, чем сообразила, что уточнять не стоило. В таких делах лучше помалкивать - вдруг да забудется!

       - Слишком малы, - ответил Быстрый. - К тому же попытка заполучить тебя обошлась очень дорого. Второй раз рисковать не можем.

       - Но если бы они пришли сами... - протянул Жнец мечтательно.

       Я всего на миг представила близняшек в компании этого полуголого парня и вздрогнула. О Богиня! Никогда! Девчонки даже при уравновешенном Райлене чудили, а рядом с таким как Жнец совсем о приличиях позабудут.

       - Вы мне лучше про активную фазу расскажите, - попросила я. Перевести тему хотелось очень. - Как с ней бороться?

       - Бороться? - искренне изумился Быстрый. А Жнец... он глядел как на дурочку, благо хоть пальцем у виска не крутил. - Что ж, есть один способ. И мы тебе его покажем!

       Ухмылка Вожака не понравилась, но я все равно кивнула. Как бы там ни было, мне нужно знать. Возможно, этот способ - единственный шанс усмирить Милу с Линой.

       Я думала, это случайно. Думала - они засмущаются, прикроются и убегут, но... но все получилось совсем не так.

       Поединщики с самым радостным видом принимали поздравления - отвешивали шутовские поклоны, кичились развитой мускулатурой, слали воздушные поцелуи клыкастым девицам и хлопали друг друга по плечам - вроде как благодарили за интересный бой.

       Они как будто не замечали своей наготы, а свидетели этого действа даже не пытались одернуть. Словно все в порядке. Словно так и надо.

       Я невольно скосила взгляд на Быстрого, потом на Жнеца. Волевым усилием отмела естественное подозрение - может я одна такая? В смысле - только мне видна... обнаженная плоть с... не менее обнаженной мужественностью?

       А когда осознала, что для оборотней это в порядке вещей... прикрыла ладошками щеки и зажмурилась.

       О Богиня! Я же сейчас сгорю со стыда! Не гипотетически, взаправду!

       Неудивительно, что этот народ "не балуется этикетами". О каких приличиях можно говорить, если они... если у них... О Богиня!

       - Соули? - обеспокоенно позвал Жнец.

       Я замотала головой. Нет! Только не заставляйте говорить об этом вслух!

       Не заставил. Но порадоваться сему факту не успела - внезапно на арене воцарилась тишина, а спустя минуту зазвучал зычный, рычащий бас Вожака...

       - Прошу вас воздержаться от обратного оборота, - сказал Быстрый. Слова сопровождались волной безудержного, почти мальчишеского веселья. - У нас гостья из второго мира. Она... смущается.

       На меня и раньше косились, а уж после такого...

       - Соули? Это та самая Соули? - шорохом понеслось по рядам.

       - Рядом со Жнецом? Да быть такого не может!

       - А она ничего. За такую можно сразиться.

       - Да ну... человечка.

       Последние слова задели. Пришлось выбраться из зыбкого убежища и вперить суровый взор в... Быстрого. А в кого еще?

       - Вы ошиблись. - Сказала холодно и четко. - Я из первого мира.

       - Ну... это ты считаешь свой мир первым, - усмехнулся Вожак.

       - То есть?

       Красноглазый отмахнулся, а я... я сцепила зубы, надела маску непробиваемого безразличия и вернулась к созерцанию поединщиков. И вздрогнула, потому что теперь, когда стыд застилал глаза не так сильно, признала в одном из них Остока.

       Оборотень, который был представлен как представитель дипломатического корпуса седьмого мира, стоял в неглиже и скалился. Увы, мнимая улыбка предназначалась не публике, а мне. Лично!

       - Как? Разве он из вашей стаи? - пробормотала я.

       - Ах, Соули, - отозвался Быстрый. - Ты всего полдня в нашем мире и уже удивляешься?

       Я ответила недоуменным взглядом.

       - Удивляется тот, кто уверен, что понимает. Ты ничего не знаешь о нашем мире. Так зачем удивляться? Прими как есть и не мучай себя.

       После такого заявления держать маску стало невероятно сложно. Я растерялась. Совсем! Наверное, именно поэтому предложение Жнеца не встретило и тени сопротивления...

       - А давайте в трактир! - сказал младший Вожак. - А то жрать охота.

       - Ага, - поддержал Стремительный. - А потом вернемся, на старичков посмотрим!

       - Матерые приходят только к вечеру, - милостиво пояснил несостоявшийся муж. - И бьются так, что этим, - кивок в сторону арены, - даже не снилось. Вот на это точно поглядеть стоит!

       В крошечную комнату со стационарным порталом набилась целая толпа - удивительно, как стены не треснули. Ближе всех, в миллиметре от затухающей линии, стоял Рэйс. Герцог Даорийский выглядел... не очень.

       Камзол, от которого даже пахло дороговизной, был помят. Шелковая рубашка лишена пары пуговиц - бедняжек вырвали, что называется "с мясом". Прическа... ну если воронье гнездо можно назвать прической, то все в порядке, даже более того.

       По правую руку от герцога возвышался Центрус. Именно возвышался! Глава магического Ордена Верилии не старика напоминал, нет... Он был молодым, высоким и очень сильным. В росте и развороте плеч с ним разве что оборотни сравниться могли, ну или тролли. Глаза, которые помнились как нечто бесцветное и водянистое, были заполнены тьмой. Если бы не знала, что мы в цивилизованном мире живем, решила бы - Центрус только-только из схватки.

       А слева... слева стоял Милан. Тот же форменный мундир, та же перевязь с мечом, но лицо - все грозы вместе взятые, и пара ураганов в придачу.

       За Миланом уже знакомый отряд смурных парней. За Центрусом - толпа магов в особом, боевом облачении. За Рэйсом... а за ним Сивый - глава дипломатической миссии седьмого мира в Верилии. Столь же седой, и столь же помятый. И тоже без пуговиц!

       - Соули, тебя сейчас придушить или когда до дома доберемся? - прорычал мой официальный покровитель, и оскалился так, что... ох!

       Я задохнулась вздохом, открыла рот, но... но ответить не успела. Меня перебили.

       - Не смей говорить с моей женой в таком тоне. - И голос такой, что... в общем, в пору бункер на случай Второй Магической войны созданный открывать. - Папа.

       Окажись я на месте Рэйса - непременно оконфузилась, а герцог... он даже не поморщился. Даже не повернулся! Зато я встала на цыпочки и...

       - Госпожа Соули - моя воспитанница, - отрезал седовласый. - Мне виднее, как с ней разговаривать.

       - И не мечтай, - спокойно отозвался Райлен. Все еще невидимый, но бесконечно желанный.

       В поисках мага случайно коснулась взглядом Милана. Брат насупился, медленно повернулся к Рэйсу. Затем, еще медленней повернулся к толпе встречающих. И воины, и маги, и даже затесавшийся в их ряды оборотень... они проявили удивительную слаженность - расступились, хотя отступать, казалось, некуда.

       - Что ты сказал? - В воцарившемся безмолвии, тихий вопрос Милана прозвучал как набат. Но я внимания не обратила, потому что там, вдалеке, на пороге каморки со стационарным порталом, стоял он. Райлен!

       Камзол из темного сукна сидит идеально, подчеркивает мощь и стать. Верхние пуговицы черной шелковой рубашки небрежно расстегнуты. На шее амулет - тот самый, который при вступлении в Орден выдают. А в глазах пламя.

       Зато голос ну очень спокойно звучит:

       - Любимая моя, ненаглядная... ты хоть понимаешь, как рисковала?

       Конечно мне следовало изобразить покаяние, но губы расплылись в счастливейшей из улыбок. Любимая! Ненаглядная! И... и это обо мне!

       - Значит, не понимаешь, - вывод далекий от истины, но логичный. - Что ж. Учту.

       Взгляд Райлена вперился в Рэйса.

       - А ты? - спросил маг. - Ты вообще собирался ставить меня в известность?

       Властитель Даора выразительно молчал. Раскаянья на его лице не было, ну ни грамма.

       - Ясно. - Райлен вздохнул, и повернулся к Центрусу. - А ты? Трудно было журавлика послать?

       - У тебя нецелевой расход магии, - указывая на амулет, сказал глава Ордена. - И самовольная отлучка с места службы. Так что полегче, Райлен. Полегче.

       Амулет быт тотчас снят и небрежно брошен на пол. Центрус изогнул бровь, лица магов вытянулись, и даже Рэйс равнодушие утратил.

       - Рай... - хмуро протянул он.

       - Что? - сложив руки на груди, вопросил брюнет. А не дождавшись ответа, хмыкнул и продолжил: - По-вашему, я должен был сидеть в Вайлесе и спокойно ждать, когда вы наиграетесь в спасателей?

       - Наиграемся? - возмутился Центрус. - Да мы тут...

       - Ты мог сообщить, - с нажимом сказал брюнет. Его голос звучал спокойно, но эмоции... они напоминали таран, из тех, с помощью которых литые стальные ворота выбивают.

       - Рай... - попыталась вмешаться я.

       Меня одарили очень пристальным, очень гневным взглядом. Процедили:

       - А с вами, госпожа авантюристка, дома поговорим. И поверьте, разговор будет долгим!

       На этот раз я не только ярость уловила... Вторая эмоция была знакома по снам - тем, двум снам, в которых мы с Райленом пытались обсудить наложение иллюзий на ауру.

       Я закусила губу, с ужасом поняла - краснею. Причем не столько от смущения, сколько от осознания - я хочу этого "разговора" не меньше, чем Райлен. О Богиня! Неужели так бывает?

       - Кстати, а как ты узнал? - встрял герцог.

       - Не поверишь, - не отрывая взгляда от моего лица, отозвался брюнет. - Мне оборотни донесли.

       Рэйс действительно не поверил.

       - Стая Кровавых? - изумленно воскликнул он. - Сами?

       Вот теперь Райлен переключился на отца, а я, наконец, смогла вздохнуть.

       - Ага, дождешься от них, как же. Мне Вольные сообщили!

