
Давай сыграем… в любовь…
Аннотация
Амалия смирилась с браком по расчету с кронпринцем Леопольдом. Такова была ее судьба: оставить позади юношескую любовь и строить спокойную семейную жизнь с человеком, которого она не любит. Однако внезапная смерть кронпринца и его отца всё переворачивает с ног на голову. Императором становится кузен Леопольда, и хотя договоренности между домами остаются в силе, вокруг нарастает беспокойство и политическое напряжение. Новый император далеко не доволен сложившейся ситуацией. Вокруг него вьются интриги придворных дам, в столице зреет народное недовольство, подогреваемое газетной пропагандой. Чтобы спасти империю от раскола и укрепить положение молодого государя, Амалии придется сыграть невозможную роль. Ей нужно убедить всех, включая самого императора, в том, что между ними существует настоящая любовь. Но иногда грань между игрой и истиной стирается неожиданно. Разворачивающаяся череда событий уведет историю в совершенно непредсказуемом направлении, туда, куда никто из участников этого опасного спектакля не осмеливался надеяться.
Реакции
Аннотация
Амалия смирилась с браком по расчету с кронпринцем Леопольдом. Такова была ее судьба: оставить позади юношескую любовь и строить спокойную семейную жизнь с человеком, которого она не любит. Однако внезапная смерть кронпринца и его отца всё переворачивает с ног на голову. Императором становится кузен Леопольда, и хотя договоренности между домами остаются в силе, вокруг нарастает беспокойство и политическое напряжение. Новый император далеко не доволен сложившейся ситуацией. Вокруг него вьются интриги придворных дам, в столице зреет народное недовольство, подогреваемое газетной пропагандой. Чтобы спасти империю от раскола и укрепить положение молодого государя, Амалии придется сыграть невозможную роль. Ей нужно убедить всех, включая самого императора, в том, что между ними существует настоящая любовь. Но иногда грань между игрой и истиной стирается неожиданно. Разворачивающаяся череда событий уведет историю в совершенно непредсказуемом направлении, туда, куда никто из участников этого опасного спектакля не осмеливался надеяться.