       Единственный присутствующий при разговоре оборотень чуть заметно ухмыльнулся, но внимание на это обратила только я. А потом повернулась к брату и нервно сглотнула.

       Милан, чей вопрос был жестоко проигнорирован, уже избавился от перевязи и форменного камзола. Теперь медленно, с явным удовольствием, закатывал рукава белоснежной рубашки. Бойцы его отряда демонстрировали высшую степень равнодушия, но я точно знала - это обман, парни готовы ринуться в драку в любой миг.

       - Милан, не... - начала было я, но меня перебили.

       - Значит, муж, - процедил наш старшенький, так на господина Анриса похожий. Сделал шаг вперед. - Ну что ж, давай обнимемся. Родственничек!

       Райлен сверкнул глазами и кивнул.

       - Нет! - взвизгнула я.

       - Да! - слаженно рыкнули эти двое.

       Маг сделал шаг назад, Милан - вперед.

       - Мой кабинет... - простонал Сивый.

       Ему ответили не менее слаженно, чем мне:

       - Ага!

       И началось...

       Райлен одним движением сбросил камзол, и едва ткань коснулась пола, уже поймал кулак Милана. Челюстью. Пошатнулся, выпрямился, и снова тот же кулак, та же челюсть. И злобный рык в придачу.

       Толпа опомнилась - сомкнулась, хлынула в кабинет главы дипломатической миссии. Я несколько мгновений созерцала мужские спины и слушала... О Богиня! Звуки ударов вселяли ужас! Куда там арене и оборотням?

       Вслед за другими выскользнула из комнатки с порталом, наткнулась на ту же стену из спин. Попыталась пролезть вперед, но меня мягко отодвинули - кто-то из Милановых подчиненных. Пришлось встать на цыпочки... как раз в этот момент Райлен перелетал через письменный стол. А спустя пару ударов сердца... стол полетел в Милана.

       Я вскрикнула, мужчины дружно вздохнули, а владелец кабинета застонал. Впрочем, было бы из-за чего переживать. Судя по обстановке, это уже не первая драка за сегодня.

       Увернуться от такой махины Милан, разумеется, не смог. Выстоять тоже не сумел. Но упал довольно удачно, тут же поднялся и опять пошел на мага. Он как никогда напоминал медведя. Не мелкого-бурого, какие в нашей части Верилии водятся, а громадного-черного, которые у северных границ встречаются. Если бы я не видела поединок Райлена со Жнецом, то непременно упала бы на колени и стала просить брата смилостивиться. А так... хотелось взмолиться Райлену, причем до того сильно, что аж язык чесался. Вот только я слишком хорошо понимала, что за подобное заступничество, да еще при подчиненных, Милан с меня шкурку спустит.

       Мигом позже, как раз когда Райлен налетел, схватил за грудки и ударил головой, мне вдруг подумалось - тут что-то не то.

       Злость Милана понятна - при первой встрече он подробно расспрашивал о новом штатном маге Вайлеса, о моих с ним отношениях. Брат с самого начала подозревал неладное и теперь понял, как его облапошили. Но в прошлый раз он проявил такую осведомленность касательно жизни Рэйса, что... нет, не может быть, чтобы после той встречи Милан не поинтересовался личностью Райлена.

       Какова вероятность, что наследник герцогства Даор скрывал свои способности к рукопашному бою? Если я хоть что-то понимаю в мужчинах, нулевая. Милан не мог не знать, что бросает вызов сильному противнику.

       Я присмотрелась к брату - он как раз вытирал кровь, сочившуюся из разбитого носа. Капитан королевской гвардии не удивлялся. Более того - когда в Милана летел тяжеленный стол, он проявлял ту же хмурую решимость. Решимость и ничего больше!

       Милан знал! Определенно знал! Но зачем же он затеял драку?

       Ответ на этот вопрос я узнала почти сразу...

       Тихий, едва различимый свист и гвардейцы, стоящие впереди меня, выпрямились, расправили плечи. Движение как будто обычное, но я перестала видеть и Милана, и Райлена. Отступила, чтобы оглядеться и найти другое место, и оказалась в захвате.

       Чужие, невероятно сильные руки сомкнулись, а я дернулась и попыталась закричать. Но едва открыла рот, на лицо легла тряпица, пропитанная чем-то омерзительно вонючим. Мир поплыл. Теряя сознание, мысленно усмехнулась - О Богиня! Ну конечно! Отвлекающий маневр... Опять!

       Что я знала о тюрьмах? То же, что и все благовоспитанные девушки Верилии: тюрьма - это грязно, страшно и в высшей степени ужасно. Благодаря Милану и господину Вакирсу выяснила, что это еще сыро, тесно и совершенно омерзительно.

       Карцер располагался на третьем уровне подвала и представлял собой каморку три на два шага. Почти все пространство занимала подвешенная на цепях доска, на которую спешно постелили пуховый матрас и белоснежную, украшенную серебряной вышивкой простынь. Когда мы только входили, из каморки вынырнул уже знакомый секретарь главы особого отдела, с мятым жестяным ведром в руках. Но пол он, судя по всему, не мыл - зачем это ведро понадобилось, я так и не поняла.

       - Прости, - вздохнул Милан, оглядывая помещение, в котором мне предстояло... нет, не спать. Жить!

       Я хотела удержать лицо и сделать вид, что все в порядке, но это было выше моих сил. Скривилась, жалобно посмотрела на брата.

       - Милан, ты... ты...

       - Прости, - прошептал он, обнял за плечи. - Но ты же понимаешь, что просто так они не отстанут. Эти богатые уроды с самомнением...

       О Богиня! Да что он несет?!

       - Ты же жизни совсем не видела, - продолжал наш старшенький. - У тебя все книжечки сентиментальные, куколки, конфеты... А они - подонки. И Райлен этот твой... Нашел дурочку безродную!

       В седьмом мире я чувствовала эмоции очень остро, тут, в родной реальности, все было иначе - размазано, едва ощутимо. Но чувства, которые испытывал в этот миг Милан, я отчего-то уловила. Уловила и вздрогнула.

       Этот сильный мужчина, так похожий на медведя, испытывал страх. Нет, он действительно верил, что Рэйс и Рай - подонки, и боялся... за меня. О Богиня!

       - Милан, ты не понимаешь... - начала было я, но меня перебили.

       - Нет, Соули. Это ты не понимаешь.

       - Рай честен! - Мой крик отозвался гулким эхом, прокатился по коридору тюрьмы для особо опасных и затих.

       - Если бы этот маг был честен, - прошептал брат, - он бы сразу сделал тебе предложение. И не в кустах, а как полагается - с испрошением руки у отца, с официальным объявлением в газете, с...

       - Причем тут кусты? - простонала я, но меня не услышали.

       - Соули, пойми. Нормальные, благородные люди девушек не похищают. И к оборотням их не водят. И хватит об этом.

       Я тоже не шепот перешла:

       - Когда Райлен узнает, что ты меня в тюрьму посадил, он тебя...

       - К тому моменту он будет заклеймен позором и выдворен из Верилии, - заверил этот... этот...

       - Как ты дослужился до капитана? И как стал единственным из особого отдела с кем готов работать Центрус?

       Милан изумленно изогнул бровь, вгляделся в мое лицо.

       - Ты на что намекаешь? - хмуро спросил он.

       Нет. Близняшки в сравнении с ним - два юных гения.

       - Милан, я... - я вдохнула поглубже, потому что признаваться в таком было невероятно тяжело. А еще неудобно и чуть-чуть стыдно. - Я люблю его.

       - Даже не сомневаюсь, - ответил брат. - Только глубоко влюбленная дура может позволить проделать с собой такое.

       Не в силах выносить этот спор, отстранилась и сделала шаг к лежанке - назвать доску кроватью язык не поворачивался.

       - Прости, - грустно повторил Милан. - Но иначе действительно нельзя. Я постараюсь разобраться с этим делом как можно быстрей и тогда...

       Жестом остановила его излияния.

       - Ну да. - Теперь не грустил. Теперь злился и обижался. - Любовь лишает рассудка, но поверь - это пройдет. И ты мне еще спасибо скажешь.

       Ну да, конечно...

       - В соседней камере будет дежурить боец из нашего отдела. Если понадобится умыться или что-то еще - зови. И...

       - Иди, - невежливо пробормотала я.

       Брат тяжело вздохнул и вышел из карцера.

       Заперли меня не сразу. Сперва все тот же секретарь господина Вакирса приволок два магических светильника, поднос с едой и кувшин с соком. Светильники закрепил над кроватью, а вот еду и кувшин пришлось поставить на пол. Чуть позже он принес подушку, одеяло и несколько книг в розовых обложках. А спустя час снова явился Милан... с корзиной сладостей. И лишь после этого обитая металлом дверь закрылась, а снаружи щелкнул замок.

       О Богиня... неужели это со мной?

       Тьяна вернулась через четверть часа, сжимая в руках книгу в черном переплете. На обложке серебрилась монограмма "ЛрА" - Линар из рода Астиров. Я забирала дневник с затаенным трепетом, в глаза тетке посмотреть не решилась.

       - Я за тобой присматриваю, - напомнила призрачная дама строго. Еще и пальцем погрозила.

       К счастью, на этом наше общение закончилось. Сидеть в карцере до рассвета тетушка не планировала - ее душа рвалась к Руперту. Не уверена, но кажется Тьяна намеревалась подслушивать тот самый мужской разговор.

       Едва белесая фигура исчезла, камера вновь погрузилась во мрак. Я потянулась к медной пластите магического светильника, зажмурилась когда тот вспыхнул. Потом осторожно провела пальчиком по серебряной монограмме на обложке и открыла дневник.

       Брат вел дневники с тех пор, как научился писать. В детстве не раз заставала его за этим занятием и частенько заглядывала через плечо. Линар не сердился, это я старательно хмурила брови, вчитываясь в сущую, на тогдашний взгляд, белиберду. Ведь в дневниках положено писать о событиях минувшего дня, о планах и чувствах, а он рассуждал о магии. Хуже того - снабжал свои рассуждениями выписками из книг и конспектов.

       За годы, проведенные в академии, привычки Линара не изменились. На первой же странице я обнаружила подчеркнутый двойной линией заголовок "Компоненты подчинения", ниже малопонятный перечень: раствор меди, известь, яд однопалой гидры в концентрации пять процентов... После - слова заклинания и подробный рецепт приготовления зелья, с пометкой "по Жузаркарру". Дальше еще один рецепт с пометкой "экспер.вар." и множество приписок. Ну и схема какая-то в довершение. На следующей странице убористым, как будто нервным почерком - размышления, сопоставления и выводы. После новый заголовок...

       Я пролистала несколько страниц и со вздохом закрыла дневник. Надежда на то, что среди записей Линара найдется что-нибудь о тех, кому не удалось уйти за Грань, не умерла, но остаток ночи я планировала посвятить не чтению, а иному, не менее полезному занятию.

       Спрятав источник знаний под подушку, я погасила светильник и снова забралась под одеяло. Закрыв глаза, воскресила в памяти образ Райлена. Тяжелый подбородок, брови вразлет, черные, как самая грешная ночь, глаза...

       - Рай... - тихо позвала я. - Рай...

       Расслабилась, искренне надеясь - еще немного и сознание уплывет в мир грез, но... то ли день выдался слишком нервный, то ли угрозы призраков подействовали куда сильней, чем думалось, то ли... О Богиня! Не знаю почему, но сон не шел!

       Спустя час, я открыла глаза, включила светильник и вновь погрузилась в изучение дневника.

       Много лет назад, задолго до того, как Мила с Линой прочли журнальную статью, посвященную подвигам верилийских разведчиков, и целую неделю увлекались разгадыванием тайн, составлением досье на подружек и прочими, приличными моменту глупостями, Линар показал мне один шифр.

       То есть как показал? Он, как и подобает десятилетнему мальчишке и будущему великому магу (а в том, что Линар станет великим магом ни он, ни я не сомневались), решил освоить особое искусство, дабы прятать свои секреты и небывалые открытия от чужаков. Я чужаком не была, я была единственным доверенным лицом, которому следовало научиться читать тайные послания, а в идеале шифровать самой.

       Все было просто. Линар ничего не выдумывал, способ он вычитал в каких-то покрытых метровым слоем пыли хрониках.

       - Так поступал один из выдающихся магов древности, - увлеченно шептал брат. - И его шифр не могли разгадать несколько веков.

       - Но теперь-то его разгадали, - хмурилась я, по привычке накручивала на палец кудряшку.

       - Соули, не смеши! Про него давно все забыли! Даже наш профессор не вспомнил, а я спрашивал!

       - Ну...

       Так и не дождавшись моего одобрения, Линар извлек из кармана небольшое зеркальце и приставил к листу бумаги.

       Лист этот меня ужасно нервировал - брат вручил его накануне вечером, и велел прочесть. Мне бы отказаться, но гордость взыграла. Как же! Я ведь отличница, а гувернантка меня самой умной девочкой называет! Но только послание разобрать не сумела и едва не лопнула от обиды. Зато теперь, глядя на отраженные в зеркале строчки, я все-все поняла. До буковки!

       Сама писать шифровки так и не научилась, а через полгода и Линару эта тема наскучила. Я была уверена, что брат оставил затею, но дневник убеждал в обратном. Нечасто, но среди рассуждений о магии, формул заклятий и рисованных схем, попадались совершенно нечитаемые записи.

       Почему-то сразу решила - это о личном. Про те самые чувства и планы, которыми принято делиться только с дневником.

       Читать не хотела. И вовсе не потому, что некрасиво, просто... такой поступок сродни предательству. Вот только рука сама потянулась к зеркалу - его секретарь принес, еще утром, а разум нашел оправдание - что если тут зашифровано нечто способное помочь в поисках Линара? Нечто, способное оправдать кражу артефактов и побег из академии? Нечто, что его спасет...

       Я поднесла зеркало к первой из зашифрованных записей и прочла:

       Долгая, невероятно утомительная прогулка по подземельям. Еще более утомительная прогулка до одного из служебных выходов - просто сотрудники королевской канцелярии, которая располагалась в этом крыле дворца, высыпали из кабинетов, заполонили коридор... И последняя, самая нервная - по тенистой аллее, до высоких кованых ворот.

       Милану сопровождать меня запретили, так что шла в компании господина Вакирса и его помощника. Парень в форменном камзоле боязливо косился по сторонам, зато глава особого отдела был невозмутим, как гранитная скала. Я же отчаянно старалась скрыть дрожь и все сильней прижимала к груди книги.

       Предстоящая встреча с Райленом и Рэйсом пугала, но страх, что кто-нибудь опознает в одном из сентиментальных романов дневник брата, был сильнее. Интуиция шептала: если найдут - отберут непременно. Этой книжицей даже господин Вакирс заинтересуется, потому что в карцер я входила с пустыми руками.

       Конечно, тот кто будет делать уборку в камере, обязательно найдет сентиментальный роман, лишенный обложки - я его под матрас запихнула. И Вакирс наверняка догадается, что это неспроста, но выяснить подробности уже не сможет.

       - Госпожа Соули, я надеюсь на ваше благоразумие, - шепнул глава отдела, когда до ворот осталось шагов тридцать.

       Я хотела ответить, но увидав, что творится снаружи, смогла лишь кивнуть.

       О Богиня! Неужели... неужели это из-за меня?

       Толпа, поджидавшая за воротами, была поистине огромна - неудивительно, что к дворцу не пустили. Среди тех, кто пришел встречать узницу, угадывались не только горожане, но и маги в боевом обмундировании, и королевские гвардейцы, и несколько чересчур высоких, явно косматых персон... А еще там был фотографический аппарат на треноге, и кто-то тянул вверх руку с лампой.

       - Госпожа Соули, я все понимаю, но притворяться садовой скульптурой бессмысленно. Вас уже заметили.

       Я нервно сглотнула и лишь теперь осознала, что стоим посреди дороги. Мужчины недовольно хмурятся, а я не шевелюсь.

       - И улыбнитесь что ли, - буркнул Миланов начальник.

       Желание развернуться, добежать до служебного входа и забиться в сырое нутро карцера, ожгло пятки. Я даже шаг назад сделала, но...

       - Госпожа Соули! - рыкнул Вакирс.

       Вдох, выдох, и снова вдох. Отступать все равно некуда, а бояться... бояться бесполезно. Надевая маску, я мысленно возблагодарила всех сплетниц Вайлеса вообще, и госпожу Флер в частности. Ведь именно они столько лет учили держать лицо и улыбаться, невзирая на обстоятельства.

       - Да, так лучше, - прокомментировал провожатый.

       Я же расправила плечи и уверенно направилась к воротам.

       О Богиня! Дай мне сил!

       Ужин прошел в тягостном молчании. Рэйс сосредоточенно глядел в тарелку, Райлен столь же сосредоточенно взирал на меня, я же бросала хмурые взгляды то на одного, то на второго, и внутренне дрожала, ожидая очередного подвоха. Но, как ни странно, ничего не случилось. Видимо, у мужчин из рода Даоров совесть проснулась, или пакости закончились. Впрочем, второе маловероятно.

       Едва встали из-за стола, Рэйс отвесил чинный поклон и поспешил прочь. Райлен тоже голову склонил, спросил хрипло:

       - Вы позволите проводить вас в покои, госпожа Соули?

       Я сжала зубы и кивнула, и даже ладошку на подставленный локоть положила. А шагая по лестнице, ведущей к спальням, окончательно утвердилась в мысли - как бы там ни было, а без помощи Райлена не обойтись. Придется заключать перемирие.

       Едва оказались у нужной двери, маг отвесил еще один поклон, но покидать меня не торопился. Он протянул руку, произнес:

       - Госпожа Соули, могу я надеяться на...

       Молча подала свою, позволила запечатлеть на пальчиках предусмотренный этикетом поцелуй. Глупость конечно, но тот факт, что губы Райлена касались руки ровно столько, сколько позволяют приличия, огорчил.

       - Доброй ночи, госпожа Соули, - выдохнул даориец. Отпустил пальчики и, уважив очередным поклоном, развернулся в намерении уйти.

       - Постой...те! - выдохнула я.

       Маг не удивился. Повернулся, спросил ровно:

       - Да, госпожа Соули?

       Я закусила губу. Сама не знаю почему, но его спокойствие и обращение, на котором сама же настаивала, бесили жутко.

       - Нам нужно поговорить, господин Райлен.

       - Как скажете, госпожа Соули, - отозвался черноглазый.

       Я толкнула дверь и скользнула в гостиную, ничуть не сомневаясь, что брюнет последует за мной.

       - Распорядиться насчет чая? - спросил наследник герцога Даорийского. - Или прикажете подать вина? Или, может быть, хмельного меда? Слышал, вам этот напиток понравился.

       О Богиня... Кто ему донес?

       - Господин Райлен, я бы хотела перейти к делу. Чай, если вам так хочется, можем выпить после. - Да, я тоже оправдываться не собираюсь.

       - Что ж, ловлю на слове, - брюнет поклонился, после прикрыл дверь и направился к креслу. Я же садиться не спешила, и чем дальше, тем четче осознавала - его сдержанность нервирует сильней, чем осведомленность.

       - Господин Райлен, я вынуждена просить об услуге.

       - Для вас - все что угодно, госпожа Соули.

       От ровного, безразличного тона меня слегка передернуло, но я сжала кулаки и постаралась сосредоточиться.

       - Я хочу, чтобы вы помогли мне в ритуале вызова.

       - Хорошо, госпожа Соули. Кого будем вызывать?

       - Оборотней, господин Райлен. Тех, что застряли в Вайлесе.

       Брюнет кивнул и откинулся на спинку кресла.

       - Желательно, чтобы ритуал был проведен сегодня, - продолжала я. - Как понимаю, вызванных нужно будет заключить в уловитель душ, чтобы не разбежались.

       - Правильно понимаете, госпожа Соули.

       - А завтра я отправлюсь в седьмой мир, чтобы их выпустить. Но тут ваша помощь не потребуется, можете не беспокоиться.

       - Отчего же? - Райлен был по-прежнему невозмутим. - Очень даже потребуется. Во-первых, без меня вас в седьмой мир никто не пустит, а во-вторых... вы не сможете открыть уловитель, госпожа Соули.

       - Что значит "не пустит"? Я нареченная Веймор.

       - А кого это волнует? - пожал плечами черноглазый.

       Я опешила. Просто опешила и все тут. А герцогский сынок продолжал:

       - Вы переоцениваете власть стаи, госпожа Соули. И недооцениваете меня.

       - То есть я... пленница?

       - Нет, ну что вы.

       - Тогда какого... - я даже была готова сказать одно из неприличных словечек, слышанных в кабинете Вакирса, но меня перебили.

       - Госпожа Соули, несколько часов назад вы сами настаивали на соблюдении этикета. Вам не кажется, что посещение молодой, незамужней девушкой седьмого мира в рамки приличий не укладывается? Ваше упрямство, кстати, тоже.

       Да, кажется. Но я ничего не могу с собой поделать. Хуже того - мне хочется кричать, бить посуду, и... О Богиня! Да что со мной такое?

       - В седьмой мир мы пойдем вместе, - продолжал брюнет. - А если будете капризничать, вообще дома останетесь.

       - Вы не имеете права так со мной поступать.

       - Не лгите себе, госпожа Соули. Мои права вам известны.

       Я вспыхнула и сильней стиснула кулаки. Ну вот, начинается!

       - Соглашение о браке подписано без моего ведома и участия. Я не обязана подчиняться!

       - А обряд в седьмом мире с вашего ведома происходил?

       Я не сразу осознала, что оглядываюсь в поисках чего-нибудь тяжелого. Думать о том, что Райлен совершенно прав и деваться мне действительно некуда, не хотелось.

       - Госпожа Соули, давайте начистоту? - прервал мои метания даориец. - Я понимаю ваши чувства и желания, но вопрос нашего брака уже решен, вам не отвертеться. Но я не хочу воевать с вами, поэтому предлагаю компромисс. Я разрешаю все - вызов призраков, общение с оборотнями, встречи с Миланом, и даже своеволие, а взамен...

       - Что? - не выдержала я.

       - Поцелуй, госпожа Соули. Всего лишь поцелуй...

       Я раздумывала не дольше секунды.

       - Хорошо, господин Райлен. Целуйте!

       Сделала шаг вперед, задрала подбородок и зажмурилась.

       - Нет, госпожа Соули, вы не поняли...

       Пришлось открыть глаза и взглянуть мага. Лицо даорийца казалось спокойным, но я точно знала - ему очень-очень весело.

       - И не подумаю!

       - Тогда никаких вольностей, - ровно сказал он. - И никаких призраков, кстати... Будете спать по ночам, хорошо питаться, сопровождать меня на светские рауты, регулярно общаться с моим отцом. А еще, чтобы соблюсти все-все приличия, выпишу из Даора свою двоюродную тетку, которая станет вашей компаньонкой и будет учить вас традициям герцогства. А так же вашу матушку из Вайлеса привезу, и сестер.

       Сказать, что я испугалась - не сказать ничего. Только Милы с Линой тут не хватало!

       - Золотой мальчик, - процедила я.

       - Вовсе нет, - парировал наглец даорийский. - Но вы объявили мне войну, госпожа Соули, и я вынужден защищаться.

       - Я не намерена с вами воевать!

       - Тогда целуйте, госпожа Соули, - с улыбкой ответили мне, и руки в стороны раскинули.

       Вставать Райлен точно не собирался, но ужас происходящего заключался в другом. Несмотря на все известия и открытия, несмотря на то, что черноглазый до сих пор не признался в любви, и даже предложения не сделал, и вообще вел себя по-свински, мне ужасно, просто до дрожи, хотелось оказаться в его объятьях.

       Сразу вспомнился сентиментальный роман "Мой возлюбленный бандит". Книжная героиня влюбилась в настоящего злодея, и хотя старалась изо всех сил, побороть свои чувства к мерзавцу не смогла. Она снова и снова попадала в его капкан, и... в общем, история закончилась плохо. Девушка отказалась от брака с приличным господином и сбежала к злодею, а потом влюбленных поймали и повесили.

       Я искренне недоумевала и осуждала поведение той девицы. Считала ее поступки глупостью и слабостью, которую можно преодолеть. Райлен доказал, что ошибалась.

       Стараясь казаться равнодушной, подошла к креслу, села на подлокотник. А потом ухватила Райлена за подбородок и коснулась губами губ.

       - Госпожа Соули... - протянул даориец. Мою попытку встать и отстраниться, он пресек - просто обвил рукой талию и не пустил. - Госпожа Соули, это не поцелуй, это издевательство. Это цена одного светского раута с нашим участием, не более.

       - Господин Райлен! - прошипела я. Правда злилась не на мага, а на собственное сердечко - уж слишком часто оно стучало.

       - Госпожа Соули, поцелуйте как следует, иначе сделка не состоится.

       - Это шантаж.

       - Ничего подобного. Я всего лишь отстаиваю свои интересы. Согласитесь, поцелуй - небольшая плата за обещанные вольности.

       Скрепя зубами, положила ладошку ему на грудь и вновь потянулась к губам.

       - Подождите, - шепнул гад черноглазый.

       А в следующее мгновение я осознала себя сидящей не на подлокотнике, а на коленях даорийца. И жар его тела ощутила, и горьковатый запах парфюма стал стократ сильней.

       - Господин Райлен!

       - Целуйте, госпожа Соули, - вздохнул негодяй. - Целуйте!

       И зажмурился, точь-в-точь как я несколько минут назад.

       - Позер!

       - Моя тетка, ваша матушка, Мила с Линой, - начал перечислять Райлен. Только чтобы не услышать весь перечень угроз, прильнула к его губам. О Богиня! Помоги!

       Конечно я подозревала, что дружеских объятий при этой встрече не будет, но и драки не ждала. А она бы непременно состоялась, если б не Быстрый. Тяжелая рука Вожака легла на плечо Жнеца, своды зала содрогнулись от громогласного:

       - Остынь!

       Я тоже в стороне не осталась - попыталась урезонить брюнета:

       - Рай, перестань.

       Меня тут же задвинули за спину и зарычали куда злей, чем прежде.

       - И ты остынь, - бросил глава стаи Кровавых. И, словно позабыв о недавнем инциденте, который сам и спровоцировал, спросил: - С чем пожаловал?

       Маг шумно выдохнул.

       - Потакаю капризам жены, - процедил он.

       Я посчитала это знаком и спешно вынырнула из-за спины Райлена.

       - Доброй ночи! - присев в учтивом реверансе, поздоровалась я.

       Уголки губ Быстрого дрогнули, но от улыбки оборотень воздержался. Зато Жнец и Стремительный улыбались вовсю. Стремительный даже подмигнуть решился, и тут же спровоцировал новый угрожающий рык.

       Четвертый представитель делегации встречающих - Ревуш - держался отстраненно, но глаз с нашей парочки не спускал, словно ждал подвоха.

       - Мы по делу, - поспешила пояснить я. - Мы принесли...

       - Госпожа Соули! - перебил Райлен, и одарил таким взглядом, что мурашки по спине побежали.

       А в следующий миг я искренне пожалела, что заставила даорийца соблюдать этикет.

       - Госпожа? - изумился Стремительный. - И на вы?

       Секундная заминка и по залу покатился дружный хохот, даже знакомый с традициями нашего мира Ревуш за живот схватился. Райлен не смеялся, но снисходительная улыбка подчеркивала - маг с оборотнями согласен.

       - Теперь ясно почему тебе амулет понадобился, - простонал Жнец. - При таком раскладе забеременеть очень сложно!

       Я закусила губу и приклеилась взглядом к полу. Богиня, за что?

       А еще как-то не к месту вспомнилось обещание, которое вожакам давала и... в общем, я окончательно смутилась и неосознанно придвинулась к Райлену. Тот не растерялся - обнял за талию, прижал к себе. Жест был хозяйским и, как ни странно, приятным.

       - Мы действительно по делу, - выждав, когда веселье сойдет на нет, сообщил маг. - Но информация закрытая, поэтому говорить будем с Быстрым и никем иным.

       Я ощутила легкую волну удивления и лишь теперь поняла - мага, в отличие от своих клыкастых "родственников" не чувствую. Причем давно.

       Не знаю, что на меня нашло. Наверное, общение с оборотнями и перипетии последних дней сказались, но вместо того, чтобы промолчать и отложить вопрос на потом развернулась к брюнету и уверенно потянулась к вороту его рубашки. Теперь, когда разум не плавился от страсти, пуговицы поддавались легко.

       - Сестричка, ну не здесь же! - усмехнулся кто-то. Кажется Стремительный.

       В следующий миг мою руку накрыла горячая, грубоватая ладонь, а Райлен спросил хрипло:

       - Как ты ее назвал?

       И снова тишина, которая не помешала оторваться от пуговиц и ощупать тело брюнета сквозь рубашку. Амулет на шее даорийца имелся, и не один!

       - Сестрой назвал, а что такого? - голос Стремительного прозвучал враждебно. - Видишь, - добавил оборотень.

       Меня немилосердно оторвали от груди и шагнули навстречу клыкастым. Стремительный продемонстрировал Райлену затерянное между золотых и серебряных завитков солнышко. Жнец тоже в стороне не остался.

       - Как это понимать? - обернувшись ко мне, рыкнул черноглазый.

       Знаю, вопросом на вопрос отвечать невежливо, но я не сдержалась:

       - Зачем ты прячешь от меня свои эмоции?

       Маг поджал губы и вернулся на место. Привычно обвил рукой талию, заглянул в глаза. На его лице застыло непримиримое выражение - кажется, в этот раз отмолчаться не смогу, не позволят. Значит нужно переводить тему, причем срочно!

       - Быстрый, нам в самом деле нужно поговорить, - пробормотала я. - Желательно сейчас.

       Красноглазый кивнул и жестом пригласил следовать за собой. Я вздохнула с облегчением, но едва уловимый шепот брюнета развеял все иллюзии - ладно, дома разберемся.

       - Пока амулет скрывающий эмоции не снимешь, слова не скажу, - столь же тихо отозвалась я. Искренне удивилась собственной наглости.

       Меня одарили еще одним рыком и уверенно поволокли вслед за Вожаком.

       - Прости, - прошептала я, теснее прижимаясь к брюнету. - В следующий раз буду выражаться яснее.

       - Следующего раза не будет, - прорычал наследник герцога Даорийского, снова потянулся к разбитой скуле. Пришлось перехватить его руку, напомнить:

       - Не трогай! Заразу занесешь!

       За спиной глумливо хихикнули. Кто - Жнец, Стремительный или Ревуш - так и не поняла.

       - После такой заразы как ты, ни одна другая не страшна. - А вот это точно Стремительный.

       - Может тебя в Бессовестного переименовать? - не поворачиваясь, огрызнулась я.

       - Да помолчите, а? - рявкнул Быстрый. Глава стаи Кровавых пытался активировать портал, получалось плохо. Просто когда он разнимал Райлена и младших Вожаков, ему зуб выбили, и формула заклинания никак не удавалась - произношение хромало.

       Мы послушно умолкли.

       Не знаю о чем думали мужчины, а я... я не уставала удивляться. Ведь Райлен действительно с полдороги вернулся. Как только выпытал у Быстрого подробности обряда братания - развернулся и помчался наверх, напрочь позабыв про плененные души и святилище. А ведь обряд мало отличался от того, в результате которого у Райлена появилась метка стаи Вольных - пара прикосновений и все. Просто Быстрый выразился несколько... неточно.

       Но ведь человек, окончивший академию и аспирантуру, мог догадаться, что под словами "руками потрогать" именно прикосновение подразумевается?

       Зато после потасовки, когда разобрались из-за чего спор, Вожак дал Райлену неограниченный доступ в хранилище знаний стаи... Теперь брюнет сможет изучить все обряды оборотней, а так же свойство меток и много чего другого. Не знаю как сам Рай, а Рэйс будет доволен - ведь доступ в хранилище был одним из условий сделки.

       В том, что касается плененных душ - мы все-таки успели. Кажется, всего за минуту до рассвета выпустили...

       - Ну наконец-то! - прервал мои размышления Быстрый.

       По полу разлилось голубоватое свечение. Внешний круг портала пришел в движение раньше, нежели внутренний, я невольно поежилась - да, я не в первый раз вхожу в портал, но ощущение, что ступаю в мясорубку не проходит.

       - Благодарю, - кивнул даориец.

       - Прошу! - столь же вежливо отозвался Вожак. Даже приглашающий жест сделал.

       Жнец, Стремительный и Ревуш тоже молчать не стали.

       - Доброй дороги, - процедил первый. Ему в драке снова голову проломили.

       - Заходите почаще, - веселился второй. Он отделался переломом пары ребер и трещиной коленной чашечки.

       - Госпоже Соули, как нареченной Веймор, отдельный портал положен, - хмыкнул третий. - Разрешение я из Центруса выбью, так что готовьте место.

       - О том, что вы недовольны нашими визитами в посольство можно было сказать помягче... - пробормотала я, и осеклась.

       О Богиня! Что я несу? Я же почти как Мила с Линой заговорила! Нет, с прогулками в седьмой мир пора завязывать, и учебник по этикету перечитать.

       - Обязательно подготовим, - буркнул Райлен и, подхватив меня на руки, шагнул в мерцающий круг.

       На бал мы выезжали в сумерках. В этот раз никакой коляски - карета с герцогскими гербами, запряженная четверкой белых лошадей.

       Рэйс сидел напротив. От взглядов, которыми одаривал мой... почти свекор, хотелось забиться под сиденье или в окошко выпрыгнуть. Нет, ничего такого, просто властитель Даора пришел в восторг от моего платья, и от прически, и вообще восхитился. Принялся засыпать комплементами, рассуждать о внуках и внучках - мол, красивые у нас с Раем дети получатся. А вот теперь, после десятого предупреждения, раздулся от гордости и продолжил выражать свое отношение молча.

       Было невероятно приятно, но ужасно стыдно. Ведь я действительно старалась, собиралась с особой тщательностью, заставила горничную дважды переделать прическу и я... впрочем, неважно.

       Теперь сидела и переживала как никогда в жизни!

       Мы ехали очень медленно - в честь годовщины победы, были объявлены народные гуляния, и уступать дорогу карете никто не спешил. В центр города в кои-то веки пустили циркачей и вольных актеров, украсили фасады домов гирляндами, выкатили на площади бочки с вином и телеги с пирогами. В темнеющем небе уже расцветали первые фейерверки, отовсюду слышался смех.

       Осознав, что начинаю меленько дрожать, я вздохнула поглубже, потом еще раз и еще, и...

       - Очень красивые внуки получатся...

       - Господин Рэйс!

       Карета остановилась и спустя минуту снова тронулась. Аляповатый свет уличных гирлянд сменился другим - спокойным, торжественным, белым. Смех умолк.

       Я отодвинула шторку, чтобы увидеть украшенную магическими светлячками подъездную аллею - не ту, по которой шла навстречу Райлену и журналистам после заточения в карцере, а главную.

       О Богиня! Дай мне сил! И... и храбрости.

       Едва лошади встали, дверца кареты распахнулась. Лакей в парадном камзоле и белых перчатках отступил и склонился в поклоне, пропуская Рэйса. После шагнул вперед, протянул руку, но был невежливо отстранен.

       - Госпожа Соули, - позвал седовласый.

       Я тяжело вздохнула, подобрала подол белоснежного платья и, опираясь на руку покровителя, выбралась из кареты. Взгляд скользнул по величественному фасаду - ночная подсветка дворца и впрямь впечатляла. Если бы ни волнение, я бы охнула, подобно селянке, а так...

       - Нравится? - шепнул седовласый. - Лучше, чем замок Кровавых?

       Герцог, разумеется, ни на секунду не поверил, что неделю назад мы с Райленом на резиденцию верилийского монарха любоваться ездили. Он почти сразу вытряс из брюнета правду, но, как ни удивительно, не рассердился. Более того - властитель Даора исполнился какой-то странной радости, и я даже начала подозревать, что сделка, предложенная оборотням, была блефом.

       Ведь тогда, на встрече с Вожаками, Рэйс вел себя совсем не так, как положено. Даориец дерзил и задирался, а уж его атака... Как заметил Жнец - один из сильнейших магов Верилии не мог не почуять, что кабинет защищен от применения магии. Тем не менее, Рэйс использовал жезл и был выдворен из седьмого мира.

       И если раньше мне думалось, что герцог проверял мою выдержку, то после признания Райлена... в общем, закралось подозрение - Рэйса интересовали ум, смекалка и способность совершить небывалую дерзость. А именно - вернуть души оборотней вопреки желаниям покровителя и без его помощи.

       Погруженная в собственные мысли, я едва заметила, как мы миновали несколько залов и поднялись по широкой мраморной лестнице. Очнулась когда услышала шум разговоров и тихую, лирическую музыку. Впереди, в десятке шагов, распахнутые двери бальной залы. О Богиня! Кошмар продолжается, да?

       Рэйс успокаивающе похлопал по руке, я невольно вздрогнула и сжала герцогский локоть куда сильней, нежели позволено.

       - Девочка моя, улыбайся, - напомнил властитель самого крупного герцогства Верилии, мой официальный покровитель, и... нет, в наших родственных отношениях сама Богиня ногу сломит.

       А в следующее мгновение церемониймейстер грохнул посохом об пол и пробасил:

       - Рэйслин из рода Даоров.

       А потом грохнул снова - этот звук был не просто страшным, ужасающим! - и объявил еще громче:

       - Соули из рода Астиров.

       О Богиня! Только бы не споткнуться!

       Шаг. Еще один. Третий, четвертый. Спина прямая, подбородок повыше, на губах приличная моменту улыбка. Коленки дрожат, зато щеки белее снега - от страха кровь в жилах застыла, покраснеть при всем желании не смогу.

       Кажется, мы приехали одними из последних - народу в бальной зале больше, чем семечек в тыкве. Но разглядеть толком невозможно, узнать тех, о ком читала в Рэйсовских альбомах, тоже - мир перед глазами плывет.

       Кто-то спешит навстречу и я едва способна угадать в черноглазом брюнете Райлена.

       - Госпожа Соули, - выдыхает маг, одаривает учтивым поклоном, а я... я понимаю, что ответный реверанс невозможен - ноги одеревенели!

       - Господин Райлен...

       И все-таки я смогла! Наверное, этот реверанс был лишен должной грации, но я справилась!

       Как в полусне подала брюнету руку, позволила коснуться губами пальчиков.

       - Госпожа Соули, вы невероятно красивы сегодня, - его голос прозвучал хрипло. - И вы, конечно, понимаете, что я намерен просить у вас все танцы, всех трех актов?

       - Но ведь нам настоятельно рекомендовали держаться приличий, - опуская ресницы, пробормотала я.

       Ответ брюнета прозвучал очень тихо:

       - Уверен, что увидев вас, господин первый министр простит мне эту дерзость.

       Когда приличной девушке сказать нечего, она приседает в реверансе. Я давно перестала ощущать себя приличной, но реверанс сделала, и руку Райлену подала. Не для танца, нет. Танцы еще не начались, и если ничего не путаю в протоколе, нам еще не меньше часа ждать. Райлен требовал возможности вновь прикоснуться к моим пальчикам - жест не слишком приличный, но допустимый.

       Я подала руку, замерла и...

       - Господин Райлен! - очень возмущенно, но все-таки шепотом.

       - Госпожа Соули? - ответил дерзко, с улыбкой.

       Нет, покраснеть я не могла, но тем не менее. Просто даориец не поцеловал, он... он укусил.

       Рядом тихо хихикнул тот, кому вообще-то положено блюсти мою репутацию.

       - Вы невыносимы, - прошипела я. - Оба!

       - А вы прекрасны и невероятно притягательны, госпожа Соули, - парировал Райлен. - И вам несказанно идет белый цвет. Впрочем, я это еще в Вайлесе заметил.

       И снова нежеланный румянец. Жгучий, яркий! И запоздалое понимание - этот укус меня спас, выдернул из объятий парализующего ужаса.

       Но мага этот факт все равно не извиняет!

       - Господин Рэйслин? - окликнул кто-то.

       Я тоже на зов повернулась. К нам приближался коротышка в камзоле расшитом золотой нитью. Ворот-стойку украшали два крупных бриллианта, но в свете магических светильников, камни блестели не столь эффектно, как лысина.

       - Господин Форан! - радость властителя Даора, как и предписано этикетом, была неотличима от настоящей.

       Герцог отвесил учтивый поклон, Райлен тоже поклонился. Господин первый министр ответил тем же и уставился на меня.

       - Позвольте представить вам мою воспитанницу и будущую невестку, - задирая подбородок едва ли не до звезд, сказал Рэйс. - Госпожа Соули из рода Астиров.

       Я присела в глубоком реверансе и одарила коротышку скромной улыбкой, а Рэйс продолжал соблюдать правила:

       - Госпожа Соули, позвольте представить вам господина Форана. Вы о нем, безусловно, слышали.

       - Для меня большая честь... - голос, слава Богине, не дрогнул.

       Первый министр расплылся в улыбке, облобызал ручку, сказал пару комплементов. Потом несколько фраз о погоде, о столице, задал несколько ничего не значащих вопросов о Вайлесе и, наградив напоследок еще одним комплементом, удалился.

       Я украдкой выдохнула - все оказалось не так страшно, как думалось.

       - Умница, - шепнул мой покровитель, и повел к компании из двух разодетых женщин и трех не менее разодетых мужчин. Рай последовал за нами.

       Знакомство с высшим светом началось.

       Примерно через четверть часа я осознала то, что остальные, вероятно, поняли сразу: меня не представляют, мной хвалятся. Причем делают это с нескрываемым удовольствием, временами переходящим в злорадство. Правда радость властителя Даора не отменяла шепотков и недобрых взглядов, которыми одаривали по большей части дамы, но к такому вниманию я еще со времен Вайлеса привычна.

       Райлен все это время держался... на грани приличия. Наследнику герцога не следовало сопровождать нас, но он, подобный черной тени, ни на шаг не отставал. И даже откровенное хихиканье придворных дам и снисходительные улыбки кавалеров, брюнета не вразумляли.

       А потом маг эту самую грань перешел...

       - Госпожа Соули, могу я рассчитывать на танец? - спросил эльф. Тот самый посол третьего мира, отказывать которому ни в коем случае нельзя.

       Помня науку Рэйса, открыла рот, чтобы выдохнуть любезное "конечно...", но меня перебили.

       - Простите, господин Даларэль, но это невозможно. Я поймал госпожу Соули на слове, и теперь все ее танцы принадлежат мне.

       Рэйс заметно напрягся, господин Улькан - королевский казначей, которому выпала сомнительная честь развлекать иномирного посла - тоже. А вот эльф... Зря на него, наверное, наговаривали. Он закусил губу, явно борясь с желанием рассмеяться, а когда вернул самообладание, сказал:

       - Я так и знал. - И выдержав еще одну паузу, добавил: - Так и знал, что блоха... э... простите, оборотни меня обмануть хотят.

       Удержать лицо не удалось никому, даже крайне сдержанный господин Улькан бровь приподнял.

       - Они предлагали пари, - пояснил эльф. - Я отказался.

       Оборотни? Здесь? Интересно, кто?

       Я мазнула взглядом по залу, но никого не увидела.

       - Послы. Господа Осток и Ревуш, - тихо пояснил герцог, а я вздохнула с облегчением. О Богиня! Спасибо тебе! Хотя...

       Милая, дорогая моя Богиня! Я знаю, ты все можешь! Пожалуйста, сделай так, чтобы в этот раз драки с оборотнями не было! Просто такого скандала я точно не переживу...

       - Госпожа Соули, вы, как погляжу, совсем заскучали? - толстощекое лицо первого министра озарила вежливая улыбка.

       Я тоже вежливость проявила - присела в легком реверансе, ответила:

       - Нет, господин Форан. Что вы! Разве можно заскучать на таком приеме?

       Коротышка понятливо хмыкнул, быстро огляделся.

       - А где ваши коршуны? Неужели решились оставить вас в одиночестве?

       - Мои... кто?

       Улыбка министра стала стократ шире, во взгляде блеснуло озорство.

       - Господа Райлен и Рэйслин. Они весь вечер над вами как коршуны над голубкой.

       О Богиня! С чего это господина Форана на поэтику потянуло? По рассказам герцога, господин первый министр - человек жесткий, временами жестокий, и он последний, кто на подобные эпитеты способен.

       Коротышка тем временем выдернул из рукава белоснежный платок и промокнул лысину.

       - Жарко здесь, не находите?

       - Разве что чуть-чуть, - потупившись, пролепетала я. Отвечать решительным "нет" на такие вопросы, увы, нельзя. Даже когда дрожишь от внезапно охватившего озноба.

       - В таком случае, предлагаю проветриться, - вежливая улыбка превратилась в хищный оскал, а мне совсем дурно сделалось. - Подышать свежим воздухом!

       Оглядываясь в поисках Рэйса или хотя бы Остока с Ревушем, я искренне надеялась, что этот жест выглядит естественно. А не найдя, решилась на отчаянный шаг:

       - Простите, господин Форан, но я обещала жениху, что дождусь его.

       - Полно, госпожа Соули! - воскликнул коротышка. - Ваш жених расстроится куда сильней, если найдет вас упавшей в обморок от дурноты.

       Это что, угроза?

       - Я не склонна к обморокам, господин Форан, - я все еще пыталась улыбаться. - Вы же знаете, я выросла в провинции, а там...

       - Госпожа Соули, я настаиваю.

       Коротышка подставил локоть и отчетливо скрипнул зубами. О Богиня!

       В миг, когда моя ладошка легла на локоть первого министра, в зале появились слуги с подносами. Напитки, закуски и маленькие пирожные, выпеченные личным поваром Его Величества, увлекли гостей настолько, что наш уход мало кто заметил. Совпадение показалось неслучайным, но я постаралась не подавать виду.

       Ушли мы недалеко - на балкон, скрытый за роскошной золотой гардиной. Тот факт, что в столь приятный летний вечер никого из гостей на балконе не обнаружилось, не удивил, в отличие от полного безмолвия. Ведь в городе торжества, а народ всегда ведет себя шумно, да и в бальной зале отнюдь не тихая музыка играет.

       - Полог, госпожа Соули, - пояснил Форан. И добавил едва слышно: - Хоть какая-то польза от этой магии.

       О том, что магию и магов господин первый министр недолюбливает, я знала - прочла в альбоме Рэйса. Странным такое отношение не казалось, его единственная дочь - магиня, с сильнейшим даром в защитной магии.

       По слухам, господин Форан категорически отказался отдавать наследницу в академию, а она наоборот учиться хотела. Да так сильно, что додумалась явиться в резиденцию Ордена и потребовать оградить от нападок отца и позволить сдать вступительные экзамены. Девочке на тот момент семь было...

       Вот теперь она учится, а господин Форан бессильно скрипит зубами. Ну и счет неоплаченный к магам имеет.

       Я отпустила локоть господина первого министра и отошла к парапету. В темном небе расцветали разноцветные фейерверки, легкий теплый ветерок ласкал кожу. Хотелось притвориться, будто наслаждаюсь этими прикосновениями, но риск переиграть был слишком велик.

       Говорить тоже не спешила, так что начинать беседу пришлось Форану:

       - Госпожа Соули, я бы хотел услышать пояснения по седьмому миру.

       - Простите? - нет, я действительно не поняла вопроса.

       - Как так получилось, что вы стали нареченной Веймор? - уточнил коротышка.

       Веймор... А ведь я так и не разобралась чем род от стаи отличается. Возможно, в представлении жителей седьмого мира это одно и то же? Впрочем, неважно. Сейчас неважно.

       - Оборотни учуяли во мне родственницу.

       - Неужели? И как такое возможно?

       Лгать было бессмысленно - родители не скрывали близняшек от лекарей, значит при должном желании Форан сможет установить причастность моей семьи к седьмому миру. К тому же разглядеть в Миле с Линой след оборотней, любой маг способен, а они хоть и молчуны, на прямые вопросы столь высокопоставленной шишки отвечать обязаны.

       - Дело в том, что моего деда оборотень покусал. Вот мне и передалось что-то... особенное.

       - Покусал? - искренне удивился министр. Теперь он стоял рядом - пришлось повернулся и выдержать сверлящий взгляд.

       - Да, господин Форан. Понимаете, в Вайлесе... - я замялась. Нет, родной городок не жалую, всегда считала его диким захолустьем, но говорить плохо о малой родине не хотелось. - В Вайлесе все иначе. У нас нет посольства седьмого мира, и вообще... там мало кто о других мирах помнит. Появление оборотня никого не насторожило. Ну и о том, что зверь разумен никто даже не задумался.

       - А штатный маг?

       Ох, не знаю, каков был штатный маг во времена деда, а из тех, которые мне помнились, один только Райлен по-настоящему в магии разбирался.

       - У нас магический фон спокойный, - повторила я. - Происшествия, требующие особого вмешательства, редки. Мы привыкли разбираться сами. Возможно, штатный маг про оборотня даже не узнал.

       - Ну... допустим. И что дальше? Тот оборотень, как понимаю, из стаи Кровавых был, из рода Вейморов?

       - Я о таких тонкостях не знаю. Просто когда оборотни меня увидели - сразу приняли.

       - Что, даже метки не поставили?

       Я стыдливо опустила глаза. С двумя золотыми кругляшами, которыми одарили Жнец и Стремительный, уже смирилась, но приличная девица просто не может выказывать радость по поводу испорченной кожи.

       - Отчего же? - пролепетала я. - Поставили.

       - Покажете? - огорошил Форан.

       Вот теперь вспыхнула по-настоящему.

       - Извините, но у оборотней так непринято, а я законы стаи нарушать не в праве.

       Да, ложь. Но не объяснять же министру, что метки сейчас на животе.

       - Никогда не замечал, чтобы представители седьмого мира скрывали метки.

       - Мужчины не скрывают, - нашлась я. - Для женщин закон другой.

       Собеседник хмыкнул и отстал. Тут ведь действительно противопоставить нечего - своих женщин оборотни иномирцам показывают редко. Сомневаюсь, что министр когда-либо удостаивался чести видеть хотя бы одну из них.

       - А зачем вы ходили к оборотням, госпожа Соули?

       О Богиня! А тут-то о чем врать? Говорить про намерение Рэйса продать души и заполучить особые привилегии для рода Даор точно нельзя.

       - Я сопровождала господина Рэйслина.

       - А он? Что забыл у блоха... э... оборотней?

       Я поморщилась, давая понять, что оговорка неприятна. Ведь Форан нарочно эту оплошность допустил.

       - Не знаю. Господин Рэйс не сказал. А когда перешли в седьмой мир, слова ему не дали, потому что... ну потому что меня заметили.

       - А как получилось, что вы остались в седьмом мире в одиночестве?

       - Я не одна была, а с господином Быстрым...

       - Не придирайтесь к словам, - перебил министр. - Почему Рэйслин вернулся, а вы нет? Почему он вас оставил?

       - Господин Быстрый поклялся, что зла мне не причинят. А я... ну... - опять потупилась, и даже покраснеть умудрилась. - Просто меня любопытство пробрало, господин Форан. Я же впервые в чужой мир попала.

       Тихое сопение явственно намекало - Форану мои ответы не нравятся. Кажется, он жаждал скандальных подробностей и страха. Еще неделю назад я бы непременно оправдала надежды, но... я слишком долго общалась с Рэйсом. В сравнении с властителем Даора, господин первый министр - душка. Противостоять ему легче легкого.

       - Стало быть вы - авантюристка? - выдержав ну очень долгую паузу, усмехнулся Форан.

       Снова потупилась - приличной девушке на подобные слова положено отвечать либо пощечиной, либо обмороком. Ведь авантюристки только среди магинь и куртизанок встречаются.

       И опять пауза, но на сей раз короткая и какая-то... злая что ли.

       - Что ж, госпожа Соули, я вас понял.

       Отступив на шаг, присела в глубоком реверансе.

       - Знаю, что просить не распространяться об этом разговоре бессмысленно, - продолжал тем временем министр, - но я буду надеяться на ваше благоразумие.

       Боитесь, что оборотням пожалуюсь? - едва не спросила я. К счастью, прикусывать язык не впервой, сдержаться успела.

       - Конечно, господин Форан.

       Коротышка вздернул подбородок, круто развернулся и поспешил прочь. Невежливо с его стороны, но я была несказанно рада, что возвращаться в залу предстоит одной.

       Выждав несколько минут, развернулась и даже пару шагов сделать успела, как золотая гардина отодвинулась, пропуская на балкон девушку в белоснежном платье. За ней безмолвной тенью следовала пожилая компаньонка. Увидав меня, дамы застыли, но я точно знала - их удивление притворно.

       Караулили? Или это прощальная шпилька от господина Форана?

       - Хм... - протянула та, что в трауре.

       Графиня Ларре склонила голову набок и чуть заметно прищурилась. А глаза у нее, как и предполагала, зелеными оказались.

       Мне бы уйти и забыть, но путь к отступлению был отрезан. Дамы ждали, а я... поняла вдруг - не могу! Пусть мы не представлены, но притворяться, что не знаем друг о друге, бессмысленно. Согласно приличиям, я должна приветствовать госпожу Ларре первой, ведь она графиня, а я всего лишь безродная девица из провинции. Вот только... не могу!

       - Соули из рода Астиров? - вздернув подбородок, вопросила безымянная компаньонка. И столько высокомерия в голосе, столько строгости.

       Я кивнула. Медленно, едва заметно. А дама озвучила очевидное:

       - Ваши манеры, госпожа Соули, оставляют желать лучшего.

       Конечно, мне следовало устыдиться. А после извиниться и склониться перед графиней - ведь ее спутница прямо указала на оплошность, но... я не шелохнулась.

       Компаньонка госпожи Ларре только этого и ждала.

       - Бедный Рэйс, - прицокнув языком, протянула она. - Получить в невестки такую особу... Врагу не пожелаешь! Госпожа Соули, вы совершенно несносны. Если не научитесь вежливости, свет никогда вас не примет.

       Еще один шанс согнуться перед графиней Ларре и извиниться за оплошность. И еще одно доказательство моей испорченности - шанс я не просто упустила, проигнорировала.

       - М-да...

       Безымянная дама прям-таки пронзала взглядом, а белокурая графиня...

       О Богиня! После случая с горничной, я много думала о том, какая она эта Ларре. Сперва виделась обычная заносчивая девица, каких среди именитых и благородных сотни, а потом... потом я отбросила эмоции и пришла к выводу, что Райлен бы ни за что не согласился связать свою жизнь с подобной особой. Может он и наследник самого большого герцогства Верилии, но свое отношение к великосветским жеманницам уже показал, на примере госпожи Вайи.

       Я мысленно наделила графиню самыми лучшими качествами и мягким, покладистым характером. Она представлялась доброй, нежной, чуточку наивной. Увы, личная встреча иллюзии развеяла. На лице бывшей невесты Райлена ни тени сострадания или сочувствия, затаенное злорадство и только.

       - Вам будет сложно соответствовать Райлену, - вновь заговорила компаньонка. - Ведь он, в отличие от вас, воспитан блестяще.

       - Тетушка, пожалуйста, перестаньте... - пролепетала Ларре. - Я уверена, госпожа Соули обязательно научится.

       - Дурное происхождение исправить невозможно! - огрызнулась дама. - Но Рэйслин из рода Даоров этого явно не понимает. Что ж, я буду вынуждена рассказать герцогу о нашей встрече и указать на ошибки.

       Конечно, мне следовало испугаться - ведь это угроза, причем неприкрытая. Вот только стоило вообразить разговор с Рэйсом, губы сами в улыбке растянулись.

       - Я сказала что-то смешное? - громко возмутилась безымянная.

       Ответить я не успела. Гардина резко отлетела в сторону, и перед нами возник широкоплечий лохматый парень. Стильная одежда и легкий аромат парфюма звериную сущность не скрывали, даже наоборот - подчеркивали. И хотя оборотень был незнаком, обрадовалась ему как родному.

       А потом случилось невероятное - парень шагнул навстречу, согнулся в нижайшем поклоне и сказал:

       - Ваша Высочество, простите, что вмешиваюсь, но не могли бы вы вернуться в зал? Мы волнуемся.

       - Высочество? - недоуменно выдохнула госпожа Ларре.

       Секундная заминка и до лохматого дошло. Или он просто общую атмосферу, наконец, почувствовал?

       Обернувшись к дамам, отвесил кивок и пояснил:

       - Госпожа Соули нареченная Веймор, признанная сестра наших Вожаков. В иерархии вашего мира ее титул равен титулу принцессы, отсюда такое обращение. - И уже мне: - Простите, нас не предупредили, что эти сведения засекречены.

       - Они не засекречены, - пробормотала я, мельком удивляясь собственной смелости. - Просто мне не хотелось афишировать титул.

       Бровь оборотня поползла вверх, но сил придумывать объяснения тому, чего сама не понимаю, не было. Поэтому просто протянула лохматому незнакомцу руку и позволила вывести себя в зал.

       И лишь когда по ушам ударил гром музыки, спросила:

       - А... а вы кто?

       - Я работаю в посольстве, - тихо пояснил парень. - На этом вечере присутствую в качестве одного из ваших телохранителей.

       - Одного из?!

       - Тише, Ваше Высочество. Если не считать Остока с Ревушем, нас трое.

       Вот теперь я спокойствие утратила окончательно.

       - Почему вы не предупредили?

       - Не велено, - отозвался оборотень.

       - А Райлен и Рэйс о вашем присутствии знают?

       - Нет. Их тоже в известность не ставили, - сказал лохматый. Добавил чуть слышно: - Чтоб не расслаблялись.

       Я прям таки захлебнулась возмущением. Ну, оборотни! Ну, жуки! А с виду такие простые и к интригам совсем не склонные!

       - Значит, вы видели как меня господин первый министр уводил?

       - Видели, - признал нежданный охранник. - Мы контролировали ситуацию, если вы об этом.

       - Как?

       - Эмоции, Ваше Высочество, - пояснил блох... э... нет, не нужно их так называть, даже когда доводят.

       - Но там же полог был!

       - Этот полог экранирует только звук, а эмоции пропускает прекрасно. Кстати, о чем говорили с Фораном?

       - О моей принадлежности к роду Веймор, - не стала лукавить я.

       Оборотень хмыкнул, я почувствовала исходящую от него неприязнь. Чувства адресовались министру.

       - Он не имел права вас допрашивать, - сказал лохматый. - Но раз все уже случилось, будьте добры пересказать ваш разговор. Нам нужно скорректировать легенду.

       - Простите?

       Прежде чем ответить, оборотень одарил задумчивым взглядом.

       - Правду о вашем появлении в седьмом мире рассказывать запрещено. Об истинных причинах второго визита даже Большому Совету не сообщили. На случай допросов, Ревуш и Райлен составили легенду, она известна всем заинтересованным лицам. Нам нужно скорректировать легенду, иначе ваша ложь вскроется.

       - С чего вы решили, что я лгала?

       Губы телохранителя дрогнули в улыбке.

       - Простите, Ваше Высочество, но нужно быть полной дурой, чтобы сказать правду. Уверен, вы не такая.

       Я густо покраснела и опустила глаза. О Богиня! Зато теперь точно знаю, что передо мной оборотень - только блохастые на подобную бестактность способны. Ну и... мужчины из рода Даоров.

       Тот факт, что меня даже не предупредили о возможном допросе, обижал, но разговор с господином Фораном все равно пересказала. А когда закончила, подняла голову и тут же наткнулась на разъяренный взгляд. Нет, ярился не оборотень, а Райлен, который стоял в дверях.

       Даориец ругнулся и стремительно направился к нам. Сердце похолодело.

       Только теперь обратила внимание, что лохматый телохранитель стоит непозволительно близко и сжимает мою ладошку куда крепче, чем позволяет этикет. Впрочем... этикет подобные прикосновения вообще не позволяет, по крайней мере наш, человеческий.

       - Бегите, - выдергивая руку из капкана, выдохнула я.

       Лицо оборотня вытянулось, брови взмыли на середину лба.

       - Бегите, господин... эм... как вас там!

       Снова не понял. О Богиня!

       - Если вы сейчас же не исчезните, будет скандал!

       - Скандал? Какой скандал?

       О Богиня! Он издевается, да?

       Райлен был еще далеко, но я уже слышала тихое рычание и хруст разминаемых пальцев. Снова взглянула на оборотня и... да, он издевался! Волна чужого безудержного веселья накрыла с головой.

       - Господин оборотень!

       - Простите, Ваше Высочество, - разулыбался лохматый. - Мы наслышаны о темпераменте Отчаянного, но видеть его злость воочию...

       Я недослушала - глупо проявлять вежливость, когда стоишь на краю пропасти, да еще под порывами ветра. Прошипев пару слов, слышанных в кабинете главы особого отдела, ринулась навстречу черноглазому.

       - Рай...

       - Госпожа Соули, уйдите! - рыкнули в ответ, и попытались проскользнуть мимо. Туда, где ухмылялся приставленный оборотнями телохранитель.

       Никогда не думала, что способна на такую дерзость, но... я извернулась и заступила даорийцу дорогу. А потом еще и руки раскинула, загораживая лохматого.

       - Господин Райлен не смейте!

       Только теперь на меня взглянули осмысленно, а я... я решила воспользоваться ситуацией и добавила:

       - Господин Райлен, если вы и этого оборотня побьете, я буду вынуждена расторгнуть помолвку. Потому что жить со столь неуравновешенным человеком не в силах.

       Лицо мага и до этого добротой не отличалось, теперь же его совсем перекосило. Мои запястья оказались в плену, а ушка коснулся очень злой шепот:

       - Вы не можете расторгнуть помолвку, госпожа Соули. Если забыли, напоминаю: наша помолвка и предстоящая свадьба - чистая формальность.

       Стало обидно. До дрожи, до колик, до слез! Формальность? Ну знаете...

       Каблук вонзился в ногу даорийца... сам. Ну то есть я совершенно не осознавала, что делаю. И рука из захвата сама по себе вырвалась, жаль только пощечина не удалась - перехватил.

       - Соули? - и столько недоумения в голосе, столько... обиды?

       Слезы выпорхнули из глаз прежде, чем вспомнила, что стоим посреди бальной залы, под прицелом десятков взглядов. О Богиня! Ну почему? Почему я такая невезучая?

       - Соули, ты чего? - пробормотал Райлен. Запнулся.

       Спустя минуту я осознала себя на диванчике, скрытом в одной из ниш. Руки в ладонях Райлена, щеки огнем горят, во рту солоно, потому что губу прокусила, пытаясь не зарыдать в голос.

       - Девочка моя, прости. Прости, не сдержался. Голову теряю, когда блохастых рядом с тобой вижу. Такого больше не повторится, клянусь.

       Пришлось вновь закусить губу, но всхлип сдержать не сумела.

       - Ну причем тут оборотни?!

       Маг застыл.

       - Прости, не понял.

       - Свадьба, господин Райлен!

       - А что? - нахмурился черноглазый.

       - Вы даже не спросили, согласна ли я!

       На лице даорийца отразилось недоумение. Причем настолько искреннее, что я даже улыбнулась, сквозь слезы.

       - А вы не согласны? - упавшим голосом переспросил он.

       Ну что тут ответишь? Богиня, он что, в самом деле не понимает?

       Несколько минут сидели молча. Я говорить вообще не могла, а Райлен хмурился и усиленно думал. Я наивно полагала, что мысли наследника герцога Даорийского посвящены невысказанному предложению и признанию в любви, но...

       - Знаешь, ведь никакого посыльного не было, - наконец, нарушил молчание Рай. - И я решил, что это оборотни подстроили.

       - Это господин Форан, - нехотя призналась я. Инцидент с первым министром уже померк и почти стерся из памяти. - Он меня допрашивал.

       - Что? - выдохнул Райлен.

       Пришлось ухватить брюнета за руку, чтобы глупостей не наделал. Странно, в Вайлесе он вел себя иначе, и сумасшедшим не казался.

       Ниша, в которой располагался диванчик, была скрыта не так хорошо, как хотелось. Нас одаривали недоуменными взглядами и косыми улыбочками. Даже Ревуш, который проходил мимо, милосердия не проявил. Хуже того, оборотень радостно оскалился и покрутил пальцем у виска.

       Да, согласна. Дров мы наломали столько, что на две зимы хватит.

       - Может у нас тоже активная фаза? - пробормотала я.

       Маг не ответил, а я... я вдруг поймала себя на мысли - мне ничуточки не стыдно. Да, я опозорилась как никогда прежде, и весь свет будет обсуждать мою выходку, но вернуться в прошлое и все исправить совершенно не хочется. Куда горше сознавать, что для Райлена наша свадьба всего лишь формальность.

       - Сейчас объявят дурборский вальс, - нарушил молчание черноглазый. - Пойдем?

       - Нет.

       - Почему? Тебе же нравится этот танец.

       Я помотала головой и отвернулась. Что-что, а дурборский вальс танцевать точно не буду. Ни при каких обстоятельствах.

       - Соули... - протянул даориец. - Ну пожалуйста...

       - Нет.

       - Соули, нам нужно сгладить инцидент. Если выйдем на паркет, столичные кумушки и думать забудут о нашей ссоре.

       - Мы выйдем на следующий танец, - заверила я.

       - Следующим будет какой-нибудь скучный контрданс, - Рай перешел на шепот. - И я не смогу тебя обнимать. И кружить не смогу...

       О Богиня!

       - Дурборский вальс танцевать не буду.

       - Почему? - не унимался тот, благодаря кому моя жизнь перевернулась с ног на голову и возвращаться в прежнее благостное состояние не желает.

       Короткий взгляд на брюнета и стало совершенно ясно - не отступится. Еще немного, просто схватит за руку и вытащит на паркет. Пришлось признаться:

       - Боюсь.

       - Чего? - недоуменно переспросил черноглазый.

       - Боюсь, что когда поднимете меня в воздух и начнете кружить... - я запнулась и невольно покраснела, - юбка задерется.

       Маг нахмурился. Его недоумение было понятно - дурборский вальс от того и считается крайне неприличным, что юбки во время пируэтов вверх взмывают. Не всегда, но довольно часто...

       - В Вайлесе вас это не смущало, - тихо напомнил брюнет.

       Я вспыхнула вся - от кончиков волос, до кончиков ногтей. Но все-таки сказала:

       - В Вайлесе на мне были панталоны.

       Рай застыл и, кажется, онемел. Голос вернулся вместе с первыми аккордами этого страстного, неприличного, но невероятно любимого танца.

       - А сейчас... сейчас на вас панталон нет?

       - Нет, - отчеканила я и отвернулась. Просто выдерживать его взгляд стало невероятно сложно - глаза и без того черные, потемнели, и заблестели... странно.

       Объяснять даорийцу, что панталоны нарушали силуэт платья, делали бедра чуточку больше, чем следует, не хотелось. Мужчины в таких тонкостях все равно не разбираются. Ну, за исключением мастера Эросита.

       - Сейчас вернусь, - сообщил Райлен.

       Он появился буквально через минуту, протянул бокал с вином.

       - Выпей, поможет.

       Кому поможет? - хотела спросить я, но промолчала.

       - Что, на вас действительно нет панталон, - присаживаясь рядом, прошептал брюнет. Свой бокал он держал очень крепко, словно выронить боялся.

       - Если за этот поступок вы назовете меня падшей женщиной... - зашипела я.

       - Нет-нет! Что вы! - хрипло заверил Райлен, пригубил вино. А потом что-то пробормотал и выпил залпом.

       Лакей, проплывавший мимо, этот жест заметил и тут же вручил герцогскому наследнику другой бокал, полный. А я... я выдохнула и спросила:

       - Господин Райлен, а вы меня на своем драконе покатаете?

       Маг как раз очередной глоток делал - поперхнулся, закашлялся.

       - Что простите?

       Я смутилась. Ведь ясно, что приличные девушки о таком не думают, но бронзовое чудо с острым гребнем и шипастым хвостом оставило неизгладимое впечатление.

       - Я очень хочу покататься на вашем драконе, господин Райлен, - тихо повторила я. - Если вы не против, конечно...

       - Я... я... - что у него с голосом? - я с удовольствием, госпожа Соули. Более того, я мечтаю покатать вас на своем драконе с тех самых пор...

       Даориец запнулся. Потом пригубил вино и опять закашлялся.

       - Простите, госпожа Соули. Простите... - сказал странно, сдавленно. - Забылся.

       А после следующего глотка, который оказался столь же неудачным, как и предыдущие два, повернулся и спросил:

       - А может прямо сейчас поженимся? И ну ее эту тещу?